Отдам дракона в хорошие руки

© Ефиминюк М.В., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Пролог

– Все пропало! – врываясь в гостиную, воскликнула маменька и потрясла свитком со вскрытой королевской печатью. – В королевство приезжает… прилетает… прибывает владыка южных драконов! Твою сестру пригласили во дворец на бал в его честь! Кошмар!

– Почему кошмар? Отличная новость, – отозвалась я и вонзила иголку в вышитое коричневое пятно. Вообще-то, пыталась изобразить шмеля, но получилось пятно. С успокоительным рукоделием у меня всегда имелись большие проблемы.

– Ты издеваешься над бедной матерью? – Родительница взмахнула злосчастным свитком, и в воздухе осыпался дождь из затухающих магических искр. – Лиза в интересном положении!

– Насколько оно интересное? – не поняла я.

– Да интереснее не бывает!

– Она беременна? – От удивления у меня изогнулись брови. – Да, в таком случае на бал к драконам ей вряд ли стоит ехать. Кстати, поздравляю нас с пополнением.

– Виталия, приди в чувство! – рявкнула мать и потрясла свитком. – Твоей сестре девятнадцать. Она не замужем и ждет ребенка от боевого мага!

– Неужели? – пробормотала я.

– Ты меня режешь без ножа!

Матушка плюхнулась на козетку в позе женщины, теряющей сознание. Видимо, мое «неужели» прозвучало страшной издевкой, а я-то не насмешничала. Просто вернулась в поместье только вчера поздним вечером и решила, что Лиза поправилась на сдобных булочках с марципаном.

– Почему Лиза еще не замужем? Тебе не понравился боевой маг?

Взглядом я нашарила на столике графин, надеясь добыть родительнице, всю жизнь склонной к театральным обморокам и показным истерикам, стакан воды. Графин оказался смертельно пуст. Смертельно, безусловно, не для мамы, а для моей нервной системы.

– Подлец сбежал! – с надрывом в голосе проговорила она.

– Не повезло, – покачала я головой и под давлением укоряющего взгляда уверила: – Думаете, нам стоит объявить его в розыск?

– Нет, ты точно хочешь моей смерти!

– Да позвольте, матушка, кто пожелает любимой родительнице подобного? – возмутилась я.

– Тогда езжай на бал ты! – Она протянула в мою сторону свиток.

– Я? – уточнила у нее. – Мама, мне двадцать шесть…

– Будет осенью.

– Осенью мне будет двадцать шесть. Вам не кажется, что поздновато для первого в жизни бала? Отправьте Елену, – предложила я кандидатуру кузины. – Они с Лизой ровесницы. И даже внешне похожи. Никто не заметит подмены. Надеюсь, кузина не в интересном положении?

– Нет, – сухо ответила мать. – Она замужем.

– Да ладно? – Я даже в лице поменялась и отложила пяльцы с пятном вместо шмеля. – Давно?

– Уже год, как отпраздновали. Если ты начнешь изредка читать письма из дома, то будешь в курсе последних новостей. Я надеялась, что они разбегутся, мы бы ее мужа подобрали, обогрели, разули… – Мама кашлянула. – Но не случилось. Живут душа в душу.

– А где я была, когда она замуж выходила? – уточнила я, почему не получила приглашения.

– Полагаю, таскалась по какому-нибудь непроходимому болоту и искала любимую нечисть! – с чувством воскликнула матушка.

Карьеру бестиолога, специалиста по нечисти, она никогда не одобряла. По большей части потому, что нечисть водилась не в нашем родовом поместье Егорьевых, а в таких местах, от одного названия которых благородные дамы утыкали носы в баночки с нюхательными солями.

– Увольте, маменька, с чего мне любить нечисть? – поморщилась я.

– Это тебе следовало уволиться! – завела она любимую шарманку. – Вся жизнь насмарку.

Вообще-то, я уже подала в отставку и приехала в родовое поместье в отпуск. Вернее, меня подали и отправили. Паразиты! А все из-за Евгения Крована, решившего, что залезть под юбку к бестиологу – отличная идея. Я и юбку-то надела в первый раз за два года, и вдруг неловкость: его дрожащие жадные руки, задирающие длинный подол. Как он в этом подоле не запутался?

И все бы ничего, но Евгений – сын ректора, а таких сыновей бить нельзя. Ничем! Ни кулаком в глаз, ни заклятием, ни тем более заклятием, зажатым в кулаке. Иначе можно довести себя до пялец и вышивания монструозного шмеля в маменькиной гостиной. Позорище!

И шмель – позорище, и ситуация…

– Послушай, если хочешь, чтобы твоя старая мать была здорова и довольна, то просто езжай во дворец вместо сестры, – с жаром заговорила мама, воспользовавшись паузой. – Мы еще успеем сшить тебе белое бальное платье!

– Белое платье? Мне? – повторила я, не пытаясь скрыть скептицизм в голосе. – Мама, мне почти двадцать шесть, и я профессиональный бестиолог.

– Зачем ты снова напоминаешь своей несчастной матери, какая ужасная жизнь у ее старшей дочери? – Она решительно всхлипнула и начала хлопать себя по бокам, выискивая носовой платочек.

– Простите, что напоминаю об этих печальных фактах, но в моем возрасте и с моей специализацией впору шить белый саван, а не бальное платье.

– У Лизы розовое! – воскликнула она. – Даже шить ничего не надо. Сходишь на бал к драконам, вернешься и дальше помчишься ловить свою нечисть. Тебе за драконов замуж не выходить.

– Надеюсь.

– Виталия, – в голосе родительницы появились стальные ноты. – Ты же не хочешь, чтобы честь нашей семьи была опорочена? Что бы на это сказал твой покойный отец?

Что стоит боевых магов оглушать, связывать и тащить к венчальному алтарю, едва они появляются в трех шагах от юной девушки, воспитанной на любовных романах.

Я посчитала, что отвечать на риторический вопрос не имеет смысла… И через неделю стояла перед зеркалом в перешитом розовом платье. Перешивали по большей части верх. Булочки с марципаном подарили младшей сестре некоторое телесное богатство еще до встречи с боевым магом.

Лиза порхала вокруг меня и пришпиливала на кружева живые цветы. Сестра обладала магией растений. Скорее всего, соцветья, приколотые к волосам и платью, не завянут до самого утра. Хватит отскакать весь бал и домой вернуться.

– Виталия, ты выглядишь очаровательно! – охала маменька, от умиления складывая руки. – Как будто тебе снова девятнадцать!

С недовольной миной я смотрела на свое отражение и никак не могла взять в толк, каким образом влипла в дурацкую авантюру. Какой, к болотным бестиям, бал? Я даже танцевать не умею!

1 глава

Драконам не отказывают

Я сбежала с бала еще до начала танцев. Не в родовое поместье, как хотелось бы, а на балкон. Тихое и уютное место с креслицем и напольной вазой. Главное, близко не подходить к высоким перилам. Вдруг кому-то, глядя на меня, тоже захочется сбежать.

Внизу шумел народ. Все с возрастающим нетерпением ждали гостей из Хайдеса, южных драконьих земель. Короля тоже ожидали со всем усердием и любовью, но первых – усерднее. Его величество верноподданные видели не раз, а драконы в Родолесс явились впервые. Говорили, что их прибыла всего-то жалкая дюжина, а незамужних девиц свезли во дворец больше сотни…

На столике добрые слуги оставили поднос с полным графином вина и хрустальные бокалы. В бальном зале до приезда короля ничего крепче пунша и лимонной воды не подавали. Видимо, чтобы дебютантки не набирались до танцев. Но сейчас мне никто не мешал разбавить вином удручающе скучное питье.

Только я сняла резную крышечку и принюхалась к графину, как дверь открылась. На пороге замер незнакомый мужчина. Мы оба застыли. Очевидно, ни один из нас не ожидал столкнуться с кем-то в тайном месте.

С первого взгляда стало очевидным, что незнакомец – не человек в полном смысле этого слова, а по большей части таковым притворяется. На балкон собственной персоной заявился один из прибывших в Родолесс драконов.

Он был по-особенному крупным, даже мощным. Рукава черного камзола облегали сильные руки, а не болтались, как у местных щуплых модников. Черты лица тоже крупные и выразительные, глаза – темные и насмешливые. Медные волосы собраны в хвост, на лице – ухоженная темно-рыжая бородка. Никогда не любила бородатых мужчин, но именно этому шло: подчеркивало маскулинность.

Дракон перевел внимательный взор на полный графин в моих руках. Подозреваю, выглядело так, будто я по-простому хлебала вино прямо из горлышка.

– Вам налить? – не смутившись, предложила ему.

– Достойное? – спросил он низким голосом с заметным акцентом.

– Еще не пробовала.

– Кем бы я был, если бы заставил даму разливать выпивку? – с неожиданной иронией проговорил дракон, переступая через порог.

Кто-то снаружи тихо закрыл за ним дверь.

Двигался он плавно, никаких резких движений. Забрал из моих рук графин, разлил вино по бокалам. В голове постоянно крутилась странная мысль, что раньше о драконах рассказывали в учебниках по бестиологии. В разделе о двуликих хищниках. Если что, учебники полвека назад переписали. Драконов приняли за цивилизованную расу. Цивилизованные хищники.

– Что вы здесь делаете? – спросил он, протягивая мне наполненный бокал.

– То же, что и вы, – ответила я. – Сюда меня привел долг. Я подменяю сестру.

– Я про балкон, – насмешливо подсказал он, обведя своим бокалом тесный закуток.

– Пытаюсь сохранить семейную гордость.

– Прячетесь от навязчивых поклонников? – хмыкнул гость из Хайдеса.

– Вы видите занавески в зале? – спросила я, а когда он сделал шаг к перилам, предупредила: – Не подходите близко, вас будет заметно снизу.

– Что не так с занавесками? – уточнил он.

– Занавески красивые. Я с ними сливалась, – ответила я со смешком. – Такой конфуз.

Розовое платье Лизы действительно удивительным образом совпадало по колеру с шелковыми занавесками. Как из них сшили. Повезло, что перед отъездом матушка слегла с кровяным давлением и не видела этого кошмарного провала. Упала бы в обморок прямиком на танцевальном паркете.

– Вы выглядите чудесно, – галантно соврал дракон.

– В розовом платье моей сестры? Да вы настоящий льстец! – развеселилась я и протянула бокал: – Виталия Егорьева.

– Эсхард Нордвей, – без лишней драмы, что женщина представилась первой, ответил он и тихо звякнул своим бокалом о мой. – Будем знакомы, вайрити[1] Егорьева.

Сложную для произношения иноземцев фамилию новый знакомый исковеркал, зато обращение к незамужним девушкам на драконьем языке сказал так красиво, что заслушаешься. Обычно рамейн – по-простому драконий язык – звучал резко и надрывно, как будто драконы не разговаривали, а друг на друга насылали проклятья. Говорила я на нем, правда, не очень бодро, зато понимала недурственно. Не зря пять лет зубрила во время учебы в академии.

– Приятно познакомиться, господин Нордвей, – согласилась я.

Мы одновременно пригубили вино и… ошарашенно застыли. В графине притаился морс из горько-кислой розверины, растущей на севере королевства! Язык от адского пойла вязало, челюсть сводило, и в целом меня знатно перекосило. Дракон оказался выносливее и не скривился, но веко на правом глазу выразительно сократилось, и на долю секунды зрачки вдруг сделались вертикальными.

– Стесняюсь спросить, – выдохнул он, – что налито в кувшин вместо вина? Яд?

– Традиционный северный морс, – прокряхтела я. – Добро пожаловать в Родолесс. В нашем королевстве знают толк, как встречать гостей.

Бокалы мы отставили. И пока я ломала голову, как красиво вернуться в бальный зал, дверь приоткрылась. В тесное убежище попытался проникнуть еще один человек, в смысле, дракон. Роста он был высокого, телосложения поджарого, светлые волосы доставали до пояса.

– Выйди, – коротко бросил Эсхард на родном языке и спас маленький балкон от явного перевеса, а дворец – от неминуемого разрушения, если бы под нами провалился пол.

– Здесь женщина, – оповестил блондин.

– Разве?

И даже мне стало очевидным, что ему приказывают притвориться, будто девица в розовом абсолютно прозрачная. Да что там прозрачная? Невидимая!

Блондин бросил на меня насмешливый взгляд и молча отступил назад.

– Илайс, – сдержанно позвал Эсхард, – фляжку дай.

– Я не… – Тот замялся, но все-таки вытащил из внутреннего кармана крошечную золотую фляжку.

Дверь за ним закрылась. Мы остались вдвоем. Эсхард раскрутил крышку и протянул мне фляжку.

– Сначала вы, – отказалась я первой пробовать неизвестный напиток.

Ни секунды не колеблясь, дракон сделал глоток. Фляжка перекочевала в мои руки. Я прекрасно понимала, что изображать из себя трепетную девицу поздновато, и тоже чуток отхлебнула. Горло опалило крепким бренди.

– В кармане вашего друга яблочной дольки на закуску не найдется? – пошутила я, возвращая ему выпивку. – Боюсь, что после пары глотков брошусь в пляс.

– Не любите веселье?

– Прогуляла все уроки танцев.

Возникла долгая пауза. Не приближаясь к перилам, Эсхард внимательно наблюдал за тем, что происходило внизу. Следил за людьми в их естественной среде обитания. Как настоящий хищник.

– Заранее подбираете для своего владыки достойную пару? – не удержалась я, и он перевел на меня вопросительный взгляд. – Иначе зачем вы спрятались на балконе, пока в бальном зале ожидает толпа? У нашего короля сын, племянницы давно отданы замуж. Вряд ли во дворец пригласили толпу юных аристократок, чтобы просто устроить танцы.

– Сколько вам лет, госпожа Егорьева? – вдруг спросил Эсхард и вновь передал мне бренди.

– Я старше, чем выгляжу в розовом платье, – развеселилась я и, отсалютовав, сделала очередной глоток. – Теперь ваша очередь отвечать на бестактный вопрос.

– Не стесняйтесь, – кивнул он и забрал из моих рук почти ополовиненную фляжку.

– Мне действительно любопытно. Вы прилетели в Родолесс на своих двоих?

Дракон удивленно выгнул бровь, попросив об уточнении. Пришлось потрясти пальцами, изображая крылышки.

– Порталом, – с ухмылкой подсказал он.

– Да, это наверняка удобнее. – У меня вырвался смешок. – Продолжаем задавать невежливые вопросы? Ваша очередь.

– Ты же понимаешь рамейн? – внезапно произнес он на драконьем языке, лихо отбросив формальности. Никакого безопасного официоза, словно мы много лет были близкими друзьями.

– Что вы сказали, господин Нордвей? – с вежливой улыбкой переспросила я.

– Не лги мне, – проговорил он на рамейне с мягкими, но властными интонациями.

Внезапно по дворцу разнесся глубокий басовитый удар в барабан, означающий, что король прибудет в течение десяти минут. Всем верноподданным следовало собраться в бальном зале, чтобы душевно и с большой любовью поприветствовать монарха.

– Мне пора. Увидимся внизу.

Шагнув к двери, я попыталась опустить ручку, но та застряла. Выглядело так, словно нас заперли. Нервно покосившись на Эсхарда, я обнаружила, что он преспокойно стоит спиной ко мне, прихлебывает из фляжки остатки бренди и внимательно наблюдает за бальным залом.

– Не выходит? – не оборачиваясь, спросил он на рамейне, и столько в его низком голосе прозвучало ехидства, что даже смешно сделалось.

– Господин Нордвей, дверь заклинило, – пожаловалась я.

Он повернулся. Глаза смеялись, в рыжей бороде пряталась ухмылка.

– Откройте для вайрити, – негромко произнес на родном языке.

Дверь осталась бедственно неподвижной. Никто и не думал выпускать меня наружу.

– По-моему, вас не услышали. – Я взяла дело в свои руки, в смысле, в кулак: громко и требовательно постучалась. – Господа, даме очень надо выйти! Пожалуйста, откройте дверь.

Тишина. Пришлось пробудить магию, хотя мне искренне не хотелось портить замечательный балконный интерьер. По бронзовой ручке пробежали искры, перекинулись на деревянную поверхность, а потом дверь вздрогнула. Раздался звон. С другой стороны выпала ручка, с нашей – осталась целой и удручающе заблокированной.

– Издевательство какое-то, – процедила я, начиная злиться.

Использовать боевую магию – всегда дурная идея и легкий способ испортить… все.

– Подвинься. – Эсхард решительно отодвинул меня с дороги и с силой нажал на ручку. Бронзовая загогулина осталась у него в кулаке.

– Сломалась, – прокомментировала я.

С самым невозмутимым видом дракон передал мне злосчастную ручку:

– Подержи.

Он поднажал мощным плечом. Дверь слетела с петель и с грохотом плашмя упала в пустой коридор. Драконы нас заперли и куда-то улетели! Возможно, в прямом смысле слова.

– Пожалуй, я не стану рассказывать об этом матушке, – ошарашенно заключила я.

– Строгая?

– Впечатлительная.

– Прошу. – Эсхард галантно указал рукой в развороченный дверной проем, словно предлагал выйти из комнаты через широко раскрытые дворецким ворота.

– Хорошего вечера, господин Нордвей, – попрощалась я и попыталась всучить дракону бронзовый кусок дворцовой собственности: – Возьмите на память.

– Оставь себе, – немедленно отказался он.

Тишину потревожили два тяжелых удара в барабан, означавшие, что король уже не просто обул туфли и натянул парик, а бодрым шагом направляется к гостям.

– Просто возьмите. – Я ловко втюхала ручку Эсхарду. – Подарите своему владыке сувенир из Родолесса.

Пока мы с гостем крушили дворец, атмосфера в бальном зале накалилась. В воздухе, охлажденном магическими кристаллами, разливалась не только ядреная смесь из духов, но и нервное нетерпение.

Барабан ударил три раза, когда я добралась до окна. Магические огни вспыхнули ярче, зал залил пронзительный белый свет. На подоконнике обнаружились мои бальные перчатки. Перед побегом я их с наслаждением стянула с рук и забыла. Натягивать времени не осталось и пришлось запихнуть в маленькую бальную сумочку. Та распухла, как будто переела. Из затянутой на шнурок горловины вылез один перчаточный палец. Потыкала, пытаясь его заправить, но все равно стервец встопорщился.

С почтительным реверансом его величеству все-таки слегка опоздала: все уже согнулись и присели, насколько позволяли поясницы и колени. К дворцовому этикету я была приобщена мало, изобразила уважение, как умела. У матрон вышло ловчее.

Под торжественную музыку энергичной походкой, в принципе не заметив, кто насколько присел и как низко согнул спину, король пронесся между гостями, точно куда-то страшно опаздывал. Он был невысок ростом, носил подстриженный по последней моде парик, скрывающий благородную залысину, и плевать хотел, что принц с супругой в тяжелом платье едва за ним поспевают.

Жестом всем разрешили выпрямиться. В зале зашелестели одежды, пробежали шепотки. Невольно я бросила быстрый взгляд на балкон. Наверняка Эсхард по-прежнему следил за людьми внизу. Возможно, и за мной.

И вот пришла долгожданная минута! Драконы появились на лестнице. Музыка смолкла. С большим вдохновением, распевно и громко, распорядитель бала объявил:

– Владыка южных земель, шести островов и Тихого моря! Эсхард Нордвей с приближенными.

Он спускался спокойно, без торопливости, закутанный в чувство собственного достоинства. Высокий, мощный мужчина с медными волосами и рыжеватой ухоженной бородой. Владыка южных земель и чего-то еще, которому я всучила выломанную ручку… Голова внезапно закружилась. Никак меня догнал бренди.

Между тем гости из Хайдеса преодолели половину ступеней. Шесть рослых драконов, а вовсе не дюжина, как утверждали сплетники. У всех длинные густые шевелюры, крепкое тело и настораживающая мощь в движениях. Лица непроницаемые, эмоций не прочитать. Однако им было тесно и в дорогих костюмах, сшитых по моде Родолесса, и в стенах родолесского дворца, возведенного еще в те времена, когда драконов описывали в книгах о двуликих хищниках.

Ни на кого не глядя, они двинулись к королю, поджидающему гостей на другом конце зала. Ни один не поскользнулся на вощеном паркете. Когда я расслабилась и передумала пятиться к розовой занавеске, светловолосый Илайс вдруг повернул голову, насмешливо посмотрел прямиком на меня и подмигнул.

Стоящая рядышком дебютантка тихо пискнула и в нервном возбуждении полезла в бальную сумочку. Видимо, занюхать драконово подмигивание пробирающей до мозга солью. На пол со звоном посыпалась всевозможная дребедень, непонятно как в маленький мешочек поместившаяся. Карандашик для записей в бальной карточке отскочил мне под ноги. Девица покраснела до свекольного цвета, прижала ко лбу ладонь и надумала упасть в обморок. Видимо, на меня.

– Не удержу, – прокомментировала я.

– Совсем? – с надеждой пролепетала она.

– Без вариантов.

Пока она не понимала, что делать, внимательные и незаметные слуги тихо собрали мелочи на поднос. Страшно смущаясь под неодобрительными взглядами матрон, несчастная девица сгребла бальный скарб в сумочку, покосилась на укоризненно торчащий из моей распухшей сумочки перчаточный палец и бочком отошла подальше.

Приветствие закончилось. Король объявил о начале бала, и радостно хлынула музыка. Никто не сходил с места. Молодые люди озирались по сторонам, девицы тоже замялись. Похоже, первый танец во всех бальных карточках приберегли для драконов, а те не танцевали. Эпичный конфуз!

Ситуацию спас принц: вынужденно вывел супругу в центр танцевального паркета и принялся старательно кружить. Зал пришел в движение, но присутствие гостей из Хайдеса довлело, и в веселье чувствовалась некая истеричность.

К третьему танцу я решила, что приличия соблюдены: себя показала, на драконов посмотрела. И не только посмотрела. Можно отчаливать домой, пока никто из матушкиных знакомых не полюбопытствовал, что именно старшая дочь семьи Егорьевых, бестиолог во втором поколении, забыла на балу дебютанток. Уходить от прямых вопросов и напускать тумана у меня всегда выходило дурно, и этот грешок я за собой прекрасно знала.

– Почему драконы не пляшут? Я готова заснуть от скуки, – проворчала одна из матрон, раздраженно обмахиваясь веером.

Вообще, рядом с нами в чаше на высокой подставке излучали холод магические кристаллы, похожие на мелкую, мерцающую зеленоватым цветом гальку. На стене уже появилась белесая полоса инея. Ей-богу, хотелось натянуть перчатки не ради приличий, а чтобы согреться.

– Они же варвары! – со знанием дела пояснила вторая, перебирая в тарелочке крупные зеленые виноградины. – Варвары не приспособлены к изящным танцам. Уверена, их заставили скинуть звериные шкуры и переодеться в приличный костюм, чтобы не смущать благородное общество.

– Да, шкуры им пойдут, – согласилась ее подруга.

– Милые дамы, мы с юга, – протянул насмешливый голос с чудовищным акцентом.

«Милые дамы» и я вместе с ними ошарашенно обернулись. Взгляд уперся в пуговицы на дорогом темно-синем камзоле и белые длинные пряди волос. Пришлось поднять голову, чтобы посмотреть Илайсу в лицо. Казалось, он вырос за нашими спинами буквально из-под паркета.

– Мы не носим шкур, – продолжил он с лукавой полуулыбкой. – Слишком жарко. Мы ходим в набедренных повязках, но во дворец пришлось приодеться. Вам так же жаль, как мне? Не привык к костюмам.

Одна из матрон уронила веер и челюсть, вторая подавилась виноградом. И их так шустро смыло со стульев, словно под сиденьями зажгли горелки.

– Вайрити… – протянул Илайс, вставая рядышком.

– Решили пригласить меня на следующий танец? – понизив голос, спросила я.

В золотистых глазах дракона мелькнула насмешка.

– Приглашаете по собственному желанию или по желанию владыки? – приняв молчание за утвердительный ответ, уточнила я. – Если я откажусь, это вызовет дипломатический скандал?

– Нет, но я расстроюсь, – отозвался он, глядя на меня сверху вниз.

– Если мы пойдем танцевать, то расстроюсь я. Придется проторчать здесь еще часа полтора, а я собралась сбежать.

– В таком случае хорошо, что я просто посланец и должен передать сообщение. – Он чудовищно исковеркал слова, но от ироничной интонации не удержался.

– Излагайте, – милостиво согласилась я.

– Кейрим[2] Эсхард просит вас подняться на балкон. Он сказал, что вы не закончили разговор.

На условности мне всегда было плевать с высоты дворцовой башни, но разница между случайной встречей и намеренным свиданием была очевидна любому, даже наивной дебютантке.

Я недобро покосилась на этого самого кейрима южных земель и всего остального настолько масштабного, что оно не укладывалось в голове и не запоминалось. Он стоял к нам спиной, что-то сдержанно обсуждал с принцем и вряд ли лопатками ощущал недовольный взгляд.

– Не договорили, значит, – на выдохе пробормотала я. – Это мы, конечно, напрасно… Куда он просит меня подняться? На балкон?

– Я ошибся словом? – вежливо уточнил Илайс.

– Нет, вы сказали все верно, – едва заметно улыбнулась я. – Владыку не смущает, что на балконе больше нет двери?

– Речь о соседнем балконе. – Он кивнул, намекая на балкончик с завешанной королевским стягом балюстрадой. – После следующего танца.

– Благодарю, что передали послание, – кивнула я.