Трудности перевода с драконьего

– Мой кейрим, проблема решилась, – в изумленной тишине заключил Тиль. – Невеста нашлась.

– Она не терялась, – хрипловато отозвался кейрим. – Иди.

Смотритель стремглав выскочил из кабинета и захлопнул за собой дверь.

– Эмилия, – тихонько позвал Зорн, – хорошо лежим.

От осознания, что я ногой пнула целого драконьего кейрима на пол, хотелось помереть от конфуза. Не шелохнувшись, я продолжала притворяться обморочной.

– Но, может, поднимемся? – протянул он и весьма уверенно погладил меня ладонью по спине. – Эмилия? Сознание, что ли, потеряла?..

Он ловко перевернулся и, уложив меня на локоть, мягко похлопал по щеке.

– Кейрим, – громким шепотом позвал Тиль, видимо, чуток приоткрыв дверь, потому как по холодному полу заметно засквозило. – Забыл сказать, что через час прибывают южане…

– Тиль, немедленно позови лекаря! – с неожиданной властностью в голосе приказал Зорн. – Пусть принесут нюхательные соли.

– В обморок бухнулась?! Давайте водичкой попрыскаем! – всполошился услужливый смотритель. – Нам надо откачать невесту до венчания!

Согласна, венчаться с женщиной в обмороке невозможно, как ни извернись. Переполох намечался знатный. Даже значительный! Я поняла, что пора воскресать, пока на меня в лучших традициях институтов благородных девиц не выплеснули графин с водой, и открыла глаза.

– Не надо лекаря, меня уже попустило.

От изумления владыка выпустил меня из рук. Глядя снизу вверх, он ошарашенно следил, как помиравшая от похмелья невеста шустренько поднялась на ноги и оправила юбки.

– Встретимся во время брачного ритуала. Ты знаешь, где меня найти. – Я махнула рукой в качестве прощания. – Тиль, верните меня незаметно в покои.

До покоев снова добирались тайными коридорами, озаренными тусклыми светильниками. В них гулял злой сквозняк, и от холодной пыли свербело в носу.

– Если вас интересует мое мнение… – внезапно захотел отчитать меня смотритель за «девичник» с владыкой.

– Не хочу показаться грубой, но не интересует, – сухо перебила я.

– Однако позвольте сказать! – возмутился он.

– Рейнин дворцовый смотритель, – резанув официозом, обратилась я, – знаете, чего мне сейчас больше всего хочется? Порошки от головной боли, супчик от похмелья и забыть напрочь последние полчаса жизни. Я никогда себя не вела, как круглая… дебютантка.

– Но спросить-то можно? – обиженно пожевав губами, насупился Тиль.

– Спрашивайте, – смилостивилась я.

– Эликсир вместо супчика пойдет?

Готова официально заявить, что бренди с закуской из эротических романов – первозданное зло, особенно накануне венчания. И хваленый эликсир, отчаянно пахнущий сельдереем, не помогал! Пока Ренисса укладывала мне волосы короной, я прихлебывала из чашки отвратительное темно-коричневое пойло и мелочно надеялась, что Зорну, встречающему владыку южных драконов Эсхарда Нордвея, не легче. Иначе выйдет несправедливо.

По древней, как леса Авиона, традиции свадебный обряд проводили на закате, а в полдень мне следовало встречать гостей в комнате невесты и дожидаться, когда появится жених. Только усилиями умелой горничной к нужному времени я превратилась из болезной хтони в человека.

Из высокого напольного зеркала на меня смотрела почти незнакомая женщина в красном свадебном наряде. На заколотых рыжих волосах поблескивал тонкий золотой венец, подведенные серебристо-угольной пудрой глаза казались больше, глянцево блестящие губы – полнее. Следы похмелья исчезли, но намеки-то, что невеста по-прежнему не в себе, были… Я нещадно перемешивала рамейн и северный язык эсхирь.

– Добро пожаловать в Авион, Эмилия, – со вздохом пробормотала я, огладив бархатистый наряд, и кивнула горничной через зеркало: – Идем.

Воздух в комнате вздрогнул, хотя все окна были закрыты. Видимо, под действием магии Рениссы двустворчатые двери начали торжественно открываться. В коридоре внезапно оказались гости из Талуссии, дожидавшиеся моего появления. Я слышала, что многочисленная делегация появилась с утра, но не ожидала обнаружить королевских посланцев, по большей части приехавших с женами, под дверью. Последние изучали меня с явным изумлением, видимо мысленно сравнивая с добрачным портретом в галерее.

Дмитрий, одетый дорого и со вкусом, с идеальной укладкой на подстриженных по столичной моде волосах, возвышался над остальными на полголовы. На груди висел позолоченный овальный медальон с королевским гербом.

Я с трудом оторвала взгляд от доказательства, что бывший жених наконец достиг вожделенной цели и получил должность посла. Он никогда не хотел служить в драконьих землях, но, подозреваю, ни минуты не раздумывал, принимая назначение в Авион.

– Добрый день, – наконец прервала я затянувшуюся паузу.

– Госпожа Власова, – отстраненно-вежливым тоном начал Дмитрий и кашлянул в кулак, когда голос вдруг сорвался, – владыка Риард оказал нам честь и попросил сопроводить вас в комнату невесты.

Господи боже, какая потрясающая воображение драконья жестокость! Отправить нового посла Талуссии вести под венец бывшую невесту.

– По традиции девушку провожают близкие люди, но я в Авионе совершенно одна. Благодарю, что вы здесь, – сдержанно проговорила я, как и Дмитрий, сделав вид, что мы незнакомы, хотя, очевидно, все присутствующие были в курсе нашей расторгнутой помолвки.

Стоило выйти из покоев, как двери сами собой закрылись за моей спиной. Всей делегацией в скорбном молчании мы зашагали по коридору. Я возглавляла безмолвную процессию и ловила себя на ироничной мысли, что меня словно провожают на заклание злому дракону, а не выдают замуж за влиятельного хозяина огромных драконьих земель.

Дмитрий, не произнося ни слова, пристроился рядом. Сразу видно, что человек исключительно серьезно отнесся к миссии. Стоило нам преодолеть поворот к лестнице, ведущей в дворцовый холл, как атмосфера мгновенно поменялась. Стало многолюдно и шумно. Здесь выхода невесты дожидались слуги.

С пожеланиями теплого ветра и прочих благ народ бросал мне под ноги мелкие монетки, белый морской песок и разноцветные листья. Дмитрий случайно пнул прилетевшую ему под туфлю мелкую кедровую шишку. Та, как погремушка, отлетела на несколько шагов.

– Какое варварство… – едва слышно с обескураженным видом пробормотал он на родном языке.

– Плохо начинаете, господин посол, – с иронией прокомментировала я.

В холле под лестницей собралась толпа. Видимо, все, кто служил во дворце, хотели поглазеть на невесту-иноземку, три недели фактически не казавшую носа из покоев. От удивления я притормозила на верхней ступеньке и вдруг почувствовала, что Дмитрий слегка сжал мой локоть, по всей видимости предлагая помощь, чтобы спуститься.

– Что ты делаешь? – тихонечко уточнила я.

– Оказываю любезность твоему будущему мужу, – отозвался он.

– Тогда окажи владыке любезность и не трогай руками его будущую жену, – посоветовала я, освобождаясь почти незаметным жестом. – Он этого не любит.

До комнаты невесты добрались в неуютном молчании. Я еще раз поблагодарила посланников из Талуссии за сопровождение, холодно кивнула Дмитрию и вошла в маленькую комнату, убранную цветами и красным шелком. За моей спиной плавно закрыли двери, украшенные ажурной резьбой.

Некоторое время я сидела в удобном мягком кресле на самом краешке и пыталась через узорчатые прорези в дверях разглядеть, что происходит за пределами гостиной.

Время шло. Гости к невесте не торопились. Талусские посланники во главе с Дмитрием исполняли роль моей семьи и дежурили на входе. Я постепенно скатывалась к спинке кресла, в итоге угнездилась с комфортом и начала клевать носом. Пришлось встать и размяться: походить туда-сюда, сделать пару взмахов руками.

И когда от души потянулась, ажурные створки стремительно раскрылись. В дверном проеме стоял мощный рыжеволосый дракон с аккуратной, ухоженной бородой, а за ним – на мои потягушки в ужасе взирала сваха.

Примечания