- -
- 100%
- +
1. Коза
Митя опять заныл – дедушка поехал к комбайну, брата Мишу взял, а его нет. Просто Митя в это время ходил с папой на канал, вот его и не взяли. Дедушкины поля далеко, надо ехать «Нивой». Мите пять лет, и он очень любит кататься на машине, но на комбайне еще больше. Прошлым летом, когда они гостили здесь в деревне, их несколько раз катали в высоком, трясучем комбайне. Внутри было душно и шумно. И маленький Митя один раз там даже заснул, зажатый с двух сторон горячим толстым комбайнером и братом Мишкой.
Мише уже девять, он закончил второй класс. Учится он в Москве, а на лето родители привозят их в Малиновку. Это такая деревня на Украине. Там у дедедушки-бабушки всё есть: разные куры-утки, кролики и даже коза.
В прошлом году у бабушки была безрогая коза Зирка, но она перестала давать молоко, и ее пустили на мясо. А потом тайно от бабушки дедушка купил новую. Идет бабушка по двору, а в сарае кто-то мекает. Заходит, а там коза – пятнистая, в коричневом передничке и с длиннющими рогами. Бабушка отвыкла от рогатых коз и ее немного побаивалась. Да и коза Звездочка тоже бабушку опасалась и доиться не хотела – брыкалась. Бабушка и говорит дедушке: «На тебе 500 гривен, только отвези ее обратно». Дедушке такое положение дел, конечно, не понравилось, стал он доить козочку сам. В одной руке кастрюлька, второй доит. Так полтора литра и набежит. Утром, как подоит, выводит ее пастись на пригорок у канала. Днем бабушка ее переставляет в тенечек под тополя – перебивает штырек с ее цепью в другое место, чтобы не жарко было, и воду ей из канала приносит. Вечером козу отстегивают и ведут обратно в сарай.
Однажды вечером бабушка спохватилась, что уж больше шести, а козы все нет, позвала Мишку – не отвечает, кликнула деда – уехал куда-то, пришлось самой идти. Коза в этот вечер какая-то особенно упрямая была – ни одной высокой травинки, ни одной кукурузы не пропускала, все упавшие с дерева на тропинку абрикосы подобрала, задумчиво сжевала, а косточки в бабушкину сторону выплюнула, а потом так больно на ногу наступила – баба-Маша аж прослезилась да как закричит.
Пес Амур, огромная овчарка, как будто только этого и ждал. Выскочил из будки под шелковицей, кинулся на козу, одни рожки да ножки сверкнули. Коза так бабушку дернула, что та зацепилась за камень, да на Амуре проехалась. Коза по двору носится, бабушка охает, за колено держится, а пес рвется с цепи и слюни от лая пускает.
Ох уж крика во дворе было! Бабушка еле-еле Звездочку в сарай загнала, да долго там возилась. Что-то мало в этот вечер коза молока дала – всего поллитра. Дедушка все один и выпил.
А на следующий вечер Мишка заранее пошел козу забирать. Подобрал парочку абрикосов, взял поводок и побежал на бугор. Коза покорно голову нагнула, поглядел Мишка и ахнул – а она безрогая, белая, точь-в-точь как Зирка была. Мишка от удивления пристегнуть поводок забыл, а коза шла за ним послушно и даже прицепить себя в сарае у кормушки без брыканий дала. Вот только молока опять маловато вышло, всего поллитра.
2. Чердак
Дом у дедушки большой – можно прятаться от бабушки на втором этаже или на чердаке. Однажды Миша залез на чердак и спрятался, а Митя его там и закрыл. Похихикал, выбежал на улицу, а там Амур надрывается – куры в цветник залезли, непорядок. Бросился Митя кур гонять, да про брата и забыл.
Миша на чердаке сначала дверь дергал, надеялся, что задвижка откроется, да она плотно вошла. Тогда он стал чердак исследовать. Раньше только до противоположного окна ходил, а под скаты крыши не лез, а теперь можно было и поглубже забраться. Отодвинул Мишка трехколесный велосипед, усмехнулся, вспомнив, как удачно на нем брата с горки скатил, тот всего парочкой синяков отделался. А за великом мешок пыльный подвешен и торчат из него трубки разные. Ощупал Мишка непонятные детали, чихнул и дальше полез. Чуть голову об перекрытие не разбил, отшатнулся, нога на чем-то подвернулась, и он грохнулся. Ушибленный бок потер и кулаки сжал. Так захотелось ему поскорее на свободу вырваться и Митьку поймать! Будет в следующий раз думать. И размечтался он, представляя, как было бы здорово, если бы никакого брата у него не было, а была сестра, и можно было бы ее сколько угодно за косички дергать.
Поджал Мишка колени к груди, обхватил руками и уставился в темноту. И вдруг слышит «тик-так-тик-так», часики где-то тикают. Пошарил он вокруг себя, занозу в палец засадил. Пососал ранку и решил уже к двери пробираться, но ногой подбил что-то. С трудом разглядел в полумраке коробочку, похожую на ту, в которой бабушка нитки держит. Поднял, а тиканье усилилось. Страшно Мишке стало коробочку открывать. А вдруг там бомба! Да как рванет! И даже мокрого места от него не останется. Хотел бросить, да еще больше испугался, аж вспотел сразу. Положил он аккуратно коробочку, да к двери рванул. Дергал, кричал – как сбежали все. А по спине уже холодок ползет. Что там в коробочке? Вдруг вырвется, да в шею сзади вцепится? Бам – стукнуло что-то. Мишка подскочил, развернулся, чтобы лицом врага встретить, а там Рыжик, с рухляди какой-то спрыгнул и полез под крышу мышей ловить.
Выдохнул Миша и к коробочке рванул. С Рыжиком за спиной уже не так страшно. А вот если он уйдет и что-то ценное упустит, обидно будет. Не сразу жестяная коробочка открылась. Под поцарапанной крышкой на белой тряпочке лежали и громко тикали ручные часы без ремешка. На блестящем циферблате зеленоватые стрелочки светились. Почти как у дедушкиных часов. Только почему они здесь? Неужели их дедушка спрятал? Еще больше захотелось Мишке Митю увидеть и сокровище свое показать. Опустил он тяжелые часы в коробочку и к двери поспешил. Толкнул ее и чуть на лестницу не вылетел. А внизу уже Митины пятки по дорожке простучали. Пустился Мишка в погоню. Ну, Митя, погоди!
3. Веломашина
Спят Миша и Митя в большой комнате на раскладных креслах. Там же на диване спят папа и мама. А еще есть гостевая перина, она стелится на полу. Летом гостей бывает много – в Малиновке хорошо: канал с пляжем, фрукты-ягоды разные, вот и приезжают родственники. У бабушки в семье было десять детей, да и у дедушки тоже много родных. Бывает, что в доме по 16 человек гостит. Но обычно меньше, конечно.
Бабушка свою большую комнату всегда самым многочисленным родственникам отдает, а сама уходит в «надувнушку» – маленькую комнатку, которая раньше была кладовкой. Надувнушкой ее прозвали, так как там раньше надувная кровать стояла.
Очень любит туда заходить Миша. Там мешок со старыми игрушками в углу стоит, а еще пахнет по-особенному: резиной и бабушкиными травками, по подоконнику разложенными. Бабушка почти все травы знает и какая от чего помогает. Например, заболит у Миши живот – она ему горлянку заварит. И сразу все проходит.
Только не любит бабушка, когда к ней в «надувнушку» дети ходят.
– Опять мух напустили! А ну геть на улицу! – кричит и за хворостинкой, под кровать спрятанной, лезет, а ее там и нет. Митя забрал и, размахивая, как мечом, сбежал.
А Мишка и рад один оказаться. Достал из-под дивана, на котором мама спит, коробочку с часами и прислушался. Тишина. В испуге открыл крышку – лежат часы на тряпочке, только молчат. Неужели сломались? Решил бабушке показать, да передумал, услышал топот брата и поскорее обратно в тайник засунул.
Как-то утром расчесывает мама свои длинные волосы, наклонив низко голову, а Митя ее спрашивает:
– Мама, что у меня в руке?
– Я через волосы не вижу.
– А я через волосы вижу, потому что у меня их нет, – Довольно смеется обритый наголо Митя, размахивая хворостинкой.
Есть у мужской половины семейства такая традиция – летом наголо бриться. Вот и приезжают Миша с Митей в деревню волосатыми медвежатами, а уезжают бритыми тиграми. Удобно, когда каждый день в канале купаешься! Накануне как раз и состоялось торжественная стрижка. Сначала дедушка Мишу и Митю, потом Миша папу, а затем папа дедушку налысо побрил.
– А знаете, есть животное, которое когда спит, глаза языком закрывает? – заводит научную беседу Миша. – А наш поросенок закрывает глаза ушами. Папа говорит, что он по частям растет. Сначала уши, потом все остальное.
Мама улыбается и встает перед зеркалом, а Митя хохочет, приставляя ладони к голове.
Поросенка дедушка тоже купил по секрету от бабушки. Хозяйство-то большое, у бабушки уже сил на все не хватает: и огород, и птица, и кролики, и коза, и кошки-собаки, и работу по дому никто не отменял – вот и не хотела она поросенка. Но идет как-то бабушка по двору, ведро с водой тянет, вдруг слышит будто в старой теплице кто-то хрюкает. А туда только утки иногда забредают, а утки хрюкать не могут. Удивилась она, заглянула туда, а там маленький поросенок с большими ушами. Пришлось и его выкармливать. Вареную картошку с молотым зерном ему дает, помои, кабачки рубленные. Хорошо, что кушает он почти всё и живет себе в двухкомнатном свинарнике с открытой верандой. Когда хочет – на воздухе гуляет, хочет в «комнате» отлеживается. Во второй «комнате» утки ночуют. Выпускают их рано, целый день они по двору и за двором мотаются, обожают в луже у колодца водой хлюпать. Митя, конечно, любит за утками гоняться. А бабушка сердится, когда это видит – утки плохо бегают, совсем не летают и могут себе что-то повредить в этой гонке.
– Поки тесто замесила, свинья двери прокусила, поки двери залатала, дитя с печи упало, – шутит про себя бабушка, раскатывая тесто на вареники.
– Пельменики, – называет их Митя. И обожает их кушать. Особенно с малиной или с картошкой. А еще все любят, когда им попадаются сюрпризы – бабушка делает один особенный вареник с огурцом или сыром, например. Когда детей много, и все лепят вареники, то сюрпризов бывает много, и все они очень разные: с печеньем, с сахаром, с лимоном. Вот хохот стоит, не обед, а целый цирк получается. Тут главное, зубы об сюрприз не сломать.
Однажды, когда после обеда бабушка уже собиралась полежать, из города вернулись дедушка, папа и Миша. Дедушка ездил туда по делам, а папа и Миша – за покупками. Входят они такие торжественные на кухню и говорят Мите, который с мамой и бабушкой дома оставался:
– А тебя на улице сюрприз ждет!
Всех как ветром сдуло из кухни на улицу. А там у дома веломашина стоит такая как в прокате детям дают за 200 рублей десять минут кататься. А теперь катайся сколько хочешь! Хоть свой прокат открывай. Митя, конечно, обрадовался. Да и Миша тоже.
Вот моет мама посуду, а через открытое окно слышно, как дети с машиной возятся.
– Тебе нужно проехать ровно и не заехать в яму. Давай, разворачивайся, время идет! – тренирует Мишка Митю. – На старт, внимание, марш!
Митя хохочет и не едет.
– Ладно, я дам тебе конфету, если поедешь. Гони! Куда ты едешь? Ладно, я буду тебя чуть-чуть подталкивать. Разгоняемся! Нужно переехать яму!
И вдруг грохот, крики и вой подбитого самолета. Это веломашина на камень наехала, Митя упал, а она его сверху накрыла. Вот Митя и завыл. Мама выскочила и с трудом сыно-веломашинный клубок распутала. Митя ревет, мама рану на ноге трогает, а Мишка у обломка спинки застыл. Бабушка увидит, что новую машину разломали – ругаться будет. Поскорее Мишка в дом убрался. Решил ото всех в шкафу спрятаться и переждать. Мимо дивана проскользнул, дверцу открыл, а снизу так явственно «тик-так-тик-так» слышно. Вытянул Мишка коробочку и в шкаф залез. В темноте стрелки светятся зеленым, и часы громко тикают. Мишка обрадовался. Вот здорово, что часы починились! Не нужно теперь бабушке показывать. А как было бы хорошо, если бы и машина сама собой починилась!
А днем, когда мальчишки накупались с бабушкой и ребятами и забежали в дом за мороженным, мама и говорит:
– Ну, Митя, сегодня у тебя тридцать три удовольствия: и мороженное, и новая машина!
Выглянул Мишка в окно и глазам не поверил – машина целехонькая стоит, на солнце жарится. Как хорошо, что мама сиденье починила и его не ругает!
4. Бой
Утро у Миши и Мити начинается поздно – в полдевятого. Петухи уже откукарекались, за курами погонялись, а ребята все пытаются лежать, делая вид, что спят. Вот и мама уже воду несет, считая, что самое главное с утра теплой водички попить.
Миша нехотя пьет водичку, а потом падает обратно в кровать, как подрубленный.
– Теперь можно и поспать, а то всю ночь не спал, дрова подбрасывал, чтобы тепло было.
Конечно, дров он никаких не подбрасывал, и так жара стоит. Просто он вставать не хочет. Это бабушка с дедушкой встают ни свет, ни заря, когда на улицу без кофты не выйдешь – холодно. Дедушка козой, кроликами занимается, завтракает и на поле едет. Бабушка тоже до завтрака так набегается, что и проголодается. Только мальчики едят неохотно и медленно. Миша ковыряет пшенную кашу.
– В школе и в садике пшенная каша вкуснее, – поясняет он маме.
– Добавь молока и меда, – говорит мама. – Такая же сладкая будет.
Мед у дедушки свой – ароматный, прозрачный. Около калитки на огород, там где шелковица растет и Амур сидит, стоят три улья. Одно время дедушка завел настоящую пасеку, а потом ему пчелами заниматься надоело, и ульи опустели. Так бы и стояли они, ветшали, если бы прошлым летом не залетела туда семья пчелиная. Как-то узнали они про пустующие домики и вселились без спросу. Бабушка как раз с огорода шла, пчелиный рой услышала и дедушке все рассказала. Он ульи подремонтировал и осенью со своей медогонкой добыл ведро меда. Вот праздник у мальчишек-сладкоежек был! Потом восковые соты еще три дня всей семьей жевали. Только один дед Коля по прозвищу Кочерга, что на другом конце Малиновки живет, пришел как-то ни свет ни заря и стал требовать своих пчел обратно. Бабушка его высмеяла.
– А я у пчел паспортов не спрашивала. Они сами вселились! Не выгонять же?
Так и ушел Кочерга ни с чем, зло на рвущегося с цепи Боя посматривая.
– Один живет, жинка у него давно померла, вот умом и тронулся, – покрутила у виска бабушка и по делам пошла.
А Боя дедушка привез недавно. Когда Миша и Митя приехали, ему четыре месяца исполнилось. Внук овчарки Азы, которая у дедушки уже давно живет, и сын Амура пока нескладный и худой, с большой и вытянутой как у крокодильчика головой. Живет он в будке, как и Аза, с передней стороны дома. Работает, как и другие собаки, охранником. За это дедушка его уважает. А Миша просто обожает. Когда его не было, ему приходилось гулять с огромными Амуром и Азой – а их не особенно-то удержишь на поводке – таскали худышку Мишку как куклу на веревке. Еще не понятно было – кто кого выгуливал. А щенок как раз по размеру – на поводке удержать легко.
После завтрака, мама с бабушкой на огород ушли – лук да чеснок выдергивать. Его сначала разложить по кучкам надо, чтобы он подсох, а потом в мешки складывать и на чердак перетаскивать. Там он и хранится всю зиму, пока не съедят.
Митя прибежал к маме с бабушкой на огород. Они обе сидят на маленьких желтых скамеечках, которые в прошлом году смастерил Миша, и перебирают лук. Босые ноги мама поставила на горячую, сухую, как на пляже, черную землю – ей тепло и приятно.
– Иди малинку поешь, – говорит бабушка.
Митя побежал, но вскоре вернулся.
– Смотрите, какая гигантская, – говорит он.
– А что там за дырочка в малине, – в шутку интересуется бабушка.
– Там был какой-то шпунтик, на котором малина держалась, – серьезно поясняет Митя.
Вскоре Мите надоело на огороде, и он умчался в сторону дома. Через секунду оттуда раздается его крик. Мама к нему побежала.
– Бой умер! Бой умер! – вопит Митя, теребя лежащего пса за уши.
А несчастный щенок лежит на боку, ни лапой, ни хвостом не дергает. Мишка из дома выскочил, даже телевизор забыл выключить. Тоже стал Боя тормошить.
– Бойчик, ну миленький, открой глазки! – И только слезы по щекам текут.
Тут и бабушка подошла.
– Уведи ребят! – говорит маме, а сама уже мешок из-под муки откуда-то вытянула и овчарку накрыла. – Вечером дед приедет, похоронит.
Мишка как эти слова услыхал, обратно в дом побежал и сразу к шкафу. Не хочет, чтобы его слезы видели. Мальчики ведь не плачут, как часто ему бабушка говорила. Только услышал, что Митя уже бабушку вопросами засыпает.
– А отчего Бой умер? Заболел?
– Да кто ж его знает, может, съел чего…
Захлюпал Мишка сильнее прежнего, сжался между бабушкиными платьями. Темно в шкафу, только снизу приглушенное тиканье доносится. В прошлый раз он коробочку под тряпки на самое дно шкафа спрятал. Достал часы, а они светятся. И тикают как-то спокойно и уверенно.
Вечером только дедушкина «Нива» к дому подъехала, Митя уже тут как тут.
– Дедушка, а у нас Бой умер. Бабушка сказала, ты его хоронить будешь. А можно я с тобой?
Дедушка вмиг помрачнел и осипшим голосом проговорил:
– Я же с ним утром гулял. А он как всегда умчался на ту сторону поля… Наверное, сожрал гадость какую-то. Иди за лопатой, Митя.
Митька рванул напрямик, через машинный двор, а дедушка, вздыхая, к дому пошел. Шебутной щенок почти как внук был.
Вдруг крики, кудахтанье и лай из-за забора доносятся. Только дедушка калитку открыл, ему под ноги курица бросилась, а за ней Мишка с палкой. А в вольере у дома Бой на задних лапах подпрыгивает и лает совсем не как покойник.
– Это что ж это такое? – хватает дедушка Мишку за руку. – Ну, я Мите задам! Вот голову мне заморочил! Вот напридумывал! А бабушка где?
– У козы, – отвечает Мишка, выворачиваясь из дедушкиных рук. – А Бой просто спал крепко, мы и подумали, что умер. А я со двора курицу гнал, он и проснулся.
5. Плот
– Шо вы делаете?
– Плот.
– Хай Бог милует! – говорит бабушка, проходя мимо Мити и Миши, выкладывающих из мешков пластиковые бутылки. – Абрикосы лучше бы пошли пособирали, а не мусорили!
– Работа не волк, в лес не убежит, – отвечает папа, достающий из гаража деревянный каркас. – Делаем экспериментальную модель плота, а мусор за собой мы уберем. Вечером чисто будет.
В полдень все идут на канал. Мама помогает бабушке, несет ведро с водой – поить козу.
Мама сначала дает козе абрикос, та отворачивается. Мама ставит ведро с водой – Зирка нюхает и не пьет.
– Сердитая какая! – возмущается, усмехаясь, мама.
– Сердитая, давно не битая, – говорит бабушка. – Мне надо козу перебить. Куда-то я свой молоток припрятала?
Бабушка находит в траве молоток и переводит козу в тенечек. День выдался жаркий, вот и козе жарко. Всем хочется купаться. Бабушка и мама идут на пляж. Раньше там был обычный берег, поросший высокой травой, но дедушка для своих внуков, да и для себя тоже расчистил берег от травы и пригнал туда три самосвала с песком. Песок здесь берут в карьере, он бесплатный, а самосвал дедушкин. Так и получился пляж не хуже, чем на море.
Папа с Мишей и Митей по пояс в воде уже проводят испытания мини-плота – деревянной рамы, в которую стоя набиты пластиковые бутылки. Мишка пытается взгромоздиться на плот, но падает в воду. Плот переворачивается, и из него начинают выскакивать бутылки. Все быстро заталкивают бутылки обратно. Еще одно испытание – Митя смеется над мокрым, снова нырнувшим Мишкой. Плот вытаскивают на берег и все бросаются в воду.
Идет июль, но вода в канале бодрящая. Заходить холодно, зато потом привыкаешь и приятно. Мама говорит папе, что, если ты кашляешь, то лучше бы тебе не купаться. Папа кивает и ныряет в воду, а потом выныривает посреди канала, отплевываясь, точно кит.
– Воно упертое, как бык! – сердится бабушка на сына, который несмотря на простуду нырнул в воду.
Папа делает вид, что обижается, а бабушка плавает и смеется.
– Суженый, суженый, голос твой простуженный!
Поплавав, бабушка уходит – ей еще птицам воды и еды надо дать, да и самой обедать уже хочется. Так и идет бабушка в мокрых шортах и майке, что у нее вместо купальника, накинув на плечи полотенце. И папа уходит, а Митя с Мишей лежат на горячем песочке – отогреваются.
Мише очень хочется рассказать брату и маме про часы, но тогда их придется вернуть бабушке. Ведь это она, наверное, их там спрятала. И он лежит, сыпет горячий песок на спину довольному Мите и шепчет:
– Тик-так, тик-так. В голове кавардак, кто машину починил, тот и Боя оживил. Не пойму я никак, оттого кавардак.
– А что такое кавардак? – удивляется полузасыпанный Митя.
– Это вот такое! – И Мишка начинает месить песчаное «тесто» на спине у брата.
Тот окйкает, вскакивает и отбегает. Мишка за ним.
– Мама, давай в салки! Ты во́да! – кричит Миша, и мама начинает бегать за ними по пляжику.
Мишку догнать невозможно – он, как лошадка на манеже, нарезает круг за кругом. Митю осалить легче. Вдруг из травы совсем близко от пляжа встает молодой бычок, растревоженный шумом. Все останавливаются и смотрят на бычка, а он на них. Его колышек с цепью совсем рядом с пляжем, но дотянуться до детей он не может. Бычок красивый – коричневый с белым галстучком.
– Маленький и любопытный, а лепешек от него много, – подводит итог наблюдениям Мишка, и все смеются.
Мама собирает вещи, а хозяйственный Миша затягивает тяжелый плот на тачку.
– Митя, давай, помогай, чего бегаешь!
Но хитрец уже побежал на пригорок. Приходится маме с Мишей тянуть тяжелый плот к дому.
– Мелкий, завтра на плот не пущу! – кричит Миша вдогонку.
6. Бабушка простудилась
После обеда бабушка закашляла. Мама растерла ее «звездочкой» и накрыла одеялом. Бабушке надо полежать. Митя и Миша как всегда расшумелись и были высланы на улицу. Какое-то время было тихо, а потом громкий крик Миши:
– Я тебя один раз, а ты меня два, – И плач Мити.
Мама пошла выяснять. Оказывается, Митя построил прекрасный грот в песчаной куче в палисаднике под березами, а Миша нечаянно на него наступил и его обрушил. Митя обозвал Мишу, тот разозлился и ударил Митю, а Митя в долгу не остался. Расстроилась мама, что дети друг друга бьют и обзывают и отправила их воду курам наливать, а сама пошла чистить в крольчатнике.
Домик у кроликов сделан из ракушечника – такой известняк с ракушками. Сейчас его почти не используют, все больше кирпич да дерево. В сарае три комнаты: слева с сеном, в центре кролики, а справа – партия уток. У кроликов клетки одна над другой, с дверцами и решеткой спереди, через которые мисочки с водой и ячменем ставят. Эта решетка и есть кормушка, в которую сено закладывают. Некоторые кролики умные и ходят в туалет в одном углу клетки, а за другими надо везде убирать. Почему-то часть кроликов у бабушки-дедушки живет под клетками. Им на полу и кормушку, и воду поставили. Еще там есть такие поддончики с сеном и пухом, где маленьких кроликов выводят. Убираться в крольчатнике долго – кроликов много, мусора и помета тоже. Да еще не развернуться – то локоть ударишь, то лбом приложишься. Маме пришлось четыре тележки вывезти на кучу для сжигания, пока стало более-менее чисто. Хотя у животных сколько ни убирайся, на другой день все равно мусора накидают (точные дети). Поэтому есть у бабушки любимая присказка: «Эта песня хороша – начинай сначала». Вот и крутиться она как белка в колесе, поболеть спокойно не может.
– Где бабушка? – спрашивает дедушка маму вечером.
– На огороде. То полежит, то побежит.
– Хоть бы ты ей сказала, то нельзя так, когда простудилась, – волнуется дедушка.
Но бабушке лежать некогда. То на огороде кукурузу для козы срезает, то в курятнике подметает. Не успеешь оглянуться – уже ведро с кашей кошкам-собачкам тянет. Только бабушка здесь была, глядь – она уже из другого места выходит. Только Миша за ней на огород побежал, а она с огорода через вторую тропинку нырнула во двор и в сарай. Яички собрала, курам кабачок потерла. Мишка туда, она уже у колодца насос включает, чтобы воду на огород качать. Так можно полдня за бабушкой бегать.
– Где бабушка?
– Только что здесь была.
Такая наша неуловимая бабушка. Правда, кашель ее теперь выдает. Сложнее стало за кустами прятаться. Видимо, пришла пора лечебные травки заваривать. Нарвала бабушка листьев смородины, мяты, малины, заварила в большой кружке, а пить некогда. Все кругом голодные, бабушку ждут.
Вытащила бабушка большое ведро каши из дома. Сначала собачкам разложила по мискам. Потом к старому сеннику пошла. Там ее «кошачья ферма» поджидает. Это так дедушка говорит и сердится на бабушку.
– Развела тут кошачью ферму!
– А что я поделаю? – отвечает бабушка. – Не я же этих кошек привожу.
Кошки сами плодятся, бабушка, конечно, как может, контролирует поголовье хвостатых, но кошек пять-шесть всегда около нее крутятся. Да и красивые такие: трехцветная Тятя, рыжие Лунтик, Омлет и Рыжик, пушистая Тятя-домашняя и черно-белый Рябчик! У каждой свой характер. Уличная Тятя очень добрая, она и своих, и чужих котят подолгу молоком кормит. Домашняя Тятя со всеми строгая – на собак шипит, гладить не дается, хоть и в доме ночует. Пушистый Лунтик ласковый и игривый. А Омлет любит с бабушкой на огород ходить и охотиться около нее на мышей. Рыжик все время мяукает как будто вечно голодный. Все разные, но есть у них одна общая черта – любят все вокруг дедушки собираться, когда он козу доит. Сядут кругом и смотрят. Ждут, когда он закончит и им немножко в мисочку отольет.