- -
- 100%
- +
– Сколько машин! – Володя весело взирал на проносящиеся по Тверской автомобили.
Теплый ветер доносил их сладкий, несвежий запах. Солнышко, поднявшееся за бывшим доходным домом Хомяковых, отражалось в окнах гостиничной высотки. Красивая ауди со стеклянной крышей на секунду ослепила солнечным лучиком. Мысленно погрозив ей кулаком, Володя вновь окунулся в сладостные воспоминания прошлого. Единственное, что осталось у него кроме разглядывания машин и борьбы с голубями.
Машину Лиле он выбирал очень тщательно. Во время поездки в Париж не все складывалось как надо, и он переживал, что денег не хватит, но все получилось. Она хотела не похожую на другие машину. Маяковский выбрал «Рено», красавца серой масти с шестью силами и четырьмя цилиндрами. К началу 1929 года, к премьере «Клопа» машина была в Москве.
Хорошо знакомый полутемный зал. Неуловимый запах сцены и радостное волнение, всегда охватывавшее при виде огня и копошащихся освещенных людей. Мейерхольд с засученными рукавами, взлохмаченный и обливающийся потом что-то кричал, показывал и бегал крупными шагами.
Лилю он заметил сразу. Она сидела в первом ряду. Блестящие глаза и собранные в пучок волосы притягивали взгляд. Сердце болезненно защемило. Вытащив пачку папирос, он закурил.
Неожиданно со сцены донесся радостный крик Мейерхольда:
– Володя, ну идите же сюда! Я уже собирался вам звонить. Вы же знаете, я не люблю начинать без вас.
От этой реплики и сияющей улыбки Лили на душе потеплело. Маяковский в пару шагов залетел на сцену.
– Игорь! Товарищ Ильинский! – Мастер уже подзывал актера. – Подойдите сюда! Вы должны обязательно послушать, как читает этот фрагмент сам Маяковский.
Всё смолкло, только раздавались торопливые шаги актера. Затаив дыхание слушали, как, громко чеканя слова, Маяковский продекламировал:
– Я, Зоя Ванна, я люблю другую./ Она изячней и стройней, / и стягивает грудь тугую / жакет изысканный у ней.
Актриса, игравшая Зою, бросилась к Володе и ухватила его за руку.
– Ваня! А я? Что ж это значит: поматросил и бросил?
Володя, отстраняя ее, отрубил:
– «Мы разошлись, как в море корабли…» Далее реплики маман, Баяна и Зои. Потом опять вы: «Гражданка! Наша любовь ликвидирована. Не мешайте свободному гражданскому чувству, а то я милицию позову», – И, отмахиваясь от девушки, он дернулся в сторону.
– И еще, когда вы танцуете, не надо плавности. Резче будьте, и рука с плеча пусть соскальзывает, улавливаете?
– Да, спасибо, Владимир Владимирович! – отчеканил актер.
– Идите, – мягко сказал Володя и спустился в зал.
– Я уже соскучилась, – промурлыкал нежный голос, и теплое дыхание обожгло щеку.
Лиля прижалась к нему. Маяковский обнял ее, почувствовав тепло сквозь тонкую ткань блузки. Но сидеть на одном месте он не мог. Шагал в полумраке зала, меняя папироски, как патроны. Несколько раз его что-то не устраивало в начале пьесы, и он врывался на сцену, как вихрь:
– Всеволод Эмильевич, разрешите мне показать? – И гладил ладонью воздух или подхватывал невидимую гитару.
– Хорошо, Володя, хорошо! – радовался Мастер.
Лиля хлопала и кричала «Браво», а когда он садился рядом, снова обжигала горячим дыханием.
Пьеса никого не оставила равнодушным. Критики как всегда разошлись во мнениях от «лучшего спектакля года, продуманного оригинально и остро» до «явно написанного наспех фарсового фельетона». Что не мешало давать спектакли каждый вечер до середины мая.
В комнате в облаке дыма, заложив руки за спину, стоял Маяковский. Его взгляд был устремлен в окно. Но не распускающиеся цветы сирени привлекали его внимание. Он их не видел. В голове крутились рифмы. Они жужжали и толкались, выстраиваясь в одному ему уловимом ритме. Он что-то пробубнил и открыл окно, чтобы впустить свежий воздух. Пение птиц и шум города заглушил звук подъезжающего автомобиля. Конечно, Лиля! Она гордилась, что была почти единственной в Москве женщиной, умеющей водить машину.
Звякнул ключ, и вот уже она прижалась к горячему, высокому поэту. От ее волос пахло свежестью и цветами. Его рубашка и руки пропахли дымом.
– Ну отпусти же, медведь! Послушай, какое-то чудо! Наш умный Ося открыл что-то необыкновенное. Поехали, у нас еще около часа!
Они сбежали по лестнице. Под огромными ботинками Маяковского ступеньки жалобно скрипнули. Лиля зацокала каблучками к машине. Весна, ворвавшаяся в город, окутала их теплом и запахами недавно распустившейся зелени. Ветер, приподняв легкую юбку, обнажил стройные ножки в ажурных чулках.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.