Летописец. Книга 1. Игра на эшафоте

– Кто победил? – его голос был хриплым, едва слышным. – Кто ты такая?

– Я не враг, – прошептала Самайя. – Я не причиню вам вреда. Давайте, я помогу.

– Что случилось? Чем кончилась… – незнакомец выплюнул грязь, набившуюся в рот, и скривился от боли.

Самайя боялась сообщать ему исход боя. Краем глаза она заметила, как Дим выдернул из правой руки мальчика рукоять меча.

– Принс Дайрус победить, твой принс проиграть, – громко сказал Дим.

– С нами не было принца, он… – Раненый замолчал, с удивлением глядя на взъерошенного, необычного на вид Дима. Лишь потом до него дошёл смысл сказанных слов:

– Дайрус победил?! Он не мог победить! Он ублюдок, его место… я должен был… – он снова закашлялся.

– Не волнуйтесь, принц Дайрус скоро уедет. Вы проиграли битву – не войну, – слова нечаянно вырвались, мальчик уставился на неё как на ненормальную.

– А ты кто?

– Меня зовут Самайя, я приехала с принцем.

– Самайя? Странное имя.

– Все зовут меня Мая, – она едва сдержалась, чтобы не сказать, что это принц зовёт её так. – А это Дим, мой друг, он приехал издалека.

Дим слегка поклонился, как всегда делал, когда его представляли кому-то.

– Дим, помоги, пожалуйста, перенести его отсюда. Хочу его перевязать, – Дим скорчил недовольную рожу за спиной раненого, обхватил мальчика за грудь и потащил к другим раненым.

Они устроились под кривой одинокой берёзой, положив незнакомца на мокрую траву. Самайя разрезала штаны, увидев глубокую рану на левом бедре.

– Эй, Рик, неужто это ты? Принц тебя не прикончил? – крикнул кто-то насмешливо.

Легкораненые сидели неподалёку, напиваясь с горя вместе с недавними врагами. Василь Беззубый, сидевший тут же, злобился на Дима.

– Что, шлюшка королевская, решила себе нового любовничка завести? Одного мало? А я чем тебе не угодил? – Василь не стеснялся в выражениях, добавив пару ругательств. Дим напрягся, Самайя и ухом не повела. Она не хотела, чтобы Дим из-за неё вляпался в неприятности. Дайрус далеко, Марик тоже – Дим не выстоит против всех друзей Василя. Самайя часто слышала о себе нелицеприятные выражения – одним больше, одним меньше. Она способна спрятать обиду – со временем эта обида забывалась. Ничто не могло быть страшнее того, что она пережила. Она выдержит.

Рик с ненавистью посмотрел ей в глаза:

– Ты любовница Дайруса, этого урода?

– Он спас мне жизнь и ничего плохого мне не сделал. Я знаю, что он уехал из Сканналии, когда ему было три года. Что он сделал вам?

– Что сделал?! Он явился в мою страну, куда его никто не звал, убил моих друзей, – Рик впервые оглянулся на поле боя, разглядывая тела. Он тяжело дышал. Самайя попыталась осмотреть его рану – он оттолкнул её руку.

– Уйди! Без тебя справлюсь!

– Пусть подыхает, Мая, раз он так хочет, – послышался высокомерный голос Дайруса. – Этот полутруп ещё будет мне указывать, что делать с троном моего отца!

– Твой отец убийца, это все знают! На этой земле тебя ждёт только смерть, – с ненавистью выкрикнул Рик. – Жаль, я не прибил тебя в битве!

Дайрус ухмыльнулся:

– Это ты скажи спасибо, что я тебя не добил. Я с детьми воевать не привык.

– Ничего, привыкнешь, как твой проклятый отец!

Дайрус стиснул зубы и потянулся к мечу.

– Да, убей меня, но правду не скроешь! Король Райгард Второй сел на трон, залитый кровью собственного племянника! Сколько Байнару было тогда – десять лет? Наверное твой отец считал его не ребёнком, а препятствием между собой и троном?

– Мой отец не убийца!

– Вся Сканналия знает правду, ты же ни сном, ни духом? Ты вообще про Байнара слышал?

– Это был несчастный случай, – горячо заявил Дайрус. – Было расследование…

– Ну да, под присмотром твоего отца. Отличное расследование – убийца ищет сам себя!

– Говорят, он и короля Эйварда убил, ещё жену… – выкрикнул кто-то из толпы солдат Айвариха. Остальные одобрительно загудели.

– Это чушь! Никто не имеет права обвинять… – выпалил Дайрус.

– Да любой житель этой страны скажет тебе в лицо то же самое и плюнет, если ты не успеешь его убить! – Рик махнул рукой туда, где лежали раненые. Некоторые люди Айвариха кивали и одобрительно поддакивали Рику, даже наёмники самого Дайруса явно верили им – не принцу. Впрочем, последним было плевать, кого там прибил Райгард двадцать лет назад: им платили не за то, чтобы они сочувствовали убитым племянникам, хоть бы их был десяток.

Рик ткнул пальцем в Дайруса:

– Ты сам подлец и убийца! Ты убил летописца! Думал, это тебе поможет? Чёрта с два! Твои сообщники уже за это заплатили! Вчера их четвертовали, теперь твоя очередь. Думал, никто не узнает?

– Летописец? – растерялся Дайрус. – При чём тут летописец? Ты вообще о чём?

– Ваше Высочество, – встрял возникший откуда-то Сильвестр-Монах, – Вы, конечно, помните, что такое Истинная Летопись?

Дайрус медленно кивнул.

– Видимо, этот юноша полагает, будто летописца, что её пишет, приказали убить вы.

– Я не полагаю! Это слышал весь Нортхед! Сама Летопись обличила убийц – они сознались, что их послал ты!

– Под пытками сознались? – с ласковой издёвкой спросил Сильвестр.

– Имена убийц записаны в Летописи, так король Айварих сказал!

– И моё имя там записано? – уточнил Дайрус. Ему явно было не по себе. Самайя не понимала, о чём речь, хотя при упоминании Истинной Летописи в глубинах памяти возникли странные образы и фигуры, которые она постаралась выкинуть из головы. Потом она напишет об этом и попробует разобраться, сейчас не время. Самайя вытянула шею в поисках Дима. Он был незаменим во всём, что касалось ран и болезней. У него в стране умели лечить так, как в Барундии не умел никто, Дим ей не раз рассказывал о чудесах исцеления. Правда, в Барундии ему никто бы не доверил лечения, но именно он помог Самайе, когда она появилась во дворце Дайруса. Сначала она стыдилась говорить с ним об интимных вещах, со временем привыкла. Вот и сейчас она хотела узнать у него, что делать с ранами Рика. Дим, как оказалось, стоял рядом, с любопытством слушая перепалку и не обращая на Самайю ни малейшего внимания.

– Мне всё равно, есть там твоё имя или нет! Это ничего не меняет! В Сканналии все проклинают твоего отца и тебя! – дерзко добавил Рик.

– Батюшка ваш тоже, ваша милость? – эта короткая фраза заставила Рика умолкнуть. Он побелел – не только от потери крови. Говорил мужчина, стоявший рядом с принцем. На нём была потёртая тёмно-синяя куртка, дешёвый шерстяной плащ и порванные сапоги, его широкое лицо с тонкими губами выражало лёгкое презрение. Дайрус сказал Самайе, что именно он принёс сообщение о приближении сил Айвариха. С тех пор он держался рядом с Дайрусом, который расспрашивал его о восстании в Малгарде и других местных новостях. Дайрус удивлённо посмотрел на спутника.

– А мой отец при чём? – выдавил Рик. – Что ты про него знаешь? Ты вообще кто такой?

– Захар из Малгарда я, ваша милость. Вот сбежал оттуда за вами следом, только вы к одному королю отправились, я – к другому. Хорошо вы потешились в Малгарде, навидался я, как забавлялись с детишками ваши друзья. Сколько из них, по-вашему, заслужили погибель? Скольким было меньше десяти лет? – Захар в упор смотрел на Рика. Тот слегка набычился и умолк.

Дайрус не выглядел огорчённым из-за новостей о смерти детей во время восстания, его интересовало другое:

– А что ты там сказал про его отца? Он не верит, что мой отец убил Байнара?

– Ваше Высочество, припоминаете ли вы Ноэля Сиверса? Этот молодец его сын.

– Ноэль? – Дайруса передёрнуло. – Этот подлец? Нищий, который бесчестил знатных девушек, чтобы подняться из грязи?

– Не смей клеветать на моего отца! Он никогда бы такого не сделал! И он не нищий! – взорвался Рик.

– Отцы тех девушек с тобой бы не согласились, – зло усмехнулся Дайрус. Теперь он рассматривал Рика внимательно – сквозь презрение и насмешку Самайя чувствовала интерес. Более того, куда-то ушла агрессия: принц, казалось, передумал убивать Рика. Самайя припомнила слухи и намёки о похождениях самого Дайруса. Интересно, если бы этот Ноэль был знатным или бесчестил бедных девушек, это оскорбило бы принца?

– Кого он обесчестил? Назови имя! – вспылил Рик.

– Ты имя матери знаешь?

– При чём тут моя мать?

– Так знаешь или нет? – Дайрус недобро прищурился, пристально глядя на Рика. Солдаты обеих армий открыто усмехались. Самайя услышала, как кто-то обозвал Рика бастардом. Похоже, у неё с ним общий не только возраст. Они оба не знали имён матерей. Самайя посмотрела на запёкшуюся кровь на подоле рубахи Рика, на свежую кровь, стекавшую на мокрую землю. Рику нужна помощь, да разве мужчины думают сейчас об этом? Они выясняют, чей отец хуже.

– Не знаешь, стало быть? – Дайрус наклонился к лицу Рика: – Ты знаешь, в какой церкви они венчались? Какой священник их поженил?

– Его папаши хватило только на то, чтобы довести его матушку до постели, до алтаря он не дотерпел! – выкрикнул Василь. Все захохотали.

Рик покраснел:

– Не смей так о них говорить!

– А что ты сделаешь, сопляк?

Рик пытался придумать ответ, но потеря крови дала себя знать – он потерял сознание. Дайрус постоял, задумчиво глядя на Рика.

Самайя обернулась к Диму, прошептала просьбу ему на ухо. Дим, окинув взглядом Рика, кивнул и ушёл. Дайрус отошёл в сторону, не заметив, что Самайя следует за ним.

– Ноэль… – услышала Самайя. – Летопись… Анна…

– Ваше Высочество, – робко произнесла Самайя, – я хотела попросить…

– Что? Ты что тут делаешь? Чего привязалась?! Почему ты вечно за мной шляешься?! – он впервые повысил на неё голос, ей показалось, что он сейчас её ударит. Самайя попятилась, но взяла себя в руки. Её просьба не могла ждать.

– Ваше Высочество, пожалуйста, позвольте нам с Димом позаботиться о Рике, пока мы не отплыли.

Дайрус стиснул зубы, слегка прикрыв глаза. Самайя сжалась. Слова, сказанные Дайрусом, прозвучали неожиданно:

– Я дам вам с Димом позаботиться о нём.

Самайя удивилась. Следующие слова принца чуть не заставили её пожалеть о просьбе: – Вы доставите его к отцу, расспросите Сиверса про моего отца, потом пойдёте в Нортхед искать Истинную Летопись.

***

Выходить в море под вечер Дайрус не хотел, однако глупо ждать, когда гавань заблокирует флот Айвариха. Придётся опять идти в обход: до Птичьего острова, там запастись водой и оттуда повернуть на юго-восток.

Посадка на корабли заканчивалась. Где-то в летних сумерках осталась Мая. Интересно, увидит ли он её снова? Дайрус в этом сомневался. В самом деле, зачем везти Маю в Барундию, где у неё никого нет? Дим упоминал, что в Нортхеде живут её родные – пусть ищет их. Вряд ли ей удастся узнать, что пишет Летопись о его отце, да и какое ему дело до того, что о нём думают в этой стране? В конце концов, кто силён, у того и трон.

Дайрус теперь отчётливо понимал, насколько малы его силы. Жаль, что Стефан Фангарский мёртв, зато и счёт не предъявит! О том, что правителя Фангарии убили в тот же день, когда Дайрус отплыл в Сканналию, сообщил Захар. Урмас Лодивийский захватил Фангарию почти без боя за три дня. Дайрус не знал, огорчаться этой новости или радоваться, ведь теперь флот можно не возвращать. Нужно набрать новых людей. Нужна куда более мощная армия, нужна поддержка изнутри Сканналии, нужны союзники и деньги. Вот это поможет ему вернуть трон, а не Летопись!

С другой стороны, что он теряет? Мая умеет читать, писать, владеет сканналийским, знает много хроник. Если ей удастся прочесть, что говорила Истинная Летопись о смерти Байнара, смерти короля Эйварда Пятого и об отце, то можно заявить, что Айварих сфабриковал обвинения, и выдвинуть свои. Отец, отец, кто же ты – убийца Байнара или жертва клеветы? Гиемон сказал бы, что это неважно, пока ты король, Дайрус предпочёл бы, чтобы смерть Байнара была несчастным случаем. Он всегда воспринимал отца как пример, тётка отзывалась о нём одобрительно, хотя и считала слишком мягким для короля. Гиемон, когда Маэрина не слышала, не раз пренебрежительно напоминал Дайрусу, что только неудачник мог просрать трон сидевшему в чужой стране почти без гроша Айвариху. Раньше Айварих был приживалкой, теперь вот… стал королём, усмехался Гиемон. Ну да, а Дайрус стал приживалкой! Дайрус не знал, что ответить, когда Гиемон под язвительные смешки младшего брата открыто намекал, кем считает племянника. Зато с детства мечтал, что однажды Гиемон возьмёт свои слова назад – или Дайрус засунет их ему в задницу!

Но для победы Дайрусу понадобится помощь местных баронов. Если они настроены, как этот Рик, то не признают в нём нового короля. Дайрус поёжился, вспоминая, как его называли во время боя. Он уже сомневался, что восстание в Малгарде случилось из-за него. Скорее местный помещик чего-то не поделил с Айварихом. Пусть Мая расспросит Ноэля, раз уж он, судя по словам Захара, не считал короля Райгарда убийцей Байнара. Может, Ноэль и впрямь что-то знает? Не зря же он назвал сына в честь отца Дайруса. Тоже мне, нашёл честь – назвать бастарда именем королей!

В последний раз Дайрус видел Ноэля в Барундии, куда тот бежал после смерти короля Райгарда, а потому помнил его смутно: Ноэль пересказывал маленькому Дайрусу разные истории про Сканналию, учил сканналийскому алфавиту, объяснял, почему нельзя бросать камни в слуг. Дайрус как-то подслушал его разговор с королевой Маэриной – зашла речь об Анне, которую соблазнил Ноэль. Анна приходилась Дайрусу кузиной, её отец Саймеон был младшим братом короля Райгарда. Узнав правду, отец Дайруса упрятал Анну в монастырь, где она умерла, оставив новорожденного бастарда.

Хорошо хоть, он не убил этого Рика – всё-таки племянник, пусть и двоюродный. Мая с Димом о нём позаботятся, доставят к отцу – Дайрус сомневался, что товарищи Рика станут тратить время на тяжелораненого. Дим знаком с лекарским искусством: иноземец дал Дайрусу немало советов относительно разных мелких ран, объясняя это тем, что «в моя страна муссина или хоросо лесить или умирать». Для Рика Дайрус ничего больше сделать не мог.

– Ваше Высочество, пора! – Марик Седой выжидающе смотрел на Дайруса. Он и его люди оставались последними, кто покидал эту землю. Дайрус подождал, когда последний солдат уселся в лодку, и прыгнул туда же. Уже второй раз он бежит из собственной страны! Глядя на удалявшийся берег, Дайрус с удивлением ощутил на глазах слёзы. Это что за ерунда? Ну, подумаешь, неудача – ведь бой он выиграл! Первый в его жизни бой! Придёт время, у него будет сильная армия – с её помощью он вернёт трон отца и смоет грязь с его имени!