Навклер Виал 3: Темная цель

Базилику в родном городе Косс Виал посещал редко. Людям его статуса делать в этом здании нечего, голос черни не громче шепота. Не любят благородные отцы Циралиса смотреть на презренных ремесленников, а уж тем более на торговцев, которые землей-то не владеют.

А теперь, эта голытьба нагрянула в базилику. В курию, где заседал сенат, их не пустили, но толпа коллегиатов, собравшихся у входа создавала шум, отвлекающий от работы.

Только нескольких коллегиатов торгового союза Циралиса не было в толпе. Трое почетных членов коллегии находились сейчас в зале. Ведь эти трое были покровителями коллегии, торговцами иного профиля – они не выходили в море, не продавали зерно, вино, рабов. Эти трое торговали привилегиями.

Даже землевладельцы, эти отцы города по сути своей торгаши. Они стыдятся признать этот факт, потому с таким презрением глядят на коллегиатов. Это презрение происходит от страха, что придется работать.

Косс стоял чуть в стороне от толпы товарищей. Его друзья и соратники создавали достаточно шума, так что можно просто молчать, наслаждаясь хаосом.

Все это было представлением, хотя негодование торговцев неподдельное.

Лидеры коллегии должны решить судьбу организации. Среди сенаторов был Привернат, казначей коллегии. Кроме него было еще двое, но эти патроны редко общались с рядовыми коллегиатами. Даже Виал, несмотря на свою наглость и упрямство, не смог пробиться к ним. Зато голоса этих двух весомей, чем голос Приверната.

Патроны пустили слушок о том, какое дело будет сегодня разбираться в сенате. Слух дошел до коллегиатов, и те нагрянули в базилику. Пришли даже раньше, мешали почтенным отцам города пройти в курию, хватали их за тоги, кричали, ругались, проклинали.

Да, представление было превосходным.

Только с помощью городской стражи удалось оттеснить торговцев и мастеровых, заседание началось с сильным опозданием. Но хуже всего то, что почти всем сенаторам досталось от коллегиатов. Белоснежные тоги помялись, покрылись грязью и пылью; ноги отцов хорошенько оттоптали, а новомодные бороденки от души дергали.

Вот в этом развлечении Виал с радостью принял участие. Когда еще удастся плюнуть в сенатора.

Представление необходимо, чтобы оказать давление на сенаторов. Склонить чашу весов в сторону торговцев и их покровителей. Хотя подобные грубости – по мнению Виала, были излишни. Торговцев и так считают чуть ли не пиратами, хотя доля правды в этом есть. После сегодняшнего хаоса репутация коллегии… но что поделать, если сенаторы решили выслушать тиринцев, при этом не пригласив торговцев Циралиса.

Тиринские торговцы с помощью золота проложили путь в курию, решили подмазать скрипучее колесо телеги, на которой едут куриалы. А все то золото, серебро и предметы роскоши, что поставляют торговцы коллегии в город – не в счет.

Подобная ситуация не могла не вызвать ненависти. Все товарищи собрались и буянили возле базилики.

Если удастся, вопрос вынесут на общественное обсуждение. Тут уж решение сенаторов не будет иметь решающего значения. Ведь скоро выборы в совет, они не решатся пойти против толпы. А торговцы и зависимые от них люди смогут выставить себя в нужном свете.

Из всех товарищей не присутствовал только Эгрегий. Парень стал полноправным членом коллегии. Пусть голос его слаб и зависим от Виала, но все равно – парень стал настоящим торговцем.

Без денег, без судна, с не лучшим патроном, но торговцем.

Время даст множество возможностей.

Потому-то Виал приказал Эгрегию не идти сегодня в базилику, а отправиться в город и заняться закупками. Пусть парень действует от имени патрона, но он лично будет общаться с ремесленниками, хлебопеками, виноделами. Решать вопросы, по возможности экономя деньги.

После успеха на Побережье, Виал уже не так нуждался в деньгах. Даже раздал долги. Причем срок некоторых долгов уже вышел за все мыслимые пределы. Виал теперь был чист, самостоятелен и не нуждался в поддержке богатых покровителей.

При желании торговец мог бы сам спонсировать будущую поездку. Но зачем ломать схемы, принятые в их среде. Морской заем намного безопасней, чем любой другой способ финансирования торговых миссий.

Виал помотал головой, не об этом сейчас должна болеть голова. Хотя интересно, сколько сможет сэкономить Эгрегий. Удастся ли у него вообще сбить цену?

Думать сейчас следовало о проблеме с тиринцами. Не то, чтобы проблема была существенной. Виал не сомневался, что успех будет на их стороне. Не языком так ножами они обеспечат этот успех, не серебром, так грубой силой. Просто риск провала существует всегда.

Ветер может быть попутным, лоция известной, команда надежной и верный корабль у тебя. Бездна утащит тебя.

Так и здесь, у входа в курию, под портиком, откуда сбежали менялы. Верный успех циралисцев могут продать, не за золото, но чтобы унизить конкурента. Сенаторы соперничают не хуже коллегий из соседних городов. Им приходится объединяться во фракции, чтобы потопить высоко поднявшегося оппонента.

Эти фракции ненадежны, быстро разваливаются, когда сенаторы достигают целей.

После успеха на Побережье, успеха с резчиками – обеспеченного Виалом, трое сенаторов вознеслись невероятно высоко. Эти люди были так или иначе связаны с коллегией. Даже Привернат, новый человек в сенате, вдруг обрел влияние большее, чем отцы из древних родов.

Пусть древность родов условна. После всех катаклизмов, что обрушились на Циралис, уважаемые фамилии вымерли. Новая иерархия установлена после гражданской войны.

Пока не явился нахальный торговец, подбивший всех товарищей рискнуть и пойти на юг. Бросить верные источники дохода, пересечь бурное осеннее море, а зимой вернуться. Погибло с десяток навклеров, потеряли два десятка больших и пару длинных судов, но то, что привезли в трюмах, поразило всех.

Речь идет не только и не столько об изделиях резчиков. Были и они, как же без костяных поделок. Нельзя с Побережья костей не привезти поделок. Тем более резчики теперь смотрели на коллегиатов, как на братьев.

Пусть процветает великий Мефон, покровитель коллегии, а теперь и патрон варваров.

Не обошлось без кровопролития. Не с резчиками, хвала Мефону, эти варвары еще не поняли, что изменилось в их жизни. Несколько длинных кораблей были потеряны в стычках с тиринцами – хитрющими торгашами с востока. Вечными конкурентами людей из цивилизованных земель.

Даже потомки, а теперь соперники тиринцев из Хомбата решили влезть в предприятие. К счастью, их экспедиционный флот удалось отпугнуть. Не без смекалки гирцийцев и отваги варваров.

Тиринцы решили попытать счастья в переговорах. Избрали окольный путь. А вот в Хомбате валят деревья, стругают доски, плетут канаты и выплавляют наконечники для стрел, дротиков. В общем, готовятся к войне, строят флот.

Сам Виал не принял участия в походе на юг. Едва удержался от соблазна взять в руки кормило боевого корабля. Пусть его опыт, как навклера длинного корабля, растерялся, зато уважение, репутация и удача сделали бы его навархом флота коллегии!

Бездна! Как звучит!

Рискованно. Забравшись так высоко, Виал не хотел оступиться и рухнуть.

Но так приятно было бы возглавить большой флот, принять участие в «штормовом походе». Так стали называть экспедицию, занявшую по времени меньше, чем полгода. С конца лета до середины зимы. Самое опасное время.

– Чему лыбишься? – отвлекли навклера от размышлений.

Виал моргнул, перевел взгляд на подошедшего товарища. Забавно, не заметил его, только почуял странный аромат. Торговец Мелах, имевший тиринскую кровь, но верный друг и коллега. Виал его давно не видел, видать тот вернулся после долгой экспедиции на запад.

– Представляю то, чему не был свидетелем.

– Штормовая? – спросил Мелах.

Одевался, говорил, выглядел он точно как гирциец. Только обильная волосатость да смуглый цвет кожи выдавал в нем иноземную кровь. Ростом он тоже не вышел, из-за травм его ноги были немного кривоваты и ходил он тяжело. Потому предпочитал долгие экспедиции. Не столько ради прибыли, сколько ради изучения земель, народов – а это значит, рынков и путей к ним.

Потому коллегия поддерживала его. Сам Виал выхлопотал ему обеспечение. Никто не знает, когда та или иная информация может пригодится. Любые сведения можно превратить в дерьмо или в сверкающую монету.

– Ага, вот последствия той экспедиции, – кивнул Виал.

– Ты подразумеваешь, вот последствия экспедиции некоего Косса Виала? – Мелах улыбнулся, обнажив белоснежные зубы.

Виал хохотнул.

Он и раньше не был «неким Косом Виалом», но только после успеха с резчиками он стал «тем самым». Сколько детей в этом году назовут его именем, чтобы даровать новорожденному чуток удачи навклера?

– Буду скромнее. Я не пытаюсь вломиться в курию, не требую голоса.

– Да, тебе достаточно форума и толпы праздношатающихся.

– Вчера я просто развлекался.

– А так же готовил почву для комиций.

Виал кивнул. Этот вопрос он обсуждал с Привернатом. Сошлись на том, что уже пора обрабатывать толпу. Деньгами еще рано, но языком уже пора. Кроме Виала, этим занялись еще несколько человек. Могли бы привлечь Мелаха, он тоже слыл неплохим оратором, не говоря о репутации. Только… это было бы неуместно.

Пусть он никакой не тиринец, но простой люд увидит именно чужестранца.

– Долго это еще продлится, как думаешь? – спросил Мелах.

– Долго. Старики не примут решения и за месяц. Будут прицениваться ко всем сторонам, в том числе к послам из Хомбата.

Мелах кивнул и помрачнел. Именно он привез сведения о подготовке к войне, что ведут конкуренты на юго-западе. Гонца, по традиции, ругали за плохие сведения. Но эти сведения оказались как нельзя кстати.

Только для кого? Скорее уж тиринцам выгоднее то, что их двоюродные братья готовятся к войне. Сенаторы могут принять их сторону, чтобы только не влезать в невыгодный конфликт.

Виал полагал, не без оснований, что от войны пострадает не только Циралис. Государство не позволит обижать своих торговцев.

Полномасштабная война.

Вот какие сведения привез Мелах.

Может, в такой период не стоит готовиться к новому предприятию. Коллеги сочтут это за трусость.

– Слышал, что ты готов ударить веслами по воде, – сказал Мелах.

– Слухи верные. Я никогда не готовлюсь к походу тихо. Не сложно заметить.

– Зато предприятие с резчиками утаил. Еще потребуем от тебя отчета обо всем, что произошло, и как ты это спланировал.

– Долгая же будет история.

– И ты как всегда ее приукрасишь. Может, на солнце? Прохладно в тенечке.

Виал кивнул, поняв, что коллега хочет поговорить. К тому же, без них справятся. Товарищи создают нужный уровень шума.

Торговцы вышли из-под крыши портика, но не стали спускаться к форуму. Не смотря на ранний час площадь была забита людьми. Те лавочники, что торгуют утром, уже ушли. На их место пришли дневные торговцы. Количество праздных горожан удивило Виала, он отвык от того, что в городе полно бездельников.

Рабы, свободные граждане, чужестранцы. На небольшой площади собралось несколько сотен людей. Были тут и женщины, с головы до ног укутанные в тряпки, их сопровождали служанки. Явно бабенки из благородных; дел с ними Виал не хотел иметь.

Торговцы из коллегии остались под тенью портика, уселись на стилобат. Словно находились над толпой, что копошилась внизу.

– Хорошо, тепло, дышать можно, – сказал Мелах.

Пахло ужасно: дым, тлен, немытые тела, но от Мелаха пахло чем-то иным, непривычным и приятным.

С моря тянул прохладный бриз, бодрящий тело прохладой. Вот только ветер шел со стороны засолочных цистерн. Запах не тухлой рыбы, как можно подумать, но специфический.

– Так готовишься к новому походу? – спросил Мелах.

Казалось, что ему неинтересно, просто проявляет вежливость. Проснулась в нем тиринская кровь, пробудилась хитрость предков. Виал улыбнулся. Вот эта черта нравится ему в коллеге. Он не был таким отвратно хитрым, как тиринцы, но умел быть… тонким что ли. Словно узкое лезвие, для сложных операций, как у лекаря.

Гирцийцев обычно сравнивают с ударом гладия – резкий колющий удар. Наносится прямо в жизненно важный орган.

А что делать, если нужен тонкий разрез?

Вот в этом деле тиринцы непревзойденные мастера. И хвала Мефону, что в коллегии есть такой человек!

– Я всегда готовлюсь, не усидеть мне на месте.

– О, не думал, что для тебя так важно сохранить все в тайне.

– Не сказал бы, что в тайне. Просто… в чем твой интерес?

Мелах пожал плечами; понятно, что он не хочет говорить.

– Неужели ты опасаешься, – заговорил Виал, – что я займу твое место?

Коллега вздрогнул и посмотрел на Косса. Во взгляде читалось сомнение, даже испуг. Не сложно угадать, что у него на уме.

– Тогда тебе нечего опасаться.

– Я больше беспокоюсь о том, что ты покидаешь нас в столь сложное время.

Виал кивнул. Многие неправильно истолкуют его намерения. Для себя же навклер решил, что достаточно воевал. В этот раз он может провести неспокойный сезон где-нибудь в другом месте. И не сказать, что он будет в безопасности.

– Речь не о трусости, – Мелах тоже угадал мысли коллеги, – скорее о предосторожности.

– Поясни.

О подобном Виал тоже задумывался. Не сомневался, что его отплытием воспользуются. Если убрать удачливого навклера, то это может принести пользу некоторым людям. Хоть тиринцам, хоть конкурентам из местных.

Даже сейчас он не чувствовал себя в безопасности. В городе у врагов больше возможностей, чтобы навредить. Некоторые друзья предпочтут монеты, а не верность.

Все это рассказал Мелах. Не напрямую, как он любит.

Теперь и светлый день не казался таким уж ярким. А шум городской площади померк. За спиной возвышалось здание курии и портик, откуда явно тянуло морозцем.

– Все это я предполагал, – кивнул Виал.

– А раз так, не лучше ли остаться среди своих.

– Запереться в коллегии, не высовывать носу? Смешно! Подобный поступок скорее покажет мою слабость, поставит под удар коллегию.

– Позволит нам сохранить достигнутое, – возразил Мелах.

Виал не для того рисковал в плаваниях, чтобы теперь позволить другим управлять его судьбой. Этот мотив он никому не озвучивал, но наверняка в коллегии были люди, способные понять.

Для остальных же мотив прост – Виал решил отвести удар в сторону.

– Это заставит врагов распылить свои силы. Не каждый способен ударить в две точки одновременно.

– А если наши соперники окажутся достаточно сильными?

– Тогда нам тягаться с ними бесполезно. И мы возвращаемся к первоначальному выводу – я еду. Ибо иное не имеет смысла.

Мелах кивнул; хотя было видно, что слова Виала его не убедили. Он решил не возвращаться к этой теме. Спросил о том, куда намеревается отправиться Виал. Ведь восток велик, множество народов, как варварских, так вполне цивилизованных обитает в той стороне мира. Не все они дружелюбны, а некоторые цари откровенно враждебны.

– Я пойду на северо-восток. Через проливы, что за Сиканией, – ответил Виал.

Мелах вскинул на него взгляд, покачал головой. Не смог озвучить название этих мест, где и летом воды не слишком гостеприимны.

– Безрассудно! – только сказал он.

– И не сулит большой выгоды, – согласился Виал.

– Так зачем тебе это предприятие?

– По большей части ради моего парня. Ну, славы тоже, куда мы без нее. Ты стал светочем запада, а я же повезу факел на восток. Как видишь, в твои моря я не собираюсь заглядывать. Оставь Провинцию себе.

– Да, зато слава твоя может затмить мою.

– Здоровое соперничество никому не повредит. Ты уже нашел Благословенные острова?

Мелах загадочно улыбнулся.

Замечание Виала попало в цель. Уже не первый год коллега совершал экспедиции в Океан, уходя на запад от Провинции, но так и не нашел островов, прозванных Благословенными. По большей части помехой были конкуренты из Хомбата, что ревностно хранили свои секреты. Мелаху даже не удалось взять их корабль на абордаж. Вражеский навклер прыгнул за борт вместе с сундучком, в котором были документы и периплы, не дожидаясь окончания боя.

Благословенные острова оставались ненайденными, но Мелах не терял надежды.

Как он сказал, этот год будет успешным. А значит, коллегия будет процветать; успех поможет потеснить конкурентов. В предвоенный период это необходимо.

– Даже без островов, – говорил Мелах, – я рискну отправиться на север, вдоль побережья.

– Рассчитываешь найти земли, откуда импортируют олово? – понял Виал.

Мелах кивнул.

Конкуренты не владели оловянными приисками, но через них шел импорт. Государству приходилось втридорога покупать олово или закупать на востоке, что тоже плохо. Если удастся наладить связи с варварами, что добывают олово, в обход конкурентов… опять же это поможет в предстоящем конфликте.

– Или пойду на юг, вдоль западного побережья Вии. Пряности, слоновая кость, драгоценности. Надежный источник дохода.

Виал согласился. Решение его коллега сможет принять, только выйдя в Океан. Направление укажет Мефон, послав те или иные ветра. Мелах знает эти ветра, за прошедшие года успел их изучить. Так что истинная цель путешествия ему известна. Просто он играет и не откровенничает раньше времени.

– Тогда, – Виал собрался уходить, – пусть Мефон направляет тебя в пути!

– И тебя, товарищ.

Они обнялись и расстались. Мелах пошел к портику, чтобы пошуметь с товарищами, а Виал отправился в город.

Слова коллеги заставили его задуматься о предстоящем путешествии. Нельзя рисковать положением и репутацией. Намеки Мелаха были прозрачными – теперь нельзя баловать свое любопытство. Все действия должны быть направлены на успех и процветание коллегии.

Пора собирать золото, чтобы быть готовым к военным годам.

К счастью, у Виала был план. Не такой масштабный, как в предприятии с резчиками; в этот сезон предстоит работать за медь, но этих медяков набирать множество. Чем больше контрактов удастся заключить, тем лучше.

Восточные города изобильны, богаты людскими ресурсами. Этого так не хватает коллегии, чтобы пережить военное время с минимальными потерями. А там глядишь, за счет поставок продовольствия, металлов, рабов, удастся подзаработать.

Оставив позади шумную площадь, Виал торопливо спустился вниз. По пути отталкивал зазевавшихся прохожих и бездельников. На людей знатных руку он не поднимал, обходил их стороной, чтобы не тратить время на пустую болтовню. Еще придет время, чтобы нагрянуть к ним и попросить ссуду. Тогда и нужно оказывать им почтение.

От знакомых отбиться было сложнее, тем более в это время, когда все работали. Вечером никто о делах не стал бы помышлять, скорее зазывали бы навклера в питейную. Сейчас же к Виалу приставали с вопросами, отвлекали интересными предложениями. Виал понимал, что мелочи дают основной заработок, не хотел обижать знакомых, но тратить времени не мог.

Сейчас партнеры сами искали встречи с ним, все благодаря репутации, что приобрел торговец. К счастью, от большинства из них удавалось отделаться приглашением в дом или в коллегию.

До отъезда торговец успеет заключить несколько контрактов, что тоже пойдет на пользу. Само присутствие Виала не требуется, но без него договор не будет таким весомым.

Привернат, что занимается всем этим, вынужден терпеть общество навклера, без которого посетители не хотят обсуждать даже самые обыденные дела. Бесить казначея Виалу нравится, хотя это рискованно. Старика он успокоил, что тому осталось недолго терпеть его компанию.

Привернат вздохнул с явным облегчением, услышав о планах торговца.

Виал уходил боковыми улочками. Направился он к докам, где рассчитывал застать своего ученика.

В городе и раньше узнавали навклера, но прошедший сезон принес ему огромную славу. Теперь не приходилось толкаться в толпе, заставляя гневным словом и зуботычинами расступаться пешеходов. Люди, заметив Виала, сами уступали ему дорогу, приветствовали. Разве что похлопать по плечу решался не всякий. Такие привилегии были только у людей, занятых похожим ремеслом.

В доках ситуация не изменилась. Рыбаки, рабочие и лодочники всячески обхаживали торговца. Задерживали его, вынуждая слушать их истории, прошения и поздравления.

Не хватало только мастеровых, что занимаются ремонтом лодок. Плотников в городе осталось не больше десятка – едва хватает, чтобы поддержать на плаву военные корабли, что базируются здесь. Ткачей и того меньше. Виал мог назвать двух посредственных ремесленников. К ним обращались только в случае крайней необходимости.

Все, можно сказать, вековые системы отношений были порушены. Приходилось выстраивать их вновь. А ремесленники, занятые на похожем производстве, теперь переквалифицировались. Море приносит больше денег, чем работа на суше. Потому-то освободившаяся ниша уже начала заниматься.

Город восстанавливался как после войны. Потеря мастеров была невосполнимой, но отказываться от услуг даже посредственных ремесленников, никто не будет.

Виал полагал, что на первое время хватит этих «ресурсов». У него уже созрел план о том, где взять людей.

Почти сразу же Виал отыскал своего помощника. Он не очень удивился, обнаружив Эгрегия в мастерской текстильщика, взявшего на себя труд производить паруса. Его шерстяные ткани едва годились для этого. Сильный ветер изорвет тряпки в клочья, пропитка недостаточно хороша, чтобы защитить от влаги.

Эгрегий говорил обо всем этом, требуя сбавить цену.

В итоге, пришедший Виал сказал, чтобы помощник брал за то, что просит мастеровой.

– Брось ему кошель, и пойдем.

Дождавшись на улице Эгрегия, Виал позволил ему самому начать разговор.

– Я облажался.

– В чем это?

– Почти все потратил, пара десятков медяков – вот моя добыча.

– Оставь ее себе, – Виал пожал плечами.

– Можно было сэкономить, – Эгрегий опустил взгляд.

– Ты так хочешь, чтобы я начал тебя распекать? Требуется мое веское слово, не можешь без этого?

– Ты мой наставник, патрон. Я полагал…

– Не все в нашей жизни идет так, как запланировано. Собственно я и отправил тебя по мастерским, чтобы ты сам… скажем, потренировался.

– Так безуспешно!

– В начале пути да с ограниченными возможностями – у нас есть выбор?

Эгрегий помотал головой, а Виал спросил его, не предлагал ли кто из мастеровых обратиться к конкурентам, если покупателю не нравится цена.

– Предлагали, не так однозначно, но понять можно.

Виал кивнул. Выбирать не из чего, спорить с мастеровыми бессмысленно. Даже в лучшие годы на снаряжение судна уходило до трети прошлогоднего дохода. Если не принимать во внимание успех прошлого лета, то сейчас Виал вложил в два раза больше средств, чем обычно. Огромные деньги за паршивое обслуживание.

– А коллегия не пробовала обзавестись своими мастерами? – спросил Эгрегий, желая уйти от неприятной темы.

– До сей поры в этом не было нужды. К тому же, есть другие ограничения.

– И какие же?

– У ремесленников нет коллегий, по большей части – нет. Но они связаны между собой, а так же с важными покровителями.

– Все упирается в курию.

Коллегии не позволят обрести огромную власть, иначе она станет доминирующей силой на юге Гирции. Многим это поперек горла.

Вспомнив о делах в сенате, Эгрегий спросил, как прошло.

– Да, пошумели, – Виал пожал плечами.

– Без особого успеха?

– Тут все примерно так же, как с мастеровыми.

– Но если мы упустим этот рынок! Разве не понимают сенаторы?!

Эмоции Эгрегия понятны, но все опять же упиралось в раздел власти. Ни одна фракция не пожелает усиления соперников. С другой стороны, пока старики дерутся, можно спокойно заниматься делами.

– Надо пользоваться тем, – сказал Виал, – что о нас на забыли.

– О тебе точно забыли. Как же, забудут. Вон как на тебя глазеют.

– Это другое. Не стоит переживать об этом. Пока не стоит.

Вместе с помощником, Виал направился в свой дом. С делами покончено, осталось составить маршрут и подготовиться к отплытию.

На вырученные средства Виал приобрел небольшой – по меркам города, – дом на склоне холма. Как раз рядом с рекой и стеной. Не очень чистый район, но торговец выбирал это место по другим причинам.

Река и стена обеспечивали его возможностями как отхода, так и контрабанды. Так же рядом находился один из секретных тоннелей, которым пользуются торговцы. Сама местность находится под контролем банды, знакомой Виалу. С бандитами у торговца хорошие отношения. Пока их не перекупят, вполне надежные ребята. Склон холма обеспечивает обзор вокруг, позволит отбиться от нападения. К тому же поблизости почти нет строений, что спасет имущество от пожара.

Так что Виал без зазрения совести вложил десятки тысяч в это обветшалое строение. Еще столько же он потратил на ремонт. Никаких излишеств, только новая черепица, ворота, массивный замок и защищенная кладовая. Из мебели он приобрел несколько кроватей, стеллаж для свитков, а так же сундучок из негорючего материала – для важных записей. Кое-что для себя, а остальное для товарищей, проживающих с ним.