Навклер Виал 3: Темная цель
- -
- 100%
- +
Наведываются сюда и моряки, что ищут работы.
Виал ничуть не удивился, не найдя Мафенаса и Карнина в первой таберне. А ведь это их любимое заведение. Оббежав взглядом зал, если можно так назвать, Виал кивнул знакомому хозяина таберны и вышел на свежий воздух.
Эгрегий ждал снаружи, как было условлено. Виал не хотел выглядеть так, словно ростовщик, ищущий должника. Если возникнет ненужный шум, Эгрегий поймет, что пора вмешаться.
– Было бы просто, да? – ухмыльнулся отпущенник.
– Да, придется обойти все заведения здесь.
– Уверен, что они тут? Могли пойти к рыбакам, к мастеровым, даже в воинские таберны.
– Могли. Эти двое на все способны.
Вода билась о гнилые доски настила. Зеленая тина то поднималась то опадала, в этой бороде застрял различный мусор: рыбные кости, обрывки ткани, дощечки и даже выбитые зубы. Привычная обстановка.
Над головой нависали доски – почти такие же влажные и склизкие, как доски пола. На стене позади был виден уровень воды во время прилива – арку должно было затопить до половины. Последний раз сильное наводнение случалось лет десять назад, тогда пришлось восстанавливать все заведения на этом ярусе.
Чтобы вода уходила, когда отступает море, в настиле были устроены водоотводы. Чем-то они напоминали сливные отверстия в больших судах. Так же в эти отверстия выходила кровь, что проливалась на пол.
Но больше всего местные любили вид, что открывался с этого яруса. Выход из гавани прекрасно видно в любое время дня и ночи. Только зимние туманы скрывали выход из порта.
Виал некоторое время стоял на настиле, разглядывая защитные сооружения на волноломе. Он видел это десятки, сотни раз. Даже поднимался в крепость – просто по прихоти, хотел поглазеть на внутреннее убранство башен.
Сейчас башни открыты полностью. На вершинах должны прохаживаться стражи, но с такого расстояния поди их разгляди. Зато буруны воды в пространстве между башнями отчетливо видно. Цепь еще не опустили, в весеннее время ее опускают позже, так как торговые суда реже входят в гавань.
Из-за новых налогов, введенных в прошлом году, все меньше кораблей входило в гавань.
Циралис испытал подъем, когда его коллегия обзавелась новыми контрактами на юге. Угроза войны тоже взбодрила морской город. Но надолго ли этого хватит, ведь проблема не в вне этого порта. Проблема находится в самом городе.
– Может, не стоит покидать город? – прошептал Виал.
К сожалению, Эгрегий это услышал.
– Решил поменять планы? Удивительно.
– Нет, – Виал замялся, покачал головой и отвернулся от гавани. – Я говорю, что сейчас сложное время.
– Не до прихотей какого-то гражданина? Надо заботиться о своем доме.
Виал кивнул, но объясняться не хотел.
– Пойдем, тут еще десяток мест, куда эти двое могли забрести, – сказал Эгрегий.
Ему проще, не успел привыкнуть к Циралису. Виал согласился с парнем и пошел за ним.
Пришлось обследовать все питейные, что расположились под мостом. Тут и там навклера встречали приветственные крики, моряки наперебой просили зачислить их в команду. Даже те, кто не знал о предстоящем походе Косса, хотели записаться на его судно.
Хоть в бездну реши отправиться Виал, не составит труда найти команду.
Моряки очень удивлялись, что навклер искал двух моряков, с кем путешествовал на юг. Логика в его действиях есть, проверенные люди уже принесли ему пользу, возможно, удачу. Менять их нельзя, вредно! Но что мешает нанять новых людей?
Вот этого моряки не могли понять. Виал ничего не объяснял, зачем, если через несколько дней люди сами все узнают.
Слухи быстро распространяются в приморских городах, со скоростью идущего корабля.
Осмотрев очередную питейную, Виал оказался в замешательстве.
– Их нигде нет! – воскликнул он, стоя у входа.
– Может, их отправили туда? – Эгрегий указал на воду в гавани.
Проще сказать: зарезали и сбросили тела.
– Вряд ли. На такое сейчас никто не пойдет. Этих тоже окружает слава. Избить, обобрать – да, но убить? Все равно, что на жреца поднять руку.
– Все так серьезно?
– А чего ты удивляешься. Разве в твоем бывшем ремесле люди не обращали внимания на удачу?
Эгрегий задумался, затем кивнул. Он согласился с товарищем, что слава и удача – вещи намного более ценные, чем золото.
К тому же, без денег, с долгами, моряки еще пригодятся. Расплатятся со временем. А кому они нужны мертвые?
Эгрегий задумался над этим вопросом и осторожно спросил:
– Как знать, не прознали о твоем походе плохие люди.
– Не твори сущностей, я не настолько важная птица, чтобы так хитро мне вредить.
– Я бы все же поостерегся, но раз ты так говоришь.
Виал пожал плечами. Если его спутник опасается неких врагов, то пусть носит с собой нож. За себя может постоять. Его подруга тоже свернет в бараний рог убийц.
Вот только, такие сложности в голову никому не придут. Виал знал, как с ним могут расправиться. И без всяких проблем. А вот куда подевались Мафенас и Карнин, еще предстояло узнать.
Место для пиратов здесь, под настилом гавани. Похоже, что эти решили забраться выше, показаться на людях. Раз так, то их предстоит искать во флотских табернах.
Туда изредка забредают моряки, что хотят наняться на военные суда. Не ради подписания контракта, как ауксиларии, а ради легкого заработка. Кроме моряков военного флота, еще сотни людей обслуживают суда. Гребцы нужны всегда, рук не хватает.
Искать своих моряков в других табернах, Виал не стал. Не настолько они глупы, чтобы забредать в питейные торговцев, где навклеры, кормчие и хозяева судов обсуждают дела.
Флотские питейные располагались в закрытой части гавани, ближе к мысу. Закрытой она называлась условно, никто никаких ворот не ставил – в этом нет нужды. Посторонних скорее изобьют военные моряки, просто ради удовольствия. Так что зайти туда можно беспрепятственно, а вот выйти удастся или на своих ногах, или гостю помогут.
Сам квартал был небольшим на пару строений. Древние инсулы, где обитали моряки и их командиры, выглядели обшарпанными, давно не знавшими ремонта. Когда-то эти строения принадлежали богатому гражданину, что «отдал» строения в дар Верскому флоту. Теперь здания ничейные. Разве что иногда офицеры выделяли деньги из казны, чтобы подлатать домишки.
Питейные располагались на первом этаже одного из строений. В других местах были склады, конторки, вербовочный пункт. Последний, к счастью, почти всегда пустовал.
Несколько кораблей, что базировались в Циралисе, были обычными патрульными судами. Сотня человек экипажа, и еще пара десятков мастеров из обслуги. Ни плотников, ни парусников, ни канатчиков – все это было сосредоточено в Верах.
На входе в квартал сразу чувствовалось, что это место необычное. Остальная часть доков шумела, гремела, пахла, тут же все менялось. Разве что женщины где-то переругивались и разговаривали.
Флотским тоже не разрешено жениться, но что мешает завести сожительницу. Множество тряпок сохло на веревках, растянутых наверху. Из-за них в квартале было сумрачно.
Зато чистые и тихие улочки поражали.
– Как-то жутковато, – сказал Эгрегий.
Покосившиеся строения, облупившаяся штукатурка, почти нет следов жизни. Даже потеков мочи на стенах не так много, как ожидаешь.
– Напоминает развалины?
– Да, прям башни гигантов, – фыркнул Эгрегий. – Просто неуютно.
Виал с ним не согласился. Верский флот по могуществу не уступал гигантам, что некогда населяли их мир.
Таберна располагалась в двух шагах. Никаких вывесок, это не требуется. На входе стоял человек, судя по татуировкам из флотских гребцов. На чужаков он посмотрел без интереса, но не отодвинулся, чтобы пропустить их. Из-за своих размеров моряк не боялся ничего, но и не отличался умом.
– Чего уставился, осел палубный? – Виал как всегда был вежлив. – Прочь с дороги.
Гребец успел только гневно рыкнуть, пытаясь запугать чужака, а кулак Виала уже врезался ему между ребрами. Моряк согнулся и повалился к ногам навклера. Гора мышц и плоти, просоленных на ветру, изжаренных на солнце свалилась к ногам какого-то торговца.
– Да, умеешь ты найти общий язык, – заметил Эгрегий, вынимая оружие.
– Убери, не понадобится.
В это не очень-то верилось. В таберне зашевелились люди, раздались звуки отодвигаемых лавок и бросаемых мисок, кружек.
Судя по звуку внутри было не меньше десятка человек. Отвратительный расклад, учитывая, с кем придется иметь дело. Виал перешагнул через униженного гребца и вошел внутрь. Эгрегию ничего не оставалось, как последовать за ним. Для этого отпущеннику пришлось пригнуться, чтобы не удариться о дверной косяк.
Внутри было сумрачно, у моряков оказалось преимущество перед теми, кто вошел с улицы.
Эгрегий видел только силуэты, несколько человек прямо у входа. А те, что сидели в глубине таберны, еще не поняли, что произошло.
– О, великий наварх пожаловал! – раздался крик с середины зала.
Виал закатил глаза, но пошел вперед, ориентируясь на звук. Плечами он раздвигал людей, что стояли у него на пути. Холодность и уверенность в себе защищали его лучше всякой брони.
– Выпьем же за мастера, покорившего волны и ветры! – продолжал вопить человек, размахивая кружкой.
Он не ерничал, не кривлялся. Гай Карнин еще был в сознании, а его спутник уже лежал мордой в стол, обмотав ногами лавку, подобно водорослям.
– Это мой великий наварх, – Карнин попытался встать, выронил из рук кружку с дешевым вином. – Слава ему!
Даже на таком расстоянии Виал почувствовал запах кислятины, что пил моряк.
– Давай прекращай, Гай, – сказал он Карнину.
За его спиной столпились флотские гребцы. Избивать чужака они уже передумали, смотрели с удивлением и интересом. Виал оббежал взглядом ближайшие столы, заметил, что у каждого были кружки с тем же пойлом. Почти все в таберне были пьяны, плохо держались на ногах. Боль их не остановит, но и драться они не в состоянии.
Карнин бухтел о приключениях, орал про выпивку. Виал его уже не слушал, как и в прошлый раз, он бросил ближайшему человеку монету и сказал, куда тащить этих.
Бить чужаков уже точно никто не собирался. Ведь выпивка и занимательный рассказ оплачены вошедшим. Пусть не им лично, но благодаря его людям.
Карнина и Мафенаса вытащили из-за стола и потащили к выходу. Эгрегий поспешил пристроиться в кильватере навклера, указывая на то, что они пришли вместе.
Напустив на себя хмурый вид, торговцы направились к хозяину питейной. А вот он улыбался во всю свою рожу, показывая гнилые пеньки зубов. Судя по татуировкам на его предплечьях, этот человек тоже был из судовой команды. Да только не гребец, а настоящий морской пехотинец. Руку он оставил на службе.
Скромное убранство таберны украшал только меч на стене за спиной хозяина и диплом о выслуге лет.
– В войне потерял? – Виал указал на культю.
– Морской бог забрал предназначенное ему.
Особо табернщик не хотел болтать с чужаком. Зато лукаво глядел на него.
– Сколько? – спросил Виал, смирившись с неизбежным.
Долг моряков был огромен, не сопоставим с тем, что они сожрали здесь. Табернщик пытался убедить торговца, что моряки пропивали здесь жизнь не один день. Да только Виал ему не особенно верил. Скорее всего его люди забрели сюда с восходом. А после запойных дней выпить и побить они уже много не могли.
Даже зашевелившиеся гребцы не напугали Виала.
– Выбирай, – подытожил торговец, – или берешь монеты, или я расплачиваюсь зубами твоих завсегдатаев.
– Больно смелый ты, – хозяин оперся одной рукой на стойку и ткнул культей в лицо чужака. – А не боишься, что магистрат возьмет тебя за яйца?
– Теперь ты прикрываешься задом магистрата? Чего же сразу не принцепсом?
– Полегче…
– А то что? Побежишь в суд плакаться? Не забудь замотаться в тогу.
Виал достал кошель, отсчитал сумму, которую собирался заплатить и демонстративно медленно положил на стойку монеты. Дал понять, что в кошельке еще с десяток таких монет. Их звон слышали все в таберне.
Никто не рискнул потребовать монету.
Помогли даже не пьяные россказни моряков, не слухи, что циркулировали в городе о каком-то Коссе Виале. Помогла холодная уверенность самого навклера. Эгрегий тоже смог подыграть соратнику, натянув на лицо скучающее выражение.
Эти двое могли пустить в ход оружие. Даже больше – они хотели.
Глава 3
Обошлось без мордобоя, что только к лучшему. В душе Виал испытывал разочарование, но умом понимал, что задирать морских пехотинцев и гребцов вредно для дела. Магистраты всегда встают на сторону воинов, пусть флотские не ровня легионерам, но у них тоже есть покровители.
– Когда-нибудь, – заговорил Виал по дороге к эллингам, – все это плохо кончится.
– Что именно? Попойки твоих наемников?
Виал покачал головой и объяснил, что разделение на воинов принцепса и просто граждан – вредно. Вредно для всего государства и для Циралиса в частности.
Пожав плечами, Эгрегий спросил, а что они могут сделать? Ответ им известен, но какую сторону принять в случае бунта? Не желая останавливаться на этой грустной теме, Виал начал болтать о собрании в курии. Эгрегия это мало интересовало, но слушал он якобы внимательно.
В полях среди коз и овец было лучше.
Работы на эти дни задумывалось много. Виалу и его спутникам пришлось много времени потратить, чтобы подготовиться к отплытию. Лодка была в превосходном состоянии, даже лучшем, чем до отплытия на Побережье. Для ремонта пришлось нанимать плотника из Дирахия, полностью обеспечивать мастера.
Вложиться пришлось хорошо, но любое путешествие требует подобного. Радовало, что не пришлось кланяться патронам, клянча помощь. Обычная ссуда в храме, морской заем, покрыл лишь часть расходов. Но Виал не собирался тратить только свои средства.
Случись беда, хотя бы часть средств не будет потеряна безвозвратно.
Эгрегия очень удивило, что вместе с морским займом его спутник взял векселя в храме Мефона. Эти харты, запечатанные в непромокаемые капсы, мало востребованы. Чтобы их обратить в монету, потребуется доплатить.
Виал отказывался объяснять, зачем ему документы.
Использовать их для взяток? Слишком просто. Эгрегий неплохо узнал старшего товарища и понимал, что тот никогда не делает все просто так. Оставалось предполагать, что деньги в виде харт нужны для иных целей.
Если не взятки, не покупки, тогда что? Эгрегий обсудил этот вопрос с Хенельгой, но девушка еще меньше понимала городскую жизнь, чем отпущенник. Ей чужды обычаи цивилизованных людей.
– Возможно, он страхуется, – предположила Хенельга. – Свитки не деньги, не все поймут назначение.
Эгрегий кивнул, но заметил, что такие люди, как Виал, всегда предполагают двойную пользу.
– Почему же он не объясняет свои действия? Это неприятно, он будто не доверяет нам.
– Не доверяет, но не нам, а духам. Боится спугнуть удачу, раскрыв свои планы.
Объяснение слабое, как показалось Хенельге. Хотя Виал был суеверным человеком. По-своему.
– Выйдем в море, и все разрешится, – решил Эгрегий.
Они решили не тревожиться по пустякам. Из-за Виала у них не оставалось времени для праздных размышлений.
Подготовка шла своим чередом, приходилось не раз уходить в доки, следить за работами над лодкой и доставкой товаров. Виал сделал запас монет, имевших хождение на востоке. Купить их не составляло труда.
Прибывшие чужеземцы с готовностью обменивали свое серебро, на серебро Государства. Тем более Виал – через своих знакомых, обменивал монеты по весу. Лучшего курса не найти нигде.
Что, конечно, не понравилось менялам с форума. Но пока они сообразили, что кто-то вмешался в их работу, Виал уже отправился в море. Это была его излюбленная тактика: получить свое, протолкавшись через толпу конкурентов, взбесив множество соперников, и сбежать из города. А за сезон даже самые горячие головы остынут. Потом достаточно будет извиниться, преподнести дешевый подарок, и все заживут, будто ничего не случилось.
Обряды в храме, сон в гроте духов не принесли четких ответов на поставленные вопросы. Виал уже привык к подобному, интерпретировал так, что духи указывают на нечто важное. Настолько важное, что это может изменить всю его судьбу. Знаков грядущей смерти Виал не видел, хотя подобный исход исключать нельзя.
Эгрегий и Хенельга отказались посещать пещеру героев, чтобы во сне получить предсказание от духов.
– У меня нет таких вопросов, чтобы отвлекать духов, – ответил Эгрегий.
– А я с ними незнакома.
Виалу пришлось в одиночестве проводить время в холмах. Такова учесть навклера, вся ответственность за предстоящее путешествие лежит на нем.
Получив благословения и невнятные ответы, Виал как будто успокоился. Запасы амулетов пополнились, лежали в мешке с личными вещами.
Все было готово к отплытию. Оставалось только получить благословение от товарищей по ремеслу.
Праздник перед отплытием требовал больших вложений. Пришлось угостить всю коллегию, да не в родном доме, а в таберне, куда и чужаки заглядывают.
Вино лилось рекой, неприятные разговоры вскоре сменились обычным пьяным бредом. Эгрегий, пока еще сохранял ясность рассудка, общался с теми, с кем успел познакомиться за прошедшие месяцы. Не было только Хенельги, которую на подобное мероприятие не могли пригласить.
Из всей компании сохранял ясность рассудка только Виал. Хотя пил он не меньше остальных. Никто не замечал, что он часто уединяется в отхожем месте. Не обращали внимания на странные звуки, что издавал торговец.
Пьянка не была закрытой, отведенной для полноценных граждан города. Даже простые моряки присутствовали – кто смог пробиться в таберну. Пришлось Виалу позволить своим морякам утопить волнения в вине. Пусть это пагубно сказалось на их работоспособности следующим утром.
Зная, как вчерашнее событие повлияет на спутников, Виал заранее отвел их в доки. Там троицу пьяниц он сдал на руки Хенельге и ушел куда-то в ночь. Не сказал товарищам, что пойдет в храм Мефона. Несмотря на полученные ранее предсказания, проведенные ритуалы, последнюю ночь в городе, навклер решил провести именно там.
Зачем это было делать, навклер себе не мог объяснить. Всю свою жизнь он не отличался особенной религиозностью. Все в меру, свойственную для моряка. А тут потянуло в священный периметр храма. Наверное, возраст сказывается.
Виал понимал, что предстоящее путешествие скорее всего будет последним.
Здоровье уже не то. Навклер будет рисковать не столько своей жизнь, сколько жизнью соратников.
Пора переходить в разряд собственников, а не водителей судов. Или же переходить на службу Мефону, что тоже почетно и важно для коллегии. Виал провел ночь в бдении, размышляя о будущем и своем месте в нем. Время отбирало дни, вместе сними уходила молодость. На смену ей шел седой прагматизм.
Эти перемены следовало принять, не бороться с судьбой. Их тоже можно использовать, только иначе. Виал уже знал, как новые качества помогут ему разобраться с прошлым.
План прост, но в том его достоинство.
Выход в море прошел без проблем. Даже уставшие после шумной ночи моряки гребли мощно и уверенно. Приятно смотреть, но в грядущем им отведена меньшая роль. Виал не стал посвящать Карнина и Мафенаса, в ту часть плана, что отведена им. Это не требовалось, но люди все равно работали так, словно им не надо экономить силы.
Харизма успешного навклера заставляла их работать веслами с удвоенной силой.
Эгрегий не отошел от пьянки и дремал на корме. Хенельга расположилась на носу, поглядывая на препятствия.
Пробный круг по гавани, а затем излюбленный Виалом прыжок через поднятую цепь. В этот раз вышло не очень хорошо, цепь проехалась по дну, срезая слой воска и готовая сбить руль. Навклер вовремя поднял кормило из воды.
От толчка проснулся Эгрегий, посмотрел по сторонам, но не понял откуда последовала угроза.
С входных башен раздались крики, стража желала навклеру удачного пути. Теперь самый жалкий человек в Циралисе знает навклера. Удар о цепь они не заметили. В этом Виал не сомневался, зная, насколько слепы люди.
Зато этот удар не пропустил он, списал на возраст. Это вечная проблема; время догоняет и принуждает жить по своим правилам.
На самом деле лодка ударилась о цепь просто потому, что была перегружена. Пять человек, комплект инструментов и парусины для долгого плавания, четыре пары весел. Одежда для разной погоды, разнообразная еда, выпивка и глиняные сосуды на корме лодки задирали нос.
Виал это учел, когда собирался в поход, а сейчас забыл.
Парус поймал попутный ветер. Хмельные моряки легко справились с работой, не потребовалось будить Эгрегия. Теперь парня окружал ореол славы Виала, к нему относились не как к новичку в море.
Эгрегий приоткрыл один глаз, наблюдая за моряками, а затем улыбнулся Виалу. Тот ответил улыбкой, поняв ход мыслей спутника.
Хенельга не уходила с носа. Ей нравилось ощущение бьющего в лицо ветра и брызги. Поднятая мачта, закрепленная фалами, позволила девушке встать во весь рост. Держась за канаты, она встала под сильные удары ветра. Брызги воды быстро намочили ее тунику, а ветер разметал волосы.
Занятые поднятием паруса моряки долго глазели на девушку, облизываясь.
Юго-восточный ветер бил в скулу лодке, гася скорость. Виалу пришлось увалиться под ветер, чтобы увеличить скорость. Навклер тренировался, прежде чем выйти в открытое море.
Нагруженная лодка остойчивее шла по волнам, легко разрезая невысокие валы. Лишь при повороте под ветер, удары волн грозили перевернуть суденышко. Ошибка, которую совершают новички, или зазнавшиеся навклеры. Виал несколько раз пробно приводил судно к ветру, чтобы проверить его. Лишь после этого решился идти дальше, меняя галсы.
Мафенас, заступив на смену, держал фалы паруса, чтобы ловить ветер. Виал сам не мог заняться канатами, приходилось стоять и всем весом налегать на кормило. Тяжелое судно плохо слушалось, после месяцев стоянки лодка отвыкла от открытого моря.
Прибрежные скалы нависали над водой в каких-то ста футах от судна. Ветер и течение постоянно сносили лодку Виала к берегу, грозя разбить ее о черные камни. Из-за волн глаза лодки почти всегда находились под водой, она не могла помочь навклеру, выглядывая опасность. Эту работу выполняла Хенельга.
Виал заметил – мысленно, что девушка стала живым воплощением духа корабля. Жаль, что им придется расстаться на целый год.
Так они шли целый день, на вечер подошли к берегу, взявшись за весла. Пришлось всем четверым грести, чтобы перебороть течение. В прошлый раз, когда гребли двое, подойти к берегу через рифы было сложнее. Все-таки большой экипаж упрощает управление судном. Если это сработавшаяся команда.
Отдых на берегу как всегда прошел в радостном возбуждении. Ночью почти никто не спал, от сна людей отвлекла разговоры и кувшин неразбавленного вина. Традиция предписывает первую стоянки на берегу отмечать особенно. Беречь припасы не принято, ведь путешественникам еще предстоит тяжелое путешествие.
Последующие дни судно медленно продвигалось на восток. Изменившийся ветер мало помогал, да и команда не хотела выходить в открытое море, терять из виду родные берега. Потому люди почти постоянно гребли. Парус ставили редко.
Они смогли отработать разные маневры, освежить в памяти хитрости своего ремесла. Виал избавился от мелких ошибок, что совершал в начале плавания. Остальные просто наслаждались путешествием. Этот период в плавании был самым приятным и комфортным, несмотря на то, что приходилось работать веслами.
На ночь выходили на берег, осматривали судно и отдыхали. Занимались охотой, рыбалкой, просто развлекались игрой в мору.
Команду удивило только то, что Виал не стал заходить в Гремящий грот. Как сказал навклер, в этот раз жертвоприношение голодным стервам не требуется. Моряки не стали спорить с уважаемым навклером, а Эгрегий и Хенельга лишь вечером получили исчерпывающий ответ.
На судне сложно уединиться, потому им пришлось ждать с вопросом до стоянки.
– Так какова настоящая причина? – спросил Эгрегий.
Вместе с Виалом он отправился в ближайшие холмы, чтобы нарвать свежей зелени. Всегда приятно разнообразить питание.
– Причина чего?
– Ты меня прекрасно понял. Гремящий грот.
– А, это. Мне просто не требовалось туда.
– Почему? Сирены испугались твоей славы, твои подвиги защитят тебя от морских дев?
– На меня они не обратят внимание. Потому не требуется баловать этих шлюх.
Виал усмехнулся и хитро поглядел на спутника. Эгрегий понял, что не добьется точного ответа. Как всегда навклер предлагает самому догадаться.
Если торговец не боится хищных дев, размышлял Эгрегий, значит, это… значит что? Либо у него могущественные покровители – это так, но даже мелкая пакость может испортить путешествие. Либо гнев этих тварей обрушится на иного. А вот это вряд ли возможно, ведь навклер тут Виал, и он ответственный за путешествие.