Частица бога. Том1
- -
- 100%
- +
– Я не хочу его смерти. Я хочу с ним говорить.
– Смотрящий в Душу – высокий господин. Он сам решает, с кем говорить! – ухмыльнулся Мелдек. – Тех, кто приходит с быстрой смертью, господин убивает.
– Почему?
– Потому что они хотят убить его.
Больше вопросов Элсидан не задавал.
Лесная дорога постоянно петляла, мешая определять стороны света. К сумеркам Эл ощутил в воздухе запах моря. Они добрались до побережья, значит, и Аст Хелеф был где-то поблизости.
– В городе будем к ночи, – подтвердил его догадку Мелдек. – Но мы не возьмем вас за стены. Я и сын любим свои головы.
– Мы покинем вас, как только покажется Аст Хелеф, – заверил Эл. – Я дам тебе еще одну кориту, за молчание.
Возница кивнул.
До Аст Хелефа они добрались за полночь. В непроглядной темноте жрецы не увидели сам город – только редкие огни парили в воздухе, обозначая верхушки сторожевых башен. Мелдек указал на огонь, под которым находились городские ворота. Торговцы простились с ардийцами и погнали лошадей во тьму, подальше от опасных попутчиков.
– Если мастер войны и ошибся, теперь Алеран Смелый точно узнает, что за ним пришли, – заметил Алтан, когда телега скрылась из виду.
– Не этого ли ты хотел, когда предлагал нам «все решить» в Аст Хелефе? – усмехнулся Эл. – Мы у его стен! Самое время отправиться к твоему «тхугу». Если, конечно, он про тебя еще не забыл.
– Я смогу договориться с Алераном. – Черный почесал подбородок, всматриваясь в сторожевые огни. – Но хотелось бы сделать это наедине, без лишних глаз. Когда-то Алер был отважным бойцом и верным другом. Однако ты прав, десять лет – это много. Стоит познакомиться с ним вновь.
– Идите по моим следам, – скомандовал Эл, осторожно ступая по вязкому месиву. Судя по ароматам, на подступах к городу повозки скапливались перед воротами. От грязи поднимался въедливый запах лошадиной мочи. Элсидан даже обрадовался, что не различает, куда наступает.
– То есть нам придется как-то проникнуть в город, – рассуждал он, – узнать, где находится твой друг-отступник и пробраться туда, когда он останется в одиночестве? Интересный план. Больше подходит для наемных убийц.
– Сперва нужно попасть в Аст Хелеф, – серьезно заметил Алтан.
– Как?
– Через ворота, конечно же! Представимся жрецами из Эшкебета, которые ищут корабль до Кетмении.
Эл невольно усмехнулся.
– А что, отличная идея! Доберемся до порта, найдем корабль и отплывем в Кетмению, как и планировали. Пусть Танат сам разбирается со своим отступником!
– Не торопи события, – пробормотал Алтан, когда очередной изгиб дороги вывел их к городским воротам.
Вид, который открылся перед храмовниками, заставил их неподдельно удивиться. Стены города, надвратные башни, сами ворота и небольшой подъемный мост были целиком сделаны из дерева. Где-то использовались массивные бревна из цельных стволов, где-то – сложные конструкции, мастерски выполненные плотниками и резчиками. Единственным исключением были железные цепи, что удерживали подъемный мост. Ардийцам, привыкшим к надежности каменных блоков, подобные укрепления казались несерьезными. Хороший пожар оставил бы Аст Хелеф без всякой защиты.
– Стой! Кто такие?! – донеслось со стены.
– Мы странники из Ардии, – просто ответил Эл. – Следуем в порт.
Их окружили несколько бородачей, вооруженные топорами. Кроме шлемов и круглых щитов, руны не носили никаких доспехов. Грубая, потрепанная одежда выдавала представителей низших сословий.
– Странники? – переспросил кто-то. – Из Ардии? Жрецы?
– Да.
– Пропустите их!
Стражники расступились, и храмовники проследовали под широкую арку ворот, где наткнулись на очередное препятствие. Дорога упиралась в защитный остров из частокола, разделяясь надвое. Над каждым рукавом возвышалась еще одна укрепленная арка. Замысловатая система сооружений охватывала небольшую площадку со всех сторон, превращая ее в западню для незваных гостей. Эл и его спутники оказались жертвами этой западни.
– Жрецы, значит. – Из узкого проема надвратной башни показался высокий человек. Окладистая рыжая борода и грубоватые черты лица выдавали в нем чистокровного руна. В отличие от остальных, этот стражник носил кольчугу до колен, его шлем украшала серебряная вязь. Яркий кафтан воина выглядел богато – Эл предположил, что перед ним начальник стражи.
– Жрецы, – повторил рыжий, бесцеремонно подсвечивая факелом их лица. – Ну, сдавайте оружие, жрецы!
– Гостям Аст Хелефа запрещено носить оружие? – Эл быстро остановил Алтана, который уже стиснул кулак на рукояти меча.
– Нет, – невозмутимо ответил стражник. – Только жрецам из Ардии. Подчинитесь – пройдете за ворота.
– А если на нас нападут грабители? Оружие для защиты!
– Не посмеют, – зевнул рыжий. – Никто не хочет умирать в муках.
– Отдайте ему оружие, – приказал Эл и обратился к стражнику: – Надеюсь, оно дождется нас в сохранности?
– Да, – кивнул тот.
Элсидан расстегнул пояс и протянул его руну. Алтан и Вирана нехотя подчинились, передавая свои мечи и кинжалы. Никто не пытался их обыскивать: либо стражник действительно поверил гостям, либо потаенные клинки его не смущали. Как только рыжий получил желаемое, он указал на левую арку, под которой был проход в город. Оттуда жрецы наконец-то увидели Аст Хелеф, посеребренный светом луны.
– Нужно найти постоялый двор, – озвучил общие мысли Алтан.
Улица, по которой они шли, оказалось центральной. Она упиралась в ворота могучей деревянной крепости. Эта твердыня, как и добрая половина города, была возведена на высоком холме. У его подножия раскинулся нижний Аст Хелеф, он тянулся вдоль бухты широкой подковой. Почти все побережье занимал огромный порт с десятками лучей-пристаней. Несмотря на глубокую ночь, в порту горели сотни огней, там кипела жизнь. Никогда еще Эл не видел такого разнообразия кораблей. Небольшие мореходные суда рунов соседствовали с гигантскими галерами, занимающими целые пристани. Круглобокие торговые посудины трепетали перед грозными парусниками. Некоторые корабли походили на ардийские броненосцы, другие превосходили их как по длине, так и по высоте. Но среди всего этого великолепия Элсидана поразило другое. Между нижним и верхним городом, прямо на склоне холма, была расчищена широкая полоса земли. На ней развернулось грандиозное строительство. Лунный свет подчеркивал размах проекта: над портом возвышались участки каменной стены. Могучий парапет отделял суетный нижний мир от благородного верхнего Аст Хелефа, дремлющего в ночной тишине. Эл мог поклясться, что конструкция стены имеет почерк работ Иркана Землевержца, основателя ардийской архитектуры.
– Зачем ты согласился отдать оружие? – недовольно спросила Вирана. – Где мы теперь раздобудем ардийские клинки? Без меча я чувствую себя беззащитной!
– Не переживай. – Эл приобнял ее за плечо. – С большинством местных я разделаюсь голыми руками, а отступника обещал взять на себя Алтан.
– Это не смешно, Элсидан! – Вирана отстранилась, непривычно назвав его полным именем. – Я полагала, что наша цель – Кетмения, а сделка с Танатом – лишь способ попасть в Аст Хелеф. Теперь мы здесь, в порту полно кораблей, у нас есть золото, и путь в Кетмению открыт! А мы теряем храмовые клинки! И для чего? Чтобы просто пройти за ворота? Ничего глупее я в жизни не совершала!
– Даже когда согласилась отправиться на восток? – улыбнулся Элсидан, раскрывая объятья.
Иногда Эл любил ее такой. От большинства храмовниц, которые превосходно собой владели, Вирана отличалась неудержимостью. Для нее уроки наставника прошли даром – она всегда достигала точки кипения, после чего взрывалась, обнажая истинный темперамент. Элсидана возбуждал этот внутренний огонь, скрытый под маской притворного смирения. Но сейчас взрыва не произошло. Вирана отступила на шаг и бессильно опустила руки.
– Я сожалею о своем решении, – тихо сказала она.
– А как же судьба? – не унимался Элсидан. – Судьба, которая привела тебя в наш Храм? Свела со мной? Подарила корабль до Аст Хелефа? Когда ты успела разувериться в ее указателях? Ведь это ты выбрала для нас дорогу на Танат! Это ты уговорила меня согласиться на авантюру деонийцев! А теперь упрекаешь за какие-то мечи?
Алтан отошел в сторону, не желая участвовать в назревающей ссоре. Эл замолчал, он все еще рассчитывал на привычную развязку. Но Вирана была удивительно холодна.
– Вера в судьбу не оправдывает глупости, – сухо заметила она. – Признайся, ты ведь не понимаешь, что делать дальше. От мастера Третьего Посвящения я ожидала большего! Надеялась, что мы справимся с поручением, вернемся в Эшкебет, посрамим твоего наставника и возвысимся. Но теперь я сомневаюсь, что ты сможешь превзойти Лангара. Его ловушка сработала превосходно. Он отправил тебя на восток не просто так – Лангар знал, что без его наставлений ты собьешься с пути и растеряешься.
Вирана замолчала и с вызовом посмотрела на Эла.
– Твоя девка права, – прервал напряженную паузу Алтан. – Ты плохой лидер, Элсидан Прекрасный. Слишком безвольный. И бесцельный. Путь на восток для тебя прокладывает любовница. Вести дела с Алераном буду я. Единственное твое решение, на которое никто не влиял – отдать наши клинки этой швали у ворот. Так расскажи же, наконец, зачем мы плывем в Кетмению? Теперь-то я заслужил право знать?
– Скажи ему, Элсидан! – усмехнулась Вирана. – Накажи еще раз! Ударом в морду не добил, так…
– О чем речь? – перебил ее Алтан.
– Мы отправляемся в Кетмению за частицей бога, – признался Эл, испытывая незнакомую прежде тревогу.
– Дерьмо… – пробормотал Черный, когда пришел в себя. – Ты же сейчас не шутишь, верно? Мы плывем на восток в поисках бога?
– Только его частицы, – вздохнул Элсидан. – Если она вообще существует, то никак не ближе Кетмении.
4
Предполагая, что они уже раскрыты, спутники перестали соблюдать всякую секретность и остановились на лучшем постоялом дворе Аст Хелефа. Его резной фасад выходил на главную площадь города прямо перед крепостью наместника. Не испытывая недостатка в золоте, жрецы выкупили пару лучших комнат с открытыми террасами. Наконец-то Эл и Вирана получили долгожданное уединение. Но даже после купания и отдыха, жрица осталась непривычно холодной. Она поддалась Элу, однако в движениях Вираны не чувствовалось прежней страсти или желания. Пусть ее тело было послушным, но душа – закрытой. В эту ночь Элсидан спал тревожно, продираясь сквозь паутину кошмаров. Его привычная выдержка уступала под напором сомнений.
Когда Эл с Вираной проснулись, оделись и вышли на террасу, был уже почти полдень. За щедрое вознаграждение завтрак им подали прямо сюда. Благообразный трактирщик заискивал перед богатыми постояльцами, демонстративно подгоняя и без того расторопную прислугу. С соседней террасы жрецам помахал Алтан. При виде сдержанной и хмурой Вираны Черный ухмыльнулся. Он справедливо рассудил, что ночного примирения не произошло.
На главной площади Аст Хелефа было людно. Ее заполняли телеги с разнообразным товаром, который свезли на продажу в крепость наместника. Сперва жрецам показалось, что здесь разворачивается ярмарка, но позже они заметили: простых покупателей в торговых рядах не было. К купцам подходили богатые сановники со свитами вооруженных слуг. Они старательно осматривали, ощупывали товар, пробовали его на вкус, не прекращая торговаться. Тот тут, то там возникали горячие споры. Один из сановников брезгливо отмахнулся от бородача с куском солонины и сразу приказал воинам расчистить путь к трактиру. Он важно прошествовал по живому коридору и взошел на резное крыльцо. Вооруженная свита осталась внизу.
– Благородные господа! – За дверью гостевой комнаты послышался вкрадчивый голос трактирщика. – К вам прибыл посланник от наместника и Хранителя Земель Бирака Мудрого! Он просит принять его незамедлительно!
Эл вопросительно взглянул на Вирану. Та кивнула.
– Мы готовы его принять. И сообщите об этом нашему спутнику.
Алтан протиснулся в дверь перед самым носом посланника. Тот отпрянул, пораженный такой наглостью.
– Это наш человек, – примирительно поднял руку Эл. – Прошу, проходите…
Элсидан так и не смог выдавить из себя «благородный господин», этому противилось все его естество. Важный гость скривил рот, однако сам отвесил глубокий поклон.
– Благородные господа, – заговорил он на чистом ардийском, – я удостоен пригласить вас на пир, который сегодня, после заката, устраивает наместник и Хранитель Земель Бирак Мудрый. Как только мой господин узнал о прибытии гостей из Ардии, он сразу же приказал отметить это событие торжеством. Наместник надеется, что вы не откажетесь посетить ужин в вашу честь.
Жрецы невольно переглянулись. В размеренной речи рунийца звучал напускной церемониал – таким же голосом он мог зачитать приказ об их казни. Сам посланник выглядел торжественно и в то же время невыразительно. Тощий мужчина средних лет с жидкой черной бородкой компенсировал врожденную невзрачность богатством наряда и хорошо поставленным голосом. В прищуренных глазах читалась смесь презрения с интересом. Очевидно, сановник и сам не понимал, почему безродным чужеземцам оказана такая честь. Но понимание господских приказов не входило в его обязанности.
– Мы принимаем приглашение вашего… господина, – ответил за всех Эл.
– Благородного наместника и Хранителя Земель Бирака Мудрого порадует ваше решение. – Посланник глубоко поклонился. – В знак уважения мой господин приготовил для вас скромные дары. Если позволите…
С разрешения Эла сановник вышел на террасу и махнул людям внизу. Пара воинов внесла в комнату высокий сундук.
– Благородные господа, несравненные в своем великолепии, – протянул посланник и неожиданно улыбнулся Виране. – Эти вещи лишь подчеркнут ваше особое положение, превратят вас в истинное украшение вечернего торжества. А теперь позвольте мне удалиться, не смею занимать ваше драгоценное время.
Он вновь поклонился и вышел за дверь.
Первым к сундуку подошел Алтан. Черный не раздумывая откинул тяжелую крышку и присвистнул.
– Богатые вещи, никогда такого не надевал! – усмехнулся он. – Похоже, их наместник любит ряженых кукол. Что скажешь, куколка?
Вирана, к которой он обращался, ничего не ответила. Она медленно подошла к сундуку и достала оттуда изумрудное платье, расшитое золотой тесьмой. Рядом был сложен широкий пояс, украшенный серебряными дисками. Под ними лежала сорочка из тончайшего льна. Последняя особенно удивила Вирану: ардийские жрецы, вне зависимости от пола, носили одинаковое исподнее. Впечатлила ее и ткань платья. Бархат мог попасть в Рун Аер только с далекого юга и наверняка стоил здесь неприлично дорого.
– А этот кафтан мне в пору! – заметил Черный, обряжаясь в багрянец. – Только в плечах широковат! Как думаешь, Элсидан, когда они успели снять с нас мерки? Неужели, пока мы спали?
Эл ничего не ответил. Он задумчиво смотрел в окно, на площадь. Посланник Хранителя Земель с трудом протолкнулся через толпу и скрылся в воротах крепости. С одной стороны, Элсидан ожидал от отступника чего-то подобного. С другой, недоумевал, зачем Алерану потребовалось это представление? И что он успел разузнать?
Возможно, ему уже донесли о Ловчих Тени. Но если так, наверняка переполошилась бы вся округа.
Возможно, участь храмовников здесь заранее предрешена, а случай с гаспатийцами был чудесным исключением. Зачем отступнику рисковать? Но обреченных на смерть не наряжают. Или Алеран, как избалованный хищник, любит играть со своими жертвами?
Возможно, он получил послание из Таната, и знает весь план целиком. Но кто мог добраться до Аст Хелефа быстрее их судна?
Одолеваемый сомнениями, Элсидан никак не мог собраться с мыслями. Его спутники уже примерили новые наряды, Алтан обратился к трактирщику в поисках зеркала. Увы, даже на лучшем постоялом дворе Аст Хелефа его не оказалось. Вирана поправила пояс, бережно разгладила платье. Эл вдруг осознал, что никогда еще не видел ее такой. Ардийские жрецы носили скромную одежду – урожденную красоту Вираны сдерживали простота и традиция. Теперь же, на глазах Элсидана, из нежного бутона распускался прекрасный цветок. Изумрудная ткань подчеркнула мраморную бледность кожи, а на плечах скрылась в волнах русых волос. Платье село точно по фигуре, придавая ей больше мягкости, женственности и благородства. Эл не был приучен к роскоши и от увиденного невольно приоткрыл рот. Даже черствый Алтан не смог сдержать восторга.
– Твоя девка прелестна, Элсидан, – прицокнул он языком. – Жаль, что в этой дыре нет зеркал.
На самом дне сундука лежали три пары мягких туфель. Они явно не предназначались для городских улиц: изящная форма и богатые узоры были под стать коврам, а не грязи. Вирана обулась и вышла в центр комнаты.
– Ты прекрасна, – выдохнул Эл. – Я люблю тебя.
Эти слова наконец-то смогли растопить лед – Вирана мило улыбнулась. В глубине ее серых глаз промелькнул задорный огонек.
– Интересно, что местные женщины делают с волосами? – с притворной серьезностью спросила Вирана. – Полагаю, просто собрать их в пучок будет не лучшей идеей.
– Косы заплетают, – уверенно сказал Алтан, который пытался расчесать собственные волосы. – А потом укладывают их на голове во что-то вроде змеиного клубка. Или отпускают до пояса. В Герхелиате у меня однажды была рунийка, дочь какого-то торгаша. Покувыркаемся ночью, а с утра она берет гребень и чешет, чешет, чешет свои длиннющие волосы… Ну, ушел я от нее.
– Из-за волос? – рассмеялась Вирана.
– Из-за живота, – помрачнев, буркнул Черный. – Не понимала она, как можно родную кровь в чужую семью отдать. Не признавала наших законов. А кто я такой, чтобы идти против воли Храма?
Жрица больше не улыбалась.
5
До крепости наместника их сопровождала торжественная процессия из двух десятков воинов. Минув широкую арку ворот, жрецы попали во внутренний двор, покрытый дощатым настилом. Это было первое место в городе, где под ногами не чавкала грязь. Один из сопровождающих указал на роскошное резное крыльцо – главный вход.
Палаты наместника состояли из череды просторных залов с высокими бревенчатыми потолками. Первые залы были пусты, их украшали лишь редкие светильники, богатая резьба и ковровые дорожки. Наконец жрецы попали в главный зал, превосходящий все прежние в несколько раз. Потолочные арки здесь смыкались в огромный купол, перечеркнутый сетью поперечных балок. Под куполом чадили пять массивных люстр, расположенные в форме креста. Свободный центр зала окружали три длинных стола. Главный и самый богатый яствами стоял прямо напротив входа. Зал был полон людей, которые расселись на скамьях по обе стороны скатерти. Из этой толпы выделялись хозяева города: они сидели за главным столом на удобных резных стульях. Пространство перед ними было свободно.
Как только жрецы вошли, гул над столами мгновенно стих. На прибывших уставились десятки любопытных взоров. Мужчины и женщины в ярких богатых одеждах были заинтригованы. Они дышали натопленным жаром, ароматом блюд и букетом эмоций. Насмешливые, презрительные, лукавые, надменные, похотливые, жестокие, бесстрастные лица сложились в неразрывный узор. В центре этого узора, на массивном троне, восседал наместник Аст Хелефа. Над воротом золотого кафтана вздымалась косматая голова, подведенная черной окладистой бородой. Несмотря на богатую растительность, лицо наместника казалось мягким, даже женоподобным. Пухлые губы, вялые щеки и крупный нос придавали Хранителю Земель неизменно обиженный вид. Усталые глаза довершали образ расстроенного ребенка.
Слева от наместника сидела светловолосая женщина средних лет. Ее лицо, напротив, показалось Элсидану слишком строгим и напряженным. Она оценивала незнакомцев с надменностью, как заведомо низшее сословие.
По правую руку от Хранителя расположился Алеран Смелый. Эл узнал его сразу: отступник явно отличался от остальных идеальной храмовой выправкой. Тем не менее, годы, проведенные в праздности, не прошли бесследно. Алеран больше не обладал идеальной фигурой, которую намеренно и старательно поддерживали жрецы. Рельеф его мышц сгладил избыток жира – от прежней стройности не осталось и следа. В лицевых складках проявились глубокие морщины, которые подчеркивали не столько возраст, сколько регулярное переедание и обильные возлияния. Намеренно или вследствие тех же пороков Алеран полностью лишился волос – гордости ардийских жрецов. Его голова была гладко выбрита и уже не носила следов обнадеживающей щетины. Перечисленные изъяны не позволяли определить возраст отступника: ему могло быть и тридцать лет, и пятьдесят. Но больше всего настораживали его глаза. В ардийских жрецах с детства воспитывали смирение, добрый храмовник смотрел бесстрастно и отрешенно. Взгляд Алерана был острым, подвижным, насмешливым. Элсидан убедился: перед ним дерзкий, избалованный хищник.
Рядом с Алераном сидела миловидная рунийка с толстой черной косой через грудь. Она выглядела ровесницей Вираны, но тяжелый взгляд и заносчивая ухмылка делали ее старше. Соседка медленно склонилась к уху отступника и что-то прошептала. Алеран коснулся ее груди, провел ладонью по длинной шее, а потом вдруг крепко стиснул пальцы. Девушка испуганно отпрянула, хватая ртом воздух. Остальные этим не заинтересовались, они по-прежнему увлеченно изучали храмовников.
Наконец взгляды Эла и Алерана пересеклись. Какое-то время они молча изучали друг к друга. Элсидан различил в глазах отступника явный интерес.
– Добро пожаловать в мой чертог, странники! – прервал тишину хриплый, слегка гнусавый голос.
Наместник Аст Хелефа посчитал, что пауза затянулась.
– Алеранчик, кто эти люди? – продолжил он. Суровая женщина рядом с ним лукаво ухмыльнулась: в небрежном вопросе звучала издевка.
– Это ардийские жрецы из Эшкебета, мой господин. – Чистый и твердый голос Алерана плохо сочетался с побитой жизнью внешностью. Слово взял опытный оратор.
Отступник и наместник переглянулись. Некоторые застольщики начали озираться, пытаясь понять настроение хозяина.
– Ах да, помню! – благодарно кивнул Бирак Мудрый. – Это те люди, которые пришли тебя убить?
Смелое предположение всколыхнуло весь зал, над столами поднялся возмущенный ропот.
– Может, и так, – повысил голос Алеран. – Но не стоит судить скоро, мой господин. Прежде мы их выслушаем.
Отступник говорил на чистом рунийском, половину слов Эл не понимал. Возможно, для подготовленного уха этот язык звучал красиво, но Элсидан улавливал лишь отрывистые, грубые фразы. Для его спутников рунийский вообще был загадкой.
– Пусть говорят! – согласился Бирак, указывая на жрецов пухлым пальцем. – А мы послушаем!
– Я думаю, они не знают нашего языка, господин, – предположил Алеран, – поэтому переведу их слова.
– Добро, – кивнул наместник и ухмыльнулся. – Переводи. Они ведь хотят убить тебя, не меня!
– Зачем вы прибыли в Аст Хелеф? – Духовному наречию Алерана позавидовали бы завсегдатаи храмовых форумов.
– Чтобы посмотреть, в какого урода превратился мой друг! – громыхнул на весь зал Алтан. – Потрепала же тебя жизнь, Алер, потрепала!
– Кто бы говорил, Черный! – К изумлению окружающих Алеран поднялся из-за стола и расплылся в улыбке. – Ты свою морду в зеркало видел?
– В этом захолустье нет зеркал, – заметил Алтан. – Полагаю, все они разбились от твоего взгляда. Что ты так долго во мне высматривал? Не признал? Забыл лицо соратника?
Алеран жестом успокоил наместника, уперся рукой в скатерть и одним прыжком перемахнул через стол. Сбитая на пол посуда его не смутила. Несмотря на грузный вид, двигался он ловко – Эл убедился, что отступник не растерял храмовых навыков. Неспешно ступая, Алеран вышел в центр зала и заключил Алтана в крепкие объятья. Остальные гости изумленно следили за происходящим. Они украдкой косились на Бирака, который и сам не верил своим глазам. Эл и Вирана предусмотрительно отступили на шаг, чтобы не мешать.
– Какими судьбами в Аст Хелефе, старый рубака?
– Да вот, приехал за твоей головой, – улыбнулся Алтан.
– Достойное дело! – рассмеялся отступник. – Так может, выпьем по этому поводу?
– Это ж никогда не повредит!
– Тогда прошу к столу, дорогие гости!
Алеран дал знак прислуге. Несколько рунов в безликих одеждах вынесли три резных стула. Их расположили прямо напротив Бирака и его ближайшего окружения. Алеран пригласил жрецов занять места. Алтан сел напротив старого друга, Эл стал невольным соседом надменной госпожи, а Вирана, как истинное украшение их троицы, расположилась перед наместником. Тот едва отошел от происходящего. Понимая, что публика ждет его слова, Бирак решил пробудить музыкантов на галерее.
– Играйте! – натужно выкрикнул он. – Играйте!
Воздух наполнился гулом барабанов, ревом рогов, стоном свирелей и дудок. Зал ожил, отозвался на негласное начало пира. Полные кубки столкнулись в воздухе, обдавая людей брызгами хмельного варева, потом еще и еще. С каждым распитием гости все больше разогревались, их движения становились свободными, а речи – развязными. Несколько захмелевших бородачей вскочили со своих мест и пустились в пляс. Остальные оценили их выходку восторженным ревом. По столам стучали десятки кубков, подзадоривая танцоров. Этот ритм дурманил не хуже хмеля – на центр зала выходили все новые и новые плясуны. Элсидан отметил, что среди них были только мужчины. Рунийки оставались на скамьях, поддерживая спутников криками и грохотом кубков.