Нажимая клавиши (сборник)

© Егоров А., текст, 2016

© «Геликон Плюс», макет, 2016

А для меня кусок свинца

– Полсотни-семь, я три-двенадцать. По мне работает БУК. От первой я увернулся. Но я все еще на прицеле! Три-двенадцать, прием…

– Три-двенадцать, я полсотни-семь. Уходи за сопку. Я сейчас зайду от солнца и спикирую на БУК со своими «гостинцами». Полсотни-семь, прием…

– Полсотни-семь, я три-двенадцать. Грамотно хохлы работают, по-советски… Опять отключились, и я их не вижу на локаторе. Если снова включатся, то на выходе из пике ты, Егор, перед ними окажешься с голым задом… Три-двенадцать, прием…

– Полсотни-семь, я три-двенадцать. Пикирую следом за тобой и прикрываю тебя огнем! Три-двенадцать, прием…

– Полсотни-семь. Снова вижу БУК на локаторе! Ну ща-а они от меня получат… Три-двенадцать, прием…

– Ёп-перный… Три-двенадцать… Я полсотни-семь! Меня подбили, пытаюсь катапультироваться. Полсотни-семь, прием…

– Полсотни-семь, я три-двенадцать. Держись, Егор… Вижу твой парашют. Три-двенадцать.

– Ноль-восемь, Башня, я три-двенадцать. Полсотни-семь подбит. Катапультировался в районе сопки два-три-девять. Возможно, ранен. Высылайте «вертушки» с морпехами. Три-двенадцать, прием…

– Три-двенадцать, я Башня, ноль-восемь. Выслали пару «вертушек» на сопку два-три-девять. Поддержи их огнем. Башня, ноль-восемь, прием…

Егор Сабуров, молодой, подающий хорошие надежды выпускник Тамбовского летного училища, с детства мечтал о небе, о полетах и даже о космосе. И вот его мечта наконец наполовину сбывается. Он теперь профессиональный военный летчик в одном из южных военных округов России.

Однако в не самую удачную пятницу в своей жизни, а именно 08.08.08, во время боевого вылета на штурмовике Су-25СМ в разгар Юго-Осетинского конфликта капитан Сабуров был обстрелян из комплекса БУК-М1 и подбит вблизи города Цхинвал. При этом Егор сильно травмировался при катапультировании из горящего самолета и практически не мог даже толком замаскироваться после приземления посреди небольшой дубовой рощи на склоне одного из отрогов гор.

Поисково-спасательная команда из двух вертолетов с морпехами долго не могли найти в «зеленке» раненого капитана Сабурова. А ведь за сбитым летчиком помимо российских спасателей охотились еще и грузинский спецназ под руководством американского инструктора и дружественные грузинскому режиму бандеровцы из УНА-УНСО с западной Украины. Бандеровские «активисты» вместе со штатными украинскими экипажами были приданы к двум батареям ПВО комплексов БУК-М1. Это был подарок от кума Ющенко куму Саакашвили как раз к началу китайской Олимпиады.

Несмотря на сильное пересечение интересов иностранных разведок при поиске сбитого летчика, раненому Егору удалось уберечься от плена. Удалось ему избежать и заранее заготовленного в западных медиа международного признания «военным преступником». Немало повезло Егору и при катапультировании из подбитого самолета и приземлении на косогоре, и он отделался «всего лишь» переломом позвоночника и параличом нижних конечностей.

Егор долго лечился, переходя из рук в руки от светил российской медицины к мануальным терапевтам, народным костоправам и обратно. Немало помотало его по разным госпиталям и санаториям. Если его физические страдания от постепенно вылечивавшейся травмы позвоночника со временем отходили на второй план, то моральное состояние Егора вызывало у лечащих врачей все больше и больше тревог и опасений. Поняв, что теперь инвалидная коляска стала его постоянной спутницей на всю жизнь, Егор даже пытался расстаться с этакой бесцельной жизнью сбитого летчика, несправедливо и навсегда отлученного от ставшей ему родной стихии неба. И он непременно бы осуществил свое намерение, если бы сестра милосердия вовремя не подоспела и ловким приемом не перехватила у него уже взведенный пистолет.

Потом начались долгие и тягостные беседы с психоаналитиками, которые очень старались вернуть молодому человеку вкус к жизни, хотя и прекрасно понимали, что мало чем могут реально помочь Егору, ибо птице с подрезанными крыльями ничто не может восполнить восторг от встречного ветра и безграничной свободы полета. Не помогали ни книги, ни любимые шахматы, ни телевизор, ни окружавшие Егора сексапильные медсестры, ни иные, вполне привлекательные женщины, приходившие навещать соседей по палате и предлагавшие Егору выпить за компанию. Не помогали даже типовые уловки психологов, в частности неоднократные попытки подсунуть Егору ноутбук, случайно раскрытый на одном из великого множества компьютерных игровых авиационных симуляторов. После полутора часов игры на таком несовершенном авиасимуляторе Егору вообще хотелось взвыть от острого ощущения бездонной глубины потери всякой надежды летать по-настоящему. И он снова впадал в глубокую депрессию.

Однажды, машинально глядя в телевизор, Егор вдруг обратил внимание на один из новостных сюжетов программы «Вести». Речь шла о создании в российской армии нового вида подразделений – научных рот, которые предназначались для военной службы выпускников технических вузов. Военнослужащие научных рот должны были, служа в армии, продолжать продвигать вперед российскую военную науку. Особенно Егора заинтересовали подразделения, дистанционно обслуживающие беспилотные летательные аппараты.

«Вот бы попасть в операторы подобных беспилотников, – подумал Егор, – ведь тогда я бы смог если не летать сам, то непосредственно управлять реальным полетом в реальной небесной стихии. А главное, делать это, не вставая с инвалидного кресла, которое бы при этом нисколько не мешало!»

Когда Егор переговорил на эту тему со своими лечащими врачами и особенно с психотерапевтами, то последние наконец увидели, что у Егора вновь появился вкус к жизни. Они не ожидали увидеть таких разительных перемен в настроениях Егора.

Вскоре Егору поступило предложение поработать в одном из таких Научных центров при специализированной военной Академии. Там как раз было сформировано несколько научных подразделений разной специализации. Егор с воодушевлением откликнулся, однако медкомиссия, которую пришлось пройти Егору, не одобрила желания Егора стать оператором беспилотного летательного аппарата по некоторым важным медицинским показателям. Для процесса реабилитации позвоночника Егора служба оператором была не совсем подходящей – слишком сидячей и малоподвижной. Да и штат операторов был в тот момент уже заполнен. Поэтому по результатам тестирования медкомиссия порекомендовала Егору поступить на службу в другое специализированное киберподразделение Центра, к которому медкомиссия нашла у Егора даже больше способностей и нераскрытых талантов.

Егор поначалу было расстроился от такого исхода и опять впал в апатию. Даже потянулся однажды к бутылке! Но благодаря природному бойцовскому характеру сумел снова взять себя в руки. Мол, чего же горевать раньше времени.

– За сбитого двух несбитых дают! Мы еще поглядим, что это за кибервояки такие особенные и кто из нас на что будет способен…

– Поднимите-ка руки, сынки и доченьки, кто уверен, что вам повезло попасть сюда? – спросил с трибуны собравшихся новобранцев начальник Центра контр-адмирал Чалов. – Вижу, немного вас таких, но все-таки есть… – Но если вы думаете, что ваш топ-менеджер папаша, замолвив словечко, где надо, или ваша «бронебойная» мамаша, дав взятку в военкомате, помогли вам «отмазаться» от настоящей суровой армейской службы, чтобы попасть сюда, в научную роту, как на курорт, то вы ошибаетесь! Здесь вам не курорт!

Ошибаются и те из вас, из слабой половины человечества, что здесь вам будут давать поблажки и, рассыпаясь в комплиментах, будут уступать дорогу. Нет, на войне пуля не разбирает ни полов, ни званий, ни ученых степеней. И поэтому у нас в научных ротах, как и на поле боя, все равны.

– А можно вопрос, товарищ контр-адмирал? – подняла руку бойкая девчушка со школьными косичками и, получив разрешение, спросила: – А трудно ли здесь, в армии, девушке выйти замуж за адмирала?

– Хороший вопрос, доченька! А главное, жизненный… Доля правды в том, что в армии умной женщине легко найти достойную для замужества партию и выйти на гражданку не бобылихой, а мужней женой, конечно же, имеется! Но чтобы стать адмиральшей, нужно выходить замуж за лейтенанта, да помыкаться лет двадцать пять по дальним флотам и гарнизонам. Я много в жизни повидал и поэтому скажу вам прямо, что самых разборчивых дам здесь ожидает серьезная проблема выбора! Пока перепробуешь всех претендентов, на самой негде будет пробу ставить… Так что, доченьки мои, не увлекайтесь!

Научные роты – это, конечно, не подводный флот, не десантура и не морская пехота… Здесь не изнывают от жары и пота, не мучаются от жажды, не истекают кровью на нейтральной полосе! Но обделаться со страху в штаны, захлебнуться в собственных соплях, слезах и выделениях или потерять сознание, а бывает, даже и рассудок от боли можно легко и здесь…

Война – это всегда кровь, грязь, боль и страдания. И ваши собственные, и ваших врагов. Война – это горе жен и матерей от потери близких и родных, слезы расставаний на долгое время, а иногда и навсегда!

Родина не зря своего солдата всю жизнь кормит и одевает, исключая из кровно необходимого для ее развития производительного труда и требуя от него лишь совершенствования его военного мастерства! Но однажды в лихую годину солдат обязан защитить свою Родину, даже ценою своей жизни! Такая уж эта наша профессия – Родину защищать!

Кибервойна – это не просто компьютерная игра, «стрелялка», «стратег» или «бродилка», где у «бойцов» по 9 жизней, как у кошек. Это война не менее страшная, драматичная и даже трагичная, чем в танке, подлодке, морской пехоте или в штрафных ротах.

Ведь там, на передовой, солдаты, управляющие танками или боевыми роботами, – это реальные живые люди из плоти и крови, хотя и сидящие за мощной броней. И вам здесь, сидя в тепле и заботе, будет очень тяжело видеть, как они реально гибнут под беспощадными ударами противника. И созерцание всего этого обычно не проходит для вас бесследно. Это разрывает вам сердце!

Воюя в мировой паутине, в Интернете, сражаясь в киберпространстве, вы противника не видите. А он может быть везде… кругом! И вы его должны чувствовать седьмым, восьмым и девятым чувствами. Вы должны осязать его своим интеллектом, своей «чуйкой»… И эту «чуйку» вы должны сделать безотказным оружием и вашим главным преимуществом!

Поэтому, несмотря на определенное сходство научных рот со штрафными ротами, я считаю, что вам здесь все-таки повезло!

В перерыве между занятиями в курилке за новобранцев взялись старослужащие, которые также захотели провести среди «салаг» свою «политработу»:

– Если вы на гражданке были подающими большие надежды вундеркиндами, интеллигентными маменькиными сынками или амбициозными молодыми специалистами с «завысшими» образованиями – магистрами да бакалаврами, а то и кандидатами и даже докторами наук, то здесь, в научных ротах, вы не просто жалкие очкастые «ботаники». Здесь вы никто, и зовут вас никак!

Здесь вы просто «кибермясо», которое пока не умеет делать ничего полезного: ни достать выпивку и закусон, ни закадрить и «оприходовать» медсестру или «утешить» вдовушку, ни портянку навернуть так, чтобы она после первого же километра марш-броска не довела вас до кровавых мозолей!

Именно поэтому мы, старослужащие сержанты, старшины и мичманы, назначены вашими наставниками и имеем перед вами большие привилегии и неуставные права: в наряды не ходить – это для новобранцев; сапоги не чистить – новобранцы почистят их нам своими зубными щетками; бить первыми, пока новобранцы достойно не проявят себя в драке, овладев подобной же тактикой, и не обучатся необходимым приемам.

– А остальное мы вам, «ботаники», доходчиво объясним уже по мере совместной службы!

– Вы здесь, в нашей Академии будете учиться управлять не военными ударными беспилотниками – летающими дронами, сухопутными боевыми машинами, танками, ракетными катерами или беспилотными субмаринами.

Вы будете изучать и осваивать дистанционное управление совершенно новым видом военной техники… Хотя даже слово «техника» здесь не совсем подходит. Скорее, это виртуальное сетевое оружие для мировой паутины и сетей связи, а проще – кибероружие!

И война здесь для вас будет не совсем обычной, а точнее, совсем не обычной! Вы будете «воевать» не на реальном поле боя, не где-нибудь в пустынях Малой Азии, во льдах Арктики или на плодородных черноземах Новороссии.

Ваше поле боя находится в киберпространстве! А оно, как известно, границ не имеет. Куда сигналы связи доходят – там и ваше поле боя. Хотя полем боя можно считать и те совсем изолированные от внешнего мира виртуальные тупики и закоулки, куда никакие сигналы связи вообще не доходят. Но зато туда могут проникнуть компьютерные вирусы! Они могут пробраться тайком попутно с воздухом, едой, водой или мочой. Пробраться туда вроде бы случайно, но на самом деле далеко не случайно, а вместе с непременной расхлябанностью, глупостью и жадностью персонала. Вирусы могут просачиваться к своей цели разными путями и в течение долгого времени наращивать свое «мясо». То есть по байту, как вода – по капле, накапливать необходимые для своего функционирования мегабайты.

– Разрешите вопрос, товарищ подполковник, – поднял руку Егор.

– Да, пожалуйста! Только надо бы вставать и представляться, когда спрашиваете, – строго посмотрела Латышева на Егора и немало смутилась, увидев, что он в инвалидной коляске. – О, прошу прощенья, вам можно спрашивать сидя…

– Капитан Сабуров. А могут ли наши боевые управляемые вирусы проникать туда, где вообще нет никакой связи? Ни проводов, ни труб, ничего нет!

– Да, могут, – не задумываясь, ответила Латышева. – Но в этом нашим боевым вирусам как раз и нужна ваша помощь – помощь человека с его мощным интеллектом, помощь программиста или опытного военного инженера, изощренного на выдумки и всякие нестандартные тактические и технические решения. А потом, когда наши вирусы с вашей помощью доберутся до своей цели, они воспрянут из кусочков программ и обрывков команд, по байту восстанут из пепла, как птица Феникс. Вот тогда, когда с помощью вашего интеллекта вирусы начнут действовать, пусть поберегутся ваши противники!

Сегодня ваш объект дистанционного управления – кибертавр. Это дистанционно управляемый человеком с помощью нейрокомпьютерного интерфейса виртуальный программный робот, действующий в Интернете и в разнообразных информационных сетях. Это фактически дистанционно управляемый боевой компьютерный вирус! Он может и вовсе не иметь никаких активных средств воздействия. А может быть вооружен до зубов разнообразными ударными модулями. Однако кибертавр иногда только одним-единственным виртуальным битом может вызвать в реальном мире масштабные катастрофические последствия!

Далее профессор Латышева детально по пунктам рассказала об основном виде виртуального оружия, которым слушателям предстоит овладеть в совершенстве.

1. Кибертавр – дистанционно управляемый человеком с помощью нейрокомпьютерного интерфейса виртуальный программный робот, действующий в Интернете и в разнообразных информационных сетях.

2. Обладает собственным бесшумным движком, способным работать в разнообразных типах сетей (витая пара, оптические волноводы, лазерные лучи и радиоволны различных частот в эфирном пространстве) и многое другое. Питается разнообразными источниками энергии из сети или мирового электромагнитного пространства.

3. Имеет набор разнообразных средств связи с Центром и с себе подобными виртуальными объектами как в мировой паутине (с помощью специальных интернет-протоколов), так и в локальных изолированных сетях (по кабелям питания, трубам водоснабжения и канализации, газовым магистралям, воздуховодам, оптическим каналам, а также через военные спутники-шпионы и мировое пространство).

4. Оснащен боевым программным опознавателем «свой – чужой». Способен автоматически отличать своих от чужих в сетях связи и мировой паутине.

5. Способен «квантоваться» – разделяться, как при многотомном архивировании, на упорядоченные зашифрованные и упакованные части программного кода – «вольюмы», или «кванты». Способен «передвигаться», перемещать сам себя по «квантам» вдоль сетей связи и в мировой паутине. А затем способен «собраться», то есть восстановиться из множества «квантов» в исходное единое целое, переиндексировать свою структуру как базу данных и снова стать полноценно работоспособным после такой сборки.

6. Вооружен боевыми средствами дезинтеграции (расчленения) разнообразных «чужих» виртуальных объектов противника по принципу многотомной архивации.

7. Имеет специальные средства защиты, в том числе и против «чужих» средств нападения и дезинтеграции.

8. Дистанционное управление кибертавра, весьма эффективное и быстродействующее, основано на глубокой взаимосвязи мозга человека-пилота и интеллектуального программного кода кибертавра, а также на взаимном проникновении сигналов мозга и кибертавра друг в друга при сильной обратной связи между ними.

9. Кибертавр, вышедший из повиновения, может быть смертельно опасен для здоровья человека-пилота именно из-за упомянутой сильной обратной связи между ними. Поэтому не зря начинающим пилотам инструкторы говорят: «Не вы выбираете кибертавра, а он выбирает вас».

10. Для удобства управления кибертавром применяется специальная программа позиционирования (определения собственного местоположения) в сети, которая формирует искусственную игровую визуализацию окружающей кибертавра обстановки вокруг его текущего местоположения в сети, а также наглядную идентификацию ближайших виртуальных объектов. Работа данной программы похожа на игровой эмулятор среды с разнообразными переключаемыми интерфейсами.

Напоследок профессор Латышева настойчиво и не по-женски жестко предложила каждому вновь прибывшему слушателю Академии крепко задуматься и объективно оценить свои возможности заниматься предлагаемой работой:

– Нажимая клавиши, прошу вас осознавать всю меру ответственности за каждое свое простое нажатие на какую-либо клавишу управления и возникающие за этим нажатием серьезные последствия! И если вы чувствуете, что не готовы нести такой груз ответственности, – рапорт мне на стол!

Тренажерный зал мало чем напоминал Егору одноименное помещение в тамбовской авиачасти, откуда Егора подчистую списали после боевой катастрофы во время Юго-Осетинского конфликта. Огромный полукруглый операционный зал, похожий на лабораторию, оснащенную по последнему писку медицинской моды, больше напоминал демонстрационную хирургическую в какой-нибудь медицинской академии.

За тренажерами в отдельных капсулах уже сидели и готовились к тренировочным «полетам» несколько «киберпилотов»… Но с виду все они действительно были типичными «ботаниками», «откосившими» в свое время от службы в армии по причине хилого здоровья. Однако многие из них были уже с учеными степенями или как минимум бакалаврами и магистрами.

Егор Сабуров, подхватив руками свои малоподвижные ноги, с трудом улегся в свою рабочую капсулу и с недоверием наблюдал, как двое ассистентов в белых халатах сновали вокруг него и облепляли его тело разнообразными датчиками. Они деловито опутывали его цветными проводами и болезненно тыкали зондами в заранее вживленные в его череп и мозг нейроинтерфейсы.

В операционный зал во главе небольшой свиты ученых и военных не вошла, а ворвалась одна из руководителей Киберакадемии профессор Латышева, прозванная недоброжелателями «железной леди Мариной». На ходу она продолжала темпераментно переругиваться с полковником медицинской службы Ефимовым.

– Ну и зачем вы, Петр Савельич, мне подсовываете своего сбитого летчика? Мне для нашей тонкой, кропотливой и интеллектуальной работы нужны научные работники, хорошо подготовленные IT-профессионалы, которые уже прекрасно владеют очень не простой предметной областью! Сабурова ведь надо еще года три-четыре обучать всяким нашим виртуальным премудростям… Вы бы еще прислали мне десантуру, которая свою драгоценную голову – основной инструмент в нашем Центре – использует для разбивания кирпичей…

– Но, Марина Андреевна, не каждый хорошо подготовленный научный сотрудник по здоровью способен выдержать такие не редкие в нашей работе сильные стрессы, психологические и физические перегрузки. А по Сабурову, несмотря на временный паралич его ног, медики дают однозначное «добро»! Стрессоустойчивость необыкновенная! Да и контр-адмирал Чалов очень им заинтересовался…

– Ну если Чалов, тогда понятно… – буркнула Латышева. – Ему наука не нужна, у него в фаворе только свои, специальные задачи…

– Марина Андреевна, драгоценная вы наша, мы же здесь занимаемся не только вашей высокой наукой, но и прикладными военными задачами, где ваши «ботаники» неоднократно, пардон, облажались, оказываясь практически малопригодны! Вы бы Сабурова все-таки посмотрели в деле, Марина Андреевна? – продолжал настаивать Ефимов.

Наконец на голову Егора водрузили огромный шлем, и вместо строгого голоса Латышевой он услышал во встроенных шлемофонах напутственные комментарии сновавших вокруг него ассистентов.

В соседнюю капсулу, продолжая недовольно ворчать, устраивалась сама подполковник Латышева:

– Сейчас мы посмотрим, что это за Сабуров такой… Оценим, на что способен этот сбитый летчик… – продолжала ворчать Латышева.

Но после водружения шлема и подключения шлемофонов Латышева моментально преобразилась. Она строго и отчетливо отрапортовала диспетчеру Центра, что приняла на себя командование «спаркой» кибертавров, на которых ей с Егором предстояло совершить тренировочную вылазку в «учебную паутину». Затем она обратилась уже к Егору.

– Капитан Сабуров, перед вашим первым «вылетом» хочу вас предупредить, что вверенный вам кибертавр должен поначалу сам вас «выбрать в партнеры» по работе, – услышал Егор в своих шлемофонах голос Латышевой. – Сначала он, как необъезженный жеребец, будет проверять вас на «вшивость»! Он будет пытаться освободиться из-под вашего контроля. Он даже может попытаться «убить» вас, используя сильную обратную связь между его искусственным интеллектом и вашим головным мозгом. Поэтому прежде всего вам надо ему показать, кто здесь хозяин положения! – Если вы совсем не заинтересуете кибертавра и он вас вообще «не выберет», то мы вас спишем вчистую. Если же он вас все-таки «выберет», но вы дадите слабину и ситуация обострится, вплоть до блокировки из Центра опасной для ваших мозгов обратной связи, уж не обессудьте! В этом случае мы вас… также спишем как не способного к «виртуальным полетам»… Не оплошайте, капитан, в этом смертельно опасном «родео»…

– Понял вас, товарищ подполковник. Понял! – ответил Егор, дублируя по летной привычке ключевые слова в сеансе связи. – Не оплошаю…

– Ну тогда полетели с богом… – перекрестилась Латышева, нажимая на кнопку «Старт».

Перед глазами Егора, как на экране в 3D-кино, возникает слегка размытое изображение Ярославского вокзала в Москве. От одного из полупустых его перронов медленно отходит фирменный пассажирский поезд Москва – Кострома. Немногочисленные провожающие, утирая слезы и помахав платочками, спешат вернуться в суету мегаполиса.

Егор сидит в кабине электровоза и управляет движением поезда, проходя одну за другой множество привокзальных стрелок. Он не знает ни правил движения, ни железнодорожных световых сигналов, ни знаков. Не понимает он, как именно физически осуществляется управление. Но только лишь подумав, что надо бы перед стрелкой чуть притормозить, Егор чувствует скрип тормозных колодок и поезд на самом деле притормаживает.

Слева по соседней железнодорожной ветке от Ленинградского вокзала столицы всё с нарастающей скоростью движется другой скоростной поезд «Красная стрела» Москва – Санкт-Петербург. Егор видит, как из кабины электровоза «Красной стрелы» ему машет женская рука в белой перчатке. Ему даже показалось, что там мелькнуло лицо профессора Латышевой и это она подает ему какие-то знаки. Но разобрать, что это за сигналы, Егор не успевает. И он решает прибавить скорости, чтобы догнать «Красную стрелу» и попытаться понять эти важные для него сигналы. Составы снова почти поравнялись, но белой перчатки уже не видно. И тут Егор с ужасом замечает, что впереди рельсы двух соседних железнодорожных веток сходятся на ближайшей стрелке!

– Как же это могло произойти? – задает себе Егор вопрос, от которого веет смертельной опасностью. – Ведь идущие с двух соседних вокзалов железнодорожные пути на Петербург и на Кострому нигде не должны ни пересекаться, ни сходиться!