Латинская Романия, или Константинопольские императоры

Итальянские купцы из города Пизы, недовольные торговой политикой императора Алексея III, предоставив беглецу свой корабль, помогли добраться до Рима. Оттуда принц Алексей перебрался в Германию к сестре.

Королева Мария стала хлопотать за брата и, находившегося в темнице отца перед супругом. Сам Филипп какой-либо существенной поддержки оказать принцу Алексею не мог, так как был занят борьбой с герцогом Оттоном Брауншвейским. Но он посоветовал шурину обратиться за помощью к крестоносцам, собирающим свою армию в Венеции. И помог в переговорах с рыцарями.

Первые контакты царевича Алексея с крестоносцами произошли ещё в Италии, то есть до отправки рыцарей в Задар, в августе 1202 года. В это время король Германии Филипп Гогенштауфен находился на севере Италии в ломбардском городе Вероне. Король направил своего посла епископа Конрада фон Крозига Гальберштадтского в Венецию к руководителю крестоносцев маркизу Бонифацию Монферратскому. Епископ убеждал военных лидеров помочь византийскому царевичу вернуть трон, со своей стороны, обещая уговорить принять участие в походе немецких рыцарей. Видимо уже тогда были оговорены главные условия, при которых крестоносцы были готовы поступить на службу к византийскому принцу. Поскольку король Филипп советовал шурину исполнить все требования крестоносцев.

Предложение царевича Алексея заинтересовало лидеров крестоносцев, в особенности венецианского дожа Энрико Дандоло. Венецианцы были не прочь вовлечь византийского принца в свою политическую игру, как они ранее поступили с крестоносцами, разработав план действий. Первым пунктом, в котором была ликвидацию города Задара, главного торгового конкурента. Константинопольский поход был включён в план под вторым номером. Такая нежданная удача только разжигала аппетит у венецианских патрициев и купцов, которые не понаслышке знали о несметных богатствах Константинополя. Поэтому выдвигали завышенные требования за помощь в обретении власти.

Посол Германского короля епископ Конрад Гальбертштадтский прибыл в лагерь крестоносцев уже после того, как рыцари заключили договор с венецианцами о походе на Задар. Поэтому Константинопольский поход пришлось отложить. Заинтересованные в этом венецианцы стали затягивать переговоры, чтобы не спугнуть клиента и выторговать для себя высокую плату.

Ликвидировав независимость Задара и, оставшись в поверженном городе на зимовку, лидеры крестоносцев были готовы продолжить переговоры с беглым царевичем Алексеем Ангелом.

Переговоры возобновились в январе 1203 года. Сторону царевича Алексея сразу же принял дож Венеции. Зная о финансовой необеспеченности рыцарей, Энрико Дандоло именно этот аспект сделал главным козырем убеждений. Он рисовал большие перспективы, которые приобретут крестоносцы после оказания помощи византийскому принцу. Тогда рыцари пополнят запасы провизии и продовольствия и смогут продолжить свой поход на Иерусалим. Венецианского дожа поддержал маркиз Монферратский, связанный с Германским королём кровными узами, оперируя к рыцарям исполнить священный долг, оказать помощь незаконно лишённому власти Византийскому царевичу.

Однако, справедливости ради, следует отметить, что далеко не все рыцари и состоявшие при воинстве священники были готовы принять новое изменение направления похода. В переговорный процесс был втянут и Рим. Поскольку первоначально за военной помощью царевич Алексей обращался именно к папе. Понтифик был в курсе просьбы царевича и следил за ходом переговоров.

Ещё по прибытии в Венецию в феврале 1202 года королевский посол епископ Конрад фон Крозиг получил подробные инструкции от папского легата Пьетро Капуанского о линии поведения на переговорах. Церковь признавала правомерность использования крестоносной армии во внутриполитической борьбе в Византии. Поэтому вновь прибыв к рыцарям в январе 1203 года Гальберштадтский епископ, ревностно выполнявший поручение короля, от имени церкви убеждал колеблющихся рыцарей, что поход на Константинополь вполне законен с точки зрения веры и не нарушает их обета сражаться с мусульманами за освобождения «Гроба Господня».