Роковая любовь Николая Юсупова и Марины Гейден

Русские князья из Ногайской орды

В XV веке на бескрайних просторах восточной Европы произошли значительные изменения. Огромное государство, известное в исторической науке, как Золотая Орда, на протяжении 2-х веков господствовавшее на этой территории распалось. Среди множества обломков кочевого государства особо выделилась Ногайская орда, мощное государственное образование, в состав которого вошли различные племена, объединенные не только одним наименованием – ногайцы, но и волей сурового вождя Едигея, ставленника ханов.

В начале XV века Едигей фактически управлял Золотой Ордой, от имени слабовольных Чингизодов, которых он возводил, и при необходимости, свергал с престола.

Едигей именовал себя эмиром и гордился тем, что мог называть себя гурганом, то есть ханским зятем.

Свои земные дни Едигей окончил, очевидно, в 1419 году. Он погиб в столкновении с очередным претендентом на ханский престол – Кадир-Берди, сыном хана Тохтамыша Великого, разорившего Москву в 1382 году, сразу же после победоносной Куликовской битвы.

Несмотря на печальный конец, имя грозного татарского временщика сохранилось в татарском народном эпосе.

Потомки эмира Едигея утвердились в Ногайской орде в качестве самостоятельных правителей. Но поскольку они не принадлежали к «Золотому роду» потомков Чингизхана, то ханами провозгласить себя они не моги. Не имели права. Поэтому довольствовались титулом бия.

Но по своей мощи Ногайская орда была самым могущественным осколком Золотой Орды. Ногайцы, или как их ещё именовали мангыты, оказывали политическое и военное влияние на все татарские государства. Ногайцы контролировали огромную территорию от Волги до Уральских гор. Ни один переворот в Казани, Астрахани, Крыму или Сибири не происходил без участия ногайцев. Они были повсюду. В них, а точнее в их военной силе, нуждались все Чингизиды.

Поначалу единая Ногайская орда с годами стала распадаться на отдельные кочевья, поскольку род Едигея сильно разветвился. Многие мурзы, уже не желая подчиняться ногайскому бию, образовывали свои кочевья. Ногайские мурзы враждовали между собой, сражаясь за верховную власть.

В 1549 году титул бия, то есть верховного правителя ногайцев, наследовал Юсуф. Он приходился праправнуком Едигею.

К моменту обретения власти Юсуфом, Ногайская орда имела давние связи с Русским государством. Москва умело использовала ногайцев, для ведения своей политики на постордынском пространстве. Однако Юсуф, добившись власти, стал открыто проводить антимосковскую политику.

Став на сторону прокрымской партии в Казани бий Юсуф способствовал свержению в 1533 году русского ставленника хана Джан-Али, правил в 1531 – 1533 годах, и воцарению в Казани крымского царевича Сафа-Гирея, правил в 1533 – 1549 годах, выдав за него свою дочь Сююн-бике.

Такое положение не могло устраивать Москву. Русская дипломатия сумела склонить на свою сторону, младшего брата бия Юсуфа – нураддина Исмаила. Последний организовал заговор и в 1554 году устранил брата Юсуфа. Став ногайским бием Исмаил, чтобы избежать возможной борьбы с детьми покойного брата, отправил младших сыновей Юсуфа в Москву.

Старшие же дети Юсуфа – Али-Акрам и Юнус, стали яростными противниками России. Али-Акрам долгое время возглавлял борьбу казанских татар за восстановление независимости ханства, пока в 1556 году не сложил голову в стычке с русским отрядом.

Оказавшиеся в Москве младшие сыновья бия Юсуфа – Ибрагим-мурза и Эль-мурза поступили на русской службе.

Юсуповы, так стали называть сыновей и внуков бия Юсуфа в России, владели Романовским уделом, созданным Русским правительством специально для привлечения ногайцев на русскую службу.

Романовский улус был точной копией Ногайской орды и управлялся членом ногайской правящей династии. Это должно было облегчить переход ногайцев под власть Русского царя.

Создавалась видимость, что простые ногайцы переходят на службу, от одного бия или мурзы к другому, поскольку Романовский улус воспринимался ими как владения потомков Едигея. В свою очередь романовских ногайцев Русское правительство активно использовало в Ливонской войне 1558 – 1583 годов.

Однако в началу XVII века надобность в ногайском Романовской улусе отпала. Ногайцев уже не нужно было привлекать под высокую руку Русского царя. К этому времени сама Ногайская орда перестала существовать, войдя в состав Русского государства.

Потеряв владетельные права, Юсуповы смогли сохранить значительные земли в Романовском уезде, став крупными вотчинниками. Сеюш-мурза Эльмурзин Юсупов (умер в 1656 году). Согласно данным Дозорной книги в 1616 году в Романовском уезде владел 2 сёлами и 72 крестьянскими деревнями.

Со временем Юсуповы обрусели. Их потомки приняли православие и стали именоваться князьями Юсуповыми. Интересный факт, что потомки бия Исмаила, противника Юсуфа, так же обосновались в России став князьями Урусовыми.

В XVII веке правнуки Юсуфа стали креститься и брать в жёны русских княжон. Юсуповы породнились с князьями Коркодиновыми, Репниными, Барятинскими, Шаховскими, Львовыми и к началу XVIII столетия прочно обосновались в кругу русской аристократии.

Их высокое происхождение было закреплено в праве на российско-княжеский титул и внесение в V часть дворянской родословной книги, куда записывали дворянские фамилии имеющие право на почётный княжеский, графский или баронский титулы.

Следует отметить, что кроме Юсуповых, этого удостоились лишь немногие представители татарской знати. Это Чингизиды – князья Сибирские, потомки Сибирского хана Кучума, князья Мещёрский, потомки знатного татарского рода Ширин, с древнейших времён владевшие уделом в Мещёре и сородичи Юсуповых – князья Урусовы.

Чтобы выделится из среды многочисленных татарских князей, к примеру: Енгалычевых, Кугущевых, Тенишевых, Ишеевых и многих других, включённых в состав русского дворянства, Юсуповы постарались возвеличить свою родословную. Выше них по происхождению были только ханские семьи потомков Чингиз-хана, которые на Руси именовались царевичами и занимали в Москве самое почётное место.

Не имея возможности приписаться к Чингизидам, Юсуповы с лёгкость обошли это препятствие, утвердив за собой право, именоваться потомками Пророка Мухаммеда.

Чингиз-хан был великим правителем Монголии, его потомков уважали во всём мире, особенно на Востоке, но потомки Пророка стояли значительно выше светских династий.

Принадлежность к почитаемому роду Пророка Мухаммеда давала Юсуповым исключительное право на главенство во всём мусульманском мире.

Данная семейная легенда Юсуповых была документально закреплена. В записке о внесении герба рода в «Общий гербовник дворянских родов Российской империи» было указано, что предок Юсуповых Абудек Киреев сын Док был владетелем, а его потомки в древнейшие времена в Египте, Дамаске, Антиохии и других местах были царями.

Позднее семейный генеалог князь Николай Борисович Юсупов (1751 – 1831) уточнил, что Абудек Киреев сын Док ни кто иной, как Абубекир бен Район, потомок 4-го арабского халифа Али, правил в 656 – 661 годах, двоюродного брата и зятя Пророка Мухаммеда.

Этот Абубекир бен Район будто бы носил громкий титул «Эмир эль Омар», что значит князь князей, султан султанов и великий хан. Его потомки правили Египтом, Дамаском, Антиохией и, ни много ни мало, самим Константинополем. Иные покоятся в Мекке, священном городе мусульман, близ знаменитого камня каабы. Один из потомков Абубекира бен Района по имени Термес ушёл из Аравии к Азовскому морю и захватил обширные территории от Дона до Урала, где после образовалась Ногайская орда.

Таким образом, князья Юсуповы удовлетворили амбиции по возвеличиванию своего рода.

Следует отметить, что в эту легенду искренне верили все Юсуповы. Об этом с гордостью писал последний представитель рода князь Феликс Феликсович Юсупов граф Сумароков-Эльстон (1887 – 1967), известный своим участием в убийстве Григория Распутина. Очевидно, поэтому в эмиграции он именовал себя «светлейшим князем», хотя таковых прав не имел.

Князья Юсуповы

Собственно, началом Юсуповского рода следует считать 1563 год, когда братья Ибрагим-мурза и Эль-мурза Юсуповы дети прибыли в Москву.

Царь Иван IV Грозный, царствовавший в 1547 – 1584 годах, принял ногайских мурз благосклонно и наделил их богатыми поместьями. Братья получили в кормление половину Ярославля и вотчину с центром в городе Романове, сегодня это город Тугаев.

Старшим в Романовском улусе царь назначил Ибрагима-мурзу, наделив его титулом бия, равного титулу Ногайских правителей. После того, как бий Ибрагим бежал в Польшу, главенство в Романове перешло к Эль-мурзе. Именно его потомки прочно обосновались в России.

Новый Московский государь Фёдор Иванович, правил в 1584 – 1598 годах, подтвердил право Эль-мурзы на Романовскую вотчину и пожаловал ещё несколько сёл в округе Романова.

Помимо владения землёй Эль-мурза был властелином над проживавшими в его улусе кочевниками. Он собирал налоги и вершил над ними суд. За право проживать в Романове ногайцы несли военную службу, участвуя во многих сражениях Ливонской войны 1558 – 1583 годов.

Своё привилегированное положение Эль-мурза, а после его смерти в 1611 году, его сын Сеюш сохранили и при царях Борисе Годунове, Лжедмитрии и Михаиле Романове.

Коренные изменения в Романовском улусе произошли лишь в правление царя Фёдора Алексеевича, царствовал в 1676 – 1682 годах.

Новое правительство проводило политику татарской ассимиляции через принятие православия. Крестившиеся мурзы получали различные преференции. Поэтому переход татарской знати в православие стал массовым. Не остались в стороне от этого процесса и Юсуповы.

Первым крестился двоюродный племянник Сеюша – Ибрагим принявший при крещении имя Никиты. После крестился сын Сеюша – Абдул, ставший Дмитрием. Это позволило крещённому князю жениться на боярских дочках. Его первой женой была Екатерина Яковлевна Хомутова, второй – княжна Татьяна Фёдоровна Коркодинова.

В следующем поколении уже все представители рода Юсуповых носили православные имена.

Наибольшего успеха из них добился князь Григорий Дмитриевич (1676 – 1730). Начав службу при Петре I, князь Григорий участвовал в Азовских походах и Северной войне. В 1718 году он, будучи членом Верховного суда по делу царевича Алексея Петровича, проголосовал за его казнь. В следующем году князь Григорий получил звание генерал-майора. После стал сенатором и в 1730 году поддержал императрицу Анну Иоанновну в борьбе с членами Верховного тайного совета, желавшими ограничить власть монарха. За такое усердие императрица произвела Григория Дмитриевича в генерал-аншефы, высшее воинское звание.

Блестящую карьеру сделал и сын Григория Дмитриевича – князь Борис (1695 – 1759). В молодости он в числе 20 знатных дворян был отправлен во Францию для обучения в Тулонском морском училище. Однако после обучения служить во флоте Борису Григорьевичу не пришлось. Его определили в статскую службу. Благодаря заслугам отца в царствование Анны Иоанновны князь Борис в 1730 году был пожалован придворным званием камергера. В 1736 году стал сенатором, а в 1740 – 1742 годах управлял Москвой.

Его дети продолжили традиции семьи, достигая на служебном поприще больших высот. Сын Бориса Григорьевича – князь Николай (1751 – 1831), пожалуй, самый знаменитый представитель рода князей Юсуповых, дослужился до высшего статского чина действительного тайного советника, стал членом Государственного совета и в 1800 – 1802 годах управлял министерством уделов.

Николай Борисович Юсупов был очень близок к императорскому Двору. Он трижды исполнял роль верховного маршала на коронационных торжествах и был председателем коронационной комиссии. В 1797 году, когда короновал Павла I, в 1801 году при коронации императора Александра I и в 1826 году, при вступлении на престол Николая I.

Николай Юсупов был награждён высшей наградой Российской империи орденом Святого Андрея Первозванного, и даже удостоился алмазных знаков к нему.

Но более он прославился на посту директора императорских театров, став инициатором многих нововведений. В частности при нём впервые пронумеровали места в зале, был установлен контроль над театральными сборами и издержками по постановке пьес.

Николай Борисович занимался пополнением художественных коллекций Эрмитажа, не забывая приобретать картины и для себя. Так было положено начало знаменитой Юсуповской художественной коллекции.

Князь Николай Юсупов много путешествовал по Европе и водил дружбу с известными философами, поэтами, драматургами, художниками: Бомарше, Вольтером, Дидро, Грезом, Давидом.

Именно Николай Борисович заложил фундамент материального благополучия семьи. Он активно занимался хозяйственной деятельностью. Наладил производство текстиля и его реализацию через собственные магазины. Успешно князь Юсупов проводил кредитные операции. Занимался князь и развитием художественной промышленности, особенно в части фарфорового производства.

Его имения располагались в 15 губерниях, там проживала 31 тысяча душ мужского пола. Кроме того, ему принадлежали шелковая и суконная фабрики и селитряный завод. Состояние князя Юсупова оценивалось более чем в 2 миллиона рублей. В то время это была поистине астрономическая сумма.

В 1810 году князь Николай Юсупов приобрёл подмосковное имение Архангельское, превратив его в настоящий музей дворцово-паркового зодчества.

Николай Борисович Юсупов, несмотря на большую разницу лет, был дружен с великим Александром Сергеевичем Пушкиным (1799 – 1837). Родители поэта некоторое время жили в московском доме Юсуповых, в Большом Харитоньевском переулке.

Княжеский дом был окружён причудливым садом, достопримечательностью которого был большой дуб, обвитый золотой цепью, по которой поднимался вверх и спускался вниз огромный пушистый игрушечный кот с большими зелёными глазами, сконструированный голландскими мастерами.

Маленький Саша Пушкин часто гулял по диковинному саду и восхищался необычным механическим котом. Впоследствии Юсуповская забава нашла отражение в творчестве поэта, послужив прологом к поэме «Руслан и Людмила»:

У Лукоморья дуб зелёный;

Златая цепь на дубе том:

И днём и ночью кот учёный

Всё ходит по цепи кругом;

Идёт направо – песнь заводит,

Налево – сказку говорит.

И в последующем поэт и князь часто встречались. Николай Борисович был почётным гостем на торжествах по случаю венчания Александра Сергеевича с Натальей Гончаровой.

Пушкин дважды гостил у Юсупова в Архангельском. Восхищаясь роскошным княжеским имением, Александр Сергеевич написал в 1829 году стихотворение «К вельможе».

От северных оков освобождая мир,

Лишь только на поля, струясь, дохнёт эфир,

Лишь только первая позеленеет липа,

К тебе, приветливый потомок Аристиппа,

К тебе явлюся я; увижу сей дворец.

Где циркуль зодчего, палитра и резец

Учёной прихоти твоей повиновались

И вдохновенные в волшебстве состязались.

Большому успеху Юсуповых способствовали удачные браки. Сам князь Николай Борисович был женат на Татьяне Васильевне Энгельгардт (1769 – 1841), племяннице всесильного князя Григория Александровича Потёмника-Таврического. Его сёстры: Евдокия (1743 – 1780) вышла замуж за Курляндского герцога Петра Бирона (1724 – 1800); Елизавета (1745 – 1770) стала супругой генерал-майора князя Андрея Михайловича Голицына (1729 – 1770).

Следующим главой рода стал единственный сын Николай Борисовича – князь Борис (1794 – 1849). Он выбрал придворную карьеру. Был гофмейстером высочайшего Двора. Состоял членом Мануфактурного совета при министерстве финансов и управляющим карточного сбора.

Наследовав все владения рода Юсуповых, Борис Николаевич вёл расточительный образ жизни, наделал множество долгов, и едва не разорился. Потом, что называется, взялся за голову, и занялся собственным хозяйством. Вводя технические новшества, князь Борис добился увеличения объёмов и качества производимой продукции. Он коренным образом изменил отношения со своими крепостными крестьянами. Ликвидировал барщину, предоставив крестьянам самостоятельно заниматься обработкой земли. Это увеличило княжеские доходы.

В короткие сроки князь Юсупов поправил свои дела. Расплатился с долгами. А занявшись ростовщичеством, многократно увеличил своё состояние. На высвободившиеся средства Борис Николаевич скупал плодородные земли, промышленные предприятия, угольные шахты в Донбассе.

Так что своему единственному сыну Николаю (1827 – 1891), Борис Николаевич передал огромное состояние.

Князь Борис Николаевич Юсупов был женат дважды. Его первой супругой была княжна Прасковья Павловна Щербатова (1795 – 1820), дочь действительного тайного советника князя Павла Петровича Щербатова (1762 – 1831) и графини Анастасии Валентиновны Мусиной-Пушкиной (1774 – 1841).

Позднее престарелый князь Юсупов женился во второй раз на юной Зинаиде Ивановне Нарышкиной (1809 – 1893), дочери камергера Ивана Дмитриевича Нарышкина (1776 —1848) и Варвары Николаевны Ладомирской (1785 – 1840).

Свадьба состоялась 19 января 1825 года, когда невесте ещё не исполнилось 16 лет. Зинаида Ивановна была изящной и обворожительной женщиной. Современники отмечали её природную красоту и неординарный ум. Её называли «львицей» Петербургского общества. По своей красоте, образованности, богатству и положению в обществе она считалась звездой первой величины. Среди её поклонников были русский монарх Николай I и французский император Наполеон III.

Поэт князь Пётр Андреевич Вяземский (1792 – 1878), почитатель княгини Юсуповой, посвятил ей несколько стихотворений. Одно из них шуточное:

Фортуна чрез меня Вам башмаки подносит,

И, надевая их, Вам вспомнить случай есть

О том, который сам Вас и фортуну просит

У Ваших ног ему дать жизнь свою провесть.

Рано овдовев, Зинаида Ивановна жила в своё удовольствие. О её многочисленных романах говорила вся столица.

У Бориса Николаевича и Зинаиды Ивановны был один сын князь Николай Борисович (1827 – 1891).

Николай Юсупов окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета и служил в законотворческом отделении Собственной Его Величества Канцелярии. В тяжелейшую для России Крымскую войну 1853 – 1856 годов, когда империи прошлось противостоять четырём государствам: Турции, Великобритании, Франции и Сардинии, князь на собственные средства сформировал два батальона.

Позднее Николай Борисович состоял в дипломатической миссии в Мюнхене. С его положением и богатствами он мог рассчитывать на блестящую карьеру, но государственным чиновником не стал. Князь посвятил себя благотворительной деятельности. Он состоял попечителем множества благотворительных и опекунских организаций и обществ, потратив большие суммы на этом поприще.

Женат Николай Борисович был на графине Татьяне Александровне Рибопьер (1829 – 1879).

Род Рибопьеров происходит из Эльзаса, откуда они перебрались в Швейцарию. Дед Татьяны Александровны – Иван Степанович (1750 – 1790) первым из Рибопьеров прибыл в Россию и поступил на военную службу. Он погиб в 1790 году при штурме Измаила.

Иван Степанович Рибопьер был женат на фрейлине Агриппе Александровне Бибиковой (1755 – 1812). Их единственный сын Александр Александрович (1781 – 1865), достиг высших чинов на государственной службе. Он был действительным тайным советником и членом Государственного совета. За радение в службе в 1856 году был возведён в графское Российской империи достоинство. Его супругой была Екатерина Михайловна Потёмкина (1788 – 1872), крестница императрицы Екатерины II, статс-дама, кавалерственная дама ордена Святой Екатерины. Она была дочерью генерала-поручика Михаила Сергеевича Потёмкина (1744 – 1791) и Татьяны Васильевны Энгельгардт (1769 – 1841) и приходилась внучатой племянницей фавориту императрицы светлейшему князю Григорию Александровичу Потёмкину-Таврическому (1739 – 1791).

Татьяна Александровна была женщиной доброй и спокойной, жила в окружении многочисленных приживалок и кумушек. Но здоровья была слабого, проводя много времени на заграничных курортах, в большей части в Швейцарии. Но это ей слабо помогало. Княгиня Татьяна Юсупова умерла рано 14 января 1879 года, не дотянув до пятидесятилетнего юбилея.

Так получалось, что в роду князей Юсуповых было мало детей. Если представить родословную семьи в виде генеалогического дерева, то это будет высокий ствол, почти лишённый ветвей. Но это обстоятельство ограничивало распыление княжеских богатств, дробление между многочисленными наследниками, что было обычной практикой в других семьях. Из поколения в поколение всё богатства семьи князей Юсуповых сосредотачивались в одних руках.

Но это таило в себе большую опасность. Увеличивая шансы к вымиранию рода.

В конечном счёте, так и случилось.

У князя Николая Борисовича и Татьяны Александровны было трое детей: дочери Зинаида (1861 – 1939), Татьяна (1866 – 1888) и сын Борис Борисович, но он умер младенцем.

Таким образом, род князей Юсуповых должен был угаснуть в мужском поколении. Единственными наследниками рода становились сёстры Зинаида и Татьяна. Поэтому на их счёт у князя Николая Борисовича Юсупова были особые счёты.

Он непременно желал видеть дочерей супругами королевских особ и прилагал немалые усилия, чтобы осуществить своё желание.

Одно время княжну Зинаиду Николаевны прочили в мужья племяннику супруги Российского императора Александра II императрицы Марии Александровны – принцу Александру Баттенбергу (1857 – 1893). Впоследствии он стал Болгарским князем.

Зинаида Николаевна Юсупова

Зинаида Николаевна была старшей дочерью в семье Юсуповых и природой и судьбой была щедро одарена. Она была очаровательной женщиной. Со стройной талией, с тёмными волосами, слегка смуглым цветом лица и блестящими, как звёзды, голубыми глазами. Она была умна, образована, артистична и обаятельна. Выросшая в обществе людей культуры, княжна хорошо разбиралась в искусстве. Играла в любительских театрах.

Её будущий сват великий князь Александр Михайлович (1866 – 1933) охарактеризовал Зинаиду Николаевну, как женщину редкой красоты и глубокой духовной культуры.

Княжна Зинаида от рождения имела способности к танцам и театральной игре. Дворцовый комендант генерал Владимир Николаевич Воейков (1868 – 1947), вспоминая о костюмированном бале 1913 года в честь 300-летия дома Романовых, отмечал, что княжна Юсупова была первой красавицей и прекрасно исполняла национальный танец.

В семье с раннего детства особо следили за воспитанием Зинаиды Николаевны. Уже в 7-м лет юная княжна была подготовленной светской дамой и запросто могла принять гостей и поддержать разговор.

Обладая редкой красотой, природным обаянием и живым умом Зинаида Юсупова была ещё и наследницей колоссального состояния. Ей принадлежало 21 имение общей площадью 215900 десятин земли. Зинаида могла стать завидной партией для любого высокородного жениха.

Её отец князь Николай Борисович желал видеть дочь непременно супругой какого-нибудь принца или даже короля. Ведь то огромное состояние, которым обладали князья Юсуповы, открывало им двери не только русских, но и всех европейских домов.

И действительно княжной Зинаидой увлекались многие представители знатнейших родов России и Европы, в том числе и представители королевских семей. Однако княжна не давала ни какого повода для продолжительных ухаживаний.

Зинаида Николаевна желала выбрать себе супруга по своему вкусу. Совершенно неожиданно для высшего общества княжна Юсупова всем высокородным женихам предпочла скромного гвардейского офицера графа Феликса Феликсовича Суморокова-Эльстона (1856 – 1928).

Они познакомились в 1880 году на вечере устроенном старой императорской фрейлиной графиней Екатериной Фёдоровной Тизенгаузен (1803 – 1888), воспитательницей Феликса Николаевича Эльстона.

Среди немногочисленных гостей был и сын её воспитанника статный гвардейский поручик Кавалергардского полка граф Феликс Феликсович Сумароков-Эльстон. Юная княжна Юсупова была очарована красивым кавалергардом и сразу же для себя решила, что выйдет замуж только за него.

Несмотря на недовольство отца, Зинаида Николаевна настояла на браке. Венчание состоялось 4 апреля 1882 года.

Граф Феликс Сумороков-Эльстон был красавцем. Высокий, стройный, подтянутый, идеальный офицер царской гвардии. Феликс Феликсович служил в самом аристократическом гвардейском Кавалергардском полку.