Стражи круга жизни

СТРАЖИ КРУГА ЖИЗНИ

Фантастический боевик

РЕВИЗОВ. Н.

Вдруг послышался шум листвы и треск веток кто-то огромный пробирался по болоту, сверху было видно как вершины могучих растений качаясь, указывали путь приближающегося чудовища. Большой Воин все плотнее и плотнее прижимался плечом к шершавому камню. Гигантский Демон, страж Круга Жизни на мгновение показался меж деревьев, и сотник увидел оскаленную, брызжуюся вспененной слюной, огромную пасть и исполин, яро сверкнув пылающим глазом, исчез, продолжая свой неведомый путь.

Башню, сооруженную нечистью, очистили быстро, и битва переместилась на землю к воротам крепля.

Ратники рубили дружно и медленно продвигались вперед, а упыри, густо оставляя трупы, неуступчиво пятились…

Стена хаотичного нагромождения стальных гигантов, его спутников ошеломила – мир оказывался больше и сложнее.

– Неведомые? – хрипло спросил Ашунг.

– Нет неведомых и ведомых, – объяснил Лен.

– Внешние?

– Можно и так сказать, только богам до них далеко.

Лен вел корабль, медленно облетая остров, все не отрывали взгляда от огромного, не хватало глаз, чтобы его охватить, сплочения кораблей. Плывущая совсем рядом стальная гора хаоса угнетала, выдавливала разум из реальности.

Ашунг начал метаться и бормотать молитву:

– Внешние… неведомые… стена кошмара… угроза миру… обитель зла…

Огромные корабли захватчиков – линкоскоры, появились в Пределах внезапно, словно ниоткуда. Зловещие рейдеры мрака тигменов попытались сходу прорваться к центру галактики, к материнской планете реликтонов Маргилане. Флагманы, боевые корабли реликтонов – хозяев Пределов, не уступали линкоскорам врага ни по мощности, ни по вооружению, но тем не менее, реликтоны проигрывали космические битвы одну за другой, уступая тигменам планеты и астероиды, положение их становилось все опаснее и опаснее и они были вынуждены призвать на помощь овруидов, воинственные племена, которых кочевали по планете Овур, обучить их и дать им корабли. Овруиды оказались хорошими космическими воинами – начались Великие битвы и многочисленные локальные сражения. Чередовались победы и поражения – подвиги и измены. Победа была уже так близка…но победителями стали не те кто побеждал и казалась что Галактика погибла, что в Пределах не осталось разума. Но наступила эра бессмертных, жестоких и могущественных. Они поверили, что у них уже не осталось врагов, что… но вскоре ими овладел страх – бессмертным стали угрожать Внешние, Неведомые.

Сердце бешено колотилось, легкие надсадно хрипели, но сотник бежал и бежал, а враждебный лес встречал его штыками сучьев, сбивал с ног неверной, битой крупным зверем землей, но страстное желание жить заставляло сотника бежать и он бежал, бежал в никуда, лишь бы уйти от погони, лишь бы затеряться в этом диком страшном лесу.

Впереди просветлело, сотник остановился на мгновение, чтобы чуть – чуть перевести дыхание, но резкий треск, заставил, срывая с плеча зуг, обернуться – сквозь кусты выламывался воин.

– Свой! – облегченно выдохнул сотник, и тут же, из-за деревьев показались еще двое.

– Погоня отстала. – Сообщил один из них.

– Из наших никого больше не осталось, – добавил второй, – полусотник Кургай.

Сотник повел остаток своего отряда на просвет меж деревьев и вскоре они оказались на краю крутого, каменистого обрыва, от его подножия, и дальше, насколько хватало глаз, расстилалось море коричневой растительности.

– Болото! То самое…

Его охватил ужас и восторг – они оказались…

– Край Круга Жизни – прошептал Кургай.

– Да. Там за болотом уже Внешние, Неведомые.

– Какие они? Глазком бы взглянуть.

– Нет Кургай, никак не получится. Сам знаешь, болото чужих не пропустит. Да и Стражи…

У сотника было имя Зэт, но все называли его Большим воином, – он был лучшим воином народа стерглов и был известен, наверное, каждому и не только у своих. Он приказал спуститься ниже к россыпи огромных камней – скал, там уже ощущалось ядовитое дыхание болота, похлопав каменный бок одного из них, бросил:

– Здесь и остановимся!

Вдруг послышался шум листвы и треск веток кто-то огромный пробирался по болоту, сверху было видно как вершины могучих растений качаясь, указывали путь приближающегося чудовища. Большой Воин все плотнее и плотнее прижимался плечом к шершавому камню. Гигантский Демон – страж Круга Жизни на мгновение показался меж деревьев, и сотник увидел оскаленную, брызжуюся вспененной слюной, огромную пасть и исполин, яро сверкнув пылающим глазом, исчез, продолжая свой неведомый путь.

Большой воин заметил:

– Слава бессмертным, что Демоны не могут покинуть болото.

– Да они не могут дышать воздухом жизни., – согласился Кургай… – А вот ночные…крылатые…

– Кстати темнеет .

Фиолетовые тени, появившиеся на белом небосводе, быстро сплетались в густой темный занавес. Протяжный вой серого шакала разнес над Болотом весть, которую знали, но которой не все спешили радоваться – пришла ночь…

– Так вот почему олду прекратили погоню – догадался Зэт

– Враги боялись остаться ночью в лесу!– Усмехнулся Кургай. – Там столько гадов, впрочем, олду хорошо видят в темноте.

– Да ночью просыпаются такие порождения тьмы… лучше и не видеть.

Неудачи преследовали их отряд с самого начала, когда они должны были незаметно пересечь линию, разделявшие боевые порядки стерглов и олду – незаметно не получилось. Погоня их догнала быстро и только ему, да еще троим воинам, удалось уйти и затеряться здесь, остальных уже не было в живых…

– Зэт, придется просить помощи у вечных. – Вздохнул Кургай.

– Что ты предлагаешь.

– Большую молитву о даровании спасения.

– Нет Кургай, я просить милость не буду, даже у бессмертных.

Фиолетовый цвет ночи поглотил все светлые оттенки – священный Кратер погасил день!

Сотник сказал воинам несколько ободряющих слов, напомнил о долге и приказал укрыться под камнями, и сам залег меж двух островерхих камней – скал. Воины, исчезая за камнями, следовали его примеру. Им предстояло пережить ночь – эту ночь пережить будет непросто. Наступила зловещая тишина, тянувшийся с мрачных топей удушливый смрад в темноте стал чувствоваться отчетливее.

Над Болотом появились едва различимые в фиолетовой мгле серые тени – крыланы, ночные Стражи Круга Жизни поднялись в небо. Сделав над вершинами гигантских растений круг – другой, они вновь ныряли под их густую крону, чтобы набрать в легкие запас смрадного воздуха, который плотным сизым туманом окутал Болото. Добычу крылатые монстры чуяли издалека, и Зэт – Большой Воин молил бессмертных, чтобы жуткие твари их не заметили. Вечные его не услышали – огромный крылан стремительно вырастал из фиолетовой тьмы неба. Два крыла, словно два гигантских опахала, обдали сотника ветром смерти, которую нес в изогнутых когтях летающий демон.

Великий Орр-Ги! – простонал Большой Воин.

Крылан взмыл во тьму, колыхнулась надежда – не вернется, но ночной демон вернулся – сотник вздрогнул, встретив мерзкий взгляд огромных влажных глаз. Ему вдруг показалось: рот чудовища, усеянный острыми треугольными зубами, раскрыт в злорадной ухмылке, словно летающая тварь глумилась над ним. Зэт вжимался в жесткий камень, больно ощущая грудью все его неровности.

– Скорее бы наступил рассвет – молил он неизвестно кого – Скорее бы!

Его законнородие сотник Зэт – Большой Воин находился сейчас здесь, далеко от боевых действий, потому что… Анк, новый вождь, появился в сотнях недавно. Откуда он взялся? Зэт сразу возненавидел его холеное лицо и пустые глаза. На совете вождей, Анк изложил план – якобы по краю болота можно провести в тыл врага несколько боевых сотен, а затем ударить по линии их обороны сзади – Большой Воин был послан протропить этот путь…

Сдавленный крик заставил его вздрогнуть – одному из летающих чудовищ удалось схватить воина, притаившегося за соседним камнем. Быстро махая крыльями, демон пронес добычу над сотником и на него упали капли крови, было слышно, как схваченный воин глухо стонал. Враг мог быть рядом – поэтому они заранее договорились: что бы ни случилось не кричать, дабы не привлечь к остальным смертельного внимания. Воин исполнил долг – победив боль и ужас, он умирал молча…

Демоны чуяли теплую кровь и были настойчивы – Большой Воин видел сквозь густую тьму тени чудовищ, круживших над камнями, под которыми укрылись воины…

Рассвет наступил внезапно, когда сотник уже смирился с тем, что он не наступит никогда. Ослепительно белый свет, исходящий из священной горы, быстро разогнал фиолетовую тьму. Крылатые монстры, широко раскинув крылья, один за другим покинули склон обрыва и утонули в коричневой массе растений. Сотник встал и привычным движением закинул за спину боевой зуг с коротким граненым стволом.

Появился воин, затем Кургай, с их лиц быстро сходили следы ночного кошмара.

– Надо помолиться за погибшего. – Сказал Кургай – Пусть его хорошо примут вечные.

– Некогда молится, – заметил Большой Воин – да и в своей гибели он виноват сам. Надо было лучше прятаться. Вперед, нам надо торопиться.

Хватаясь за кусты и узловатые корневища деревьев, маленький отряд поднялся по склону на верх обрыва и оказался недалеко от опушки леса.

– Там нас уже ждут олду, – Кургай указал пальцем в чащу деревьев.– Они просто так от нас не отстанут.

– Пробежим вдоль обрыва. А затем свернем, – уже на ходу бросил Большой Воин, остальные последовали за ним.

Бежали долго, хотелось сбить со следа врагов, которые явно их поджидали, наконец, они свернули в лес и осторожно двинулись вглубь его, часто останавливаясь, чтобы вслушаться в тишину, чтобы вглядеться в лесную гущу.

Деревья стали редеть, и вскоре перед ними раскинулась поляна…

Поляна оказалась обширной, коричневая трава тянулась до леса, который начинался вдали у подножия гор. Сотник долго всматривался в застывшую равнину, пытаясь обнаружить подозрительное шевеление – твари хитры! Наконец он приказал начать движение. Трава плотная с крепким стеблем сковывала ноги, шаги давались с трудом. Потревоженные насекомые, звонко возмущаясь, поднимались пред ним легким облачком. Вдруг Большой Воин увидел впереди черную точку и тут же другую.

– Засада! – невольно вырвалось у него пугающее слово.

Стерглы бросились обратно через лес к обрыву, скатываясь по склону к кустам за которыми начиналось Болото. Твари или олду, как они сами себя называли, вскоре появились над обрывом, а затем длинной цепью принялись спускаться вниз.

Бессмертные требовали, чтобы стерглы любой ценой пытались сохранить свою жизнь, ибо она принадлежит вечным, а стергл не исполнить их волю не может.

– В Болото! – приказал Зэт.

Воины спустились ниже и бросились в заросли. Болото дохнуло влагой и смрадом. Некоторое время они бежали втроем, судорожно сглатывая отравленный воздух, а затем, не выдержав удушья, кто-то повернул обратно. Ударившие вскоре выстрелы сообщили об его дальнейшей судьбе. А Большой Воин бежал. Бежал, путаясь ногами в цепкой траве, царапая лицо о ветки, задыхаясь в испарениях Болота, а когда понял, что все – он больше не может сделать и шага, увидел шима. Маленький зверек не был жителем Болота, и, проверяя внезапно озарившую его догадку, сотник бросился на траву ничком. Над черной, усеянной палыми листьями почвой воздух был вполне пригоден для дыхания и он жадно глотая, напился его досыта.

ГЛАВА 2

Он не видел, не слышал, не помнил … он не знал кто он, и не знал где он… тугая тьма давила, было больно и страшно. Ему казалось, что он лежит в позе эмбриона, и лежит здесь, в нигде, целую вечность, и ждет, лишь догадываясь: что-то должно случится. Вдруг он почувствовал: его слегка толкнули, и он стал двигаться, вначале медленно, затем все быстрее и быстрее, и он понял: скоро будет свет, оказывается он все время ждал, когда же наступит свет… свет ударил неожиданно, ослепляюще.

В Великом пространстве бесшумно вспыхнул огромный яркий шар, из середины которого, вытягивая за собой серебряную нить, вылетела блестящая игла – «МИФ» – сверхтяжелый звездолет, возвращался во Вселенную.

Стресс, вызванный ломающей сознание человека иррациональностью Прамира, жутью чуждой материи, постепенно, покалывая кончики пальцев, уходил. Нат, чувствуя отчаянное волнение, напряженно всматривался в иллюминатор.

– Где они? Как прошли Тартар? Вдруг расчеты оказались неверными, и шторм чужой материи выбросил их к необитаемым островам Вселенной, откуда уже нет пути домой и теперь их ожидает конец – долгий и мучительный.

– Страшно? – Улыбаясь, спросил его Аттисс Мегибу. Высокий, плечистый, с лицом цвета темной бронзы, он массивно возвышался над стандартным креслом.

Нат жал плечами не торопясь признаваться, что было страшно, очень страшно.

– Не переживай, я сам сколько раз проходил Тартар и все с дрожью в коленках – успокоил его Аттисс.

– Да, – согласился Генрих-Четвертый, выбираясь из кресла, – к такому не привыкнешь!

Интелегентный, тонкий в кости он, как и его предки – Генрихи, третий и второй, и, так же как и первый Генрих, по прозвищу Рыжий был знаменит, Нат долго не верил, что он взял его в свою команду…

Создавая помещение исследовательской лаборатории, творцы корабля явно экономили пространство – узкие проходы меж терминалами с разнообразной аппаратурой, консоли рабочих мест стеснены, без обычного размаха гигантских кораблей.

Массивный Аттисс тоже выбрался из кресла и, вытянув вперед руки присел.

– Зачем таких крупных берут в экспедиции – и так тесно? – проворчал Генрих.

– Ты же был не против.

– Так всего ведь не предусмотришь…

На экранах информаторов появилось изображение рубки управления кораблем. Командир звездолета Лен Арет и Иссак – главный вычислитель полета, замерли у Эребуса, голубого кристалла в форме массивной усеченной пирамиды – портала Бортового Центра. Эребус был девственно чист – они потерялись.

Все потрясенно молчали, еще не веря, но ужас уже заползал в души.

Генрих-Четвертый, протянув руку вверх, включил в лаборатории свет. Стекло иллюминатора сразу потемнело. Нат почувствовал себя неуютно, ему вдруг показалось, что в освещенном изнутри помещении он на виду у всей Вселенной и на него из тьмы смотрит кто-то страшный и огромный.

– Начнем работать! – нарушая затянувшуюся паузу, жестко сказал Генрих.

Звездная карта? – уточнил Аттисс Мегибу.

– Да! Ты займись анализом, а ты, Нат, давай смотреть.

Нат приник к окулярам, и увидел великое скопление звезд. Выискивая среди их неимоверной густоты, наиболее яркие он складывал из них созвездия. Если их очертания что-нибудь ему напоминали, то он давал им названия, а если они не будили его фантазию, то просто присваивал новорожденным созвездиям порядковые номера.

Генрих, контролировал приборы, которые фиксировали состав излучения звезд, определяя расстояние до них, а Аттисс склонился над исследовательским анализатором, который прозвали Малышом.

Лев-Два, А-одиннадцать… Альфа-двенадцать… Малый Лев…– бубнил Нат.

Неожиданно, на экране информатора. притягивая их взгляды, наметилось движение, все в надежде ждали.

В глубине голубого кристалла Эребуса медленно разгоралась яркая точка, определяющая местоположение корабля. Хотя оказалось, что до места, куда им предстояло добираться, было далеко, но их охватила пьянящая радость – они живы и есть все шансы на возвращение!

– Продолжаем работать, – мягко попросил Генрих.

– Кленовый лист, Кит, – вновь забубнил Нат – Лев…

– Опять Лев, – заворчал Атисс, – да это же корова, вон и вымя есть…

В память исследовательского анализатора закладывалась карта. Где прошел человек, там уже дорога – установлены верстовые столбы, помечены ориентиры.

– Южный Крест, – назвал Нат очередную группу звезд.

Действительно, Крест, – протянул Генрих – Как в земном небе.

Неожиданно взгрустнулось – о Земле сейчас лучше было бы не вспоминать.

Садись к Малышу, – попросил Аттисс. – А то у меня уже в глазах зарябило!

Нат с готовностью уступил коллеге место и повернулся к анализа-тору, который был приспособлен для работы с человеком, усиливая его качества и множа его способности.

В глубине голубого кристалла возникали и пропадали разноцветные кривые, характеризуя процессы, происходящие на далеких звездах. Нат, понимая их смысл, пытался обнаружить нечто необычное, чтобы сделать для начала хотя бы небольшое открытие. Он догадывался: здесь в совершенно неисследованной части Вселенной их ждет немало невероятных фантастических сюрпризов, и Нат азартно искал их первые симптомы.

– Бета два… бета три, – густым баритоном провозглашал Аттисс названия созвездий.– Каппа три…

– Спорим, – ухмыляясь произнес Генрих-Четвертый, – он не весь греческий алфавит знает.

Нат в ответ улыбнулся. В тишине запикал таймер, он взглянул на его светящееся табло и невольно отметил: времени с момента старта прошло всего ничего, а звездолет переместился на такое расстояние, которое человек не мог охватить разумом. Придуманные человеком числа казались сейчас до смешного мизерными.

Аттисс греческий алфавит знал и называл созвездия, не пропустив ни одной буквы. В лаборатории наступила тишина. Генрих достал колоду карт и распустил ее в руке веером.

– У нас есть время …

– Нат, не играй с ним, – предупредил Аттисс, – он мошенник.

Лишние сотни часов пути – плата за ошибку, совершенную при переходе через Тартар, настраивали на ожидание, и Нат принял сданные ему карты.

ГЛАВА 3

Неведомый сквозняк гнал под прессом удушающего смрада струю свежего вкусного воздуха. Передвигаться приходилось ползком – это обстоятельство не удручало Большого Воина, главное – он был жив! Жив пока! – ведь он находился на тропе гигантских Демонов – стражей охраняю-щих Круг Жизни от внешних – Неведомых, а для Демона, как утверждали жрецы, теплая кровь лакомство!

Шим двигался уверенно, видимо зверек был в Болоте не впервые. Длинный серый хвост, узенькая мордочка, глазки – мелкие бусинки – шим ловко скользил по траве. Позади послышался шум, сотник перехватил зуг наизготовку.

И вдруг опустил оружие – его также ползком нагонял Кургай.

– Жив!– обрадовано воскликнул он

– Жив, – выдохнул Кургай. – Куда нас ведет этот странный путь. Может отсидимся здесь. а потом вернемся?

– Вернуться можно, но давай пока проследим путь, у нас еще в запасе много сил.

Кургай кивнул, и они поползли дальше.

Не раз замирали их сердца, когда огромный невидимый за деревь-ми Демон тяжело ступая, проходил совсем рядом, тогда они вжимались в листья, чтобы во что бы то ни стало, как того требовали вечные, сохранить жизнь. Но вскоре живительная струя вывела их к краю Болота, далеко от того места, где они начали свой путь. Сотник и его спутник поднялись на обрыв и досыта напившись благодатного воздуха жизни, радостно воздали бессмертным благодарственную хвалу…

Большой пестрый шатер вождей стоял на вершине холма. Отсюда до линий окопов, где злобно спорили граненые зуги, было далеко.

– Раньше, вождь был рядом с воинами.– Злобно бросил Кургай.

– И первым поднимался в атаку! – добавил Зэт.

Молодой сотник загородил им дорогу, и небрежно кивнул Большому Воину:

– Тебя позовут!

– Поганец, – злобно подумал Зэт. – Еще сопляк, а уже сотник!

Чтоб ему получить аксельбанты сотника, пришлось пролить немало крови и не только чужой. В шатер, и из него, то и дело сновали вожди.

– Скоро их будет больше воинов, – отметил сотник.

– И воевать будет некому! – усмехнулся Кургай.

Наконец, сотника пригласили. Анк сидел в большом кресле, по бокам стояли с десяток вождей мельче рангом.

– Ты нашел тропу? – презрительно кривя лицо спросил Анк.

– Да, я нашел тропу… – и Зэт подробно рассказал о струе свежего воздуха, текшей среди умертвляющего смрада Болота.

– Ты слишком долго дышал этим смрадом, – бросил Анк, его пустые глаза смотрели мимо. – Сколько воинов пройдет по твоей тропе?

Большой Воин не стал спорить: слова вождя – мысли бессмертных, подвергать их сомнению – тяжкий грех.

Недолго посовещавшись, вожди отпустили его. Когда он выходил, то услышал за спиной голос Анка:

– Какой же дурак назвал его Большим Воином?

– Да он во власти Неведомых! – поддакнул кто-то.

Сотник вздрогнул, не было тяжелее оскорбления для стергла, чем обвинить его в служении Неведомым.

Большой Воин в сопровождении Кургая отправился к себе в сотню – душу терзали ненависть и сомнения. Поднявшись на пологую вершину, он увидел боевые позиции – ломаные линии окопов, засеки, дымы выстрелов. Его сотня расположилась на отдых – костры горели на опушке леса не так далеко от боевых линий.

После ужина сотник долго лежал в своей палатке не в состоянии сомкнуть глаз…ерь, которая еще совсем недавно скрывала свое происхождение, ныне гордится этим. Они занимают самые высокие войсковые должности и, уже не встретишь ерь носильщика, ерь копающего окопы. Жизнь менялась, он остро чувствовал это, но не мог обьяснить себе суть происходящего. Его вдруг осенило – надо идти к вечным, идти завтра же! Может у святого источника они откроют ему истину.

С утра Большой Воин был уже в дороге. Кургай проводил его до первого поворота и осенил знаком бессмертных. Пообычаю идущих по Красному пути, сотник был бос, одет в рубище, в руках посох веры. Вначале он долго шел, оставаясь один на один со своими тяжелыми мыслями, затем, ближе к горам, к нему стали присоединяться паломники. Дорога в горах была дерзко вырублена на отвесных скалах. Говорят, ее сделали бессмертные. Глядя в глубокую пропасть, Зэт охотно в это верил.

До скал откровений он дошел без приключений. Серые, вытянутые кверху глыбы грудились возле святого источника – теплого, парящего белым туманом родника, который, недолго пробегая небольшим ручьем, вновь прятался под скалами. Считалось: у святого места можно познать откровения бессмертных.

С одной из скал вещал оракул. Голос его был противный, с завыванием. Зэт прислушался – тот предрекал великое будущее ери.

– И тут ерь! – сплюнул он, рискуя поплатиться за осквернение святого места, но паломники, стоящие кто по грудь, кто по пояс в белом тумане, не обращали на него внимания и в экстазе внимали громогласному оракулу.

Зэт отошел подальше, где крики вещающего были не такими пронзительными, сел на камень, положив рядом посох веры и, как того требовал обычай, опустил разбитые дорогой ноги в теплую воду. Его сразу же охватила истома. Он вознесся мыслями к бессмертным, умоляя сказать ему правду и дать ему силы. Через некоторое время Большой Воин почувствовал: его веки наливаются неподъемной тяжестью, слух перестает воспринимать посторонние звуки. Тело ему не повиновалось – не двинуть ни рукой, ни ногой. В душу закрадывался страх. Неожиданно перед его глазами, зашторенными тяжелыми веками, появились яркие разноцветные блики. Блики начали вращаться. Все быстрее и быстрее, вскоре перед его мысленным взором стоял ярко голубой вращающийся круг – о подобном Зэт – Большой Воин слышал.

ГЛАВА 4

Командир звездолета – Лен Арет неспокойно ходил по рубке управления полетом. Сквозь лобовой иллюминатор были видны скелеты многочисленных антенн и звезды. Огромные и далекие они навевали печаль. Он прошел к порталу Бортового Центра – Эребусу и устало опустился в кресло. Рука легла на полусферу иллюстратора мыслей. В прозрачном объеме кристалла повис голубой шар. Сквозь атмосферу различались до боли знакомые контуры континентов, а где они были прикрыты белыми, низко ползущими облаками, вспоминались их очертания…

Его первая встреча с Гьоргиусом состоялась с год тому назад. Руководитель лаборатории прогнозов, в которой люди собирались заглянуть в будущее, что вызывало у окружающих откровенное сомнение, встретил его на аллее ведущему в главный корпус Исследовательского Центра. Он был невероятно худ, на его яйцеобразной голове нагло хозяйничала лысина, в огромных черных глазах светилось нечто.

– Давно я присматриваюсь к тебе… – без околичностей начал Гьоргиус, которого любители давать прозвища прозвали Пророком.– Понимаешь, в свое будущее может заглянуть только человек, у которого есть для этого предрасположение… ты идеален, такой мне встречается впервые.

– А нужно ли человеку знать свое будущее? – пожал плечами Лен Арет.

– Ради науки…

– Науки? – Он не смог скрыть улыбки.

Но горящий взгляд давил, Лен Арет проявил слабость, Пророка нисколько не смутил его нерешительный отказ…

Лаборатория прогнозов оказалась узкой длинной комнатой с высоким потолком.

– Садись, – предложил Гьоргиус, указывая на кресло, имевшее весьма замысловатую, словно кресло дантиста, форму.