Страж Вьюги и я

Глава 1

Глыба льда

Синеглазый красавчик пытался меня поцеловать, и я всерьез подумывала спрыгнуть с крепостной стены. Лишь бы не прикасался!

– Йохан, прекрати, – процедила сквозь зубы, в энный раз уклоняясь от ненавистных объятий.

– Изольда, что не так?

Светловолосый боевой маг вскинул рассеченную шрамом бровь, всем видом выражая непонимание и возмущение. Сама невинность, шмырь[1] его подери!

Пятиться назад не выход – там стоит часовой, который чудом не обратил на нашу возню внимания, слева стена, справа и вовсе проем между зубцами крепостной стены. Может, все-таки рискнуть и спрыгнуть? Левитация и пышные сугробы не подведут. Но как потом объяснять страже на воротах, почему вдруг я оказалась за стеной?

Да и нужно поговорить с бывшим, оттягивают неприятный момент лишь трусихи.

Жар стыда вперемешку с гневом заливал лицо, даже ледяной ветер, который дул так, что едва с ног не сносило, не мог остудить мою ярость.

– У тебя скоро свадьба, – прошептала сердито. – Не со мной, Йохан!

– Но люблю я тебя, Изи! Почему мы не можем быть вместе?

Мужчина мастерски играл недоумение. Или по-настоящему не понимал, что творил и какие унизительные вещи предлагал? Сомневаюсь, что не соображал, и тем оскорбительнее выглядело его поведение.

– Лорд Свер, пропустите! Меня ждут дома.

Нет, не тот я момент выбрала, чтобы объясняться с Йоханом, который самодовольно решил, что, беря в жены дочь богатого купца, вправе сделать любовницей подругу детства.

– Изи… Изольда, ты не поняла, я не люблю Марту и разведусь через год.

Мужчина, который планировал с помощью женитьбы поправить свои финансовые дела, а потом предать супругу, омерзителен. Боги, почему я раньше не видела его истинное лицо?

– Лорд Свер, забудьте все, что я вам обещала, когда мы учились в КУМе,[2] – холодно процедила сквозь зубы. – И дайте пройти.

– Ладно, на меня ты обижена… Но как же барахлящий щит на северной башне? – хитро прищурился Йохан. – Ты не успела на него посмотреть.

Потому что сам же и не позволил. Заманил на стену для разговора, теперь сомневаюсь, что артефакт вообще сломался.

– Придется меня потерпеть, Изи, пока не отладишь «воздушную сеть».

Йохан знал, на что давить – на чувство ответственности, которое у магов-защитников развито слишком сильно. Вот только я больше не наивная студентка, которая в университете любезно помогала старшекурснику из своего города, а по факту делала за него все задачи по защитной магии.

– Приказ о назначении не подписан, права ковыряться в артефактах у меня нет.

Я шагнула вправо, чтобы обойти Йохана. Он повторил за мной движение и вновь попытался поймать за руки.

– Изи, утром дядя подписал приказ. И первая моя команда тебе – заняться щитом на башне.

Командный тон разозлил. Да как он смеет? Я не желаю его слушать, так он приказывает?

– Ты мне не начальник, Йохан. Прочь с дороги!

Попытка проскользнуть между стеной и боевиком окончилась неудачей. Цепко схватив за рукав куртки, он притянул меня к себе и жарко зашептал:

– Изольда, хватит ломаться! Я столько лет тебя ждал, теперь ты подожди меня годик, пока смогу заявить в храме о бесплодии супруги. Изи, оттолкнешь меня сейчас – я буду наведываться в спальню благоверной, и тогда брак не расторгнут.

Он меня шантажирует? Какой низменный предлог, чтобы я стала его…

Горечь разлилась внутри, оставляя во рту привкус полыни.

– Лорд Свер, я вас ненавижу! Оставьте меня в покое!

Боевик скрипнул зубами.

– А давай проверим, Изи? Если ненавидишь, от поцелуев не растаешь, как прежде?

Он прижался к моим губам своими – обветренными и влажными. И странное дело, его попытки проникнуть языком мне в рот вызвали только тошноту.

Я затрепыхалась в жестком захвате, замычала негодующе. Ударить заклинанием не решалась – друг детства все же.

– Отпусти девушку, Свер.

Ледяной голос остудил горячечные попытки Йохана пробудить нужную реакцию. Тяжело дыша, он оттолкнул меня и оскалился на неожиданного защитника:

– Какое твое дело, Фрост? Ты часовой, вот и пялься за стену!

Я во все глаза смотрела на мужчину-гору, на полторы головы возвышающегося над моим бывшим парнем. Йохан высок, а дежурный часовой и вовсе казался великаном. Широкий разворот плеч, огромные кулаки. Черная щетина на лице грозила вскоре превратиться в бороду. Мрачный, неухоженный тип.

– Ты ведешь себя неподобающе с леди, Свер.

– Она моя девушка, мы просто выясняем отношения.

– И как к этому относится невеста, ждущая ребенка?

Ребенка Йохана?.. Ощущение, как от удара под дых. Мой мир раскололся. Рассыпался на тысячи оледеневших осколков. На несколько секунд я разучилась дышать.

А когда умение вернулось, я молча пошла прочь.

– Изольда, мы не договорили! – возмутился Йохан, но за мной не последовал – то ли громадный страж путь преградил, то ли понимал, что может вылететь за стену.

Я – маг-защитник, но порой самообладание отказывает, и чувства толкают на глупости. И в таких случаях лучше уйти, чтобы избежать греха.

Чем дальше отходила от Йохана, тем легче дышалось. Пожалуй, я только рада, что отношения прекратились – за два года, которые прошли с момента, как он получил диплом и вернулся в родной город, а я осталась в столице, многое изменилось. Я больше не восторженная девочка, влюбленно глядящая на красивого боевика, товарища детских игр. Нет, за два года, что мы виделись лишь во время моих каникул, я повзрослела и заметила его недостатки.

Слухи о свадьбе стали последней каплей. Я спросила его прямо – и получила ответ. На этом все.

Прощай, Йохан, я действительно тебя не люблю. И сожалею лишь о том, что ты бесчестно пытался меня обмануть.

Бросив беглый взгляд на белое бескрайнее поле, я резко замерла. Вдалеке что-то мелькнуло? Или мне показалось? На зайца не похоже, да и не скачут они у города.

Мутно-белая точка появилась ближе, миг – и ее нет.

Напряженно всматриваясь в снежное полотно, услышала тихий шелест. Да это же…

– Летуны!

Крича, я одновременно зажгла несколько энергошаров. Вовремя – первая тварь выпорхнула из-за камня стены прямо передо мной.

Энергошаром в уродливую морду – и летун пронзительно завизжал и камнем рухнул вниз.

Краем глаза отметила, как страж, которого бывший назвал Фростом, прицельно отстреливает нечисть огненными «дротиками». Йохан уже далеко отошел или и вовсе побежал за подмогой?..

Вонь паленого пера разлилась в воздухе. Звуки, похожие на кошачье завывание, били по ушам. Гигантские грязно-белые птицы, перемахивая через стену, атаковали в полете – черный мощный клюв, саблевидные когти, сильные крылья – в ход шло все.

Поднять щиты на стене я не успевала, да и не требовалось – битва уже шла.

– «Кэ-ритиль!» – Я потратилась на энергоемкий магический огонь второго уровня – волна пламени сшибла моего последнего противника.

Тяжело дыша и пошатываясь от усталости, я бросилась к стражу.

Летуны посчитали его опаснее меня, о чем говорили трупы крылатых хищников, коих Фрост перебил больше десятка.

Поняв, что помощь не нужна, я остановилась.

Огромное сизо-синее «копье» изо льда, в мгновение ока возникшее в руке стража, тут же проткнуло сразу двоих последних летунов. Отшвырнув их прочь, брюнет огляделся и, заметив меня, недовольно нахмурился:

– Леди, что вы здесь делаете?

Я взвилась: если сейчас заявит, что женщина должна сидеть в укрытии, обругаю последними словами.

– А где должен находиться маг во время нападения нечисти?

Пока Фрост был далеко, я чувствовала себя в безопасности, но стоило ему шагнуть в мою сторону, как что-то внутри тревожно екнуло.

В куртке из волчьего меха, без шапки в мороз брюнет выглядел лесным разбойником. Выше двух метров, весил он точно больше сотни килограммов. Как такого не опасаться? Взмах пудового кулака наверняка вышибал дух из тела в один удар. За двадцать два года жизни мне довелось повстречать десятки крупных мужчин, но этот самый огромный, и почему-то он вызывал необъяснимый страх. Или пугала не его стать, а странная татуировка на виске? В Латории их обожали делать себе преступники.

– Как защитник, леди, вы должны заниматься сломанным артефактом. Будь он в порядке, мне не пришлось бы сейчас пыхтеть.

Я вспыхнула от негодования. И этот туда же? А ничего, что приказ о моем назначении только подписан? Да и Йохан мешался под ногами.

С трудом сдержалась, хотя после горячки боя с языка просилось много резкостей, и необязательно в адрес лживого бывшего. Ох, кажется, я становлюсь мужененавистницей…

– Где этот артефакт? Показывайте.

У меня ушло три минуты – да, я засекала – на осмотр и наладку щита. Поломка оказалась элементарной, всего-навсего на морозе отошел накопитель в гнезде. Стражи и сами его исправили бы, если бы додумались открыть панель устройства. Но, похоже, этот здоровяк здорово умеет только мочить летунов…

«Воздушная сеть» заработала – и буквально сразу на стену высыпала тройка боевиков, возглавляемая Йоханом. Помощь подоспела, ага… с опозданием минут на пять.

– Где летуны?! – вскричал дядька Хрис, лучший маг-мечник гарнизона и друг моего отца.

Я спокойно ткнула пальцем в кучу тварей, которых порубил Фрост.

– И еще несколько за стеной упали.

– Но откуда летуны днем, а? – Ларс, мой будущий напарник, сдвинув лисью шапку на лоб, растерянно почесал рыжий затылок. – И как они так далеко пробрались? Аж на третью линию обороны!

– Это хотелось бы у тебя спросить, – тихо произнес лорд – хранитель крепости.

Стражники расступились, пропуская его вперед.

Йохан просиял, увидев, что дядя поднялся на стену.

– Сторожки не сработали? – предположил Ларс растерянно.

– Кто у нас маг-защитник? – Старший лорд Свер удивленно поднял сивые брови.

Парень покосился на меня, будто ища поддержки, и тотчас покраснел от смущения.

– Лорд Свер, я все проверю! Каждую сторожку! Сию минуту!

Что-то бормоча себе под нос, он рванул к лестнице.

– Хрис, вместе с Людвайгом прикройте парня, – велел лорд-хранитель. – Не нравится мне, что твари разлетались днем.

– Есть! – ответили в унисон стражи и покинули стену.

Насколько я помню по КУМу, Ларс Ларсон старше меня на год, он всегда таким был – рассеянным, но талантливым защитником. Он сам, без помощи артефактора, мог любую гальку зачаровать под кратковременный щит. Зная его особенность забывать о важном, ректор рекомендовал оставить Ларса при университете. Но парень вызвался служить в крепости-граде, где вечно не хватало защитников. Что поделать, Вьюга – суровое место, здесь не каждый уживется.

– Теперь вы! – Взгляд выцветших голубых глаз лорда-хранителя скользнул по Фросту и остановился на мне. – Изольда, Йохан, Эйден, жду вас в своем кабинете.

Значит, вот как зовут огромного стража – Эйден. Запомню, вдруг еще раз пересечемся. Но, надеюсь, только взглядами – все же жутковатый мужчина, на душегуба с большой дороги больше похож, чем на королевского воина. Нет желания с таким общаться часто. Боюсь, еще кошмары приснятся с его участием.

В аскетично обставленном кабинете лорда-хранителя Вьюги жарко горел камин. Массивный черный стол завален бумагами, книгами по фортификации и основам боевой магии. В правом углу сиротливо примостился горшок с голубым кактусом. Наверное, подарок одной из трех дочек лорда. Он мечтал о сыне, но судьба не благоволила, и Йохану достался заботливый и безмерно покладистый дядя.

Я была в кабинете всего несколько раз, поэтому с любопытством осматривалась. Гостевые кресла с жесткими спинками были покрыты пылью. Но это и понятно, лорд Свер не сидел на месте, постоянно инспектировал сторожевые объекты.

И так было до середины осени, пока он серьезно не повредил позвоночник во время стычки с летунами. По слухам, весной у Вьюги появится новый хранитель, а старый уйдет на заслуженный покой.

– Присаживайся, Изольда, – не прекращая смотреть на танцующие язычки пламени, предложил хозяин кабинета.

– Благодарю, я постою. – Я скрестила руки на груди, хотя ужасно хотелось снять курточку, которая помимо того, что сшита из меха фурра, так еще и улучшена обогревающими амулетами.

Йохан, которому сесть не предложили, развалился в кресле и насмешливо посмотрел на меня.

Я даже знала, о чем он думал. Якобы снова выделываюсь, пытаясь доказать, что могу быть наравне с мужчинами. Могу, пускай и не в физической силе, но в магии я лучше некоторых, только опыта не хватает, а это дело наживное.

Лорд-хранитель резко обернулся и, хмуро уставившись на меня, бесстрастно произнес:

– Йохан доложил, что ты отказалась взглянуть на «воздушную сеть».

– Что?.. – От неожиданности я не произнесла ничего умнее.

– Я только недавно подписал твое направление, Изольда, а уже возникли первые проблемы. Понимаю, ты расстроилась, что Йохан предпочел другую, но в нашей работе эмоции – дело лишнее. Справишься ли ты?

Кровь пульсировала в висках. Перед глазами темнело. Создать огромный пульсар – и запустить в довольную рожу Йохана!

Выдох… Расслабиться…

Нет, я ничего не сделаю блондинистому придурку. Пока. Потом за все поквитаюсь. Не знаю, когда и как, но он за все ответит.

Со стороны все выглядело просто: молодая магичка после обучения вернулась в родной город к возлюбленному, который забыл сообщить, что вскоре женится на другой. Неудивительно, что девушка обиделась и сгоряча наделала ошибок в работе.

Вот только все не так. Я ехала к родным, в город, который люблю и хочу защищать, работать ради его процветания, как мой отец. А Йохан… За два года, когда мы перестали встречаться каждый день в университете, чувства остыли. И я стала другой.

Он этого не понял и оклеветал, веря, что я вновь возьму вину на себя.

А я улыбнулась и едко произнесла:

– Лорд-хранитель, я справлюсь со своими обязанностями, пусть только ваш племянник не путается у меня под ногами с предложением стать его любовницей.

Старший Свер удивленно крякнул.

Йохан возмущенно запротестовал:

– Как смеешь наговаривать, Изольда! Это ты вешалась мне на шею!

– Фрост, ты был на стене с ними. Что скажешь? – Лорд-хранитель вопросительно посмотрел на великана.

Тот пожал могучими плечами. На бородатом лице не отражались эмоции, будто к нему приклеилась маска равнодушия.

Младший Свер заметно расслабился, а я расстроилась.

И почему вдруг решила, что страж расскажет правду? Он промолчит ради боевого товарища, а то и вовсе из мужской солидарности! Это же Север! Суровый, сложный и малопонятный для чужаков край Латории.

– Леди направлялась к артефакту, но Йохан ее остановил и начал лапать. – Голос Фроста звучал безразлично, через силу, как будто он делал нам огромное одолжение, что раскрыл рот. – Потом напали летуны. Но артефакт в итоге леди настроила.

Лорд-хранитель брезгливо поморщился, глядя на племянника:

– С тобой поговорим наедине, Йохан. А вы свободны.

Я вылетела из кабинета первой, по пятам шел Фрост. Я делала три шага, он – один, неудивительно, что не отставал. И это пугало.

Выйдя из башни, он повернул направо – в сторону стены, и я с облегчением выдохнула. Этот здоровенный мужчина одновременно пугал и завораживал легкой походкой для такой громады, плавностью движений. Когда шел вдоль длинной ньйорни[3], казался скользящей тенью.

Я уже отворачивалась, чтобы направиться к выходу в город, как услышала характерный звук. Сосулька с крыши откололась. И летела прямо в темечко Фроста!

Как-либо среагировать не успела. Да и не нужно было – здоровяк вскинул руку и поймал ее на лету, в сантиметрах от головы. Откусил кусок и, жуя лед, продолжил путь. Все заняло мгновения.

– Он выглядит отмороженным, да?

Вздрогнув, я обернулась к низенькому мужичку в ушанке из заячьего меха. Мимо дядьки Жила, лучшего знатока повадок ньйоров, ни одно значительное событие не пройдет. Вот и сейчас он ждал у входа в башню лорда-хранителя, чтобы поживиться свежими новостями.

Фрост мог промолчать в кабинете, чувствуется, что ему глубоко наплевать на окружающих, но не стал, соизволил заговорить. И на стене он вмешался, когда Йохан лез ко мне. Так что нет, не отмороженный он, слегка странный – возможно.

– Дядь Жил, а кто он?

Что Фрост не местный, понять несложно, Вьюга – град небольшой, старожилов я знала всех.

– Чужак он, Изольдушка. – Дядька Жил завел руки назад и стал покачиваться с каблука на носок. – О себе не распространяется, имя знаем и на что способен, а больше ничего. Сперва присматривался наш хранитель, не доверял, да только за полгода Глыба показал себя добрым магом и фартовым разведчиком. Не пьет со всеми, не кутит, по бабам, гм… прости, Изольдушка, то есть девушкам не подмигивает. А как дерется! Ночью видит без заклинания зоркости и летунов одной левой мочит десятками.

Как сражается, я и сама оценила. Сильный воин.

– А почему прозвали Глыбой? Огромный потому что?

Дядька Жил хмыкнул:

– Бесчувственный, Изольдушка, не человек, а глыба льда.

Особого интереса особа Фроста не вызывала, но я все равно поблагодарила за рассказ, иначе в следующий раз старый сплетник мне ничего не поведает.

– Бывайте, дядь Жил, а я в канцелярию, а потом домой.

Расспрашивать, о чем шел разговор в кабинете лорда-хранителя, мужчина не решался, надеялся, что сама оговорюсь, порадую сплетней. Я же держалась, и Жил спросил о менее интересном для него:

– Твои-то как, Изольда? Вернулись?

Подавив вздох, утолила его любопытство:

– Мать с сестричкой все там же – греются на солнышке, в холода не спешат, да и целитель запретил, говорит, болезнь может вернуться.

Мужчина одобрительно закивал:

– Оно и правильно, солнце для маленькой девочки – самое то. Ну, передавай отчиму привет.

– Всенепременно, дядь Жил! – Ответ я уже прокричала, спеша в другую башню, где находилась канцелярия.

С высоты стены Фрост наблюдал, как Жил что-то рассказывает расстроенной защитнице. Она вертела головой по сторонам, переминалась с ноги на ногу, без особого желания слушая старика. Учитывая, что тот жил сплетнями, понять несложно, кому они перемывали кости: лорду-хранителю, его племяннику, а может, и ему как невольному участнику скандала.

Почему влез? Ссора бывших возлюбленных, которую слышал от первого до последнего слова, не тронула. Не пробудила ни единой эмоции. И все же он вмешался.

Кроме утерянных чувств есть еще убеждения. Женщин нельзя обижать, делать им больно. Женщин нельзя принуждать к чему-либо, добиваться внимания силой.

Профессия, которую выбрала девчонка, противоестественна природе: женщин оберегают, не наоборот.

Вот оно. Причина найдена. Несоответствие сути судьбе.

Порывистая магичка влезла в мужские игры. Лучше бы сидела дома, ела конфеты и читала книжки в красочных обложках.

Нет, он обманывает сам себя. Здесь не только принципы виноваты. Обманывает, допуская, что опять ошибся. Чем-то юная защитница зацепила его, тень раздражения из-за несправедливых обвинений в ее адрес заставила открыть рот в кабинете лорда-хранителя.

А если это так… если это правда, где-то он видел ее. Мельком, раз пробуждение до конца не состоялось, но видел. Вьюга город небольшой, пока не начинаешь искать девушку, внешность которой не запомнил.

Еще один день на стене, и у него выходной. Пора обратиться к чужим богам, раз свои не помогают. И дать обет, как советовал жрец.

Пока забрала из канцелярии документы о назначении в крепость-град Вьюгу младшим защитником, пока поболтала со всеми встречными знакомыми, пока решила все вопросы, стемнело. Зимой в четыре часа дня уже непроглядная темень, вьюжане включают маглампы, зажигаются уличные фонари. Забавно, но в северных городах ночью светлее, чем в некоторых районах столицы, здесь не экономят накопители.

В доме Хельги свет не горел, значит, еще не вернулась из трактира. Я хотела рассказать, что учудил Йохан, поэтому немного расстроилась, что пришлось сразу идти домой.

У нас тоже не горели маглампы – лишь у крыльца, но следы на снегу указывали, что отчим вернулся.

Привычно проверив домашние сторожки от нечисти, я открыла дверь. Тихо сняв куртку, сапоги и перевесив сумку удобнее, на цыпочках прокралась в темноте.

Прошмыгнув бесшумно через гостиную, уже ступила на первую ступеньку лестницы, как позади что-то зашуршало, звякнуло стекло.

– Изольда, – прохрипел отчим. Глухо икнул и попросил: – Посиди со мной.

Шмырь меня покусай! Повезло так повезло…

Я даже на кухню не пошла, планируя в спальне умять купленный в городе ужин, но незаметно пройти по дому не вышло. Если бы не зима, полезла бы в окно, как раньше бывало. Отчим не одобрял мои прогулки с Йоханом, говорил, они к добру не приведут. И как в воду глядел – парень оказался еще тем вралем.

После очередного кряхтенья отчима зажглась маглампа. Чуть обрюзгший, но еще крепкий мужчина сидел в кресле, у ног валялись две бутылки.

Опять напился, да еще не закусывая. Вздохнув, я присела в соседнее кресло.

– Вчера я запекла окорок. Почему не ели?

– Изольда, а что бы ты делала, если бы тебя обижал муж?

– Я за такого бы не пошла, – споткнулась на объяснении, вспомнив Йохана. В нем я обманулась и в дальнейшем, видят боги, не застрахована от ошибок. – Но если бы вышла, то развелась бы.

Наклонившись вбок, отчим достал третью бутылку. Ловко открыв, сделал жадный глоток.

– А если развестись нельзя? Что-то связывает, надо жить вместе?

Странные вопросы задает. Потянуло на пьяное философствование? У таких, как он, это бывает – совесть нечиста, тянет поговорить, покаяться. Только почему на такую тему?

– В рожу дала бы, недаром боевой закончила.

– Ага, ты бы не стала терпеть, да? – обрадовался отчим и пробормотал себе под нос: – Целительницы мужей-садистов и убить могут…

Привычно подавила желание возразить, что я специалист по защитной магии, а не целительница, и дождалась, пока отчим захрапит.

Что с ним творится? Сам не свой после продажи последней партии мехов, как слышала, очень удачной. Может, скорый отъезд из Вьюги повлиял – совесть дала о себе знать?

Писать матери, что он пьет, или не стоит? Напишу – и она сорвется с места, а сестре сейчас необходим присмотр целителя, как никогда. Нет, лучше попросить кого-то из старых товарищей поговорить с ним, не откажутся. Решено, так и сделаю послезавтра, когда будем провожать его.

Раз уж таиться нет нужды, можно нормально поужинать.

И я в полной мере оценила окорок собственного приготовления, квашеную капусту и холодную, но тем не менее вкусную пшеничную кашу. Вершиной моего пиршества стал купленный в кондитерской медово-ореховый пирог. Пальчики оближешь!

Вкусно и плотно поужинав – а на Севере иначе и нельзя, если не хочешь болеть, – я искупалась и легла спать.

Гадский сон не спешил ко мне, мысли невольно вертелись вокруг пьяного отчима. Марон неплохой человек, оступился лишь раз. Неужели совесть напоминает о бесчестии и он глушит воспоминания выпивкой?

Глава 2

Сделка

Серым утром я пила кофе, поджав под себя ноги в шерстяных чулках в оранжево-черную полоску, когда на кухню вошел отчим. Глаза налиты кровью, темно-русые волосы всклокачены, сам в мятой вчерашней одежде.

– Изольда, спаси… – просипел жалобно.

Я не умею исцелять, но устала об этом напоминать. Слишком сильно на Севере предубеждение о магичках боевых специальностей, и мои родные годами рассказывали знакомым, что учусь на целителя, хотя маги-защитники в таком же, если не большем, почете.

– Хорошо, я попробую. Садитесь.

Надавить на точки на висках, коротенькое заклинание и снова нажатие… Когда мужчина болезненно застонал, протянула ему большую кружку ароматного взвара, который приготовила заранее, не дожидаясь просьбы.

Понятно, что до настоящего целителя, который в один миг убирает интоксикацию организма и ее последствия, мне далеко, но пару штучек у старших боевиков, уважающих горячительные напитки, во время практики я подсмотрела.

Выпив взвар в несколько больших глотков, отчим счастливо вздохнул и искренне пожелал:

– Дай тебе боги, Изольда, здоровья и мужа хорошего!

Скептически усмехнулась – насмотревшись на поведение Йохана, замуж я уже не хотела. Нет, хватит с меня любви, сосредоточусь на работе.

– Завтракать будете?

– Спасибо, дочка, я откажусь, – ответил повеселевший мужчина.

Я же закусила губу – несколько раз просила так не называть меня. У него есть дочь, а у меня – отец, так зачем делать вид, что мы настоящая семья?