Попаданка на отбор. Рыжая для наследника

Ну что за неудачный день!

Меня уволили.

Нет, не так.

Меня не уволили.

Меня не взяли. Я отлично выдержала испытательный срок. Так старалась, хотела понравиться, что взялась за выполнение сразу двух проектов.

И справилась.

Я за три месяца подготовила два проекта и всю сопроводительную документацию. Осталось отшлифовать мелочи.

Думала, что займусь этим в ближайшие дни, но…

Сегодня меня вызвала начальница отдела кадров и сказала, что я им не подхожу. Директор просмотрел мои проекты и сказал, что они сырые и что-то ещё…

Я уже не помню, что она ещё мне говорила.

Я уже не слушала. Молча встала и пошла собирать свои вещи со стола.

Ира, что сидела рядом, доверительно мне сообщила, что мои проекты были отличные и она уверена, что директор обязательно их использует. А я дура, раз не придумала, как их запороть или вписать ошибку на такой случай.

А ещё начальница отдела на прощание сказала, чтобы я не переживала. Моя должность вакантна уже второй год, потому что руководству выгодно набирать дурочек вроде меня на испытательный срок…

Да, да. Что же она об этом все три месяца молчала и с радостью кивала, глядя на мои макеты.

Стоило мне выйти из офиса с огромным бумажным пакетом со всякой мелочёвкой, как полил дождь. Тот самый, который никто не обещал.

Я в тонком плаще, без зонта и с расползающимся биоразлагаемым бумажным пакетом в руках.

Ну что за день!

Пришлось потратиться на такси, потому что ждать свой автобус под проливным дождём совсем не вариант.

И вот теперь я шлёпаю по тёмному подъезду в промокших насквозь туфлях и уже шмыгаю носом.

И все мои мысли только о большой горячей кружке с бульоном.

Ммм. Я как раз вчера сварила, свежий куриный бульон с мелконарезанной петрушкой. Люблю именно бульон. Налил в кружки и пьёшь вприкуску с пирожком или фаршированным блинчиком.

От мыслей о горячей еде заурчал живот.

Придерживая одной рукой размокший пакет, жму на кнопку вызова лифта.

Ненавижу этот дом и этот лифт особенно.

Старый панельный дом на окраине. Тёмные обгаженные котами подъезды. И лифт прямиком из 70-х. С обычными деревянными дверьми. Вы видели когда-нибудь такие?

Нет?

Вот и я нет, пока не въехала с Эдиком в эту квартиру.

Вся фишка в том, что не лифт раздвигает перед тобой двери, а ты сама открываешь себе дверь, как в квартиру. Заходишь, а потом закрываешь.

Жутко, неудобно и очень опасно.

Я в первую неделю пару раз так в шахту чуть не упала.

Выхожу на своём этаже, вставляю ключ в замок и поворачиваю…

Нет, не поворачиваю. Он не крутится. Заклинило!

Да что за?

Тыркаю его туда, сюда и запоздало понимаю, что Эдик дома.

Такое бывает, когда изнутри в замке стоит другой ключ.

Тянусь к звонку, и в этот момент пакет разваливается окончательно. Вся моя офисная мелочёвка рассыпается по полу. Все мои блокнотики, стикеры с милыми котятами и текстовыделители плюхаются в грязные лужи, что натекли с меня на коврик.

- Эдик! — взвизгиваю я и упираюсь лбом в деревянную дверь.

Мне сейчас не хватает его объятий. Чтобы он крепко обнял, прижал к себе и выдохнул в макушку, что всё будет хорошо.

Наконец, замок щёлкает, дверь распахивается и на пороге замирает растерянный и, кажется, заспанный Эдик.

- Оля? — он удивлённо моргает. - Ты же должна быть на работе. У тебя же сдача важных проектов…

- Меня не взяли, — всхлипываю и бросаюсь в его объятия.

Прижимаюсь к обнажённой влажной от пота груди, делаю глубокий вдох и неожиданно улавливаю странные цветочные нотки. Смутно знакомый аромат.

- А почему ты дома? — отстраняюсь.

И в этот момент из комнаты выскакивает Эля, моя собственная старшая сестра!

Это в принципе не новость, Эля получает второе высшее на заочке и часто остаётся у нас с Эдиком перекантоваться на пару дней. У неё даже свой комплект ключей есть.

Если бы не одно НО…

Она стоит совершенно голая и прикрывается только МОИМ атласным халатиком. И нет, она не надела его. Она именно стыдливо прикрыла им грудь.

- Эдик? — перевожу удивлённый взгляд на парня.

Взъерошенный, не заспанный, а перевозбуждённый. Потный и с ароматом её цветочных духов на своём теле. Он хотя бы успел натянуть на себя спортивные штаны.

Отшатываюсь. Каблук попадает на маркер, который тут же едет в сторону.

Теряю равновесие и падаю.

Эдик перехватывает меня за руку.

- Оль, — тянет он.

- Оль, ничего не было! — вспыхивает Эля. Её пунцовые щёки и обнажённый зад, который отражается в зеркале за её спиной, говорят мне о другом.

- Не трогай меня! — вырываю свою руку. - Вы оба…

Я тычу пальцем сначала в Эдика, а потом в сестру.

- Вы! Предатели!

Я закусываю так не вовремя задрожавшую губу. Часто моргаю, стараясь прогнать застилающие все слёзы.

- Оль, ну не надо, — тянет Эля.

Но я не слушаю её. Разворачиваюсь и уже бегу назад к лифту.

Сердце болезненно сжимается. А по груди расползается чёрная удушающая обида. Как они могли? Эдик и Эля? Два самых дорогих мне человека!

- Оль! Оля! — выкрикивает Эдик. - Ты не так всё поняла!

Я нервно всхлипываю.

- Ну и беги! — кричит он зло. - Совсем уже с этой работой в края всех замахала! Ни привета от тебя, ни ответа. Ни сексом позаниматься нормально! Ты или за ноутом! Или уже спишь! А я? Я, между прочим, не железный!

Значит, это я виновата? — проносится на задворках сознания. Удобно!

Но я уже не слушаю, что он ещё кричит мне и в чём обвиняет.

Рву на себя дверь лифта и шагаю… в пустоту…

Пока я разбиралась с Эдиком и Элей, кто-то успел вызвать лифт. И он уехал.

А я успела шагнуть в пропасть с шестого этажа.

Странно.

Я даже не запомнила, как падала. Только ощущение свободы и боли в груди, которая никак не хотела меня отпускать, пока тьма не поглотила меня полностью.

Глава 2. Доброе утро

- Хельга! Хельга! Ну где эта негодница?

- Мам! Мамита! — ввинчивается прямо в мозг визгливый женский голос.

- Хельга! — почти басом ревёт “мамита”. - Я с тебя три шкуры сдеру, мерзавка!

И чего они так разошлись? Бегу я. Уже бегу!

И да, это я.

Хрупкое создание, в заношенном шерстяном платье и переднике, на голову которого водрузили невероятный платок. Лишь бы никто не видел её… моих насыщенно-рыжих волос.

Как я здесь оказалась? И где, собственно это “здесь”?

Я не знаю.

Поправляю на бегу сползающий на глаза платок и вздыхаю.

Последнее, что я помню, это падение в шахту лифта в старой панельке на окраине города и выжигающую всё внутри боль.

А очнулась я уже “здесь”. В неизвестном мире и в непонятном для меня времени.

В насквозь промокшей от собственного пота и болезни постели в небольшом поместье, где чуть ранее умерла вся “моя” семья от мора.

“Бедная” юродивая сирота — так меня окрестили местные.

Как оказалось, бедной я не была. Семья той, в чьём теле я оказалась, владела поместьем, небольшой деревенькой и огромным садом.

Но вместо меня в наследство вступил дядюшка, оформив надо мной полную опеку. Вместе с “любимой” тётушкой они взяли сиротку на своё полное обеспечение.

На самом же деле, пока я не разобралась в этом мире, ничего не успела понять и окрепнуть после болезни, меня просто сделали служанкой и скинули на меня бо́льшую часть работ по дому, который должен был стать моим.

- Хельга! — над самым ухом басит тётушка. - Где тебя шкрулы носят?

Она впивается своими толстыми и совсем недамскими пальчиками в мой локоть и дёргает на себя.

Почтительно склоняю голову и вытягиваю вперёд руки с утренним платьем для “сестрёнки”.

За несколько месяцев я успела понять, что иного выхода, как принять навязанные мне условия игры нет. Пока нет.

Я обязательно уйду из этого дома и от таких “замечательных” родственников.

Но не сейчас.

Вся округа знает, что дочь помещиков Хельга Блэк была, мягко говоря, не в себе. Родители прятали её от окружающих, обучали дома и даже в храм Великой Прародительницы вывозили только на очень большие празднества.

По слухам она, то есть я, нема от природы и отмечена проклятьем ведьм. Отсюда у неё, то есть у меня, огненно-рыжие волосы и наглые зелёные глаза.

Что мои новые родственники и стараются спрятать.

Понятно, что с такой внешностью и людской молвой далеко мне не уйти. Найдут и вернут. И даже не спросят, хочу я сама этого или нет.

- Не прикидывайся дурой, — рычит мне прямо в лицо тётка, — я знаю, что ты прикидываешься тупой! Но я тебя выведу на чистую воду!

Необъятная тётушка возвышается надо мной, но я только продолжаю тупо хлопать глазами.

- Мамита! Ну что там? — из-за ширмы выглядывает раздражённое лицо сестрёнки.

В отличие от матери, которая в дверной проём протискивается с трудом, Аделаида худая как щепка. С длинным, острым лицом и таким же длинным носом.

При этом изящной её назвать сложно. Скорее угловатой дылдой.

Вы видели на мусорке вечно голодных собак, у которых торчат мослы в разные стороны? Так вот, это Аделаида. Такая же худая и костлявая, и такая же злая. Но это у неё от её матушки.

- Всё готово, деточка, — тётка выхватывает из моих рук платье и несёт его за ширму.

А я почтительно замираю в уголке. Меня никто никуда не отпускал.

Пока я всё ещё приглядываюсь к миру, обстановке и окружающим. И нарываться на конфликты не входит в мои планы.

- Что ты там встала, мерзавка? — из-за ширмы появляется недовольное одутловатое лицо тётки. - Ну-ка поди сюда и помоги Аделаиде!

Послушно подхожу и ловко натягиваю платье на сестрицу. Затягиваю шнуровку и прячу её в складках юбки.

Аделаида прилаживает на свои выбеленные, торчащие в разные стороны волосы чепец и повелительно звонит в колокольчик.

- Чего встала? — рявкает тётка. - Не видишь, Аделаида желает завтракать!

Я снова кланяюсь и спиной пячусь к двери.

Завтракать они желают…

Но выйти не успеваю.

Прямо в эту минуту за моей спиной распахивается дверь, и в спальню влетает гувернантка Аделаиды. На самом деле такая же сухая, костлявая и жёлчная особа — мадам Пуркинье.

- Это скандал! Это возмутительно! Это в высшей степени ужасно! Чего вы расселись?! Надо срочно что-то делать…

Ну вот, началось…

- Что случилось? — басит тётушка.

- Объясни! — взвизгивает Аделаида.

- Я была у соседей, Гроцки. Ну тех мелких помещиков, что и в подмётки вам не годятся. У них и крестьян меньше, и кроме этого крохотного поместья ничего за душой нет…

Уж чья бы корова мычала, — думаю про себя. Но молчу.

- И? — взвизгивает сестрица.

- Утром им пришло письмо, — мадам Пуркинье делает эффектную паузу, а потом как подкошенная падает в кресло и обмахивается платком, — от самого императора!

- Что?

- Как?

- Да! — мадам Пуркинье пучит и без того огромные глаза. - Их жабью дочь пригласили на отбор невест для самого наследника!

- Ты что несёшь? — наступает на неё тётка.

- А я? Мамита! Где моё приглашение? Я тоже хочу замуж за императора! Я знатнее и лучше обучена!

О да. Это уж точно! — фыркаю про себя.

Скандал набирает обороты.

Мадам Пуркинье вжимается в кресло, а с двух сторон на неё наступают мои родственники, отрезая пути к отступлению.

- Я тоже хочу! — визжит Аделаида.

- Помолчи, — рявкает тётушка. - А ты!

Она тычет огромным пухлым пальцем в гувернантку.

- Всё врёшь!

- Никак нет! Я своими глазами видела конверт и печать императорского дома! Синюю!

- Папка! — визжит Аделаида, размазывая по лицу слёзы. - Будите папку. Пускай едет ко двору!

- Точно, — кивает тётка. - Хельга, негодница. Буди господина и вели закладывать ему бричку! Пусть едет к самому императору и без приглашения не возвращается.

Визуализация

Дорогие читатели! Пришло время познакомиться с некоторыми из наших героев!

Госпожа Талия Блэк - дорогая "тетушка" нашей героини.

Дама необъятных размеров и злющего нрава

Аделаида Блэк - сестрица героини. Девица с тяжелым характером и плохим воспитанием.

Жаждет стать императрицей

Мадам Пуркинье - гувернантка Аделаиды. Темная лошадка.

Про нее ясно пока одно, что ничего не ясно!

Глава 3. Мой секрет

Срываюсь с места и выбегаю в коридор.

Сегодня я ещё легко отделалась.

Обычно у сестрёнки завтрак плавно перетекает в обед, потом в сплетни с мадам Пуркинье, а потом в сборы на прогулку.

И всё это время я должна быть рядом, чтобы подавать, подносить, переодевать, умывать и завивать.

А на вечер мне остаются другие обязанности по дому.

Расправляю складки старенького платья, поправляю передник и платок и неторопливо поднимаюсь на третий этаж к комнате “дядюшки”.

Моего родственника, господина Блэка, можно было бы назвать неплохим, если бы не его всепоглощающая лень и полное безразличие к происходящему вокруг.

Дела жены и дочери его как будто не касаются. Лишь бы к вечернему чаю у него была рюмка сливовицы и свежий номер “Магических вестей”.

Я не вдавалась в подробности, но “моим” родственником был именно господин Блэк.

Двоюродный или троюродный брат “моего” умершего от мора отца.

Мы с господином Блэком происходим из древнего рода Чёрных драконов. По слухам, даже состоим в дальнем родстве с самим императором. Но настолько дальнем, что проследить его почти невозможно.

Чтобы господин Блэк превращался в дракона, я никогда не видела. Как и магию в его руках.

По воспоминаниям прислуги, “мой” отец тоже не владел ничем подобным.

О да! В этом мире живёт магия. Правда, моё тело её лишено.

Но у драконов и полукровок, а также у потомственных магов магия есть и самая разнообразная: огонь, земля, воздух и вода, магия растений и цветов, бытовая и ледяная. Это только то, что я видела своими глазами.

Осторожно стучусь в тяжёлую дубовую дверь.

Но мне никто не отвечает.

Стучусь ещё, чуть громче.

За дверью раздаётся шорох и недовольное ворчание.

Конечно, недовольное. Господа не встают в такую рань!

- Чего надо? — хрипит господин Блэк заспанным голосом.

Я уже собираюсь открыть рот и сказать, что привело меня сюда. Но вовремя его захлопываю.

Для всех я почти немая.

Поэтому стучу мелкой дробью, чтобы обозначить себя.

- Входи, Хельга! — разрешает “хозяин”.

Я вхожу и принимаюсь расшторивать тяжёлые гардины.

- Объясни мне уже, что происходит, — зевает господин Блэк и поднимается с кровати.

Я очень тихо отвечаю.

- Госпожа Талия велела вас разбудить.

- Ясно, — кивает хозяин и затягивает пояс на халате.

Он уже давно понял, что я не юродивая и не дура. Поэтому отпираться было бесполезно. Но и жене он ничего не сказал.

Так что это наш маленький секрет.

По правде говоря, только он в этой семейке имеет достойное воспитание и совесть.

Плохо то, что он не имеет в собственном доме права голоса.

Обедневший дворян, он был вынужден жениться на “тётушке”, дочери богатого помещика. Он получил огромное приданое и мегеру жену, которая полностью контролирует его и всё хозяйство.

В душе он её тихо ненавидит. На людях просто игнорирует. А в доме старается держаться отрешённо и независимо.

Заканчиваю с гардинами.

- Зачем я ей понадобился?

- Я точно не знаю…

- А если неточно?

- Дочери соседей пришло письмо с приглашением на императорский отбор.

- Дай угадаю, а Аделаиде не пришло?

Киваю.

- И что придумала моя жёнушка?

Обречённо выдыхаю.

- Что вы должны отправиться к императору и получить это самое приглашение.

- Оригинально, — крякает хозяин. - И когда я это должен?

- Прямо сейчас, — опускаю голову, — бричка уже заложена.

- Ясно, — кивает господин Блэк. - Тогда неси кофе, буду собираться…

Я ничего не успеваю ответить, как в спальню хозяина влетает Аделаида, а за ней, фыркая и обливаясь потом, вкатывается тётушка Талия.

- Помилуйте! — хозяин подскакивает с кресла. - Я уже собираюсь…

- Быстрее! Быстрее! — визжит Аделаида. - Он здесь! Он приехал сам! Ко мне! Свататься!

- Ух, — отфыркивается хозяйка. - Быстрее! Хельга! Тащи щипцы и горелку! Приводи Аделаиду в порядок! Неси мне бархатное выходное платье! И ситцевое платье Аделаиде! Нет!

Она дёргает меня за руку, когда я пробегаю мимо.

- Не ситцевое! Новое кисейное! Да поживее!

Я уже почти добегаю до дверей, когда “дядюшка” спрашивает.

- Да что, в конце концов, происходит? И кто к нам пожаловал в такую рань?

- НАСЛЕДНИК! — хором выдыхают тётка и сестра.

- Он лично едет делать предложение Аделаиде! — басит тётка.

- Лично! Хельга! Дура! Чего встала?! Беги быстрее!

Я выскакиваю в коридор.

Бегу на кухню. На большой поднос кладу щипцы для завивки и магическую горелку. Удивительное изобретение местных артефакторов — она зажигается без огнива и поддерживает нужную температуру, не перекаливает щипцы. Очень удобно.

На поднос сгружаю расчёски, душистую воду и заколки.

Несусь назад в комнату Аделаиды.

Так быстро я ещё никогда не работала. Причёсывала, завивала, одевала и пудрила.

Но вместо благодарности я слышу раздражённый визг “сестрицы”.

- Мамита! Мамита!

- А? — в комнату влетает тётка.

- Запри её где-нибудь! — фыркает Аделаида и длинным костлявым пальцем подхватывает огненно-рыжий завиток моих волос, что выбился из-под платка. - Не то она всё испортит, ведьмино отродье!

Тётка придирчиво осматривает причёску и наряд дочурки, и только после этого согласно кивает.

Подхватывает меня под локоть и тащит в кладовку.

Я не сопротивляюсь.

Это бесполезно. Она в несколько раз сильнее меня. К тому же в кладовке у меня есть маленький секрет!

Визуализация

Дорогие читатели!

Знакомьтесь!

Господин Блэк - наследник поместья, которое должно было достаться Хельге. По совместительству ее дядюшка.

Спокойный, но совершенно бесправный член семейства Блэк!

И сама рыжеволосая "ведьмочка" Хельга. она же Ольга.

Попаданка в неизведанный мир. Но очень скоро она наведет здесь свои порядки!

***

Дорогие читатели! Не забывайте подписываться на нас с Анной Дрэйк, поддерживать историю звездочками и добавлять ее в библиотеку. Будет интересно, мы обещаем!

Глава 4. Встреча

Дэмиан Астер

- Чтоб тебя шкрулы драли, кляча! — с раздражением дёргаю поводье, а конь послушно наклоняет голову и бредёт за мной. - Такую охоту мне испортил!

Я уже почти загнал того шнырька. Его роскошная пушистая шкура великолепно бы смотрелась на моём охотничьем плаще.

- Ну куда ты полез? А? — рычу сквозь зубы, разговаривая скорее с самим собой, чем с конём.

Великолепный царский рысак, выносливый и сильный. Он ни на секунду не сбавлял темпа преследования, оставил далеко позади всю мою свиту и егерей, пока не потерял шкрулову подкову. Споткнулся и начал заваливаться набок.

Я успел соскочить, конь выправил ход, а шнырек успел удрать. И теперь мне его уже никогда не догнать.

С раздражением пинаю ветки, что хрустят под ногами.

Я, грешным делом, даже подумал обернуться и нагнать добычу в обличье дракона.

Но тут же отбросил эту мысль. Это уже не охота.

Дракон настигнет шнырька моментально и разорвёт.

Я же хотел просто развеяться. Отвлечься от свалившихся на меня дел и обязанностей наследника престола.

Сто́ит вспомнить о разговоре с отцом, как ладони сами собой вспыхивают ярким пламенем и между пальцев искрят заряды.

Не удерживаюсь и формирую в ладони магический огненный шар. Он растёт и ширится, внутри него уже сверкают небольшие молнии, отражая моё состояние и настроение.

Сжимаю челюсть до хруста и запускаю шар в ближайшее дерево.

Бесит! Как меня всё это бесит!

Дерево вспыхивает магическим огнём и тут же осыпается пеплом.

Я не против заниматься делами империи. Не против лететь в Снежные пределы, что за Ложской Грядой, чтобы наладить дипломатические отношения с императором ледяных драконов.

Но я, шкрул побери, против жениться не пойми на ком!

Чувствую, как кровь внутри проносится по венам огненной волной, разжигая сильнее злость.

Два огненных шара формируются в руках мгновенно.

Я сжимаю зубы, закрываю глаза и запускаю шары по сухому дереву далеко впереди.

И в тот момент, когда шары уже успели сорваться с моих рук, зверь внутри неожиданно делает стойку.

Поднимает огромную шипастую морду, принюхивается и раздражённо воет.

- Что? — я не понимаю.

“Она! В опасности!” — рычит моя вторая сущность. — “Останови!”

Я действую на инстинктах.

Стряхиваю с себя медлительность человеческого тела. Позволяю зверю частично вырваться наружу.

Молниеносно бросаюсь вперёд. Опережаю свои же огненные шары и выставляю вперёд частично трансформирующуюся ладонь. Смуглая кожа приобретает антрацитовый оттенок с серебристым отливом, на тыльной стороне проступают бронированные чешуйки, чёрные когти местами прорывают кожу.

Одной ладонью я перехватываю сразу два огненных шара и сжимаю.

Они схлопываются, а я поглощаю обратно остаточную магию.

Да, я так умею. На то я и наследник императора. Вся магия моих земель подвластна мне.

Но…

Резко оборачиваюсь.

Со мной вместе оборачивается и мой внутренний зверь.

Принюхивается и прислушивается.

“Сладкая! — рычит он внутри меня. - Огненная!”

Хмурюсь.

Чего это он так разошёлся?

Отодвигаю низко нависшие ветви цветущих яблонь, и меня обдаёт белыми лепестками.

Отлично! Просто прекрасно! Принц в яблоках!

Фыркаю и замираю.

Прямо передо мной, у чистого небольшого ручья сидит девушка.

Нет, не девушка.

Ведьма!

Яркие, струящиеся, как живой огонь пряди рассыпаются по её плечам.

Она что-то мурлычет себе под нос и расчёсывает их гребнем.

Под простым серым платьем угадывается соблазнительная фигура.

Делаю вдох и улавливаю запах весеннего солнца, цветущей яблони и горячего молодого тела.

“Сладкая!” — рычит дракон и толкается внутри меня.

Да, — киваю согласно и облизываю губы, словно могу почувствовать на них её вкус.

Но тут же одёргиваю себя.

Сдурел?

С каких пор тебя тянет на ведьм?!

А в том, что девчонка ведьма, я нисколько не сомневаюсь.

Рыжие и огненно-красные волосы могут быть только у ведьминого отродья. Но откуда она могла здесь взяться? В моём королевстве?

Ведь в войне с ведьмами и ведьмаками победила империя под предводительством моего деда более пятисот лет назад. Граница на замке.

Тогда кто эта ведьмовка? И почему она так неожиданно заинтересовала моего дракона?

Визуализация

Дорогие читатели! Пришло время познакомиться с нашими героями поближе

Как вам наша Хельга? Рыжая "ведочка", что зацепила наглого дракона.

Дэмиан Астер - наследник империи, самоуверенный, наглый и чертовски обаятельный дракон

Глава 5. Свита

Дэмиан

– Эй, прелестница, – я выхожу из зарослей, глядя на девушку сверху вниз. – А скажи-ка, откуда ты такая смелая взялась, что не боишься на землях империи спокойненько разгуливать?

Девчонка вздрагивает и вскидывает на меня большущие ярко-зелёные глаза, и я невольно замираю.

Ну, точно ведьма. Я таких красивых в жизни не видел.

“Забрать себе. Сладкая” – беснуется дракон.

– Я здесь живу, – выдаёт она мягким медовым голоском.

– Оу, правда? – подхожу ближе. – И скольким ты уже голову одурманила ради этого? Это, знаешь ли – запрещено.

Я прищуриваюсь, глядя на девушку, которая явно не торопится вставать. Она продолжает сидеть у ручья, будто моё присутствие её вовсе не беспокоит. Но в её глазах горит огонь, который цепляет меня всё больше.

— Запрещено? — спрашивает она, приподнимая бровь. Её голос звучит спокойно, но в нём слышен вызов. — А кто, интересно, запретил? Ты, что ли?

Я усмехаюсь и скрещиваю руки на широкой груди. Моя самоуверенность почти осязаема.

— Ну, считай, что да. Кто же ещё? — произношу я с лёгким самодовольством. — Видишь ли, я здесь главный. Наследник престола. Так что, малышка, мне решать, что можно, а что нельзя.

Она хмыкает, не выказывая ни капли впечатления.

— Наследник престола? — медленно поднимается она, не спеша поправляя платье. Её взгляд изучает меня, но явно скептичен. — А я-то думала, что наследники престола выглядят... ну, не знаю, более впечатляюще.