Развод с драконом. Новая жизнь попаданки

Боль — это то, что заставляет нас чувствовать себя живыми, при этом разрывая на части.

Из холодной темноты я выныриваю от острого приступа боли.

Мощный, резкий спазм сжимает живот. Это не просто боль, это больше похоже на удар тысячи кинжалов.

Голова мечется по влажной подушке, длинные пряди липнут ко лбу.

Хочу закричать, но в горле встаёт ком. Мне становится тяжело дышать.

«Где я? Что со мной?» — мои мысли беспорядочно мечутся в голове. Кажется, я упускаю что-то очень важное. Но что?

Очередной приступ выкручивает моё тело, делаю судорожный вдох через новую боль и кричу.

Почти сразу пространство вокруг меня наполняется звуками, незнакомыми запахами и приглушённым светом.

Я не узнаю́ мелькающие передо мной испуганные лица, не узнаю́ высокий потолок, что теряется в мрачных тенях, и взгляд напротив тоже не узнаю́.

Этот взгляд. Тёмный, стальной, совершенно бездонный он вырывает меня из пучины ужаса, заставляя сконцентрироваться только на нём.

Но в бездне этого взгляда таится что-то ещё – едва уловимые искры тревоги и нежности, что зажигаются и гаснут, словно звёзды в ночном небе.

Но самое странное — это зрачок!

Я никогда такого не видела. Он вытягивается, сужается, пульсирует, завораживая, как гипнотический узор.

Очередной приступ боли расставляет всё по своим местам.

- Ребёнок! — кричу я. - Мой ребёнок!

Я сжимаю в кулаках тонкие простыни, пытаюсь стянуть их с себя и отбросить в сторону.

- Малыш, — хриплю я, укладывая руки на болезненно напряжённый живот. Вот только он совершенно плоский. Больше нет приятной, тёплой округлости под ладонями.

- Где он? — я пытаюсь ухватить за рукав смазанный силуэт рядом. - Где мой малыш? С ним всё хорошо? Позовите врача! Прошу, позовите врача!

Силуэт оказывается женским, удивлённо щурится и отшатывается от меня.

А в следующую секунду тёмные нечеловеческие глаза оказываются прямо передо мной. Зрачок стремительно вытягивается, а тёмная радужка заполняется яростным огнём.

Моё сердце замирает. Не от испуга, хотя страх, безусловно, присутствует. Оно замирает от неожиданности. Ведь такого просто не может быть.

- Врача? — рокочет надо мной хриплый глубокий баритон, от которого приподнимаются волоски на теле.

Взгляд напротив в очередной раз вспыхивает, а моей холодной дрожащей руки касается что-то невозможно горячее, крепко сжимает, обжигая кожу.

Я снова кричу, на этот раз от жара, что растекается по ладони, охватывает предплечье и плечо, переходит на грудь и разрывает её изнутри огненными всполохами.

Что это было? Почему так больно?

Откуда этот человек рядом со мной?

Почему рядом нет врача?

И где мой ребёнок?

Получить ответы на свои вопросы я не успеваю, проваливаясь обратно в зловещую пустоту.

Знакомая металлическая дверь.

Тишина и темнота прихожей в нашей с Егором новой однушке.

Запах свежего ремонта смешивается с чем-то незнакомым, сладко-пряным, вызывающим тошноту.

- Где же эта карта? — шепчу себе под нос, скидывая неудобные балетки.

У меня со второго триместра беременности стали сильно отекать ноги.

Теперь ещё и давление подскочило. На сегодня назначена госпитализация в перинатальный центр, врачу не нравится моё состояние.

А я, как назло, собрала всё, но забыла дома обменную карту беременной. Без неё не принимают.

Мой муж Егор довёз меня до стационара и уехал на работу. Не знаю, что у него там приключилось, но он не отвечает на звонки.

Пришлось брать такси и ехать домой само́й.

Растираю ноющую поясницу и замираю посередине длинного тёмного коридора. Из комнаты раздаются шорохи и сдавленный шёпот.

Горло сжимает спазмом от страха.

Воры!

Я, правда, не знаю, что брать в нашей новостройке. У нас даже мебели ещё толком нет. Разве что можно вынести микроволновку и ноутбук Егора.

Сама не знаю, что толкает меня вперёд: любопытство или смутное предчувствие того, что я там увижу.

Конечно, это не воры.

На широком, разложенном диване, прямо на нашем постельном белье, на тех же простынях и подушках, с которых я поднялась сегодня утром, кувыркаются два разгорячённых тела.

- Егор, — едва могу выдавить из себя. - Что это значит...

Я прекрасно знаю, что это значит, но больше ничего не приходит на ум.

Абсурдность и ужас происходящего сливаются вместе и больно бьют под дых.

Беременная отёкшая клуша пришла домой не вовремя и застала своего мужа на горячем.

С оглушительным треском сердце разлетается на куски.

Виски сдавливает тупой пульсирующей болью.

- Алиса? Что ты тут делаешь? — муж скатывается с эффектной брюнетки, которая не торопится прикрывать свою наготу.

Наоборот, она откидывает за спину разметавшиеся пряди волос, выставляя напоказ высокую искусственную грудь, прогибается в пояснице и закусывает губу, прожигая меня насмешливым взглядом.

- Я... я... — отступаю, пока не падаю на колени от яркой вспышки боли в животе. - А-а-а-а...

- Алиса, ты чего? — хрипит муж раздражённо. - Эй, эй! Вера, вызови скорую! С ней что-то не то!

- Подожди, — раздаётся ему в ответ бездушное воркование любовницы, — тебе же не нужен был этот ребёнок. Есть все шансы его потерять...

Глава 2

Я снова выныриваю из леденящей душу пустоты.

Дрожащими руками ощупываю плоский живот.

- Нет, — по моим щекам и вискам сбега́ют горячие слёзы.

Я потеряла ребёнка. Как и хотел Егор со своей... любовницей.

Гулко сглатываю подступающий к горлу ком и с удивлением смотрю перед собой.

Где я?

Вокруг мягкий, рассеянный свет. Он пробивается сквозь тяжёлые, струящиеся портьеры из ткани, похожей на шёлк, кремового или нежно-золотого цвета. Вся комната купается в этом ласковом сиянии, а пространство вокруг кажется тёплым и уютным.

Это должна быть больница. Но это явно не она.

Больше похожа на номер в дорогой гостинице с акцентом на барокко в интерьере.

Я лежу не на куцей больничной койке, а в огромной кровати.

По двум сторонам от меня – тяжёлые драпировки, из той же изысканной ткани, что и портьеры. Кованое изголовье украшено витиеватыми узорами, усыпанными мелкими, мерцающими камнями.

Ладони гладят постельное бельё – невероятно мягкое, шелковое или сатиновое, с тонкой вышивкой, прохладное и скользящее.

Ни в одной, даже самой богатой больнице такого просто не может быть. Я так думаю.

Стены вокруг покрыты изысканными обоями с еле уловимым узором или панелями из светлого дерева, украшенными резными элементами.

Это точно не больница. Тогда где я?

Приподнимаюсь на локтях и продолжаю исследовать комнату.

Вижу массивный комод и туалетный столик с замысловатой резьбой, покрытые лаком.

На столике стоят изящные фарфоровые статуэтки, серебряные или золочёные подсвечники, замысловатые флаконы, больше похожие на драгоценные камни.

На бархатном кресле напротив вздрагивает мужчина, откладывает книгу на столик и поднимается.

Сердце у меня в груди сжимается от страха и странного волнения.

Это он! Тот, чей взгляд пугал меня во сне, а прикосновение обожгло до боли.

Я прикрываю глаза, стараясь рассмотреть его из-под ресниц, но мужчина уже понял, что я пришла в себя.

Практически бесшумным шагом он подходит к кровати.

На вид ему около сорока, на животе топорщится странного покроя пиджак, облегая наметившийся живот.

Там, где раньше, наверное, была густая шевелюра, теперь виднеется светлая макушка, с заметно поредевшими волосками.

Но главное — глаза. Они такие светлые, что кажутся почти прозрачными. И взгляд у него такой… добрый. В нём нет никакого огня, стали или безграничной власти, только какое-то безграничное тепло. Когда он смотрит на меня, мне кажется, что он видит не просто полумёртвую женщину, а что-то большее. Таким взглядом, наверное, смотрит мать на своё больное дитя— в нём сплетается забота, беспокойство и его… его любовь, наверное.

Сердце начинает медленно биться в груди, сжавший горло спазм отступает.

Это совершенно точно не тот мужчина, взгляд которого препарировал и прожигал насквозь.

- Алисия! — мужчина садится рядом с кроватью на стул и подхватывает мою ладонь.

Осторожно гладит полупрозрачную кожу, пытается нащупать пульс и сосчитать его.

- Вы врач? — я хмурюсь, растирая лоб.

Его светлый взгляд вспыхивает беспокойством.

- Алисия! Что с тобой? Ты ничего не помнишь?

- Я помню боль... — слова даются мне с трудом. - И мой малыш... я его потеряла?

Глаза снова наполняются слезами.

Мужчина отводит взгляд и кивает.

- Я сделал всё, что мог, но срок был ещё слишком мал.

Что-то не нравится мне во всём этом. Вокруг всё неправильное: эта комната, этот «врач». Егор? Где этот мерзавец?! Остался с любовницей? Почему его нет рядом, чтобы я могла отхлестать его по щекам?

- Где я? — в очередной раз ищу в этой комнате хоть что-то знакомое. И где мой телефон, надо позвонить родителям...

- Ты в загородном имении своего мужа...

У Егора есть загородное имение? Смешно!

У него, как и у меня за душой только ипотека на ближайшие двадцать пять лет и подержанная иномарка, которая постоянно тянет деньги.

Какое имение?

Это они про дачу свекрови — полуразвалившейся вагончик, где в дачный сезон хранят лопаты и тяпки?

Но эта комната точно не вагончик.

Видимо, мой скепсис ярко отражается на моём лице, потому что мужчина спешит продолжить.

- Генерал Терракс посчитал, что здесь тебе будет спокойнее. Вдали от света и сплетен. И честно говоря, я впервые согласен с ним...

Стоп, о чём говорит этот человек?

Но переспросить его я не успеваю, потому что светлая лакированная дверь с грохотом открывается, впуская в светлую солнечную комнату сгусток тёмной материи в виде мощного широкоплечего мужчины.

Длинные чёрные волосы собраны на висках и заплетены в причудливую косу.

Странного пошива чёрный пиджак подчёркивает ширину плеч и мрачность хозяина.

Мощные кулаки сжимаются до хруста, стоит ему увидеть рядом со мной врача.

И этот взгляд, тот самый. С узким зрачком, в котором отражается моя растерянность, мой страх, и что-то другое… что-то, что я не могу назвать.

В этих глазах кроется дикость, необузданная сила, которая манит и пугает одновременно.

- Отлично! — низким утробным рыком он заставляет меня задрожать. - Заговорщики собрались. Я всегда подозревал вас, доктор Торн, но теперь просто уверен, что это вы помогли Алисии избавиться от моего ребёнка!

***

Дорогие мои! Сегодня я начинаю для вас новую исторю!

простой она не будет, но в ней будет много живых эмоций, неидеальных героев и щепотка тайн прошлого! Присоединяйтесь ко мне!

ставьте лайк истории и добавляйте ее в библиотеку! А мы продолжаем!

Визуализация

Самое время познакомиться с нашими героями:

генерал Виктор Терракс собственной персоной

Лекарь Адам Торн, с которым мы теперь будем часто встречаться

Алисию я вам пока не покажу, потому что она и сама не знает, как она выглядит)

Глава 3

- Что? — светлые брови доктора ползут на лоб, придавая его открытому лицу не столько возмущённое, сколько удивлённое и рассеянное выражение.

- То, что слышали, — рявкает этот...этот...

А собственно кто он такой? И почему так со мной разговаривает? И где мама?

Я так хочу её увидеть! Обнять и рассказать о предательстве Егора и моём потерянном малыше.

На глазах снова набегают слёзы.

- Не трудись, Алисия, — прожигает меня ненавидящим взглядом этот... этот мужчина. - Актриса из тебя никакая.

Я захлёбываюсь от возмущения и обиды.

Откидываю одеяло, соскальзываю босыми ногами на мягкий, пушистый ковёр и бросаюсь вперёд.

Ноги путаются в длинной воздушной сорочке. Я подлетаю к мужчине и утыкаю указательный палец ему в грудь.

Сама не знаю, откуда берутся силы и смелость. Пока я не смотрю в его глаза, мне даже удаётся сохранить боевой настрой.

- Я понятия не имею, что здесь происходит, мистер, и кто вы такой, но разговаривать с собой в подобном тоне я не позволю.

- Даже так? — тёмные, густые брови насмешливо изгибаются. Но стоит мужскому взгляду соскользнуть с моего лица ниже, как в глубине чёрных глаз вспыхивает опасное пламя. Суровый кадык дёргается, а губы...

О боги, что это за губы...

Да и что он там увидел у меня.... Твою мать!

Я опускаю взгляд и замираю как громом поражённая. Что это?

Вместо моего тела Дюймовочки с первым размером груди я сейчас разглядываю удивительно изящное тело с почти фарфоровой кожей, аристократическими длинными руками и как минимум третьим размером груди, прикрытым лишь тонкой вуалью ночной сорочки.

Гулко сглатываю и оглядываюсь.

Замечаю стремительно краснеющего от смущения доктора Торна, который пытается одёрнуть топорщащийся на пузе жилет. Но при этом даже не пытается отвести взгляд.

- Торн, выйдите! — рявкает генерал, и врач покорно склоняет голову, лепечет извинения и бросается к выходу.

У самой двери он замирает, делает глубокий вдох и произносит.

- Алисия, ничего не бойтесь! Вы ни в чём не виноваты! Я могу это доказать перед лицом священной печати и императора. Выкидыш — не ваша вина...

- Вон! — угрожающе рычит генерал.

Врач тут же исчезает за дверью, выкрикивая уже из-за неё:

- Я буду рядом, Алисия. Если что, только...

Пугающий меня до дрожи мужчина делает странный пас рукой и все звуки, окружающие нас, пропадают.

Неслышно больше ни голоса странного доктора, ни пения птиц из огромного сада за окном — теперь я прекрасно его вижу.

- Что ты устроила? — рычит этот Терракс, хватая меня за плечи и встряхивая.

От его прикосновения в голове вспыхивают обрывочные воспоминания. Тело отзывается на этого мужчину.

Перед внутренним взглядом проносятся обрывки газетной статьи. Что-то про генерала Виктора Терракса, лучшего друга наследника императора и начальника личной охраны дворца и о...

Сквозь пелену проступает яркая, искрящаяся магией живая газетная картинка. Всего несколько секунд. Что-то похожее на гифку. На которых запечатлён улыбающийся генерал Терракс и миловидная брюнетка, едва ли старше двадцати лет. «Сладкая парочка» стоит на палубе императорской шхуны вобнимку и машут собравшимся на причале рукой.

И заголовок... такой броский... обидный до слёз и боли в груди: «Новая любовь генерала Терракса».

В груди разливается свинцовая тяжесть. Я словно второй раз подряд получаю пощёчину, которую не заслужила.

- Пустите! — я со всей силы бью генерала по рукам и вздрагиваю от мощного разряда, что прокатывается по моему телу и замирает в районе груди. А следом меня накрывает волна необъяснимого тепла. Оно течёт от кончиков пальцев к самому сердцу и придаёт мне сил.

- Не смей отворачиваться, Алисия! Я давал тебе шанс! Тебе всего-то надо было выносить моего ребёнка! Родить, передать его мне и до конца своих дней тратить положенные тебе деньги! Несложная задача, даже для такой идиотки, как ты! Но ты и с этим не справилась!

В тёмных глазах всё ярче разгорается яростный огонь, кажется, ещё секунда и мужчина просто сожжёт меня.

- Пустите! — я дёргаюсь. - Что вы себе позволяете?! Если бы не вы с той брюнеткой, всё могло быть по-другому...

Тёмные глаза напротив меня опасно вспыхивают.

Генерал Терракс стремительно сокращает расстояние между нами, рывком притягивая меня к себе.

Моё тело бьёт крупная дрожь, ещё мгновение, и я потеряю сознание от страха и напряжения.

Пугающий до дрожи мужчина нависает надо мной, продолжая сжимать в своих руках, наклоняется ниже и шипит, опаляю жаром своего дыхания.

- Советую думать, что несёшь, Алисия. Или я перестану быть добрым и терпеливым драконом и покажу свою вторую сущность! Обещаю, тебе не понравится!

При этом его глаза вспыхивают живым огнём, а зрачок стремительно вытягивается.

***

Дорогие мои!

В рамках нашего литмоба с жестокими драконами вышла новая захватывающая история!

“Развод с драконом. Приют изгнанных жён” от Дины Нежиной и Касии Рин

Я была женой дракона пару часов, потом он выгнал меня, отправил в приют для бывших жён.

Здесь я бы и сгинула - среди таких же брошенных, ненужных и всеми забытых женщин. Однако сдаваться я не привыкла. Возьму всё в свои руки и обустрою приют для изгнанных жён так, что он станет райским уголком!

А дракону что опять от меня надо?

ПЕРВАЯ ГЛАВА по ссылке:

https://litnet.com/shrt/WqlG

Глава 4

Этот взгляд, полный живого огня, пугает и завораживает. Так не бывает, чтобы радужку заполнили всполохи и языки пламени.

А узкий зрачок!

Я отшатываюсь, но генерал держит крепко.

Как он сказал? ДРАКОН!

Мамочки!

Я что схожу с ума?

Прикрываю глаза и стараюсь выровнять дыхание.

Спокойно, Алиса.

Ты— Алиса Селезнева — медсестра приёмного отделения детской областной клинической больницы...

Дрожь медленно отступает. Себя я помню. А ещё помню, что была беременна, но потеряла ребёнка и муж у меня подлец.

Но где я?

И почему выгляжу так странно...

Сквозь пелену слёз я ловлю своё отражение в огромном зеркале на стене. Хрупкая, почти прозрачная платиновая блондинка, с огромными испуганными голубыми глазами.

Красивая, но это не я!

У меня от природы непослушные рыжие волосы, россыпь веснушек на носу и ярко-зелёные глаза. Когда мы познакомились с Егором, он любил меня называть своей гномой, намекая на старинные ирландские легенды. Я была милой, симпатичной, миниатюрной, но не более.

Сейчас же моё сознание пульсировало в теле настоящей красотки.

Но если я здесь, кто тогда там? У меня дома? И где это ЗДЕСЬ?

От неожиданности начинает болеть голова.

Как так получилось? Кто я? Как я здесь оказалась?

Может ли так быть, что ребёнка потеряла Алисия? А я — Алиса Селезнева из города Саратова, что на матушке Волге сейчас сплю или на худой конец, лежу где-то без сознания.

Вспышкой проносится образ обнажённого Егора и наглой брюнетки на моей постели. Приступ острой боли в животе и пугающая пустота вокруг...

Всхлипываю.

Нет, скорее всего, в нашем мире, меня уже нет в живых. Как сказала та мерзавка? «Давай подождём, и ты избавишься от ребёнка, который тебе не нужен».

Видимо, ожидание затянулось, и я просто умерла. И мой малыш...

Я инстинктивно прижимаю ладони к плоскому животу.

- Перестань, Алисия, — рычит генерал, с силой встряхивая меня. - Ты никогда не любила меня, ненавидела свою беременность и не собиралась воспитывать детей! Тебе вообще было плевать, где и с кем я провожу время! К чему этот спектакль?

Значит, это не первый раз, — усмехаюсь с горечью.

- Возможно, к тому, — я поднимаю на него полный слёз взгляд, — что люди меняются. И чтобы вы не думали, я хотела этого ребёнка...

Тёмные глаза сужаются, отсекая от меня эмоции мужчины.

- Теперь это не важно, — ледяным тоном говорит он. - Твой выкидыш стал последней каплей. Я больше не собираюсь терпеть тебя и твои безумные выходки. Мы разводимся.

Не знаю, что должна была испытывать настоящая Алисия в этот момент, но я испытываю облегчение.

Развод.

Мне не придётся жить под одной крышей с этим бездушным чудовищем и терпеть его интрижки. Все мужчины одинаковые, мне пришлось попасть в другой мир, чтобы убедиться!

- Я согласна, — стараюсь отвечать ровно, но всё равно натыкаюсь на удивлённый и раздосадованный взгляд.

А что я не так сказала? Или мне надо было броситься ему в ноги?

Так, вроде он сам сказал, что Алисия его никогда не любила, а он изменял ей направо и налево. Так чего он ждал? Скандала? Битья посуды и дележа шелковых простыней.

- Только мне нужно время, чтобы собрать вещи, — я беспомощно оглядываюсь, раздумывая над тем, на что я вообще имею право.

В ответ получаю ядовитое насмешливое фырчанье.

- Как быстро ты пришла в себя, Алисия! — цедит с презрением генерал. - Не успели высохнуть слёзы, как ты уже думаешь о выгоде.

- Я думаю о настоящем! — отбиваю его выпад. - Я бы с удовольствием ушла в одной сорочке, но боюсь, меня не поймут.

- У тебя будет достаточно времени на сборы! — рычит, наклоняясь, генерал. - Пока я не подготовлю документы на развод, будешь жить здесь. Под присмотром моих людей. На то жалованье, что я сам для тебя определю! Это ясно? Никаких ставок, новых нарядов и украшений! Только самое необходимое! Хотя бы сделай вид, что ты скорбишь о потерянном ребёнке и не позорь мой род! А дальше, как и положено отвергнутой жене дракона, я отправлю тебя в ссылку.

***

Дорогие мои! В нашем литмобе вышла новинка от Насти Савельевой "Развод с драконом, или попаданка в теле истинной"

— Ошибка! Это не Ариэла! Кто ты такая и что ты сделала с моей невестой? — резко говорит голос с трона.

Начинаю совсем незаметно щупать свои руки, и я их ощущаю… А значит? Это что? Не сон?

Вязкий ком застревает в горле, пока я лихорадочно бегаю глазами по залу, грозный мужчина встает с трона, поправляя свою белую мантию с золотыми вставками.

Он медленно вышагивает в мою сторону, резко останавливается напротив и, присаживаясь на корточки, велит мне смотреть ему в глаза.

А они такие необычные… Темно-зеленые и зрачок, он как-будто вытянут.

Он хватает своей грубой рукой меня за подбородок, вскидывая мою голову вверх.

— Куда ты дела мою невесту?

— Послушайте, — облизываю пересохшие губы, — Я не…

Не успеваю договорить, как двери зала открываются и в помещение влетает женщина. Разъяренная и пышущая гневом.

— Ритуал пошел не по плану, — кричит она, — Ариэла оказалась не вашей истинной, милорд.

— А кто тогда моя истинная? И какого черта ритуал пошел не так, как было запланировано?

ЧИТАТЬ ПО ССЫЛКЕ:

https://litnet.com/shrt/I5Lk

Глава 5

- В ссылку? — в горле пересыхает. В голове мечутся воспоминания из старинных романов и исторических хроник. Куда там ссылали неугодных жён? - Куда? В монастырь? В темницу?

Я чувствую, как дрожь возвращается.

Если я умерла дома и возродилась по какой-то причине здесь, в этом теле, то мне совершенно не хочется провести всю жизнь в сырой темнице или в аскетичной келье.

Нет, я не собираюсь скакать по балам, сомневаюсь, что генерал будет так щедр на моё содержание. Но и жить затворницей я не хочу. Я хочу узнать этот мир.

Кровь отливает от лица, а дракон напротив насмешливо фырчит. Опять.

- Я уже говорил тебе, что ты плохая актриса, Алисия? Стоило упомянуть о ссылке, как ты забыла о нашей утрате, — его презрение разливает вокруг меня волнами, давит бетонной плитой на плечи и грудь. - Монастырь? Ты серьёзно?

Этот мужчина меня ненавидит. Один только мой вид раздражает его и злит.

Но что же сделала эта Алисия, чтобы заслужить такое отношение мужа?

- Ты отправишься как можно дальше от столицы, как подобает отвергнутой жене дракона наденешь траур и будешь сидеть в глуши, вышивая золотой нитью, или чем там ещё вышивают брошенные жёны...

Покорно склоняю голову. Спорить с ним сейчас глупо. Сначала нужно получить документы на развод или что тут у них есть? Магический ритуал? Светящиеся камни?

Неважно! А вот потом уже буду думать, что делать.

- Отправишься переживать горе в имение своих родителей. Со временем я подберу тебе достойного мужа, что с гордостью будет нести твоё бремя...

- Моё бремя?

- Бремя брошенной жены дракона, — опасно щурится он, выплёскивая на меня копившееся годами раздражение и злость.

Вот оно что, ОН ПОДБЕРЁТ МНЕ МУЖА!

- Отлично, — с притворным покорством склоняю голову и едва сдерживаю рвущийся изнутри гнев. - А в первую брачную ночь вы, мистер, тоже будете присутствовать? Давать советы? Наставления? Подсказывать счастливому «молодожёну», что и как ему следует делать, чтобы я осталась довольна? Вы же должны это знать? Хотя не думаю! Откуда ВАМ, изменнику и мерзавцу, знать, что могло нравиться его жене...

Договорить я не успеваю. Меня сметает обезумевшей огненно-чёрной волной.

Генерал стремительно подлетает ко мне, жёсткими пальцами впивается в плечи и тянет к себе.

Вжимает моё бедное дрожащее от напряжения и ярости тело в свою широкую мощную грудь, опаляет мои губы яростным дыханием.