Бастарды Сибирской Империи 3

Дорогой читатель! Если вы оказались в этой истории случайно, лучше начните с первого тома https://litnet.com/shrt/HNw4

Лиза

Мне было плохо. Тело почти не ощущалось, а я была будто впаяна в свинцовую плиту. Зато ощущался мозг. И он болел. Весь.

Неожиданно по правому глазу ударил яркий свет фонарика, и в мое сознание ворвалась масса звуков:

– Девушка, вы меня слышите?

– Она открыла глаза? Лиза!! Лиза!!

– Отойдите, леди, не мешайте проводить реанимационные процедуры.

– Сердечный ритм хороший, давление стабилизируется. Насыщение магического потока почти в норме…

– В норме? Ты куда смотришь. Смотри на относительные значения, а не на абсолютные. Емкость резерва космическая, но он почти пуст.

– Магическое истощение?

– Оно самое. Давай энергонасыщение на десятку.

– На десятку по ОМС не положено. Максимум три.

– Ты платье видишь? Это кто-то из богатых. Ставь десятку, говорят тебе.

– Господа медики, делайте, что нужно, я оплачу.

– Понял, господин, сделаем.

– Лиза, что с тобой?! Пустите меня! Герман, убери свои грабли!

– Девушка, сколько пальцев видите?

– Лиза, если ты слышишь, ответь врачам.

– Господи, она умрет?! Спасите ее!! Почему вы ничего не делаете?!

– Маш, заткнись. Кто-нибудь, дайте ей уже успокоительное.

Я почувствовала сильнейший приступ тошноты и попыталась повернуться на бок. Мне это удалось – врачи помогли. Но меня не стошнило, просто снова на миг потемнело в глазах.

По руке заструился холодный поток. Скосив глаза, я увидела, как кто-то делает мне внутривенное вливание. А еще я различила знакомую обстановку машины “Скорой помощи” и врачей в типичной синей униформе.

Дверь была широко открыта, и в проеме виднелись испуганные лица друзей. За их спинами суетился какой-то народ, мелькали огни мощных ручных фонарей и бегали полицейские с рациями.

– С возвращением, – улыбнулся Кирилл, встретив мой взгляд.

– А где твоя подружка? – хрипло спросила я, вспомнив, что он был не один.

– Ревнуешь? – немного нервно хмыкнул Кирилл.

– Переживаю, – пояснила я, но не стала вдаваться в подробности.

Вообще-то за те несколько секунд нашего убийственного серфинга моя больная фантазия успела в красках мне показать, как цунами захлестывает набережную, а нос нашего катера на полной скорости влетает в толпу людей, ломая руки-ноги-позвоночники.

Да, я смутно помнила, что в последний момент люди все-таки побежали прочь. Но не была уверена, что мы никого не переехали, и отсутствие подружки Кирилла меня взволновало.

– Это случайная знакомая, – отмахнулся Кир. – Она подвозила меня до академии, но мы решили остановиться и посмотреть огненное шоу. Вот так и оказались в зоне поражения.

– А что произошло? – я попыталась сесть, но врачи меня придержали.

– Девушка, полежите спокойно еще хотя бы десять минут, пока мы не убедимся, что ваше состояние стабилизировано, – предупредил врач.

Я не стала спорить. Но и врачи, увидев, что мне полегчало, пошли оформлять документы, оставив подле меня одного фельдшера. Пользуясь этим, их место тут же попытались занять друзья.

Фельдшер встал на защиту стерильности, но мелькнувшая банкнота быстро помогла ему найти приемлемый для всех выход, и меня просто выкатили наружу, обосновав это тем, что “пациентке нужен свежий воздух”. А чтобы не замерзла в вечернем платье, укрыли моей же новой шубкой – Машкиным подгоном – а сверху еще и изотермическим одеялом закутали. Для красоты, наверное, потому что вообще-то мне не было холодно.

Приподнявшись на каталке, я огляделась. Мы все еще были на набережной. Полиция оцепила дорожную развязку и сейчас активно выдворяла зевак и вездесущих репортеров. Рядом помигивали огнями еще две скорых помощи. Врачи из них осматривали окровавленных людей.

Мои брови непроизвольно нахмурились.

– Жертвы давки, – пояснил Герман, заметив мой взгляд.

Я кивнула. Могла бы и сама догадаться. Когда случается что-то опасное, нет ничего страшнее толпы в панике. Даже стихия бывает порой не так разрушительна, как обезумевшие человеческие туши, идущие по упавшим детям и старикам. И чем крупнее город, тем выше опасность сдохнуть, просто выйдя посмотреть фейерверк.

Повернувшись в другую сторону, я оглядела пруд. Плавучий ресторан выглядел целым – видимо, строили с запасом прочности. Его только сорвало с места и отнесло почти к берегу. Ну, а водная гладь и подавно не сохранила никаких следов катастрофы. Зато некоторые лодки вышвырнуло на берег. Одна даже разбилась.

– Что это было? – спросила я, размышляя, все ли верно поняла и запомнила.

– Не что, а кто, – буркнул Герман, косясь куда-то в сторону скопления полицейских. – Меньшиков отжег. Но что-то мне подсказывает – этот гад опять откупится, и все спишут на ошибку пиротехников.

– И часто он так? – поинтересовалась я, уже начиная подозревать, что неадекватность и свинство у этого парня в крови.

– Обычно нет, – ответила вместо родственника Маша. – Но говорят, его утром кто-то менталом приложил. И теперь он бесится. А когда Меньшиков бесится, город горит.

– Вот гнида! – не сдержалась я.

– Не говори, – кивнула Маша. – Но что поделать? Его семья настолько влиятельна, что спорить бесполезно. Приходится терпеть. Не знаю, кто этот смельчак, сумевший утром жахнуть Меньшикова так, что тот кругами по академии бегал, но надеюсь, он выжил.

– И что, этот гад постоянно делает, что хочет, и никто ему ответить не может? – не поверила я.

– Как ты ему ответишь? – сказала Маша. – У всех бизнес, дети, родственники.

– А как это связано? – не поняла я.

– Меньшиковы – это же не только семья магов, – пояснила Маша. – Это нефть, газ, оборонная промышленность и свои люди при императорском дворе. Они везде и всюду. Перейдешь им дорогу – они тебе кислород перекроют и всю твою семью сгнобят. Лично мне есть, что терять, поэтому я с ним не связываюсь.

– Нет, ну должна же быть управа на любого гада, – не поверила я.

– Супергерой, как в комиксах? – насмешливо улыбнулась Маша. – Тайный миллиардер в маске, стреляющий глазами-лазерами во имя добра? Знаешь, жизнь немного более сложная штука, чем супергеройское кино.

– Да ну, нет в жизни ничего сложного, – возразила я. – Тут просто кто-то возомнил себя самым сильным, вот и делает, что хочет. Но в природе не бывает идеальных хищников – всегда найдется монстр пострашнее. Настанет время, и его уделают. Может даже мы уделаем.

– … сказала девочка с каталки “Скорой помощи”, – фыркнула Машка. – Ты бы подлечилась сначала, супергеройша. Ты сейчас можешь уделать только подушку.

– И правда, господа, это был долгий и трудный день, – сказал Герман. – Нам всем нужно отдохнуть.

Однако сам он не выглядел сонным. Скорее наоборот: чуть подзабыв о своей роли корейского айдола, аристократ обдумывал какую-то мысль. Но я не стала его расспрашивать – и правда пора было отдохнуть, а то прошедшие дни были так насыщены событиями, что мозг уже не выдерживал.

Глава 2

Кирилл

Мы вернулись в Академию уже глубокой ночью – нас отвез де Геннин. Менталистка сопела на заднем сиденье, да и весь студенческий городок давно спал, так что прощание вышло коротким.

– Спокойной ночи, Герман, – сказала Лиза, кутаясь в белое меховое манто. – Вечер пошел не по плану, но было очень интересно. Предлагаю повторить!

– Да, выбирать вам наряды было весело… но полицейский наряд, пожалуй, был лишним, – пошутил аристократ. – Спокойной ночи, Лиза. И вам… Кирилл.

Перед тем, как назвать мое имя, де Геннин слегка сбился – явно хотел обратиться более строго, по фамилии. Но Лизу-то он звал по имени, да и последние события вынуждали перейти на более дружественный тон.

По идее, мне тоже стоило переступить через себя. Я сам не мог объяснить себе, чем мне так не понравился этот аристократ. Он хорошо держался в обществе и в будущем обещал стать сильным игроком – идеальное знакомство для нас Лизой, первые полезные связи. Наверное, стоило признать, что все дело в банальной ревности: даже в шутку, даже для Лизиного развлечения я не хотел отдавать этому франту свою “сестрицу”.

В итоге, так и не сумев преодолеть необъяснимую неприязнь к этому человеку, я все-таки принципиально обратился, как положено по этикету:

– Спокойной ночи, господин де Геннин.

Тот хмыкнул, что-то нажал, и дверцы-крылья опустились, загерметизировав кабину. Через пару секунд автомобиль с ревом артефактных двигателей уже взмыл в небо.

– Де Геннин, опять?! Жалобу напишу проректору! – раздался над пустынным студгородком возмущенный крик коменданта. Старик ради такого дела даже высунулся в форточку. Причем он будто специально выждал, пока позер-аристократ улетит, прежде чем высказаться в его адрес.

Нас он, к счастью, то ли не заметил, то ли решил проигнорировать. Комендантского часа тут явно не было или же он не соблюдался, так что мы с Лизой просто тихо пошли в сторону общежития.

Почему-то между нами возникла неловкость, и я не знал, как ее преодолеть. Но решил, что как мужчина должен начать разговор первым:

– Ну как свидание? – спросил я. – Удалось?

– Не очень. Из Машки вышла слишком хорошая дуэнья: всю малину испортила, – сказала Лиза и тут же вернула шпильку: – А твое?

– Прекрасно, – ответил я. – Чуть сердце не разорвалось от избытка чувств – там, на набережной, а так прекрасно.

Где-то секунду мы еще шли молча, а потом синхронно негромко рассмеялись, выпуская избыток эмоций.

– Платье достойное, очень тебе идет, – похвалил я, отсмеявшись. – Только ты его носить не умеешь: спину держишь слишком свободно и походка “мужская”. В таких нарядах полагается “плыть”, а не подскакивать на каждом шагу.

– Ну нет, ансамбль “Березка” – это не мое, – фыркнула Лиза. – Сам “плавай”, если тебе нравится. Я не собираюсь подстраиваться под чужие вкусы – у меня свой есть. Платье классное, согласна. Но это я так – только ради ресторана надела. А вообще Машка мне там еще несколько полубрючных костюмов купила бытового назначения.

– Полубрючных? Это как? – не понял я.

– Это когда на девушке брюки, а поверху – еще пол юбки, – пояснила Лиза. – Как плащ, только на попе.

Я попытался представить. Вышло плохо.

– Ничего не понял, но раз аристократы такое носят, то пожалуйста, – сказал я. – И где все это?

Я оглядел подругу, но у нее в руках была только крошечная сумочка – явно для красоты, в комплект к платью.

– Завтра к вечеру должны привезти в общагу, – сказала Лиза. – Герман считает, что носить вещи без подгонки по фигуре могут только деревенщины.

– Ну, ты осторожнее, – предупредил я. – Не стоит быть слишком в долгу у аристократов. Неизвестно, удастся ли когда-нибудь этот долг возместить. От слишком дорогих подарков лучше сразу отказаться.

– Согласна, – кивнула Лиза. – От ювелирки я, кстати, отказалась, хотя Машка предлагала. Дружба дружбой, а брюлики – это уже какая-то другая категория.

– Рад, что ты это понимаешь, – я почувствовал, как у меня на душе стало немножечко легче.

Все-таки, не такая уж Лиза легкомысленная, и женская интуиция, подсказывающая, где ни к чему не обязывающие подарки, а где уже начинается моральный долг, у нее присутствовала.

– А что насчет тебя? – вдруг посерьезнела Лиза. – Что это было – там, на набережной?

Я остановился, не пройдя и половины лестницы в общагу, и повернулся к подруге. Стоит ли признаваться? А если признаваться, то насколько глубоко?

Но все же решил, что Лиза достаточно хороший друг, чтобы ничего от нее не скрывать, так что начал рассказывать:

– Да еще один кусок памяти пробудился. Я вспомнил, почему при наличии большого резерва никогда не был сильным адептом. Я маг воды – природник, или стихийник, как нас еще называют.

– Так ведь это хорошо! – сказала Лиза, но, увидев мое выражение лица, уточнила: – Или не очень?

– И то, и другое, – подумав, сказал я. – Это редкий Дар, можно сказать, уникальный. И он по большей части душевный, от характеристик тела почти не зависит. В теории я могу управлять водой – стихией, которая не слушается других магов.

– Но есть какое-то “но”? – уточнила Лиза.

– Есть, – кивнул я. – Порталы мне тоже доступны. Из-за этого у меня конфликт стихий: я сам себе мешаю колдовать. Хотя резерв и правда большой. Но с точки зрения местных я крайне слабый адепт, фактически профнепригодный.

– Погоди, – Лиза подняла руку. – Но этот профессор же сегодня вещал, что вся магия одинаковая по своей сути, и надо только понять принцип, как тебе откроется сразу все: и огонь, и холод, и яды, и может быть даже ментал.

– Так я ж тебе говорю: эти профессора – недоучки, чьи головы вместо азов напичканы местными дремучими заблуждениями, – с жаром сказал я. – Да, они довольно подробно исследовали определенный раздел магической науки. А все остальное будто намеренно игнорируют.

– И что, сильно много выпускают? – уточнила Лиза.

– Ну… – я задумался, подбирая аналогию. – Скажи, ты бы много выводов сделала о всей фауне, если бы тебе дали изучить только червей?

– Понятно, – хмыкнула Лиза. – Ну, хорошо, что у меня есть ты: если что, расскажешь мне о птицах и рыбах.

– Не получится, – я покачал головой. – Я не во всех науках разбираюсь. Мне артефакторика нравилась: потому что позволяла с помощью дополнительных устройств овладеть тем, что делают обычные маги. Но, честно говоря, артефакторика была для меня костылем, компенсирующим мое несоответствие нормам.

– Да ты никак в уныние решил впасть? – прищурилась Лиза. – Э-э! Даже не думай. Быть магом воды – это круто. Все. Точка. Гордись и не сочиняй ерунды.

– Лиза, да я сам не понял, как у меня получилось остановить волну, – честно сказал я. – Само как-то вышло, от страха. Не факт, что я это повторю. Меня этому никто не учил и уже не научит.

– Вот и у меня как-то сами собой порталы выходят, – развела руками Лиза. – Но я ж повторяю – снова и снова. И у тебя получится. А даже если и не получится, соберешь себе крутой “костыль” и все равно всех уделаешь!

Я непроизвольно улыбнулся. Приятно, когда в тебя так верят. Даже сам как-то чуть больше верить начинаешь. Но это не отменяет того факта, что “метод научного тыка” в обучении – не лучшая стратегия.

– Ладно, пошли, что ли, поспим хоть пару часиков, – сказала Лиза. – Можно, конечно, и до утра гулять, раз возраст позволяет. Но я как человек, однажды уже проходивший через эту подлянку, знаю: это только кажется, что бессонные ночи в юности не бьют по здоровью. Еще как бьют! Просто узнаешь ты об этом только десять лет спустя.

– Ну, вообще-то “Пилигрим” позволяет двое суток не спать при необходимости, без последствий, – заметил я. – Но согласен: чем лишний раз его нагружать, проще все-таки выспаться.

Сойдясь на этой мысли, мы вошли в общежитие и свернули в наше крыло.

В здании было темно, а потому странность мы заметили сразу: в щели под дверью Лизиной комнаты виднелся свет.

Я напрягся, беззвучно приник к стене в боевой позиции и уже почти продумал, как лучше выманить неизвестного вторженца наружу и каким приемом безопасно скрутить… когда Лиза просто подошла и распахнула дверь.

– Константин? – чуть удивилась она. – А чего это вы в человеческой форме?

Сердито оттеснив безалаберную подругу, я заглянул внутрь – мало ли, что там этот “Константин” творит и в каком он виде опять?

“Вот тоже привадила мутного типа, – с неудовольствием подумал я. – Это ж надо так доверять откровенно опасному существу! Де Геннин хотя бы человек – с паспортом, семьей, знакомыми, регистрацией. Если вдруг что, на него всегда стражей закона можно напустить. А это кто?”

Я смерил недооборотня холодным взглядом. Тот глянул на меня без всяких эмоций, как на случайного прохожего. Это выбесило меня еще больше.

– Решил написать вам учебное пособие, – сказал он, плотнее закутываясь в одеяло, которое явно стащил с Лизиной кровати.

Учебное пособие?

Мы с девушкой переглянулись и, не сговариваясь, подошли к столу. Там действительно лежали исписанные убористым почерком листы – похоже, он весь день урывками их писал. На одном из них был схематически изображен человек. Внутри его тела сплетались линии – магические каналы и узлы. Везде виднелись сноски с пояснениями.

Мои брови непроизвольно поползли вверх. Эта схема была НОРМАЛЬНАЯ, без единой ошибки, причем универсальная – только по центральным магистралям, которые у всех одинаковые. Идеально для новичка.

– Это базовые знания о магических каналах, – пояснил Константин, подавая Лизе листок. – Чтобы легче было догнать программу обучения. А здесь…

Он собрал в стопкуостальные листы и тоже подал их девушке.

– … кое-что, что поможет вам уберечься от смертельной опасности при освоении родового дара. После изучения уничтожьте, пожалуйста.

– Почему? – “затупила” подруга, но листы приняла.

– Вы единственный живой потомок клана, – пояснил мужчина. – Если считаете, что семейные секреты следует раскрыть общественности – это ваше право. Но знайте, что прежде эти знания оберегали от посторонних. Из уважения к вашим предкам я бы посоветовал поступать так и впредь.

– Тогда откуда они известны вам? – задала Лиза в кои-то веки правильный вопрос.

– Меня… когда-то планировали сделать частью семьи, – осторожно сказал Константин. – Точнее, уже считали ее частью. И потому обучали управлению Даром.

– Вы тоже порталист? – ахнула Лиза.

– На данный момент технически я собака, – усмехнулся Константин. – Для работы с порталами требуется огромный магический резерв. У собак он мизерный, да и от моей души остались лишь ошметки.

Он сказал это с явственной горечью, но я ощутил облегчение. Значит, сколько бы силы этот паразит ни вытянул из моей подруги, ему уже не светит применить эту силу ей во вред.

– А… – попыталась Лиза задать еще один вопрос – видимо, о своей семье – но мужчина ее перебил:

– Извините, госпожа, я очень устал, – сказал он. – Даже с подпиткой извне мне нужны перерывы. С вашего позволения, я отдохну.

– Да-да, конечно, отдыхайте, – отпустила его Лиза.

Константин кивнул и тут же “всосался” в собачью форму. Как и всегда, у него затряслись от слабости лапы, и он устало прилег на пол.

Лиза, увидев это, жалостливо потянулась к нему рукой, чтобы поделиться энергией, но тут уж я вмешался:

– С ума сошла?! – я перехватил ее руку. – Ты сегодня уже схлопотала магическое истощение. Хочешь повторить?

Пес насторожился и взволнованно уставился на хозяйку, явно интересуясь, как это произошло.

– Ваша воспитанница пыталась телепортировать воду, – “сдал” я ее. – Открыла огромный портал и чуть не скопытилась, перелив в него чуть не полпруда.

– Я не знала, что воду нельзя! – попыталась возмутиться Лиза.

– Неправда, я тебе говорил, – оборвал я ее. – Не помню, когда, но точно говорил. С водой обычным магам работать опасно.

– Ну, ты ж помог, так что все чики-пуки, – не проняло ее. – Мы с тобой идеальный тандем.

– Тебе просто повезло! – возмутился я. – Со мной повезло, с огромным резервом, с Германом, который оплатил энергетическое восстановление. Лиза, ты слишком безрассудна!

– Ой, да все будет хорошо, – отмахнулась она.

– Ю-у-у-уй! – раздалось от стены, и оттуда просочилась черная клякса.

– А ты вообще пошла отсюда! – рявкнул я на паразита. – Лизе нужно восстановиться.

– Эй, не ори на мою кошечку! – возмутилась подруга и… попыталась пожалеть эту тварь, взяв на руки! Я едва успел оттолкнуть.

– Лиза, ты сдурела?! – возмутился я, встав между ними. – Тебе отдых нужен, восстановление. Но уж точно не энергетический паразит, пожирающий силу. Два паразита!

– Да им надо-то совсем чуть-чуть, ты преувеличиваешь, – возразила Лиза. – И я уже чувствую себя хорошо.

Я прикрыл лицо ладонями, не зная, что мне делать с этой чокнутой. Но в этом мире у меня пока, увы, других друзей не было.

– Ладно, на, жри, тварина, – сказал я, “скармливая” паразиту небольшой пучок силы.

Та с радостью набросилась на угощение, облепив мою руку, будто черным тестом, и заурчала от удовольствия. Отдав четко отмеренную дозу, я размахнулся и бросил обжору в стену. Та развоплотилась в полете и исчезла в обоях. И, судя по удаляющимся завываниям, двинулась к своим любимым душевым.

– Константин, – обратился я к псу. – Присмотрите, чтобы эта тварь не возвращалась. Если что… полайте, я приду.

Пес в кои-то веки не стал насмешливо фыркать в ответ на мои слова и серьезно кивнул.

Это не сделало его менее подозрительным – моя бы воля, я б его давно уже выгнал. Но воля была не моя, а подруга наверняка планировала оставить его на ночь у себя, поэтому мне пришлось препоручить ему это дело. Пусть один энергетический паразит защищает от другого.

– А ты – иди спи, вертихвостка, – припечатал я Лизу. – Надеюсь, нагулялась уже наконец.

– Ути, какие мы строгие, – хмыкнула та, не обидевшись, но и ни грамма не устыдившись. – Ладно уж, и правда спать пора. Завтра со свежими силами гляну, что там Константин понаписал.

Глава 3

Я проснулся бодрым и выспавшимся. Наверное, впервые с тех пор, как мы попали в этот мир, ночь не показалась мне слишком долгой. “Пилигрим” позволял отдохнуть за три-четыре часа, а затем телу хотелось действия. Но вчерашняя ночь была так насыщена событиями, что в кои-то веки я проснулся, как все. По крайней мере, чертов музыкант уже что-то наигрывал с утра пораньше.

Посетив санузел, я пошел было в сторону наших комнат, чтобы разбудить подругу, но не дошел до ее двери – услышал какое-то шуршание и цоканье собачьих когтей по паркету. Затем дверь скрипнула, и в щель выскользнул пес. Чуть отряхнувшись, он потрусил на улицу.

В этом не было ничего странного – все живые существа по утрам желают “выгуляться”. Однако меня удивило то, что произошло дальше.

Следом за Форрестом из комнаты вышла Лиза. Не заметив меня, она поглядела вслед удаляющемуся псу и вдруг… погрозила ему кулаком. А потом еще и издала весьма специфичный звук, какой производят дети, высовывая язык вслед обидчику.

Константин этого, правда, уже не слышал, так как успел выйти из здания. Зато оценил я.

– Ты чего? – мои брови взметнулись вверх, а Лиза вздрогнула и обернулась на голос, только сейчас заметив, что не одна в коридоре.

– Да ничего, – буркнула она.

– Вы поссорились? – уточнил я. – Или… он тебе что-то сделал?

– Нет, – еще мрачнее ответила Лиза. – Но в этом и проблема – ничего не дает сделать.

– Э-э… – совсем растерялся я, уже не зная, что думать.

Она что, пыталась приставать к его человеческой форме, а он отказал, спрятался в собачьем облике, и теперь Лизка на него сердится? С ее характером и больной фантазией можно было предположить что угодно.

К счастью, все оказалось куда прозаичнее, а я почувствовал себя извращенцем из-за своих предположений.

– На, почитай, – сказала она, протянув мне листы, которые вчера дал ей Константин.

– Ты уверена? – уточнил я. – Это вроде как секреты твоего рода.

– В гробу я видала такие секреты! – возмутилась Лиза. – Ты почитай-почитай.

Пожав плечами, я вгляделся в рукописные строки. Почерк у Константина был убористый и аккуратный, не без доли аристократического изящества. Манера изложения – сухая и строгая.

Сначала я даже не понял, почему так сердится моя подруга. Текст содержал уникальную, воистину полезную информацию о работе с Даром порталиста, да еще и изложен был максимально кратко и при этом доходчиво. Видно было, что Константин подолгу размышлял над каждой фразой, прежде чем принять человеческий облик и записать ее.

А потом до меня дошло. Да и Лиза, не сдержавшись, тут же подтвердила мои догадки:

– То нельзя, это нельзя, – возмущенно сказала она. – А что вообще льзя?

– Ну, по правде сказать, он все правильно пишет, – улыбнулся я, продолжая изучать текст. – Вот например, что открывать портал в другой мир наобум не стоит. Там может быть ядовитая атмосфера, болезни или агрессивные существа. Это действительно смертельно опасно. Или вот про перепады высот…

– И ты, Брут, – прошипела Лиза, перебив меня.

– Нет, ну, это действительно важные предупреждения, – заметил я, проглядывая листы, полные запретов. – Вот, смотри, а тут про воду: в каких предметах ее много и как примерно оценить опасность транспортировки конкретных объемов.

– С калькулятором порталы открывать, серьезно? – возмутилась подруга.

– А этот пункт про инерцию и фиксацию портала к движущемуся объекту объясняет, почему мы чуть не свалились с поезда, – указал я. – Если бы ты раньше об этом прочитала, мы бы подготовились.