Вернуть своё время

Глава 4

Чай со смородиной

Нина повернула ключ в замке и вошла в квартиру, из которой убегала утром. Бросила плащ и сумку на стул в прихожей, переобулась в домашние тапочки с голубыми помпонами и направилась в самую большую комнату. Секунду задержалась в дверях, а затем бросилась к столу.

«Так, ну где-то же она должна быть… – бормоча себе под нос, девушка один за другим выдвигала ящики стола. – Может, на книжном стеллаже?»

Внимательно осмотрела полки: томик Хемингуэя, шкатулки и коробочки различных цветов и размеров, статуэтка танцующей испанки и чёрные фигурки обезьян, закрывающих лапами глаза, уши и рот, словно говоря: «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не скажу».

«Действительно ничего, – удручённо вздохнула Нина. – Ну где же она?»

Заглянула в спальню: в утренней спешке они так и не успели заправить постель. Впрочем, это не так уж важно: скоро снова ложиться спать. Подойдя к шкафу, Нина просканировала каждую вещь на вешалках: коктейльное платье с пайетками, мужской костюм в полоску, замшевый пиджак. Вещи, вещи, вещи… Внизу шкафа она заметила круглую коробку в бежевый горох. Нина уже собиралась открыть её, как вдруг:

– Ай-ай-ай, это он, это он, звонит твой телефон.

«Это ещё что за дурацкая песня?» – девушка кинулась в прихожую, откуда раздавался звук, схватила со стула сумочку, раскрыла её, но телефона там не было.

«Да где же он?»

– Ай-ай-ай, это он, это он, звонит твой телефон.

Она подхватила плащ: мобильник вибрировал и подмигивал сквозь подкладку.

– Ай-ай-ай, это он, это он…

– Алло! – раздражённо ответила Нина.

– Полегче, что за голос? – услышала она в ответ. – У нас тут сделка состоялась, едем отмечать с командой. Не жди меня, малышка, ложись спать.

– Питер, это ты? Питер? – почему-то взволнованно и торопливо повторяла она.

– Ну конечно я. А кто? С кем ещё ты можешь ложиться спать? – в трубке раздался громкий смех.

Нина нажала на красную кнопку, и связь прервалась.

«Интересно, с какой дури я влюбилась в этого парня? Ещё и замуж за него собралась… Кроме того, что он красавчик и выпендрёжник, ничего я о нём сказать не могу», – размышляла Нина, возвращаясь в спальню.

Подошла к шкафу, открыла круглую коробку и вытащила оттуда внушительную стопку карт и путеводителей: по Риму, Амстердаму, Пекину. На самом дне лежали книжка в алой бархатной обложке и холщовый мешок с завязками. Внутри мешка было что-то твёрдое… Развязав, она достала крошечную пирамидку из розового кварца. Прищурившись, посмотрела сквозь неё на свет и увидела множество тонких прожилок. Пирамидка казалась потрескавшейся изнутри, но снаружи была гладкой и цельной. На одной из сторон Нина заметила гравировку:

«Хочу назад, хочу вернуться, хочу быть там и там очнуться».

Она медленно села на пол и прислонилась спиной к кровати:

«Значит, это всё правда! Я в своём будущем…» – пальцы скользили по гладким граням.

– Хочу назад, хочу вернуться, хочу быть там и там очнуться, – повторила она вслух.

Отложив пирамидку, Нина взяла в руки книгу в алой бархатной обложке и заметила на её лицевой стороне небольшую замочную скважину. Книга не открывалась. Нина покрутила её в руках, слегка потрясла, надеясь, что ключ спрятан между страницами и вот-вот выпадет. Но, увы, этого не произошло.

Вдруг в прихожей раздался звонок. Испугавшись, что кто-то увидит её сокровища, она быстро спрятала всё в коробку, закрыла крышкой и поставила в шкаф.

– Иду! Я иду… – Нина направилась к входной двери. – Кто?

Посмотрела в глазок: у двери стояли женщина и маленькая девочка с куклой в руках.

– Нина, это Вера, твоя соседка.

– Вера? Какая ещё Вера? Уф… – деваться было некуда, она открыла дверь.

– Ниночка, дорогая, привет! Меня тут срочно вызвали на смену, а вот Анечку не с кем оставить. Буквально часик сможешь с ней посидеть? Алёша уже выехал с работы, но ты же знаешь, эти пробки… – худенькая женщина в клетчатом платье смотрела Нине прямо в глаза.

– Вера, Анечка? – девушка медленно повторила имена, словно пыталась понять, кто из них кто. – Час, говорите?

– Да, всего часок, а может, и того меньше. Ну, я побежала! Спасибо тебе большое, Ниночка, – женщина говорила торопливо и немного проглатывала букву «р». – Анечка, веди себя хорошо! Скоро папа тебя заберёт.

Вера поцеловала дочку и стремительно пошла к лифту.

Девочка лет пяти сняла красные сандалии и аккуратно поставила их у входной двери. На ней была белая кофточка, синий джинсовый сарафанчик и серые носочки. В руках она держала мягкую куклу с рыжими волосами.

– Как зовут твою подружку? – улыбаясь, спросила Нина.

– Лола, мне её папа из Португалии привёз, – ответила девочка тоненьким птичьим голоском.

– Из Португалии? Как интересно… – протянула Нина. – Ну, пойдём. Ты хочешь есть?

– Немного, но мама говорит, что нельзя брать ничего у чужих людей.

– Мама всё правильно говорит, но мы-то с тобой соседи, и ты у меня на целый час. Пойдём же, я такая голодная…

Нина открыла холодильник, достала молоко, яйца, помидоры, сливочный сыр, хлеб и включила плиту:

– Омлет будешь?

– Будем! – ответила Аня, подражая кукольному голоску.

– Хорошо, делаем три порции – мне, тебе и Лоле, – рассмеялась Нина.

– Лола согласна, – ответила девочка и продолжила играть с куклой.

Нина разбила яйца, добавила молоко, специи и соль, слегка взбила смесь вилкой, вылила на горячую сковороду и накрыла крышкой. Затем отломила от буханки чёрного хлеба хрустящую корочку и начала её жевать. Анечка, кажется, уже освоилась и, не обращая внимания на хозяйку, заплетала рыжеволосой Лоле косичку.

Закипел электрочайник. Нина достала две кружки, бросила в них по пакетику чая и залила кипятком. Запахло сладкой ягодой. В голове Нины один за другим начали появляться образы из прошлой жизни:

«Смородиновый чай. Этот аромат… Мама, тётя Эмма, моя другая жизнь… Я ведь тоже была девочкой. Такой, как Анечка».

– Тётя Нина, кажется, ваш омлет как-то странно пахнет! – тоненький голосок вернул девушку в реальность.

Она подбежала к плите, открыла крышку – всё пригорело.

– Нет, ну ты мне скажи, что я за повар такой? Даже с омлетом не справилась, – усмехнулась Нина.

– У папы тоже иногда подгорает, но мы не рассказываем об этом маме. Правда, Лола? – девочка посмотрела на куклу.

– Тогда я попрошу тебя и про это маме не говорить, – Нина заговорщически подмигнула Анечке. – Давай пить смородиновый чай и есть круассаны с шоколадом, я видела их в холодильнике.

– Шоколадные караса-а-а-ны, – мечтательно повторила девочка.

Нина присела напротив и посмотрела на свою маленькую гостью. Какая же она чудная! С такой заботой поит свою куклу Лолу чаем, словно это настоящий ребёнок. У Нины не было младшей сестры, но, глядя на свою маленькую соседку, она уловила, как внутри разливается тёплое чувство.

– Анечка, кем ты хочешь стать, когда вырастешь? – спросила Нина.

– А я не буду взрослеть, – ответила девочка. Рот и щёки её были перепачканы шоколадом.

– Как так? – удивилась Нина. – Разве тебе не хочется вырасти и стать самостоятельной, выбирать себе наряды, покупать всё, что захочешь?

Девочка задумалась, откусывая круассан:

– Нет, я буду маленькой всегда. Ведь если я вырасту, папа и мама постареют, а мой братик женится и уедет от нас. Я этого не хочу. Пусть всё будет так, как сейчас, – она отхлебнула чай.

Нина задумалась. Вспомнила, как совсем недавно сама была маленькой девочкой с двумя тонкими косичками. Тогда она играла с куклой Таней, купленной не в Португалии, а в обычном детском магазине на углу улиц Мира и Карла Маркса. Когда Нина окончила начальную школу, мама собрала все её игрушки в большую коробку и отдала на благотворительность. Но Таня осталась с ней. Они с Ниной дали друг другу обещание всегда быть вместе, что бы ни случилось.

В прихожей раздался звонок.

– Наверное, это твой папа.

Глава 5

Она тоже хотела радоваться и веселиться

Иногда после работы Питер заезжал за Ниной на чёрной машине с откидным верхом и отвозил её в какой-нибудь ресторан: на Невский проспект, Крестовский остров или к Финскому заливу. В этот вечер они решили поужинать в ресторане, который находится на углу Загородного проспекта и Разъезжей улицы.

– Малышка, расскажи, как прошёл твой день? – спросил Питер, одной рукой набирая сообщение, а другой пытаясь подцепить вилкой картофелину на тарелке.

– О, представляешь, у нас в офисе случилась забавная история. Мы готовились к встрече с испанскими заказчиками. Проект – сказка, презентация тоже. Осталось расставить на столе бутылки с водой для участников переговоров. И тут открывается дверь и начинает играть музыка… Ну, знаешь, такая: «Ту, ту, ту, – ду, ду, ду, – ту, ту, ту», – Нина пропела что-то на манер танго. – Ты меня слушаешь?

– Алло, – поднёс телефон к уху Питер. – Привет-привет… Ну, а я что говорил?! Надо было ставить на другой стартап. Этот горит, и пока непонятно, кто будет всё разгребать.

«Опять этот дурацкий телефон! Выбросила бы его в окно, чтобы он разбился на маленькие осколки вместе с теми людьми, что постоянно вьются вокруг Питера».

Взмахом руки она подозвала официанта.

– Бокал игристого, кусочек шоколадного торта и горячий чай со смородиной.

Официант кивнул, забрал пустые тарелки и ушёл. Долго ждать не пришлось. Через пару минут молодой человек в белых перчатках принёс её заказ.

– Благодарю!

Она взяла бокал на длинной ножке и начала его вращать. Шипучий напиток разбивался о стенки, оставляя на них потёки. Сделав несколько круговых движений бокалом, Нина залпом выпила содержимое и тут же зажмурилась: её горло заполнил неприятный горький вкус. Девушка сделала глоток чая, но стало только хуже. Схватила графин с водой, который стоял на столе, плеснула в стакан и залпом осушила его, пытаясь убрать неприятное послевкусие от этого напитка.

– Прости, малышка… Так что ты там говорила, к вам приехали французы? Не знал, что вы занимаетесь международными проектами, продолжай, – Питер наколол на вилку кусок стейка с кровью.

– Так, на чём я там остановилась? – откашливаясь, сказала Нина. – Ах да, испанцы! Не французы, а испанцы, Питер. Музыка, в дверях появляется танцующая девушка в красном платье с воланами и в танцевальных туфлях. Такая красивая, темпераментная, с кастаньетами в руках и розой в волосах, – Нина вскинула руки, изображая танцовщицу.

– Алло, я ждал, когда позвонишь! – не дослушав её, Питер стал отвечать на очередной телефонный звонок.

– Если ты сейчас же не положишь трубку, я уйду, – прошипела Нина.

– Это важно, – ответил Питер, прикрывая рукой трубку.

– А я, значит, нет?

Парень подмигнул Нине, встал из-за стола, положил белую салфетку рядом с тарелкой, на которой уже остыл стейк, и вышел из зала.

От досады Нина готова была расплакаться. Громким щелчком пальцев она подозвала официанта:

– Повторите напиток.

– Сейчас сделаю, – сказал тот и исчез.

– С одними людьми мы становимся лучше, а с другими – отдаём пожирать себя демонам, – произнесла она вслух, не переживая, что её услышат.

За соседним столиком кто-то весело засмеялся. Девушка обернулась и увидела пожилую пару, которая увлечённо беседовала. Он нежно держал её за руку, а она, прикрывая рот белой тканевой салфеткой, тихо смеялась. За весь вечер эти двое ни разу не достали телефоны, наслаждаясь близостью друг друга. Слева от них сидели мама с мальчиком лет десяти. Он смешно наматывал на вилку длинные спагетти, которые постоянно соскальзывали.

В уютном кафе, наполненном голосами, смехом и итальянской музыкой, Нина тоже хотела веселиться, щебетать, улыбаться и праздновать свою новую жизнь. Но ей было не с кем.

Глава 6

Смотрины

– Дорогая, я внизу, спускайся! – Питер звонил из машины, стоя на парковке рядом с её офисом.

– Нина, какая же ты сегодня красивая. На свидание? – поинтересовалась офис-менеджер Любочка, отвлекаясь от раскладывания папок для завтрашнего обсуждения проекта.

– Любовь Ивановна, спасибо. Мы с Питером едем на встречу с его коллегами.

Нина захватила с собой на работу наряд и успела переодеться. Голубое платье с широкой летящей юбкой, тончайший свитер в мелкую паутинку и сумочка через плечо.

– Любовь Ивановна, я завтра ознакомлюсь с контрактом с французами. Не переживайте, всё пройдёт хорошо, – подмигнув женщине, она выбежала из кабинета и застучала по лестнице своими звонкими каблучками.

– Привет! – Нина, улыбаясь, открыла дверь машины.

– Привет, какая ты сегодня классная. То что надо! – Питер чмокнул Нину в губы, как бы между делом. – Наш потенциальный клиент, которого я обхаживаю уже несколько месяцев, тоже будет на встрече, хочу тебя ему показать.

Садовая улица, Юсуповский сад. Они проехали Фонтанку, свернули на Старо-Калинкин мост.

«Нет у него чего-то самого важного, о чём смутно мечталось когда-то, и в настоящем волнует всё та же надежда на будущее, какая была и в детстве. А. П. Чехов», – прочитала Нина, стоя в пробке.

В Михайловском театре готовились к постановке «Последнего лета Чехова», и по всему городу были развешаны баннеры с цитатами из его произведений. «Жить хочется! Жить и больше ничего!», «Давно я не пил шампанского», – Нина выхватывала эти фразы, пытаясь уловить их смысл и сложить в единый хитроумный пазл.

В коттеджном посёлке «Сосны» они остановились около двухэтажного дома.

– Приехали! Нина, прошу тебя, держи спину ровно и следи за тем, что говоришь. Нас ждёт встреча с корпоративными акулами. Они не раздумывая растерзают всё, что им не понравится. Ты у меня девочка наивная, не верь никому, – Питер открыл дверь, и они вышли из машины.

В доме было много людей. У Нины зарябило в глазах от разнообразия красок и стилей. Она увидела девушку в чёрном облегающем платье с бокалом какого-то голубого напитка в руке. Рядом с ней стоял парень в розовой рубашке, его блестящая лысая голова и громкий неприятный голос создавали контраст. Над шоколадным фонтаном склонилась женщина в изумрудном платье. Её пышная грудь, казалось, вот-вот выскочит из декольте. Башня из шампанского, чей-то резкий парфюм и раскатистый хохот, заглушающий фоновую музыку.

«Как же здесь душно!»

– Привет, дружище! – кто-то хлопнул Питера по плечу.

– Филипп, и ты здесь? Не ожидал тебя увидеть, – мужчины пожали друг другу руки.

– Это сколько мы с тобой не виделись, приятель? Года три? А что это за куколка с тобой, дай-ка угадаю имя?

– Только попробуй, и я сдам тебя Марии с потрохами, – Питер крепче сжал ладонь Нины.

– Да ладно, шучу. Не собираюсь я у тебя никого отбирать, – парень в синем костюме громко рассмеялся. – Но всё же позвольте представиться: Филипп, давний знакомый вашего спутника. Настолько давний, что знаю о нём больше, чем нужно.

– Здравствуйте… Нина, – представилась девушка, не зная, как себя вести: съязвить в ответ этому напыщенному балбесу или промолчать. Она выбрала второе.

– Присядем? – Питер подвёл девушку к дальнему столику. – Ты побудь здесь пока. Вон там буфет, если что. Не скучай, малышка, я скоро вернусь, – он поцеловал её в шею и направился в центр зала.

Нина проводила его взглядом: с кем-то обнялся, поздоровался за руку, взял бокал, расцеловался с дамой в бархатном платье и исчез в толпе.

Гости наслаждались напитками, перешёптывались или, наоборот, громко смеялись. Дамы украдкой поправляли чулки, а мужчины не стесняясь хлопали друг друга по плечам и демонстративно обнимали своих спутниц. Нина же сидела в стороне и наблюдала за этим жужжащим ульем.

«Так. Раз уж я оказалась на этом празднике жизни, нужно взять от него по максимуму. Начнём с еды».

Она подошла к буфету, выбрала сыр, бутерброды с икрой и несколько кусочков прошутто, положила всё это на тарелку. Затем достала из стеклянной вазочки бамбуковую палочку, наколола на неё клубнику и окунула в шоколад.

– А вы красивая! – Нина услышала за спиной уже знакомый голос и обернулась.

Филипп держал в руке бокал:

– Нина, вас, кажется, так зовут? – он сделал глоток. – Вы так… свежи в своём платье и так не похожи на этих хищниц.

Мужчина посмотрел в сторону стола для бильярда, вокруг которого собралась шумная толпа.

– Наверное, мне стоит сказать спасибо за ваши комплименты? – Нина положила клубнику в шоколаде на тарелку и отошла в сторону.

– Куда же вы? Питер всё равно занят… Возможно, я смогу составить вам компанию.

– Филипп, не отвлекайтесь на меня, займитесь чем-нибудь, а лучше кем-нибудь более перспективным.

Нина подошла к брюнету в белой рубашке и чёрной жилетке – он держал серебряный поднос с напитками – и выбрала бокал.

– Подскажите, здесь есть терраса или балкон?

– Сюда, пожалуйста, – официант поставил поднос и проводил Нину к стеклянным дверям. – Здесь потише, располагайтесь. Вечер сегодня тёплый, но, если станет прохладно, рядом с креслами в корзинках есть пледы.

– Благодарю, Сергей, – Нина прочитала имя на маленьком прямоугольном бейдже у него на рубашке.

Ветер с Финского залива заигрывал с деревьями, раскачивая их в медленном танце. В воздухе витали ароматы воды и хвои. Нина засмотрелась на луну, которая казалась такой красивой и изящной, словно кто-то нарисовал её контур тонкой кисточкой.

«Мама, тётя Эмма… Они, наверное, очень переживали, когда я исчезла. Я помню, кто я, помню, что произошло, но не могу вспомнить, где именно жила. Какой город, улица, дом, номер квартиры? И эта песня… помню, мама пела её вместе со мной…»

– А вы хорошо поёте, – услышала Нина за спиной.

– Филипп, вы меня преследуете? Что вам нужно? Неужели сегодня у вас нет спутницы?

– Вы правы. Выглядит, словно я вас преследую, но это не так, – он сделал глоток. – Просто сегодня я хожу теми же тропами, что и вы. Моя девушка сейчас так же занята, как и ваш Питер. Можно я присяду рядом? Обещаю, я буду осторожен в выражениях.

Нина молча указала рукой на кресло напротив.

– Я давно знаю Питера, – он отпил ещё, – так давно, что не стоило бы. Он до сих пор злится на меня, потому что его девушка… – Филипп посмотрел на Нину. – Мария была самой популярной девочкой в школе, и вот случилось так, что мы втроём сдружились. А потом она выбрала Питера. Но я так был в неё влюблён… А может, просто бесило, что выбрали не меня. Понимаете?

Нина сидела неподвижно, словно вот-вот узнает какую-то страшную тайну.

– Нина, ну что вы? Да, согласен, выпил лишнего и зачем-то делюсь историей давно минувших дней. Давайте лучше поговорим о вас? – он почти допил свой напиток.

– А, так вот ты где, любовь моя! А я всё ищу тебя, ищу… – к ним направлялся Питер.

– Неужели! – кусая клубнику в шоколаде, процедила Нина.

– Постойте, постойте, кого же я вижу? Фил, ты? Опять? Ну хватит! Тебе одной моей любви мало, решил и эту украсть? – с этими словами он толкнул Филиппа в плечо.

– Дружище, ну что ты! Твоя Нина такое сокровище! Думаю, эту девушку сам дьявол не сможет соблазнить, уж очень она серьёзная у тебя и по-детски прекрасная, – пьяным голосом ответил парень.

– Пойдём, Нина, хочу тебя представить мистеру Джованни, – Питер взял её за руку.

За спиной послышался звон разбитого стекла. Нина обернулась. Филипп сидел в кресле, забросив ногу на ногу, и посылал ей воздушный поцелуй. На полу валялся разбитый бокал.

– Пойдём, не обращай внимания. Сейчас важно произвести впечатление на мистера Джованни. Надеюсь, ты ему понравишься. Этот безумный Фил прав, в тебе действительно есть что-то особенное, – Питер открыл дверь, и они вошли в дом.

Глава 7

Жизнь коротка. Мне жаль тратить её даже на сон

Возвращаясь с вечеринки, Питер сиял, словно выиграл миллион долларов. Он держал руль левой рукой, а правую положил Нине на колено.

– Милая, это было шикарно! Ты так впечатлила мистера Джованни! Теперь он наш! Все его контракты – наши. Шеф несколько раз подходил ко мне и благодарил за то, что ты участвовала в переговорах. Он даже спросил, где я всё это время тебя прятал. Представляешь? Я и сам был ошеломлён, когда услышал, как ты говоришь на итальянском. Моя малышка – и на итальянском!

Капли дождя падали на стекло и, словно слёзы, стекали по боковому окну автомобиля.

– Дорогая, это же надо! Не могу поверить, что ты так легко жонглируешь разными языками, – он взлохматил свои волнистые тёмные волосы. – Сколько времени мы сэкономим благодаря тебе! А сколько денег заработаем!

«Время… Сэкономим… Деньги… Что не так в наших отношениях?» – от этого вопроса Нине становилось холодно и неуютно, как от сквозняка, гуляющего в пустой комнате.

Питер был тем самым парнем, о котором она мечтала, которого рисовала, часами сидя на подоконнике в своей творческой хижине. Тренированное тело, сильные руки, деловые костюмы из тончайшей шерсти, десятки рубашек, мягкие кожаные туфли, запонки, галстуки, ароматы элитного парфюма, чёрная машина с откидным верхом в его владении, весёлый нрав и эта соблазнительная родинка чуть выше губ. Но всё это, увы, принадлежало не только ей, но и большому количеству людей, которые каждый день вились вокруг него: коллеги, партнёры, друзья, большие боссы, женщины… ***

С каждым днём после работы Питер всё чаще ускользал от Нины, хотя накануне обещал провести вечер вместе. Иногда он переходил все границы. Один раз на вечеринке Питер обнял сестру своего друга детства, и это было настолько откровенно, что знакомые Нины подходили к ней и шипели, словно змеи: «Жанна такая обаятельная, с ней Питер выглядит королём», «А ты что, не знала? Она за ним бегала лет пять назад». Нина делала вид, что ей всё равно, и притворно улыбалась в ответ. Но стоило остаться одной, и тихие слёзы обиды было не сдержать. Кульминацией стал танец Питера с его одногруппницей на чьём-то дне рождения. Они двигались, как Бэби и Джонни из «Грязных танцев». Даже вспоминать об этом было противно.

Несколько раз в месяц Питер таскал Нину на «смотрины» – так она назвала эти странные деловые встречи с потенциальными инвесторами, где ей нужно было всех очаровать и раскрутить на контракт. Нина прекрасно справлялась с этой задачей: щебетала на иностранных языках, как птичка, а перед её обаятельной улыбкой никто не мог устоять.

Для многих она оставалась девушкой-загадкой. Где Нина выучила столько языков? Как вообще Питер с ней познакомился? Когда её спрашивали о прошлом, она придумывала необычные истории: путешествовала по Африке с родителями-археологами, жила на тропическом острове в монастыре, несколько лет изучала Тибет… Эти истории её забавляли. Но потом она поняла, что не запоминала, кому и что рассказывала, и часто путалась в своих же ответах. Не желая попадать в глупые ситуации, она отвечала:

– У меня амнезия! Не помню ничего о своём прошлом…

Когда они возвращались домой с очередных «смотрин», Нина молча сидела рядом с Питером в машине и слушала его болтовню. Когда ей становилось невыносимо, выкручивала громкость на магнитоле и ловила волну с красивой песней.

Иногда её ангельское терпение заканчивалось.

– Ты выставляешь меня полной дурой! – кричала Нина в прихожей, швыряя в Питера шапкой. – Интересно, ты спишь со всеми своими девицами или только тискаешь их?

– Малышка, ну перестань! Ревность – это чувство древних людей. Свобода в отношениях – вот что притягивает.

Он делал обиженное лицо, заваливался на диван и нырял в телефон. А Нина снова оставалась один на один со своим одиночеством.

В очередной раз, ближе к пяти часам вечера, от Питера пришло сообщение: «Привет. Я сегодня задержусь, буду поздно. Целую». Нина уже привыкла. В такие вечера она неспешно заканчивала работу в офисе и отправлялась на прогулку со своим старым другом. С тем, кто всегда был готов выслушать и поддержать её. И по удивительному совпадению его тоже звали Питер. Её любимый Санкт-Петербург.

Вечерний маршрут начался на Владимирском проспекте, возле театра Ленсовета. Смешавшись с толпой на Невском, она прошла на Литейный и зашла в книжный магазин. Поднялась на второй этаж, заказала большой капучино, села за свой любимый столик у окна и открыла книгу Джона Фаулза «Коллекционер».

– Сегодня мы закрываемся пораньше. Осталось десять минут, – предупредила милая девушка-бариста.

Нина вздохнула, захлопнула книгу с закладкой в форме рыбки, взяла свой стакан с кофе и вышла на улицу. Вечерний Питер подмигивал огнями, которые, если сощурить глаза, сливались в одну жёлтую линию.