- -
- 100%
- +
Глава 1
— Леди, вставайте, вставайте! Ваш супруг!.. Генерал пожаловал!
Я подорвалась с кровати так стремительно, будто и сама была военнослужащей.
— Но как же… он ведь должен был приехать только через три дня! — сорвалось у меня, пока я хватала халат.
— Не могу знать, леди, — смутилась Герта, моя преданная камеристка, — но во дворе уже стоят кареты, солдаты… И я точно вам говорю — там генерал!
Она сама дрожала от волнения, а у меня в висках стучало от переизбытка чувств.
Я поспешно забежала в ванную, наскоро умылась, поправила волосы, надела платье.
Трясясь от нетерпения, бегом кинулась вниз по длинным коридорам особняка, вниз по просторной лестнице. Ноги едва касались ступеней.
Три года… три долгих года я не видела его!
Три года, в которые мой генерал вёл беспощадную войну с нежитью, а я лишь молилась и ждала.
О Боги, как же я скучала!
Распахнув двери, я увидела сонных слуг, уже сбегающихся на шум. На ходу приказала Герте накрывать стол, готовить комнаты, распорядиться насчёт постоя для солдат. К счастью, закупки были сделаны заранее, и в доме всё было в порядке. Поваров, служанок — всех подняли на ноги.
Я уже собиралась выскочить во двор, но дверь особняка вдруг распахнулась сама. И я увидела его.
Моего мужа.
Генерала Арагона Дрэдмора.
Его белые волосы теперь полностью отливают седым серебром. Глубокие морщины у глаз резче выделяли холодный взгляд. По правой щеке тянулся шрам, словно знак отличия. А ведь его не было…
Трёхдневная щетина лишь подчёркивала суровость черт. А походный мундир цвета ночи не мог скрыть его крепкого литого тела, закалённого годами войны.
Мы вместе двадцать пять лет.
Нам обоим давно за сорок… но в тот миг я снова ощутила себя молодой девушкой двадцати лет, как тогда, когда Арагон впервые признал во мне истинную для своего дракона.
Пусть я не чувствовала этой звериной связи, но я любила его всем сердцем. Всегда, невзирая ни на что.
Боже, как я скучала!
Я кинулась к нему, уронила голову на грудь, обняла за шею, вдохнула родной аромат — терпкий, древесный. Смола и кедр. Дышала им, не могла надышаться. Даже приторный запах мимозы, что тянулся от него, не мог испортить этого момента.
Судорожно водила пальцами по его лицу — трогала густые нахмуренные брови, очерчивала шрам, гладила щёки. И не верила, что всё наконец закончилось, что он дома.
Мой генерал, мой муж.
— Арагон… ты дома, любимый! Как же я скучала… — шептала я, почти не владея собой.
Он молчал. Позволял мне прикасаться, но не произносил ни слова. Всегда скупой на эмоции, теперь казался и вовсе холодным. Видно, годы войны окончательно закалили, ожесточили его характер.
Наконец его руки опустились мне на талию. Сжали крепко. Одной рукой он поднял мой подбородок, и я встретила его пронзительные жёлтые глаза.
— Кьяра. Нам нужно поговорить.
Я нахмурилась. Разве так можно начинать разговор после трёх лет разлуки?
— Конечно, Арагон… — попыталась улыбнуться, потянулась к его губам. Но он удержал меня на расстоянии.
— Неужели ты снова должен уехать? Но ты ведь только приехал… — растерянно выдохнула я, не находя иного объяснения его суровости.
— Нет, Кьяра, я остаюсь, — голос его был твёрд. — На восточном фронте закрыли прорыв. У меня есть время для отдыха.
— Тогда о чём же ты хочешь поговорить? Хотя подожди немного, — растерянно зачастила я. — Ты о том, готово ли все к твоему приезду? Готово. Слуги уже накрывают на стол, твоих солдат разместят как полагается. Я все устроила.
— Я не сомневался в тебе, Кьяра, — холодно, почти безжизненно отрезал дракон.
У меня засосало под ложечкой. Что-то не так. Сердце сжалось. Дурное предчувствие скользнуло холодком от головы к пяткам.
— Тогда… это о чём-то важном? С Алекcом что-то? — сорвалось у меня, и тело дрогнуло от страха.
Алекс… наш сын. Он тоже три года воевал. Храбро, самоотверженно. И я не видела его всё это время.
— Нет, — коротко ответил он.
И затем сказал то единственное, что перечеркнуло двадцать пять лет нашей совместной жизни:
— Нам нужно развестись.
Глава 2
— Что ты такое говоришь?.. — онемевшими губами прошептала я.
Показалось, что в этот миг я оглохла.
— Нам нужно развестись, — повторил мой муж.
Его голос звучал, словно удар плетью. Наотмашь. Разрезая воздух и моё сердце.
— Я… я не понимаю, — еле выдохнула я.
— И не нужно понимать, — его глаза горели жёлтым огнем. — Я так решил.
— Нет. Нет… нет! — я вырвала подбородок из его крепкой хватки, толкнула в грудь. — Ты точно шутишь, муж мой! Сейчас же распоряжусь, чтобы на стол накрыли быстрее. Пойдём, тебе нужно принять горячую ванну…
Он болен. Он ранен. Только этим можно объяснить такую нелепицу!
Но Арагон перехватил мою руку. Железной хваткой, тяжёлой, словно кандалы, сжал запястье, приподнял, сгибая локоть.
Сделал лёгкий рывок — не больно, но ощутимо. Достаточно, чтобы дать понять, кто здесь властелин.
Зубы мои клацнули сами собой. Я широко раскрыла глаза. Сердце билось в груди пойманной птицей.
— Кьяра… — его голос был низким, суровым. — Не думай, что я принял это решение сгоряча. Времени у меня было достаточно. Мы разведёмся в скором времени.
— Но… почему? Что произошло? Что случилось, Арагон?! Неужели ты не понимаешь, что этими словами разрываешь мне душу?! — я искала глазами хоть тень ответа, проблеск сожаления.
Но его лицо было словно каменная маска, жёсткая, непроницаемая.
Жёлтые глаза следили пристально, и от этого взгляда кровь стыла в жилах.
— Мы же истинные, Арагон, — я сделала отчаянную попытку. — Я истинная твоему дракону… Как ты сможешь жить без этой связи?
Я цеплялась за последние ниточки в надежде все вернуть на прежние места.
Мне было больно.
Невыносимо страшно.
Весь мой мир в эту минуту трещал по швам.
— Я сказал, что мы разведёмся, — его голос был холодным, как клинок. — Но я не сказал, что отпущу тебя.
— Ты… ты шутишь?! — слова вырвались с отчаянием. — Как всё это понимать?
И вдруг дверь особняка распахнулась вновь.
На пороге появилась девушка. Ровесница нашего сына. Лет двадцать пять, не больше.
Военная форма свободного кроя, на руке красный крест. Целительница.
Я перевела взгляд с неё на него.
Она смотрела на моего мужа, а я… опустила глаза вниз.
И в ту же секунду мне показалось, что я умерла.
Металлический прут вошёл в сердце, остановил его биение.
— Нам нужно развестись, чтобы я мог дать фамилию своему сыну, — произнёс генерал, нахмурив брови.
Слова били больнее любого удара. Позади него целительница опустила взгляд в пол. Она сжимала свободный край просторного кителя, а второй рукой красноречиво прикрывала живот.
Глава 3
— Убери от меня руки… — хрипло прошептала я, вырываясь.
Сделала шаг назад. Ещё один.
И в этот миг я поняла своих прародительниц, которые никогда и ни за что не признавались драконам в том, что они ведьмы. Так давно повелось. Хоть что-то осталось при мне в этот ужасный час. Мой дар.
Некоторые драконы плевали на истинность, вооружённые лишь собственной гордыней и желанием силы.
Нас ловили, из нас вытягивали силу до капли, чтобы насытиться, а потом убивали.
И даже истинность не давала никакой защиты.
А мой дракон… он и без тайных ритуалов сумел высосать из меня жизнь.
Это больно.
Если бы я не любила Арагона так сильно, как сейчас, я бы уже прокляла его.
Я бы закричала, что он урод! Что я сама могла бы ещё подарить ему детей!
Призналась бы, что я не человек и не драконица, которые могут родить лишь один раз за всю жизнь, а ведьма!
Но Арагон всё сделал за нас. Решил. Определился. Приговорил.
А теперь… приказывает мне повиноваться.
Я отступала, а он смотрел на меня жёлтыми глазами.
И в этот момент плеча Арагона коснулась рука целительницы.
Показывала всем своим невинным видом, что Она рядом с ним. Она — та, кем могла быть я! Я!
Сколько раз я просила сопровождать его в походах?
Сколько раз он запрещал мне даже думать об этом?
Я усмехнулась. Горько, надрывно, зло.
Силы бурлили внутри, пытались вырваться наружу.
Но я сдерживала их.
Никто не должен был знать. Никто не должен был узнать, что в моей крови есть сила ведьмы.
Ведь когда-то их истребляли. За то, что могли стать равными драконам, за то, что природа сама любила нас, своих детей.
Я бы подарила Арагону свою силу. Подарила бы ему любовь и исцеление.
Даже лучше чем драконица-целительница! Но теперь это делала другая.
— Кьяра, — его голос снова стал приказом, — ты не должна делать глупостей. Сейчас ты проследишь, чтобы солдаты были размещены, накрыт стол. Потом мы поужинаем вместе и поговорим.
— Нам не о чем разговаривать, — я отвернулась и сделала шаг к лестнице.
Он перехватил меня мгновенно. Я уже отвыкла от той скорости, с которой двигались эти чёртовы ящеры. Развернул меня, сжал подбородок и наклонился близко.
— Я сказал. Ты услышала, — процедил сквозь зубы.
И отпустил. Сделал шаг назад. Заложил руки за спину. Исподлобья смотрел на меня.
А я медленно осознавала то, от чего отвыкла за эти три года.
Я в этом доме теперь не хозяйка. Хозяин вернулся.
И мой муж. Жестокий. Беспощадный. Генерал. Дракон.
Глава 4
Я развернулась и пошла в сторону кухни. Злая. Отчаявшаяся.
Моя улыбка превращалась в хищный оскал, губы растягивались в этой безумной гримасе. Мир перед глазами плыл, расплывался, а потом вдруг обретал чёткие очертания.
Мой дар рвался наружу. Я сжимала кулаки, ногти впивались в ладони до боли.
Ещё миг — и я сорвусь.
Но нет.
Я подчинюсь. Я сделаю то, что сказал муж. Потому что такому, как генерал Арагон Дрэдмор, правой руке самого императора не отказывают.
Он вздумал развестись со мной ради того, чтобы дать фамилию своему ребёнку.
Но при этом оставить меня рядом, чтобы я медленно умирала.
Умирала от ревности. От боли. От несправедливости.
Нет!
Этому не бывать!
Стоит ему лишь отвернуться, стоит потерять бдительность — и меня здесь уже не будет!
Гад. Сволочь. Проклятый дракон. Как же он мог?
Я зашла в кладовку, прислонилась лбом к деревянному полотну. Вдохнула глубоко. Выдохнула медленно. И снова то же самое.
В груди горел зелёный огонёк — моя тайная сила, мой дар. Я мысленно коснулась его, словно гладя себя изнутри.
— Нам больно… — прошептала я одними губами. — Кажется, что мир отвернулся от нас. Кажется, мы погибнем. Но нет. Мы будем жить.
Я вышла из кладовки и вошла на кухню. Там кипела суета. Повар и его помощники сновали туда-сюда, улыбались, возбуждённые приездом генерала. Служанки накладывали еду на тарелки, мужчины готовили столы во дворе.
Вскоре должен был взойти рассвет.
Я приказала дворецкому отправить помощников топить баню для солдат. Сама занялась привычными делами. Лично следила, чтобы еды хватило на всех. Чтобы солдаты были накормлены и отправлены в баню.
Я заметила уже во дворе, все смотрели на меня. Но почти никто из военных не смотрел в глаза. Я обнимала себя за плечи, поднимала голову выше, хотя ёжилась от утренней прохлады.
Они знали. Все знали. Что генерал привёз походно-полевую жену в дом к настоящей жене.
Старший офицерский состав в лице трех воинов, прибывший вместе с генералом, подошли поблагодарить меня.
— Моя служанка проводит вас в комнаты, — произнесла я. — Располагайтесь. Если что-то понадобится, обращайтесь.
— Вы очень добры, миледи, — синхронно кивнули трое офицеров, ударили каблуками и удалились.
А для меня начинался самый страшный завтрак в моей жизни.
Когда я вошла в столовую, целительница и дракон уже сидели там. Никто не притронулся к еде, ждали меня.
Моё место по правую руку от Арагона оставалось свободным. Он даже не посадил туда свою любовницу. Я села напротив той самой девицы.
Смотрела на неё. Разглядывала. Молодая. От неё веяло силой. Сильная целительница. Ещё бы! Кто же, если не лучшая из лучших, могла бы хранить покой одного из самых великих генералов империи?
Красивая. Слишком красивая.
Я усмехнулась про себя — горько, злорадно.
— Так что ты хотел от меня? — спросила я, даже не поворачиваясь к Арагону.
— Я уже озвучил. Завтра мы разведёмся. Ты подпишешь бумаги, а я сочетаюсь браком с Луизой.
— Развестись ты можешь и без меня, — холодно бросила я. — Или думаешь, я стану устраивать сцены? Не дождёшься.
— Сейчас буду говорить я, Кьяра, — его слова прозвучали как приказ. — А ты будешь молчать.
Я замолчала. Но мои глаза… мои глаза кричали, что я ещё скажу своё слово.
Целительница тоже молчала. Только смотрела. Оценивающе. Так, будто уже примеряла на себя мою роль.
— Помоги Луизе освоиться в нашем доме, — голос Арагона звучал спокойно, но в нём сквозила железная непреклонность. — Присмотри за ней. В её положении ей необходима поддержка.
Глава 5
Я дернулась, будто меня ударили.
В нашем доме!
Присматривать за ней!
За его любовницей!
За женщиной, которая носит под сердцем ребёнка моего мужа!
Внутри всё сжалось в кровоточащий комок. Холод разлился по венам. Мне хотелось закричать, бросить в него проклятия, расцарапать его морду.
Но я лишь усмехнулась. Горько, криво.
Он приказывает мне заботиться о той, кто займет моё место. О той, кто разрушила двадцать пять лет нашей жизни.
«Присмотри за ней».
Словно я служанка, приставленная к новой хозяйке.
Я подняла голову выше. А руки убрала под стол, чтобы не выдать дрожь в пальцах. Внутри меня всё кричало: «Нет. Этому не бывать. Никогда!»
Я расхохоталась в лицо мужу. На его слова. На его твёрдую уверенность в том, что именно так всё и будет: я смирюсь, стисну зубы и покорно приму его волю.
— Я не сказал ничего смешного, — мрачно прорычал дракон.
Я посмотрела на него, на человека, которого когда-то любила, боготворила, ради которого отдала всю себя. Я ждала его со всех войн, молилась за него, верила. Но сейчас передо мной сидел другой человек. Холодный. Жестокий. Незнакомый.
— Ты посмел привезти в наш дом походную жену… — голос мой дрогнул, но стал только жёстче, — и теперь хочешь, чтобы я ей помогала? Может, назначишь меня её личной служанкой? Или ещё что похуже?!
Я перевела взгляд на Луизу.
— А ты в курсе, что он и не собирается отпускать меня? Развестись — да, жениться на тебе — пожалуйста. Но меня он, — я качнула в сторону мужа головой и снова посмотрела на его побледневшую подстилку, — намерен оставить в этом доме!
Дракон ударил кулаком по столу. Гул прокатился по залу. Он привык, что, когда он говорит, остальные замирают и подчиняются.
Всегда.
Но я не его солдат. Я не подчинённая. Я его жена. Точнее, уже бывшая.
Как же больно это было понимать. Хотелось заорать, броситься на него, расцарапать лицо, вонзить ногти.
Целительница, может, и хотела что-то сказать. Да только она сохраняла субординацию. Не смела ни слова сказать генералу.
Удобная из неё получится новая жена.
Арагон перехватил мою руку, уложил на белоснежную скатерть, сжал запястье. Его жёлтые глаза сверкнули огнём. Я не опустила взгляда.
— Я сказал. Ты услышала, — процедил он после короткой паузы.
Я усмехнулась, вырвала руку и принялась за ужин. Пусть кусок не лез в горло, пусть внутри всё разрывалось от боли, я не покажу ему, что чувствую на самом деле.
Боль предательства сменилась лютой ненавистью.
Перед глазами вставали прожитые годы: наш брак, рождение сына, его взросление. Наши встречи.
Пусть Арагон всегда был скуп на эмоции, но я знала, чувствовала его тягу ко мне. И что теперь?
Я давилась едой, медленно пережёвывала, не слыша ничего вокруг. За столом никто не проронил больше ни слова. Лишь вилки да ножи стучали о тарелки.
Любовница молчала. Ела. Она тоже знала: ей нужны силы, чтобы выносить его ребёнка.
Я ненавидела их обоих. Его — за предательство. Её — за то, что она заняла моё место.
Ведь я тоже могла быть матерью ещё раз. Я так хотела ребёнка. А он… сделал его на войне с другой.
Я отодвинула тарелку. Стул с пронзительным скрежетом отъехал по кафельному полу.
— Спокойной ночи, — бросила я и положила салфетку рядом с тарелкой.
Подняла голову, пошла к двери. Голос мужа догнал меня:
— Прикажи разместить Луизу.
Я посмотрела на него через плечо. Обожгла взглядом. Отвернулась. Вышла.
И где же я должна разместить её, чёрт тебя дери, дракон?
Освобождать ради неё свою комнату я не собиралась.
Господи, как же мне хотелось всё крушить, ломать, рвать на куски! Но я держалась.
Я должна была держаться. Быть сдержанной, почти покладистой. Хотя это было не в моём характере.
Я поймала экономку по дороге.
— Приведи в полный порядок комнату генерала, — приказала холодно. О том, что там будет ночевать другая, я не сказала ни слова.
Сама отправилась к себе. Закрыла дверь, разделяющую наши апартаменты. Сняла платье, переоделась в удобные брюки и блузку.
Открыла саквояж. Сложила туда самое необходимое: деньги, пару украшений, документы, бельё, смену одежды. Только то, с чем легко покинуть этот дом.
Села в кресло. Смотрела на огонь, который трещал в камине.
И молча умирала. Беззвучно плакала от предательства мужа.
За дверью раздались шаги. Хлопнула дверь. Он вернулся.
С Луизой или без неё — не знала. Да и плевать. Я не хотела его видеть.
Шаги остановились напротив смежной двери. Я затаила дыхание. Смотрела на огонь. Слёзы текли по лицу, пальцы впились в подлокотники.
Он постоял там. Потом отошёл. Хлопнула дверь в его ванную. Полилась вода.
Я выдохнула.
Ненавижу. Как же я его ненавижу.
Но ведь так же сильно люблю.
Лучше бы не любила. Было бы не так больно.
Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Глубоко вдохнула.
Нет, Кьяра. Ты не будешь плакать. Не будешь стоять в тени. Не станешь жертвой.
Если генерал Арагон Дрэдмор решил, что я покорно подчинюсь, то он ошибся.
Я сжала пальцы, чувствуя, как внутри тихо шевельнулся мой дар.
— Ты сделал свой выбор, генерал, — прошептала я. — Но и я сделаю свой.
Глава 6
Ещё какое-то время я слышала шаги в соседней комнате. Потом скрипнула кровать. Вскоре всё поместье погрузилось в сон.
Я поднялась, пошла в ванную, умылась, смывая слёзы.
Вернулась в комнату. Закрыла заранее собранную сумку, накинула на плечи плащ.
И глубокой ночью покинула особняк.
Во дворе стояли люди, очевидно, выставленные на караул, но меня они не остановили.
Разве был на этот счёт приказ?
Но я всё равно свернула в сторону запасной калитки и спокойно выскользнула за черту кованых ворот.
Через два часа должен был начаться рассвет. К этому времени я планировала добраться до каретного парка, а там уехать как можно дальше.
Так я думала.
Но не вышло.
А ведь я почти была у цели.
Стук копыт и дикое ржание коня разорвали тишину. Я остановилась, скрипнув зубами, развернулась. Длинные волосы хлестнули меня по спине. По коже побежали мурашки. В мою сторону мчался на чёрном монструозном коне злющий Арагон.
— Кьяра! — его голос прозвучал грозно, словно удар грома. — Куда это ты собралась?
Он спрыгнул с коня прямо передо мной. Резким движением перехватил сумку, дёрнул её на себя, отбрасывая. Сжал мою руку.
От дракона веяло опасностью. Его личный аромат смолы и раскаленного песка усилился. От силы магии, идущей от него, пробрал озноб.
— Я же сказала, — выдохнула я, — я не останусь в этом поместье! Отпусти меня! Ты делаешь мне больно!
Его захват стал чуть слабее, но только на мгновение.
— Мы возвращаемся, — процедил он.
— Серьезно?! — вспылила я, переходя на крик. — А ты хоть понимаешь, как это всё выглядит?! — сорвалось с моих губ. — Ты понимаешь, что издеваешься надо мной?! Ты человек или чудовище? Живой ли ты вообще, если можешь вот так мешать меня с грязью? Ты завёл походно-полевую жену! Привёл её в наш дом… и теперь хочешь, чтобы я прислуживала ей?! Этому не бывать! Прекрати унижать меня! Ты и так перечеркнул всё светлое, что было между нами. Не заставляй меня ненавидеть тебя ещё сильнее!
Грозное дробное рычание вырвалось из его груди.
Я рвано дышала, закончив свою речь. Грудь вздымалась. Слова ещё горели на языке. Я выплеснула на Арагона всё — всю свою боль, всё своё горе, всю обиду.
Вся моя суть плакала в этот момент!
Но ему… ему будто было глубоко плевать.
Жёлтые глаза смотрели холодно, сурово, почти равнодушно, как на солдата, осмелившегося перечить приказу. Ни жалости. Ни сострадания. Ни капли того тепла, что когда-то грело меня в его взгляде.
И от этого становилось ещё хуже. Словно мои чувства разбивались о каменную стену, а он — мой муж, мой дракон, мой генерал — оставался непоколебимым, как скала.
Чёрствый. Далекий. Чужой.
Боги! Я не узнавала Арагона! С войны вернулся совершенно другой человек!
Ар-р!
Дракон не выдержал — подхватил меня на руки и усадил на своего коня.
Я сопротивлялась, дёргалась, пыталась спрыгнуть. Но он держал меня крепко. Непоколебимо.
— Ты сломаешь себе шею, Кьяра. Успокойся! — рявкнул он и запрыгнул на своего черного монстра. Конь под стать своему хозяину. Такое же чудовище!
— Какой же ты твердолобый упрямец! — выкрикнула я, слёзы душили, горло сжималось в спазме. — Неужели ты хочешь окончательно уничтожить меня? Где твоё великодушие?!
Я почти скулила, показывая ему свои слёзы. Боль была настоящая. Бесконечная.
Он развернул коня, прижал меня спиной к себе, к своей груди. Его руки крепко держали меня, не давая вырваться.
Я плакала, закрыв лицо ладонями. Чувствовала, как шумно дышит генерал, уткнувшись в мои волосы, как вдыхает мой запах. Он всегда так делал. Раньше это вызывало трепет и мурашки по коже. А теперь… теперь я ненавидела его лютой ненавистью.
И всё же сердце дрогнуло, когда я услышала его тихий полушёпот-полурык прямо у уха:
— Я тебя не отпущу, Кьяра. Моя Кьяр-ра…
Глава 7
— Я тебя не отпущу, Кьяра. Да и куда ты пойдёшь? — рычал Арагон. — У тебя ничего нет.
— Ничего?.. — я задохнулась от возмущения. — То есть, по-твоему, после двадцати пяти лет брака мне ничего не причитается?!
Я услышала, как дракон скрипнул зубами.
— Ты останешься в нашем доме. На полном моём обеспечении. Ты ни в чём не будешь нуждаться. Для тебя практически ничего не изменится… кроме твоего статуса, — его голос был холоден и беспощаден.
— Да пошёл ты… — процедила я сквозь зубы. Толкнула его локтем под ребра. Но только сама сильнее пострадала. Он был как из камня!
Его хватка стала ещё сильнее. Он прижался ко мне неприлично близко, сделал жадный глоток воздуха у моих волос. Спустился чуть ниже, кончиком носа обвёл моё ухо, отодвинул край плаща, запустил руку в одежду и расстегнул три пуговицы.
— Что ты делаешь? Не лапай меня!
А потом Арагон прикусил мне кожу на стыке шеи и ключицы. Я подавилась возгласом.
По телу пронеслась судорога, будто молния. Меня прошило током от макушки до кончиков пальцев.
— Ведь хочешь меня, — прошептал он. — Скучала по мне. Ждала меня. Так вот он я, вернулся. А ты бежишь.
На меня опустился драконий дурман. Чёртова связь оплела, словно ядовитый дым, кружила голову, пьянила до потери контроля.
Тоска по его плечу, по его сильному телу сводила с ума, обжигала изнутри.
Вся моя ведьминская суть взбунтовалась. Внутри клокотал дар, требуя наказать. Взять своё. Утолить плотский голод и оставить ящера ни с чем.
Стало жарко от его объятий. Его собственное пламя выходило из-под контроля.
Я едва сдерживалась, чтобы не выплеснуть наружу силу, которую прятала все эти годы.
— Всё было бы иначе, если бы ты не привёл её… — процедила я, сдерживая стон.
— Кьяра… — прорычал он, больше зверь, чем человек. — Не отпущу. Слышишь?
Его клыки скользнули по моей коже и вонзились чуть сильнее в ключицу. Метит, гад. Оставляет на мне свой запах.
Я не шевелилась. И так раздраконила его охотничьи инстинкты.
Но я всё равно для себя все решила: стоит только ему отвернуться — я сбегу.
Обязательно.
Он вытащил клыки только после того, как моё тело обмякло. Я сделала вид, что подчинилась.
Арагон, этот жестокий тиран, бережно поправил на мне рубашку, потом плащ, словно ничего не произошло.