Алое пламя

3 мая 2015г

К вечеру сильно похолодало, пошел мелкий дождь, небо полностью затянуло тучами. В такую погоду англичане любят сидеть в уютном кресле, прикрыв ноги клетчатым пледом и предусмотрительно растопив камин.

В загородном доме, по которому метался человек с чемоданом, камин тоже был, но человек меньше всего думал о камине. Руки его тряслись так, что закрыть чемодан получилось только с третьей попытки.

– Никогда в жизни не думал… Просто взять и убить! Это же невозможно!

Швырнув чемодан на пол возле входной двери, человек распахнул дверцу буфета и достал хрустальный бокал. Попытка налить в стакан виски привела к тому, что половина огненной жидкости оказалась на паркете. Человек еще больше разозлился, но первые несколько глотков помогли ему унять дрожь в руках.

Он подошел к французскому окну, выходившему в вечерний сад. Деревья еще не покрылись листвой, и ветви их шевелились на ветру, отчего казалось, что на серое небо наброшена черная сетка.

– Как он смел ей угрожать… Нет, ну хватило же наглости!

Тон человека из взволнованного превратился в раздраженный. В его голосе стали появляться властные нотки.

– Он не имеет ни малейшего права требовать у меня деньги. Это как если бы дед пришел получать зарплату вместо внука! Смешно! Ни один суд не встанет на его сторону… Он сейчас заплатит мне, и никогда не увидит свои деньги!

На ветку яблони, склонившуюся прямо к дому, села ворона, и несколько раз отчетливо прокаркала. Человек собирался было уже отпустить язвительную реплику в ее адрес, как вдруг ворона с силой взмахнула крыльями, взмыла в воздух, а в следующую секунду на горизонте вспыхнуло яркое пламя, и дом вздрогнул, как будто прямо под ним проснулся вулкан.

– Не может быть… – потерянно прошептал человек.

Глава 1

– Не забудь, что в восемь приедут Жора с Верой. – Михаил еще раз взглянул на себя в зеркало. Алиса улыбнулась восхищенно, как всегда.

– Я помню, – кивнула она. – Говядина по-французски, салат с орегано, креветки в кляре.

– Ну, если это все, что ты успеешь, то пусть будет так. И бокалы, ради бога. Для красного вина – на верхней полке, для белого – в шкафчике слева от телевизора.

– Я не перепутаю, – заверила Алиса. – Миш, ты купишь вино? Я не помню, осталось ли у нас что-нибудь.

– Не успею, – поморщился Михаил. – У меня встреча до семи. Потом сразу в машину – и к гостям.

– Значит, я возьму в магазине у дома.

– Ты хоть видела, какой там выбор? – Брови его возмущенно взлетели вверх. – Вера не будет это пить. В обед сходи в винотеку, в переулке. Сфотографируй, что там есть в приличном ценовом диапазоне, пришли мне, я выберу.

– Как скажешь. – Алиса мысленно вычеркнула из своего дневного плана обед с подругами. – Вера хорошо разбирается в вине?

– У нее брат живет во Франции, – рассеянно пояснил Михаил. – И еще: на днях приезжают какие-то австрияки. Ну, акционеры наши. Я хотел сам их встретить, но мне навязали Москвина в компанию. Это неважно, я потом от него отделаюсь и поведу их в ресторан. Ты пойдешь со мной.

– С удовольствием, – вспыхнула Алиса.

– Наденешь что-нибудь приличное. Если надо, сходи в магазин.

– Спасибо, мое солнце…

– Все, побежал. Пока.

– Я могла бы поехать с тобой, – сказала Алиса.

– Ты не готова. А я опаздываю. Погода нормальная, доедешь на метро. Пока!

Тяжелая дверь на удивление тихо закрылась за ним, и Алиса побежала в ванную. Она действительно не успела собраться на работу. Миша отказался есть омлет с помидорами, который она уже поджарила, потому что у него было неспокойно на желудке, и она потратила лишние пятнадцать минут на приготовление овсянки. Диетической, на воде. Миша снова был недоволен, но Алиса знала, как его уговорить. Он не виноват, что у него чувствительный желудок. Это все столовые в пионерских лагерях, где он провел столько времени в детстве. Родители искали малейшую возможность, чтобы избавиться от сына, и отправляли его в лагерь на все лето. А раньше, когда он был слишком маленьким для лагерей, сдавали его в дежурный детский сад-пятидневку. Почти как в интернат, думала Алиса, перебирая одежду. Несчастный ребенок. Надо ли удивляться, что он до сих пор не доверяет собственной жене. Считает, что она не может его любить по-настоящему. У него в детстве не было безусловной любви, вот он и…

Незадача. На офисном платье пятно. Алиса долго вглядывалась в ткань, как будто могла взглядом растворить грязно-красную кляксу. Это Валька виновата, она пила красное вино, ее толкнули, и она случайно облила Алису. Как же можно было забыть, что платье испачкано, что же теперь делать… Алиса потратила еще пять минут на то, чтобы оторвать от сердца липкие щупальца ужаса, а потом достала из шкафа длинную юбку, которая классифицировалась как прогулочная. Это лучше, чем выходное платье или концертный костюм, решила она.

В офисе она сразу встретила ту самую Вальку, которая пила красное вино. Валька выглядела не очень. Под глазами ее виднелись синяки, она отчаянно зевала и совсем не улыбалась.

– Привет, стажер, – сказала она, заметив Алису. – На обед пойдем в час, тебе нормально?

– Идите без меня, – улыбнулась Алиса. – Я не успею.

– Давай мы тебя подождем.

– Нет, не надо, спасибо. Завтра сходим вместе пообедать. Ты чего такая грустная?

– Я?.. – Валя подергала себя за ухо. – Да нет, все нормально вроде. Устала, наверное. Пойду курить. Ты со мной?

Алиса быстро огляделась по сторонам. Миши не было видно. Возможно, он у себя в кабинете, или ушел на встречу с клиентом. В любом случае, есть шанс быстро проскользнуть к лифту, а если двери откроются, и внутри будет именно Миша, то Алиса скажет, что просто разговаривала с Валей и уже собиралась на свое рабочее место.

Она не курила, нет. Уже давно. Но вся нерабочая жизнь банка протекала именно в курилке. Туда уходили поговорить, обменяться новостями, выпить кофе в приятной компании. Там рождались сплетни и выяснялись отношения. Там зрел флирт, там рождались коалиции и становилось понятно, кто, с кем и против кого дружит.

В лифте Миши не обнаружилось. Валя и Алиса благополучно спустились в подвал. Разумеется, первым, кого они там встретили, был Москвин.

– Анютина, привет, – сказал он, посмотрев на Валю с высоты своего двухметрового роста.

– Привет, Москвин, – отозвалась та, и впервые за все утро улыбнулась.

– О, рыжая пришла, – констатировал Москвин, заметив Алису. – Ты ж не куришь.

– Я с Валей, – пояснила Алиса.

– А, ну это все объясняет, – кивнул Москвин.

– Не смотри ему в глаза, – прошипела Валя, и отвела Алису в сторону. Та инстинктивно оглянулась. Москвин уже разговаривал с кем-то из коллег.

– Почему?..

– Парализует. Лишает воли. За этот взгляд можно все отдать.

Алиса снова посмотрела на Москвина. Леонид Владимирович, вспомнила она. Начальник управления. Высокий, статный. Длинноногий.

– Он гипнотизер, что ли? – спросила она. Валя пожала плечами, закуривая.

– Не знаю. На меня не действует, но девчонки говорят, что он может посмотреть так!..

– На тебя смотрел? – заинтересовалась Алиса.

– Да не знаю я, может, и смотрел, но я как-то не заметила.

– Женат?

– Вроде да. А может, и нет. Сейчас у него как минимум две любовницы, так что…

– Две?!

– Как минимум.

– Наверное, обаятельный, – с сомнением в голосе произнесла Алиса, снова обернувшись в ту сторону, откуда раздавался громкий смех. Вокруг Москвина уже собралось несколько человек. Он что-то рассказывал, жестикулируя рукой с сигаретой, и люди от души хохотали.

– Даже не думай. Твой Мишка узнает – будет кошмар.

Щеки Алисы покраснели, она моментально отвернулась. Валя уже потушила сигарету, когда Москвин снова оказался рядом с ними.

– Рыжий стажер, как дела? – спросил он, добродушно ткнув Алису в плечо. Алиса подняла голову.

Сначала она не прочитала в его зеленых глазах ничего, кроме формального интереса. Она продолжала смотреть. Не из любопытства, а потому, что оторвать взгляд было невозможно. Москвин слегка опустил веки, приглушив изумрудный блеск, лениво затянулся сигаретой. Алиса смотрела.

– Я не стажер, – вдруг сказал она. – Я давно уже эксперт.

– Батюшки святы, вот я опростоволосился, – усмехнулся Москвин. – Давно уже эксперт! Прощенья просим.

– И у меня сейчас важная встреча.

– Так не смею задерживать! – Он театрально поклонился, жестом приглашая дам пройти вперед.

Валя повела Алису к лифту. Та послушно следовала за подругой, чувствуя, что с ее ногами происходит что-то странное: они стали деревянными. Валя обернулась и показала Москвину кулак. Тот округлил глаза, похлопал длинными, загнутыми кверху ресницами цвета спелой пшеницы.

– Сволочь, – пробормотала Валя, удостоверившись, что он ее уже не слышит.

– Кто? – спросила Алиса, очнувшись.

– Не обращай внимания. – Валя поджала губы. – И не смотри на него больше.

– А я разве смотрела?..

Они вышли на втором этаже. Алиса быстрым шагом направилась к своему столу. Ей почти удалось незаметно добраться до компьютера, когда сзади бесшумно подошел Михаил.

– Что происходит? – ледяным тоном осведомился он. Алиса застыла на месте. – Почему ты не работаешь?

– Я разговаривала с Валей.

– Прекрасную компанию ты себе нашла, – язвительно ответил он. – Бездельница, танцовщица недоделанная, муж-алкаш, ребенок-идиот.

– Миш, она…

– Хватит. – Он сказал это тихо, но Алиса знала, что возражать нельзя. – Больше никаких Валь. Увижу тебя рядом с ней – уволю.

– Но мы работаем вместе…

– Звони ей по телефону, если тебе что-то нужно. Обедать будешь с другими людьми.

– С кем?.. – жалобно спросила Алиса.

– Я тебе сообщу. Все, работай. Как ты планируешь успеть все до конца дня? Тебе еще ужин готовить. Кстати…

Он осмотрел ее с ног до головы. Его карие глаза почернели.

– Что это за наряд?

– Мое платье, офисное, испачкано, – объяснила Алиса. – Валя на него пролила…

– Опять Валя, да? Ты все время прикрываешься этой Валей. Ты даже не можешь нормально одеться. Ты вообще ни на что не способна. Не понимаю, что я в тебе нашел.

Он развернулся, чтобы уйти, но остановился.

– Забыл сказать. Приехали наши кураторы из Австрии. Раньше, чем я ожидал. Мне поручено их сопровождать, но у меня командировка в Питер.

– Снова командировка?.. А что у нас в Питере?

– Клиент, – отрезал Миша. – Короче, с этими иностранцами пойдешь ты. И не смей никому говорить, поняла?

– А что мне с ними делать?! – перепугалась Алиса.

– Что хочешь. Лишь бы довольны были.

Алиса не поняла, что с ней случилось. Почему-то мысленно она снова смотрела в зеленые глаза Москвина.

– Даже переспать с ними, если захотят? – спросила она.

Михаил быстро оглянулся по сторонам, а потом сгреб ее волосы в кулак и заставил ее откинуть голову назад. Алиса застонала от боли.

– Стерва. Только вернись сегодня домой.

С силой дернув ее за волосы еще раз, он стремительным шагом вышел из кабинета. Алиса медленно опустилась в кресло. Ее трясло от обиды и боли. И от страха. Но если бы ее спросили, чего она боится, она бы сказала – потерять его.

Глава 2

Алекс уже успел пожалеть о том, что надел новый костюм. Мало того, что Марк скептически улыбнулся, так еще и Валя едва заметно приподняла бровь. Ну да, узкие брюки. Укороченные. Сейчас так модно!

Обидевшись на всех сразу, Алекс отправился курить. В подвале он моментально заметил Осю, пришлось прятаться. Скрыться можно было только за красной чертой – за лентой ограждения, которую протянули для того, чтобы нерадивые сотрудники банка не курили, где попало. Воровато оглянувшись, Алекс перешагнул через ленту и оказался в темной пустыне парковки. Его терзали смутные сомнения. С одной стороны, затаившись на парковке, он избегал неприятного диалога с Осей. С другой – на парковке никого не было, а курить в одиночестве Алекс не любил. Одиночество лишало перекур всякого смысла.

Побродив по парковке минут пять, Алекс решил, что Ося уже должен был уйти. Это же невозможно просто: человек получил новую должность, и совершенно изменился! Был свой в доску, а теперь на кривой козе не подъедешь. Или на горбатой?.. Нет, это горбатого могила исправит. Алекс запутался.

– Ну и чего полуночничаем?

Голос, раздавшийся из угла, заставил Алекса неприлично подпрыгнуть.

– Кто здесь? – прохрипел он. Потом поспешно откашлялся.

– Мальчики? Хорошо. И девочки? Отлично. И что же вы здесь делаете? – Москвин выдвинулся из тени и щелкнул зажигалкой. Неровное пламя осветило кудрявый завиток волос над его лбом. Алекс выдохнул.

– Какие еще девочки? – пробормотал он.

– Это из фильма, юный невежа, – сообщил Москвин. – Так что происходит?

– Ростислав достал, – пожаловался Алекс.

– А, наш новоиспеченный начальник по залогам.

– Директор!

– Директор дирекции, как мило, – лениво прокомментировал Москвин, затягиваясь. – Ну и чем он тебе не угодил? Хотя какая разница.

– Так неохота работать… – Алекс изобразил на лице искреннее страдание. Москвин скептически хмыкнул.

– У тебя машина есть?

– Есть, – растерялся Алекс.

– Это хорошо. Собирайся, поедем кататься по Москве.

– В каком смысле?!

– Да иностранцев покатать надо. Если я сяду за руль, то мне с ними пить нельзя. А придется.

– Каких иностранцев?..

Алекс побледнел. Он ненавидел водить машину. Никогда ничего хорошего из этого не получалось.

– Ну приехали там, сверху, эти. – Москвин ткнул пальцем в сторону потолка.

– А я при чем?..

– А ты предпочитаешь работать? Ну иди работай.

– Н-нет, я могу и того, покатать.

– Ну вот и катай тогда. Чего ерепенишься? Давай, через полчаса у шлагбаума.

Москвин ушел. Алекс побежал к машине. Потом спохватился и помчался к лифту. Потом сообразил, что сначала надо предупредить руководство.

Руководство в лице Марка сняло очки и посмотрело на своего сотрудника с явным изумлением.

– Какие иностранцы? При чем здесь ты?

– Ну, меня попросили, – покраснел Алекс.

– Кто попросил? – вкрадчиво осведомился Марк.

– Из рисков. Леонид Москвин.

– А, высокий такой, на кадры наезжал недавно, помнится.

– Почему? – заинтересовался Алекс.

– Кто-то из его сотрудников получил привлекательное предложение от другого банка, и Москвин пришел ругаться, чтобы его людям повысили зарплату.

– И как? Повысили?

Марк потянулся, вылез из-за стола и с чувством хрустнул суставами.

– Повысили.

– А ты не хочешь тоже пойти поругаться? – оживился Алекс.

– Ты меня достал со своими денежными вопросами, – сообщил Марк.

– Но мне правда не хватает…

– Иди уже, вози иностранцев. Не вляпайся только. Кстати, – Марк нахмурился, повертел в пальцах цветную скрепку. – Логинский должен тоже с ними ехать. Но я его сегодня не видел.

– Я его встретил в столовой. Черт, вот с Логинским ехать – это…

– Логинский сволочь, – кивнул Марк. – Но хороший менеджер. Организует все, как положено.

Алекс добежал до стихийной парковки на пустыре, раскинувшемся за офисом Объединенного Коммерческого банка. Май уже пытался вступить в свои права, но дожди успели изрядно размыть глину под ногами, и Алекс несколько раз поскользнулся, прежде чем достиг цели. С тоской оглядев слой грязи на блестящих ботинках, он завел машину и в установленное время уже пыхтел двигателем перед шлагбаумом.

Несколько минут ничего не происходило. Алекс занервничал. Было непонятно, можно ли выйти покурить, или надо продолжать ждать в салоне. Он проверил телефон. Похолодел, поняв, что у него нет номера Москвина. Начал было звонить Марку, но тут из банка вышла девушка. Алекс собрался. Он видел ее и раньше, знал, что она работает у Логинского, но ни разу с ней не общался. Девушка была прелестна: стройная фигура, длинные рыжие волосы, огромные серые глаза. Алекс не понимал только, почему она каждый день ходит на работу в одном и том же коричневом платье. Правда, сегодня она была одета в длинную синюю юбку и строгую белую блузку с воротником под горло. Прямо девятнадцатый век, со смесью удивления и восхищения подумал Алекс, и, забывшись, отпустил тормоз.

Ставить машину в режим «паркинг» он так и не привык, поэтому автомобиль довольно резво тронулся с места. Алекс в панике нащупал ногой первую попавшуюся педаль, перепутал газ с тормозом, машина ускорилась и в следующую секунду Алекс с ужасом увидел, как взметнулись в воздухе рыжие волосы, а потом услышал и стук тела о капот.

К счастью, педаль тормоза все-таки нашлась, Алекс заглушил машину, распахнул дверь и метнулся к девушке. Та уже поднималась с асфальта, нервно отряхивая юбку.

– П-простите, простите, пожалуйста! – слезно выкрикнул Алекс, практически напрыгнув на девушку. Та отскочила в сторону, испуганно кося взглядом на Алекса. – Я случайно! Я… я засмотрелся на вас!

На улице появился Москвин. Найдя взглядом машину Алекса, он небрежно кивнул, подошел ближе, открыл дверь девушке.

– Алексей, это Алиса, – представил он их друг другу. Девушка кивнула, села на заднее сидение.

– Не Алексей, а Александр, – поправил Алекс Москвина. Девушка едва заметно улыбнулась.

– Да хоть Аркадий, – отмахнулся Москвин. – Давай, нам в Мариотт за нашими гостями.

Алекс вел машину из рук вон плохо. За пятнадцать минут пути он дважды чуть не стал причиной аварии, и вконец разнервничался. Капля пота, проползшая по его лбу, осела на дужке модных очков.

– Господи ты боже ж мой, – пробормотал Москвин. Алекс насупился, пытаясь усилием воли остановить следующую каплю пота. – Все, Андрей, вылезай. Дальше я сам поведу.

– Но ты же хотел пить, – без особого усердия возразил Алекс.

– Ну и выпью. Потом, когда доедем до ресторана. Лучше я позже начну пить, чем буду наблюдать этот ужас.

Австрийцы ждали возле гостиницы. Оба широко улыбались.

– Бернхард, – представился тот, что постарше.

– Леонидас, – протянул руку тот, что помладше.

– О, Леонидас! – расплылся в улыбке Алекс и ткнул пальцем в Москвина. – А это Леонид!

– О да, одни имена, потрясающе! – воскликнул младший австриец.

– Вы говорите по-русски? – обрадовался Алекс.

– Я живу в Москва три года, – сообщил Младший. – Учить русский обязательно.

– Это прекрасно. – Москвин оценил габариты Старшего, потом посмотрел на машину. – Ладно, влезем. В тесноте, да не в обиде, да, Лёнь?

– Не в обиде?..

– Это русская поговорка, – жизнерадостно прокомментировал Алекс. – Ну что, поехали? Кто, кстати, сделал эту фразу исторической? «Поехали!»?

Старший австриец посмотрел на Москвина с иронической улыбкой. Москвин занес было руку, чтобы отвесить Алексу подзатыльник, но вовремя спохватился и сделал вид, что у него просто зачесалась голова.

– Предлагаю проследовать в автомобиль, – откашлявшись, сказал он.

Леонидас активно вертел головой и разглядывал весеннюю Москву. Ему все нравилось, он чувствовал себя покорителем русской столицы. Справа на Тверской он заметил шикарное здание дворцового типа.

– А чей это офис? – спросил он. – Наш банк должен иметь такой офис!

– Это не офис, это музей современной истории России, – ответил Москвин. – В советское время это был Музей Революции. А собственно до революции – Английский клуб.

– О, клуб в Москва для английские люди? – удивился Младший.

– Э-э… Нет, это клуб для мужчин, – начиная злиться, пояснил Лёня.

– Это стриптиз, да? – не унимался Младший.

– Нет. Карточные игры и мажорная тусовка…

– Мажорная… Это есть радостная, – понял Младший и временно замолчал. Но молчание его длилось недолго. – Один вопрос, Лёня. Тут много полос на асфальт. Белый, желтый полос. Как вы знаете, куда ехать? Странная… эээ…

– Странная разметка, – подсказал Москвин. – Белая – для машин, желтая – для танков.

– Танки?! – Лицо Младшего подозрительно позеленело. Старший старался не расхохотаться.

– Конечно. У нас же по Тверской, знаете ли, танков ездит больше, чем машин.

Леонидас вытянул шею, пытаясь разглядеть лицо Москвина в зеркале заднего вида.

– А что? – Москвин спокойно смотрел вперед. – Танки же шире обычных машин, вот для них и делают специальную разметку.

Алекс переглянулся с Алисой. Он искренне не понимал, зачем Москвин так шутит. Алиса вздохнула.

– Подготовка к параду на девятое мая, Александр, что вас смущает?

– А, парад! – Младший австриец облегченно откинулся на спинку сидения. Его явно отпустило.

За обедом неизбежно начали говорить о санкциях. Чтобы растопить лед в сердцах гостей, Москвин, пересилив себя, заказал белое вино и попросил официантку принести ведерко со льдом.

– Зачем? – нахмурилась официантка. – Это ж не водка.

– Иначе пить не будут, – мило улыбаясь, пояснил Москвин. Официантка пожала плечами с видом показного безразличия к причудам клиентов.

Но лед принесла. Австрийцы радостно выпили вина и благополучно вернулись к обсуждению геополитической обстановки. Через час Бернхард и Москвин уже делили Европу. Алиса завороженно наблюдала за их диалогом. Алекс не понял ни слова, но процесс захватил и его.

Посуду на столе расставили так, что композиция условно напоминала карту Европы. Принадлежность Финляндии, Беларуси, Украины и Польши вопросов у Бернхарда не вызвала.

– Греция, – обнаглел Лёня. Бернхард поморщился:

– Эти православные сонливые лодыри все равно бесполезны, кормите их сами.

На православной повестке Москвин попытался отжать и Сербию, однако получил решительный отпор:

– Это всегда было наше! – рявкнул Бернхард. Впрочем, уже через секунду, под воздействием белого вина, глаза его затуманились, он обнял Леню и всхлипнул:

– У нас с тобой была общая граница… Один выстрел какого-то серба – и все пропало!

– Но вы же попытались потом все вернуть обратно, – напомнил Лёня.

– При чем здесь мы?! – возмутился Бернхард. – Этот человек был у нас неудачливым художником. Его бездарные картинки никто не покупал. Он жил в венской ночлежке на подаяние. Мы даже не приняли его в художественную школу! Тогда он поехал в Германию, и эти люди выбрали его канцлером… Что можно после этого сказать о немцах?!

– Хорошо, а зачем же немцы к нам-то полезли?

– Ну… им нужны были ресурсы, чтобы воевать с Англией.

– А купить их они не пробовали?

– Они думали, прокатит.

– А ты хоть представляешь себе, что именно вы хотели захватить? Ты знаешь, насколько Россия – основная ее часть – отличается от того, что ты видишь в московских ресторанах и гостиницах?..

– Чем Россия отличаться? – заинтересованно спросил Леонидас. – Если в Россия все плохо, то мы должны счательно… шательно…

– Тщательно, – подсказал Бернхард.

– Тшательно! Тшательно считать. – Леонидас устал от концентрации шипящих звуков в русском языке и с удовольствием выпил еще бокал. – Считать резерв. Много резерв, потому что российские клиенты страдать от санкции.

– Ну не так уж они и страдают, – пожал плечами Москвин. – Алиса, подскажи товарищам – твои клиенты пострадали от санкций?

– Мои клиенты?.. – Алиса покраснела. – Н-нет, не то чтобы… У нас наоборот… Растет экспорт…

– Вот! Видите? Экспорт растет. И что же экспортируют твои клиенты?

– Они металлурги, – сказала Алиса. – Например, вот один завод сейчас, из Энска, как раз заключил новый крупный контракт…

– Крупный контракт? – оживился Младший. – Энск – это далеко? Это та самая Россия?

– Та самая, – подтвердил Москвин. – И Энск – это далеко.

– Как до Китая раком, – вырвалось у Алекса. – Как на кудыкину гору! – Он не пил, был зол, и абсолютно не хотел снова садиться за руль. Кроме того, Энск рождал в его голове совершенно нехорошие ассоциации.

– О! Какой выражение! – Леонидас снова выпил. – Надо запоминать!

– Вы бы туда еще съездили, – съязвил Алекс. Москвин посмотрел на него косо, но было уже поздно.

– Ездить на кудыкин гора! – Леонидас еще выпил. – Это мысль!

Бернхард произнес что-то предупреждающее на немецком. Москвин откашлялся.

– Лёнь, не надо ездить в Энск. Туда лететь почти шесть часов на самолете, и там совершенно не интересно. Лучше давайте сгоняем в Ростов Великий или в Суздаль, если ты хочешь посмотреть что-то, кроме Москвы.

– Нет! Мы полететь в Энск, – сообщил Леонидас, и отправил в рот соленый огурец. – Мы смотреть завод.

– Как… смотреть завод?! – Алиса побледнела.

– Лёнь, это не самая удачная идея…

– Лёня, я лететь в кудыкин гора, – нетрезво расхохотался Леонидас. Бернхард изобразил что-то вроде успокаивающего жеста.

– Разберемся, – сказал он Москвину. – Лучше подскажите, что за рыбу нам принесли? Выглядит очень аппетитно.