Аферисты из Инстаграм

Катя

После всей этой мальдивской эпопеи я думала, что меня уже ничем не удивить. Ну правда – после блогера, манипулятора и «принца без верблюда» ожидания от мужчин у меня снизились примерно до уровня «лишь бы не позвал в сторис».

Юля, конечно, тоже не отставала – мы теперь обе жили в каком-то ситкоме. Она клянётся, что у них с ним ничего не было. И я ей верю – потому что, если бы было, она бы уже рассказала всё в деталях, с таймингами и скриншотами. Но! Он пытался развести её на… часы Cartier. Да-да, те самые, которые, кажется, стали обязательным аксессуаром в пакете «успешная жизнь за чужой счёт».

Ирония судьбы: у меня такие же. И это стало отдельным мемом – видимо, все «эскортники», независимо от пола, ходят по жизни в одинаковых Cartier.

Я, конечно, снова пытаюсь оправдать Д. Мол, ну что такого? Может, его просто позвали отдохнуть, ну полетел, не отказался. Не всем же сразу диагноз «альфонс».

А потом думаю: ладно, допустим, отдых. Но зачем просить часы? И вот уже где-то внутри меня снова включается этот внутренний монолог:

«А может, он просто тупо экономный?»

«А может, экспериментирует с социальной иерархией?»

«А может, ему реально нравятся Cartier?»

Пока я там философствовала, он снова появился в моём Instagram. Писал, лайкал, отвечал на сторис. И я, конечно, снова повелась – думаю, может, всё не так плохо, может, человек просто… ну, слегка заблудился в пространстве между манипуляциями и самообманом.

Мы начали обсуждать планы на Новый год.

Он пишет:

– Я бы хотел в горы.

– В какие?

– Да хоть в Грузию.

Ну, думаю, Грузия – не худший вариант. Там красиво, вкусно, недорого. А главное – без российских реалий и без визовых танцев.

Мы уже даже смотрели отели, представляли, как будем пить глинтвейн под ёлкой и смеяться над тем, как всё странно началось, но тут начинается самое интересное.

За пару дней до бронирования он вдруг начинает сомневаться:

– А вдруг нам там будет некомфортно?

– В смысле?

– Ну, типа… если поругаемся, куда мы там убежим? В горах же.

Я чуть не поперхнулась кофе. Вот она – проекция в чистом виде. Я уже знала, что на Мальдивах он несколько раз «угрожал» Юле, что уедет. Смешно, если честно. Особенно, когда ты на острове. Куда он там собрался уехать? В океан вплавь?

Меня это моментально триггернуло.

И я ему говорю:

– Слушай, если ты уже заранее предполагаешь ссору, то, может, и ехать не стоит.

И на этом наш «горный Новый год» закончился, не начавшись.

После того как «горный Новый год» рухнул быстрее, чем курс рубля, я решила: всё, баста. Никаких экспериментов, никаких «А вдруг он изменился». План простой – Дубай, солнце, друзья, шампанское и ни одного драматичного мужчины на горизонте.

Но, как это обычно бывает, жизнь решила, что без нового персонажа в моём сериале скучно.

За неделю до вылета я прилетела в Москву – закрыть дела, повидаться с подругами и морально подготовиться к фейерверкам. И тут – бац! – в директ падает сообщение. После всей этой мальдивской эпопеи я решила, что, пожалуй, заслужила передышку. Хоть чуть-чуть. Хоть пару недель без мужских фокусов и странных переписок, где тебя одновременно «любят» и «манипулируют толпой». Но, как обычно, стоило мне подумать «Всё, баста, отдых», – на горизонте появился новый персонаж, как из трейлера к очередному реалити-шоу: «Он молодой, амбициозный и очень хочет коллаборацию…»

Звали его С. Или, как я позже его называла про себя, – мистер С. Он написал в Instagram, что, мол, «Давно хотел сделать совместный пост», и предложил «объединить аудитории». Я подумала: «О, хоть один честно сказал, что ему от меня нужно – охваты!»

Но чем дальше – тем интереснее.

Уже через пару сообщений он перешёл к «деловой части»:

– А где ты живёшь? Можно у тебя поснимать?

– Кидаю референсы, чтобы ты поняла настроение контента.

И вот тут я поняла, что настроение – максимально откровенное. В референсах девушки в белье, позы из разряда «Поздравь меня, я подарок».

А кульминацией стал рилс, где парень лежит на девушке, нежно касаясь подбородком её копчика. И подпись: «Это – про доверие».

Он написал: «Слушай, мы можем снять такой же, но в большей эстетике».

Я сидела с телефоном, пила кофе и думала, что мне, почти тридцатилетней женщине, предлагают лечь под незнакомого мужчину ради контента. Где-то на задворках Москвы. Ради «эстетики»… И что-то во мне треснуло от смеха.

Я ему ответила: «Спасибо, но я, пожалуй, уже вышла из возраста, когда нужно лежать под кем-то ради лайков».

Он, кстати, не сдался. Каждый день писал, шутил, пытался быть остроумным.

На пятый день выдал: «Я люблю ходить в Дымзавод, давай там отметим Новый год!»

Если бы кто-то вел хронику моего жизненного абсурда, этот момент точно попал бы в топ-5.

Дымзавод.

Новый год.

С человеком, который вчера присылал видео чужих поп.

Я посмотрела на сообщение, вздохнула и подумала: «Интересно, где я свернула не туда в жизни, что мне предлагают праздновать Новый год под «Лабутены» в кальянной?»

Когда мужчины путают Tinder и деловое сотрудничество.

После истории с Дымзаводом я окончательно поняла: видимо, Вселенная решила устроить мне кастинг на роль «главной героини мужского идиотизма»: каждый день в директе кто-то писал: «Ты такая мудрая, не хочешь кофе?» Или: «Я чувствую, что у нас энергетический коннект, я в “Жаровне”, приходи». Я уже начала думать, что Instagram стал новым «Голубым огоньком», только без ведущих – все пьяные, но каждый уверен, что несёт свет.

Мистер С. тем временем не сдавался. Он искренне верил, что если повторять «Дымзавод» трижды, я превращусь в его спутницу вечера. А когда я мягко ответила, что кальянная – не совсем мой вайб, он написал: «Ты просто не была там со мной».

Ох, если бы я получала по доллару за каждое «Ты просто не была там со мной» – у меня был бы собственный Дымзавод, только с хрустальными бокалами и входом по паспорту.

Я решила: всё. Мне нужен воздух. Не в смысле – на балкон, а в смысле – за границу.

К тому моменту я уже морально паковала чемодан и думала, где отметить Новый год, чтобы никто не пытался продать мне кальян под видом любви. Москва давила – этими лицами, фейерверками, фальшивыми «Начни жизнь с чистого листа».

Я знала: если останусь, то встречу Новый год с доставкой суши и рассылающими сердечки мужчинами из «запросов».

Чем ближе был Новый год, тем сильнее у меня складывалось ощущение, что Москва решила устроить кастинг «мужчина года: кто удивит тупостью».

Д. – в своём репертуаре: манипуляции, грусть, загадочные посты о «толпе».

С. – с кальяном и бельём.

Бывший, как всегда, где-то рядом, как новогодняя ёлка – вроде убрала, а иголки всё равно на полу.

И я поймала себя на мысли: «А ведь вся моя жизнь в этот момент выглядела как фраза из сторис – «Я не выбираю драмы, они сами покупают ко мне билеты».

Москва всегда умела меня держать в каком-то состоянии нервного гламура. Всё вроде красиво – пробки, рестораны, меха, встречи – но под этим вечно фонит лёгкое безумие. Город, где мужчины меряются часами и охватами, а девушки – тем, кто и что за них оплатил.

Когда я шла по Патрикам и видела этих вечно одинаковых «успешных», я понимала: нет, всё, хватит.

Хочу солнце, апельсиновый рассвет и шампанское без запаха вишнёвого табака. Хочу тишины – хотя бы внешней. Пусть внутри продолжает звучать моя любимая какофония из мыслей, цитат и саркастических комментариев.

В аэропорту я ловила себя на улыбке. Я как будто сбрасывала с себя московскую кожу – тяжёлую, дорогую, но липкую. С. всё ещё писал, предлагал «хотя бы встретиться перед отлётом». Я вежливо поблагодарила и сказала, что у меня другой маршрут. Он ответил смайликом и фразой: «Главное – не скучай».

Я чуть не рассмеялась. Если бы кто-то платил мне за скуку, я бы уже купила себе остров.

Самолёт взлетал, и Москва оставалась внизу – с огнями, дежурными иллюминациями и мужчинами, у которых вместо эмоций – фильтры. А я летела в свой Дубай – город, где даже проблемы выглядят красиво, где всё искрится, а люди делают вид, что не знают, что внутри каждого люкса живёт лёгкая пустота.

Но я знала, зачем лечу, – чтобы наконец поставить точку в одной истории, и, возможно, начать следующую. И пусть там будет меньше манипуляторов, больше солнца и немного правды – хотя бы с привкусом сарказма.

И тут Дубай снова позвал. Мой внутренний GPS автоматически настраивается на Emirates, когда на горизонте маячит хаос.

Я купила билет молча, даже не запостила сторис. Это было как побег от цирка, где клоуны слишком активно просят подписаться на их Telegram.

Мистер С., конечно, заметил – спросил:

– Ты улетаешь? Когда вернёшься?

Я ответила сухо:

– Когда закончится ретроградный мужской сезон.

Он не понял, но поставил огонёк.

Для него это, видимо, было что-то вроде «Удачи».

В самолёте я поймала себя на мысли, что снова бегу – но не от кого-то конкретно, а от паттерна, – тех же реплик, того же типа мужчин, того же ощущения «Сначала идеален, потом манипулирует, потом грустный пост в Instagram». И если честно, я устала быть в чужих сюжетах. Хотелось наконец написать свой.

Только я ещё не знала, что в Дубае меня уже ждёт продолжение. Новое. С ещё более нелепым сценарием. А старые герои – ну конечно же – снова дадут о себе знать. Потому что в моей жизни «бывшие» – это как push-уведомления: выключить невозможно.

Катя

По возвращению в Дубай я уже знала – впереди будет жёсткая неделя. Не тусовки, не свидания, а работа. Серьёзная, с людьми, у которых частные самолёты, а не абонемент в лаунж-зону. Владельцы авиалиний, одна большая семья – шестнадцать человек. Узбекистан, старшие, младшие, дети, бабушки, все со своими охранниками, стилистами и бесконечными чемоданами Louis Vuitton. Люди, у которых слово «дорого» не вызывает эмоций, потому что они давно перешли этот уровень игры.

Я решила, что если уж быть в гуще событий, то жить надо соответствующе.

Сняла номер в Atlantis The Royal, чтобы быть ближе к клиентам – и заодно к жизни.

Со мной поехал мой бывший парень – по старой памяти, как будто «просто вместе отпраздновать Новый год».

Ну да, конечно.

Он был какой-то странный – будто впал в зимнюю депрессию, хотя солнце, пальмы и декабрь +28. На столе шампанское, фрукты, а он сидит на балконе и говорит:

– Что-то вообще не празднично.

А я на него смотрю и думаю: «Тебе бы психотерапевта, а не меня».

Когда часы приближались к полуночи, я уже понимала – если сейчас не уйду, то просто потрачу Новый год зря. Написала Даше – моей подруге, у которой всегда всё красиво, шумно и с безлимитным депозитом. Она как раз была в Cloud 22, на крыше Атлантиса, с самой топовой кабаной и шампанским, которое стоит как половина квартиры на Патриках. Я собрала волосы, надела платье с разрезом до бедра, обула каблуки и вышла из номера – без сожалений.

И вот я стою посреди этой сумасшедшей красоты: огни, фейерверк над Пальмой, музыка, смех, фрукты, черная икра и Dom Pérignon льётся рекой. Мгновение – и я снова чувствую себя собой. Без всех этих «отношений», «ожиданий» и «разочарований». Просто я, город, огни и ощущение, что всё только начинается.

На следующее утро я проснулась с идеальным настроением и лёгким запахом шампанского на коже. Мой бывший всё ещё лежал, уткнувшись в подушку, а я уже пила кофе с видом на Пальму и отвечала клиентам.

Обычно я не сопровождаю клиентов лично, у меня для этого команда. Но в этот раз – другие правила. Эти люди были особенные. Я работала с ними 24/7 – от встреч до бронирований, от ресторанов до яхт. Они были невероятно вежливые, благородные и, что приятно, щедрые. В конце поездки они не просто отблагодарили – они сделали настоящий подарок.

Один из них сказал:

– Мы хотим сделать вам сюрприз.

И связался со своим терминалом бизнес-авиации. Через час мне прислали предложение: полет в новый люксовый резорт в Саудовской Аравии – Shebara.

Это как Мальдивы, только без блогеров и с персоналом, который дышит тише воды.

И как вы думаете, я отказалась? Конечно нет.

Я полетела. На частном джете. С новым парнем – ну, точнее, с попыткой парня.

План был красивый: белые пляжи, идеальный загар, романтика. Реальность оказалась чуть менее глянцевой. Скорее «Юля и Д. 2.0» – только без драмы, потому что у меня теперь была самоирония и прайс на эмоции.

И вот в тот самый момент, когда я лежала в шезлонге и думала, как выбраться из этого «райского» отдыха, внезапно – он…

Д.

Как будто почувствовал. Начал писать, спрашивать: «Как ты? Где ты? Какие планы?»

– Ах да, конечно, сейчас ему стало интересно, – подумала я. – Фото с частного джета, видимо, включили его кармический Wi‑Fi.

Катя

Есть у жизни странное чувство юмора: только ты решаешь начать всё с чистого листа – как она приносит тебе старый сценарий, просто с другой локацией. Тот же сюжет, только теперь вместо московской грязи – песок, вместо дождя – кондиционер на максималках, а вместо депрессии – роскошная апатия с видом на Бурж Халифу.

Я прилетела в Дубай вечером, когда город выглядел как декорация к фильму «Женщина, уставшая от всего». В такси пахло ладаном и Dior Homme, водитель включил «Arabic chill mix», и я поймала себя на мысли: вот бы и мозг можно было переключить в режим chill mix.

В телефоне – десятки непрочитанных сообщений: одни мужчины писали «Вернись, я всё осознал», другие – «Я в Дубае, кофе?», третий вообще предложил «Летим в КНР, Санья, у меня там друзья на мероприятии в Атлантисе». Я смотрела на всё это и думала: да, наверное, и планета крутится вокруг мужской неопределённости.

Я решила, что этот Новый год будет мой. Без обещаний, без манипуляций, без фраз «Ты просто не понимаешь, какой я глубинный».

Я вернулась в Дубай как домой – не в смысле «дом, где стены», а в смысле «место, где я снова становлюсь собой».

Город встретил жарой, сверкающими шоссе и той особой энергией, которую не спутаешь ни с чем. Здесь все куда-то спешат, все что-то доказывают, и только я решила впервые ничего не доказывать. Я включила кондиционер, поставила бокал шампанского на подоконник и просто смотрела, как солнце садится за Бурж-Халифу.

Телефон лежал рядом, и я клятвенно пообещала себе – не брать его. Ни ради бывшего, ни ради новых, ни ради старых. Но, как всегда, жизнь любит нас проверять на прочность.

Динг! Экран загорелся.

Имя, знакомое до боли – как песня, которую пыталась забыть, но всё равно помнишь каждый аккорд.

«Привет. Как ты?» Я рассмеялась. Громко, искренне, с тем самым облегчением, которое приходит, когда понимаешь – игра закончена. Но, зная себя, я тоже поняла: в моей жизни всегда найдётся место для новой партии. И где-то в Дубае – в тишине и блеске города, я подняла бокал и произнесла: «Добро пожаловать в 2025. Игра продолжается».

Возвращение Д., или Как не спутать реинкарнацию с рецидивом.

Я давно поняла одну простую вещь: мужчины, как модные коллекции – всегда возвращаются. Только если у Chanel это называется «архив», то у моих – «прошлое, которое не даёт покоя».

Прошёл почти месяц после Нового года. Я вернулась в привычный ритм – тренировки на рассвете, встречи клиентов на джетах, звонки с партнёрами из Лондона и бесконечные завтраки в Cipriani, где я ловила себя на мысли, что впервые за долгое время мне никого не не хватает. Это было роскошное чувство – эмоциональный детокс в прямом смысле.

И вот, когда мир наконец стал тихим, в него снова врывается он. Как уведомление, которое ты уже сто раз удаляла, но оно всё равно всплывает: «Привет, я тут подумал…»

Конечно, подумал.

У таких, как Д., мыслительный процесс включается обычно, когда их забыли.

Я смотрю на сообщение и улыбаюсь. Не потому что скучаю – просто смешно, как они все действуют по шаблону: сначала тишина, потом внезапное «осознание» и попытка вернуться с новой маской.

На этот раз он выглядел иначе – в сторис перестал играть роль идеального мужчины, выложил что-то философское, с цитатами про «осознанность» и «новое начало». Классика жанра. Когда у человека нет настоящей трансформации, он просто делает ребрендинг.

«Я понял, что ты особенная. Таких как ты не бывает».

Бывает, милый. Просто они не ведутся.

Я уже не злилась, не обижалась, не переживала. Во мне было ощущение уверенного превосходства, как у человека, который выучил сценарий наизусть и знает, чем закончится серия.

Я не отвечаю. Потому что иногда молчание громче любого «Нет». А иногда просто – лень снова включать этот сериал.

Дубай – это город, где даже ошибки выглядят красиво. Даже когда ты снова начинаешь переписываться с человеком, с которым клялась «никогда больше» – это не кажется провалом, если фон у тебя – закат над Palm Jumeirah.

Он писал нечасто, но метко. Те самые фразы, которые могут вывести из равновесия: «Увидел сегодня твой отель в сторис у друзей – дежавю». «В Дубае без тебя не то». «А ты помнишь наш ужин в Royal Atlantis?» Каждое его сообщение было как мини-спектакль. Не напрямую, не откровенно, но с таким расчётом, чтобы я сама додумала недосказанное. Классика жанра – «бросил крючок, наблюдает, клюнет ли рыбка».

Но рыбка уже была с опытом, и теперь плавала в других водах. Я не отвечала.

И в ответ он начал выкладывать сторис.

Типичные: бокал вина, солнце, рилс под грустный трек с подписью: «Когда отпускаешь, но не до конца».

Какой трогательный театр одного актёра. Я даже представила афишу: «Милый газлайтер. Постановка по мотивам реальных событий». В главной роли – человек, который искренне считает, что манипуляция = внимание.

Он как будто пытался вернуть меня не словами, а эмоциями. Но что-то внутри уже не реагировало. Раньше такие игры вызывали у меня бурю – тревогу, ревность, желание доказать. Теперь – просто лёгкую усталость и ироничную улыбку.

Однажды он выставил видео: сидит в той же кальянной, где мы были вместе.

Подпись: «Некоторые моменты невозможно повторить». А я как раз сидела в другом конце города, в компании друзей, и смеялась так, что по щекам текла тушь. Вот она, жизнь – когда совпадения перестают болеть, а начинают смешить.

Через несколько дней он снова был в Москве. Выставил фото с видом на заснеженную столицу и написал: «Иногда нужно уехать, чтобы понять, куда не хочешь возвращаться». И тут я уже не выдержала – ответила: «Главное, чтобы не к тем же людям». Он поставил смайлик. Без слов. Без попытки продолжить. Молчание – его любимая форма давления.

Но для меня это было освобождение. Я поняла, что не хочу больше быть участницей чужих психологических игр. Никаких «Угадай, что я чувствую». Никаких «Ты всё неправильно поняла». Я наконец почувствовала вкус покоя. Настоящего, не вымученного, не купленного билетами в другую страну.

Вечером я закрыла ноутбук, налила себе вино и написала Юле: «Кажется, я наконец отпустила». Она ответила эмодзи с аплодисментами. И вот тогда я поняла: все эти его «игры» – не от злобы, а от пустоты. Он не злодей. Он просто мальчик, который однажды поверил, что если изображать уверенного, то станешь им.

Жаль, что жизнь не подписывает такие роли по контракту.

Катя

Я не планировала писать книгу. Я вообще не планировала ничего – максимум просто пожить в тишине, без чатов, без рилсов, без фраз «Я не такой». Но когда слишком долго живёшь в режиме драмы, тишина становится подозрительно громкой.

Юля приехала ко мне с ноутбуком и бутылкой розе. Она сияла – как человек, который пережил шторм и теперь строит яхту.

– Всё, – сказала она, – пора. Мы должны это написать. Иначе эти истории просто останутся у нас в телефонах, как сторис, которые стыдно пересматривать.

– Или как бывших, которых стыдно тегать, – добавила я.

Мы сели за стол, открыли ноутбук, и я начала читать ей первые строки, написанные накануне ночью. Она слушала, кивала, что-то подчеркивала, и время от времени вставляла свои фирменные ремарки вроде: «О, вот это вставь, это убойно. Пусть читатели знают, как работает женская разведка».

Писать оказалось… приятно. Как будто я вытаскиваю из себя кусочки старых разговоров, обид, голосовых, сторис – и наконец превращаю их во что-то полезное.

– Знаешь, – сказала я, – может, это и есть настоящая терапия?

– Нет, – ответила Юля, – настоящая терапия – это когда ты больше не хочешь проверить, онлайн ли он.

Мы смеялись, а в воздухе стоял запах кофе и новых смыслов. Так начался наш новый сезон. Без фильтров, без страхов, без мужчин, от которых болит голова и не спится по ночам. Теперь у нас было дело. И это дело – мы сами.

Книга начала жить своей жизнью. Первые черновики лежали в ноутбуке, но ощущение было такое, будто они уже где-то там – в воздухе, шепчут людям в уши:

«Не будь как он. Не ведись на сторис с сигарой».

Мы с Юлей всё чаще обсуждали, как назвать главы, где вставить мемы, а где оставить чистую драму. И в какой-то момент это перестало быть просто проектом.

Это стало движением.

Однажды вечером, когда я сидела в кафе в Дубае и допивала ледяной матча-латте, на экран телефона выскочило уведомление: «Привет. Случайно наткнулся на твой текст. Это бомба. Давай снимем сериал?» Я перечитала. Дважды. Имя отправителя – знакомое. Нет, не он (слава всем богам контента). Другой – продюсер, с которым мы когда-то пересекались на мероприятии, где я клянусь – сбежала через 15 минут, потому что там было больше силикона, чем в отделе детских игрушек.

– Юль, – говорю, – у нас, кажется, Netflix на связи.

– Только не говори, что это опять бывший с новой аватаркой.

– Нет! На этот раз живой человек и даже с проектами.

Он прислал голосовое: «Ты не понимаешь, это готовый сценарий. Хочешь, я отправлю пилотный синопсис?»

И я вдруг поняла – да, хочу. Но не потому что мечтаю о сериале. А потому что теперь моя история перестала быть просто историей. Она стала материалом. Топливом. Новой валютой, которая дороже чем «Cartier», «Porsche» и даже «Где моя жена» из его рилсов.

* * *

Через пару дней у нас с Юлей был звонок с продюсером. Он начал расспрашивать, кто все эти герои, и можно ли «чуть приукрасить» сцену с Москвой.

– Приукрасить? – переспросила я. – Вы понимаете, это Москва, там уже всё приукрашено по умолчанию.

Мы смеялись, а потом я закрыла ноутбук и сказала:

– Знаешь, что самое ироничное, Юль?

– Что?

– Они все думали, что используют нас ради контента. А в итоге контент – это они.

* * *

И вот сидим мы с ней на балконе, над головой огни небоскрёбов, а я впервые за долгое время чувствую, что всё это было не зря. Все драмы, проверки, бывшие, сторис с пафосом – всё это не просто опыт, а материал для книги, которую когда-нибудь кто-то прочитает и скажет: «Боже, как будто про мою жизнь».

Катя

После Д. я зареклась: ни одного блогера, актёра, музыканта и, желательно, человека с подписчиками больше пяти тысяч. Но закон жанра гласит – стоит произнести «Никогда», и судьба уже роется в твоих сторис, выбирая, кого прислать на перевоспитание.

На этот раз – мистер С.

Мистер С. писал настойчиво, но с видом, будто делает мне одолжение. Типичный представитель столичных стратегов – вроде бы умный, вроде с амбициями, но стоит копнуть – и перед тобой человек, который строит жизненные планы с таким рвением, будто мы готовимся к совместному IPO, а не к неделе в Дубае.

Мы с ним несколько дней созванивались по видео – отрабатывали сценарий визита. Он уточнял, где жить, как доехать, сколько брать наличных и можно ли заказать трансфер «чтобы выглядело солидно, но не слишком дорого». То есть он хотел впечатлить меня, но желательно в рассрочку.

Я подумала: «Ладно, Д. был импульсивный романтик, а этот – продуманный бухгалтер. Разнообразие – тоже опыт».

День прилёта я даже поехала встретить его в аэропорт. В отличие от Д., который вылетел ко мне со скоростью сбитой чайки, С. явился с видом уставшего великомученика. Я заранее организовала для него Mercedes V-Class – ну вдруг он привык к уровню лакшери. Хотела создать ощущение гостеприимства, а вышло – как на деловой встрече: я в роли PR-менеджера, он – в роли вдохновителя с самоценой в долларах и амбициями в биткоинах.

Но вся помпезность оборвалась, когда он назвал свой отель. Дешёвый трёхзвёздочный в Марине. После Рояла и Палм Джумейры это звучало примерно так: «Добро пожаловать в мир где вай-фай ловит только у ресепшена, а вид из окна – на чужой балкон». Он пояснил, что «всё равно там только спать», и я подумала: да, с таким подходом точно «только спать».