- -
- 100%
- +
Красная жидкость стекала с моих дрожащих рук. Дорогой напиток смешался с моей кровью… Больно. Я зацепила ногой ещё одну бутылку и не успела поймать, она разбилась, порезав мне руки.
– Припёрся, блин… – выплюнул Макс сквозь зубы и вышел.
Я нервно оправила на себе одежду. Слава богу, ничего криминального Макс сделать не успел… Вадим вовремя нам помешал.
Я подняла глаза на него. Он окинул взглядом разбитую бутылку и протянул мне руку.
– Пойдём.
Я взялась за нее и на непослушных ногах вышла следом за ним.
Вадим отвёл меня к бару, усадил за стойку и налил чая.
– Ты как? – спросил он.
– Нор…Нормально. Сейчас успокоюсь, поеду домой…
– Правильно, – кивнул Вадим, а потом придвинулся ближе. – Не ходи сюда больше. По крайней мере, одна. Макс отморозок, он не остановился бы, если бы я не пошёл за напитком сам, так как ты запропастилась куда-то.
– Я уже поняла… – опустила я глаза. – Спасибо тебе.
Так неудобно было, что Вадим видел всю эту грязь, прекрасно понимал намерения Макса, но я была безумно благодарна ему, что он вовремя пришёл, и, я так думаю, готов был вмешаться, когда понял, что всё происходит без моего согласия.
– Да ладно уж, я…
Нас перебил Михаил, злой как чёрт, подлетевший к стойке.
– Вот овца, а… – выплюнул он мне в лицо. – Мало того, что ты меня обворовала, так ты ещё и две дорогие бутылки раскурочила. Ты хоть понимаешь, что у тебя и так проблем по самые гланды, так я тебе и эту бутылку в счёт включу? Допрыгалась?
– Я… Я не виновата! Меня толкнул Макс! – осмелилась высказаться я.
– Ах ты… – он грязно выругался. – Ты опять смеешь на моего сына рот открывать? А ну, иди сюда.
Он ухватил меня за шею и поволок на задний двор кафе, туда же, где находился служебный выход.
– Михаил Николаевич! – попытался вступиться за меня Вадим.
– А ну за бар, быстро! – рыкнул он на бармена. – Иначе вылетишь вслед за ней. А ты, дрянь криворукая, перебирай отсюда быстрее ногами.
Вадим остался стоять на месте. Я не могла его за это осудить.
Очень надеялась, что бить меня никто не станет…
Но Михаил не собирался ничего со мной делать, он лишь выволок меня на улицу.
– Ты уволена. Давай, проваливай отсюда. И помни, что бабки я долго ждать не буду. Сдам тебя в полицию, и делов.
– Вы не докажете ничего! Я не виновата.
– Слышь ты, девка! – Он снова ухватил меня за шею, притянул ближе к себе и выдохнул мне своё зловонное дыхание прямо в лицо.
– Пустите…
– Ты че такая борзая-то? Приструнить бы тебя, кобыла…. Я б тебя научил, как надо со старшими разговаривать.
Внезапно нас резко развели по сторонам. Архип… Но что он тут делает?
– Э, пацан, ты чё – офонарел?
– Руки убрал от неё.
– А ты кто такой? – сузил глаза мужчина.– Защитничек нарисовался. Тогда может, ты вернёшь мне всё, что она спёрла и испортила?
– Что вы от неё хотите? – холодно задал вопрос Архип, загораживая меня собой и вставая между мной и хозяином кафе.
– Денег мне она должна, – заявил он. – Целую кассу, выручку за неделю утащила, овца!
– Михаил Николаевич, я не брала ничего! – воскликнула я из-за спины Архипа. Теперь он тоже решит, что я воровка!
– А это ты будешь в полиции объяснять! – рыкнул он на меня, но нападать снова не осмелился. Архип был выше него и из-за своей комплекции смотрелся рядом с плюгавым мужиком горой. Но проблем плюгавому это устроить мне не помешает… – У меня есть доказательства – касса открывалась её электронным ключом… Посадят твою воровку.
– Сколько? – снова задал вопрос мой сегодняшний внезапный защитник.
– Много, юнец, много, – хмыкнул Михаил Николаевич. – Тебе папа на развлекушки столько не даст.
– Назови сумму.
– Ну, там в кассе было сто пятьдесят тысяч. И ещё сегодня она разбила дорогие бутылки. Одна стоила больше ста тысяч. Две укокошила. Итого – четыреста штук. Ну чё? Полицию вызываем?
– Не надо полиции, – спокойно ответил Архип. – Возьми часы. Они из Швейцарии. Настоящие, не подделка. Продашь их. Часть расходов покроет.
Он снял с запястья в самом деле дорогую на вид игрушку и протянул ее хозяину кафе. Тот лишь пренебрежительно посмотрел и отвернулся.
– Нет, пацан, – покачал он головой. – Заниматься торговлей на досках объявлений я не буду, да и в часах не разбираюсь. Вот продашь их сам и принесёшь, коли так хочешь за свою девку заплатить. Не достанет ее полиция – так достанут другие люди, и там вы уже часами не отделаетесь.
Теперь мне стало ещё страшнее. В это кафе часто приезжали отдыхать странные мужчины… Криминальной наружности.
– Хорошо, я сам продам, – сказал Архип. – Часть денег переведу сейчас. Идёт?
– Давай.
– Ну ладно, – хмыкнул хозяин кафе, после того как Архип перевёл ему часть денег прямо сейчас. – У вас ровно неделя, чтобы принести остальное, иначе я твою зазнобу сдам в полицию. Или… волкам.
– Я понял.
Мужчина ушёл, а я робко подняла глаза на Архипа. Кажется, я влипла, и он вряд ли найдёт такие деньги, чтобы меня спасти. Он ведь тоже пока что просто школьник, пусть и сын состоятельных родителей.
И кто такие волки? О ком говорил Михаил?
Мужчина ушёл, а мы остались стоять на заднем дворе кафе. Меня мелко трясло, знобило, словно зимняя стужа стояла, хотя, вообще-то, было не так уж и холодно.
– Кто такие волки? – спросила я его.
– Банда такая у нас в городе.
– А-а… Боже, что мне делать?
Я растерянно смотрела на своего спасителя, нервно заламывая руки. Куда же я влипла?
– Ворон кличка у хозяина этого кафе. Он среди бандитов известный. И кафе держит для своих дружков в основном – точнее, делится с ними.
– Да? Я… Я не знала.
– Весь город знает, и только одна Кристина к нам из леса вышла.
Я промолчала, опустила глаза на свои кроссовки.
И что теперь?
– Ну что, Снегурочка? – спросил он. – Я найду эти деньги. Больше ты ему ничего не должна.
Я шумно выдохнула.
– Теперь ты должна мне, – добавил Архип.
Он сомкнул на моей талии, привлекая меня ближе к себе. Пальцы теснее сжали ее.
Руки одноклассника сомкнулись на моей талии, привлекая меня ближе к себе. Пальцы теснее сжали ее.
Я не знала, что на это отвечать. Паника туманила мозг.
– Будешь делать то, что я скажу.
Я точно знаю, чего он хочет. И это погубит нас обоих…
1.
КРИСТИНА.
– Привет, – услышала я голос Архипа и обалдела.
Он со мной поздоровался? Мне не показалось?
Это ведь впервые с момента нашего такого странного знакомства.
– Привет… – ответила я, наблюдая, как он усаживается со мной за одну парту и достаёт учебник и тетради.
– Что ты так уставилась на меня? – повернулся парень, когда я уже непозволительно долго смотрела на него.
Я засмотрелась.
На Ветрова.
Кристина, что с тобой?!
– У меня сегодня уши не в том месте расположены? – изогнул он бровь.
– Они у тебя и без того не там где надо, – фыркнула я.
– Да что вы говорите? Так ты проводила сравнение между моими ушами вчера и сегодня?
– Почти.
– Осторожнее, – усмехнулся он. – Я могу решить, что ты не меня безбожно пялилась!
– Что делала? – округлила я глаза.
– Пялилась! – повторил Архип.
Блин, да – пялилась! Оно и есть. Но буду сейчас врать до последнего. Не хватало ещё, чтобы Ветров догадался, что я думаю о нём чаще, чем хотелось бы.
– Значит, я тебе нравлюсь, Снегурочка, – добавил он и кинул выразительный взгляд на меня.
Меня словно окатило ледяной водой.
Нравишься.
Чёрт, только сейчас это действительно осознала.
Или вчерашний разговор с Ольгой повлиял на меня.
Но он не должен об этом знать.
– Да держи карман шире! – отбила я, взяв себя в руки. – Ты просто поздоровался со мной, чего раньше не делал.
– Ну извини, – отозвался он, списывая задание с учебника в тетрадь. – Больше не буду.
Я невольно улыбнулась.
Сегодня словно что-то изменилось.
Архип со мной шутил.
Всегда висящее между нами напряжение сегодня было не столь заметным, мне было намного легче с ним общаться и находиться рядом.
Это было так странно. Разговаривать с этим парнем так, словно мы друзья, я не привыкла. Но в данном случае худой мир мне нравится больше, чем добрая война.
– И не надо, – пожала я плечами. – Нормально же не общались, чего ты начинаешь?
Теперь ухмыльнулся уже Ветров.
Наши пикировки ему явно по душе.
Конечно, ведь другие девчонки, в том числе, его дражайшая Дина готовы облизывать его белые кроссовки, и только одна я не готова признавать его идолом и поклоняться.
Я одна с ним разговариваю на равных.
И я точно знаю, что его это во мне настолько же сильно раздражает, насколько и нравится.
– Я тебя спутал.
– Спутал? С кем? – посмотрела я на него.
Скажет, что с Динкой – завяжу узлом самое бесценное.
Язык, конечно же…
– Ты просто сегодня явно не выспалась и на Питерского похожа. Вот с ним и спутал. Он когда не выспится, тоже такой помятый, и глаза как у китайца. Ай!
Он откровенно заржал, получив по башке моим увесистым школьным дневником в твёрдой обложке.
– Ветров и Кристина! – одернула нас учитель химии. – Что у вас там происходит? Вы уже решили задание?
– Нет, – ответил Архип.
– Да, – в унисон с ним сказала я.
– Тогда помогите соседу решить эту задачу, чтобы он не отставал от класса. Соблюдайте тишину.
Я победно глянула на Ветрова. В его тетради действительно решение не продвинулось дальше условий задачи. А у меня уже красивым почерком был выведен ответ. Который я закрыла рукой, как и половину решения.
Это я в математике не специалист, а химию люблю и уважаю, и наблюдать за Архипом, который косится в мою тетрадь, не зная, как решить уравнение с элементами, было откровенно забавно.
Настал мой час, малыш.
Бумерангом тебе по ж…
По жёстким волосам!
– Ты правда все решила? – с недоверием спросил меня одноклассник, пытаясь безуспешно списать.
– Ты собрался списывать у тупой? – изогнула я одну бровь, так и не убирая рук с такой сейчас нужной для него информации.
– Я разве так говорил?
– Говорил, говорил.
– Я был не прав. Ты богиня химии, Кристина! Дай списать, а?
– Готов даже извиниться?
– Да, извини! – ответил он. – Дай скатаю.
– Я тебе дам списать, а ты не будешь орать на меня на нашем с тобой вынужденном третьем занятии алгеброй, – поставила я условие.
Надо же хоть что-то взять за использование моих мозгов, которые, как сегодня выяснилось по счастливой случайности, у меня-таки имелись.
– Я и не собирался на тебя орать, – отмахнулся Архип, сосредоточенно сопя и переписывая решение из моей тетради.
– Да правда, что ли? – усмехнулась я. – А мне казалось, что у тебя это уже в норму вошло. Как меня видишь – так сразу орать охота!
– Я не буду на тебя орать и звать глупой, – заверил меня Ветров. – Потому что ты и в самом деле не глупая. Я бы это грёбаное уравнение ни в жизнь бы не решил.
– То-то же… – хмыкнула я, убирая руки, чтобы он мог списать до конца.
Едва он положил ручку на стол, учитель обратилась именно к нему.
– Покажите мне, Ветров, что вы там нарешали. Точнее, насписывали из тетради Кристины.
Архип вышел из-за парты и направился к учительскому столу со своей тетрадью. Учитель посмотрела её и подняла глаза на него.
– Верно. Отличное решение задачи, – сказала она. Архип начал самодовольно улыбаться, однако дальнейшие слова Ирины Викторовны сбили его спесь. – Жаль, что оно не ваше.
– Почему не моё?
– Потому что вы мастер спорта по списываю из тетради соседа, – ответила она ему и по классу послышались смешки. – Решение ведь не ваше. Ставлю Кристине – «отлично», а вам – «два»!
– Как «два»? – возмутился Ветров. – Решение ведь есть в тетради, и оно верное.
– А мне нужно, чтобы решение было не только верным, но и сгенерированным именно вашей головой, а не головой соседки по парте.
На моих губах так и играла ядовитая усмешка, триумфальная прямо. Ничего не получалось с собой поделать. Архип недружелюбно поглядывал на меня, а мне с этого становилось ещё веселее – не одной же только мне выглядеть Иванушкой-Дурачком. Тут вот ещё Архипушек из той же серии подвезли…
– Я думаю, вам стоит сосредоточиться на химии плотнее, – продолжила говорить Ирина Викторовна. – Несколько занятий вам помогут подтянуть предмет, я знаю, что вы способный парень и у вас светлая голова. Кристина!
Я едва не подпрыгнула на месте, когда она довольно громко назвала мое имя, так грубо вырвав из эйфории.
– Да, – встала я со своего места.
– Окажите милость – проведите несколько занятий с вашим соседом по парте. Скажем, три. Раз уж вы всё так блестяще решили и понимаете предмет, я думаю, что вам не составит труда подтянуть знания вашего одноклассника.
В классе повисло молчание.
Мы с Архипом недовольно смотрели друг на друга.
Опять занятия?
Мы ещё от алгебры никак не отойдём, как нам подкинула злодейка-судьба новое испытание наедине друг с другом.
– Вот это поворот, – присвистнул друг Архипа Питерский, которого мне сейчас очень захотелось отмутузить по голове рюкзаком – чтоб уже замолчал и не влезал со своими шуточками, когда не просят! – Я не уверен, что они оба выживут.
___
– Прекратили болтовню! – одёрнула всех учитель. – Садитесь на место. Через четыре урока химии я вызову к доске вас, Ветров. Вы должны знать материал.
Архип дошёл до своего места и сел рядом. Синие глаза остановились на мне.
– Ну что, Снегурочка? – тихо спросил он. – Никак мы с тобой не расстанемся?
– Очень жаль, – вздохнула я. – Так надеялась, что сегодняшний урок алгебры станет заключительным.
– Да и я тоже, – вздохнул Ветров. – Но, очевидно, нам предстоит пережить ещё несколько занятий химией?
– Видимо… Хотя. Бы провела это время с куда большей пользой.
– Да и я бы нашёл чем заняться вместо тебя, – отбил он. – Как считаешь – два-три занятия достаточно будет?
– Зависит от того, насколько ты Балда, – припомнила я ему обидное прозвище, которым он награждал меня вчера аж несколько раз.
– Я всё быстро пойму, – вскинул он подбородок. – Главное, чтобы мой учитель не тупил также, как на математике…
– С твоим учителем всё будет в полном порядке!
– Посмотрим.
– Вот посмотрим.
– Ветров, ну в чем опять дело у вас? – призвала нас к порядку Ирина Викторовна. – Ещё звук от вас будет – рассажу.
– Да я и не против… – буркнул Архип.
– Я тоже, – добавила я.
– Вот с пересаживаниями разберитесь, пожалуйста, сами, – ответила учитель. – Взрослые уже. Не хотите вместе сидеть – пересядьте на следующем уроке.
– А можно? – спросил мой сосед по парте, уже бывший, кажется.
– Можно, конечно, – сказала Ирина Викторовна. – Вы же не сиамские близнецы.
Все продолжили разбор темы сегодняшнего занятия.
– Вот я и избавился от тебя, Снегурочка, – тихо сказал мне Архип.
– Я от тебя, – улыбнулась я ему словно змея.
Вот и отлично! Хоть на уроках не будет мне нервы трепать.
Однако пережить ещё одно персональное занятие алгеброй и как минимум три по химии нам всё же придётся. Оставалось лишь надеяться, что кому-то из других учителей-предметников не придёт в голову заставлять нас подтягивать друг друга в парном танце до конца учебного года…
***
На следующем уроке мы действительно попытались поменять соседей по парте, но как назло учеников в классе было четное количество, и сесть просто не к кому было – места заняты.
Точнее, я пришла в класс литературы и русского языка первее Ветрова и спокойно заняла своё привычное место. А если он хочет сесть где-то ещё, то пусть сам договаривается с одноклассниками, ну или найдёт себе где-то ещё одну парту. Впрочем, он настолько не выносит меня, что я бы не удивилась, если бы он вошёл в класс с новой партой подмышкой…
Но другой парты Архип не раздобыл, а потому просто решил уговорить Питерского отдать Катю мне, а он бы сел с другом. Но в вопросах Романовой Питерский слишком ревнив и бы не готов уступить никому свою обожаемую Рыжую, даже мне.
Уговаривать кого-то другого пересесть времени не осталось – прозвенел звонок. С прискорбным видом на лице Ветров сел на единственное свободное место – со мной.
– Ты прямо бумеранг, – хмыкнула я. – Всё время возвращаешься.
– А ты прямо как проклятие, – парировал он. – От тебя невозможно избавиться.
До конца дня наше общение так и происходило в подобном русле, я даже начала к этому вполне привыкать. Мне нравилось списывать у него алгебру, а он у меня скатывал химию и русский язык. Довольно выгодное взаимосотрудничество. Даже жаль, что Ветров такой придурок…
И что его будущее уже предрешено.
В нём нет места мне…
Таким людям, как я, не его круга, без манкер с пелёнок и с лучшим образованием, никогда нет места в жизни таких, как он.
Конечно, Дина ему подходит куда больше, и рано или поздно ни помирятся, поженятся после школы, а их отцы наконец объединят капиталы.
А над такими, как я, они лишь насмехаются.
Мне стоит об этом помнить, пока я окончательно не поплыла от запаха его туалетной воды и тепла, которое я ощущала, ведь он сидел так близко ко мне.
Сладкая пытка. Соблазн. Так и хочется просто наслаждаться его обществом и падать в этом омут с головой всё глубже.
Но нет, нельзя. Иначе сердце глупой, не представляющей никакой ценности для Архипа и его окружения, Кристины будет разбито в дребезги.
Я буду той самой Русалочкой, что полюбила не того, отдала всю себя не тому, и от боли и предательства превратилась в морскую пену.
Или не буду. Если смогу взять себя в руки.
– Ну, встретимся за углом дома через квартал от лицея, – обратился ко мне Архип, даже не догадываясь о моих мыслях о нём, и что на самом деле его чувства взаимны… – Через полчаса. Хочу пообедать.
– Да, хорошо, – ответила я и мы разошлись в разные стороны.
– Катюнь, а у тебя факультатива сегодня нет случайно? – спросила я Романову, которая тоже собирала вещи в рюкзачок.
– Есть, а что? – подняла она голову на меня. – У нас снова дополнительное занятие по словесности.
– Тогда приглашаю тебя на обед в наш супер-ресторан!
– Какой ресторан? – не поняла Катя.
– Столовая, – ответила я и под смех мы вышли вдвоем из класса.
***
– Ну, что там у вас? – спросила Катя, оглядываясь на парней, что сидели неподалёку от нас.
Архипу тоже хотелось пообедать перед нашим занятием, ну а Питерский был верен себе – следовал за Катей по пятам.
– А что у нас? – пожала я плечами.
– Между вам точно что-то изменилось, – пояснила Романова.
– Разве? – снова пожала я плечами, словно равнодушно. Кате я доверяла, но я не хотела открывать свои истинные чувства даже ей. Мне было стыдно в этом признаться… Я сама миллион раз звала его тупоголовым мажором и придурком без моралей, а потом с треском влюбилась в него же!
Это фиаско, братан!
Как в таком признаться?
Нет уж, буду открещиваться до победного.
Ничего у нас нет и быть не может.
А если и зародится – Дина быстро разберётся в этом вопросе, и я останусь без ушей. И не я одна не досчитаюсь важных частей тела после разборок с его бывшей девушкой, которая таковой себя признавать отказывается.
– Видно же, – сказала мне Катя, и я даже забыла дальше жевать, так и застыла с ложкой супа в руке. – Вы смотрите друг на друга иначе, хихикаете там что-то… Вот я и спросила – помирились, что ли?
– Да мы и не ссорились, – ответила я, положив ложку в тарелку. – Просто изначально не понравились друг другу, и всё.
– А мне кажется, наоборот, – улыбнулась Катя, сканирую меня взглядом. – Как раз очень даже понравились! И из-за этого весь сыр-бор.
Я только и вздохнула в ответ.
Ох, Катя!
Какая же ты прозорливая, когда не надо.
Ты бы лучше заметила щенячий взгляд, полный нежности, от Питерского…
– Это неважно, – сказала я. – Кто кому нравится или нет. Из нас семейка Дины и Архипа сделают отбивную, если поймут, что между нами что-то происходит. Самое разумное – сделать так, чтобы ничего не происходило.
– Грустно, – вздохнула Романова. – Мне кажется ваша взаимная симпатия настоящая. Могли бы стать друзьями.
– Друзьями? С Ветровым? – усмехнулась я. Даже в самых смелых фантазиях в жанре фентези я не могла себе такого представить. – Ты сама прекрасно знаешь, как эти люди относятся к таким, как мы с тобой.
– О да, – кивнула Рыжик. – На меня саму не так давно милые одноклассники «фукать» перестали. Особенно эта – Инга. Звезда наша…
– Ну что же, – улыбнулась я ей. – Нас теперь двое, будем сами на них «фукать».
Катя рассмеялась колокольчиком, а ребята обернулись на нас.
– Так, ладно, пора заканчивать болтать, – обратилась я к ней. – Меня ждёт прекрасное времяпровождение в компании «друга» Архипа.
– Удачи!
– И вам с Питерским не хворать!
2.
На углу дома в соседнем квартале я дождалась машину Архипа.
– Прикольная песня, – отметила я, удобно разместившись в салоне.
– Да, нормальная.
– Тебе такое нравится?
– Ну раз песня оказалась в моем плейлисте, то нравится, видимо.
– И мне нравится. Я недавно ее себе тоже скачала.
– Хочешь сказать, что в нас схожий музыкальный вкус? – спросил он, выезжая на шоссе.
– Узнаешь, когда включится следующий трек!
– Каким образом?
– Если кровь из ушей не пошла у меня, а глаза не закатились – то вкус у нас схожий!
– Придётся такую инвалидку мне выкинуть посреди дороги… – заявил он, даже не улыбнувшись. – Мало того, что ей не понравится моя музыка, так она мне ещё и салон испачкает.
Я же все равно тихонько улыбнулась. Архип шутит, это намного лучше, чем хмурое лицо и рычание.
Я оглядела салон.
Эта машина не такая красивая, как та чёрная, в которую я умудрилась врезаться однажды на велосипеде, но тоже красивая. Хотя больше женская, что ли…
– А где твоя чёрная машина? – спросила я. – Неужели подал?
– Нет, – ответил парень. – Сломана.
– А эта чья?
– Матери, – он глянул на меня так, что захотелось срочно вжаться в сиденье…– Может, хватит уже вопросов? Ты отвлекаешь меня от дороги.
– Извини, – умолкла я и стала смотреть в окно.
––
В кафе мы заняли уже полюбившийся столик в самом тихом и темном уголке.
Разложили тетради и приступили к работе. Она шла на редкость слаженно – эту тему я все же усвоила.
– Ну, молодчина, – сказал Архип. – Всё решила сама, даже моя помощь не понадобилась.
– А ты был уверен, что я глупая, – вздёрнула я подбородок.
– Ну окей, беру свои слова обратно – ты не глупая, – ответил он. – Ты все довольно быстро ухватила.
– У меня был хороший учитель, – тихо сказала я, вглядываясь в него. Просто хотелось смотреть в эти синие глаза вечность.
– Да брось ты, – смутился он. Архип, который смущается – нечто удивительное! – Если погонять, как мы с тобой, одну и ту же тему, то любой уже бы в конце концов понял как решать эти уравнения.
– Нет, ты правда хорошо объясняешь. Когда не орешь, – хихикнула я на последней фразе. – Эти уроки были на такими уж и бестолковыми. Я не так плохо провела время.
– Серьёзно? – спросил он, словно мне был смысл лгать.
Я говорила искренне. Мне действительно было комфортно и даже порой весело с ним рядом в последние наши два занятия. А третье вообще больше походило на свидание… Мы смеялись, шутили и съели по порции клубничного мороженого. Даже жаль расставаться…
Но я все ещё помнила кто я и кто он. И это все перечёркивало.
Но мы не выбираем, кем родиться.
– Давай подвезу тебя сегодня? – предложил он, когда мы сложили театралки по рюкзакам, и сегодня это предложение у меня не вызвало отторжения. Мне хотелось ещё раз прокатится с ним по городу и послушать ту песню.
– Ладно, – кивнула я. – Только до дома не вези… Сам знаешь, почему.
– Я понимаю, – кивнул он и я прочла по синим глазам, что Архип понимает меня на самом деле без слов.
Мы вышли с ним на улицу, он даже придержал мне дверь – о, чудо, в нем проснулся джентльмен! Заняли свои места и отправились в путь. Архип в самом деле снова включил эту песню, которая навсегда останется в моей памяти и будет ассоциироваться с ним, тем, кто станет моей самой большой болью в жизни. Но пока я об этом ничего не знала и просто наслаждалась поездкой.
С ума сойти!
Мне доставляет удовольствие проводить время с этим индюком, мажором и как бы придурком. Хотя, узнав его ближе, я уже изменила своё мнение о нем. Он начал мне нравится, и это очень плохо.