Должница миллионера

Меня зовут Аня.

Мне двадцать четыре, я работаю в театре современной драмы.

Профессия хорошая, высокодуховная. Жаль, платят за выворачивание души крайне мало. Но изменить своей страсти, пока единственной в жизни, я уже не смогу. Поэтому выкручиваемся с коллегой и подругой Алькой как можем – подрабатываем вечерами аниматорами.

Я не жалуюсь, хотя бывает порой несладко той, что живёт своим умом и силами. У меня есть своя квартира, доставшаяся от родителей, которых, к сожалению, уже нет рядом. Да, маленькая однушка, да ещё и малометражка – но всё же. И на такую не скопить с нашими зарплатами.

Я – поздний и желанный ребенок. Маме было уже почти сорок, когда она родила меня, а папе сорок пять. Они любили друг друга всю свою жизнь, ещё со времён студенчества, но забеременеть долго не получалось. Только под закат молодости Бог подарил им меня. Мне только двадцать четыре, а я уже проводила обоих дорогих людей в последний путь. Но что делать, это жизнь.

Я симпатичная блондинка, которой, впрочем, не везёт в любви. Ну как – не везёт. Просто мужчины не видят моих мозгов и тем более души за тем, что подарила мне природа. Они скептически относятся к блондинке с пышной грудью, а я просто отвечаю им взаимностью.

Мои отношения с мужчинами складываются непросто. Мне крайне сложно с кем-то ужиться из-за вспыльчивого характера. К тому же уже почти пять лет я иду по жизни совсем одна, а это не может не сказаться на характере. Самый близкий для меня человек сейчас – это моя подруга Аля. Мы работаем вместе уже несколько лет. Она начала работать здесь ещё студенткой, а я пришла сразу после получения диплома на практику и осталась. Аля – очень хорошая подруга, нежная девочка. Даже мне хочется её опекать, будто ребёнка, хотя она ненамного младше меня.

Недавно она рассталась с парнем Женей. Я прямолинейна и честно ей сказала – я рада. Не нужен он ей. Женька – любитель халявы и манны небесной. Как пиявка присосался к Альке, которая по доброте душевной его тащила на своём горбу. Лично мне всегда хотелось прописать ему по полной программе! Но разве объяснишь что-то влюблённой молодой девчонке, у которой это первый в жизни парень? Да ещё и учились вместе, она на него со стороны даже посмотреть не может адекватно – так привыкла к нему.

И вот теперь этот горе-гитарист просто изменил ей, после чего она, несмотря на свою покладистость, выгнала его к чертям среди ночи. Аля – мягкая, но терпеть всё на свете не станет. Глаза наконец-то открылись. Жестокое отрезвление, но уроки жизни всегда стоят очень дорого. Теперь девчонке предстоит пройти период страданий по нерадивому бывшему жениху.

Первые пару дней ей было слишком плохо, чтобы кого-то видеть, да и я не навязывалась. На третий день после их расставания Аля позвала меня ночевать с бутылочкой винца. После работы я уже выбирала вино, которое должно было скрасить наш вечер и подсластить неизбежные слёзы Альки по этому прощелыге. А, чёрт, возьму две, пусть и по карману ударит – чего не сделаешь ради подруги.

***

Вечер прошёл под знаком стенаний Альки по кудрявому. Я лишь хмурилась и пыталась на него не гнать – ей нужно отойти и самой всё понять, что страдать тут не по кому.

Периодами у неё трещал телефон от сообщений, но она даже не подходила к нему. А потом просто глянула на дисплей, цокнула языком и закрыла страницу, оставив без ответа сообщения.

– Кто такой настырный? Почему не отвечаешь?

– Да, – махнула она рукой. – Неважно. Нарисовался тут один ковбой… Но я не готова к отношениям.

– Что за кадр? – стало любопытно всё же. Кто это атакует Альку? – Опять какой-то сокурсник, что ли? Пора бы себе уже и нормального парня завести, а не тратить время на пацанов вроде Женьки.

– Да тот ещё кадр. Но не хочу об этом. Не нравится он мне. Не до него щас, – отмахнулась подруга.

Ну, не до него так не до него. Чего в душу лезть человеку?

Пока Аля выходила на кухню, пришло еще одно сообщение, и взгляд невольно упал на дисплей. «Роман Воронцов» отправитель. Само сообщение скрыто, да мне и неинтересно.

Роман Воронцов?! Откуда Аля может его знать? Кажется, это какой-то дорогой и крутой врач в нашем городе, у него даже клиника своя есть. Что бы ему нужно было от Альки, и почему она от него прячется? Очень странно. Но дождусь, когда сама расскажет. Тянуть её за язык смысла нет – соврёт, если не хочет говорить правду. Чтобы я отвязалась.

Дома не удержалась и всё-таки погуглила.

Информации мало, фотографий вообще почти нет. Молодой ещё мужчина, но вовсе не пацан. Весьма красивый, содержит клинику, которую открыл его отец. Сам хирург с хорошей репутацией. Теперь ещё больше неясно, что может связывать простую девочку из съёмной квартиры и дорогого хирурга частной клиники? Как бы не обидел её. Потому что если обидит – будь хоть хирург, хоть сам президент – задницу надеру ему по полной!

***

На следующий день спешила на работу на своём стареньком Форде. Покупала я его сама, в кредит, и уже не новый, но всё равно безумно люблю своего старичка.

Опаздывала на работу и нервничала, барабаня пальцами по рулю на светофорах. Такое ощущение, что с утра все нелюди и отсталые слои населения вылезают на дорогу, чтобы мешать нормальным водителям добираться до работы! То по третьей полосе едут со скоростью «сорок», то со второй пытаются сворачивать. Ужас, поубивала бы всех. Да ведь посадят!

Театр наш располагался почти в самом центре, и дорога там была очень узкая – всего две полосы. Движение с утра здесь всегда затруднённое, и сегодняшний день не стал исключением.

Внезапно перед светофором меня подрезало чучело на своём танке. Как же меня бесят такие: понакупят себе джипов и прав и считают, что им всё можно. Особенно когда видят блондинку за рулём. То подрезают, то орут оскорбления типа «Насосала?! Чё, получше не могла, что ли, насосать?» Не могла. Плохо сосу, поэтому подарили только старый Форд, который на ходу по счастливой случайности.

– Ах ты, жирный мудила!! – крикнула в окно этому танкисту, изо всех сил сигналя ему.

– Сама блонда тупорылая! – ответила мне лысая башка.

Я ещё хотела сказать что-то, но внезапно передо мной возник слишком резко затормозивший зад такого же танка, только чёрного. Пока ругалась с лысым, позабыла про светофор, и водитель спереди тоже позабыл, что на дороге не один.

Ба-бах!

Ну бля-я-я-я-я-я-ядь... Всё-таки въехала в него. Хорошо, пристёгиваюсь всегда, хоть башней не почиркала по панели и рулю. Некоторое время продолжала судорожно давить на педаль тормоза уже заглохшей машины. Потом попыталась успокоиться, включила “аварийку”. Руки заметно дрожали – всё-таки испугалась. Подняла глаза. В зад я въехала хорошо. Зад дорогу-у-у-у-ущий... А моя машина не застрахована. И теперь мне придётся платить из своего кармана за ремонт танка…

– Аха-ха-ха-ха! – раздался лающий смех лысого жирдяя. – Так тебе и надо, блонда. Так и знал, что вам, бабам, руль давать нельзя. Обезьяна ты с гранатой!

И укатил с ветерком. И я бы укатила, да только теперь отвечать придётся за свою горячность.

Водитель подбитого мной танка уже покинул своё авто и направлялся ко мне. Злющий. Я заметила, что шмотки на нём стоят дороже всех моих вещей разом, включая новый холодильник. А такими ботинками вообще не ходят по нашему грязному асфальту. Корону только осталось на голове ему поправить. Ну и выражение лица…

– Добрый день, – ядовито сказал он мне. – У нас проблемы. Предлагаю выйти из машины и оценить ущерб.

– Добрый, – коротко ответила, отстегнула свой ремень и вышла из авто.

Да уж – въехала прилично. Почти весь зад смят. Фара одна разбита. А уж что говорить про мой Форд… Страховка кончилась месяц назад, а я всё еду оформлять. Ну, вот и приехала. Закусив губу, осматривала повреждения и пыталась прикинуть, сколько лет платить за ремонт этого джипаря.

– Вы, кстати, как? Не ушиблись?

– А? – задумчиво отозвалась я. Ой, блин, так трогательно, что он вспомнил об этом после своей машины! Пока я изучала зад его танка, мужчина детально изучал мой. – Нормально. Сколько же может стоить ремонт вашей машины?

– Да там копейки. Тысяч сто максимум. Ваша страховая возместит. Мне больше времени жалко, сейчас ещё ждать ГАИ.

Мужчина начал уже звонить в данную службу, пока я нервно пыталась сглотнуть подкативший к горлу ком. Сто тысяч? Для кого – копейки, а кому и зарплата почти за полгода. А если ещё кушать и ездить на работу – то года два отдавать придётся и есть одни макароны.

– Страховая вам ничего не возместит, – скорее просто вслух высказалась я.

– Вот как? Ваш Форд не застрахован?

– Нет, – покачала я головой.

– Что ж… Жаль, – сузил он глаза и стал наблюдать за мной более пристально. – Но тогда вам придётся возмещать мне ущерб из своих средств. Ведь это вы не соблюдали дистанцию.

Конечно, ведь он из нас самый нуждающийся. А я, между прочим, реально последние деньги буду отдавать.

– Вы слишком резко затормозили на светофоре. Вы же не один на дороге. И я не смогла остановиться уже, – ответила ему.

– Я прекрасно слышал, как вы увлечённо ругались с белым Чероки. Поэтому и не увидели светофор.

Я промолчала. Прекрасно, он ещё и нашу ругань слышал. Мой образ сейчас просто великолепен: глупая сиськастая блондинка, не умеющая управлять своим авто, не застраховавшая машину, да ещё и рот ей с мылом бы помыть. Душка, что ещё сказать.

– Если вы готовы, конечно, оплатить ремонт добровольно, то просто зафиксируем инцидент и разъедемся. Без суда, – сказал мужчина, придирчиво вновь меня оглядывая.

Сомневаюсь, что он не понял, что деньги в моих карманах не водятся.

– С судом, – ответила ему, взяла сумочку и закрыла авто.

Придётся ждать постовую службу, а пока выпью кофе. Как раз рядом есть кофейня с адекватными ценами. Пошла, взметнув белыми волосами. Сиськи вперёд, волосы назад.

Только далеко мне уйти не дали. Мужчина поймал меня за руку:

– Эй, куда собралась, красавица? Решила сбежать? – резко перешёл король на «ты».

– Отпустите, – выдернула руку. – Кофе выпить хочу, пока не приехали господа полицейские. Или таким преступницам кофе пить нельзя?

– Можно, – ухмыльнулся он. – Я с вами! – о, снова культура проснулась.

Глава 2.

Он заблокировал свой танк и пошёл следом за мной.

Я, приподняв бровь, молча шла вперёд. Пусть идёт и пьёт свой кофе, мне-то что? Он может даже поесть – я не против. Из окна кофейни хорошо было видно наши машины, и пока можно не рефлексировать, спокойно ждать полицейских, а заодно – передохнуть за чашкой крепкого кофе. Переживай-не переживай, а заплатить ему придётся.

Села за столик на диван и достала телефон, чтобы позвонить Але – на работу я попаду не скоро, пусть предупредит. Бежать с места я и не собиралась. Неужели он подумал, что я брошу свою машину и стану убегать от него? Я что – серьёзно похожа на такую дуру? Похоже, пора перекрашиваться в брюнетку – слишком часто стали сомневаться, что в моих мозгах есть извилины.

– Аля, привет. Я попала в ДТП. Нет, со мной всё в порядке. Но придётся ждать ГАИ. Скажи, что на утренней репетиции я вряд ли буду. Не переживай, мне помощь пока не нужна. Я сама разберусь. Пока.

Пока болтала с Алей, подбитый мной мужчина уселся рядом, не спрашивая разрешения, и листал карту с выбором кофе. Я завершила звонок и уставилась на него недобрым взглядом.

– Вы, наверное, здесь часто бываете? Американо хоть нормальный делают? Пить можно?

Мужчина придирчиво оглядывал меня, будто мы не в кафе сидели, а я к нему на работу устраивалась. Первый приступ паники и шока постепенно схлынул, и я пыталась украдкой рассматривать незнакомца. Высокий лоб, чуть нахмуренные брови, прямой нос, на скулах жёсткая щетина, тёмные непослушные волосы. А пристальный взгляд его глубоких синих глаз почему-то смущал и заставлял ёрзать на месте. Он вальяжно сидел на диване вполоборота. И не жаль ему время тратить на такую преступницу, как я? Почему нельзя было оставить каких-нибудь представителей и уехать по делам? Ведь так все богачи делают? Я, конечно, точно не знаю, но в кино видела.

Я оглядела его тоже. В этой кофейне такому мужчине не место. Судя по его костюму, кофе он пьёт в более дорогих местах. Бизнесмен, который в жизни в такое заведение бы не зашёл, если бы я не въехала в него, нарушив распорядок дня. Он тоже кому-то звонил и просил отменить встречу. Телефон тоже последнего слова техники, и часы красивые на руке. Я даже залюбовалась – не видела такие никогда. А как он говорил – чётко, твёрдо. Значит, он, наверное, руководитель какой-то компании.

– Вас не учили, что подсаживаться за чужой столик без приглашения – невежливо? – спросила я, когда он закончил разговор.

– Кажется, этот урок я пропустил. Так же, как и вы пропустили урок о соблюдении дистанции. Да и вообще – кто бы говорил о приличиях после тех словечек в сторону Чероки.

Я отвернулась, изучая меню. Тьфу на него.

Я-то как раз тут бываю часто и все сорта кофе наизусть уже выучила – театр за углом. Но не особенно хотелось общаться с наглым типом. Поэтому пришлось делать вид, что читаю меню.

Мужчина привлекательный. Поглядывала на него из-под ресниц. Симпатичное лицо, хоть и надменное. Хочется на него смотреть. Губы мягкие, чётко очерченные - весьма сексуально. Тело ладное, стройное. Однозначно – бабник. Мне не подойдёт, нет.

– Ну, раз мы всё равно здесь на какое-то время застряли, может, познакомимся? Меня Александр зовут.

– Анна, – ответила ему.

Ведь всё равно придётся с ним общаться, чтобы урегулировать наш вопрос.

– Очень приятно. Анна, номер мне ваш дайте, – скорее приказал, чем попросил мужчина. Он открыл меню телефона, приготовившись записывать цифры.

Я продиктовала, а потом добавила:

– Только не вздумайте мне звонить не по делу.

Александр посмотрел на меня бесстрастным взглядом:

– Я для связи с вами по поводу машины записал номер. Кстати, как отдавать деньги будете? Я прямо отсюда поеду в сервис, оценю размер ущерба и сообщу вам. Но не думаю, что сумма будет сильно меньше той, что я назвал.

– Постепенно. По решению суда.

– Так я и думал. Судя по вашей рухляди, которую вы гордо именуете машиной – денег у вас нет. Так ведь?

Я с вызовом посмотрела на мужчину. Мою машинку ты зря оскорбил. Нет тебе прощения! Хотя, что я хочу от такого – он всё деньгами измеряет. Нет денег – ты не человек.

Подошёл официант, принял заказ у нас.

– Побыстрее, будьте добры, – подогнал он парня наглым тоном.

Ну и кадр, однако. Я лишь в ответ подняла брови.

Я слышала, как за барной стойкой уже наливали наш кофе, но мне казалось, его несли нам целую вечность. Странно, я с таким нетерпением ожидала свой напиток, как будто с кофе мне вдруг станет более уютно и менее тревожно под взглядом этого мужчины с явно завышенной самооценкой.

– Я могу помочь решить вопрос с деньгами, – сказал мне Александр деловым тоном.

Я подняла на него глаза и сразу потерялась. Он смотрел слишком… откровенно. Что-то я не поняла эту разницу между словами и взглядом. Говорил так, будто серьёзное что предложить хочет, а смотрит, словно ждёт от меня чего-то неприличного. Что ж так жарко-то в кафе этом?

В это время официант принёс заказ и поставил перед нами наши чашки.

– Ложка какая-то грязная. Быстро другую принёс, – рыкнул мужчина на парня, и тот на миг даже опешил, но быстро взял себя в руки и умчался за другой ложкой.

Через минуту перед Александром лежал завернутый в салфетку чистый столовый прибор. Мужчина окинул ленивым взглядом оставшегося стоять официанта:

– Иди. Ну и сервис у вас, конечно. Если ещё и кофе такой же отвратительный – пеняйте на себя всей вашей богадельней.

Парень, ставший понурым, отошёл к бару, а мужчина принялся снимать пробу с кофе. Отпил и сморщился:

– Да уж. Бурда та ещё.

Отставил в сторону напиток и стал снова нагло разглядывать меня. Я, видимо, оказалась всё же интереснее "бурды" в его чашке. Я отпила из своей, пытаясь успокоиться. Нормальный кофе. Выделывается этот олигарх – определённо.

– Каким образом вы можете мне помочь?

Шестое чувство мне подсказывало, что его предложение мне не понравится. Он протянул руку и провёл пальцами по моим распущенным волосам, собрал в кулак кончики и мягко подтянул меня за них ближе к себе, смотря оценивающим цепким взглядом.

– Ты красивая, – наклонился он и произнёс низким бархатом почти мне на ухо. От его тона побежали мурашки. В нос ударил терпкий запах мужского парфюма, который я даже в магазине не нюхала никогда. – Нравишься мне. Можем договориться с тобой иначе.

Он отодвинулся, бросил мои волосы и бесстрастно сказал:

– Пришлю машину за тобой завтра вечером.

Я на время дар речи потеряла. Такая злость накрыла – что он о себе думает, король, блин?

– Нет, – ответила я твёрдо и с вызовом.

Александр чуть сузил глаза. Его взгляд стал колючим.

– Что ещё за "нет"? – спросил он так, что холодок побежал по спине.

– Что вы мне предлагаете? Я не такая.

– Все вы не такие, – хмыкнул он, и я разозлилась ещё больше. А он продолжил говорить со мной снисходительным прохладным тоном.– Судя по твоему виду – тебе горбатиться на эту сумму целый год. Зарабатывать деньги ты не умеешь. Оно тебе надо?

– Ничего страшного, мне не привыкать самой решать проблемы и работать, – еле сдерживала себя, чтобы не плюнуть ему в наглое лицо.

– Глупая. Нам обоим понравится, – говорил, а пальцы уже заскользили по моим коленям.

– Так, всё!

Я вскочила на ноги, скинув с себя его большие ладони. Схватила сумочку и телефон, отпихнула его и вышла из кафе.

Вот говнюк ещё! Наглый какой. Почему мне так холодно и трясёт? Май же на дворе.

По-моему, у него вообще нет тормозов насчёт женщин. Если одета просто и недорого, да ещё и с сиськами – значит, рада прыгнуть в постель богача. Я видела, как он небрежно окинул взглядом мой брючный костюм из обычной торгушки. Для меня, конечно, это большая сумма, но платить подобным способом за его машину я точно не намерена.

Между прочим, мужчина мне и без того понравился. Я бы сама пошла с ним на свидание, если бы он не стал мне намекать на секс и предлагать решить им наш конфликт. Теперь же, благодаря своему поведению, ничего кроме чувства омерзения у меня этот мужчина не вызывал!

Только подошла к машине, как вспомнила – так убегала от этого нахала, что даже за кофе не заплатила свой. Нехорошо вышло. Хотела было вернуться, как подъехала машина ДПС. Ладно, вернусь позже. Вон и Александр, завидев машину, уже спешил к нам.

Пока сотрудники службы осматривали и фиксировали случившееся, Саша улучил момент и подошёл ко мне:

– Аня, что ты свой кофе бросила на меня? Ты же такая самостоятельная и всё решаешь сама?

– Я просто забыла. Вы смутили меня своим поведением. Вам отдать сто рублей? – намеренно акцентировала внимание, что на "ты" никто не давал позволения переходить.

– Нет. Но теперь вы мне должны кофе.

Да кончится наглость у этого типа когда-то? Прямо безлимит какой-то.

– Повторяю: ситуация произошла из-за вашего мерзкого поведения. Покупайте себе кофе сами и пейте без меня. Дайте мне номер карты – и я переведу вам на эту забаву сто рублей.

– Итак, – подошёл к нам инспектор, прервав нашу перепалку. Александр сверлил меня голубыми глазами, пока капитан говорил со мной. – Возьмите ваши экземпляры протокола. Что же вы, девушка, так невнимательно? Выплачивать теперь придётся, раз любите кататься без страховки. К тому же, похоже, ваш старичок сегодня скончался. Вряд ли его можно восстановить.

Моё настроение упало ниже плинтуса. Теперь ещё нужно вызвать эвакуатор, чтобы оттащить с дороги моего подбитого и, похоже, вовсе убитого солдата с поля боя.

– Номер эвакуатора подсказать?

– Нет, спасибо, – вклинился в наш разговор бизнесмен. – Я вызову. Мы уберём обе машины.

– Хорошо. Тогда ожидайте звонка. Всего хорошего.

Мужчины в форме сели в свою машину и уехали. Я обернулась на Александра.

– За эвакуатор я заплачу. Спасибо.

– Ну что вы, пустяки. Как я могу бросить в беде такую красивую девушку? – я лишь тихо цыкнула. Его комплименты мне сейчас были крайне необходимы. – Отвезу сразу обе машины в сервис, и узнаем, во сколько обойдется ремонт моей машины и можно ли реанимировать вашу. Я позвоню вам.

– Ладно. Мне пора, всего доброго.

Я отдала ключи мужчине и отправилась на работу. И так уже прилично опоздала. В машине ценного ничего не было, поэтому отдать ключи мне было не страшно. Брать себе мою «рухлядь» или какие-то детали из неё он точно не будет.

Глава 3.

В театр прибежала взвинченная и дёрганая.

Утренняя репетиция подходила к концу. Я долго объяснялась с начальством, почему сегодня так опоздала. Показала администраторам свой протокол, они поворчали и сказали, что наказана я за это, конечно, не буду.

Хоть штрафа удалось избежать – и так скоро буду на голодном пайке. После нашей перепалки он точно заставит меня выплачивать по максимуму. Такие не прощают отказов. Свалился ещё, миллионер на мою голову. Не могла, что ли, не понравиться ему? Что за злой рок судьбы?

Вышла от руководства, когда все уже разбредались со сцены по гримёрным. Объяснилась с режиссёром. Ну и жаркое утречко у меня выдалось!

А ещё образ Саши не выходил из головы… Постоянно вспоминались его яркие, синие как море глаза. Как жаль, что такой дурной оказался! Лучше бы на кофе меня позвал, а не в постель сразу…

Заглянула в нашу гримёрную, позвала подругу:

– Аля?

Та аж подпрыгнула на стуле.

– Анька! Ты куда пропала? Я чуть не поседела из-за тебя.

– Пойдём, пообедаем в кафе, – просемафорила я ей бровями.

Другие девчонки уже настроили свои локаторы на свежие сплетни обо мне, но я не готова их сегодня радовать.

Коллеги женского пола не очень-то любили меня за мою прямолинейность и резкость. С Алей они общались, а меня частенько за спиной звали Сукой. Ну, что поделать. Я отвечала им взаимностью. Я, в принципе, просто взаимная. Вообще, с женщинами я общаюсь очень мало – не клеится у нас. А тут ещё собрались глупышки и пустышки – вечно говорят про помадки и новые каталоги косметических фирм. Меня раздражают такие разговоры. Аля между нами как золотая середина: и с ними о помадках может поболтать, и со мной про них не говорить. Дипломат, короче.

Подруга поднялась с места и вышла следом за мной.

***

Дошли пешком до той же кофейни, в которой недавно я сидела с Сашей.

Символично, не правда ли?

Заказали себе ланч, который здесь подавали до вечера с большой скидкой.

Когда Саша предположил, что я тут часто бываю, он попал в яблочко – почти каждый день. Мы обедаем тут. Обед у нас большой, часа два-три. Это называется «разрывной» график. Несколько репетиций по три-четыре часа, а между ними огромный перерыв, в который мы и ходим убивать время за вкусной и вовсе не дорогой едой. К тому же, как постоянным клиентам и за мои красивые глазки, нам делали различного рода скидки и подарки от заведения.

Когда мы сидели здесь с Александром, я могла бы не озвучивать свой заказ – официант и так хорошо меня знал, но при Саше было как-то неловко подтверждать его слова, что я здесь завсегдатай. Хорошо, что официант не стал со мной здороваться как обычно, понимая, что я с мужчиной, и не стоило открывать лишний раз рот. Нужно будет поблагодарить его за проявленную внимательность.

По дороге долго уверяла Алю, что мне медицинская помощь не нужна, и угробила я только машину. И свою, и чужую. Но это мне ещё предстояло рассказать.

– Мы пешком шли. Всё так плохо с машиной? – не отставала с вопросами за обедом Аля.

– Она сейчас в сервисе. На эвакуаторе оттарабанили туда. Только механики после осмотра смогут поставить ей диагноз. Пока я – пешеход и буду кататься с тобой на трамвае!

– Ну и покатаешься, ничего не случится с тобой. Вы, водители, совсем с ума сходите. В магазин за хлебом ездить начинаете, не то что до работы.

– Ну да, – засмеялась я.

Так и есть. Чёрт, кстати, за хлебом-то тоже придётся ходить пешочком...

– Жалко, конечно, машину твою, – вздохнула брюнетка.

Але всегда и всех жалко.

– Это не самое печальное. Я ещё разбила дорогую тачку одного красавчика. И теперь он хочет денег.

Аля уставилась на меня, округлив свои карие глаза:

– Сильно разбила?

– Ну, прилично. Ремонт, говорит, обойдется тысяч в сто. Сейчас тоже на диагностике танк его бесценный. А мне теперь выплачивать придётся, потому что свою машину я не застраховала и признана виновной стороной.

– Ого, – прикрыла подруга свой ротик рукой. – Для нас это большая сумма.

– А он говорит – копейки. Ваша страховая покроет. А она не покроет ни фига.