Заложница

Глава 5

Мы вышли из дома через главный вход. Парни были при полном параде. Герман и Марк – в расстёгнутых пиджаках, надетых поверх футболок, а Пётр предпочёл тёмно-синее поло с примечательной нашивкой крокодила марки Lacoste на груди. И только я по-прежнему была одета так, будто собралась в фитнес-клуб.

Позади дома было припарковано два автомобиля: чёрная презентабельная Mazda и двухдверный BMW стального цвета. Мы подошли к Мазде, все стёкла которой, кроме лобового, были затонированы. Автомобиль мигнул фарами, издавая звук разблокировки, и Марк с Петром синхронно опустились в переднюю часть салона. Место водителя занял Марк. Герман галантно открыл мне заднюю дверь, и я села, а сам он обошёл автомобиль и расположился в салоне справа от меня.

– Поехали! – скомандовал Герман, похлопав по сидению Марка. – Вначале до Жанны. Нужно приодеть мою девочку.

– Чувствую себя безвольной куклой, – буркнула я себе под нос.

Герман усмехнулся:

– Это хорошо, безвольные куклы живут дольше.

– А что потом? Их выкидывают, когда они надоедают? – я с вызовом посмотрела на Германа, и хоть в салоне было темно, я надеялась, что Герман смог разглядеть возмущение в моих глазах.

Марк надавил на газ, и автомобиль тронулся с места, но мы с Германом продолжали пристально смотреть друг на друга.

– Как ты можешь надоесть, Ассоль? – он протянул ко мне руку и дотронулся до лица, а потом коснулся пальцами губ – они приоткрылись, и он провёл большим пальцем по внутренней стороне моей нижней губы. Я даже не думала сопротивляться. Как назло, мне были приятны его касания, они будоражили, вызывали трепет, желание…

– Нет, я понимаю Ассоль, – Марк бросил на нас взгляд через водительское зеркало, и Герман отдёрнул руку. – Молодая студентка, вероятно девственница. Но ты-то, Герман! Не замечаешь, как она ждёт поцелуя? Решись, наконец!

– Я не девственница, – зачем-то призналась я и тотчас отвернулась к окну.

– Тем более, Герман, – усмехнулся Марк. – Двое взрослых людей хотят друг друга. В чём ваша проблема? Только не говорите про первый день знакомства и всё такое. Сейчас секс даже не повод для знакомства!

– Пётр, ты разве не передал остальным мою просьбу? – спокойно, но грозно проговорил Герман, и я снова посмотрела на него.

– Передал, – развёл руками Пётр.

– Тогда что ты несёшь, Марк? – процедил Герман. – Двое взрослых людей сами разберутся без помощи свахи Марка. Или жаждешь свечку подержать?

Тот лишь покачал головой и ответил серьёзно:

– Смотри, чтобы она не стала твоей слабостью. Если мы это видим, увидят и другие.

Герман откинулся на спинку сидения и уставился в окно со своей стороны. Я скрестила руки на груди и тоже уставилась в окно.

Наблюдая за сменяющими друг друга деревьями, под ненавязчивую музыку, включенную Марком, я принялась размышлять над тем, что творю: «Связалась с какими-то бандитами, они везут меня неизвестно куда, мать не знает, где я, а я не знаю, жив ли мой фельдшер… Но всё, что меня волнует, – это прикосновения Германа! Ассоль, даже если не убийца, он всё равно преступник. Ты ставишь свою жизнь под угрозу, помогая ему! Нам же всегда говорили в универе, что собственная безопасность прежде всего, мы не должны рисковать своей жизнью, чтобы помочь человеку. Вначале необходимо устранить опасность! А что делаю я? Еду к ней! Но какие у меня варианты? У меня же не было выбора. А если бы выбор был, я бы ушла?.. Ушла бы. Испугалась бы и ушла, задвинув своё влечение куда подальше. И надо признаться хотя бы самой себе, что я рада, что Герман не оставил мне выбора».

Съехав с лесной дороги, мы продолжили движение сперва по коттеджному посёлку, а миновав его, оказались на трассе, ведущей в город. Теперь я узнала это место. Свой родной город я изучила хорошо, а уж практика на скорой позволила мне изучить его ещё лучше, потому что нам подкидывали вызова из самых разных районов, и неважно, если район не относился к нашей подстанции. Выбор бригады зависел от расстояния до адреса вызова. И если поблизости были мы, то его передавали нам.

Не доехав до центра, мы свернули куда-то во дворы и вскоре остановились возле новостройки. Высокий дом с дизайном фасадов под шахматную доску имел всего два подъезда.

– Пётр, отведи Ассоль к Жанне! – приказал Герман. – Скажи, что девочке нужно пройти в клуб Александра. Не в качестве проститутки. Представь её как своё сопровождение. Про меня ни слова! – сделал он на этом акцент.

– Герман, все знают, что ты сбежал из тюрьмы. И уж для этих людей не секрет, кто тебе помог, – говорил Пётр, глядя на него через зеркало заднего вида.

Герман закатил глаза.

– Тогда не отвечай на вопросы! Организовал побег из тюрьмы – теперь хочешь расслабиться и полюбоваться голыми девочками. Большего Жанне разбалтывать не нужно!

– Понял! – произнёс Пётр, вылезая из автомобиля.

– Иди, милая, – наконец обратил на меня внимание Герман. – Мы будем здесь.

– Угу, – промычала я и вышла из автомобиля.

Пётр подошёл к подъезду и позвонил в домофон. Послышался характерный пиликающий звук, а потом тишина.

– Я к Захару Фёдоровичу, он дома? – спросил Пётр.

Я даже выгнула бровь от удивления, однако тут же система разблокировки магнита запиликала, и Пётр, потянув за ручку, пригласил меня войти в подъезд первой. Я уверенно вошла и поднялась по лестнице к лифту. Пока мы его дожидались, я повторила:

– К Захару Фёдоровичу?

– Неважно, – отмахнулся Пётр.

– Действительно, – буркнула я, заходя в лифт. – Надеюсь, вы не решили продать меня в проститутки?

– Не доверяешь? – хмыкнул Пётр, нажимая на десятый этаж.

– Сложно доверять тем, кто меня похитил.

Пётр рассмеялся.

– Ты не особо похожа на заложницу. Никто тебя не связывал, рот не затыкал. Насилие к тебе тоже никто не применял. Ты не истеришь, не плачешь. Всюду следуешь сама. Такое ли это похищение?

– У меня нет телефона, мне не дают связаться с родителями и угрожали убить, если я попытаюсь сбежать. По мне, это очень даже похищение! – заявила я.

– Не переживай: мы не убийцы, – сказал Пётр, шагнув на этаж.

Пётр следовал в самый конец коридора, я не отставала. Остановившись возле двери одной из квартир, Пётр уверенно распахнул её, приглашая меня:

– Входи, дорогая!

Я переступила через порог, где меня уже встречала ярко накрашенная женщина лет сорока пяти, одетая в тёмные джинсы и светлую футболку оверсайз, спущенную на одно плечо. И пусть образ женщины был молодёжным, он, несомненно, ей шёл, поскольку фигура у неё была по-прежнему стройной.

– И кто эта красотка? – расплылась в улыбке женщина.

– Вы Жанна? – поинтересовалась я.

– Я, – кивнула она. – А ты?

– Ассоль, – представилась я.

– Ассоль, – повторила Жанна, словно смакуя моё имя. – И это твой Грэй? – усмехнулась она, кивая на Петра. – Ему бы больше подошла девушка с именем Кортни, – намекнула она на его схожесть с Куртом Кобейном.

– Каждая девушка мечтает о своём Курте, – пожала я плечами, поддерживая версию Германа о том, что я в паре с Петром.

– Любишь Нирвану? Хвалю! Где ты отыскал такое чудо, Пётр? – спросила у него Жанна. – Похоже, что в фитнес-клубе.

– Так и есть. Он заехал за мной после тренировки, – ответила я.

Жанна пристально посмотрела на меня, а потом перевела подозрительный взгляд на Петра:

– Какой-то ты немногословный. А вот девушка твоя болтлива.

– Этим она меня и зацепила, – Пётр подошёл ко мне со спины и обнял рукой за шею. Я сперва решила, что он собирается применить ко мне удушающий захват, поэтому инстинктивно вцепилась ладонями в его руку. Но когда он поцеловал меня в макушку, расслабилась и натянуто улыбнулась, поглаживая его по руке.

– В фитнес-клуб прямо в форме ходишь, не переодеваясь? – прищурилась Жанна, скрестив руки на груди.

– Не люблю общие раздевалки, а клуб в соседнем доме от моего, – нагло лгала я.

– Жанна, прекрати этот допрос! – осадил её Пётр, отпуская меня, и я выдохнула окончательно. Всё-таки играть влюблённую пару с ним мне не очень хотелось.

«Вот если бы с Германом! – добавил предатель-ум, и я мысленно осадила себя: – Чёрт! Да что ж такое? Почему он не выходит у меня из головы?»

– Хочу сводить свою девочку в «Малину», – сообщил Пётр Жанне. – Подбери ей наряд!

– В «Малину»? – вскинула брови Жанна. – Так она?..

– Нет! – тут же оборвал Пётр, пока Жанна не сделала поспешные выводы. – Она моё сопровождение! Не хочу, чтобы мне предлагали девиц. Я не за этим туда иду!

– А зачем? Просто поглазеть на других девиц в сопровождении своей? – Жанна смерила его скептическим взглядом, подперев рукой подбородок. – Где Герман, Пётр? Слышала, он сбежал из тюрьмы. Сегодня утром. Я уверена, что не без твоей помощи.

– Жанна, будешь работать или задавать вопросы? – он грозно зыркнул на неё. – Приодень девочку! Остальное тебя не касается.

– Что за дерзкая молодёжь пошла? – безразлично покачала она головой и махнула мне рукой, призывая следовать за ней.

Я посмотрела на своего спутника, и он одобрительно кивнул. Тогда я направилась за женщиной.

Из коридора мы вышли в просторную гостиную, объединённую с кухней. На дорогих диванах с обивкой золотого цвета сидели две девушки в откровенных облегающих мини-платьях. При этом груди девушек размером не меньше третьего практически вываливались из декольте. Девицы абсолютно не обратили на меня внимания, поскольку были заняты формированием дорожек белого порошка на журнальном столике, что стоял между диванами.

– Не больше одной дорожки! – Жанна внезапно остановилась, и девушки нехотя перевели на неё взгляды. – Ещё раз поступит жалоба от клиента, что мои девочки – бревно, я вас на аукционе продам!

– Ладно, не злись. То было один раз, – медленно проговорила девица, что сидела на диванчике справа.

– А это кто? – спросила девица с диванчика слева. – Новенькая? Ей бы сиськи подкачать. Вряд ли тренажёрка поможет.

И девушки синхронно рассмеялись.

– Вам бы мозги подкачать! – бросила Жанна и двинулась дальше.

– Трахают нас не в мозги! – крикнула ей вслед прежняя девица.

«Чёрт! – думала я, направляясь за Жанной. – Похоже, я конкретно влипла! Не стоило соглашаться помогать Герману, – корила я себя за поспешное решение. – Будто бы у меня был выбор… Но теперь я вроде как дала обещание. Ох, что же будет? И Герман прав: не у этих людей мне искать помощи».

Из гостиной мы вышли в другой коридор, более длинный и узкий. Пройдя пару комнат, Жанна свернула в ту, что была справа. Зайдя туда, я попала в гримёрку. На напольных вешалках, расставленных у стен, висела женская одежда – в основном яркие короткие платья. А вдоль одной стены протянулось прямоугольное зеркало, вокруг которого располагались круглые светильники. Тут же находился вытянутый прямоугольный стол с различными уходовыми средствами и косметикой на нём, и рядом – барные кожаные стулья овальной формы и чёрного цвета.

– Нирвану любишь, говоришь? – Жанна оценивающе осмотрела мою фигуру. – Что ж, будет тебе рок-образ. Составишь отличную пару Петру. Раздевайся!

Я замялась.

– Шустрее! – поторопила она. – Я женщина, ты женщина – какие проблемы?

Выдохнув, я разделась до нижнего белья.

– И бельишко чёрное, отлично! – улыбнулась она, протягивая мне чёрные кожаные брюки с серебряной цепью, опоясывающей бёдра, и чёрный полупрозрачный лонгслив с кружевными рукавами.

Я быстро облачилась в эту одежду, она пришлась мне по размеру. Жанна подошла ко мне и стянула плечи лонгслива вниз.

– Так лучше! – одобрительно закивала она, а потом хмыкнула: – Нет, лямки всё портят. Снимай лифчик!

– Но…

– Снимай! – велела она. – Не хочу, чтобы меня обвинили в безвкусице.

Я послушно выполнила приказ Жанны и вновь надела лонгслив.

– Теперь точно пройдёшь фейс, – улыбнулась она, глядя на мои груди, утянутые тонкой полупрозрачной тканью лонгслива, совершенно ничего не скрывающей.

– Я же почти голая, – нахмурилась я, не понимая, как в таком вообще можно куда-то пойти.

– Да, – согласилась Жанна. – Без макияжа будто голая. Садись! – она кивнула в сторону зеркала. – Живее!

Вздохнув, я обречённо покачала головой и забралась на высокий стул.

Глава 6

Через полчаса Жанна вывела меня в гостиную. Пётр уже сидел на диванчике с девочками, и они обнимали парня с двух сторон. Увидев меня, он сперва замер, рассматривая мой новый образ, а потом подскочил с дивана как ошпаренный. Я замялась, не зная, мне стоит закатить сцену ревности или здесь это не принято. Однако он сам попытался спасти положение.

– Простите, дамы, но я занят! – сказал он проституткам.

– А то к нам женатики не ходят, – противно рассмеялась одна из них.

– Прекращай уже этот цирк! – сердито произнесла Жанна, обращаясь к Петру. – И передай Герману, что классную девчонку нашёл. Но мог бы и сам подняться, а не подсылать тебя.

– Идём, – недовольно буркнул он, обнимая меня за плечи и подталкивая к прихожей.

– Деньги! – потребовала Жанна.

Пётр нехотя развернулся, залез в карман джинс и протянул ей три пятитысячных купюры.

– Удачно повеселиться, Ассоль! – пожелала она, складывая деньги в свой карман. – Одёжка теперь твоя.

– Спасибо, Жанна, – безразлично бросил Пётр и вывел меня из квартиры.

Когда мы оказались на улице, он открыл мне дверь автомобиля, и я опустилась на сидение рядом с Германом. Тот с искренним интересом стал меня рассматривать, пока его взгляд окончательно не остановился на груди.

– А поскромнее наряда у Жанны не было? – спросил Герман.

Я скрестила руки на груди, чтобы прикрыться. Он ухватил меня за локоть и потянул руку вниз.

– Не стоит, тебе идёт. Держись гордо и непринуждённо, не вызывай лишних подозрений. Яркий макияж немного отвлекает на себя внимание.

– Неа, – усмехнулся Марк, глазеющий на меня через водительское зеркало.

– На дорогу смотри, поехали! – приказал Герман, и Марк с улыбкой завёл мотор.

– Жанна догадалась, что она с тобой, – сообщил Пётр, пока мы двигались по дворам.

– Ладно, Жанна всегда была умна. И не болтлива, – процедил Герман и посмотрел на меня. – В клубе от меня не отставай ни на шаг! Исключение – когда я сам попрошу тебя подождать в стороне.

– Поняла, – буркнула я.

– И улыбку на лицо натяни, – он стукнул меня пальцем по носу. – Веселиться идём или на похороны?

– Отпразднуем твой побег с размахом, – саркастически проговорила я, и Герман усмехнулся:

– Отличная идея! Так и поступим.

Через пятнадцать минут мы доехали до клуба с яркой неоновой вывеской малинового цвета «Malina» и такой же неоновой ягодой, расположенной чуть выше названия.

– А я думала, это обычный стрип-клуб, – как бы невзначай заметила я, глядя в окно.

– Марк, отгони машину и не светись поблизости, – велел Герман. – Пётр, идёшь с нами!

– Как всегда, всё веселье пропускаю, – пробурчал Марк.

– Смирись, братан, такова твоя участь! – Пётр насмешливо похлопал его по плечу и вылез из салона.

Герман тоже покинул автомобиль и через несколько секунд уже стоял с моей стороны, протягивая руку. Вложив свою ладонь в его, я аккуратно поднялась. Он захлопнул дверь автомобиля и, поместив мою ладонь на свой локтевой сгиб, повёл меня ко входу.

Два широких амбала в чёрных костюмах преградили нам путь и окинули нас оценивающими взглядами, нарочито долго задерживаясь на моей груди. Я еле поборола в себе желание отвернуться. Однако тотчас они отошли и пропустили нас троих внутрь.

У входа была лестница, ведущая вниз, и там нас ожидала приветливая девушка, одетая в короткое вечернее платье алого цвета, сверкающее стразами даже в таком тусклом освещении. Она улыбнулась нам и пригласила пройти в зал, где, по её словам, был настоящий рай!

Герман открыл передо мной дверь, и я вошла первой. Тотчас волна громкой музыки обдала меня, а мигающий свет ослепил глаза. Но через пару секунд зрение успешно адаптировалось, и я с интересом принялась рассматривать довольно большой зал, заставленный круглыми столиками, за которыми сидели гости, в основном мужчины. Стены украшали крупные ягоды малины, плавно меняющие цвета от белого до ярко-малинового. Туда-сюда сновали официантки в коротких юбках, а по центру зала находилась сцена, тоже в форме ягоды малины. На ней сейчас вокруг шеста крутилась девушка в одних стрингах и туфлях на огромном каблуке, и взгляды всех мужчин были прикованы к её шикарной голой груди третьего размера.

Герман приобнял меня за талию и повёл вглубь клуба. Мы прошли мимо всех столиков и остановились возле лестницы, ведущей на второй этаж. Герман вскинул голову и всмотрелся в гостей, отдыхающих наверху.

– Санёк здесь, вот и поболтаем, – оскалившись, проговорил он и обратился ко мне: – Побудь с Петром, ничего не пей!

– А поесть? – невзначай вырвалось у меня. Последний раз мы ели днём перед тем, как за нами погналась полиция, поэтому сейчас я ощущала голод.

Герман посмотрел на меня с сочувствием и попросил Петра:

– Закажи ей чего из быстрой еды, чтобы долго тут не задерживаться.

Я улыбнулась, и он шустро пошёл по лестнице. Однако примерно на середине пути дорогу ему преградил ещё один амбал. Пока Герман общался с лысым мужчиной в чёрном костюме, я озиралась по сторонам в поисках официантки. К счастью, она сама быстро нас нашла.

– Проводить вас за столик? – спросила девушка в мини-юбке и чёрной футболке с ярким принтом малины на груди, обращаясь к Петру и абсолютно не глядя на меня. Я ощутила даже какое-то ущемление прав женщин, будто мы созданы лишь для того, чтобы ублажать мужчин, и официантку это, похоже, устраивало.

Однако мой спутник, продолжая смотреть в спину Герману, ответил:

– Не сейчас. Подойди позже.

– Хорошо, – улыбнулась она и ушла прочь.

– Что случилось? – в недоумении спросила я, а потом посмотрела на лестницу: к нам спускался Герман и какой-то мужчина в костюме, не тот амбал. Мужчина возрастом под пятьдесят улыбался, не отводя от меня взгляд.

– Поднимайся! – сказал мне этот мужчина, полностью проигнорировав присутствие Петра.

Я с опаской посмотрела на Германа: он нехотя кивнул. Было очевидно, что сам он не в восторге от этой затеи. Я снова перевела взгляд на мужчину: он был недурен, но годился мне в отцы, в его зализанных назад волосах блестела редкая седина, а лицо украшала аккуратно стриженная борода. Вот только глаза его не отрывались от моей груди. Чтобы поскорее избавиться от раздевающего взгляда, я шагнула на лестницу и начала подниматься первой.

«Пусть уж лучше любуется моей попой. Брюки хотя бы непрозрачные», – думала я, боясь даже представить, ради каких целей мужчина позвал меня наверх.

На втором этаже я увидела мужчин, что сидели на мягких диванах и пили алкоголь, что-то весело обсуждая за просмотром шоу, творящегося внизу. Герман подошёл ко мне сзади и, положив руку на моё бедро, повёл в совершенно другую сторону.

Мы направлялись в комнату, занавешенную мишурой красного цвета. Здесь было много таких комнат, различался лишь оттенок занавесок. Раздвинув их, Герман завёл меня внутрь, и следом зашёл мужчина в костюме. По небольшой сцене с шестом, стоящей посреди комнаты, я поняла, что это место для приватных танцев. А глянув на длинный диван и вспомнив то, что рассказывал Герман, я догадалась, что не только танцев… Тем не менее оно отлично подходило для переговоров, потому что музыка не была здесь столь громкой. К тому же прямо перед диваном стоял небольшой круглый столик, и я предположила, что его использовали и для еды, и для подписания документов. И хоть мне казалось странным вести переговоры в стрип-клубе, я не исключала, что такое тут часто происходило.