- -
- 100%
- +
Елена промолчала. Она подошла к кухонному окну. Чёрная плесень, которую она пыталась вчера оттереть тряпкой до судорог в пальцах, за ночь разрослась ещё сильнее. Теперь угольно-чёрные нити грибка плотно оплетали подоконник, и Елене показалось, что от них исходит едва заметное, глинистое тепло. Но спорить с мужем у неё не было сил. Финансовая петля, затянувшаяся на их шеях, душила их обоих, превращая любую попытку поговорить в скрытую ссору. Через пол часа они уже шли по разбитой центральной улице Чёрной Пади .Городок при дневном свете выглядел ещё более зловеще, чем в тумане. Серое небо давило на крыши покосившихся деревянных домов. Вокруг стояла мёртвая, неестественная тишина — ни лая собак, ни детского смеха. Редкие прохожие — мужчины в грязных рабочих робах и женщины в серых платках — замерзали на месте при виде чужаков .Елена кожей чувствовала их взгляды. Люди не просто смотрели. Они провожали их тяжелыми, немигающими, осуждающими глазами. Кто-то из стариков, стоявших у забора, при их приближении демонстративно сплюнул на землю и ушёл в дом, громко захлопнув дверь .Местные бакалейный магазин располагался в здании с облупившейся вывеской Продукты и товары. Когда Алекс толкнул тяжелую дверь, над головой истошно звякнул рваный колокольчик .Внутри пахло прогорклым маслом, дешёвым табаком и мышами. За прилавком сидел грозный мужчина с землистым цветом лица и редкими седыми волоса .Разговоры двух местных жителей у дальней полки мгновенно прекратились. Наступила мертвая тишина .Добрый день, — как можно дружелюбнее произнес Алекс, подойдя к прилавку. — Нам нужны базовые продукты: пару банок консервов, хлеб, свечи. И если есть — пара листов фанеры и гвозди .Продавец не шевельнулся. Его маленькие глубоко посаженные глаза скользнули по лицу Алекса, затем перевелись на Елену. И когда его взгляд упал на старинное серебряное кольцо на её пальце — единственную вещь, оставшуюся от матери, которую банк не смог забрать,- пальцы мужчины заметно дрогнули .Вы из дома на холме,- это был не вопрос. Голос продавца звучал хрипло и сухо, как треск сухих веток .Да, дом достался в наследство,- ответил Алекс, доставая банковскую карту,- Мы планируем обосноваться здесь на какое-то время .Один из мужчин возле полки глухо хмыкнул и направился к выходу, намеренно задев Алекса плечом. На пороге он обернулся, сплюнул и процедил:Наследнички. Скоро земля вашей кровью умоется .Эй, полегче! — крикнул ему вслед Алекс, но продавец резко ударил ладонью по деревянному прилавку, заставив Елену вздрогнуть.
У нас ничего нет для вас,- отрезал торговец. Он потянулся к полке за своей спиной, достал буханку черствого хлеба и две банки безымянной тушенки, после чего швырнул их на прилавок. — Забирайте это и уходите. Карты мы не принимаем. Связи в городе нет. Только наличные .Но у нас … — начал Алекс, чувствуя, как к горлу подступает ярость и паника.Положите на стол четыре доллара и выметайтесь, — продавец наклонился вперед, и Елене показалось, что из его рта пахло точно так же как из вентиляции их машины вчера вечером. Чужакам здесь делать нечего. Ваша семья принесла этому городу достаточно дерьма. Уезжайте пока ваша колымага еще заводится. Завтра может быть уже поздно.
Елена в ужасе схватила Алекса за руку: — Алекс, пожалуйста … Отдай ему наличные и пойдем отсюда .Алекс, тяжело дыша, выгреб из кормана последние мятые купюры, бросил их на прилавок, забрал пакет и почти силой вытащил Елену на улицу .Колокольчик за их спиной звякнул, будто погребальный звон. На улице потемнело, хотя было едва за полдень. Поднимающийся ветер гнал по дороге сухие чёрные листья, а из окон по-прежнему смотрели десятки жутких глаз. Город ждал, когда дом на холме заберёт свою новую дань.
Глава 3. Тайны
Возвращение из магазина превратилась в кошмар наяву. Алекс, взвинченный за пределом унижением в лавке и собственной беспомощностью, швырнул пакет с
чёрствым хлебом на гнилой кухонный стол и без лишних слов спустился в подвал. Оттуда почти сразу донеслись яростные удары молотка по трубам и его глухое, отчаянное ругательство. Елене было невыносимо находиться внизу. Ей казалось, что гнев мужа подпитывает стены дома, заставляют чёрные пятна плесени на обоих пульсировать.
И ища хоть какое-то занятие, чтобы отвлечься от липкого страха, она посмотрела на потолок коридора, где чернел прямоугольный люк с висящие вниз грязная верёвкой. Чердак. Место, где её мать провела свои последние месяцы до того, какие навсегда увезли в лечебницу.
Елена потянула за верёвку. Скрипя старыми пружинами, вниз опустилась хлипкая деревянная лестница, подняв тучи удушливой, серой пыли. Сглотнув вставший в горле ком, девушка начала подниматься.
На чердаке было темно и душно.
Единственный источник света — круглое окно, затянутое густой паутиной, сквозь которое пробивались блеклые лучи вечернего солнца. Пространство было завалена хламом: сломанные стулья, коробки с подгнившими книгами, тюки со старой одеждой, пахнущей нафталином и мышами.
Елена медленно пошла вперёд, стараясь наступать на балки, чтобы не провалиться сквозь потолок первого этажа. В самом дальнем, тёмном углу, под скосом крыши, она заметила то, что искала. Тяжелый кованый сундук, обтянутый потемневший от сырости кожей. На нём не было замка — лишь массивная железная защёлка.
Елена опустилась на колени. Дерево под ней жалобно застонала. С усилием откинув тяжелую крышу, она замерла.
Сверху лежали её собственные детские фотографии. Десятки снимков, которые она считала утерянными. Маленькая Елена на детской площадке, Елена с бантами в первом классе, Елена улыбается на фоне новогодней ёлки… но у каждого, абсолютно у каждого снимка аккуратно, с пугающей хирургической точностью были выжжены или выколоты глаза. Вместо лица маленькой девочки со старых глянцевых фотографии на неё смотрели пустые чёрные дыры.
Руки Елена задрожали. Под фотографиями лежала толстая общая тетрадь серой обложке — дневник матери.
Она открыла первую страницу. Почерк матери -когда-то аккуратный и каллиграфический — середине тетради превратился в безумные, размашистые каракули. Страницы были списаны одной и той же фразой, которая повторялось сотни, тысячи раз, налезая друг на друга и разрывая бумагу стержнем ручки:
оно пришло за моей кровью. Оно пришло за моей кровью .
Пролистав дальше, Елена наткнулась на сложный вдвое лист бумаги. Это было неотправленное письмо, написанное незадолго до госпитализации. Строчки двоились перед глазами Елены от поступающих слез:
Елена, девочка моя. Если ты это читаешь, значит, меня больше нет, а оно нашло тебя. Не верь этому дому. Не верь тишине. Оно — не призрак. Оно древнее, оно живет в гнили под полом. Оно питается нашими обидами, нашей злостью и гордостью. Оно сводит нас с ума, заставляя ненавидеть тех, кого мы любим, потому что так мы становимся слабыми. Елена, он помнит твой запах. Твоя кровь — это его ключ. Никогда не приезжай сюда.
Уезжай …
Письмо оборвалось жирный кляксой.
Елена сидела в полутьме, прижимая листок к груди. Её сердце колотилось как сумасшедшее. Значит, безумие матери не было болезнью? Или это она сейчас сходит с ума, читая бред психически нездорового человека?
Вдруг тишину чердака прорезал звук .В самом дальнем углу, за грудой старой мебели, где сгущалась непроглядная тьма, что-то шевельнулось. Это был тихий, сухой шелест, словно кто-то перебирал пальцами сухие листья. А затем в пространстве между балками раздался едва уловимый, хриплый полу вздох — полу шепот. Звук был до ужасом похож на искаженный, лишенный эмоций голос её матери, зовущий её по имени:
Е-ле-на…..Лучи солнца за окном мгновенно погасли, погружая чердак в ледяную, зловещую тьму.
Глава 4 . Глухое эхо
Елена не понимала, как скатилась по хлипкой деревянный лестнице. Картонные коробки на чердаке летели во все стороны, пальцы горели от ссадин, а из груди вырвался задушенный, хриплый плач. Ей казалось, что ледяной воздух чердака преследует её, цепляясь за волосы тяжелыми невидимыми пальцами.
Упав на гнилые доски коридора первого этажа, она с силой пнула лестницу вверх. Люк захлопнулся с оглушительным грохотом. Тяжело дыша, Елена приезжала к груди серую тетрадь дневника — единственное доказательство того, что её рассудок ещё не полностью раскололся.
Алекс! Алекс, ради бога, иди сюда! -закричала она, срываюсь на фальцет.
Шаги из подвала раздались не сразу. Медленные, тяжелые, полные усталости.
Когда Алекс показался в дверном проеме, его лицо было покрыто чёрными потеками и грязи. В руке он ещё сжимал разводной ключ.
Ты чего орёшь? — его голос прозвучал пугающе глухо и раздраженно .- У меня трубу прорвало, всю обувь залило ледяной жижей, а ты бьешься в истерике из-за какой-то ерунды.
Это не ерунда! — Елена побежала к нему, подтягивая дневник и неотрывно трясущийся листок бумаги.- Я была на чердаке. Там сундук моей матери. Алекс посмотри! Мои фотографии… у них выжжены глаза. И её дневник! Она не была сумасшедшей, Алекс. Она предупреждала меня. Оно живёт здесь, под полом. Оно питается нашей злостью. Оно звала меня её голосом!
Алекс молча смотрел исписанные безумным почерком страницы, которые Елена судорожно перелистывала перед его лицом. В его глазах не было страха. Только нарастающее, тяжелое раздражение и разочарование. Он медленно отвёл её руку в сторону.
Елена, остановись, — твёрдо с пугающим хладнокровием произнёс он. — Посмотри на себя. Ты бредишь. Твоя мать закончила свои дни в психушке, и ты сейчас читаешь бредни больного человека. Оно живёт под полом?Питается злостью? Что за чушь!
Алекс, я слышала голос! — из глаз Елены хлынули слёзы. — Она назвала меня по имени!
В старых домах всегда гуляет сквозняк! — Алекс вдруг сорвался на крик, отчего Елена отпрянула. Его лицо исказилось от злости, а пальцы сильнее сжали разводной ключ, — Хватит! Мне по горло хватает проблем! Банк отобрал у нас всё. Всё Елена! Из-за меня мы нищие. Я пытаюсь сделать так, чтобы мы не сдохли от холода в этой глуши, а ты начинаешь сходить с ума точно так же, как твоя чёртова мать!
Эти слова ударили сильнее физической пощечины. Елена замерла. Трещина в браке, которую демон так аккуратно подпиливал последние три дня, наконец-то превратилась в глубокую пропасть. Алекс тяжело дышал, глядя на жену, и в его глазах на секунду промелькнуло что-то чужое, холодное и злорадное. Но он быстро моргнул, и это выражение исчезло, сменившись привычной усталостью.
Ладно, — выдохнул он, вытирая пот со лба грязной рукой. — Прости. Я вспылил. Идём со мной. Я покажу тебе твоихмонстров.
Он схватил Елену за запястье — слишком сильно, до боли — и потащил за собой к открытой двери подвала. Девушка пыталась вырваться, но от страха и слабости её ноги подкашивались.
Они спустились по сырым ступенькам в подвал. Единственный фонарь, оставленный Алексом на ящике, бросал длинные, уродливые тени на каменные стены. На полу стояла грязная, ржавая вода, доходившая до щиколоток. Пахло сыростью, железом и гнилью.
Видишь? — Алекс посветил фонарем по углам. — Трубы. Земля. Никого здесь нет. Только крысы и….
Луч света замер на дальней стене подвала, прямо за кирпичной кладкой,
которую Алекс расковырял монтировкой пару часов назад.
Алекс остановился на полуслове. Его хватка на запястье Елены ослабла.
На сырой, вязкой гнили пола, прямо у подножия раскопанные стены, отчётливо виднелись следы. Но это были не крысиные лапы и не следы от тяжелых рабочих ботинок Алекса. Это были глубокие отпечатки длинных, не естественно тонких босых ног. Пальцы оканчивались острыми, глубокими ямками, будто существо имело длинные когти. Следы шли из узкой, непроглядно тёмный ниши в стене и вели…. прямо к лестнице, на которой они сейчас стояли.
Но самом страшным было другое. Рядом с отпечатками когтей на мокрой глине лежали свежие, ещё не успевшие высохнуть капли тёмной, почти чёрной крови. И цепочка этих капель тянулась вверх по деревянным ступеням лестницы — прямо туда, откуда они только что спустились.
Глава 5 . Фальшивые отражения
Они взлетели по лестнице из подвала, тяжело дыша и толкая друг друга в спину. Алекс с грохотом захлопнул дубовую дверь и навалился на неё всем своим телом, судорожно задвигая ржавый железный засов. Его руки ходили ходуном. Весь его скептицизм, вся его уверенность испарилась в ту же секунду, когда лучами фонаря высветил когтистые следы и свежие капли чёрной крови до ступенях.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.