Попаданка под прикрытием, или Замуж под Новый год

Глава 8.

Меня раздражали властные интонации в голосе моего мужа. Сперва он заставил меня умыться, потом снять платье и надеть халат.

И вот, к своему стыду, я сижу на стуле, пока он, как ищейка, рыщет в коробке с косметикой.

— Думаешь, что накрасишь меня лучше? — я была зла. — Что ж. Давай. Если женскому вкусу не доверяешь, то продемонстрируй свой.

Макс злорадно усмехнулся, повернулся ко мне, держа в руках с десяток коробочек и баночек, и выгрузил их на туалетный столик.

— Что ж… Начнем.

Следующие пятнадцать минут стали для меня мучением. Во-первых, я оказалась не права, и Макс весьма умело орудовал кистями. А во-вторых, меня смущала его близость и лёгкие случайные касания.

Я сидела, как на иголках, рассматривая его сосредоточенное лицо.

— Где ты этому научился? — спросила тихо, когда он взял в руки алую помаду.

Он широко улыбнулся.

— Иногда мне требовалось сделать вид, что преступник ещё жив…

Я адресовала ему в ответ лёгкую улыбку, и только потом до меня дошел смысл его фразы.

— Ты делал макияж трупам?!

— Не просто макияж. Я их, можно сказать, оживлял. Они действительно выглядели как живые, когда я доставлял их в отдел. Даже глаза на закрытых веках искусно научился рисовать.

Мой рот приоткрылся от шока, и Макс тут же закрыл его назад. Я смотрела на него, как на безумца, пытаясь представить эту картину…

— Да не смотри ты так. Я пошутил, — объявил он и лёгкой рукой художника коснулся тонкой кистью сперва помады, а потом моих губ.

Я облегчённо выдохнула. Вот и как с ним нормально общаться?

— А если серьезно? Где ты этому научился?

— Брал уроки у одной талантливой дамы. Я решил, что такие умения могут мне пригодиться. Ведь в шпионаже никогда не знаешь, чей образ ты должен будешь примерить на себя завтра.

Оценивающий взгляд Макса скользнул по моему лицу и остановился на губах. Он любовался ими несколько секунд и, в конце концов, аккуратно коснулся их подушечкой пальца, поправляя помаду.

Я занервничала, увидев, что его серые глаза снова стали почти черными.

Простое движение, но оно было слишком нежным и бережным. Чересчур чувственным и интимным…

— Итак, приступим к гардеробу, — в его голосе послышались стальные нотки, и он отстранился, оставив меня в лёгком замешательстве.

Пока из шкафа летело платье за платьем, я повернулась к зеркалу и… обомлела.

Не знаю, насколько хорош Макс в работе и других вещах, но визажист из него получился бы отменный.

Мои голубые глаза за счёт верно подобранных теней и правильно нанесённой туши стали ярче и выразительнее. Тон лица был ровным, румяна лежали там, где и должны находиться. Даже губы, накрашенные алой помадой, выглядели не вульгарно, а гармонично.

— Надевай, — Макс швырнул на кровать красный блестящий наряд.

— Такой яркий? — я пришла в ужас, поглядывая на неприлично низкий вырез.

— Яркой должна быть ты. А это просто тряпки.

Следом за нарядом из шкафа полетели черные чулки и красивое кружевное белье.

— Украшения выберешь сама. Волосы с одной стороны прибери, — Макс казался каким-то нервным. — Жду тебя внизу.

Не позволив сказать мне ни слова, он вышел из спальни и захлопнул дверь.

Через десять минут я выглядывала вниз, перегнувшись через перила лестницы, чтобы понять, ждут меня внизу или нет.

Потому, что дефилировать по лестнице с такой же гордостью, как в первый раз, я не могла.

— Анна, я тебя заметил. Спускайся, — раздался снизу голос моего супруга.

Я набрала полные лёгкие воздуха и с грацией пленницы двинулась вниз.

Чувствуя себя не в своей тарелке, я без устали пыталась подтянуть вверх корсаж платья, чтобы случайно оттуда не показалась “красота дивная”.

Зато теперь я поняла, что сказка про красивого лебедя — ложь. Ведь даже если ты и оказалась в теле прекрасного лебедя, то душой ты все равно остаешься неуверенным гадким утенком.

Увидев меня, Макс расплылся в довольной улыбке. Скользнул по мне плотоядным взглядом и вытянул руку, помогая спуститься с последних ступеней.

— Вот теперь ты изумительная.

— Благодарю, — я выдавила из себя лёгкую улыбку, пряча внутри дикий страх.

— Теперь осталось дело за малым. Всего-то надо привлечь внимание мэра и подружиться с ним. Но смотри в оба. Наш преступник может быть где-то поблизости.

В моей голове раздался истеричный смешок.

Действительно…

И “всего-то”...

Промокод

Таверна "Золотой дракон"

XrXII1Ty

Глава 9

До дома мэра мы добирались, как в старых фильмах — в черном роскошном экипаже, запряженном парой лошадей.

Я смотрела в окошко, любуясь тем, как снежинки кружат в мягком свете уличных фонарей. Разглядывала манящие витрины магазинов и уличные прилавки со всевозможными угощениями: от сладких пряников до горячих напитков.

Дети, закутанные в теплые шарфы и громоздкие шубы, смеялись и носились с санками по заснеженным тротуарам, пока взрослые торговались у прилавков, пытаясь сбить цену.

Даже сидя в экипаже, я улавливала лёгкий аромат хвои и шоколада, которым пропитался воздух.

Ксолар был прекрасен.

Он напоминал настоящий город из сказки, наполненный зимней волшебной атмосферой праздника. Той самой, которую в последний раз я ощущала только в детстве…

Вечерние улицы были украшены гирляндами из зелёных еловых веток и ярких огоньков. Дома из тёмного кирпича с изогнутыми заснеженными крышами и высокими шпилями, стояли ровными рядами. Небольшие окна светились манящим тёплым уютным светом, и мне вдруг стало безумно одиноко…

Я вдруг очень заскучала по тем зимним праздникам, когда я была ещё маленькой девочкой. Когда мама пекла на кухне вкуснейшие булочки, заполняя нашу маленькую квартирку прекрасным запахом корицы. Отец приносил живую ёлочку и мандарины — “привет от зайчика”.

Со временем это волшебство начало исчезать. Чем старше я становилась, тем сложнее было поверить в сказку. А с уходом из жизни родителей — она и вовсе исчезла.

Мой бывший муж считал, что новый год — это просто день, на котором отлично зарабатывают все магазины. Что ёлка и новогодние украшения — пустая трата денег. Как, впрочем, и подарки.

Интересно, смогу ли я здесь, в новом мире, снова ощутить это волшебство?

— Все в порядке? — спросил негромко Макс, сидящий напротив, и я тут же нацепила на лицо жизнерадостную улыбку, боясь, что выдала свои эмоции.

— Да. А не должно?

Он так пристально посмотрел на меня в полумраке экипажа, что по коже пронеслись мурашки. Чтобы он снова не начал засыпать меня неудобными вопросами, я первой начала разговор.

— Я читала, что ты черный дракон.

— Да.

— А какие у тебя способности, кроме обращения?

Макс усмехнулся.

— Я говорил, что тебе очень идёт эта меховая накидка?

— Не заговаривай мне зубы, — я искренне улыбнулась, смутившись комплименту. — Что ты умеешь?

— Многое.

— А именно?

Макс подался вперёд и поманил меня пальцем.

Я подалась ему навстречу, решив, что он боится, что кучер услышит его секрет.

— Ты действительно хочешь это знать? — спросил он шепотом.

Я утвердительно кивнула.

Он склонился к моему уху и едва слышно произнес:

— Я никогда не раскрываю свои карты, Анна. Тем более случайной напарнице. Но, если хочешь, могу продемонстрировать тебе одно из умений.

Его губы сомкнулись на мочке моего уха, и меня, как током прошибло.

Я встрепенулась и вжалась обратно в спинку сиденья.

— Спасибо, не стоит.

Макс одарил меня лучезарной улыбкой и, довольный своим мальчишеским поступком, откинулся обратно на сиденье.

— Вообще-то, это нечестно. Ты знаешь о моем даре, а я о тебе ничего не знаю.

— О твоём даре знает весь Секретный отдел. Потому, что только им ты и обладаешь. Я же не собираюсь раскрывать свои секреты. Если понадобится — я применю свои способности. Не переживай, жена, ты под надёжной защитой.

Ну, с этим бы я, конечно, поспорила.

От самой себя он вряд ли сможет меня защитить.

Наконец, наш экипаж остановился перед величественным зданием из белого мрамора, что возвышалось над окружающими его постройками.

— Вот мы и приехали, — произнес Макс и ловко выскочил на улицу.

Он галантно протянул мне руку, помогая выбраться из экипажа, и при этом бессовестно заглянул в мое низкое декольте.

Поймав его взгляд, я быстро спрятала вырез под меховую накидку.

Возле высокого крыльца нас встречали две огромные статуи драконов из белого мрамора. Я вскинула голову, изучая высокие колонны, поддерживающие массивный балкон. На крыше здания развевался белоснежный флаг с изображением золотого дракона — символ этого города.

Макс крепко обхватил меня за талию, и меня охватило волнение.

— Напоминаю. Что для всех мы обычные люди. Применишь на ком-то гипноз без моего ведома — узнаешь, что такое гнев мужа.

Пока мы поднимались по высокому крыльцу, рука Макса то и дело съезжала вниз, поглаживая ягодицы.

— Руки, — предупредила я.

Он усмехнулся и склонился к моему уху.

— Не шипи, любовь моя. Веди себя, как примерная жена.

— А ты не…

Я оборвалась на полуслове и уставилась на слуг, стоящих у входных дверей. Испытывая стыд и злость от беспомощности, я приветственно улыбнулась слугам и мысленно пожелала своему мужу всего самого “хорошего”.

— Добрый вечер, — Макс протянул одному из них пригласительную карточку.

— Рады приветствовать вас на этом благотворительном вечере, — в один голос произнесли слуги и, как по команде, распахнули тяжёлые двойные двери.

Мы вошли внутрь, и мое волнение усилилось в разы…

— С первым днём совместной работы, любовь моя.

Макс подмигнул мне и, гад такой, ущипнул за зад.

Дом мэра

Глава 10

Не привыкшая быть в центре внимания, я едва не удержалась от желания рвануть назад к двери, когда мы оказались в просторном зале, и на нас устремились сотни пар глаз.

Кто-то глядел на нас с интересом, кто-то с насмешкой… Я старалась не обращать внимания на восхищенные взгляды мужчин и недобрые завистливые взгляды женщин, и с интересом рассматривала светлый зал с огромными хрустальными люстрами.

В углу зала расположился небольшой оркестр. В центре находилась высокая ёлка, украшенная деревянными расписными игрушками и золотыми лентами, а рядом с ней — длинный стол с изысканными угощениями и напитками.

Гости, одетые в великолепные вечерние наряды, кружились в танце и вели непринуждённые беседы, разбившись на маленькие компании.

Перед нами остановился официант, одетый в белую униформу, и я потянулась к бокалу с игристым вином.

Но Макс меня опередил.

Вместо вина он взял с подноса два бокала с ярко-оранжевым напитком.

— Ты на работе, — напомнил он насмешливо. — Пей морковный сок.

В моей душе вспыхнул лучик недовольства. Эх, вино, определенно, лучше бы сказалось на качестве моей “работы”.

— Вот он, Альберто Дюваль. Слева, — пропел Макс мне в ухо. — Ему всего пятьдесят пять лет, и ему ещё очень рано умирать. Поэтому мы просто обязаны его спасти.

Я поднесла бокал к губам и уставилась на необычного мужчину, стоящего у ёлки в компании гостей.

Он выделялся из толпы.

Несмотря на слегка полноватую фигуру и заметный живот, Альберто Дюваль просто излучал энергичность и жизнерадостность. Аккуратные тёмные усы и русые волосы украшала едва заметная седина, что придавала его внешности некой солидности и нотку благородства. Широкая добродушная улыбка не исчезала с круглого лица, пока он слушал горячие речи своих собеседников.

Я ещё даже не познакомилась с ним, а он уже расположил меня к себе.

Даже его интересный наряд заряжал весельем: на накрахмаленной белой рубашке красовался ярко-зелёный галстук-бабочка в тон бархатному жилету. Выдающийся костюм красного цвета в белую тонкую полоску сидел не самым лучшим образом, но это абсолютно не портило хорошего впечатления.

— Какой план? — я повернула голову к Максу и растерялась.

Он смотрел на меня как-то слишком пристально.

— Ты останешься в зале и попытаешься наладить контакт с мэром.

— А ты?

— А я поехал домой.

На миг я лишилась дара речи. Что? Он совсем спятил оставлять меня тут одну?

— Мы вообще-то семья, — фыркнула тихо.

Макс усмехнулся, крепко обхватил меня за талию и заботливо поцеловал в висок.

— Шучу, — произнес он возле уха. — Я пока осмотрю дом. Скоро вернусь.

Как только Макс скрылся из виду, я тут же двинулась через толпу навстречу официанту.

Потому, что морковный сок совсем не придавал мне смелости!

Только я добралась до заветного бокала с игристым и обхватила его рукой, как меня грубо толкнули в спину.

Я врезалась в бедного официанта, и он выронил свой поднос.

Звон разбившихся бокалов прокатился по залу, на миг затмив веселые ритмы музыкантов.

Я гневно обернулась, ощущая, как тонкая струйка игристого вина спряталась в моем низком декольте.

Наградив меня надменной улыбочкой, мимо меня проплыла виновница этого безобразия — дородная дама в темно-зеленом платье. Она крепко держала под ручку своего кавалера, словно боялась, что он бросится мне на помощь.

— Вот же сучка, — проскрипела сквозь зубы, понимая, что обратила на себя внимание половины зала.

Бедный официант начал собирать с пола осколки, и я уже собралась в этом ему помочь, но в последний момент заметила, что в мою сторону шагает сам мэр Ксолара…

Альберто Дюваль

Мэр города Ксолар

— Вы не ушиблись? — Альберто одарил меня сияющей улыбкой.

— К счастью, нет.

Зал заполнился медленными ритмами, и все танцующие разбились на пары. Альберто галантно протянул руку, приглашая меня на танец.

Я покосилась на гостей, чтобы понять, есть ли в танце какие-нибудь неизвестные внезапные “па”. К счастью, их не было.

Я уверенно протянула мэру руку.

Довольно улыбаясь, он повел меня в центр зала и уверенно закружил в танце.

— Такую красавицу я вижу в нашем городе впервые.

— Мы только недавно с мужем приехали в город.

— Вот как? — его лицо озарилось радостью.— В таком случае разрешите представиться, мэр этого чудесного города — Альберто Дюваль.

— Анна Тьер, — я улыбнулась, но тревога не отступала.

Я боялась сказать что-то не то и провалить “задание”.

— А где же ваш муж, милая Анна?

— Отлучился в уборную. Скоро должен вернуться.

— Ах, нельзя. Ну, нельзя же оставлять такую красавицу одну! — шутливо пожурил его Альберто. — Вы напуганы. И я чувствую это.

И тут я вспомнила, что мэр Ксолара — эмпат. От осознания того, что он чувствует каждую мою эмоцию — разволновалась ещё больше.

— Я… я… ох, вы правы, — смысла юлить не было. Значит, надо выкручиваться. — Я все принимаю слишком близко к сердцу.

— Что же вас тревожит? Может я смогу вам помочь?

— По правде говоря, я боюсь, что нас с мужем плохо примут жители города, и у нас так и не появятся друзья. В таком случае, наших детей будут считать изгоями… А ведь мы хотим очень большую семью.

Я сама не до конца осознавала, что несу… Но лицо мэра вмиг изменилось.

От жизнерадостности не осталось и следа. Его глаза увлажнились, и он посмотрел на меня с огромным сожалением.

Боже, неужели, он действительно настолько чувствует мои эмоции?

— О, не переживайте, дорогая. Я понимаю, что вас пугает неизвестность. Но обещаю, что ни вы, ни ваши дети не станете изгоями в этом городе. У нас живут замечательные люди!

— Пока, увы, я их не встретила. Вы же видели недавний случай с официантом.

— Ах, это Жаннет, — Альберто поморщился.— Ее муж — добрейший человек, а вот она… От нее так и веет злобой. Прошу, не обращайте на нее внимания. Я и сам стараюсь не подходить к ней, чтобы поберечь душу.

— Постараюсь, — ответила без энтузиазма и грустно вздохнула.

Широкие темные брови мэра приподнялись домиком.

— Ну же, милая Анна. Прошу вас, не расстраивайтесь. У вас в этом городе есть уже, как минимум, один друг — я! Вы всегда можете обратиться ко мне за помощью.

Я смущённо улыбнулась и опустила глаза, протянув тихое “спасибо”.

Но когда снова взглянула на мэра, то его щеки пылали так же, как и у меня.

До чего же он все-таки милый человек!

Я действительно впервые видела настолько очаровательного мужчину. Макс прав: нет ничего лучше эмпата на месте чиновника.

— Возможно, мы даже подружимся с вашим мужем, — Альберто повеселел. — У меня обширный список увлечений. Скажите, что нравится вашему мужу?

Я растерялась. Какие увлечения?! Доводить жену! Это ему точно нравится. А в остальном — понятия не имею.

— Он любит играть в карты, — солгала я, надеясь, что Макс на это способен.

— О, я тоже люблю скоротать вечерок за партией. В таком случае, завтра вечером я приглашаю вас с мужем на званый ужин. Он будет проходить в узком кругу друзей. Там вы сможете познакомиться и подружиться с милейшими дамами, пока мужчины сыграют пару партий.

— Благодарю. Мы обязательно придем, — я довольно улыбнулась.

Боже, это оказалась так просто!

Меня разрывало на части от гордости и радости.

Альберто посмотрел на меня с таким умилением, как смотрят на маленького забавного зверька. Он так наслаждался моими эмоциями!

Даже после завершения танца Альберто меня не покинул. Он решил развлечь меня разговорами и подождать возвращения моего мужа.

Мэр рассказывал веселые истории из жизни горожан, и то, как ему пришлось в них участвовать. Он так задорно хохотал, что с моего лица не сходила искренняя улыбка.

Я пропустила момент, когда возле нас оказался Макс.

— Прости за задержку, любимая, — он крепко обнял меня за талию и поцеловал в щеку.

— Так вот вы какой… Негодяй, покинувший свою жену, — заявил шутливо мэр и протянул руку для приветствия.

— Может я и негодяй, но я никогда ее не оставлю. — Макс широко улыбнулся и крепко ухватился за протянутую ладонь. — Максимилиан Тьер.

— Альберто Дюваль.

— Приятно познакомиться.

— Я уже побеседовал с вашей женой, и она сообщила, что вы отлично играете в карты.

Макс бросил на меня быстрый взгляд, и я разнервничалась. Что, разумеется, не укрылось от Альберто.

— Или она солгала? — добавил он, глядя на меня с лёгким укором.

— Нет. Просто с моей супругой я играл в карты не совсем честно. Но тогда на кону стояла ее одежда… Я жульничал, как мог.

Я улыбнулась. Втайне восхищаясь уверенностью Макса и его способностью сгладить ситуацию.

Альберто громко рассмеялся и, напомнив, что завтра ждёт нас на ужин, поспешил удалиться.

Когда мы с Максом остались наедине, я выдохнула.

— Как прошло? — он посмотрел мне в глаза.

— Легче, чем я думала. Ты что-нибудь нашел?

Он отрицательно мотнул головой.

— Нет. Ничего странного. Но я поставил в спальне и кабинете мэра артефакт-ловушку. Она впитает любую магию.

— Значит, он защищен?

— Не совсем. Необходимо понять, как преступники это делают. Но мы в любом случае выиграли немного времени. В первый раз покушение сорвётся. А завтра вечером мы проверим, на месте ли ловушки.

Я утвердительно кивнула, чувствуя, как на меня накатывается усталость. Вероятно, я слишком перенервничала.

— Теперь можем ехать домой?

— Почти, — Макс прижал меня к себе поближе и склонился к уху. — Видишь ту даму в ярко-синем наряде? Недалеко от оркестра?

Я нашла глазами пышную рыжеволосую женщину, что стояла в компании знакомых и попивала игристое.

— Да.

— Видишь ленточку на ее запястье?

Я осторожно опустила взгляд вниз. На ее руке вместо аксессуаров действительно находилась лента, завязанная на красивый бант.

— Вижу.

— Принесешь мне ленту — и можем ехать домой.

— Я?!

— Ну, не я же буду красть женские штучки. Мне говорили, что ты хороша в таких вещах.

Я неуверенно улыбнулась.

Проклятые таланты Анны вылезают мне боком!

Но желание побыстрее оказаться дома, заставило меня действовать. Покинув Макса, я ринулась в толпу...

Глава 11

Макс

Что-то с ней было не так.

Я смотрел на Анну и… Впервые не понимал, что происходит. То ли она настолько хорошая актриса, то ли у меня едет крыша.

За свою жизнь я повидал множество красоток: подруги, любовницы, преступницы и шпионки вражеской империи. Я отлично понимал, когда меня хотят соблазнить, когда со мной играют, а когда боятся.

И то, что я видел сейчас — шло вразрез с образом Анны Боссо, которую мне в красках описывали в отделе.

Там ее считали стервой, готовой пойти по головам, если потребуется. Она не брезговала никаким заданием, если за него хорошо платили. Говорили, что она остра на язык, опасна, и может соблазнить даже дряхлого старика, у которого уже зола в штанах.

Именно поэтому к ней отправили меня.

Потому, что я отлично контролировал свои инстинкты, был устойчив к женским манипуляциям, истерикам и попыткам соблазнения.

Возможно, причина моего “таланта” крылась в том, что я слишком часто видел, что на самом деле скрывается за внешним “фасадом” и воспринимал женскую красоту исключительно, как нечто пустое?

Но сейчас…

Драконья мать! Я не знал, что и думать…

И злился.

Я впервые чувствовал, что не справляюсь. Что мой самоконтроль медленно летит псу под хвост. И дело было не в смазливом личике моей жены… Причина крылась в ином.

Во-первых, Анна меня боялась. Пыталась это скрыть, но я улавливал ее страх и настороженность в движениях и во взглядах.

Во-вторых, она сильно стеснялась. И делала это не ради флирта, чтобы показать мне образ недотроги… Нет. Она по-настоящему краснела и впадала в ступор при виде низкого декольте на платье. Вздрагивала, когда я ее касался. А какой ужас читался в ее глазах вчера, когда я потребовал её раздеться!

Хотя, что кривить душой? Сначала мне было весело.

Я решил, что Анна со мной играет, и демонстрирует свое актерское мастерство. Именно поэтому я и произнес вполне безобидное “раздевайся”, подключаясь к ее игре.

Готовился к тому, что она вот-вот одарит меня хищной улыбкой — свидетельством того, что я раскусил ее уловки, а потом устроит проверку на мужскую выдержку, продемонстрировав свое очарование в полной красе.

Но… Меня ждал сюрприз.

Миленький такой. Стеснительный.

В-третьих, она заучка. От нее за версту несёт занудством и тоннами прочитанных умных книг. Она не умеет краситься, не разбирается в моде и ведёт себя неуверенно.

Ну и в-четвёртых, если бы я оскорбил настоящую шпионку, то она бы попросила дворецкого всадить мне нож в ногу, а не скромно выплеснуть кофе в лицо.

Да и настоящая шпионка никогда не станет работать с напарником, пока он не продемонстрирует ей, на что способен! Ведь это гарантия ее защиты в совместной работе.

А моя жена почему-то с лёгкостью поверила мне на слово.

Поведение Анны было крайне странным, и в то же время порядком подогревало мой интерес.