Ради Любви

– Рюмка пуста? Пуста. Какие претензии? Никаких! – сквозь

смех сказал Низитин.

135

После посиделок пошли в клуб на танцы. И здесь Артём Бакин шепнул на ушко:

– Лен, с тобой хотят в шахматы сыграть.

Артём подвёл к столу, за которым сидел незнакомый парень. Шахматные фигуры уже были аккуратно расставлены.

– Сыграем на ящик водки? – с ходу предложил парень.

Посмотрела на молодого человека, перевела взгляд на Бакина. – Вы серьёзно?

Ребята переглянулись и улыбнулись друг другу: понятно, сгово- рились.

– Кстати, меня Алексеем зовут.

– А меня Елена.

– Знаю, – улыбнулся Алексей и посмотрел на Бакина.

Артём отвёл взгляд.

– Алексей, а если я выиграю, отдашь ящик?

– Этого не случится: я играю лучше всех в деревне.

– Получается, если проиграю, тебе водку подавай, а если я вы- играю, то приза не видать?

– Точно, – сказал деревенский Бендер.

– Ты же, Лен, не пьёшь, – заметил Бакин.

– Не пью, но так из-за принципа. Ладно, начнём, – сказала я и двинула белую пешку на две клетки вперёд.

Алексей, действительно, оказался сильным противником и тем не менее проиграл. Он встал из-за стола и, не веря в то, что произо- шло, воскликнул:

– Этого не может быть!

– Я предупреждал, что она лучшая.

К столу подошёл Саша Пикорин.

– А со мной партию?

И зачем только он садится играть? Неужели надеется выиграть? Он проиграл очень быстро и без лишних слов ушёл. Глубоко вздох- нула и присоединилась к танцующим ребятам. Когда закрыла клуб и стала спускаться по ступенькам широкой лестницы, меня оклик- нул Валера Бисеков.

– Лена, подожди!

– Жду, – улыбнулась я.

– Леночка, давай немного пройдёмся.

136

– Давай.

Мы сделали несколько шагов, и Бисеков взволнованно сказал: – Нет, лучше постоим.

«Нервничает. Сейчас в любви признаваться будет», – предпо- ложила и посмотрела мимо Валеры в сторону клуба. На крыльце стоял Пикорин, облокотившись о перила.

– Хочу сказать… Давно наблюдаю за тобой и вижу в тебе только хорошее, светлое. Уверен, что таких, как ты, на свете нет. Я тебя очень люблю и хотел бы с тобой встречаться.

– Валера, ты хороший человек. Прости, но я тебя не люблю.

– Ты меня совсем не знаешь. Если будем встречаться, узнаешь и полюбишь…

– Нет, Валера, с тобой встречаться мы не станем. Извини, мне пора.

– Позволь тебя проводить, – Валера встал на моём пути.

– Нет, – твёрдо отказала я.

Вспомнила, что когда-то его сестра Наташа просила за меня за- ступиться, а Валера не захотел. А теперь признаётся в любви и хо- чет встречаться. Наверное, жалеет, что не стал для меня героем, а может, и забыл, что была такая возможность.

– Эй, ты что к девчонке пристаёшь? Видишь, не желает с тобой общаться! – вдруг раздался крик Пикорина.

– Не твоего ума дело! – огрызнулся Бисеков и продолжил: – Ну хоть есть у меня шанс?

– А вон и мама идёт, мне пора.

– Лена, ответь!

– Нет, Валера.

– Молодой человек, в чём дело? – вмешалась мама.

– Да вот, я вашей дочери в любви признаюсь, а она гонит.

– Что ж, ей выбирать, – спокойно ответила мама.

Я взяла её под руку и мы пошли домой.

* * *

Сегодня экзамен по физике. Бегло повторила ответы на вопросы и отправилась в школу. Сдала легко. Пришла мысль отметить сдачу экзамена с ребятами, как в прошлый раз. Женя обрадовалась:

137

– Это идея! Но к тебе пацаны постесняются пойти. Можно у меня: завтра родители уезжают к бабушке. Оторвёмся!

В коридоре встретили Низитина, Бакина, Жилякова. Низитин восторженно выкрикнул:

– О чём разговор? Отметим!

–Тише! А то Юлька уже косится на нас, – шикнула Женя, и все ребята повернулись в сторону Тюбиной. – Не смотрите так от- крыто! Завтра в семь у меня. Будет кто интересоваться, зачем мы подходили...

– Рот на замке! – подхватил Максим и улыбнулся.

– Мы что, сами себе враги? – поддержали Бакин и Жиляков.

– В чём дело? – полюбопытствовали только что подошедшие Самойлов Олег и Алимов Лёша.

– Вам всё расскажут, а мы побежали – готовить надо, – бросила Женя на ходу.

– Куда побежали, что готовить? – не понял Алимов, но нас и след простыл.

За три года я столько натерпелась, что изменения в отношениях с одноклассниками воспринимала осторожно. Думаю, ребята это понимали, хотя не подавали виду.

После кино осталась в клубе вместо мамы. Закончились танцы, и я попросила всех выйти. Саша Пикорин и Валера Бисеков сидели в креслах и рассказывали друг другу анекдоты, громко хохотали.

– Так, а вам особое приглашение надо? – поинтересовалась я. – Решили не уходить, – пошутил Саша.

– Придётся вас закрыть, – тоже пошутила в ответ.

– А мы – через кинозал.

– Что-то пропадёт – буду знать, с кого спросить.

– Ладно-ладно, уговорила.

Друзья стояли на крыльце, когда закрыла клуб, Саша предложил проводить меня. Я отказалась.

– Смотри, чтоб потом не пожалеть, – крикнул в след он.

– Не волнуйся, не буду.

– А вдруг на тебя нападут? – Саша догнал меня.

– Не беспокойся.

– А вдруг? Хотя, – Саша хитро улыбнулся, – если ты решила, чтоб я тебя проводил, так тому и быть.

138

– Не говорила ничего такого! – удивлённо посмотрела на него. – Мне что, послышалось? Тогда я пошёл.

– Иди, – спокойно ответила я.

– А с другой стороны, я рядом. Можно сказать, уже провожаю. Дойду уж до конца.

– Иди уж, – сдалась я и подумала: «Ну и хитрец ты, Саша!» Мы шли и говорили о пустяках. Чувствовала себя спокойно, ве- село смеялась, шутила и твёрдо знала: Саше можно доверять. Вот и калитка. Пикорин коснулся руки и тихо сказал:

– Не хочется с тобой расставаться. Так легко, будто знаю тебя всю жизнь.

– И у меня такое же чувство, – смущаясь, призналась я.

– Может, ещё кружок?

Неожиданно нас осветило фарами – это «запорожец» подкатил к гаражу.

– Вот и всё, – проговорила я. – Папа выйдет из машины, позовёт домой, и мы расстанемся.

– А завтра увидимся?

– Может быть.

Папа вышел из машины, чтобы открыть двери в гараж, и посмо- трел в нашу сторону:

– Лена, домой!

– Угадала, – засмеялась я.

– Ты хорошо знаешь отца. А он строгий?

– Очень.

– Тогда до встречи, – ласково попрощался Саша и махнул рукой, а я, окрылённая и счастливая, буквально влетела в дом.

– Мама, знаешь, кто меня провожал? – радостно воскликнула я. – Пикорин, мам, тот самый… Я ещё расспрашивала о нём. Было так хорошо!.. Думаю позволить ему снова проводить меня… – Не знаю, – засомневалась мама, – говорят, он больше одного раза девушку не провожает.

– Почему?!

– Очень разборчивый. Ему одного свидания хватает, чтобы определить, подходит девушка или нет.

Было над чем задуматься…

Утром, едва перешагнув порог класса, поняла: издёвок по пово- 139

ду «проводов» не миновать.

– А кого я вчера видела… – ехидно протянула Махалова.

– Кого? – все навострили уши.

– Нашу скромницу Бухарову, которая никому не позволяет себя провожать, ни с кем не дружит, не целуется. Иду и слышу знакомые голоса. Оборачиваюсь – Бухарова с Пикориным.

– С Пикориным? – в один голос переспросили ошарашенные одноклассники.

– Сама сначала не поверила глазам, но факт есть факт.

Кислиёва добавила свою ложку дёгтя:

– Думаешь, нужна ему? Да он уже бросил тебя! И не мечтай, больше не подойдёт!

Чувствовала, что нравлюсь Саше, и была уверена: он не оставит меня. Вдруг вспомнила, как Марина опекала своего взрослого бра- та, и мне стало смешно.

– Ты что улыбаешься? Ещё посмеёмся над тобой, когда увидим Пикорина с другой.

Недобрая зависть кипела в словах Марины.

– Ну, ты и молодец! Не ожидал! – ободряюще шепнул Бакин, проходя мимо моей парты.

* * *

После школы готовили у Жени праздничный стол. Отлучилась домой привести себя в порядок – и снова к Жене. Вскоре подтяну- лись ребята, нарядные и весёлые.

– Вот-вот остальные нагрянут, – возвестил Артём Бакин.

Женя включила проигрыватель и поставила медленную музыку.

– А как же танцевать? Вас двое, а нас – уже шестеро, – посчитал Олег Самойлов.

– По очереди, – предложила я.

– Тогда мой танец – первый. Лена, можно тебя пригласить? – со- риентировался Олег.

– Конечно.

– Мне нужно ненадолго домой, – сказала Жене после третьего танца.

– Не хочу одной оставаться, – шепнула подруга. – Мальчишки собираются только из-за тебя, я им нужна как телеге пятое колесо.

140

– С чего это взяла?

– Когда звучала музыка, меня никто не пригласил на танец, жда- ли, когда ты освободишься. От них раньше привета не слышала. Ты дружишь со мной, вот они и зовут заодно. Ясно как божий день, – пожаловалась Женя.

– Женя, а ты забыла, как раньше они ко мне относились?

– Это девчонки жутко завидовали. Они-то и вынуждали мальчи- шек тебя шпынять. Ты им всегда очень нравилась, только они при- знаться стеснялись. Да и как ты можешь не нравиться?

– Жень, не переживай, я скоро.

Во дворе своего дома покормила кур, поросят, кроликов и устре- милась в дом Жени.

Когда зашла, застала Женю в слезах. Она подметала пол, на со- вке лежали осколки вазы.

– Что случилось? Где все? – спросила я.

Женя ещё сильнее расплакалась:

– Ты только ушла, как в дом залетела эта дурная компания – Тюбина, Кислиёва, Махалова. Устроили страшный скандал. Юлька упрекнула, что её не позвала. Эта троица забралась на стол и давай переворачивать тарелки, мять еду. Всё, что наготовили, – коту под хвост! Свалили вазу с цветами… За неё от родителей влетит… Зашла в зал и ужаснулась: посуда на столе перевернута, а при- готовленные блюда – сплошная каша…

– Они пьяные были?

– А то!

– А мальчишки что?

– Они от изумления не могли вымолвить ни слова. Потом, прав- да, Бакин очнулся, давай стаскивать Тюбину, а она – матом! Осталь- ные пацаны тоже будто проснулись – начали снимать всех со стола. Такого наслушалась! Ненавижу эту Тюбину! Откуда только узна- ла о нашей вечеринке? Так стыдно перед ребятами, что больше не буду с ними отмечать ни одного экзамена.

– Очень жаль, что так получилось.

– Да, жаль…

– А что сказали ребята, когда девчонки ушли?

– Что они чокнутые и бесятся от бессилия и злобы.

– Жень, тебе надо развеяться. Пойдём в клуб.

141

– Нет настроения.

– Тогда давай помогу прибраться.

– И перед тобой совестно: столько продуктов принесла, целый день готовила, так ещё за этими свиньями прибирать? Нет уж, сама всё сделаю, – вытирая слёзы, сказала подруга.

– Женя, я завтра зайду, не вешай нос.

Случившееся в доме Жени сидело занозой внутри, но в клуб ле- тела на всех парусах. Как там Пикорин? Подойдёт или нет?

Начались танцы, а Саши не было. Чтобы удобнее наблюдать за входом, села играть в шахматы. Наконец появился Саша. В фойе стоял теннисный стол, и Пикорину предложили ракетку, но он от- казался. Посмотрел через стекло на танцующих, перевёл взгляд на шахматные столы, улыбнулся и направился ко мне.

– Привет!

– Привет! – улыбаясь, ответила я.

– Выигрываешь?

– Как всегда. Хочешь сразиться?

– Одного раза достаточно. Потанцуем?

Кивнула и через ход объявила сопернику мат. Целый вечер Саша не отходил от меня и снова провожал.

– Мне почему-то всё время встречались неинтересные девчон- ки, – завёл откровенный разговор Пикорин. – С ними не о чем по- говорить, они словно бесцветные, потому и расставался легко и без сожалений. А с тобой – по-другому: ноги сами к тебе бегут. Еле до- ждался вечера… Со мной такое впервые…

У Саши радостно блестели глаза. Его слова пролились баль- замом на растревоженное сердце – на карту была поставлена моя честь.

– Когда мы сюда переехали, решила, что ни с кем здесь не буду встречаться, поэтому не позволяла себя провожать, – призналась Саше и я.

– Надо же, и меня посещали такие мысли. Видишь, как вышло: подобное тянется к подобному.

Мы засмеялись.

Вручение аттестатов

142

В актовом зале было жарко, и ребята распахнули окна, откуда открывался вид на пришкольные просторы.

Папа на правах директора выступал первым. Как всегда, гово- рил ровным, хорошо поставленным голосом. В заключение объ- явил, что аттестаты получают все, кроме Игоря Кузнецова. Игорь тут же густо покраснел и возмутился:

– Нечестно! Вы специально подстроили!

– Двойки мы тоже за тебя получали? – вмешалась классная ру- ководительница.

– Кузнецов, у тебя будет возможность пересдать экзамены осе- нью, – пояснил папа.

Опустив голову, Игорь поднялся и вышел. Жаль парня, но сам виноват. Выступающие сменяли друг друга: преподаватели, класс- ная руководительница Анастасия Петровна, женщина из роди- тельского комитета. Папа, вручая аттестат, улыбнулся мне, а я ему. Наконец-то свободна! Но, когда с трепетом стала рассматривать пахнущие типографской краской и чернилами странички, улыбка соскользнула с губ: по немецкому языку стояла четвёрка, хотя на экзамене получила пять. После торжественной части ко мне по- дошли родные и поздравили с окончанием школы.

– Спасибо, мои дорогие. Мам, пап, а мне по немецкому четвёрку поставили вместо пятёрки.

– Ну-ка, ну-ка, – решила убедиться мама.

– Лёша, и правда! Но как это могло случиться?

– Заполняла Анастасия Петровна… – заглянул в документ папа.

– Наверное, торопилась и сделала описку. Сейчас разберусь. А вон и она…

– Мама, это не описка. Учителям всё кажется, что мне мало до- сталось.

– Не расстраивайся, доченька…

– Знаешь, мама, кто на этом празднике самый счастливый?

– Догадываюсь.

– Это я. Одноклассники вон, слезу готовы пустить, а мне ниско- лечко не жалко расставаться со школой. Наоборот, с радостью бегу отсюда. Поставили не ту отметку – значит, желают зла. Да я счаст-

143

ливее их, потому что счастливый человек никому не пожелает зла.

– Какая же ты мудрая! – восхищённо заметил папа, приближаясь к нам.

– Ну что, Лёш? – нетерпеливо спросила мама.

– Извинилась.

– И всё? А дальше?

– Могу, конечно, написать в районо заявление. Но это долгая и не очень приятная процедура. Аттестаты выдаются строго по ко- личеству учеников, и, если происходят недоразумения, отвечает директор. Четвёрка – неплохая оценка и общую картину, думаю, не испортит.

– А вдруг Лене при поступлении балла не хватит? Да и справед- ливость должна же быть…

– Подумаю, что можно сделать, а пока давайте веселиться.

Сначала хотела уйти. Но, когда поняла, что многие желают ви- деть меня расстроенной и сломленной, изменила планы. До конца останусь победительницей! И сделаю это для себя самой! В конце концов, выпускной бал бывает раз в жизни. Обвела взглядом при- сутствующих и мысленно начала с ними прощаться: «Прощайте, нелюбимые учителя и одноклассники! Прощай, жестокая школа! Вы три года глумились надо мной, издевались, насмехались, злос- ловили, осыпали ругательствами, клеветой и унижали. И даже не представляли, как мне было тяжело. Что испытываю сейчас? На- пряжение, потому что всё ещё вижу вас, и радость, потому что ско- ро это закончится. Передо мной – широкая дорога, и я счастлива, что буду идти по ней без вас!»

В четыре часа отправились на горку за деревней встречать рас- свет. По пути скинула босоножки и спрятала их в кусты.

– Не боишься, что украдут? – спросила Женя.

В розовом наряде Женя сливалась с другими одноклассницами. Я была единственная в платье салатового цвета, нежная ткань ко- торого почти не ощущалось на теле.

– Кому нужно лазить по кустам, да ещё в такую рань?

Женя подумала и последовала моему примеру. Несколько дев- чонок и мальчишек тоже сняли обувь. На горке устроили привал. Разложили газеты, достали из пакетов спиртное и закуску. Долго отказывалась от водки, но в итоге поддалась на уговоры и сделала 144

несколько глотков. Тёплая волна растеклась по телу. Поначалу по- нравилось ощущение расслабленности и лёгкости, но скоро остро- та восприятия исчезла, и я решила больше не пить.

Солнце медленно поднималось над горизонтом. Лучи отра- жались в капельках росы на траве и полевых цветах. Осторожно прикоснулась пальцем к росинке и дала ей перебраться на ноготь. Взглянула в глубь сверкающей капельки: в ней отражался мир. «Как красиво! – подумала я и прикоснулась губами к «жемчужи- не». – Едва уловимый вкус, очень нежный, тонкий».

Общение с природой прервала Махалова: ей хотелось знать, куда буду поступать.

– В Саратовское культурно-просветительное училище, – отве- тила я.

– Я тоже туда хочу, но решение ещё не приняла.

«Только не это», – подумала я и тут же почувствовала, что мы не будем учиться вместе.

Домой вернулась, когда совсем рассвело. Родители предусмо- трительно не закрыли дверь. Тихо прошла к себе и легла спать. Раз- будил стук в окно. Отодвинула занавеску – Максим.

– Мы на речку. Ты с нами?

– Нет, – сонно ответила я.

– Поехали.

– Спасибо за приглашение.

– А вечером в клуб придёшь?

– Да.

– Ну, тогда до вечера.

– Пока.

– Дочка, услышала твой голос… – заглянула в комнату мама. – Доброе утро, мамочка.

– Как погуляли?

– Хорошо.

– А кто в окно стучал?

– Низитин на речку звал.

– Наверное, не выспалась. Поспишь ещё?

– Да.

* * *

145

Вечером в клубе одноклассники выглядели, откровенно говоря, неважно.

– Хорошо, что не поехала и не видела этот кошмар! Девчонки перепили, переругались, на деревья полезли, а слезть – шиш, – рас- сказывал Низитин. – Так и болтались, пока их не сняли. А Махало- ва с Абитовой до сих пор в кустах спят.

Подошёл Пикорин, протянул руку Низитину и спросил у меня: – Как дела, выпускница?

– Отлично!

– Зато у нас у всех башка трещит, – пожаловался Максим, схва- тившись за голову.

– Пить меньше надо! – засмеялся Саша.

– Это точно. Ну ладно, ещё увидимся, – Максим поспешил к вы- ходу, а мы с Сашей взялись за руки и пошли танцевать.

Студенческие годы в Саратове

В Саратов с мамой приехали днём, сдали документы в приём- ную комиссию и занялись поисками квартиры. Недалеко от учи- лища, через мост, были частные дома. Мы постучались в первый попавшийся дом. На пороге появилась хозяйка.

– Сдаёте комнату? – спросила мама.

– А откуда узнали?

– Наугад зашли.

– Вообще-то, сдала одной девочке. Если она не против, и вас возьму.

В дверной проём выглянула молоденькая девушка со светлыми волнистыми волосами. Открытое, располагающее лицо. Мы улыб- нулись друг другу.

– Комната нужна моей дочке, – пояснила мама.

– Ты поступать? – спросила девушка.

– Да, в культурно-просветительное училище.

– Я тоже! – обрадовалась девушка. – А на какое отделение?

– На «организацию».

– И я.

– Здорово! Вместе будем ходить в училище. Как тебя зовут?

– Нурания.

146

– Ну-ра-ния, – повторила я.

– По-вашему – Нина.

– А Нурания – это…

– По-татарски.

– А как переводится, что означает?

– Ничего не означает и не переводится. А тебя как зовут?

– Лена, что значит «свет».

– Тётя Галя, возьмите, пожалуйста, Лену, – громко попросила Нина хозяйку. – Мы в одно училище поступаем, и даже на одно отделение.

– Вы что, серьёзно? – удивилась мама.

– Значит, судьба, – сказала хозяйка. – А тесно не будет?

– Она худенькая, – улыбнулась Нина.

С первой минуты у нас возникла взаимная симпатия. Мы обня- лись, взяли мои сумки с чемоданом и понесли их в комнату.

– Разве такое бывает? – удивилась мама. – Постучали в первый попавшийся дом и сразу сняли комнату. И не только сняли, а ты Лена ещё и однокурсницу встретила.

– Мы и сами удивляемся, – почти одновременно сказали я и Нина.

– Гляжу, как вы спелись, и думаю, что подружитесь, – улыбну- лась мама.

– Точно спелись, – рассмеялась хозяйка.

– Ну вот, дочка, и устроилась. Теперь я спокойна. Пойду, мне ещё на автобус успеть…

У калитки мама остановилась:

– Ты много страдала, Лена, теперь завистников нет. Никто не помешает тебе быть счастливой и успешной. Верю, плохое поза- ди. Видишь, без хлопот сняли комнату, подругу встретила. Рада за тебя, доченька! Будут новости – сразу же звони.

Мы поцеловались. Долго смотрела маме вслед. Слёзы наверну- лись на глаза, комок подступил к горлу.

Подошла Нина:

– Проводила? Грустишь? Понимаю, сама плакала, когда с роди- телями расставалась. Не горюй, вместе справимся!

– Нина, хорошо знаешь город?

– Нет, я тут первый раз.

147

– Лена! – позвала хозяйка. – Зайди-ка, с правилами познакомлю. Я вопросительно посмотрела на Нину.

– Она меня тоже инструктировала, как дома себя вести, – шеп- нула на ухо подруга.

* * *

На следующее утро узнали в училище расписание экзаменов и решили осмотреть город. Сели в трамвай.

– Нина, как думаешь, мы едем в трамвае или в троллейбусе?

– В троллейбусе.

Вспомнила, как одноклассники Тане Купкаевой часто говорили: «Не трамвай – объедешь».

– Да нет же, троллейбус! – отреагировала Нина на моё утверж- дение, что это трамвай.

– Чтобы доказать свою правоту, спрошу у кого-нибудь.

– И не постесняешься? – удивилась Нина.

– Стеснятся надо плохих поступков, – произнесла я и обратилась к рядом стоящей женщине: – Скажите, пожалуйста, мы в трамвае едим или в троллейбусе?

Та от удивления широко раскрыла глаза, но потом улыбнулась и сказала, что в трамвае.

Домой вернулись к вечеру. Родители снабдили нас продуктами на первое время, поэтому ходить в магазин не было нужды. Нина не умела готовить, поэтому за дело взялась я, а подруга помогала. Она рассказала, что хозяйка – продавец и часто не ночует дома: либо работает в ночную смену, либо едет в командировку. После ужи- на занялись уборкой: это входило в наши обязанности. Намочила тряпку, встала на стул и принялась вытирать пыль на шифоньере. В глаза бросилась коричневая коробка с красивыми ячейками.

– Интересно, что тут лежало? – произнесла я, опускаясь на пол. – Возможно, конфеты.

– Это наверняка какие-то дефицитные конфеты. Попробо- вать бы такие!

– Ты ещё не видела, какие у неё есть духи! Идём покажу, они в зале. – Нина указала полку и добавила: – Настоящие, французские.

– Понюхать можно?

148

– Бери, только очень аккуратно.

Взяла флакончик и нажала на распылитель – духи попали на руку.

– Лена, что ты наделала?

– Понюхала...

– А не могла их просто к носу поднести?

– Могла. А что?

– Чувствуешь, запах по комнате пошёл?

– Чувствую.

– Хозяйка придёт и сразу догадается, что мы пшикались её духами.

Я тут же побежала на кухню мыть руки, но, как ни старалась, запах не улетучивался.

– Нин, а духи действительно французские! Такие стойкие, что руки до сих пор пахнут.

– Когда хозяйка придёт, старайся близко не подходить: может, и не почует, – посоветовала Нина.

Спустя два часа пришла хозяйка. Было заметно, что во хмелю, поэтому ничего не заподозрила и молча легла спать.

– Пронесло, – облегчённо вздохнула Нина.

* * *

На собеседовании каждая девушка из нашей группы исполняла номер художественной самодеятельности. Я показала таджикский танец, а Нина спела татарскую песню. Кроме того, надо было с одногруппницами продемонстрировать совместное выступление. Мы спели песню «Калинка, малинка моя…», все получили поло- жительные оценки, чему были очень рады.

Следующий экзамен – сочинение. И мы днями напролёт штуди- ровали учебник русского языка. В это время на квартире произо- шла такая история.

Вечером хозяева вернулись домой пьяными. Хозяйке долго не удавалось включить телевизор, и она попросила мужа это сделать. Тот сказал, что ничего не выйдет: он специально вытащил деталь, потому что жена всё время смотрит в экран, не уделяет ему внима- ния. Хозяйка устроила скандал. Ничуть не стесняясь нашего при-

149

сутствия, поливала мужа грязными словами. А затем, не вынимая дымящейся сигареты изо рта, сняла тапочек и начала лупить имсупруга по голове. Какой уж тут русский язык! Хозяйка подскочила к нашей двери и захлопнула её со словами:

– Не подслушивать!

Мы с Ниной вздрогнули и переглянулись.

– Будешь чинить телевизор? – с угрожающей нотой в голосе хо- зяйка подступила к мужу.