Берегу укус вампира

Глава 1

Рена всё ещё лежала в кровати и прислушиваясь к утренней жизни дома. За окном светило яркое летнее солнце. Поймав себя на мысли, что вот уже пять дней как наступили летние каникулы, она, радостная, спрыгнула с кровати и подбежала к зеркалу, чтобы рассмотреть себя.

Из отражения на неё смотрела невысокая девушка с темно-русыми волнистыми волосами и карими глазами. Немного повертевшись, она быстро расчесалась и натянула старые потёртые джинсы. Затем окинула взглядом комнату в поисках футболки и обнаружила её на полу у ножки кровати. Быстро натянув жёлтую футболку, она ещё раз взглянула на себя в зеркало и улыбнулась со словами:

—Так-то лучше.

Рена посмотрела на дверь и быстро побежала на кухню.

Каждое лето вся семья уезжала из шумного города в свой загородный домик. Они старались проводить теплые месяцы на свежем воздухе, наслаждаясь тишиной и природой. По соседству с их уютным коттеджем стоял старый, покосившийся дом, которому явно требовался ремонт. Туда на каникулы приезжала Катя — лучшая подруга Рены. Девочки не виделись целый год и теперь не могли дождаться возможности обсудить всё, что произошло за это время.

Лидьяна и Соня, мать Кати, тоже дружили с самого детства. Когда-то они мечтали всегда жить рядом, но судьба распорядилась иначе, и теперь давние подруги могли видеться только в эти летние месяцы. Дом Сони был старый и давно требовал ремонта: крыша протекала, забор совсем обвалился, а ветхие стены с каждым годом оседали всё ниже. Без крепких мужских рук восстановить такое хозяйство было невозможно, а так как их семья не имела ни одного мужчины, то дом постепенно превращался в руины.

Рена зашла на кухню и застала родителей в самый разгар спора о соседях - точнее, о Соне. Спиной к окну сидел Макс, младший брат Рены, — он уже доедал кашу.

— Лидьяна, прекрати на меня давить, —сказал отец Рены, который сидел ближе к коридору и пытался успеть съесть хотя бы одну ложку каши. Но из-за настойчивости Лидьяны он то и дело выпускал ложку из рук.

Лидьяна сидела напротив своего мужа, Артура, и пыталась его уговорить.

— Ты должен помочь Соне, —мать Рены упорно не отставала от Артура. —У неё нет мужа. Ведь ты обещал ей помочь ещё в том году.

Глядя на неё, Артур только тихо вздыхал — спорить было бесполезно. Он не мог сказать «нет» Лидьяне, да и злиться на любимую женщину он не умел. И конечно, как можно было не любить женщину с эффектной фигурой и непослушной копной каштановых волнистых волос до плеч, которые она всегда старательно пыталась убрать в пучок, даже не расчесав их? Дома она почти всегда ходила в одном и том же — её любимом, заношенном, но жутко удобном темно-синем халате на молнии. Артур же, напротив, старался всегда выглядеть опрятным и ухоженным. Он выбирал простую одежду, в которой было не стыдно показаться на людях и при этом удобно возиться во дворе, не боясь посадить пятно.

Напряженное лицо Артура явно выдавало его нежелание ввязываться в эту авантюру и помогать Соне. Она попросту не нравилась ему. Но если Лидьяна о чем-то просила, он всегда уступал — наперекор собственным желаниям. Впрочем, когда Артуру не хотелось что-то делать, то он упрямо тянул время. Вот и сейчас эта сцена не стала исключением.

—Ну так что, ты поможешь ей? —Лидьяна сделала глоток кофе и сердито взглянула на мужа. Добиваясь своего, она даже демонстративно проигнорировала вошедшую на кухню Рену.

—Мам, пап... —Рена переводила растерянный взгляд с матери на отца. Но они её словно не слышали.

—Что ж, если для тебя это так важно... —Артур задумался. —Когда я тебе отказывал?

Лидьяна победно улыбнулась мужу и поднялась из-за стола, чтобы положить завтрак для Рены.

—Рена, доброе утро. Садись за стол, —только теперь, добившись от Артура согласия, мать наконец обратила внимание на дочь.

Рена подошла к холодильнику, достала банку газировки и открыла её прямо там, сделав быстрый глоток. Только после этого она подошла и поставила банку на стол, а затем опустилась на стул, поймав на себе пристальный взгляд Макса.

Макс не сводил с неё взгляда. Он набил рот кашей и тут же заговорил, плюясь во все стороны:

— Мы уже всю твою порцию съели, тебе ничего не осталось! — он засмеялся, стараясь, чтоб его еда не вылетела изо рта.

Рена терпеть не могла своего младшего брата: его дурацкие шутки всегда задевали её за живое, а от одного его вида внутри всё закипало. Так и сейчас случилось: злость была настолько сильной, что Рене хотелось наброситься на него, лишь появление Лидьяны, поставившей на стол тарелку с едой, удержало её. Рена молча взяла ложку и принялась неохотно ковыряться в каше, не желая её есть. Лидьяна вернулась на свое место и сделала глоток кофе, продолжая сверлить Артура тяжелым взглядом.

— Лидьяна, ну что опять не так? — не выдержал наконец Артур.

В это время Рена следила за поведением Макса, который продолжал намеренно её провоцировать. Она из последних сил сдерживала растущую внутри злость, но это только усугубляло ситуацию. Вдобавок отец с матерью тоже не унимались, обстановка накалялась: их спор постепенно перешел на повышенные тона. Артур пытался переубедить думать о нём плохо, а Лидьяна упрямо силилась задеть его побольнее.

В конце концов Рена психанула и вскочила с места, схватив через весь стол Макса. Секунда — и она руками стала давить ему шею и трясти. Макс громко заорал, показывая родителям, что ему нужна помощь.

— Ты достал меня! — выкрикнула Рена.

Отец мгновенно среагировал: вскочил и схватил Рену и Макса за шкирку и, перекрикивая обоих, громко скомандовал:

— Прекратили, вы двое! Вы уже не дети! — Артур явно преувеличивал. Рена была подростком и она была старше Макса лишь на четыре года. — Чтобы при мне такого больше не повторялось! — отец силой усадил детей обратно на стулья.

На кухне мгновенно воцарилась тишина. Лидьяна строго взглянула на дочь, а затем с гордостью — на мужа. Рена продолжала испепелять злобным взглядом Макса, который как ни в чем не бывало вернулся к завтраку. Девочка была обычным подростком с часто скачущим настроением: в такие моменты её раздражало буквально всё вокруг — совсем как сейчас.

Макс доел кашу, достал из кармана брюк маленький мячик и принялся монотонно отбивать его от пола. Артур отодвинул пустую посуду и развернул газету, взятую с подоконника. Лидьяна же спокойно допивала кофе и смотрела в окно. И только Рена всё так же лениво продолжала ковыряться в каше.

— Макс, иди играть в другое место, — мягко улыбнулась Лидьяна сыну.

Она поднялась, так и не допив свой кофе, и принялась собирать всю посуду. Макс проигнорировал слова матери и продолжил методично стучать мячиком по полу. Перенеся посуду на кухонную тумбу, Лидьяна вернулась вытирать стол.

— Рена, сегодня твоя очередь мыть посуду, — улыбнувшись, сказала Лидьяна.

— Я?! — прервала её Рена, едва не подавившись едой. — Почему ты меня так ненавидишь? Почему чуть что — сразу я?

— А ты всегда меня прерываешь! — Лидьяна вытерла стол тряпкой. — Не смей меня прерывать! — Прикрикнула она, но тут же сменила гнев на милость: — Послушай сначала, давай сделаем так: сейчас моешь ты, а вечером... — начала уговаривать она свою дочь.

— Мам! — взмолилась Рена, с надеждой глядя на неё.

— Прекрати меня прерывать! — Лидьяна рассердилась, но тут же взяла себя в руки. - Ладно, Рена, помой. Ты же знаешь: сегодня моешь ты - и всю оставшуюся неделю - Макс.

— Ты всегда так говоришь, — расстроилась Рена.

Артур взглянул на дочь и решил добавить своё слово.

— Не перечь матери, — и, не вынося больше этого разговора, он поднялся и ушел в гостиную. Макс продолжил играть с мячиком и следил за Реной.

— Маа, ты врёшь мне. Макс ничего делать не будет. Ты просто всегда его защищаешь, — Рена кинула взгляд на Макса.

— Хватит пререкаться, давай доедай кашу и просто помой сейчас посуду, — строго ответила Лидьяна. Она отложила тряпку, которой только что вытирала стол, а затем обратилась к Максу. — Всё, Макс, пойдем со мной. Не мешайся.

Лидьяна ушла в гостиную, и Макс послушно поспешил за ней.

— Ну да, конечно, он будет потом мыть посуду... — обиженно проворчала Рена, со стуком отодвигая тарелку. — Он же даже один раз нормально тарелку сполоснуть не способен, приходится после него всё перемывать, — стараясь как можно громче, сказала Рена, надеясь, что её услышат в гостиной, и поднялась из-за стола.

Но стоило ей подойти к раковине с посудой, как из-за дверного косяка снова выглянул Макс и нагло показал ей язык:

— Бе-бе-бе, так тебе и надо! — дразняще захохотал он.

Выйдя из себя, Рена схватила со спинки стула кухонное полотенце и с размаху швырнула в след брату.

Глава 2

Рена почти закончила мыть посуду, когда из прихожей донесся странный звук. Она оглянулась, звук был тихим. Оставив посуду, она вытерла мокрые руки о вафельную ткань и осторожно вышла из кухни.

Кто-то настойчиво скребся позади дивана. Она старалась как можно тише сесть возле спинки дивана и заглянуть за угол. В то же мгновение на Рену молниеносно набросился кот. Дико зашипев, он поцарапал ей щёку и убежал в сторону гостиной. От неожиданности Рена упала на пол, придавив рукой щёку, и ошарашенно посмотрела вслед своему питомцу.

— Всего лишь царапина, — ухмыльнулась Рена и перебралась на диван, чтобы перевести дыхание. Но не успела она даже расслабиться, как в оконном проеме прямо за её спиной внезапно показался человеческий силуэт, заслонив собой яркий солнечный свет. Она, и без того напуганная нападением кота, упала на пол, с криками резко разворачиваясь к окну. К тому моменту незнакомец уже бесследно исчез.

Услышав шум, в коридор вбежали родители и Макс.

— В чём дело? — ещё с порога испуганно закричала Лидьяна.

— Что случилось? — подбежал Артур за Лидьяной.

— Что происходит? — в довершение всего со стороны кухни влетел Макс, но, запнувшись о порог, с размаху растянулся на полу.

— Там кто-то был! — Рена указала на окно, где ранее была тень.

Лидьяна опустилась на пол рядом с дочерью. Она крепко обняла её и прижала к себе. В этот момент в ней говорила чистая, абсолютная материнская нежность: Лидьяна очень любила своих детей, и сама мысль о том, что им что-то может угрожатт, лишала её покоя.

Артур тем временем решительно шагнул к дивану. Чтобы развеять страх дочери и убедиться, что там никого нет, он отодвинул его. Для верности отец даже заглянул в окно. И окончательно удостоверившись, что на улице тоже пусто, он облегченно выдохнул:

— Никого нет... — Артур выжидающе посмотрел на Рену, надеясь, что всё хорошо и он может спокойно уйти обратно в гостиную.

Потирая ушибленную ногу, с пола поднялся Макс. Он принялся демонстративно отряхивать штаны, всем видом показывая, что ему всё равно, что случилось с Реной. Однако детское любопытство так и читалось в его широко распахнутых глазах — «что опять с ней произошло?» Макс старался как можно сильнее привлечь к себе внимание — то изучал ушибленные колени, то шумно вздыхал, но родителям сейчас было совсем не до него.

— Кто это тебя так? — указала на царапину Лидьяна, заметив, что Рена держит руку на щеке.

— А это... Это меня так... — Рена снова вспомнила, что произошло, и, перестав тереть рану, воскликнула: - Вот сами говорите: никого, а он тоже вам докажет, что там кто-то был!

— Кто «он»? — недовольно нахмурил брови отец, не понимая, о ком она говорит.

— Кто докажет? — удивлённо высунулся из-за маминой спины Макс.

— Барсик, наш кот! — в сердцах выкрикнула Рена.

— И?... — Артур посмотрел на Лидьяну в надежде, что она всё уладит сама, но та даже не обратила на него внимания, полностью сосредоточившись на дочери. Отец тяжело, шумно вздохнул и, понимая, что его реплики уходят в пустоту, раздраженно повысил голос: — Рена, толком объясни: что стряслось? Чем мы можем тебе помочь?

— То-то я удивилась, когда кот мимо нас пронёсся, — улыбнулась Лидьяна, проигнорировав вопрос мужа. — Ничего страшного. Кот всегда может чего-нибудь испугаться. Может быть, даже ты его напугала. Давай лучше обработаем рану.

— Нет! Нет, я его не пугала! — Рену раздражало, что ей не верят. Её единственным желанием сейчас было просто прекратить этот бессмысленный допрос.

— Ладно, я пойду посмотрю, что там во дворе, — пытаясь разрядить обстановку, улыбнулся Артур, глядя на Рену. — Может быть, и правда поймаю того, про кого говорит Рена.

Лидьяна кивнула головой в знак согласия, и отец поспешно вышел из комнаты. Лишь Макс продолжал стоять как вкопанный, молча переводя взгляд на сестру, монотонно перекидывая мячик из одной ладони в другую.

— Слушай, никого не было, а кот у нас очень пугливый, — Лидьяна посмотрела внимательно на Рену. — Ты мне лучше вот что скажи: голова не кружится? Ничего не болит? Чем теперь заниматься думаешь?

Лидьяна решила отвлечь от всяких странных мыслей свою дочь. Рена воспользовалась шансом не домывать посуду и решила поскорее уйти в свою комнату. Лидьяна ничего не имела против, но настояла на том, чтобы Рена вначале промыла рану на щеке.

— Вначале промой ранку, а потом можешь пойти к себе в комнату, — наказала Лидьяна и вернулась на кухню, чтобы навести там окончательный порядок.

Макс тем временем убежал на улицу играть с мячиком. Рена послушно согласилась и направилась в ванную комнату.

Глава 3

Обработав и промыв ранку, Рена направилась к себе наверх, но по пути заглянула в гостиную. Там всё еще работал телевизор — его просто забыли выключить, так как все побежали к ней.

Солнце еще не коснулось этой части дома, и гостиная тонула в уютных утренних тенях. Два кресла напротив дивана создавали идеальную зону для долгих семейных посиделок. Лидьяна специально обустроила этот уголок так, чтобы собираться здесь всей семьей и обсуждать прошедший день или вместе смотреть вечерние передачи. По своему характеру Лидьяна была домоседкой: она не любила куда-нибудь выходить, предпочитая покой, тишину и создание домашнего уюта. Только здесь загородный дом оставался её единственным местом силы, где она наконец давала волю фантазии и занималась творчеством. По сути, весь её мир теперь замкнулся на детях и стенах этого загородного дома. Обустройство семейного гнезда было подлинной страстью Лидьяны. Каждый год она что-то меняла в обстановке: двигала мебель, стараясь облегчить уборку или освежить атмосферу.

Для Артура тоже загородный дом оставался единственным способом сбежать от суеты в летнее время. Он обожал здесь проводить время: вместе с Максом они уходили в горы, рыбачили, мастерили что-то из деталей, и отец терпеливо передавал сыну свои знания. Артур страстно желал, чтобы мальчик вырос самостоятельным и добился в жизни гораздо большего, чем он сам. Макс просто обожал эти моменты единения. Друзей за городом у мальчика не было, да они и не требовались — общество отца заменяло ему всё. Только в эти теплые месяцы Артур мог без остатка посвятить себя сыну, ведь в остальное время его безжалостно поглощала работа. Втайне Макс отчаянно завидовал сестре, искренне полагая, что отец любит её сильнее. А связано это с внешностью: Рена очень похожа на свою маму, Лидьяну. Рена же, напротив, терпеть не могла брата. Его постоянные придирки и детские выходки выводили её из себя. Рена видела себя уже взрослой — в школе она стала местной знаменитостью и вращалась в кругу популярных ребят. Лето она проводила со своей единственной лучшей подругой. Девочки часами напролет делились секретами, обсуждали сплетни и хвастались друг перед другом своими школьными успехами.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как они приехали сюда. И с самого первого дня, едва выйдя из машины, она чувствовала на себе чей-то взгляд. За ней следили — в этом она не сомневалась. Она пыталась объяснить это всем вокруг, но никто её не слушал: всё списывали обычной паранойей и капризами переходного возраста.

Поднявшись к себе на второй этаж, Рена подошла к окну. Снаружи безжалостно слепило солнце, заливая светом пустую проезжую часть под окнами. Вдалеке простиралась живописная долина: она была окружена горами, которые врезались в бескрайнее небо.

В памяти всплыл вечер двухдневной давности. Она тогда закрывала шторы перед сном и на секунду замерла: внизу, в густых тенях, стоял человек. И смотрел прямо в её окно. Кто это мог быть? Вопросы роились в голове, не давая покоя. На ум сразу пришла школьная соперница — старшеклассница, что грозилась отомстить Рене за утерянную популярность. На какие безумства способна эта девчонка ради признания? Рена знала её характер: она никогда не действовала вслепую, предпочитая сначала досконально изучить врага. Неужели человек внизу — был её шпион? Рена коротко рассмеялась. Какая глупость: конечно, она могла так подумать. Но разве стала бы соперница тратить целое лето на кого-то другого, тем более на врага? Скорее всего, это был не шпион. Но кто же тогда?

Простояв у окна ещё несколько минут, Рена решила отвлечься и позвонила Кате. Разговор затянулся. Рена увлеченно рассказывала о школьных сплетнях, своей популярности и пугающем человеке во дворе. Но когда она упомянула ночного шпиона, реакция подруги, переехавшей сюда месяцем ранее, оказалась неожиданной. Весь весёлый настрой Кати мгновенно улетучился, и она с полной серьёзностью рассказала о череде загадочных и жутких смертей в городе. Подруга предположила, что здесь замешана мистика и какое-то сверхъестественное существо. Девочки попытались перевести всё в шутку, обсуждая нелепые байки о монстрах, но на прощание Катя всё же попросила Рену быть аккуратнее — в городе явно объявился маньяк. После звонка Рена долго сидела на кровати, переваривая услышанное. Отрешённо глядя в стену, она потеряла счёт времени. Ей казалось, что она попросту сходит с ума: внутри крепло предчувствие скорой, неизбежной катастрофы. Интуиция редко подводила Рену, и сейчас этот внутренний голос буквально кричал об опасности. Так и не разгадав тайну незнакомца, она обессиленно растянулась на кровати и уснула.

Глава 4

Рена долго шла по тёмному коридору. Вокруг смыкались мрачные стены, едва подсвеченные зловещим зеленым сиянием. Наконец она вышла в просторный зал. В дальнем конце, на подиуме, возвышалось огромное зеркало, ловившее на себя мертвенный свет. Рядом слабо потрескивал камин, объятый зелёным пламенем. В вязкой темноте зала отчетливо слышался лишь сухой треск горящих щепок.

Спиной к ней у самого зеркала неподвижно застыл человек. Длинный плащ и низко надвинутая шляпа напрочь прятали его лицо от её взгляда. Человек медленно повернулся к ней: его плащ развеялся в стороны, а из-под тёмных полей шляпы хищно блеснули налитые кровью глаза.

— Я хочу твою кровь… — донесся до неё леденящий душу шепот.

Однако сделать шаг навстречу он не решался — что-то прочно удерживало его на месте, не давая покинуть пределы подиума. Не в силах сойти с постамента, он лишь властно протянул руку вперед.

Рена недолго думая поняла, что надо бежать. На пределе сил она неслась по извилистым коридорам, спасаясь от преследования, пока Рена наконец не проснулась.

Вся в холодном поту, девочка резко села на постели, панически поджав ноги и до боли в пальцах сжав одеяло. Сердце бешено колотилось в груди. Пересилив сковывающий ужас, Рена нащупала выключатель на стене. Вспыхнул ночник. На прикроватных часах было ровно четыре утра. В доме царила глухая тишина — все родные давно спали. За окном уже щебетали ранние птицы, а небо медленно окрашивалось в бледные тона рассвета. Она устало потерла лицо, вспомнив, что накануне заснула очень рано для летнего вечера.

— Ого, сколько же я спала!.. — удивилась Рена.

Она тихонько поднялась с кровати и пошла вниз на кухню, чтобы выпить воды и перевести дыхание после сна. Вернувшись к себе, Рена решила оставить свет включённым — засыпать в темноте после увиденного было слишком жутко. Она ещё долго ворочалась под одеялом, прежде чем усталость всё-таки взяла верх и погрузила её в сон.

Глава 5

Утром следующего дня Рена первым делом взглянула на часы — стрелки показывали десять утра. Она торопливо натянула джинсы и сбежала по лестнице вниз.

— Мам! — позвала она, принимаясь блуждать по комнатам в поисках матери.

Лидьяна и Артур в это время мирно завтракали на кухне, молча глядя телевизор. Рена решительно переступила порог кухни, как в помещении сразу стало тесно от её подросткового возмущения.

— Чего ты не отзываешься? — с порога накинулась Рена на Лидьяну.

— Я телевизор смотрю, — спокойно улыбнулась Лидьяна.

— А Макс проснулся? — Рена застыла у самого стола. От нахлынувших эмоций она даже не заметила, что полностью перекрыла отцу обзор на экран.

— Да, он давно встал. На улице играет, — Лидьяна и Артур многозначительно переглянулись. — А что случилось?

— Я просто хотела с ним погулять, что тут такого? — удивилась Рена, надеясь, что на свежем воздухе сможет наконец отвлечься от кошмара, который до сих пор не выходил у неё из головы.

— Ну… тогда иди, — растерянно разрешила Лидьяна.

Стоило Рене скрыться в коридоре, как мать взволнованно обратилась к Артуру:

— Что это значит? То они ненавидят друг друга до полусмерти, то вдруг идут гулять вместе?..

Артур отпил из чашки и спокойно ответил:

— Чего ты так удивляешься? Они должны же взрослеть.

Лидьяна лишь красноречиво вздохнула и закатила глаза. Взглянув еще раз на Артура, она вернулась к остывающему завтраку и прерванному просмотру новостей.

— Макс, чем занимаешься? — громко окликнула его Рена, направляясь к нему.

Выйдя во двор, она сразу увидела, как он монотонно бил мячиком о кирпичную стену дома.

— Чего тебе? — удивился Макс, оборачиваясь на её голос.

Рена знала, что в глубине души Макс всегда рад проводить с ней время. А ей самой сейчас было необходимо отвлечься от кошмаров прошедшей ночи и забыть обо всех своих проблемах. Откинув лишние мысли, она присоединилась к нему. Время полетело незаметно: сначала они просто бросали друг другу мяч, затем самозабвенно играли в догонялки и придумывали развлечения на ходу, совсем не заметив, как вокруг сгустились вечерние сумерки.

— Давай поиграем во что-нибудь ещё? Предлагай, — улыбнулась Рена.

— Давай в прятки, — Макс удивлённо посмотрел на неё.

Он так сильно любил проводить с ней время, что не стал задавать вопросы и решил воспользоваться моментом, пока она не передумала.

— Хорошо. Ты водишь! И не задавай лишних вопросов, — смеясь, произнесла Рена.

Не дожидаясь возражений Макса, она бросилась искать надёжное укрытие. Заскочив в гараж, Рена сразу приметила гору старых мешков. Притормозив у входа, она обернулась к улице, откуда долетал его громкий счет. Поняв, что времени еще много, она поспешила укрыться за этой горой.

— Вот это хорошее место, — шёпотом произнесла Рена и поспешила прятаться.

— Девяносто девять, сто! Рена, я иду искать! — донёсся со двора звонкий крик Макса.

Она долго сидела, не слыша ни шагов брата, ни его криков, и в голову закралась мысль, что тот забыл про неё. Рена уже собиралась выйти к нему, как вдруг по телу пробежал ледяной холод. Воздух в помещении резко сгустился. Она заметила скользнувшую по полу тень.

— Опять ты, — шёпотом произнесла Рена.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди от страха. Она резко обернулась назад и тут же встретилась взглядом с красными глазами незнакомца. Но в то же мгновение паника бесследно исчезла, уступив место странному, необъяснимому чувству абсолютного доверия. Рена застыла, заворожённая взором молодого человека, чувствуя противоестественное и непреодолимое желание — прижаться к нему и никогда не отпускать.

Незнакомец бесшумно сел рядом с ней. Только теперь, в полумраке гаража, Рена смогла по-настоящему разглядеть его лицо. Резкие, безупречно чёткие черты удивительно гармонировали с пугающими, налитыми кровью глазами. Они ничуть не портили его облик, а, наоборот ему невероятно подходили, добавляя образу таинственности. От его лица невозможно было оторваться: парень обладал той редкой, завораживающей красотой, которая одновременно манила и внушала трепет.

Он осторожно провел кончиками пальцев по её губам и тихо прошептал что-то едва различимое, словно прося прощения. С каждым мгновением незнакомец приближался. Рена почувствовала его дыхание. Он медленно коснулся её губ своими губами. Не в силах противиться этому мистическому магнетизму, Рена закрыла глаза, повинуясь и полностью отдаваясь ему.

Незнакомец уверенно запрокинул её голову назад и аккуратно поцеловал в шею. Но сразу за этим обманчивым прикосновением он откинул назад свою голову, обнажая клыки, и с первобытной яростью резко вонзил их в её плоть. Рена почувствовала острую боль, которая волной пробежала по всему телу. Её будто парализовало и появилась непреодолимая слабость. Она открыла глаза, но перед ними всё плыло. По щеке покатилась одинокая слеза. Сознание стремительно угасало. Мутным пятном она еще видела размытый силуэт парня, который бережно опустил её на землю и ладонью коснулся лица. Отдаленно доносился отчаянный крик Макса, который давно искал сестру и обещал позвать родителей, если она не откликнется. А затем звуки внешнего мира окончательно смолкли, и Рена провалилась в темноту.