Правда тяжелее красивой цифры или и то что ищет команда Воронцовой
- -
- 100%
- +
Когда Алексей вернулся к Воронцовой, она как раз закрывала папку с показаниями Игоря Степановича. — Ну что, — сказала она, не поднимая глаз. — Теперь у нас есть и мотив, и действия, и даже фотодоказательство от стажёра. — И новый журнал учёта от завхоза, — добавил Алексей. — Он его вёл так, будто писал мемуары. Воронцова наконец улыбнулась — чуть-чуть, ровно настолько, чтобы Алексей понял: день прошёл не зря. — Главное, чтобы теперь он его вёл, — сказала она. — А не только торжественно начал.
В коридоре снова мелькнул стажёр — на этот раз без камеры, зато с папкой. — Кстати, — сказал он, останавливаясь рядом. — Я тут ещё одно фото нашёл. Не по делу, но… может, пригодится. Он протянул снимок: на нём завхоз аккуратно ставил галочку напротив строки «Скрепка — 1 шт.», а Барсик сидел рядом и смотрел в объектив с видом соучастника. Алексей взял фото, посмотрел на него, потом на Воронцову. — Добавим в материалы? — спросил он. — Нет, — покачала головой она. — Это уже не улика. Это история. Пусть останется у тебя. На память.
И они пошли дальше по коридору — туда, где ждали новые папки, новые следы и новые маленькие драмы, из которых и складывалось большое расследование. А где-то позади завхоз всё ещё шептал: «Гостевой ноутбук… дата… подпись…», и в этом шёпоте слышалась надежда, что теперь-то всё будет по правилам.
Глава 14.
Утро началось не с кофе, а с паники. В приёмной полковника стояла женщина в идеально сидящем костюме и с таким взглядом, будто она пришла не на беседу, а чтобы лично переписать устав предприятия. Рядом с ней — молодой человек в худи с надписью «Я тут по стажировке», который нервно сжимал в руках планшет и делал вид, что он невидим.
— Это Эльвира Марковна, внешний аудитор, — представил её секретарь, будто объявлял выход примадонны. — А это… стажёр. Кажется, его зовут Денис. Или Дима. В общем, новенький. — Дмитрий, — тихо поправил стажёр, не поднимая глаз. — Главное, что не «тот самый стажёр с фотоаппаратом», — пробормотал Алексей, косясь на планшет. — У нас и без портфолио хватает драм. Воронцова кивнула, сохраняя лицо профессионала, который привык, что утро начинается с катастрофы. — Эльвира Марковна, чем можем помочь? Аудиторша достала из папки лист и положила его на стол так, будто это была смертная казнь для бухгалтерии. — У вас расхождение по кофемашине, — сказала она. — На три миллиона рублей. Алексей моргнул. — По… кофемашине? — Да. В смете она проходит как «модульная система оптимизации напитков с ИИ-аналитикой». А по факту — это кофемашина. С кнопкой «капучино». — А… ну да, — протянул Алексей. — Это отдел маркетинга настаивал на «премиальном позиционировании». Они сказали, что, если назвать её просто «кофемашина», сотрудники будут меньше её ценить. Эльвира Марковна посмотрела на него так, будто он только что признался в подделке годового отчёта. — Ценить кофемашину — это одно, — холодно сказала она. — Завышать стоимость оборудования в десять раз — это другое. И это тянет на служебное расследование.
Полковник постучал пальцами по столу. — Воронцова, разберитесь. Алексей — в помощь. И… постарайтесь, чтобы это не попало в сводку новостей.
Они вышли в коридор, где уже царила своя драма. Завхоз стоял перед шкафом и пытался запихнуть туда коробку, которая явно была больше шкафа. — Не лезет! — трагично воскликнул он, будто мир рушился у него на глазах. — Что там? — спросила Воронцова. — Новые бланки, — вздохнул завхоз. — Их прислали, потому что старые «не соответствуют обновлённой цветовой палитре отчётности». А я даже не знаю, что это значит. Алексей заглянул в коробку. — Тут сто пачек бумаги. И на каждой — логотип в трёх оттенках бежевого. — Именно, — кивнул завхоз. — Я боюсь их открывать. Вдруг они заразные.
В отделе маркетинга их встретили с энтузиазмом, который обычно бывает у людей, которые знают, что их сейчас будут допрашивать, но надеются обаять следователя. — О, Воронцова! — радостно воскликнул начальник отдела, Никита Сергеевич, человек, который даже в служебной записке использовал эмодзи. — И Алексей! Заходите, у нас как раз дегустация новых вкусов сиропов для кофемашины. Хотите «карамельный закат» или «ванильный рассвет»? — Мы по делу, — спокойно сказала Воронцова. — По поводу кофемашины. И её стоимости. Никита Сергеевич тут же перестал улыбаться. — А, это… — протянул он. — Ну, тут всё просто. Мы не просто купили кофемашину. Мы купили… опыт. Пользовательский опыт. А он стоит дорого. — Опыт не стоит три миллиона, — сухо заметила Воронцова. — Ну, может, чуть завысили, — пожал плечами Никита Сергеевич. — Но вы же понимаете: имидж. Если у нас будет обычная кофемашина, клиенты подумают, что мы не инновационная компания. Алексей достал блокнот. — То есть вы сознательно исказили описание оборудования, чтобы оно выглядело дороже? — Не исказили, — быстро сказал Никита Сергеевич. — Переосмыслили. Это маркетинг. — Это статья, — тихо сказала Воронцова. — И нам нужны все документы по закупке. И контакты поставщика. Никита Сергеевич побледнел. — Поставщик… он… в отпуске. На Мальдивах. Без связи. — Замечательно, — кивнула Воронцова. — Значит, будем искать другие следы.
Следы привели их в бухгалтерию, где царил хаос, но хаос организованный. За столом сидела Галина Петровна — главный бухгалтер, женщина, которая могла одним взглядом заставить стажёра вернуть ручку на место. Рядом с ней сидел тот самый Дмитрий-стажёр, который теперь выглядел так, будто хотел провалиться под пол. — Галина Петровна, — сказала Воронцова. — Нам нужны документы по закупке кофемашины. Бухгалтер вздохнула, будто её попросили выдать государственную тайну. — Они… в системе, — сказала она. — Но система сегодня капризничает. Говорит, что документы «на согласовании». А они там с февраля. Алексей посмотрел на экран. — Тут написано «статус: в работе». А дата последнего изменения — вчера. — Ага, — кивнула Галина Петровна. — Это Дмитрий случайно нажал. Он хотел распечатать чек, а нажал «отправить на доработку». Теперь система думает, что мы всё ещё спорим о цене. Стажёр покраснел. — Простите, — пробормотал он. — Я думал, это кнопка «печать». — Ничего, — спокойно сказала Воронцова. — Ошибки случаются. Главное — их исправлять. — И не попадать в отчёты аудиторов, — добавила Галина Петровна с мрачной иронией.
Пока Алексей разбирался с системой, Воронцова заметила на столе папку с надписью «Секретно: вкусы сиропов». — Это тоже часть закупки? — спросила она. Галина Петровна закатила глаза. — Это бюджет на дегустации. Они утверждают, что «вкусовой профиль влияет на лояльность сотрудников». Я им сказала: «Дайте мне обычный сахар, и я буду лояльна». Но меня не послушали.
К обеду они собрали достаточно, чтобы понять: схема была простой. Маркетинг завысил стоимость кофемашины, бухгалтерия «не заметила» расхождения, а поставщик… оказался фирмой-однодневкой, зарегистрированной на человека, который утверждал, что «просто подписал бумажку за пять тысяч рублей».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.