За парадными дверьми. Московские особняки в фотографиях и историях

Оформление потолка комнаты с картинами художника Константина Богаевского в особняке Зинаиды Морозовой

1. Особняк Святополк-Четвертинского – Олсуфьевых (ресторан ЦДЛ)

Поварская, 50

Особняк Святополк-Четвертинского был построен в 1889 году по заказу князя Бориса Святополк-Четвертинского по проекту московского архитектора Петра Бойцова.

Князь происходил из древнего литовского рода Четвертинских. Во время польского восстания в 1794 году его предшественник князь Антон-Станислав Святополк-Четвертинский был повешен на глазах семьи за приверженность к России. Императрица Екатерина II перевезла семью князя в Россию, пожаловала земли и занялась образованием детей. Дед хозяина особняка стал видным военачальником и был награжден орденами за участие в войне с Наполеоном. Тогда княжеский род Святополк-Четвертинских получил в России новый герб, который раньше был изображен в картуше над входом в особняк.

В 1887 году князь Борис Владимирович выкупил у барона Боде-Колычева узкий участок земли между Поварской и Большой Никитской улицами и занялся строительством особняка для себя и своей жены. Детей у пары не было. Князь хорошо знал Петра Бойцова, построившего ему загородное имение Успенское. Вместе с Бойцовым работал другой архитектор – Александр Венсан, ведь у Петра Самойловича не было права на ведение строительных работ. Правда, в 1888 году Венсан умер, и достраивать особняк все же пришлось самому Бойцову.

Построенный особняк на Поварской напоминает французский замок и выполнен в стиле эклектика с элементами неоренессанса и неоготики. Сейчас дом оштукатурен и покрашен в белый и серо-голубой цвета, а по окончании строительства он был отделан тарусским мрамором и кирпичом двух цветов: красного и светло-серого. Такая расцветка сохранилась на старых фотографиях, а также на фасаде со двора. Его можно увидеть с соседнего участка, бывшей усадьбы Боде-Колычева на Поварской, 52. Новый особняк заметно отличался от всей застройки Поварской улицы того времени. Вокруг были сплошь классические московские усадьбы, вроде соседней усадьбы Боде-Колычева. Не было ни высоких домов, ни роскошных особняков, появившихся здесь уже в начале XX века.

Черная лестница

Внутри почти все помещения были выполнены в едином стиле – английской неоготики. Деревянная отделка и мебель для особняка были заказаны на фабрике художественной мебели Павла Шмита. Бойцов был женат на его сестре, а деревянная отделка «от Шмита» уже использовалась им для отделки подмосковного имения князя –  Успенское.

Интересный факт: сам Павел Александрович Шмит женился на наследнице богатейшей старообрядческой семьи текстильщиков Морозовых – Вере Викуловне, а на ее приданое построил новые фабричные корпуса.

Во время революции 1905 года сын Шмита, революционер Николай, унаследовавший фабрику, сделал ее здание на Пресне оплотом вооруженного восстания. Фабрика была разрушена во время подавления бунта, а Николая Павловича арестовали. Он умер в Бутырской тюрьме, а фабрика Шмита так и не восстановилась.

Деревянная резьба фабрики Шмита отличалась тончайшей проработкой каждой детали. На фабрике по эскизам Бойцова выполнили все столярные работы: необыкновенные потолки, паркеты, панели на стенах, мебель и, конечно, дубовую лестницу. На этой лестнице в большой зале на резных деревянных колоннах сохранились резные лики – бородатого мужчины и девушки. Рассказывают, что это изображения Олсуфьевых, последних владельцев особняка, но это лишь красивая история. Специалисты утверждают, что это изображения древесных божеств, дриад, и они были изначально вырезаны в колоннах.

Деревянное убранство помещений второго этажа было выполнено из ореха. Огромные камины в особняке также декорированы резным деревом, что делало сходство с интерьерами английских замков еще больше.

Изображения древесных божеств, дриад, в большом зале

Картина на втором этаже Большого зала с изображением итальянской виллы Олсуфьевых

В бывшем кабинете князя на камине сохранился Святой Георгий Победоносец на коне, поражающий копьем змия. Он был частью герба княжеского рода Святополк-Четвертинских.

Главное украшение особняка – его двусветный Большой дубовый зал. Высокие открытые деревянные своды напоминают нам залы (Grand Hall) в английских замках XV – XVI веков, например в замке Hampton Court.

Поднявшись по парадной лестнице на второй этаж, мы попадем на балкончики, с которых огромный зал смотрится еще более необычно. Сейчас там стоят столики, и можно за ними пообедать, рассматривая своды и витражи. Подлинные витражи в Большом зале были утрачены в советское время, сейчас перед нами воссозданные. В круглом витражном окне мы видим герб Олсуфьевых.

Князь Святополк-Четвертинский умер сразу же после завершения строительства особняка в 1890 году. В доме осталась жить его жена с дочерьми от предыдущего брака. В 1897 году особняк был продан графине и графу Олсуфьевым. Олсуфьевы – также древний русский дворянский род, прослеживающийся с XVI века.

Граф Алексей Васильевич Олсуфьев был известным филологом и литературоведом. Его жена, номинальная хозяйка особняка Александра Андреевна, была фрейлиной императрицы Марии Федоровны, а с 1892 года – обер-гофмейстериной великой княгини Елизаветы Федоровны. После назначения на эту должность семья переехала в Москву и купила особняк на Поварской.

Граф Олсуфьев также был известным масоном, поэтому в доме собиралась дворянская масонская ложа. Говорят, масоны понимали, свой человек идет или чужой по лестнице, ведь деревянная лестница скрипела. Если знать, куда наступать, то можно подняться совершенно бесшумно. Граф умер в 1915 году, графиня Александра Андреевна с детьми и внуками прожила в особняке до 1917 года. Олсуфьевы любили Италию и много времени проводили на своей вилле «Русалка» в Сан-Ремо. Считается, что на одной из картин в Большом зале изображена их итальянская вилла. После революции Олсуфьевы смогли уехать в Италию. В 1960‐е годы внучки графа и графини Олсуфьевых Мария и Дарья приезжали в Москву и побывали в своем доме на Поварской. Мария написала лучший путеводитель по Риму, а Дарья была графиней Боргезе.

Кабинет закрытого бизнес-клуба, находящегося в особняке

Большой зал

Камин в отдельном зале ресторана ЦДЛ

Камин в Большом зале ресторана ЦДЛ

После революции дом был национализирован и заселен беднотой. Чудом уцелели его интерьеры. В 1925 году дом передали отделу детских учреждений при ВЦИК, тогда часть дома стали приспосабливать под жилье, частично его перестраивая. В 1932 году дом был передан Союзу писателей, и здесь разместился Центральный дом литераторов (ЦДЛ). В 1955 году к зданию было пристроено новое четырехэтажное здание Дома литераторов со входом с Большой Никитской улицы.

Самое замечательное, что вся красота внутреннего убранства дома сохранилась до сих пор. Рассмотреть парадную прихожую, лестницу и роскошный дубовый зал может каждый, так как в особняке находится ресторан ЦДЛ, а во время экскурсий вам еще покажут черную лестницу и другие потайные помещения.

• М. Нащокина. Архитектурное наследие России. Петр Бойцов

• Дом на две улицы / Cост. Г. Максимова, Н. Познанская, Л. Лазарев

• И. Левина, А. Дедушкин. Дома, дворцы, усадьбы

2. Особняк Шлосберга (резиденция посла Германии)

Поварская, 46

Пройдем чуть дальше по Поварской, к дому 46. Перед нами особняк Якова Шлосберга, построенный в 1910–1911 годах на углу Поварской и Скарятинского переулка.

Яков Максимилианович Шлосберг был купцом 1‐й гильдии и главой торгового дома «Братья Шлосберг», занимавшегося продажей хлопка и хлопчатобумажного товара. По происхождению Шлосберг был немецким евреем и работал в Обществе распространения сведений о евреях и еврействе.

Яков Максимилианович купил участок на Поварской в 1909 году и нанял гражданского инженера Адольфа Зелингсона для строительства особняка и хозяйственных служб с гаражом. Кроме того, по проекту зодчего была сооружена каменная ограда особняка с проездными воротами, сохранившаяся и поныне.

Особняк Шлосберга выполнен в необычной для Москвы неоренессансной стилистике. Его уличный фасад имеет разнообразный лепной узор. Венецианские окна с двумя арочками и круглым отверстием украшены гирляндами из цветов и фруктов. Под крышей по всему периметру идет красивый барельеф с элементами венков, цветов, женских и мужских голов, фигурок младенцев и т. д.

Оформление потолка в вестибюле и аванзале

На фасаде сделаны ниши для ваз, украшенные раковинами, а арочные проемы над окнами оформлены нарядными кессонами. Между первым и вторым этажом тянется лепной фриз с рисунком меандра, украшенный масками льва. Входная дверь полностью сохранилась, в нижней ее части изображена стилизованная под трезубец первая буква фамилии владельца – «Ш». Над главным входом с каждой стороны круглого окна помещены крылатые львы, а по вечерам дверь освещает фонарь, который поддерживает железный кованый грифон.

Интерьеры особняка также хорошо сохранились. Украшением парадного вестибюля является расписной плафон с нежными узорами. По лестнице под аркой с кессонами посетители проходят в небольшой аванзал, за которым следует Большой двусветный зал особняка и деревянная парадная лестница. На втором этаже по всему периметру идет деревянная балюстрада. Здесь же располагались личные покои хозяев. Стены двусветного зала обиты деревянными панелями, в которые также обрамлен камин. Деревянными панелями оформлена и библиотека, причем в ней сохранились встроенные шкафы. Здесь также мы видим камин с бронзовыми вставками. Музыкальный зал в стиле ампир покрашен в желтый цвет. Первоначальный цвет случайно обнаружила жена посла за последующими наслоениями. Во время реставрации залу вернули оригинальную историческую расцветку. Парадная столовая освещается тремя окнами, выходящими в сад, и оформлена она строго и лаконично.

Крылатые львы над входом

Большой двусветный зал

Камин в кабинете

После революции Яков Максимилианович с женой уехали из России, особняк же был национализирован. В 1923 году его передали под Британскую миссию. С 1956 года и до настоящего времени в особняке находится резиденция посла Германии.

Первая буква фамилии владельца (Шлосберг) – «Ш», стилизованная под трезубец

3. Особняк И. А. Миндовского (резиденция посла Новой Зеландии)

Поварская, 44

В начале XX века облик старомосковской Поварской улицы меняется, обрастая роскошными особняками и доходными домами. В 1903 году еще одна старая дворянская усадьба – усадьба тайного советника Д. Г. Волчкова на Поварской улице – была продана под новую застройку.

Усадьба простиралась вдоль Поварской улицы от Скарятинского до Скатертного переулка, а ее фасад был отражен в знаменитых альбомах лучших московских зданий М. Казакова («Альбомы партикулярных строений. Жилые здания Москвы XVIII века», 1956. С. 221–222). Выкупило усадьбу у ее тогдашней владелицы М. Н. Нефедьевой Московское торгово-строительное общество Рекка.

Учредитель фирмы Яков Рекк хотел украсить Москву «стильными домами, которые, имея технические удобства западноевропейских городских строений, в то же время не убивали бы национального колорита Москвы». Общество строило дома «под ключ» и уже в готовом виде продавало их богатым купцам и предпринимателям. Строительное общество Рекка за годы существования возвело в Москве множество современных красивых зданий в стиле модерн. Москвичи того времени называли этот стиль «рекковским». Архитектурную контору общества, куда входил целый ряд знаменитых мастеров, возглавлял Лев Кекушев.

Нисколько не переживая о сохранении старинной усадьбы, строительная фирма полностью снесла главный дом с флигелями, разделила участок на две части и в 1904 году построила два особняка в стиле модерн по проекту главного архитектора общества Льва Кекушева. Это современные дома 44 и 42.

Наш герой – дом номер 44. В отличие от своего соседа наш особняк почти полностью сохранил свой первоначальный облик. Можно сказать, что наш дом – это модерн в чистом виде: по нему можно запросто изучать этот архитектурный стиль, рассматривая его основные элементы, один из которых –  «всефасадность».

С улицы нам видны сразу три фасада особняка, и каждый выполнен с присущей талантливому мастеру фантазией. На крыше стоит статуя Авроры с играющими у ее ног детьми, воссозданная по фотографиям в 2018 году во время реставрации. Оригинальная статуя была утрачена после революции. Под козырьком в аттике с Поварской улицы мы видим рельефное панно с фигурками младенцев путти: один играет на дудочке, другой высекает вазу, третий размышляет с циркулем над листом бумаги – аллегории всех видов искусства: музыки, скульптуры и архитектуры.

А как красив ажурный узор балкона! В особняке, как положено модерну, нет никакой симметрии, зато присутствует стихийность появления элементов на фасаде.

Черная лестница

Воссозданная статуя Авроры с младенцем, вид с крыши

С улицы по скругленному стеклянному углу можно угадать расположение зимнего сада. Причем стекла были с травлением – особой технологией нанесения полупрозрачного рисунка. Сегодня в зимнем саду сохранилось лишь четыре подобных стекла, кроме того, они уцелели на дверном портале и дверях из зимнего сада в гостиную. Стоит рассмотреть разнообразный рисунок оконных переплетов, которым зодчий уделял особое внимание.

Излюбленный прием Кекушева – сильно выступающие карнизы. Он придал им форму волны – любимый мотив модерна. Со стороны Скарятинского переулка волну подчеркивают два выступающих эркера.

Над одним из них – овальное окно-люкарна, украшенное лепниной и прекрасной лорелеей с открытыми глазами, над другим эркером – лорелея с прикрытыми глазами.

Модерну присуще единение с природой, поэтому металлические ворота Кекушев выполнил в виде крыльев бабочки. Во дворе сквозь ворота можно увидеть гараж с головой коня над въездом. Также отсюда в вечернее время хорошо просматривается витраж на парадной лестнице, занимающий огромное окно, видное с улицы. Над окном – еще одна лорелея с закрытыми глазами.

Лев Кекушев часто использовал маски льва для украшения своих работ. Одна из них, созданная во время реставрации, находится на дымоходе над зимним садом, другие –  в интерьере. Интерьер особняка был тщательно продуман архитектором. На мраморной лестнице, в ее ограде, Кекушев поместил свои любимые маски льва из бронзы.

Огромное витражное окно с цветочным рисунком – безусловно, главное украшение парадной лестницы. Верхняя и средняя его части – подлинные. Центральная часть потолочного плафона расписана в виде неба с облаками. На втором этаже располагаются парадные комнаты дома. Большой зал, совмещенный со столовой, занимает всю площадь особняка вдоль Поварской улицы.

Ворота в виде крыльев бабочки или стрекозы

Гараж, украшенный лошадиной головой

Маски львов на парадной лестнице

Столовая украшена высоким трехчастным витражным окном с изображением Пана –  бога природы. В советское время витраж был спрятан за глухой стеной и видно его не было.

На потолке столовой сохранился декоративный лепной плафон с изображением муз, окружающих сфинкса, с двумя небольшими витражами, забеленными в советское время. Если вам хочется увидеть тонкую лепную работу своими глазами, идите в «Метрополь». Точно такой же плафон находится в вестибюле гостиницы почти сразу у входной лестницы. Кекушев участвовал в строительстве гостиницы «Метрополь» до пожара 1901 года. Камин с зеркалом в Большом зале также сохранился со времен Льва Кекушева. Он облицован ониксом болотного цвета. Из Большого зала можно пройти в зимний сад, который мы уже приметили с улицы. Окна занимают здесь почти все пространство стен, стеклянным сделан даже потолок, а розетка светильника – это еще один витраж. В одной из комнат особняка лепной цветочный декор в стиле модерн полностью совпадает с лепестками и листьями, которыми зодчий украсил фасад.

Лепнина в стиле модерн в одном из помещений особняка

Лепной плафон с изображением муз, окружающих сфинкса

Особняк был очень хорош, фирма Рекка печатала его на открытках, однако, на удивление, продать оба дома Общество Рекка долго не могло.

До 1910 года дом номер 44 использовался под представительские нужды застройщика, затем в 1911 году его приобрел текстильный фабрикант из Кинешмы, купец 1‐й гильдии, почетный гражданин Иван Александрович Миндовский. Его дед Иван Иванович в 1817 году основал в деревне Старая Гольчиха Кинешемского уезда красильно-отделочную фабрику. Его сыновья продолжили дело отца. В 1860‐е годы каждый из четверых сыновей уже имел свои собственные фабрики также в Верхневолжском регионе. Иван Александрович, будущий владелец особняка на Поварской, проживал с семьей в деревне Путковской, часто приезжал в Москву, чтобы вести здесь дела своей фирмы. В 1900 году его жена умерла, а в 1906 году он окончательно переехал в первопрестольную, купив дом на Большой Ордынке. Затем он купил еще один дом, в Леонтьевском переулке, а чуть позже и дом на Поварской.

Камин в большом зале

Панно в столовой с изображением бога природы Пана

Иван Александрович был очень богат, владел несколькими фабриками, лесами и имениями. При этом он был невероятно скуп, о чем оставили воспоминания его современники. Так, промышленник Н. А. Варенцов однажды встретил Миндовского на пароходе. Иван Александрович отказался от обеда, а пошел в буфет за бесплатным кипятком. Он так делал всегда и обязательно имел при себе мешочек с провизией. Миндовский согласился пообедать, только когда узнал, что за него будут платить попутчики, но и тогда в конце обеда он под благовидным предлогом удалился в каюту, чтобы точно не пришлось платить. Неизвестно, для каких целей Миндовский приобрел особняк на Поварской. Он не указывал его как свой адрес в справочнике «Вся Москва».

После смерти Ивана Александровича (ему было тогда 76 лет) в конце 1912 года дом перешел в собственность его взрослых уже к тому времени детей и принадлежал им вплоть до национализации 1918 года. Варенцов пишет: «По скупости сыновья превзошли своего папашу». Одна из дочерей Миндовского, Ираида Ивановна, вышла замуж за своего троюродного дядю Петра Галактионовича. Фамилию ей менять не пришлось. Внук Ивана Александровича, сын Петра и Ираиды, Леонид Петрович Миндовский оставил воспоминания о дачной жизни в прекрасной усадьбе Миндово, рядом с городом Вичуга в Кинешемском уезде, а также о своем дяде Николае Ивановиче, с которым мы еще познакомимся ближе. Праправнук владельца особняка на Поварской Евгений Владимирович Миндовский уже в наше время занялся поиском в архивах сведений о своих предках и выпустил книгу «История моего рода».

После революции особняк национализировали. Судьба членов многочисленной семьи Миндовских была сложной. В 1918 году автор воспоминаний о Миндове – Леонид Петрович с семьей – поселился в квартире на Большой Грузинской улице. Его родители были лишены всех прав, денег не было даже на еду, без помощи сына они бы не выжили. Где они похоронены – неизвестно. Сам же Леонид Петрович стал ценным специалистом в области термообработки и литейного дела.

В особняке на Поварской с 1924 года разместили шведскую миссию, а затем резиденцию шведского посла. С 1972 года в особняке располагается резиденция посла Новой Зеландии. В 2003 году на столетие дома по инициативе посла Новой Зеландии Стюарта Прайора была выпущена юбилейная книга про особняк, она так и называется: «Особняк И. А. Миндовского».