Ее колдун

© Елена Кузьменкова, 2026

ISBN 978-5-0070-3343-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

В этот раз они встретились на берегу озера в заброшенной части городского парка. Сюда иногда забредали лишь рыбаки и редкие любители побродить в одиночестве по заросшему камышами берегу. Но в основном озером, не отличавшимся живописными окрестностями, никто не интересовался. К тому же от него веяло чем-то холодным, потусторонним, неуютным.

Он спрятался от дождя под высокой раскидистой ивой. Её ветки склонились до самой воды, образуя зелёный шатёр из серебристо-зелёной листвы. На земле чернел круг старого кострища, и продрогший от непогоды парень поглядывал на него с сомнением. Может, и правда разжечь костёр? С отсыревшими ветками его магия, пожалуй, справится. Вот только стоит ли возиться? Сейчас утихнет бурный летний ливень — и нужно идти домой. Непонятно, что он вообще забыл в этой глуши? Зачем пришёл?

Опять вспомнился сегодняшний сон. Ночью из-за стоявшей уже неделю жары было душно, оттого и спалось плохо, беспокойно. В какой-то момент он всё-таки задремал, провалился словно в глубокую яму и тут же вздрогнул, когда услышал, как его зовёт по имени женский голос:

— Алекс, — мелодично прозвучало в ночи. — Алекс. Я жду тебя, приходи.

Голос казался ему смутно знакомым, но ни образа, ни имени в сознании так и не всплыло. Утром, поднявшись со смятых простыней, он и забыл об этом зове. Но когда после полудня вдруг набежали тучи и город укрыло долгожданным пологом дождя, Алекса охватила какая-то неясная тревога — такая, что возникает, когда забыл нечто важное, а оно возвращается предчувствием и беспокойством.

Не взяв даже зонта, он вышел на улицу и медленно побрёл в сторону парка. Начавшийся дождь не разогнал посетителей: молодёжь с наслаждением и гордым пренебрежением к капризам погоды мокла на лавочках. Парни и девушки склонили головы друг к другу и что-то смотрели или слушали в телефонах, иногда смеялись, чуть поеживаясь, когда прохладные капли затекали им за шиворот.

Алекс прошёл по главной аллее — мимо остановившихся аттракционов, ларьков с мороженым и кукурузой, мимо встрепенувшихся после жары цветочных клумб — и как-то незаметно для себя углубился в более старую часть парка, больше похожую на лес. Это и был самый настоящий лес.

Когда город стал расширяться и захватывать всё большую территорию, он слился с остатками старой деревни и леса. Деревню сравняли с землёй, построив многоэтажки и оставив лишь старое название Семёновки, ставшее теперь названием нового микрорайона. Лес частично превратили в парк, но его дикая сущность не исчезла. Асфальтированные тропинки постепенно сходили на нет, сменяясь утоптанными земляными тропками. Они расходились во все стороны, делаясь всё уже и нехоженнее, пока не пропадали совсем. Кусты сирени и акаций уступали место орешнику, благородные клёны и липы сменялись осинами, берёзами, елями и дубами. За оврагом дремало озеро: его поверхность была тёмной даже в солнечный день, вода — прохладной, а берега — скользкими от ила.

Переехав в этот микрорайон, Алекс ещё не исследовал парк так далеко, чтобы дойти до озера. Сейчас он остановился на берегу и прислушался — прежде всего не к окружающему миру, а к себе. После переезда он ещё не выбрал место для своих практик.

Дождь постепенно усилился, превратившись в самый настоящий ливень, и Алекс поспешил к иве, чтобы укрыться. Лес за спиной шелестел листьями и шептал. Алекс хорошо слышал его и понимал: хорошее место, старое, не заражённое городом, сохранившее свою индивидуальность и суть.

В ветвях ивы притаились и наблюдали духи, в земле были скрыты секреты, которые Алекс с удовольствием бы поразгадывал. Но не сейчас. Сейчас его внимание приковала к себе вода. Даже сквозь шумящий ливень он вновь услышал голос из сна:

— Алекс, — нежно звала женщина. — Алекс.

Такие моменты Алекс не привык игнорировать. Колдун, некромант, медиум — он ощущал невидимые вибрации мира и умел с ними взаимодействовать. Чаще всего его вёл исследовательский интерес, но нередко Алекс использовал свои способности для помощи. Причём часто в помощи нуждались не только живые, но и мёртвые. Именно поэтому сейчас молодой мужчина не отмахнулся от призрачного зова, а уделил ему всё своё внимание, доверившись натренированной годами практики интуиции.

— Ты звала, — уверенно и громко произнёс Алекс, обращаясь к неизвестной пока стихии или сущности. — Ты звала, и я пришёл.

И тогда она вышла. Медленно и даже торжественно прошла через камыши, беззвучно скользнула по мелководью и уверенно шагнула на илистый берег.

— Здравствуй, Алекс, — в её голосе задрожали слёзы и с трудом сдерживаемая нежность.

Глава 1

Он смотрел на неё непонимающе, без узнавания, и это ранило — хотя чего она, в сущности, ждала? Их встречи повторялись столько раз, что она сбилась со счёта. И каждый раз надежда увидеть в его серых глазах радость угасала в первые же мгновения. Алекс смотрел на неё с восхищением, но так, будто никогда прежде не знал. С этим приходилось смиряться и всякий раз начинать сначала. Судьба дарила им несколько недель, иногда месяцев, а потом всё заканчивалось. Ей оставалось лишь отступить, чтобы в его следующей жизни вновь надеяться на новую встречу и иной итог.

Сколько веков и миров минуло с их первой встречи? Не сосчитать. Человеческая память несовершенна. Перерождаясь, Алекс забывал её. Но Лея не была человеком: русалка не умирала, следуя за любимым жизнь за жизнью, мир за миром.

Их первая встреча произошла на берегу лесного озера. Летний день привёл молодого колдуна отдохнуть у воды. Лея наблюдала за ним уже давно и наконец решилась показаться. Для неё это было игрой: хотелось покорить красивого парня — темноволосого, с глазами цвета густого тумана, светло-серыми, глубокими, словно коварные омуты. Лея не встречала никого прекраснее. Ей захотелось узнать, каковы на вкус его полные губы, какова на ощупь загорелая кожа предплечий и что будет, если прильнуть к этому мужчине всем телом. Она боялась его спугнуть.

Алекс, хоть и не скрывал восхищения прекрасной русалкой, смотрел настороженно, с подозрением — что поначалу лишь позабавило её. Лея вышла к нему тогда совершенно обнажённой, прикрытая лишь длинными золотисто-рыжими волосами, и попыталась соблазнить, но Алекс лишь нахмурился и кинул ей свою рубашку.

— Оденься, — бросил колдун, отводя глаза. — Если хочешь, чтобы я с тобой разговаривал.

Пришлось принять правила игры. Так даже стало интереснее. Белая рубашка терпко пахла мужчиной и была тёплой, нагревшись от его тела. Лея незаметно втянула этот запах и вздрогнула от зародившегося желания. Теперь ей пришлось прятать свои зелёные глаза, отводить взгляд от обнажённого торса Алекса. Он не боялся её, но и сближаться не спешил, осторожничал. Лея так страшилась, что он просто уйдёт, что выпалила первое, что пришло в голову:

— Принеси мне мёда, — попросила она простодушно и замерла, прочитав на лице колдуна недоумение. Вдруг откажет?

— Мёда? — недоверчиво переспросил он. — Это ещё зачем?

— Хочу попробовать человеческую еду, — надула губы русалка. — Я ела только хлеб и ягоды. Говорят, мёд очень вкусный, сладкий. Мне его не достать, но так хочется попробовать. Принесёшь?

Лея склонила голову набок, и Алекс улыбнулся, не в силах противиться её детской наивности и безыскусности, несвойственной нечисти.

— Принесу, — пообещал он.

Русалка обрадовалась: они ещё увидятся! Неужели она не покорит этого колдуна? Однако всё оказалось куда сложнее, чем она представляла.

Несмотря на то что Алекс вскоре поддался очарованию и красоте Леи и стал её любовником, сердце его молчало. Причину она видела в особой метке под его сердцем. Мать Алекса, лесная ведьма, опасаясь, что коварные девы из местного озера могут погубить её красивого сына, нанесла на его кожу охранный знак. Лея страдала: она не желала любимому зла. Она полюбила его — так почему же метка так ревностно сторожит его сердце?

— Сотри знак, — молила она возлюбленного, когда, насытившись любовью, они лежали в объятиях друг друга на берегу озера у пылающего костра. — Разве ты боишься меня? Ты не веришь, что я люблю тебя? Убери метку, позволь себе ответить на мои чувства.

Алекс не согласился.

— Метка останется, — бескомпромиссно заявил он. — А ты должна быть рада, что я провожу с тобой ночи. Чего же ещё ты хочешь?

Пожалуй, он был грубоват с ней: принимал ласки как должное, нарушал обещания, смеялся над её простодушием и неопытностью, когда она пожелала стать человеком. А она тонула в нём и в своей безответной любви, но всё больше чувствовала себя живой, настоящей.

Однажды Лея нарядилась в платье и пришла в деревню на праздник. Там в ней сразу распознали нечисть: обычная девушка не может быть так красива и так наивна в обычных людских делах и разговорах. Алекс еле увёл её, спас от готовых к расправе деревенских мужиков, а потом долго выговаривал за глупость и наказал долгим отсутствием. Лея всё сносила безропотно: пусть будет как он хочет, лишь бы оставался рядом.

А потом русалке пришлось принести жертву ради своего ненаглядного колдуна. Её сёстры, озёрные девы, украли отставшую от матери девчушку. Для них она стала бы живой игрушкой, развлечением. Русалки обожали играть с детьми, но не всегда эти игры заканчивались хорошо.

— Отдайте ребёнка! — Алекс жёстко схватил Лею за руку. Серые глаза пылали гневом — таким она своего колдуна ещё не видела.

— Алекс, не вмешивайся, — взмолилась русалка. — Сёстры не отдадут девочку. Она будет их дочерью и останется в озере.

— Мерзкая нечисть! — прошипел Алекс. — Ты хотела стать человеком? У тебя не получится! Ты и подобные тебе бездушные твари ничего не знают о любви. У вас нет сердца!

— Алекс! — Лея прижала руки к груди. Вопреки высказыванию колдуна там отчаянно билось сердце. — Зачем ты говоришь так? Разве ты не видишь, как я люблю тебя? Но я не могу помочь — русалки не отдадут девочку!

— Тогда нам придётся расстаться с тобой навсегда, — мрачно заявил Алекс. — Ты больше никогда меня не увидишь. А знаешь почему?

— Почему? — бледными губами прошептала Лея, чувствуя, что сердце готово остановиться от горя. Она не вынесет, если Алекс больше не захочет её видеть.

— Деревенские убьют меня, — сквозь зубы произнёс мужчина. — Они знают, что я связался с тобой. Если я не приведу ребёнка обратно в деревню, меня ждёт смерть.

Лея дико вскрикнула: она не может позволить, чтобы кто-то или что-то навредило её колдуну.

— Подожди, — прошелестела она еле слышно. — Я пойду к сёстрам.

Алекс остался ждать на берегу. Когда через некоторое время он увидел Лею, ведущую девочку, то не сразу поверил в свою удачу. Он схватил ребёнка за руку и ушёл, даже не оглянувшись на свою русалку. Она осталась на берегу, глядя на него затуманенными от слёз глазами.

Алекс не приходил несколько дней. Он раздумывал, не прекратить ли эти странные отношения: от них так и веяло бедой. Он не любил Лею, его сердце молчало. Так стоит ли продолжать? И всё же прекрасная русалка покорила его красотой и преданностью. Где ещё он найдёт подругу, готовую для него на всё? Осознание этого грело самолюбие колдуна. В конце концов Алекс отправился на озеро.

Лея не вышла к нему навстречу.

«Обиделась, — усмехаясь про себя, подумал Алекс. — Хочет помучить меня».

Он непринуждённо уселся под деревом, из гордости не желая первым идти на примирение. Лея так и не пришла. Сердитый Алекс подскочил, желая уйти. Раз она так решила, то пусть это будет концом их отношений. Он уже почти покинул берег, когда что-то вдруг заметил в прибрежной траве. Мужчина шагнул туда из чистого любопытства и тут же вскрикнул от ужаса: Лея, обнажённая, бледная, неподвижная, лежала в траве. Её рыжие волосы спутанной волной разметались по прибрежной зелени.

Алекс испугался, что русалка мертва, но она была жива, хотя и едва.

— Что случилось? — спросил он, со страхом вглядываясь в неестественно бледное лицо девушки. — Кто тебя обидел?

— Сёстры прогнали меня, — прошептала она. — Наказали за предательство, за то, что увела девочку.

— Как же быть? Как я могу тебе помочь?

— Я не могу вернуться в озеро, — обречённо вздохнула она. — А без воды скоро умру. Но это ничего, — Лея слабо улыбнулась. — Главное, что ты не пострадал.

На Алекса будто рухнуло небо. Он вдруг понял, что натворил: это он предал русалку, воспользовался её любовью и преданностью и ушёл, даже не обеспокоившись её участью.

Лея буквально таяла на его руках. Её белая кожа была холодна, как лёд, а зелёные глаза потускнели. У Алекса разрывалось сердце. Пусть колдун и не был влюблён в русалку, но она стала ему дорога, ближе любого из людей. Только сейчас он по достоинству оценил её душу. Говорят, у нечисти её нет, но у Леи она точно была — и в ней жила любовь к сероглазому колдуну.

— У тебя есть немного времени? — спросил он, поднимая девушку на руки. — Пожалуйста, продержись немного. Я спасу тебя.

— Я попробую, — пообещала Лея, обмякая в его объятиях.

— Лея, — позвал её Алекс, заставляя открыть глаза, — ради меня.

— Ради тебя, — шепнула она.

А потом была дикая скачка в другие земли. Девушка с каждым часом становилась всё более прозрачной, эфемерной. Если колдун не успеет, она просто исчезнет, развеется, как дым. А он никогда не простит себе своё безразличие.

Алекс успел. Чужое озеро приняло к себе изгнанную русалку, но она растратила все силы и превратилась в бесплотный дух. Должно пройти ещё много времени, пока, насытившись от источника силы, Лея снова сможет принимать человеческий облик.

Алекс подарил ей последний поцелуй и отпустил, оставив себе чувство вины. Они уже не смогут быть вместе. Лея так хотела стать человеком — для этого ей нужна была такая малость: мужчина, который разделил бы с ней свою душу. Вместо этого она разбила вдребезги своё сердце и надолго потеряла способность к воплощению.

Алекс прожил положенный ему срок. Он не забыл свою русалку, хоть и полюбил другую девушку, ставшую ему женой. Лея тоже не забыла своего колдуна. Её любовь была так велика, что она пронесла её в следующую жизнь — не свою, а жизнь Алекса.

Источник силы дарил русалке очень долгое существование. Она копила силы, обитая в озере бесплотным духом, чтобы шагать за любимым из воплощения в воплощение — через десятки жизней, миров и реальностей. Любовь Леи была велика, как и надежда, что однажды у неё всё получится: Алекс не просто примет её чувства, он сам взглянет на неё с любовью. И тогда она обретёт душу и проживёт с ним рядом свою последнюю жизнь. После этого она сможет разделить с ним вечность — таков был договор с источником силы.

Но ничто не длится бесконечно: нельзя ходить через границы чужих жизней и пространств, ничего не отдавая взамен. Ресурсы русалки заканчивались. Сил осталось на одну попытку. Если у неё снова ничего не получится, она исчезнет навсегда — даже призраком не станет, чтобы взирать на любимого лунными ночами и плакать о своей неразделённой любви.

И вот сейчас Алекс вновь стоял перед ней, а Лея растеряла все слова, что собиралась сказать ему при новой встрече.

— Ты русалка? — спросил он, словно желая подтвердить очевидное, и, не дожидаясь ответа, задал следующий вопрос: — Ты звала меня? Зачем?

Как бы ей хотелось всё ему рассказать, но придётся действовать осторожно. Последняя попытка. Если она окажется неудачной, для Алекса это будет лишь эпизод его жизни, а для неё неудача обернётся смертью и забвением.

— Звала, — склонила она голову набок. — Мне нужен проводник.

— Проводник куда? — усмехнулся он краешком губ. — На экскурсию сводить?

— Меня зовут Лея, — девушка проигнорировала привычный ей сарказм колдуна. Она шагнула ближе, нырнула под полог ветвей и замерла, с трепетом глядя на любимое лицо. — Я хочу узнать людей. Не хочу оплошать и не хочу навредить.

— Откуда ты знаешь меня?

— Здесь нет других колдунов. Все духи чувствуют тебя. Тебя узнали, стоило войти в лес. Я искала — и твой дар отозвался.

Алекс беззастенчиво рассматривал русалку. Лея отметила, что в этот раз его не смутил вид её обнажённого тела. Она гордо выпрямилась и откинула за спину волну тяжёлых ярко-рыжих волос. Он всё же отвёл глаза, спрятал взгляд за густыми ресницами. В груди Леи поднялась волна щемящей нежности: её Алекс всё тот же.

— Зачем тебе к людям? — спросил он, демонстративно хмурясь.

«Замуж хочу», — ответила она ему в тот самый первый раз. — «Чтобы самой стать человеком и обрести бессмертную душу».

— Мне скучно тут, — Лея обвела рукой окрестности. — Что мне тут делать? Заманивать в свои сети старых рыбаков или воровать заблудившихся детей?

Она намеренно озвучила то, в чём обычно обвиняли русалок. Алекс, как и все, был наслышан о коварстве озёрных дев. Он не поверит, если она сразу начнёт говорить о любви и отсутствии злых намерений.

— Клянусь, — продолжила она, твёрдо глядя ему в глаза, — я не буду вредить. Не хочу этого.

— Я должен развлекать тебя? — в голосе Алекса прозвучало недовольство. Как всегда, самоуверен и неприступен.

— Я могу развлечься сама, — губы русалки растянулись в обольстительной улыбке. — И разве тебе не любопытно? Так часто тебя о чём-то просят озёрные девы?

Лея ждала, молча глядя на мужчину. За прошедшие века она набралась уверенности, а опыт первых встреч с Алексом был так велик, что она просчитала все его возможные реакции. Вот и сейчас он помялся немного, похмурился и согласно кивнул. Лея с трудом удержалась от торжествующей улыбки. Вместо этого она скромно склонила голову.

— Мне понадобится одежда, — сказала она и демонстративно пробежалась ладонями по голому телу.

Алекс против воли прилип к ней глазами.

— Я принесу что-нибудь в следующий раз, — пообещал он.

— А можно… — Лея глянула на колдуна исподлобья, поколебалась немного и не удержалась от соблазна. — Дай мне пока свою рубашку?

Она была уверена, что он откажет: рассмеётся своим саркастическим смехом, сверкнёт серыми глазами, скривится и велит ей убираться в своё озеро. Но Алекс вдруг прищурился, подался вперёд, будто хотел рассмотреть девушку получше, а потом согласно склонил голову. Он стянул с себя лёгкую ветровку, а потом пробежался пальцами по ряду пуговиц на синей рубашке. Лея затаила дыхание. Мужчина повёл плечами, скинул рубашку и протянул её русалке.

Она не сразу взяла её. Вместо этого беззастенчиво прикипела взглядом к гладкой груди Алекса. Но вовсе не красота его мускулистого торса лишила Лею воли. Сколько раз она лицезрела под сердцем любимого колдовскую метку — особый знак, защищающий его душу и разум от таких созданий, как она. Сколько раз её любовь разбивалась о гранит его холодности! Сколько раз он готов был предложить ей заботу, внимание, нежность и страсть, но не часть своей души, которую отдают вместе с любовью. В каждом мире, в каждой жизни эта метка была на месте. А сейчас её не было. Гладкая кожа без знаков, меток, татуировок.

Не в силах поверить своей удаче, Лея подошла ближе и, протянув руку, коснулась кожи Алекса. Совсем рядом с её ладонью билось его сердце.

— Ты что делаешь? — холодный голос вернул ей разум, и она торопливо отпрянула, посмотрела на него со страхом — вдруг напугала?

— Одевайся, — скомандовал Алекс. — Я приду и принесу другую одежду.

— Хорошо, — робко ответила Лея.

Она путалась в рукавах, не справлялась с мелкими пуговицами. Алекс молча смотрел, но помочь не пытался. На дне его серых глаз что-то таилось, но русалка не смогла разгадать, что именно.

— Я приду на днях, — пообещал на прощание колдун. — Будешь плохо себя вести, я передумаю и, поверь, найду способ тебя приструнить.

Он ушёл, но когда озеро уже почти скрылось за оврагом, оглянулся и кинул на стоящую под ивой девушку странный, подозрительный взгляд.

— Наваждение, — пробормотал Алекс. — Почему всё это кажется мне таким знакомым?

Глава 2

Шагая домой под усилившимся дождём, он думал, почему согласился на эту авантюру. Помогать русалке играть в человека? Самое дело для тёмного колдуна. Русалки коварны и хитры — возможно, эта Лея хочет использовать его для своих целей. Хватит ли у него сил, если придётся загнать эту нечисть обратно в её мутный омут?

Лея… Имя оставляло сладость на языке. Алекс видел русалок и раньше, но они обычно ему не представлялись. В деревне, где до сих пор стоял его родной дом, они жили на озере. Часто он слышал их серебристый смех и видел гибкие тела среди водорослей. Они следили за ним, заигрывали, звали к себе. Навредить колдуну они бы не решились. Иногда он отвечал на их заигрывания, устраивал шуточную погоню и шумную возню в воде. Любого другого озёрные девы, заигравшись, просто утопили бы — не со зла, всего лишь не рассчитали бы силы. Алекса они вполне справедливо опасались и, играя, никогда не забывались.

Эта Лея была красива. Очень. Невозможно было бесстрастно смотреть на её лицо с чистыми тонкими чертами. В прозрачных зелёных глазах не было дна, а длинные волосы только грубиян назвал бы просто рыжими. Её совершенное тело дышало чувственностью и негой. Алекс не остался равнодушен, но показывать это русалке не собирался. «Она хочет поиграть? Что ж, надо установить и свои правила для этих игр», — подумал он.

Алекс постарался выбросить Лею из головы. У него были и другие дела.

На следующее утро молодой мужчина отправился в библиотеку при университете, где учился в магистратуре. Он работал над диссертацией по религиоведению, и времени до защиты оставалось не так уж много.

Библиотека встретила его тишиной и тем особым духом, что царит лишь среди множества книг. Алекс любил работать именно с бумажными книгами, хотя дома в интернете можно было найти абсолютно любую информацию. У старых книг в жёстких тёмных переплётах была душа, иногда очень явная. Колдун любил их «слушать», проникая в своих мыслях гораздо глубже страниц и строчек.

Вот и сейчас он положил ладонь на старинный фолиант, прежде принадлежавший одной из церквей, и прикрыл глаза. Эту книгу ему разрешили взять по личной протекции ректора университета — как талантливому студенту.

Под веками поплыли образы. Но Алекс вдруг вздрогнул и открыл глаза: через два стола от него сидела светловолосая девушка и сверлила его неприязненным взглядом. Он знал её. Это была Ирина — она училась на пятом курсе того же университета, что и он, и также специализировалась на религиоведении. Но, в отличие от Алекса, Ирину вёл не только исследовательский интерес. Девушка была верующей и к Алексу относилась с подозрением — порой в её голубых глазах он наблюдал откровенное презрение.

Всё дело в том, что Алекс вовсе не скрывал своего интереса к эзотерике. Знала девушка и о небольшой лавке в городе, где он под видом сувениров и поделок торговал амулетами и талисманами собственного изготовления. Свои способности, в отличие от интересов, колдун не афишировал, но слухи о необычном студенте всё равно ходили среди студентов и преподавателей.

Заметив, что Алекс смотрит на неё, девушка встала и, явно сделав над собой усилие, подошла к его столу.

— Александр, — кивнула она, назвав молодого человека его полным именем, которое он обычно не использовал, — отец Тимофей просил тебя зайти к нему.

Ирина чуть заметно поморщилась. Очевидно, она не одобряла общения Алекса с уважаемым ею батюшкой, бывшим также руководителем его исследовательской работы.

— А, да, — кивнул парень. — Я обещал ему показать свои записи по исследованию. Зайду в ближайшее время.

Ирина помедлила возле его стола, бегло оглядела лежащие тут книги. Она вроде хотела сказать что-то ещё, но не решалась и нервно теребила кончик светлой туго заплетённой косы.

— Спасибо, — с опозданием поблагодарил девушку Алекс и улыбнулся.

Ирина чуть вздрогнула, вспыхнула и, кивнув, отошла. Ему нравилась эта девушка — даже несмотря на её пренебрежение и антипатию. Может, именно её равнодушие подогревало интерес самолюбивого парня к строгой и принципиальной студентке. Ему хотелось разбить этот ледяной панцирь, добиться искренней ласковой улыбки, покорить неприступное сердце. Пока не получалось.