- -
- 100%
- +
Они общались из-за общих дел и пересекающейся сферы учебных интересов, но Ирина явно старалась держаться на расстоянии. В слухи о его способностях она не верила, считала, что парень заигрался в волшебника и специально окружает себя мрачновато привлекательной аурой, на которую были так падки многие девицы.
— Выпендрёжник, — прошептала она, отворачиваясь и уходя на своё место.
Ирина плюхнулась на стул и, словно баррикадами, огородилась книгами от продолжавшего посматривать на неё Алекса. Она нервничала и хотела уже было ответить ему самым холодным и строгим выражением лица, как вдруг, прямо взглянув на парня, обнаружила, что смотрит он вовсе не на неё, а просто глубоко задумался, уставившись в пространство. Девушка рассерженно повела плечами — возникшее раздражение было необъяснимо. Она откинула за спину тугую косу и постаралась вернуться к своим записям и книгам.
Алекс не забыл про одежду для Леи. Он купил для неё простой летний сарафан — белый, в мелкий цветочек, на тонких бретельках — и туфли-шлёпанцы на невысокой танкетке. Раньше он никогда не покупал женскую одежду, но решил, что справился неплохо. Особенно когда увидел русалку в новом наряде: высокая талия подчеркнула пышную грудь, тонкая ткань обрисовала длинные ноги, соблазнительные бёдра.
— С волосами надо что-то сделать, — чуть хрипловато прокомментировал Алекс, стараясь выглядеть беспристрастным и равнодушным. — Слишком длинные, так не ходят.
— Да? — Лея запустила пальцы в густую рыже-золотую гриву волос. — А как сейчас ходят?
— Надо подобрать как-то, — посоветовал Алекс. — Заплести там или закрутить.
— У меня есть гребень, — спохватилась девушка. Она вытащила его неведомо откуда: просто украшенный перламутром небольшой гребешок вдруг оказался в её руках. Незатейливая вещица вполне сошла бы за модный нынче винтаж, и молодой мужчина одобрительно кивнул.
Лея с улыбкой погладила неровную жемчужинку в центре.
— Раньше у меня был другой, — сказала она. — Я его подарила на счастье, а эту жемчужину мне потом вернули.
— Кому подарила? — невольно заинтересовался Алекс. Его взгляд прикипел к перламутровому камушку.
— Парню одному.
— А вернули почему?
— Чтобы сказать «прости» и «прощай».
— Ты простила?
— Я и не сердилась, — Лея повела обнажёнными плечами. — Я любила его.
— За что же он просил прощения?
— За то, что не любил. Наверное.
— Тебя можно не любить? — вопрос вырвался у Алекса невольно. Просто слишком хороша была сейчас стоящая перед ним девушка.
Она рассмеялась, но взгляд опустила.
— Я не ворожу на любовь, — ответила Лея чуть погодя. — Но его сердце было закрыто от меня.
— Мне жаль, — посочувствовал он и попытался довольно неуклюже приободрить: — Ничего, встретишь другого. Любой будет рад любви такой красавицы.
— А ты?
Русалка вдруг оказалась очень близко — стояла почти вплотную, глядела своими огромными зелёными глазищами. Алекс и не осознал, как потянулся навстречу, ощутил тёплый аромат её кожи, прильнул к приоткрытым губам. Ощущения затопили его: поцелуй оказался так сладок, что мгновенно зажёг кровь, заставил желать большего.
Девушка в его объятиях чуть дрожала, льнула всем телом, легко обнимала за плечи. Она не старалась перехватить инициативу, была даже, пожалуй, робкой и осторожной. И не скажешь, что коварная нечисть. Последняя мысль отрезвила его, заставила отпрянуть и разорвать поцелуй. Руки Леи скользнули по его плечам и опали, будто гибкие ветви лозы.
— Со мной в свои игры играть не смей! — сердито предостерег Алекс.
— Это ты меня поцеловал, — напомнила девушка.
Она не смеялась над ним, не пыталась кокетничать или язвить. И это остудило его гнев, заставило чувствовать себя слегка неловко. Даже обвинить русалку в том, что она старалась его соблазнить, оснований не находилось.
— Пойдём, — хмуро буркнул Алекс. — Сегодня одна прогулка. Мне некогда возиться с тобой.
Лея радостно улыбнулась. Она торопливо заплела две косы, перекрутила их на затылке тяжёлыми кольцами и закрепила гребнем. Алекс повёл её по тропинке в парк. Девушка шла тихо, поглядывала по сторонам, но вопросов не задавала.
В парке было людно: гуляли семьи с детьми, прохаживались пенсионеры, громко смеялись подростки. Лея крутила головой, с любопытством прислушивалась к разговорам.
Она не казалась неуклюжей, не привыкшей к человеческому обществу, напуганной толпой, и Алекс вновь подумал, какова её истинная цель.
— Предупреждаю, — повернулся он к девушке, — если замечу, что твои помыслы нечисты, что ты задумала что-то злое, верну обратно и запечатаю лет на сто.
Лея не стала его разубеждать и говорить, что это определённо не в его силах. Вместо этого она обезоруживающе улыбнулась.
— Я просто хочу побыть среди людей, — сказала она, — и мне нужен проводник. Боюсь попасть в неприятности. Кого ещё я могла бы попросить?
— Ладно, — неохотно кивнул Алекс. — Пойдём, угощу тебя мороженым. Хочешь прокатиться на карусели?
Лакомство привело русалку в восторг, а вот мчащиеся по кругу качели на цепочке напугали. А может, она специально сделала вид, что боится? Ведь это дало отличный повод спрятать лицо на груди Алекса, заставить его теснее прижать вскрикнувшую девушку к себе. Но, пожалуй, Лея не врала: её лицо было бледно, и он усадил русалку на скамейку, чтобы она отдохнула от ярких впечатлений.
— Слишком для тебя? — спросил он. — Хочешь уйти к озеру?
— Нет, — отказалась она. — Ещё побудем. Просто давно не была среди людей. Все мои развлечения — гоняться за рыбками да плести узоры из рогоза.
Алекс принёс ей прохладного лимонада и смеялся вместе с русалкой, когда пузырьки газа заставили её чихать. Постепенно он оттаял. Не чувствовал он в Лее зла. Да, про озёрных дев часто говорили, что они хитры и коварны, но всё их коварство обычно лежало на поверхности. Русалки, как и многие из нечисти, не умели притворяться. Они не скрывали своей сути и своих планов, не умели строить сложных интриг.
Лея разговорилась, стала задавать вопросы, довольно остроумно шутить. Алекс смеялся, чувствуя себя в её компании легко и непринуждённо. Кто знает, может, дружба с русалкой будет не бременем, как он считал ещё сегодня утром, а приятным приключением. Снова вспомнился их поцелуй на берегу. Как ни старался, Алекс не мог отогнать мысли о том, что не прочь его повторить.
Вдруг Лея замерла, глядя куда-то за его плечо почти со страхом и откровенной неприязнью. Алекс резко обернулся. У небольшого фонтанчика в компании подруг стояла Ирина. Она поймала взгляд Алекса и тут же отвела глаза, сделав вид, что не узнала его.
«Гордячка, — с невольной обидой подумал он. — Строит из себя святую недотрогу».
Ему захотелось покрасоваться перед Ириной. Он сел на скамейку рядом с Леей и небрежно, с ленцой обнял её за плечи. Русалка взглянула на него с удивлением, а потом вновь уставилась на Ирину.
— Нам пора уходить, — резко сказала она и, освободившись от объятий, встала.
— Тебе плохо? Нужно в воду? — Алекс озабоченно вглядывался в лицо Леи.
— Да, — торопливо кивнула она. — Я потеряла счёт времени. Достаточно для первого за долгое время выхода.
Он повёл её вглубь парка, забыв об Ирине. Но о ней не забыла Лея. Погружаясь в прохладные тёмные воды озера, русалка в досаде кусала губы. Как же она так просчиталась? Эрин ещё не должна была встретиться с Алексом. Не сейчас. Это не её время — это время Леи. Ах, зря она обрадовалась, увидев, что у любимого колдуна нет защитной метки. Понадобилось столько веков и жизней, чтобы она стёрлась и исчезла.
Но тут русалку ждало другое препятствие — Эрин, что была женой Алекса. Она тоже шагала за мужем из жизни в жизнь, разделяя с ним судьбу. Иногда она не успевала, и Алекс проживал свою жизнь, так и не встретившись с Эрин. Чаще она приходила в положенное время, но это всегда было после того, как с Алексом встречалась Лея. Русалка раз за разом терпела неудачу: метка или что-то иное не давало колдуну ответить на её чувства. Лее приходилось отступать, вновь прятаться в бездонных глубинах и ждать следующего шанса. Она рассчитывала, что и сейчас Эрин не встанет на её пути. Однако судьба, сделав подарок в виде отсутствия злополучной защитной метки у Алекса, решила усложнить задачу русалке иначе.
— Не в этот раз, Эрин, — подумала Лея, устремляясь к илистому дну. Её раздражение вызвало целый водоворот из пузырьков и мути, что взвился к поверхности. — Не сейчас! Это мой последний шанс, и я не дам тебе всё испортить.
Глава 3
— Лея, мне некогда устраивать тебе экскурсии по городу. У меня есть дела, вообще-то.
Алекс смотрел на стоящую перед ним русалку. Она вновь вышла к нему в его рубашке. Удивительно, но одежда на озёрной деве высыхала мгновенно.
— Почему ты не в сарафане? — спросил он. — Надоел подарок?
— Что ты! — Лея испуганно вскинула на него глаза. — Я берегу его, не хочу, чтобы наряд от воды испортился, спрятала среди ветвей дерева.
— А рубашка что же? — Алекс усмехнулся. — Её, значит, можно портить?
Она помотала головой. Снова не угадал.
— Это твоя рубашка. Мне нравится носить твою вещь.
Русалка не лукавила. Алекс видел, как бережно она расправляет полы слишком длинной для неё рубашки, как улыбается, касаясь тонкой ткани кончиками пальцев.
— Что у тебя за дела? — напомнила Лея его же отговорку. — Можно я с тобой пойду?
— Ко мне человек по делу придёт.
— По колдовскому делу? — угадала девушка, и её зелёные глаза вспыхнули. — Возьми меня с собой! — взмолилась она. — Я не буду мешать, посижу в уголочке. А вдруг и помогу чем-нибудь.
— Помощь мне не нужна, — буркнул Алекс, заметил, как расстроилась русалка, и сдался. — Ладно. Только переоденься.
Лея радостно взвизгнула, крутанулась на пятках, отчего края рубашки на ней взвились вверх, на миг явив заинтересованному взгляду голые ягодицы. Алекс не стал отворачиваться, только довольно усмехнулся, а девушка умчалась к иве, покопалась там среди разошедшихся стволов и достала припрятанную одежду. Переоделась она за секунды и вскоре предстала перед Алексом: даже волосы собрала в тугой жгут и закрепила гребнем.
Дальше парка он её ещё не водил, поэтому, как только пара вышла из-под сени раскидистых деревьев и оказалась на весьма оживлённой улице, Лея вцепилась в руку Алекса мёртвой хваткой. Её пугали мчащиеся мимо машины, сверкающие огни светофоров, дорожных знаков, рекламных табло. Она даже дышала часто, будто ей не хватало воздуха. Алекс замедлился, обнял девушку и постарался поскорее свернуть в более тихий переулок.
— Я не знала, что у вас теперь так шумно, — чуть переведя дыхание, сказала Лея.
— Теперь? А как давно ты живёшь? Сколько тебе лет?
Русалка замялась.
— Давно живу, но наше время идёт не так, как у людей, — уклонилась она от прямого ответа. — Мы можем спать многие годы, копить силы, чтобы иметь возможность пользоваться физическим телом и ходить по земле.
— А ты, значит, выспалась?
Лея взглянула на него из-под густых ресниц.
— Я тебя ждала, — бесхитростно призналась она.
— Именно меня? — Алекс остановился, развернул девушку лицом к себе. Она вспыхнула.
— Тебя, — всё же ответила правду, но чуть прикрыла её словами, будто туманом. — Я чувствовала, что ты придёшь.
— И с чего бы у тебя ко мне такое влечение?
— Я знала тебя раньше, — её ответ был тихим. — В другой жизни.
Алекс уставился на неё в удивлении.
— Ты выдумываешь, — не поверил он русалке.
Её глаза затуманились, лицо стало мечтательным.
— Мы любили друг друга, — сказала она уже увереннее. — Нам не хватило жизни. Я ждала, когда ты родишься вновь и придёшь ко мне.
Алекс, привычный ко всяким колдовским и потусторонним штучкам, ощутил, что по его спине пробежал мороз. Слова русалки звучали странно, удивительно и немного пугающе. Узнать вот так, что когда-то уже жил, и встретить живого свидетеля той жизни — это сбивало с толку.
— Если хочешь, я расскажу тебе о наших прошлых встречах, — Лея выжидательно смотрела на мужчину, но он потряс головой.
— Потом как-нибудь, — нахмурился он. — Сейчас я узнал достаточно. Мне ещё поработать надо, а ты мне голову какими-то глупостями забиваешь. Пошли.
Алекс вновь потянул её по улице и вскоре привёл к многоквартирному дому, весь первый этаж которого занимали небольшие магазинчики. За одной из дверей скрывалась его магическая лавка.
— Кроу, — указал он на вывеску. — Это значит «ворон».
— Неужели? — чуть улыбнулась Лея и склонила голову набок. — А почему ворон?
— Моя фамилия Воронов. Александр Воронов. Вот я и подумал…
— Алекс Кроу, — мечтательно прошептала Лея. — Александр Воронов.
— Алекс Кроу — мой псевдоним в определённых кругах. Так что ты угадала.
— Ага, — кивнула девушка с улыбкой. — Угадала.
Она не станет ему рассказывать, что, когда она его встретила, его так и звали — Алекс Кроу. Он был незаконнорождённым сыном богатого графа и лесной ведьмы. Отношения с отцом были сложными, но старый граф признал сына и оставил ему большое наследство. Просто больше оказалось некому.
Алекс ввёл гостью в небольшой салон. Помещение, оформленное в сине-чёрных тонах, было условно поделено на две части: лавочку-магазинчик с магическими артефактами, свечами, украшениями, колодами всевозможных карт Таро и место для приёма посетителей, отгороженное от магазина небольшой ширмой.
— А кто к тебе придёт? — спросила Лея. Она с любопытством рассматривала безделушки на витринах, усмехнулась при виде имитации черепа, с уважением прикоснулась к сосуду для духа-помощника, тронула шаманский бубен. — И чего от тебя хотят?
— Мужик один придёт, — торопливо пояснил Алекс, готовя рабочее место, расставляя кристаллы и свечи. — У него жена перед смертью деньги куда-то спрятала. Он хочет вызвать её дух и спросить, где заветный кошелёк.
Лея серебристо рассмеялась.
— И зачем людям столько денег? — удивилась она. — Разве в них счастье?
— Может, и не в них, — не стал возражать Алекс. — Но с деньгами и несчастье переживать как-то комфортнее.
Русалка хмыкнула, но спорить не стала. Встречала она за свою долгую жизнь и несчастных королей, и счастливых нищих.
— Сядь в уголочке и не мешай, — велел ей колдун. — После, так и быть, погуляем по городу, в кафе тебя свожу. Подумай пока, что хочешь попробовать?
— Если только попробовать, — засмущалась девушка. — Есть по-человечески я пока не могу.
— Значит, закажем всякого по чуть-чуть, — улыбнулся Алекс.
Отчего-то захотелось порадовать русалку: было и самому приятно вновь и вновь видеть радость в её прозрачных глазах. С ней это было просто: искренняя забота приводила озёрную деву в восхищение, обычные вещи вызывали улыбку. Из головы не выходили её слова о том, что они встречались и даже любили друг друга в прошлой жизни. Алексу и хотелось узнать подробности, но одновременно возникало невольное чувство, что он подчиняется чьей-то чужой воле, что его заставляют действовать по какому-то неизвестному ему сценарию. Лея была хороша, но что сулит ему любовь озёрной девы?
Лея чинно и скромно уселась в углу, который он ей указал, и расправила на коленях ткань сарафана.
Клиент, которого ожидал колдун, пришёл без опозданий. Это был щуплый лысеющий мужичок лет шестидесяти в очках и затёртом замшевом пиджаке. Он постоянно суетился, порывался что-то рассказать и прерывался на полуслове. На Алекса он поглядывал с опаской и скрытым неудовольствием, будто обратился к нему лишь по страшной нужде, но на самом деле не одобрял своего же поступка. Лею он тоже заметил сразу, прилип к ней взглядом и заискивающе заулыбался. Когда девушка вежливо улыбнулась ему в ответ — Алекс ведь сказал вести себя хорошо, — мужик сразу приосанился, огладил тёмные редкие волосы на макушке. Даже голос его изменился: под благосклонным взглядом невероятной красавицы мужчина почувствовал себя увереннее и как будто выше.
— Начнём! — строго зыркнул на обоих колдун, и все замерли, стараясь даже не дышать.
Алекс зажигал свечи и что-то чертил тонким мелком на чёрной ткани — больше для антуража. Его способности не требовали вспомогательных средств, нужно было лишь сосредоточиться, обратиться к чему-то в глубине души, позвать. Образ усопшей был ему знаком по фотографии, каналом связи служил супруг. Уже через пару минут с начала ритуала Алекс уставился на мужчину напротив другими глазами.
Тот вздрогнул, узнав этот взгляд, и чуть подался назад, ощутив, как ноги обнял могильный холод.
— Ты шторы в кухне зачем перевесил? — спросил Алекс. Его голос не изменился, но тон стал иным — чуть капризным, чуть настырным. — Мешали они тебе? Я их на рынке с таким трудом нашла.
— Так я в стирку, — пролепетал мужчина. — Хотел порядок навести. Я обратно повешу.
— Повесь, — повелительно произнёс Алекс. — И хлам на балконе разбери наконец. Мне даже здесь за тебя стыдно.
Мужчина с трудом сглотнул.
— Обязательно, Зосенька, обязательно.
— Цветы мои почему не поливаешь? Фикус сгубил совсем, а он от
мамы мне достался.
— Ой, Зосенька, — опешил мужик, — прости, забываю. Так о тебе горюю, что обо всём забываю.
— Горюешь, говоришь? — Алекс чуть подался вперёд, взгляд стал колючим и злым. — А на кладбище трава выше креста выросла. Да и крест убогий. Когда памятник мне поставишь?
— Поставлю, — заверил безутешный муж и даже приподнялся, будто собирался сделать это прямо сейчас. — Завтра же закажу, гранитный с ангелом, как ты и хотела.
— Соседка Алка заходит к тебе?
— Нет, что ты! Ни разу не была.
— Хорошо, — колдун сделал паузу и значительно тише сказал: — Пора мне, веди себя хорошо, я слежу.
Алекс замолчал и прикрыл глаза. Мужчина на стуле замер, будто сам находился в трансе.
— Ну? — грозно спросил колдун, откидываясь на спинку стула. — Узнал, что хотел?
Клиент не сразу понял, что контакт с его женой уже разорван и его спрашивает сам медиум.
— Я-я, — протянул он неуверенно. — Я как-то забыл.
Он вытер вспотевший лоб рукавом.
— Не думал, что это будет так, — забормотал он. — Я думал, вы сами у неё, у жены-то, спросите. А тут она… — Мужичок взглянул на Алекса расширенными глазами. — Я бы не поверил, наверное, но вы заговорили о том, что только Зося знала. Про шторы, цветок, Алку эту, заразу. И я растерялся, понимаете?
— Понимаю, — кивнул Алекс. — Но дух ушёл, я не могу их туда-сюда по первому требованию живых гонять. Затратно это.
— А, да, — закивал незадачливый клиент и полез в карман своего пиджака. — Я деньги приготовил. Конечно. Сам виноват. Растерялся. Что ж, может, найду ещё кошелёк тот.
— Ваш кошелёк за большой шкаф завалился, — раздался вдруг мелодичный голос Леи. — Белый такой шкаф, странный. В углу стоит и трясётся иногда. Может, у вас там домовик живёт или мыши чем-то гремят?
— Белый шкаф в углу, — медленно повторил оторопевший мужик, а потом вдруг радостно вскрикнул: — Старый холодильник в прихожей! Ну, конечно же! Зосечка привычку имела на него всякие вещи кидать. Упал, значит? Да, точно там.
Мужчина радостно рассмеялся. Видимо, в потерянном кошельке было для него настоящее богатство.
— Ах, девонька, милая, спасибо!
Он рванулся было заключить Лею в объятия, но она испуганно вскочила, выставив вперёд руки, и он остановился на полпути в страшном смущении.
— Всего доброго, — стал выпроваживать его Алекс. Он посмеивался про себя, но был крайне доволен, как обернулось всё дело. Лея — умница, помогла. Бормоча извинения и благодарности, мужичок наконец ушёл.
— Пойдём гулять? — с улыбкой спросил Лею Алекс. — Ты заслужила угощение.
Лея расцвела улыбкой. Она обрадовалась не обещанной награде, а тому, что у неё получилось быть полезной любимому колдуну.
— А ты часто так помогаешь? — спросила она, когда тихой улочкой они за руку брели в кафе.
— Частенько, — пожал плечами Алекс. — Но это пустяки, ничего стоящего ещё не было.
— А ты хотел бы славы?
— Кто ж не хочет? Если бы я раскрыл какое-то преступление с помощью своего дара, помог бы по-крупному, люди поверили бы в мой дар. А так многие считают меня шарлатаном. Ко мне даже полицию присылали, но прогадали. У меня всё честно, по закону.
— Хочешь, я помогу тебе? — Лея потянула его за руку, заставляя остановиться. — Я ведь тоже покойников чувствую. Их много в земле лежит вне кладбищ и освящённой земли. Я буду тебе их находить, а ты связываться с их духом. Ведь многих до сих пор ищут.
— Можно попробовать, — кивнул Алекс. — Только я надеюсь, они все ко мне домой не явятся? Это создало бы неудобства для моих соседей.
— Нет, не волнуйся, — не поняла иронии Лея. — Это я тебя к ним водить буду. К одному хоть сейчас могу отвести. Он в нашем озере уже много лет лежит.
— Утопленник?
— Он не сам в воду кинулся, его туда добрые люди определили. По голове тюкнули и на дно с камнем отправили.
На лице Леи проскользнула злая ухмылка. По поводу доброты людей у наивной в чём-то русалки иллюзий не было.
— Завтра пойдём, — загорелся Алекс. — Если мы с тобой преступление раскроем, это будет потрясающе.
Глава 4
Однако поход пришлось немного отложить. Отец Тимофей, бывший научным руководителем Алекса, вызвал его к себе. Они встретились в небольшой комнате при храме святой Варвары, где служил священник.
— А, Александр, — радостно улыбнулся при виде гостя отец Тимофей, — заходи, жду тебя.
Священник был высоким и худым, с приятным улыбчивым лицом и карими добрыми глазами. С виду простой и скромный, он был очень образованным, начитанным человеком, интересным собеседником и добрым наставником как для своих прихожан, так и для студентов.
— Как твоя работа? — спросил отец Тимофей и, не спрашивая, налил им обоим чаю в большие белые кружки. — Движется?
— Движется, — уверенно кивнул Алекс. — Теоретическую часть почти закончил, надо планировать исследование.
— Интересная у тебя тема, — чуть причмокнул первым глотком чая отец Тимофей. — Там много чего можно найти.
— «Следы языческих верований жителей N-губернии», — Алекс усмехнулся. — Тут можно написать целые тома, а не только одну скромную научную работу.
— У нас для этой темы благодатный край, — священник жестом указал гостю на печенье в вазочке и продолжил. — Суеверия, приметы, народные традиции и праздники — у нас этого много, и всё очень самобытное. А уж свидетельств и рассказов о встречах и взаимодействии с разной нечистью — просто пруд пруди.
— Да, этого хватает, — кивнул Алекс.
Про себя он хмыкнул: за свидетельствами далеко ходить не надо. Он сам вон с самой настоящей русалкой встречается и уже не видит в этом ничего необычного. Но не рассказывать же об этом священнику.
— А ты уже понял, почему в наших краях так много всего этого? — отец Тимофей хитро прищурился. Он экзаменовал своего студента и ждал правильного ответа.
— Наш край в числе последних принял христианство, — с улыбкой ответил Алекс. — А значит, языческие верования задержались здесь дольше всего.
— Верно, — остался доволен батюшка. — Здешний люд сопротивлялся до последнего. И сейчас находятся те, кто хочет возродить прежних богов, цепляются за все эти сказки, как за исконно русское.
Отец Тимофей фыркнул, выражая своё возмущение, а Алекс благоразумно не стал спорить.
— Вот говорят, что в сказках этих, быличках и прочем фольклоре — душа народа. А знаешь почему? А потому что в дохристианские времена люди делили её с нечистью, душу-то. Взаимодействовали, договаривались: «ты мне — я тебе». С просьбами обращались. Боги их выдуманные, но намоленные, и нечисть полезна была. Ведь истинный Бог ещё не пришёл сюда.
— Мне кажется, это принцип любой религии, — вставил Алекс, осторожно ступая на опасную территорию.
— Любой, да не любой, — спокойно возразил священник и шумно отхлебнул слишком горячий чай. — Ведь в случае с нечистью платить надо было. И приходилось людям отдавать больше, чем взяли. Нечисть своего не упустит, всё сделает, чтобы часть души забрать, а то и всю её целиком. И сейчас такие находятся, что просят, не боятся, ибо не понимают, чем рискуют.