- -
- 100%
- +
Пролог
– Звягинцев, я никуда с тобой не поплыву, – мой голос поплыл по речной глади, от которой веяло холодом.
Я стояла, уперев руки в бока, и смотрела прямо ему в глаза. Кто выдержит из нас взгляд? Тёмно-зелёные сдались первыми, и, подхватив меня и перегнув через плечо, Руслан направился на пирс. Меня скинули в лодку, как мешок, и Руслан уверенно заработал вёслами. Я со злостью смотрела, как мы удаляемся от берега всё дальше.
– Ты хотела поговорить, чтобы никто не слышал. Тут, – Звягинцев обвел тихую гладь воды, – никого нет. Хотела знать? Да. Любил и люблю только тебя. И твои выкрутасы, и игры в стерву читаю на раз, два.
– Греби на берег. Всё понятно. Я свои чувства много лет только в своей душе и держу. Потому что любовь у тебя странная. Любишь и жжёшь глазами меня, а трахаешь мою лучшую подругу.
– Трахал.
– Неважно. Греби до берега. Разговор окончен.
Звягинцев взялся за вёсла, и мы поплыли, но только вдоль берега, подальше от пирса, от которого отчалила лодка.
– Руслан, верни меня обратно. Прошу тебя.
Звягинцев упорно молчал, и мы все дальше отдалялись от пирса.
– Теперь о чём говорить, – продолжила я уже более спокойным тоном, – была первая школьная любовь, и всё закончилось. У тебя семья и ребенок. Я только в толк не могу взять: два года ты таскался с моей лучшей подружкой. Вытряс всю душу абсолютно всем. А женился вообще на первой попавшейся однокурснице.
– Забыть тебя хотел. Всех разом. И Милу, и тебя.
– Ну, я скажу тебе: у тебя получилось.
Хмель вместе с адреналином, играющие по венам, крутили мой разум, и я резко встала так, что лодку стало серьезно раскачивать. Я внимательно осмотрелась. Легкий туман сел на воду, но до берега было недалеко, и, быстро скользнув в холодную реку, сама погребла к берегу.
– Аля. Дура! Какого хрена ты в воду полезла?
– Ты же не слышишь, чего я хочу!
Я доплыла до берега, который и впрямь был недалеко, и, опираясь об скользкие края суши, вышла из прохладной воды. С мокрой одежды лилась потоками вода, а я украдкой смотрела на него. Руслан вытаскивал лодку на берег, такой же красивый, как и тогда, в моей школьной лавстори с грустным концом. В моих глазах стояли слезы, а в полуметре от меня – мужчина, о котором я мечтала и грезила.
На воздухе я моментально стала замерзать в своей мокрой одежде. Руслан, сняв свою рубашку, протянул мне. Я скинула мокрые шорты, майку, рубашку и, немного подумав, бюстгальтер и надела пахнущую его мужским одеколоном огромную рубаху. Повесив свой промокший гардероб на камыши, понадеялась на ночной ветерок, который хотя бы немного подсушит мои вещи. На мне остались только его рубашка и тонкая нитка белых стрингов.
Теперь оба молчали.
– Просохнешь и поплывем назад, – нарушил наше молчание Руслан.
Русс сел сзади и обнял меня.
– Иди сюда. Я согрею.
От его дыхания на моей шее по телу пошла нервная дрожь. Я-то думала, что время сотрёт его образ из моего сердца. Руслан медленно покрывал мою шею поцелуями. И там, где его горячие губы дотронулись до кожи, горела обжигающим пламенем моя любовь. Я повернулась к нему и впилась в любимые чувственные губы. Руки Руслана скользнули внутрь его рубашки, надетой на меня, и накрыли вздымающуюся грудь. Я тихо застонала. Руслан продолжал сладкую пытку, играя с моими сосками и языком одновременно. И, смахнув одним движением свои шорты и плавки, положил меня на траву. Губы соскользнули и продолжили свой путь по моему телу вниз. Я только тихонько стонала в ответ. Одним движением Руслан перебрался между бедер и яростно зашел в меня.
Мы лежали на дне лодки. Русс тихонько теребил мои волосы.
– Что делать будем? – тихонько спросила я.
– Всё от тебя зависит.
– А ты знал, что был мне небезразличен?
– Я боялся, что меня постигнет судьба остальных твоих кавалеров.
– Руслан, помолчи.
Я накрыла его губы рукой. Он облизал мои пальцы и притянул мою шею к себе.
– Иди ко мне, – пухлые губы накрыли мой рот поцелуем...
***
Качаясь на волнах, лодка медленно возвращала нас с Русланом назад. Звягинцев греб веслами по тихой глади воды, правда, не так быстро, как вперед. Скорее оттягивал момент расставания.
– Твоя Мила скоро выйдет замуж, – зло прокомментировала я.
Руслан молча работал вёслами, опустив голову.
– Жених у неё ни в какое сравнение с тобой, – продолжила я. – Ты ещё можешь успеть в последний вагон. Они расписываются через месяц.
– Я уже успел на последнюю, отчалившую с этого берега, лодку, – ответил с хрипотцой, и моя злость чуть остыла.
– Она сказала, что хочет тихого семейного счастья. Бурная, сжигающая всё, любовь у неё уже была, – зачем-то добавила я.
– Я позвоню тебе.
– Зачем?
– Я хочу увидеть тебя.
– Зачем, Русс? Это, наверное, всё, – я махнула в ту сторону, где мы в исступлении предавались любви, – дальше мы всё попросту разрушим.
– Я позвоню, и мы встретимся.
Лодка стукнулась бортом о пирс, и Руслан выскочил и подал мне руку. Его руки обвили мою талию и руки крепко держали меня.
– Мы не закончили. Я позвоню тебе, и ты возьмёшь трубку, – Русс сделал акцент на последних двух словах.
Я выглянула из-за огромного плеча Руслана. Наш обнимающийся тандем увидела Котельникова Татьяна, толстая и вредная девчонка из параллельного класса. Я хорошо знала эту сороку: точно разнесёт новости о том, кого она видела и с кем, и ещё приукрасит.
– Пусти меня. На нас смотрят, – я зашипела на Руслана.
– Пофиг.
– Тебе пофиг, а мне нет. Если дойдет до Миланы, она меня никогда не простит.
– Может, хватит, наконец, думать о ней?
– Может быть.
– Отпущу, если пообещаешь, что мы еще увидимся.
– Обещаю.
Руки Руслана разомкнулись, и я, чуть качаясь, направилась в свой домик. До утра осталось два часа, как раз привести себя в порядок и уехать прочь из этого места.
***
Дорогие друзья, приветствую вас на страницах моего романа. Буду рада вашим комментариям и звездам! Будет интересно!
Глава 1
Моя жизнь была похожа на большой ураган. Я привыкла быть первой во всем. Училась превосходно, несмотря на то, что дома моя жизнь была похожа на ад. Мама была любительницей выпить и зачастую привести к себе в гости кавалера. Кавалеры к моим сочным пятнадцати годам засматривались не на мою мать, а на молоденькую красивую девочку. Вечера были похожи на отчаянную борьбу просто за свою честь. Лишиться невинности в компании пьяного мужика ой как не хотелось.
Я всё чаще сидела в подъезде с книжкой, потому что в квартире находиться было просто невозможно. Таисия Владимировна, соседка напротив, часто ловила меня на ступеньках лестничного пролёта.
– Алька. Что, мать, опять пьёт? Кушать хочешь?
Я молча махала головой.
– Пошли. У меня, правда, только борщ. Но ты, похоже, совсем без ужина.
И, заработав, молча ложкой съедала всё, что ставила перед голодным ребёнком наша соседка. Чуть повзрослев, я стала помогать Таисии Владимировне: просто помыть полы и посуду. Мне не хотелось быть просто кормящимся иждивенцем в её доме. Чтобы хоть что-то купить себе из одежды, я начала мыть подъезд. За деньги. У меня появились собственные, пусть и небольшие деньги, и я покупала себе вещи, чтобы не выглядеть в школе отбросом.
В школе меня обзывали уборщицей. Наверное, потому, что моя мать работала уборщицей в моей же школе. И отмазаться от унизительной клички никак не получалось. В десятом классе я выпросила мать перевести меня в другое учебное заведение, и страница моей жизни, к моему счастью, перевернулась.
Здесь меня никто не знал – ни мою жизнь, ни моего никчёмного родителя. Школа находилась дальше, и мне нужно было добираться до неё. Чаще всего пешком, потому как мне было жаль тратить свои деньги, но там я смогла стать собой. Просто Алькой. Душой компании. Хорошим другом. Красивой девчонкой. Новый класс присматривался ко мне недолго. У меня появились друзья и лучшая подруга. Одноклассники были сплошь и рядом с твёрдыми жизненными планами и из хороших обеспеченных семей. И я понимала, что как только мне исполнится восемнадцать, я просто вылечу из гнилого родительского гнезда.
Через два года вся моя честная компания школьных друзей из благополучных и обеспеченных семей училась в вузах. Кроме меня. И мне отчаянно хотелось получить образование. Своим уже давно недетским умом я понимала, что на это у меня нет денег, а это трамплин для таких, как я, людей, не имеющих ни связей, ни денег. Следующий день после выпускного я провела в поисках работы.
Официант. Большего мне не светило. Пока не светило. Я же не из тех, кто сидит и собирает сопли в платочек. Я мечтала разорвать тот круг нищенской жизни, куда меня забросила судьба.
Мои одноклассники собирались на совместные мероприятия, и не раз. Вечера школьных друзей, где каждый, между прочим, показывал, чего он достиг в своей жизни. Но я всё упорно пропускала сборища. Хвалиться было особо нечем, но больше всего мне не хотелось видеть Руслана. Моя первая несчастливая любовь. Так и оставленная мною в глубине своего сердца. С Милой я продолжала дружить и общаться не меньше, чем на школьной скамье. Но разговоры о человеке, в которого, как оказалось, были влюблены с подругой, я старалась обходить стороной. Милана много раз рассказывала о Руслане, предавалась воспоминаниям, но я старалась не поддерживать эту тему, и разговоры о нём сошли на нет.
Официантом в баре я работала недолго. Меня задолбал сигаретный дым и шлепки по пятой точке. По мнению местных обывателей, если я работаю здесь официантом, я просто мечтаю броситься на шею первому встречному и предаться страстной любви. Грубить клиенту нельзя, нужно вежливо сказать, что так делать не нужно. Некоторые субъекты мои вежливые замечания пропускали мимо ушей, а мне нужно собрать нужную сумму на оплату своего обучения. И я терпела, стиснув зубы, вежливо ставила очередную пьяную морду на место и иногда, лишь иногда ревела по ночам в подушку. Через полгода у меня была нужная сумма, а я студентка заочного отделения юридического факультета.
Карьера в местном гадюшнике закончилась, я перешла на новый уровень. Пройдя собеседование и тестирование по правилам сервировки стола и этикета, меня приняли официантом в ресторане достаточно высокого уровня. Мать поддалась во все тяжкие, подворовывала у меня деньги и в концовке притащила очередного бомжа для совместного счастливого проживания. Такого чуда я вытерпеть не смогла и, молча собрав вещи, сняла комнату в небольшой двушке с хозяйкой недалеко от работы. Хозяйка работала по сменам, в том числе и ночным, и мои поздние ночные приходы особо не тревожили. Лишь бы я ей исправно платила.
– Алечка, ты кухню прогенералишь? – осведомлялась моя хозяйка.
Это её любимая просьба ко мне.
– Обязательно, Лариса Владимировна. Выходные пройдут, кухня блестеть будет.
Выходные в ресторане – адский труд. Банкеты и прочие гулянья до последнего клиента давались тяжело, но банкеты оплачивались и хорошо оплачивались. Плюс вся оставшаяся еда делилась пополам с кухней. Поэтому я старалась попасть на смену в выходные и праздничные дни и набить холодильник, чтобы протянуть всю неделю. Я щедро подкармливала Ларису Владимировну, и моя хозяйка, по всей видимости, была очень рада моему соседству. Перепадало и Таисии Владимировне, и моей матери.
Я иногда её навещала, но ей больше нужно было содержимое сумки, которую я всегда приносила матери, чем я сама. Грустно было на это смотреть. Квартира, в которой мы жили с матерью, давно превратилась в грязную помойку.
Компанию из десяти человек я увидела сразу. Хорошо одетые подтянутые мужчины в компании выхоленных женщин. Столик не был забронирован. Я помню наизусть все брони в моих сменах. Заказ компания сделала шикарный, с дорогим меню и не менее дорогим спиртным. Администратор Григорий сразу шепнул мне на ухо об обслуживании на высшем уровне. Только меня предупреждать не надо, я и сама знаю все нюансы своей работы. Я кружила возле них весь вечер под вызывающими взглядами подтянутых мужчин.
Голодные, что ли? Лучше бы взглядами раздевали своих спутниц, а не меня.
– Что, девчонка понравилась? Пялишься на нее весь вечер, – обратился один из них к своему дружку.
– Допустим, – блеснув тёмно-карими глазами в мою сторону, ответил мужчина.
– На хер она тебе нужна, продырявленная от официанта до хозяина этой богадельни?
– Что-то ещё желаете? – я нагнулась и спокойно спросила, но внутренняя злость клокотала внутри. Я уже давно привыкла к таким пижонам, считающими меня отбросом общества.
Последняя фраза была сказана нарочно громко, чтобы я точно её не пропустила.
– Спасибо, милочка. Мы вас пригласим, когда нам будет нужно что-то еще от вас, – последние слова были нагло выплюнуты в моё лицо.
Я вежливо откланялась.
Ну, вечно везёт мне с такими упырями!
– Что случилось? – спросил Гриша с усмешкой. – Глазами молнии мечешь.
– Я, как всегда, попала на компанию блатных и нищих, считающих себя пупами земли.
– Не заводись. Пора привыкнуть.
– Не завожусь. Я же не всё время буду здесь корячиться. Это только трамплин. Мне, к сожалению, в жизни приходится начинать с низкого старта.
Длинный вечер закончился далеко за полночь, и я, закончив работу, вместе с девчонками вышла на улицу в ожидании такси. Чуть поёжившись от прохладного осеннего ветерка, я закуталась своим тёплым шарфом.
– Алина, можно с вами поговорить? – Незнакомый голос испугал меня.
Передо мной стоял один из тех надутых снобов, которого я обслуживала весь вечер. Моё имя, выведенное красивыми вензелями на моём бейджике, сноб запомнил.
– Простите, я с незнакомцами не разговариваю. Вечер закончился, поэтому рабочие отношения тоже. Я просто ваш официант на вечер.
Я отошла подальше в сторону.
Ну почему я не поехала первой?
Мы с девчонками вызвали две машины, но мне, в отличие от них, в другую сторону и немного ближе.
– Я хотел извиниться за сказанное моим другом. Он лично вас не хотел обидеть.
– А он что-то сказал? Я не расслышала, – я не стала разводить дальше тему и уставилась в другую сторону.
Я распустила волосы из тугого пучка, и ветер играл с моими рыжими локонами.
– Быстрее бы приехала машина, – подумалось мне.
– Его девушка бросила. Очередная, – не унимался мужчина, – поэтому вся женская половина человечества сегодня враги. Ещё раз извиняюсь, – мужчина откланялся и зашагал по тёмному переулку.
Я выдохнула. Тем более впереди замаячили огни приближающегося такси. Я расплатилась с таксистом и быстро поднялась по лестнице. День сегодня был крайне неудачный. Чаевые небольшие, продуктов тоже не особо много, но больше всего меня вывели из себя посетители – чванливые особи мужского пола. Я мечтала о горячем душе и мягкой постели. Сон в мою усталую голову приходит сразу же.
Глава 2
– Алиночка, доброе утро. – В дверь легонько постучались. – Ты завтракать будешь?
– Спасибо, Лариса Владимировна. Не хочется.
Я усмехнулась. Рыжая лиса уже нырнула в пакет, принесенный мною, и что-то уже откопала для себя.
Моя смена начнётся вечером, и можно ещё подремать. Мой день похож на предыдущий: подъем к одиннадцати часам дня.
Мой рабочий день заканчивается в лучшем случае в первом часу ночи. Но и бывают исключения, и выматывающий рабочий день длится до четырех утра. Водные процедуры и сытный завтрак для бодрого продолжения дня. После завтрака я обычно стираю униформу предыдущего дня, так как не могу работать в одной и той же несколько дней, как некоторые другие девочки. Запах еды и сигарет, въедающийся в ткань одежды, я старалась стереть напрочь. Отутюженная униформа на вечер и кухня – бзик Ларисы Владимировны.
Оставшееся свободное время я могу потратить на себя. Правоведение – моё любимое царство. Вся моя учебная деятельность расписана по плану. У меня, к сожалению, нет лишнего времени, и всё, что от него оставалось, я тратила на любимое дело. Завтра у меня окошко в работе, и я его потрачу, просиживая в огромной библиотеке универа.
Сегодня же, полностью окунувшись в поглощение дисциплины, по которой у меня в эту сессию экзамен, я почти не заметила, что времени на сборы перед работой осталось немного.
Я чертыхнулась. Хорошо, что отгладилась заранее.
Я нырнула в удобную кипенно-белую блузку и чёрные брюки по фигуре. Минимум косметики на лице и очень опрятные волосы – наш обязательный дресс-код на работе. Походные ботинки без высокой шпильки позволяли быстро добраться до ресторана, расположенного на набережной города, но сегодня они мне не помогут. Я сильно припозднилась, и городской автобус маршрутом двадцать два привезет меня ровно к началу рабочего дня.
– Аля, ты что сегодня совсем впритык прискакала? – Прошипел Гриша.
– Гриша, ты бы так за остальными охотился, как за мной, – я ответила чуть обиженно.
– Лови заказ, Алька, – низким тембром пропел Гриша, – телятина на углях, овощи гриль и бутылка красного «Совиньон». Столик номер три.
– Хорошо.
Надевая по пути наглаженный фирменный фартук, я схватила выставленный поднос и ломанулась через весь зал к столику номер три.
Мужчина средних лет сидел спиной ко мне. Короткая стрижка тёмных волос, и, по полученному заказу, скорее сам, без спутницы. Я прилепила на лицо дежурную улыбку «в тридцать два». Хорошие чаевые мне не помешают. Сессия на носу, и перед отпуском за мой счет деньги очень нужны.
– Добрый день. Ваш заказ, – я стояла перед клиентом навытяжку, как меня учили.
– Добрый. Алина, кажется. Я был в вашем заведении вчера. У вас замечательная кухня.
Я чертыхнулась. Передо мной сидел тот самый приставучий тип из мерзкой компании чванливых снобов, что были вчера. От сверлящего взгляда тёмно-карих глаз мне стало не по себе. Хотя стойкости во мне хоть делись с кем-то. Я молча поставила заказ перед клиентом.
– Что-то ещё желаете?
– Да. Вы можете присоединиться ко мне?
Наглости у мужчины не занимать, и я даже слегка оторопела.
– Я настаиваю, – продолжил незнакомец.
– Извините, правилами заведения мне запрещено присаживаться за столик к клиенту, – я методично откупоривала бутылочку дорогого красного вина.
– Даже если я попрошу?
– Даже если вы очень сильно попросите. Я на работе, и на сегодняшний вечер я ваш официант.
– А завтра вы работаете?
– Нет. Завтра не моя смена, – я старалась говорить спокойно. Вся эта наглая настойчивость поднимала во мне градус раздражения.
– Если я вас приглашу куда-нибудь? Согласитесь?
– Я не хожу на свидания с незнакомыми людьми. Приятного аппетита.
Я налила в бокал вино и, молча забрав поднос, ушла на кухню. Руки дрожали мелкой дрожью.
– Аль, ты чего? – Дёрнул меня за плечо Павлик. – Застыла, что ли?
Молодой рыжий Павел работал тоже сравнительно недавно в «Амели» как и я. Не имея особого опыта, кроме как чрезвычайной трудоспособности, был взят с испытательным сроком и теперь вовсю хозяйничал на кухне, став помощником повара, и облизывал похотливым взглядом аппетитных официанток. Ссориться с ним себе дороже.
– Вчера разошлись вроде бы вовремя. Или кто-то не дал выспаться юной птахе?
– Отстань. Клиент достался навязчивый чересчур, – я сердито отмахнулась от любителя непристойных шуток.
– Алька, это что, вчерашний? – Спросила моя коллега по цеху Маша.
– Да. Приплыл, видите ли, поужинать. И с ходу начал подкатывать: не хотите ли присоединиться ко мне. Что у меня на лбу написано: желаю к кому-нибудь присоединиться!
Машка засмеялась в голос.
– А он ничего так. Я бы пошла с ним на свидание. Высокий, спортивный, красивый мужик. Почему не я третий сегодня обслуживаю? – Поправляя внушительный бюст, пропела Машка. – Я бы не растерялась, как ты. Приглашают – иди. Шансы выпадают очень редко. А хорошие шансы – почти никогда.
– Ты уже поймала свой шанс.
– А вот по больному бить не надо, – прошипела мать-одиночка с маленькой дочкой, воспитывающей её одна после непродолжительного и головокружительного романа.
Я даже чуть пожалела, что слегка её укусила. Машуня – неплохая девчонка с трудной судьбой, легким характером и совершенно бестолковой головой. Вряд ли её уровень вырастет выше официанта ресторана. Мой чудо-клиент махнул рукой, и я, чеканя шаг, всё с той же дежурной улыбкой подошла к незнакомцу.
Да, Машка была права. Мужчина и впрямь хорош собой. Но... железные правила на то и железные, чтобы я их не нарушала.
– Что-то ещё?
– Да, если можно, чай и расчёт, пожалуйста.
– Хорошо, – я вежливо откланялась и поспешила на кухню.
– Павлик, чашечку чая сделай, пожалуйста.
– Минутку, мой хороший. Для тебя всё, что надо, и сию минуту.
Я улыбнулась. Ну, не может Павлик обойтись без очередной прибаутки. Через пять минут я сгребла поднос с чаем и направилась к столику номер три.
– Ваш чай, – я забрала пустую посуду и поставила перед носом чашку ароматного чая.
– Благодарю, – незнакомец взял счет и, просмотрев его, положил купюру. – Хотите, я вас отвезу вечером домой, – предложил незнакомец, отпивая глоток чая.
Тёмно-карие глаза сверкнули озорным блеском.
Глава 3
– Не волнуйтесь, не трону. У меня другая профессия.
– Чем же вы занимаетесь? – Всё-таки зацепил за моё природное любопытство.
– Военный. Поэтому защищать – это моё призвание.
– Как вы меня отвезете? – Я кивнула на бутылку красного вина.
– Такси никто не отменял.
– Спасибо, такси я и сама могу вызвать. Поезжайте домой к своей жене и детям.
– У меня нет ни того, ни другого.
Удивил. Под красивым дорогим костюмом вырисовывалась подкачанная фигура. И то, что симпатяга без супруги, удивило. Вранье. Таких, заливающихся липким мерзким враньем, я лицезрела ежедневно.
– Я всё время в командировках, поэтому не до семьи.
– Понятно. Приятного вам вечера, – я уже повернулась с подносом на кухню, да и пятый столик пригласил меня жестом подойти.
– Алексей. Меня зовут Алексей.
Я повернулась к мужчине. Ты посмотри, какой навязчивый. Странно, но раздражение, которое я почувствовала к нему изначально, растаяло. Взамен пришли другие чувства – любопытство и интерес.
Только мне не нужны отношения, и я методично отправляю к чёрту все свои интересы к противоположному полу. Моё сердце занято, и из этого ничего хорошего не выйдет.
– Очень приятно, Алексей. Моё имя вам известно.
Я зашла на кухню, поставив поднос и рассчитавшись за заказ, разницу положила назад и отнесла Алексею.
– Спасибо. Надеюсь, мы скоро увидимся, – Алексей, не взяв сдачу, направился в гардеробную.
Молодой мужчина оставил хорошие чаевые. Я удивилась, Алексей оказался более чем щедр, и это отличное начало вечера. Я подскочила к следующему столику с красивой парой: немолодой мужчина и его юная спутница. Ничего нового. Классика жанра: «папик» и его прислужница, жаждущая лучшей жизни.
– Что-то желаете? – Я вежливо улыбнулась стандартному классическому тандему.
– Милочка, нам ещё бутылочку шампанского, – заказал уже изрядно подпитый возрастной мужчина.
– Непременно, – вежливо откланялась от своих интересных клиентов.
– Кажется, «папик» сегодня к вечеру еле языком будет ворочать. Вряд ли получится чем-то ещё. Пигалица рядом, не промах, – пошутила у стойки бара, где обычно кружит Григорий, и уже серьезнее добавила: «Гриша, бутылку шампанского на пятый столик».
– Что, третью уже? Понесло парнишу, – хмыкнул Гриша.
– Ага, понесло, похоже, его спутницу.
Мне поставили на поднос бутылку холодного шампанского для клиентов. Дорогого и безумно вкусного. Dom Perignon каким-то волшебным образом мне перепадал. Мы распили шампанское с Миланой на мой день рождения. Мой девятнадцатый день рождения начался с дорогой бутылки шампанского, а закончился песнями на пару с Милой, которые мы с ней горланили всю ночь в прекрасный майский вечер. Я переключилась со своего веселого дня рождения в свою суровую реальность. Мила – студентка второго курса физмата, с головой окунувшаяся в веселую студенческую жизнь. От сессии до сессии. Я тоже студентка, только учусь я заочно и за свою учебу плачу сама, работая почти безвылазно в этой забегаловке. «Амели» правда, не забегаловка, а приличное заведение с приличной зарплатой, позволяющей мне содержать и учить себя самостоятельно. Я ловко открыла бутылочку шампанского, налив в бокалы, поставила в ведерко со льдом.
– Спасибо, милочка. – Проскрипел мужчина.
Старый хрыч. Прочитал моё имя, но усердно именует меня весь вечер «милочка»