«Тайна фамильного котелка: дело о пропавшем зелье»

Глава

ЧАСТЬ I. КОТЕЛ ИЩЕТ ХОЗЯЙКУ

Глава 1. Где мои 15 минут?

Если бы кто-нибудь спросил меня, каково это — быть потомственной ведьмой в третьем поколении, я бы ответила честно: это как иметь итальянскую прабабку, которая учит вас готовить пасту, но при этом у вас сломана плита, а в магазине нет помидоров. Магия — она, знаете ли, штука тонкая, но в нашем магическом квартале города Замоскворечье-на-Дону (да, такое название есть, не удивляйтесь) она течёт по трубам наравне с горячей водой, а потому то и дело даёт перебои.

Меня зовут Авдотья Павловна Смирнова-Вяземская. Для друзей — Дуся, для врагов — «эта ведьма с вечно недовольной мордой», для клиентов — «магиня высшего ранга, специалист по личным отношениям и избавлению от лишнего веса». Мне тридцать семь (хотя в паспорте, с помощью хитрого заклинания, я убавила пять лет, но зеркало, сволочь, всё равно показывает правду). Я живу в двухкомнатной студии на девятом этаже башни, которую магический ЖЭК гордо именует «Объект культурного наследия». На деле это хрущёвка, только с круглыми окнами и постоянно текущей канализацией, которая пахнет серой, когда сосед сверху колдует над ухой.

В то утро, когда всё случилось, я проснулась от того, что мой пылесос-мандрагора орал дурным голосом. Он стоял в углу и тряс своим шлангом, как оперная певица, которая проиграла конкурс.

— Заткнись, Пылесоша, — прохрипела я, нашаривая тапки. — Я вытряхну мешок, когда выпью кофе.

Пылесоша обиженно засопел и затих, но на всякий случай выпустил облачко пыли в потолок. Умный агрегат, ничего не скажешь. Отец купил его на чёрном рынке у гномов, и с тех пор я живу в режиме вечного компромисса: я не бью его об стену, он не рассказывает моей маме о мужчинах, которых я приводила.

Я кое-как доплелась до ванной. Зеркало заднего вида, которое висело вместо обычного (экономия места, да и магический эффект бодрит), приветливо моргнуло и показало меня в возрасте сорока двух лет с мешками под глазами и волосами, похожими на гнездо домового.

— Ты сломалась, что ли? — спросила я, умываясь холодной водой.

— Матрица дала сбой, — противно проскрипело зеркало. — Но вы, Авдотья Павловна, вообще-то и правда выглядите на сорок два, если не красились две недели.

Я метнула в него зубную щётку, но щётка пролетела сквозь стекло и врезалась в кафель. Кафель, кстати, был с подогревом, но грел только одну плитку, так что я мылась всегда с наклоном вправо.

Кое-как приведя себя в порядок (заклинание «Быстрый макияж» в этот раз почему-то сделало меня похожей на клоунессу, пришлось стирать тряпкой), я вышла на крошечную кухню. Там уже кипел чайник-самовар, который моя бабка называла «агрегат с характером». Он пыхтел и подпрыгивал, требуя внимания. Я налила себе чаю, откусила бублик, и тут взгляд упал на пустую полку в кладовке.

Пустую.

Там, где ещё вчера гордо возвышался Чугунный Котел Вдохновения — фамильный артефакт, переданный моей прапрабабкой Глафирой ещё в те времена, когда ведьмы летали на метлах без страховки, — теперь зияла чернота. И даже пыль не лежала, потому что котёл всегда сам себя убирал (у него было обострённое чувство собственного достоинства).

Я замерла с бубликом во рту. Сердце пропустило удар. Потом ещё один. Потом заколотилось, как бешеный домовой в кладовке.

— Ну, нет, — прошептала я. — Это шутка такая. Это мой день рождения завтра, и подружки решили меня разыграть.

Я сунула голову в кладовку. Пусто. Протёрла глаза. Ничего.

И тут я заметила на полу маленькую бумажку, сложенную треугольником. Развернула. Почерк каллиграфический, с завитушками, и пахло от бумаги дорогими духами с ноткой наглости:

*«Займу, верну через 100 лет. Ваша М.»*

— Ваша М.?! — заорала я, и бублик выпал изо рта. — Какая ещё «М.»? Маргарита? Медуза? Минздрав предупреждает?..

Я схватила телефон (обычный, потому что магические смартфоны всё время ловили сигнал из потустороннего мира и предлагали скидку на гробы) и набрала номер своей лучшей подруги и по совместительству конкурентки — Людмилы Степановны, которая жила этажом ниже.

— Люда, это ты утащила мой котёл? — без предисловий взвизгнула я.

В трубке раздался сонный голос, приправленный праведным возмущением:

— Какой котёл, Дуська? У меня своих три бидона, я в них борщ варю. Ты вообще с ума сошла? У меня тут клиентка на эликсир молодости записана, а ты со своими истериками...

— Зато у тебя там воняет прокисшим борщом, — огрызнулась я, но поняла: Людка не врёт. Она, конечно, стерва и моя главная соперница на ежегодном Смотре Династий, но она слишком ленива, чтобы воровать артефакты. Ей проще наслать на меня порчу, чем лезть в кладовку.

— Слушай, — уже спокойнее сказала я. — У меня пропал фамильный котёл. Там записка с буквой «М». Может, ты знаешь, кто это?

— Может, Моргот? — фыркнула Людка. — Или Мальдивы? Дусь, ты параноик. Скорее всего, котёл сам сбежал. Он у тебя давно обиженный, ты им макароны варила в прошлую пятницу.

— Это были не макароны, это был отвар для укрепления волос!

— Ага, отвар, который ты забыла на плите и он превратился в клейстер. Я слышала, как котёл матерился гномьим диалектом. В общем, иди в магическую полицию, может, найдут. А у меня клиентка, пока!

Она бросила трубку. Я осталась одна с пустой кладовкой и чувством, что мой мир рушится. Через неделю — Смотр Династий, главное магическое событие года. Если я явлюсь без фамильного котла, меня вычеркнут из списков навсегда, и род Смирновых-Вяземских утратит статус. Моя мама, которая живёт теперь в деревне и разводит кур (причём кур-невидимок, потому что они сбегают от петухов), проклянёт меня, и я останусь без наследства — а наследство, кроме проклятий, включает дачу в Подмосковье и коллекцию редких настоек.

— Нет, так дело не пойдёт, — сказала я себе и надела пальто. Мне нужно было срочно подать заявление о краже.

Но сначала я попыталась вызвать котёл по магической связи. Я встала в центр комнаты, вытянула руки и завыла древнее заклинание призыва: «О, Чугунный Дух, явись, покажи своё чугунное рыло!». В ответ со стен посыпалась штукатурка, а пылесос заорал снова, но котёл не появился. Вместо него на кухонный стол упал мой старый утюг — видимо, перепутал частоты.

Я плюнула. Утюг обиделся и укатился под диван.

В общем, пришлось идти в местный отдел магического сыска. Или, как мы его называли, «Сыскная конура». Находилась она на первом этаже нашей же башни, чтобы ведьмам и колдунам было удобно писать заявления, не отходя от кассы. Заведовал отделом детектив Эраст Кузьмич — мужчина лет сорока пяти, с лицом человека, который разгадал все загадки мира, но от этого ему стало только скучнее. Он был колдуном-водником, поэтому его плащ вечно сочился, а под ногами всегда была лужа. Говорили, что у него дома плесень, но он не обращает внимания.

Я ворвалась в кабинет, толкнув дверь так, что стекло в окошке приёма жалоб задребезжало. Эраст сидел за столом, пил чай из кружки с надписью «Я бы дождь, но не могу», и читал газету «Вестник магических происшествий». На первой полосе красовалась заметка: *«Шаман с соседнего дома украл унитаз, чтобы разводить лягушек»*.

— Эраст, пропал артефакт! — выпалила я, опёршись на его стол. Лужа, образовавшаяся от его плаща, немедленно промочила мой рукав.

— Здравствуйте, Авдотья Павловна, — невозмутимо произнёс он, не поднимая глаз от газеты. — Как ваше драгоценное здоровье? Как настроение? И о чём вы хотели сообщить в столь ранний час? Ранний для меня, потому что я только что уснул после ночного дежурства по поимке того самого шамана с унитазом.

— Котёл! — закричала я. — Мой фамильный Чугунный Котёл Вдохновения! Украли!

Эраст наконец отложил газету и посмотрел на меня с лёгкой брезгливостью, как смотрят на капризного ребёнка, требующего мороженого в метель.

— Ваша проблема, Авдотья Павловна, не в пропаже утвари, — изрёк он с едва заметной усмешкой, — а в том, что вы варите зелья с интонацией уставшей учительницы. Даже котёл сбежал от вашего занудства. Вы уверены, что его не просто унесло ветром? У нас тут вчера был ураган, я слышал, он перевернул даже статую Минина и Пожарского в магическом исполнении.

— Это не шутки! — рявкнула я. — Там записка! «Займу, верну через 100 лет. Ваша М.» Какая ещё «М.»? Может, это вы, Эраст Кузьмич? У вас же фамилия на «М» — Матвеев?

— Во-первых, я Кузьмич, это отчество. А фамилия у меня Лагутин, — спокойно поправил он. — Во-вторых, если бы я воровал, я бы унёс что-то ценное, например, ваш запас фирменного зелья от насморка. А котёл — это громоздко. Мне его даже в мокрый плащ не завернуть.

Я села на стул, который тут же заскрипел и чуть не подпрыгнул от магии (стул был заколдован на выявление лжецов, но давно сломался). Я рассказала всё по порядку: как проснулась, как нашла пустоту, как звонила Людмиле Степановне. Эраст достал амулет-блокнот и начал записывать, но вместо чернил у него из ручки текла вода, потому что он не мог контролировать свою стихию. Записи расплывались, но он, похоже, привык читать свои же мокрые кляксы.

— Пахло от записки дорогими духами? — переспросил он. — С ноткой наглости? Это уже что-то. Дайте-ка сюда записку.

Я протянула её. Он понюхал, закрыл глаза, прислушался к своим водным ощущениям.

— Здесь есть следы драконьего жира. И очень слабый запах серы, но не канализации, а более... аристократичной серы. Драконьей.

— Какой дракон? — изумилась я. — Драконы у нас в городе только в зоопарке, и те сбежали в прошлом году, их поймали, и теперь они сидят на диете.

— Не дракон, а дракон, которого используют в магических яслях для разогрева детского питания, — поправил Эраст. — Я слышал, в квартале появился новый «Драконий детский сад» на улице Клыкастой. Может, они ошиблись адресом?

— Так вы думаете, что это не кража, а случайная оплошность?

— Я ничего не думаю, Авдотья Павловна, — вздохнул он. — Я просто собираю факты. Но раз уж заявление есть, я вынужден его принять. Пойду с вами, осмотрю место преступления.

И он поднялся, и от его плаща на пол упала ещё одна лужа. Я мысленно перекрестилась (от магии, не от церкви), и мы вышли.

По дороге к моей башне мы встретили соседку Людмилу Степановну, которая как раз выносила мусор. Она при виде меня сделала вид, что ужасно занята, но Эраст остановил её:

— Людмила Степановна, доброе утро. Не подскажете, не видели ли вы сегодня подозрительных личностей с чугунным котлом?

— Ой, Эраст Кузьмич, — защебетала Людка, — да я только из дома, у меня клиентка, знаете, такая толстушка, всё хочет похудеть к свадьбе, так я ей эликсир готовлю из того, что есть. Но котёл я не брала, у меня самой вон бидон подтекает, не до чужого добра. Хотя, — она хитро прищурилась, — Дуська, наверное, сама его заложила, чтобы кредиты отдать. Слышала я, ты в прошлом месяце в магическом банке брала ссуду на новую метлу.

— Это была не метла, а блендер! — огрызнулась я. — И вообще, прекрати сплетничать!

Эраст терпеливо выслушал и жестом приказал нам прекратить базар. Мы вошли в подъезд. Пылесос-мандрагора уже успокоился, но когда он увидел Эраста, то съежился и забился в угол — он боялся воды. Детектив осмотрел кладовку, пощупал пол, даже заглянул в духовку (на всякий случай).

— Следов взлома нет, — заключил он. — Замки на магическом уровне целы. Значит, либо котёл ушёл сам, либо его вынесли через портал. А записка… «Ваша М.» может быть инициалом кого-то из вашей родни. У вас нет дальней родственницы с именем на «М»?

— Ну, есть троюродная тётя Марфа, но она живёт в Якутии и пишет мемуары о своём способе разговора с белками. Вряд ли она полезла в котёл.

— А заклятый враг с буквой «М»? — не унимался Эраст.

Я задумалась. У меня были враги, но в основном они носили имена вроде Ольга, Светлана, Тамара. Никакой «М».

Тогда Эраст вытащил свой амулет-ищейку — штуку, похожую на компас, но с несколькими стрелками. Он нацелил его на кладовку, и амулет завертелся, заскрипел и вдруг указал строго вниз, на пол.

— Так, — сказал детектив, прищурившись. — Похоже, ваш котёл покинул помещение не через дверь, а сквозь потолок или пол. Сейчас спустимся к Людмиле Степановне, проверим её бидоны.

— Она же сказала, что у неё бидоны! — запротестовала я.

— А я верю всем, но проверяю всех. У меня такая работа.

Мы позвонили в дверь к Людке. Она открыла не сразу, и когда открыла, то была вся в муке и с венчиком в руке. За её спиной на плите что-то булькало, и пахло жжёным сахаром, но не прокисшим борщом, что было подозрительно.

— Что ещё? — раздражённо спросила она.

— Обыск, — коротко сказал Эраст и, не дожидаясь приглашения, прошёл в кухню. Там на газовой плите стоял огромный бидон из-под молока, в котором в самом деле что-то варилось, но цвет был золотистый и слишком аппетитный для зелья молодости — так пахнет дорогой коньяк с мёдом.

— Это что? — спросила я.

— Это, — гордо сказала Людка, — мой новый рецепт! Я экспериментирую. Зачем мне ваш чугунный хлам? Я и в бидоне такое могу сварить! Пробуйте!

Она сунула мне ложку. Я рискнула попробовать — и, честно говоря, зелье было великолепным. Оно прибавило мне настроения, блеска глазам и убрало морщинку на лбу. Но это был жидкий золотой эликсир, а не густое варево, которое варится в котле.

Эраст покачал головой:

— Нет, здесь нет следов чугунного нагара. Ваш котёл здесь не был. Извините за беспокойство.

Людка победно ухмыльнулась, но я заметила у неё на подоконнике несколько чешуек, которые точно не были её (она ведьма, а не дракон). Но я промолчала, чтобы не поднимать шум.

Когда мы вышли, Эраст сказал:

— У вас есть конкурентка, и у неё явно есть секреты. Но чешуя может быть и от ящерицы, которую она принесла для зелья. Идёмте к вам, я хочу проверить ваше заклинание призыва — может, котёл просто спрятался в другом измерении, а записка — чья-то шутка.

Вернувшись в мою квартиру, я попыталась ещё раз вызвать котёл, но уже с помощью детектива. Он водным потоком начертил на полу круг, прочитал нараспев заклинание на древне-аквамаринском языке, и вдруг из круга вылетел мой старый тапок. Котла не было.

Тогда Эраст подошёл к окну и показал вниз:

— Смотрите, вон там, на козырьке, виднеется след от чугуна — как будто его сбрасывали с балкона. Значит, похититель ушёл не через портал, а просто выбросил ваш котёл на улицу, и кто-то его подобрал.

Я чуть не разрыдалась. Найти котёл среди магического квартала — как иголку в стоге сена, только иголка ещё и летает.

— Не отчаивайтесь, Авдотья Павловна, — сказал Эраст, надевая свою вечно мокрую шляпу. — Я подключу все свои каналы, опрошу местных домовых, поговорю с городской голубятницей (у них магические голуби разносят новости). А вы пока вспомните всех, кто может иметь мотив. Может быть, «М.» — это ваша мама? Или Маргарита, ваша однокурсница?

— Я же сказала, у меня нет врагов на букву «М»! — простонала я.

— Тогда ищите среди мужчин, — усмехнулся он. — Может, бывший ухажёр.

Я покраснела. У меня был один ухажёр, но он уехал в командировку в параллельное измерение и не подавал вестей уже три года.

Эраст ушёл, оставив на полу полную лужу и запах сырости. Я села на диван, взяла свой единственный успокаивающий настой (на основе валерианы и корня душеньки) и начала заново перебирать события вчерашнего дня.

Вчера я варила макароны. Так, макароны. Но ведь котёл не мог сбежать из-за макарон! Он же разумный. Он понимает, что иногда я ленюсь и готовлю в нём еду, потому что в обычной кастрюле всё пригорает.

Но если он разумный, то почему не сказал мне, что обижен?

Я заглянула в свою книгу рецептов, где было записано заклинание, чтобы вызвать дух котла. Нашла его на странице 666 (да, ирония судьбы) и прочитала вслух. Сразу же на кухне зазвенела посуда, а в воздухе возник едва заметный серебристый призрак — в виде маленького чугунного котелка с глазками.

— Ты! — крикнула я. — Где ты был? Кто тебя украл?

Призрак котелка только фыркнул и исчез, оставив в воздухе мыслеобраз: плывущая драконья морда с подписью «Я у мамы».

Вот так я поняла: мой котёл похищен драконами. Но зачем драконам чугунная посуда? Ведь у них есть свои огнедышащие повара.

Я взяла телефон и набрала номер Эраста.

— Алло! Я выяснила! Там драконы! В записке «М.» — это, может быть, Малыш-дракон из детского сада! Надо ехать к ним!

— С чего вы взяли? — спокойно спросил детектив.

— Призрак котла показал мне драконью морду!

В трубке вздохнули:

— Ладно. Завтра утром встречаемся на улице Клыкастой. Но предупреждаю: если вы ошиблись, и котёл окажется у вашей тётки Марфы, вы оплачиваете мои мокрые расходы.

— Оплачу! — бодро ответила я, и повесила трубку.

В душе закипала надежда, перемешанная с ужасом: драконы — это вам не соседка Людка. Они не говорят по-человечески, если только не выпьют зелье перевода. А у меня его нет, я последнюю порцию отдала кошке, чтобы та перестала орать по ночам.

Так, нужно готовиться.

Я открыла холодильник. Там, кроме засохшей колбасы и пучка крапивы, ничего не было. Но магия есть магия — я взяла колбасу, наколдовала на неё драконьего аппетита (на всякий случай) и убрала в сумку. Вдруг придется задобрить стражников.

И наконец, перед сном я заглянула в зеркало заднего вида, которое уже притихло и показывало меня обычной, уставшей, но решительной.

— Не дрейфь, Авдотья Павловна, — сказала я себе. — Ты ведьма из древнего рода, а не какая-то там мисс Марпл на метле. Котла вернёшь, а заодно и надраишь морду тому, кто посмел покуситься на фамильное добро. И неважно, будет это дракон, Марфа или Минздрав.

Зеркало согласно мигнуло и показало мне в отражении мою прабабку Глафиру, которая одобрительно кивнула. Потом оно потускнело и добавило:

— Только не забудь вытряхнуть пылесос, а то он опять заорёт. И выключи утюг, а то он уже третий день под диваном сидит и обижается.

Я выключила утюг, вытряхнула мешок (после чего Пылесоша довольно заурчал) и легла спать, готовясь завтра отправиться в самое горячее место магического города — в драконий детский сад, откуда, как говорили, не возвращались даже самые отчаянные ведьмы. Но я-то была не просто ведьма. Я была Смирнова-Вяземская. А значит, у меня в роду было семь генералов, три колдуньи, и одна безумная тётя, которая вышла замуж за тролля. Так что драконы меня не испугают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.