«Золушка на Изнанке, или Тапки с левой ноги судьбы»

Глава

Часть 1. Туфелька не на ту ногу

Глава 1. Понедельник начинается в субботу, или Как я нечаянно стала подозреваемой

Всё началось с того, что мой говорящий веник решил устроить забастовку.

— Василиса, — прошепелявил он своим скрипучим голосом, ткнувшись прутьями мне в нос, — я требую повышения! Я тут пыль собираю круглосуточно, а мне даже тряпочку новую не купили!

— Вень, ты веник, — простонала я, зарываясь головой в подушку. — Какое повышение? Тебе что, зарплату платить? Древесным соком?

— Обижаешь, — фыркнул Веник и демонстративно упал на пол, отказываясь работать. — Я, между прочим, магический артефакт! Меня ещё мой дедушка веником был, при короле Горохе придворные коридоры мёл!

Я вздохнула. Ну вот, началось. Восемь утра, а у меня уже философский спор с предметом домашнего обихода. Добро пожаловать в мою жизнь — жизнь Золушки на Изнанке, где вместо феи-крёстной — фея-алкоголичка, которая перепутала заклинания и наградила меня даром разговаривать с мусором.

Меня зовут Василиса Прекрасная. Нет, серьёзно, это паспортное имя. Моя мама, царство ей небесное, была большой поклонницей народных сказок и думала, что если назвать дочь Прекрасной, то оно само прирастёт. Не приросло. У меня вечно растрёпанные волосы (потому что даже расчёска со мной спорит), вечно грязный передник (потому что стиральный порошок норовит убежать в окно) и вечно левая нога, которая живёт своей жизнью.

Особенно — тапок на этой левой ноге.

Этот тапок мне подарила мачеха. Вернее, не подарила, а «оставила в наследство» после того, как я разбила её любимую хрустальную вазу. Тапок был уродливый, шерстяной, с каким-то левым рисунком (разумеется), и на левую ногу он налезал только если перекрутить пятку на девяносто градусов. Я его носила, потому что выбора не было. Все остальные тапки в нашем магическом захолустье были зачарованы так, что превращали ноги в копыта.

Кстати, о мачехе. Марфа Сигизмундовна — начальница магической прачечной «Чистота-Нечисть». Женщина с усами и характером боевого тарана. Она уже пять лет платит мне три медных гроша в месяц, кормит просроченным компотом и утверждает, что я «сама виновата, что такая некрасивая».

Сводные сестры — Глафира и Аглая — работают там же. Глафира умеет выводить пятна крови одним взглядом (очень полезный навык в нашем криминальном районе), а Аглая — зачаровывать носки, чтобы они не пахли. Обе завидуют мне, потому что... да даже не знаю чему. Наверное, моей потрясающей неуклюжести.

Так вот. В то утро я кое-как уговорила Веник не увольняться, пообещав ему новую насадку для сбора кошачьей шерсти, и побрела на работу. За дверью меня ждал сюрприз — в луже посреди коридора плавала моя сумка, а из неё доносилось странное свечение.

Я подняла сумку, вытряхнула воду и обнаружила артефакт. Красивый такой, серебряный, с рубином. Никогда его раньше не видела. Я хотела рассмотреть поближе, но тут в коридор ворвался наш сосед — маг-неудачник Кузьмич — и заорал:

— Василиса! Там! В Академии! Убили профессора Златогорского!

Я выронила артефакт. Он звякнул и покатился под шкаф. Я решила, что потом достану. И поспешила на место происшествия — потому что любопытство у меня в крови, а работа в прачечной, честно говоря, навевает тоску смертную.

Академия Магии имени Кривого Зеркала встретила меня запахом палёной мандрагоры и истеричными криками студентов. Профессор Златогорский лежал в центре библиотеки, раскинув руки, и выглядел так, будто его накачали ведром сонного зелья и облили магическим клеем. А рядом с ним, на полу, сиротливо лежал...

Тапок.

Мой тапок.

Левый.

Я узнала его по потёртой пятке и характерной дырочке на мыске, которую прожгла Аглая, когда пыталась погладить его утюгом.

— Это не мой, — тут же сказала я, хотя вокруг уже начали собираться зеваки. — То есть мой, но я его не теряла! То есть теряла, но не здесь!

— Гражданка Прекрасная? — голос раздался у меня над ухом, и я медленно обернулась.

Передо мной стоял Он.

Высокий, черноволосый, с глазами такими тёмными, что в них можно было утонуть, как в омуте с ряской. Кожа бледная, на щеке тонкий шрам, а на плече — нашивка Королевского Следственного Комитета. И, судя по звёздам, он был не просто следователем, а Главным Мрачным Следователем.

— Лорд Тьмаслав Всеволодович, — представился он, и мне показалось, что от его голоса у меня замерзли уши. — Вы арестованы по подозрению в убийстве профессора Златогорского.

— Чего?! — пискнула я. — Я в это время компот допивала!

— В три часа ночи? — скептически приподнял бровь Лорд.

— У меня был тяжёлый день, — жалобно ответила я. — И потом, в моей сумке даже оружия нет! Только расчёска, которая меня ненавидит, и половник.

— А это? — Лорд Тьмаслав ловким движением вытащил из моей сумки артефакт с рубином, который я, оказывается, всё-таки захватила, сама того не заметив. — Артефакт «Хрустальная ступня». Орудие убийства.

Я открыла рот, закрыла, открыла снова. В голове пронеслась мысль: «Ну вот, Золушка, ты опять вляпалась. Только вместо хрустальной туфельки — хрустальный артефакт, и вместо принца — этот мрачный тип, который смотрит на меня так, будто я уже сижу на электрическом стуле».

— Это подстава! — выпалила я. — Мачеха! Это она! Или сёстры! Они меня ненавидят!

— Почему? — спросил Лорд, и в его голосе мелькнула тень неподдельного любопытства.

— Потому что... — я замялась. — Ну, потому что я лучше них варю зелье от прыщей?

Лорд Тьмаслав вздохнул, как человек, который уже понял, что его понедельник будет долгим.

— Пройдёмте, — сказал он и взял меня под локоть. От его прикосновения по моей руке пробежал электрический разряд, и я чуть не споткнулась о собственную правую ногу, которая, как обычно, отказалась сотрудничать.

— Не хотите ли надеть второй тапок? — ядовито спросил он, заметив мои босые ноги (второй тапок, естественно, остался дома).

— Нет, — буркнула я, — у меня на правую ногу всё равно не налезает. Судьба, знаете ли, тапки с левой ноги даёт.

Лорд усмехнулся краешком губ. Впервые за всё утро. И я поняла, что пропала. Потому что этот уродливый тапок судьбы только что затащил меня в самое интересное приключение в моей жизни. И, судя по всему, в самое опасное.

Глава 2. Следствие ведут колдуны-дилетанты

Кабинет лорда Тьмаслава Всеволодовича оказался до неприличия роскошным. Кожаные кресла, стены из морёного дуба, говорящий портрет покойного короля, который каждые пять минут шептал: «Правосудие превыше всего, но взятки тоже не помешали бы». На столе лежала стопка бумаг, а в углу сидел огромный чёрный кот с золотыми глазами. Кот смотрел на меня так, будто я была мышью, которую он не решился съесть только из уважения к хозяину.

— Ваш фамильяр? — спросила я, пытаясь разрядить обстановку.

— Нет, — ответил Лорд, садясь напротив. — Это начальник отдела кадров. Он проверяет, не являетесь ли вы оборотнем.

Кот одобрительно мявкнул. Я решила, что шутить с этим типом надо осторожно.

— Итак, Василиса Прекрасная, — он взял перо и приготовился записывать. — Расскажите, где вы были прошлой ночью.

— Дома, — честно сказала я. — Смотрела сериал про магических следователей. Это смешно, кстати, вы там такой же мрачный, как в жизни.

Лорд поставил жирную точку в протоколе и поднял на меня глаза. Я поняла, что шутки кончились.

— Свидетели?

— Веник. Он, правда, на меня обиделся, но если спросите, он подтвердит — я спала.

— Веник? — переспросил он. — У вас есть говорящий веник?

— И сковородка, и три ложки, и старый носок, который философствует о смысле жизни, — выпалила я. — Всё, как у всех.

Тьмаслав отложил перо и посмотрел на меня с выражением, которое можно было расшифровать как «в этом мире все сошли с ума, и я в том числе».

— Давайте по порядку, — сказал он. — Артефакт «Хрустальная ступня» исчез из сокровищницы Академии две недели назад. Этой ночью он был использован для того, чтобы остановить сердце профессора Златогорского. Зачем вам убивать профессора?

Я задумалась. Зачем мне его убивать? Он ставил мне тройки по зельеварению? Нет. Он отказывался ставить зачёты? Тоже нет.

— Я вообще не знаю, кто он такой! — воскликнула я. — Я в Академии только полы мою! Я в буфет раз в неделю за пирожками захожу, и то мне всегда не хватает денег!

— Пирожки, значит, — задумчиво произнёс Лорд. — А знаете, почему я вам не верю?

— Потому что у меня тапок с левой ноги? — брякнула я.

— Потому что вы слишком спокойны для убийцы, — неожиданно сказал он. — Настоящий убийца либо нервничает, либо рисуется. Вы же просто... падаете везде.

Я покраснела. Потому что за последние десять минут я успела опрокинуть чернильницу, уронить со стола календарь и дважды наступить на хвост коту-кадровику.

— Это нервное, — соврала я. — Я всегда падаю, когда меня обвиняют в убийстве.

Лорд внезапно встал, обошёл стол и наклонился ко мне. Так близко, что я почувствовала запах его одеколона — пахло снегом и почему-то шоколадом.

— Я отпускаю вас, — тихо сказал он. — Под подписку о невыезде. Но знайте: я буду следить за каждым вашим шагом. Вы — мой главный подозреваемый. И если вы попытаетесь скрыться...

— Я не скроюсь, — перебила я, чувствуя, что сердце выпрыгивает из груди. — Мне даже некуда скрываться. У меня только мачеха, сёстры, прачечная и Веник.

Он чуть заметно улыбнулся. Отстранился.

— Ступайте. Но если завтра вы не явитесь в Комитет для дачи новых показаний, я приду за вами лично.

Я вылетела из кабинета, как пробка из шампанского, и понеслась по коридору, наступив по пути на все возможные грабли. Они, как назло, оказались заговорёнными и принялись обсуждать мою походку:

— Ну и походка! — скрипели одни.

— Левая нога короче правой? — хихикали другие.

— Да она вообще на каблуках не умеет! — заявили третьи, хотя я была босиком.

Я выбежала на улицу и вдохнула воздух свободы. Но, как и следовало ожидать, на первой же ступеньке я поскользнулась и приземлилась в лужу, в которой плавала бумажка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.