Экс-любовники

Глава 1

Настя

— Лу, посмотри, — кручусь перед зеркалом, поправляя лиф платья. Ложбинка, сформированная чашечками нового бюстгальтера, сотворила настоящее чудо. У меня появилась грудь! — Не слишком скучно?

— Скучно?!.. — её брови вопросительно взлетают вверх. — Мне отсюда видны твои трусики.

— Это очень хорошо, — удовлетворенно цокаю языком. — Натан оценит мое преображение за тот год, который меня не видел.

— А он разве тебя раньше замечал? — её слова, как острый нож в самое сердце. На миг в глазах темнеет от того, что существует такая вероятность. Встряхиваю головой, прогоняя нахлынувшее дурное предчувствие.

— Замечал, — наношу на губы второй слой блеска с мерцающим эффектом. — Просто боялся.

Натан Богатырёв – моя самая сопливая мечта, которая вспыхнула в тот роковой день, когда небо заволокло грозовыми тучами. Рано я радовалась, что нас отпустили с последней пары. На улице шел ливень, а мне хотелось побыстрее оказаться дома и посмотреть свежее видео любимого блогера. Я промокла до нитки, пока добралась, и на мое несчастье – мама была у косметолога. Ни зонта, ни связки ключей. Тогда меня точно сглазили. Не нужно было огрызаться бабушке в автобусе тем утром. Взгляд у нее был недобрый.

Наша первая встреча началась с того, что я влюбилась в него с первого взгляда. Тихо поскуливая от своей безнадёжности под дверью своей квартиры, я надеялась на чудо. И оно пришло ко мне. Точнее явилось из соседней квартиры. Сын Тины Августовны, нашей соседки.

Натан часто приезжал к своей матери и бабушке, чтобы их проведать. Насколько мне известно, он – сын влиятельного человека. А его бывшая жена, Тина Августовна, наотрез отказалась жить в московской квартире, предпочтя компанию своей матери. Леона Даниловна счастлива, что с ней живёт дочка, потому что давно овдовела, а женское счастье осталось за бортом ее одиночества. Как-то раз она сказала, что является по жизни однолюбом. Притворятся в неземных чувствах она не умеет, а держать человека на расстоянии – подло. Выбрав золотую середину, Леона ведет активную жизнь с Тиной. Они – блогеры в кулинарии. Сырники по их фирменному рецепту получаются даже у таких криворуких, как я. Проверено на себе, так сказать.

Я не думала, что такое чувство, как любовь, может вспыхнуть за одну секунду. Высечь искру, которая станет моей невидимой для других гравировкой на сердце.

Натан выходил покурить и наткнулся на меня. Зареванную и промокшую до нитки. Он вежливо поинтересовался у меня, что случилось. Рассказав всю пережитую трагедию со мной, я даже рассеялась в конце своего монолога. Натан поддержал мою концовку лёгкой усмешкой и настоятельно позвал к себе в гости на горячий чай. Он уже тогда проявил ко мне симпатию. Всё было не просто так.

Но сейчас-то я взрослой стала! Теперь со мной можно не просто выпить чай, но и пригласить на полноценное свидание!..

— Слушай, может у него вообще девушка есть, — вкрадчиво произносит Луиза. — Ты не подумай, что я в тебя не верю, но Натан взрослый, чтобы вести монашеский образ жизни.

Она чертовски права. Сейчас Натану двадцать пять, что на семь лет больше, чем мой возраст. Мне едва восемнадцать. В том месяце, как раз стукнуло. Ждала своего совершеннолетия больше, чем приближение летних каникул.

— Он не сможет передо мной устоять, Лу, — передразниваю ее.

— Да-да, — показывает мне язык с колечком. Луиза вчера сделала пирсинг. Честно, я в восторге. Мы взрослые. Мы сексуальные. Мы вольны поступать так, как велит нам сердце. — Перед тобой никто не устоит, принцесса.

— Завидуешь?!.. — разворачиваюсь к ней лицом, втыкая кулаки в бока. — А может ты к Натану сама не равнодушна, Лу?.. В глаза мне смотри!

Буравя ее пытливым взглядом, не выдерживаю и кидаю в нее маленькую подушку. Смеемся, как ненормальные, но от этого так кайфово, что аж дух захватывает. Хочется парить над целым миром. Увидеть его в другой проекции. С Натаном. Да. Непременно с ним. И ни с кем больше.

— Еще чего?! — взвизгивает она под тяжестью моего тела. — Твои милые пухлые щечки вне всякой конкуренции.

А вот сейчас было очень обидно. Мой комплекс – пышные щечки, которые слегка подрагивают в такт моего движения при ходьбе. Юношеская припухлость, как ее именуют, что-то не хочет меня покидать. Из-за этой изюминки я выгляжу моложе своих восемнадцати лет! Перед Натаном хочется быть взрослой и уверенной.

— Нанесу бронзер на скулы, — деланно вздыхаю, пряча свою растерянность.

Дунь, и всё рассыплется, как карточный домик. Моя самоуверенность тает, как снежинка на разгоряченной коже ладони. Глубокий вдох через нос, шумный выдох через рот. Я самая-самая. Натан будет моим.

Проведя перед зеркалом еще хороших полчаса, я была удовлетворена своим внешним видом. Ярко, но так и должно быть. Если и сражать своей красотой, то наповал.

— Ваше высочество, — кланяется передо мной Лу, как перед светской леди. — Не думаете ли вы, что выкидывать мусор в таком изысканном наряде не является абсурдностью?..

— Если ты сейчас же не закусишь острыми зубками свой ядовитый язычок, то Власова я не буду раскручивать на свидание с тобой, — бросаю ей через плечо, пока наношу на запястье мамины дорогие французские духи.

— Не посмеешь! — ее глаза вмиг увлажняются. — Если ты так поступишь, можешь не рассчитывать на мой голос в студенческом голосовании.

— Боюсь-боюсь, — пропускаю смешок. — Луиз, ты же знаешь, что я так никогда не поступлю.

— Когда его вижу, то совсем дурной становлюсь, — уголки ее губ плавно принимают отрицательное значение. Улыбка стерлась. Она грузится из-за Архипа. Очень-очень плохо. Сегодня мой день!.. Власов этот, будь он неладен. Вторую неделю обещаниями меня кормит. Завтра же прижму его к стенке.

— Лу!.. — встряхиваю ее за плечи, чтобы перезагрузилась. — Я тебя люблю до Луны и обратно. Знаешь?..

— Знаю, — силится улыбнуться.

— Власов будет ползать у твоих ног, — твердо смотрю ей прямо в глаза. — Веришь?

— Верю, — запрокинув голову, срывается на смех сквозь слезы. Все вижу. Все знаю. Безответная любовь хуже, чем черная гангрена. Ампутировать нельзя. Точный очаг неизвестен. Резать, где попало не будешь. Либо переболеешь, либо свихнешься. Мы – девочки отчаянные. Выбрали второй вариант, что в моем случае, что в случае моей лучшей подруги.

— Натан должен скоро приехать, — киваю на окно, которое выходит во двор. — Пора сидеть в засаде и ждать.

Сменяя друг друга, я порядком уже устала. Ноги болят от каблуков, платье неприятно липнет к коже, а тушь с ресниц немного осыпалась. Пришлось поправлять макияж, иначе… Всё пойдет не по плану!

— Насть, — Лу дергает меня за руку. — Натан приехал не один.

Сердце ускоряет свой ритм до критического значения на грани жизни и смерти. Ледяная волна окатывает позвоночник. Зябко. Дурно. Приступ тошноты провоцирует спазмы желудка и пищевода. В глазах темнеет на мгновение.

Он не один… Он не один… Он не один…Ему двадцать пять! Да, кто женится в двадцать пять?!.. Или женятся?!.. Моя мама говорит, что хороших мужиков еще щенками разбирают. Вдруг и его уже прибрали?!..

— Кто с ним, Лу? — не дыша, произношу я. — Не молчи!

Глава 2

— С парнем, — удовлетворенно хмыкает, не видя, как меня передергивает нервной судорогой. Если бы она сказала, что Натан приехал к матери и бабушке с девушкой… Даже думать об этом страшно.

— Ну-ка, — с распирающим любопытством заглядываю ей через плечо.

Сердце пропускает болезненный удар. Он приехал. Стоит такой красивый с большой корзиной розовых пионов, которые так любит Тина Августовна. Парень, что стоит рядом с ним мне знаком. Тимур Богатырёв, неполнородный брат, нагулянный его папашей в очередной командировке. Там случилась такая любовь, что мужчину не остановил восьмимесячный ребенок в законном браке.

— Знаешь его?

— Знаю, — расправляю складки платья. — Они уже заходят в подъезд. Где пакет?..

Мы подготовили наш план «от» и «до». Я, будто случайно выхожу вся такая красивая выкидывать мусор. Для этого мы смяли чистую бумагу для принтера, чтобы придать объемности. Натан, опешив от такой неземной красоты, теряет дар речи и протягивает мне пионы, чтобы наглядно продемонстрировать степень своего восхищения. Конечно, я принимаю его дар. Потом мы смеемся, обмениваемся парой фраз, где в итоге он приглашает меня на свидание. Так было бы в идеале, но у нас присутствует третий лишний. Действительно «лишний».

— План «Б»? — усмехается Лу.

— План «А», — часто моргаю, прогоняя непрошенные слезы. Я столько готовилась! Представить себе не могу, когда Натан в следующий раз приедет к нам! — Только план «А»… Иначе я сорвусь сама за ним в Москву.

— Ты меня пугаешь, подруга, — как-то растерянно произносит. — Одержимостью попахивает.

— Паранойя… Он – моя паранойя, что вызвала необратимые последствия во всем организме, Лу.

«Помолясь усердно Богу, отправляюсь я в дорогу», то есть к лифтам. Мусоропровод как раз находится в отдельной нише прямо за ними. Услышав механический женский голос, сообщающий, что пассажиры прибыли на свой этаж, так и замираю на месте. В одной руке пакет с бумагой, в другой сотовый телефон, чтобы Луиза могла меня спасти через две минуты своим неожиданным звонком. Понятное дело, что он «ожиданный». По крайней мере мне так намного-о-о спокойнее.

— Нат, ну ты и придурок… — смеется Тим, выходя первым. Увидев меня, присвистывает. — Я попал в рай?

Натан, толкнув его в плечо, выходит следом. Так и замираем друг напротив друга. Точнее два на одну меня.

— Привет, — первая отмираю. — Мусор выношу, — демонстративно поднимаю вверх кулек, чтоб не думали… Да мало ли о чем.

— Добрый день, — Натан холодом режет. Хочется обхватить себя руками и убежать. Смыть с себя все. Спрятаться. И носу своего не показывать до тех пор, пока он не уедет.

— Добрый день, — передразнивает его Тимур. — Перед нами красивая девушка, а ты ведёшь себя так, будто уже золотой обруч на пальце запаяли, что не снять. Расслабься, старичок, — хлопает его по плечу.

— Кажется ты хотела мусор выкинуть? — Натан буравит меня тяжёлым взглядом, продавливая им, как родитель провинившегося ребенка.

— Я?.. Ах, да, — опомнившись, растерянно моргаю. Не понимаю, почему он так холодно меня встретил?.. Я ничего такого ему не сделала.

Ну, было дело годовалой давности, после того совместного чаепития. На следующий день я пришла его поблагодарить в ответ. Дверь была открыта… Я и зашла внутрь. Прикупила для такого случая своих любимых миндальных печений. Звук льющейся воды меня ни капельки не напряг. Решила подождать его на кухне и поставила чайник. Увидеть Натана обнаженным не входило в мои планы, но получилось так, как получилось. Я сказала, что мне понравилось увиденное и не вижу ничего такого. Только ему моя реплика вообще не зашла. Выставил за дверь. А потом уехал тем же вечером. Из разговоров мамы с Тиной я узнала, что Натан жил целый год в Америке по работе. Да и мне нужен был этот год… Чтобы быка за рога!

Покачиваясь на каблуках, иду к заданной цели. Остается пара шагов… Правая лодыжка подворачивается и я падаю, больно ударяясь копчиком. Мусорный пакет приземляется мне на голову, а все его содержимое разлетается по сторонам. Телефон, кстати, тоже улетает в неизвестном направлении.

— Сильно ударилась? — Тим помогает мне подняться. — Может на ранки подуть?..

— Тим! — рявкает на него Натан. — Нина и без тебя сможет устоять на ногах.

— Настя, — чувствую, как по щекам катятся слезы. Он даже не помнит, как мое имя! — Меня зовут Настя!

— Маленькая, иди домой, — Тим подталкивает меня к общей двери. — Мне нужно поговорить с одним оборзевшим старшим братом. Сам не ам и другим не дам, — усмехается. — Расприватизируем право барина.

— Не маленькая, — дую губы, подбирая телефон с пола. Неужели разбила? Почему не включается?!.. — Мне уже есть восемнадцать. Я для всего уже взрослая!

— Для всего?.. — Натан склоняет голову набок. — Уверена?

Кожу лица жаром опаляет. Я понимаю о чем он говорит. Это вызывает неконтролируемый трепет и те самые бабочки внизу живота. Почему же он смеется? Почему они оба теперь смеются?..

— Нина иди домой, — с нажимом произносит Натан. — И запри дверь.

— Настя! — вскрикиваю. — Не сложно и запомнить!

Окончательно потеряв перед ними уверенное лицо, захожу в квартиру. Прислонившись к двери спиной, плавно сползаю на пол. Луиза смотрит на мой телефон и качает головой.

За поражением последует еще одна попытка, а потом еще и еще… Пока Натан не поймет, что проще мне сдаться, чем держать оборону.

Глава 3

Натан

Тяжело вздохнув, откидываю одеяло в сторону. Темная макушку отпрыгивает от моего паха вверх, чтобы после погрузить в свой теплый ротик член по самые яйца. Закрыв глаза, полностью позволяю ей руководить. Такое пробуждение неспроста. Белла готовит меня к очередному п*здецу, который либо затевает, либо уже устроила. Мне же сейчас достается комплиментперед подачей экстра горячего основного блюда.

Сбавив темп, она хочет, чтобы я посмотрел на нее. Беллу заводит сам секс. Ей не важно, кто/кого трахает и как. Озабоченная сучка, с которой я трахался на вечеринке папиного компаньона по бизнесу. Кстати, она – его дочь. В первый же день нашего знакомства. Кажется, спустя час.

— Натан, — стирает с подбородка слюну. — Малыш… Хочешь поиграем?.. — разворачивается ко мне попкой, ладонями раздвигая ягодицы.

Сучка знает, что заводит меня своими игрищами, занимаясь самоудовлетворением не хуже полноценного секса. Вынимает анальную пробку из колечка ануса, не сводя с меня своего похотливого взгляда. Точно накосячила. Долбить свою подружку каждый день на протяжении недели в задницу, даже если мне это заходит – не есть хорошо. Предыдущая моя девушка наотрез отказывалась от этой авантюры, представляя мне факты того, что этот вид секса вообще не безопасен и велики серьезные последствия для нее же. Раз в месяц под строжайшим контролем с ее стороны. После коровьи слезы, если я ненароком ускорился и доставил себе удовольствие, а ей дискомфорт. К слову Белла сразу дала мне в жопу, почувствовав мой голод и тягу именно к такой ласке.

— Ты уже поиграла сама с собой, — достаю из ящика прикроватной тумбы презерватив. Зубами разрываю маленький фольгированный квадратик. Этот момент сносит крышу у нее. Течет обильно. Проверяю пальцами, толкаясь внутрь. Закатывает глаза от удовольствия. — Садись. Покатаешься, — хлопаю себя по бедрам.

— Дай, — перехватывает мою руку, слизывая свою смазку с моих пальцев. — Нат, ммм… Как вкусно.

Сгребаю Бел в охапку, насаживая на член. Скребет ногтями кожу живота, оставляя красные полосы. Бью по горошинке соска в ответ. Охает. Смотрит ведьминскими глазами на меня, проникая в самую душу. Там блок для нее. Не щелкает до конца, чтоб проняло. Стопорит.

— Сама, — вдавливаю пальца в ее бедра до отметин. — Трахни меня сама, Белка. А потом ты мне расскажешь о своем косяке.

Плавно покачиваясь на мне, она не только успевает трахать меня, но и себя. Мнет грудь, крутит сосочки, сопровождая свои действия томными стонами. Отвожу взгляд в сторону, натыкаясь в наше отражение в зеркальной поверхности. Рассматриваю нас, потом только ее. Гладкая смуглая кожа, большая грудь, упругая задница. Всё идеально, но сука, ненатурально. Губы, сиськи, скулы – хорошая подделка. Я даже не видел ее ногтей. Они вечно покрыты, чем-то. Взгляд на потолок. От спецэффектов перед глазами огненная вспышка, засасывающая с каждым ритмичным погружением в тело своей девушки. Ровная прокаченная девичья спина, подрагивающие в такт нашим движениям груди. Запрокинув голову, она смотрит на меня. Эта девушка знает, как своими действиями в койке свести любого мужика с ума. Ладошкой похлопывает себя по набухшим губкам, растирая влагу. Кружит пальчиком по клитору. Стонет, пока не срывается на пике своего наслаждения и заваливается на меня. Финальные толчки на грани адской боли, так как Белка сжимает член стенками влагалища до искр из глаз. Бл*дь, знает, что после со мной можно и веревки вить.

— Дибил?!

Сбросив с себя, поднимаюсь на ноги. В прошлом месяце она при мне засосалась в клубе с незнакомым парнем. А потом также замаливала свои грехи, пока я ей рот не порвал при одном таком минете.

— Ой, прости-прости!

Белла подлетает ко мне, вешаясь на шею. Целует лицо. Когда переходит на язык и облизывание, то резко прекращаю весь фарс. Встряхиваю за плечи.

— Какой п*здец на этот раз сотворила? — пристально смотрю ей в глаза. — Ну!

— Я не поеду к твоей маме и бабушке. Окей, пупсик?.. Ко мне подружки прилетают. Барби только на эти даты смогла вырваться. У нее шоу сжирает весь график, но ради лучшей подруги она пошла на авантюру против своего продюсера.

— Бельчонок, у нас помолвка, — цежу сквозь зубы. — Мама ждет нас, понимаешь?!

— У меня эфир с подписчиками! — рявкает в ответ. — Блогерство такая же работа, Нат! Это приносит мне доход, как и твоя работа!

— Только не делай личную жизнь общественной, Бел, — отлепляю от себя. — Не заиграйся.

— Давай через неделю! — прыгает на меня со спины. — Прошу, любимый! Я смогу!

— Приедешь сама.

— П-почему?

— Мать давно не видел. И не понятно вообще, когда в следующий раз.

Набрав Тима, прошу составить мне компанию. Брат всегда за любой кипиш, не потому что имеет со мною общую половину ДНК. Он – долбо*б. Отбитый на всю голову экстремал. Прикатил с Бали с двумя девками сразу, а потом по одной отправлял на Родину. Невзирая на это, я его люблю. Моя мать от этого полудурка, нагуленного моим папашей, просто в восторге. Вырос обаятельным гадом, целуя ей ручки.

— Снял люкс трехкомнатный в этом гадюшнике, — не отрывая взгляда от мобилы, произносит Тим. — Надеюсь, не заскучаем.

— У Тимохи клуб есть в центре города, — паркую тачку перед домом матери и бабушки. — К десяти подвалим.

— О, — поднимает палец вверх. — Твоя выложила фотку, типа грустит по своей любимке.

— За*бала, — пораженно качаю головой. — Подписчики пожалеют и дельным советом не обделят.

— Что-то ты не весел, Нат. Голову повесил, — разряжается смехом. — Мне ни одна баба мозги так *бать не будет.

— Буду молиться, чтоб такая херня и с тобой случилась.

— Всё так плохо, бро?

— Временами ох*енно, а порой душит своей светской жизнью с протянутой рукой, стараясь запечатлеть каждый момент своей жизни.

— И секс? — брови Тима вопросительно взлетают. — Надеюсь, ты там не облажался.

Бью придурка в плечо. Разговор с Тимом по душам всегда заканчивался отстойно. Тусить, пить, трахать баб – пока тот предел доверия, на который каждый из нас способен.

Не успел выйти из лифта за братом, как перед нами устроила веселое представление юная соседка. Платье, каблуки, падение… Театралка отдыхает. Забыл, как ее там… Нина, кажется.

— Сильно ударилась? Может на ранки подуть?.. — Тим помогает ей подняться. Бл*дь. Этому все равно, кого трахать.

Назвав девушку не тем именем, она довольно сильно обижается. Прошу вежливо вернуться в свою квартиру, пока Тимур не достал свои яйца и не стал ими жонглировать у всех на виду. «Настя» заявляет, что она до всего уже взрослая и ей уже есть восемнадцать. Смешная такая.

— Для всего?.. Уверена? — склоняю голову набок, рассматривая ее целиком. От кончиков туфель до взъерошенной макушки.

На меня смотрит миниатюрная блондинка с огромными голубыми глазищами. Трясется, но упрямо смотрит мне в глаза. Короче, не в моем вкусе. Надо прекращать гляделки.

— Нина иди домой. И запри дверь.

Не слушаю, что она дальше там пищит, зато Тимур не отлипает от нее. Смотрит п*здюк. Глазами пожирает.

— Пошли! — открыв дверь своими ключами, затаскиваю его. Мать и бабуля скоро придут. В местном спа сейчас. Расслабон под кислородные коктейли в полном разгаре. — Не мечтай ее трахнуть!

— Сам хочешь, да? Левак укрепит предстоящий брак?.. — обнажает ровный ряд белоснежных зубов.

— Заткнись, — рявкаю ему в лицо. — И не пори чушь.

Мама и бабушка приходят через полчаса. Довольные и румяные после процедур. Мама очень огорчается, что Белла не смогла приехать, но и Тиму очень рада.

— С бабулей завтра уезжаем в Туапсе. Девочки из социалки посоветовали один спа-отель. Забронировали с большой скидкой.

— Я планировал погостить, — ухмыляюсь. — Белка приедет через неделю.

— Так, гостите, — разводит она руками.

— Ммм… — задушевно тянет Тим. — У вас очень гостеприимные соседи. Кажется, нам здесь понравится. Да, Нат?..

— Да, — пригвождаю его убийственным взглядом. Я знаю, что он думает о ней. И это п*здец, как начинает меня нервировать.

Глава 4

Настя

Проводив Луизу, хожу в своей комнате из угла в угол. Натан сделал вид, что меня совершенно не помнит! Будто я – назойливый и ничтожный таракан, который перебежал ему путь.

Почему Натан так себя вел? Ну, конечно! Перед братом он не хотел показывать своих чувств ко мне! А как ему не понравилось, что Тимур мне предложил помощь. Так-так, Нат. Вот ты и прокололся. Если бы ты был так равнодушен, то и вел себя иначе.

Мальчишки дергают за косички не из-за брезгливости. Они заинтересованы. Надо было сразу догадаться!

Зарядившись положительными мыслями, открываю канал Леоны и Тины. Нахожу нужную мне запись, где мама Натана рассказывает, какой самый любимый пирог у ее драгоценного сыночка.

Приготовив все миски, лопатки, доски, ингредиенты, я приступаю к приготовлению. Четко следуя инструкции, с горем пополам у меня получается нечто отдаленно похожее на оригинал. Зато внутри вкусный, а внешний вид умело прикроем сахарной пудрой. Ммм… Пальчики оближешь.

— Настя, мы дома, — хлопает входная дверь. — Надеюсь, ты не разнесла мне кухню. В прошлый раз я отмывала ее неделю, дочка!

— Кухня общая, — выхожу их встречать. — Да и те сырники мы ели всей семьей.

— Привет, родная, — папа приобнимает меня за плечи.

— Как на работе дела? — целую в щеку, забирая из его рук деловой кожаный портфель.

— Сегодня жалобу на меня накатали, — устало потирает переносицу. Папа всегда так делает, когда сильно нервничает. И в последнее время он стал делать это намного чаще.

В позапрошлом месяце папа боялся увольнения. В прошлом сокращения. А в этом месяце жалоба.

— Вовчик, да тебе надо менять тактику обучения! — повышает на него голос мама, вспыхивая негодованием. — Тебе дали четкое распоряжение – уделять больше внимания Лиличке, а ты будто глухой к просьбе руководства. Ее родители такие бабки вкладывают, чтобы их ребенок занимал первые места и был любим своим преподавателем вопреки его воле.

— Талант! — взрывается отец, что сохранял до этого момента свое относительное спокойствие. — У нее нет таланта!

— Деньги, Вова! Деньги! — горько усмехается. — В этом году мы бы поехали не на дачу к моим родителям, а в Таиланд. Но у нас же принципы.

— В одном мизинце Олега больше таланта и уникальности, чем в зарвавшейся девчонке, что с ноги открывает дверь в мой класс, — рявкает на нее.

— Его уникальностьты не намажешь на хлеб. Ей не заплатишь по коммунальным расходам. Пока ты гнешь свою линию, тебе найдут замену, муженек. По щелчку пальцев. Будешь работать в обычной школе, где 99% таких же бездарей, как Лилия.

— Замолчи, Дарина, — предостерегает отец. — Кажется, ты забыла, что с нами присутствует дочь.

Словно опомнившись, мама разворачивается ко мне. Она еще полна злобы и недосказанности. Их ссоры стали вполне обычным явлением. И вся их почва имеет абсолютную стабильность, как семь нот в музыкальном мире.

— Что готовишь? — принюхивается.

— Капустный пирог с яйцом, — с гордостью заявляю я. — Пойдем в гости к тете Тине и бабушке Леоне.

— С чего бы?.. Мы только с работы пришли. Устала. Еще твоего отца уму разуму учить весь вечер, — искоса поглядывает на него. Папа, закатив глаза, идет мыть руки в ванну.

— У них юбилей кулинарного шоу, — вру, не краснея. Если я, что-то захотела, то меня ничего не остановит. Совесть сорвалась в пропасть, уступив место бунтарству. Так мне больше нравится. В своем совершеннолетии я вижу исключительно одни плюсы. — Хочу поздравить.

— Заодно тысячу верну, — достает из сумочки купюру. — Занимала перед зарплатой.

Ощутив укол стыда, спешно ретируюсь на кухню. Не нравится мне, как мама относится к финансам. Не получают они столько, сколько тратят в месяц. Мама не хочет уступать своей богатой подруге ни в чем. Духи, косметика, одежда… Все это очень красиво. Только папа ходит второй год в одном и том же костюме, сменяя его опять же на старый, пятилетней давности.