Я теперь твой. Книга вторая

Глава 1

Рахманов Марат

– Парень, я рад, что тебя купил, – рокочет ласково Арчи, хлопая меня по плечу.

– А я рад, что продался тебе, – не менее дружелюбно подкалываю своего тренера, который мне достался с подписанием нового договора, и который мне обеспечил сумасшедшую полную драйва жизнь за тысячи километров от своей Родины.

– Порой твой длинный язык так и хочется укоротить, мой друг, – иронично хмыкает. – Но это нравится нашим рекламодателям, а фанаты купят твои грязные носки, если ты вдруг задумаешься над этой идеей.

Искоса бросив взгляд на Арчи, делаю вид, что пропустил его шутку мимо ушей. Была бы его воля, он бы и это заставил меня сделать. Благо мозги у мужика имеются. На всякий крючок не запрыгивает, но и не увиливает, когда выгода превосходит все ожидания. У него есть чуйка. Так это он мне втолковывал, очередной раз объясняя мне, почему именно меня он взял в Америку.

Арчи понял, что нашёл свою рыбу мечты.

– Очередной билборд? – хмыкаю, угадывая ход его американских расчётливых мыслей. Раскатают меня опять на каком-то офисном здании. Без тёмных солнцезащитных очков и надвинутого козырька кепки на лицо из съёмной квартиры уже невозможно выйти.

– Марк Харрис знает своё дело в рекламе, а его жена просто прелесть. Кстати, она твоя соотечественница, – расплывается в улыбке довольного котяры, облопавшегося аж тройной порции жирных сливок. – Мы завтра едем к нему офис, чтобы подписать все бумаги.

– А я тут причём? – устало сжимаю переносицу пальцами. – Мне готовиться к бою нужно. Кларк очень расчётливый и качественно подходит к изучению своего противника. Я давно заметил, что его якобы бывший агент часто трётся в нашей свите под предлогом найти себе работу. Не верю я всем этим совпадениям, Арчи. Не сейчас, когда нагнетается атмосфера между нами.

– Фотограф сделает пару пробных снимков, – пожимает деланно равнодушно плечами. – Если улыбнёшься, то я накину ещё десять процентов к твоему гонорару.

– Посмотрим, – разминаю шею, прохрустывая позвонками. – Тема няшных фотографий для тёлочек оставь для Бобби. Он и белозубой улыбкой сверкнёт и в пояснице прогнётся, если надо будет. Я отрабатываю свой контракт. Мне нравится на тебя работать. Но… – взмахиваю рукой на плакаты во имя меня с гелем для душа. – Это же отстой.

– Пошли на ринг, мой нежный цветочек, – хохотнув, Арчи подталкивает своей огромной лапищей меня в спину к выходу. – Бог одарил его полной комплектацией, а он… Как бы сказала моя матушка: «Сумасшедший».

– Как бы сказал мой тренер в Москве, – перехожу на русский. – Истинный долбоёб.

Закатив глаза, Арчи, конечно, меня понимает. Благодаря мне он пополнил свой худенький запас слов русско-матерных. Теперь мне даже за него не стыдно, когда он умышленно переходит на них при уже своих соотечественниках.

Тренировка перед боем изматывает настолько, что я уже ни ног, ни рук своих не чувствую, когда заваливаюсь домой. А на мальца вообще хочется зарычать в трубку, когда я принимаю от него вызов. Хотя сам просил его об этом.

– Мар, привет, – хотел нарычать, а сам улыбаюсь. Хороший пацанёнок. Котик и Кир им очень довольны. Жаль, что не успел я побыть его «папкой».

– Привет, Ванёк, – сонно закрываю глаза. – Как оно?

– Передал, – слышу горделивые нотки в его голосе. – Мар… Хотел сказать, что… Ты мне запретил, но…

Грудь стальным обручем сковывает. Жжёт нестерпимой болью. Нет… Наверное, пришёл конец. Концы надо сжечь дотла, а не подпаливать, как я всегда это делал.

– Пацан, спасибо тебе, – втыкаю кулак в зубы, сдерживая внутренний рёв. Секунда-две… – Больше ничего не нужно. Ты молодец.

– Когда к нам приедешь? – ловко меняет тему. – Все ждут.

– Здесь заебись. Кайф нереальный. Тёлок тьма.

Зажмуриваюсь до разноцветных пятен перед глазами. Не сдержался. Выдал себя с потрохами. Как же «заебись».

– Понял тебя, – сухо. – Не забывай нас.

Отбив вызов, пытаюсь восстановить в голове прежний режим. Сердцебиение медленно, но верно выравнивается. Разум проясняется. Фантомная боль наполняется яростью. Вспышка. Удар по столику. В щепки. В хлам. Придётся новый покупать.

– Я тебя убью! – смотрит на меня ненавидящим взглядом. – Рахманов!

– Привет, детка, – затыкаю её порочный ротик жадным поцелуем. – Не злись… Кора.

– Объяснишь? – бьёт меня по рукам, вглядываясь в мои глаза. Не зелёные. Не зелёные. Можно успокаиваться. Наваждение окончательно прошло.

– Угу, – подхватываю её на руки. – Без слов, – заваливаю девушку на диван, чтобы в следующее мгновение накрыть её тело своим.

Глава 2

– Арчи, какой у тебя несговорчивый подопечный, – насмешливо кривит губы в подобие улыбке Марк Харрисон. – Такие-е-е деньги можно заработать за один только профиль. Как к тебе ещё модельное агентство не пожаловало на ринг, не понятно, – он задумчиво склоняет голову набок, оценивая «товар».

– Если бы улыбался на камеру, то цены бы ему не было, – горько усмехается тренер, в лице моего пиар-агента. – Кстати о цифрах, сколько в итоге? – весь подбирается.

Марк рисует нули на маленьком клочке бумаге, хищно оскалившись. Он – посредник между нами и крупным магазинам спортивного инвентаря, включая одежду и обувь. Даже не представляю, сколько этот рекламщик сложит в свой карман или ему вовсе понадобиться мешок для американской валюты. На евро я пока, видимо, не дотянул по их мнению. Или не прогнулся достаточно пластично в поясничном отделе перед заинтересованными лицами.

Арчи довольно улыбается, когда видит семизначное число. Ухмыляюсь. Никогда не думал, что деньги отойдут на второй план. У меня их стало так много, что могу задницу подтирать вместо туалетной бумаги. Дрыгаться в радостных конвульсиях не буду. И улыбаться тоже.

– Чего сидишь?!.. – Арчи хлопает меня по плечу, затем поднимается на ноги. Марк тоже следует его примеру. – Отдирай свой упругий зад от стула и вали отсюда нахрен.

– А «нахрен» – это куда? – играю желваками, взвинчиваясь. Хотя лучше притормозить. Лосины ещё заставит надеть или спортивные стринги. Поубавить гонор всё же придётся во имя своих яиц и девственной задницы.

– Направо. Потом по коридору до самых лифтов, – забавляется с меня Арчи под любопытным взглядом Марка. Тот явно не понимает, почему мы перешёптываемся. – Насколько мне известно, там тебя ждёт сюрприз. Кто не любит сюрпризы? Правильно. Кретин полный.

– Согласен. Полный долбоё… Короче, давай уже это закончим.

Арчи привёл меня в студию, где будет проходить пробная съёмка. Как я понял, что сюда уже всё оборудование привезли. А сюрприз… Ну, вау! Наоргазмировать можно полные лосины от таких-то девиц.

– Нравится? – Арчи урчит довольным котярой. – Сам подбирал.

– С какого… Они все рыжие?!.. – устало растираю лицо, пытаясь развидеть эту картинку.

– Парни говорили ты к огненным благоволишь, – хмыкнув, поджимает губы в тонкую линию. – Улыбаться не будешь, да?..

Всех матов на него не хватит!

Кивнув на парочку девиц, всё-таки сдаюсь. Неизнасилованным мне отсюда не выйти. Пока стилист наряжал меня во всё, что только могло на меня налезть, я и сам не заметил, как пролетело время. Но я всё же нагнул фотографа с его чудаковатыми замашками. Играть накаченного тестостероном самца, пускающего слюни на троечки… Не по мне. Отрабатывать так до конца. Ну, далеко не улыбка, но нервный оскал они запечатлят на свою дорогущую фотокамеру.

– Марк! – оглушает визгом девушка, стремительно приближаясь к нам. На мне как раз девица повисла всеми конечностями, демонстрируя спортивные трусики. С такого ракурса вообще всё видно. – Гад американский! Чтоб тебя!.. Не мог дождаться, да?! На час оставила, чтобы наведаться к врачу. А он тут… РАЗВРАТ устроил! ПОРНО!

– Лана… – ласково обращается к ней Харрисон. – Я работаю, – кладёт ладонь ей на внушительный беременный живот.

– Вижу, – обводит взглядом помещение. – Что-то я не припомню, чтобы клиент просил ОРГИЮ с красавчиком и его красавицами.

– Это искусство… И вообще тут твой соотечественник, – кивает на меня. – Рахманов Марат… Отчество, прости, не выговорю.

Девушка, закатив глаза, заметно расслабляется.

– Света, – протягивает ладошку. – И прости… Это всё гормоны.

– Угу, – сдерживаю смешок. – Понятия не имею, но звучит грозно.

И тут происходит-то, что я никак не ожидал. Искренне улыбаюсь.

– Мар, у тебя защемление нерва? – Арчи вглядывается в моё лицо. – Фотограф! Снимай!

Не сдерживая хохота, пару раз свечу улыбкой. Фак… Уломали.

Светлана Харрис оказалась той ещё болтушкой. Но как приятно было встретить эту девушку на своём пути. Мы немного поболтали. И она обещала позвать нас на семейный ужин. Я охотно согласился. Сельдь под шубой, борщ и пирожки с мясом под водочку – аж звучит приятно.

Этот самый «семейный ужин» состоялся уже этим вечером, приготовленным личным поваром в гнёздышке Харрисонов.

– За нас, – подмигивает Лана, чокаясь со мной стаканом с соком. – И за наш менталитет, – бросает лукавый взгляд на Марка.

Перед подачей десерта Марк и Арчи решили обговорить некоторые детали договора, Лана умиротворённо гладит кошку у себя на коленях, а я предоставлен сам себе.

Проигнорировав звонки Коры, набираю Кира.

– Хай, бой, – нараспев произношу.

– На часы смотрел, придурок, – ворчит Макаров. – Башку бы открутил, если бы моих разбудил.

– Не зассышь приехать? – нарываюсь. Мля… Как я по нему соскучился. Не признаюсь только.

– Рахманов, блять… – тяжёлый вздох. – Нажрался, что ли? Ностальгия?

– Как вы? – давлю лыбу.

– С каких новостей начать? С хороших или плохих?

– С плохих, – ухмыляюсь. Ну, там на Родине меня никто не ждёт. С пацанами всё хорошо. В чате списываемся.

– Лика замуж выходит, – оглушающая пауза.

– А хорошая? – чувствую огненную вспышку боли в левой руке. Я, кажется, вилку погнул.

– Она просила тебе передать «привет», когда я видел её вместе с…

И снова матов никаких не хватит… Называется позвонил… Ещё и телефон сломал.

Глава 3

– От Кларка такого никто не ожидал, – задумчиво растягивает слова Арчи, уставившись в одну точку. – Сломать ногу в такой неподходящий момент, – раздосадованно поджимает губы в тонкую линию.

Ну, вот как с мужика не угорать?!..

– А что есть подходящий момент, когда лучше ломать одну из своих конечностей? – глушу смешок в кулак, чтобы казаться серьёзнее некуда. – Страховка покроет все расходы, раз он такой нерасторопный.

– Чемпионство не хочет отдавать, сучёныш, – злобно цедит. – Уже не знает, как извернуться, чтобы ещё чего-нибудь себе сломать. Поскользнуться на банановой кожуре в раздевалке?!

– Тебя так разозлило, что он диету не соблюдает? Тут как бы я ему даже должен завидовать, – глумлюсь над ним.

– Не пори чушь, парень, – тяжело вздыхает, откидываясь на спинку кожаного кресла.

Его взгляд блуждает по наградам своих бойцов. И в этой коллекции нет одной единственной. Все ставки были на меня и на этой бой. Каким бы он хорошим человеком не был, все мы кровожадны до титулов. Если сам его не получил, то с двойным рвением хочешь хотя бы его потискать на своём подопечном, а потом этот трофей замуровать под калёным стеклом на виду у всех.

– Арчи, – наклоняю корпус тела в его сторону. – Давай ближе к «телу».

– Ммм? – вскидывает вопросительно брови он.

– К договору нашему, – пристально смотрю ему в глаза. О таком бы он никогда не забыл.

– Точно, – лукаво мне подмигивает это хитрожопый лис. – Поставь там свою загогулину, в виде «пошли вы все нахрен» и иди на разминку.

– Не сегодня, – дёргаю уголками губ вверх. – Домой хочу.

– Подпиши и вали, – хватается за края стола, нависая надо мной. – Отпуск тебе дам, раз кто-то организовал себе внеплановый больничный.

– Подписывать не буду, а свалить запросто могу.

Поднявшись на ноги под нечитаемым взглядом Арчи, медленно иду… Нахрен отсюда.

– Мар! – рявкает мне в лицо. – Ты не пожалеешь? А перспективы? А бабки? Кора… Точно! – багровеет от ярости и непонимания, почему я принял такое решение.

– Пожалею, если останусь, – улыбаюсь широко. Арчи не видит мою улыбку. Взглядом упёрся в деревянное полотно двери. – Ты сам веришь в совпадения, которые не просто так «совпадают». Я сделал «всё» и даже больше. Созвонимся.

Обложив меня матерными словами в догонку, что он обо мне думает, я выхожу из здания спорткомплекса для себя уже победителем. А с Кларком мы ещё свидимся, хоть все конечности к тому времени себе переломает умышленно или нет… Там разберёмся.

С Корой у меня разговор был коротким. У нас были тёплые отношения, но до вау-вау оргазмов как-то не доходило. Не коротило. Разряжал батарейку до нуля без фанатизма.

И всё эта рыжая дура!

Так спокойно. Я даже в самолёте ещё не обвязался ремнём безопасности, а уже оргазмирую… Мля… Агонирую… Короче, лучше-ка я посплю, чтобы не раздраконить своего соседа, который и так смотрит на меня с опаской. Нажалуется ещё стюардессе. У этого пиджака, вероятно, тонкая душевная организация. А у меня рефлексы.

Отбой.

В Москве меня никто не встречал. Собственно, я никого и не просил этого делать. Постояв со стаканчиком кофе и взирая на ясное небо над головой, довольно хмыкаю. Я и ностальгия?.. Либо старею или двинулся рассудком.

А потом, словно кто-то кипятком мне в лицо плеснул. Видимо, так действует на меня близость одной рыжеволосой стервы.

Замуж собралась ведьма! Приветами своими ядовитыми разбрасывается! Забыли, так забыли. Чего душу полосовать воспоминаниями? Вспарывать старые раны, чтобы потом вновь штопать кем попало!

Если и разгадывать коварный ребус своей бывшей, то нужно перемещать свою задницу в Центурион.

– Глазам не верю, – удивлённо уставившись на меня, смотрит Котик. – Как ты?..

– Кларк подвёл немного, – уклончиво отвечаю. Думаю, он и так в курсе. Арчи не мог не нажаловаться. – А у меня появилось время побездельничать.

– Рад, что ты здесь, – заключает в свои медвежьи объятия. – Арчи звонил… Сетовал на твоё странное поведение. Просил откапать тебя успокоительным и отправить обратно к нему. Что скажешь?

– Что не оправдал его ожиданий, – пропускаю смешок. – Уверен, он применил весь свой запас матерных слов, вспоминая обо мне.

– Не без этого.

– А где все, кстати? – хмурюсь. – Зал пустой. Ни души. Ни медички.

– Сборы, Мар, – потешается надо мной. – Я приехал за документами и спортпитом, – жестом показывает на стол, весь заваленный провизией для парней.

– Жаль, – качнув головой, продолжаю: – Сборы где?

– Поедешь со мной? – недоверчиво склоняет голову набок. – Пацаны будут в восторге.

– Кир там?

– Аля заболела, и он остался с дочкой, – широко улыбается. – Думаю, он сам тебе всё объяснит.

Хм… Вот, значит как. Ладушки.

Проговорив со своим бывшим тренером не меньше часа, я остался более чем доволен. Завтра смотаюсь к парням, а сейчас…

Ну, что со мной происходит?! Ведь к Киру собирался. Кукляху Але купил. Друг с его женой меня уже ждут.

– Здорово, рыжая, – не сдерживая рычащих ноток в голосе, вжимаю телефон в ухо. – Вижу по локации ты у мамки… – слышу её учащённое дыхание. – Передашь свои пламенные приветы, глядя мне в глаза. Жди в гости.

Стоя перед дверью квартиры, переминаюсь, как девица с ноги на ногу. Одёргиваю себя за необоснованный мандраж. Прямо спрошу, чего ей от меня надо и свалю! Заношу руку и жму на звонок.

Развернувшись спиной к глазку, запрокидываю голову, хватая ртом воздух. А потом резко разворачиваюсь.

– Ну, при… – взгляд прикипает к заметно округлившемуся беременному животу.

Глава 4

– …ет, – договариваю своё приветствие, адресованное изначально для одной несносной, невозможной, совершенно неуравновешенной рыжей бестии. – Ой, мама дорогая, – присвистываю, оглядывая полностью изменившуюся фигуру женщины.

– И тебе привет, дорогой сынок, – не теряется она. – Какими судьбами?.. – в её глазах пляшут смешинки.

До меня, как до Китая, доходит то, что это она приняла мой вызов. Поэтому ни словом, ни действием не выдаёт и толику удивления, что я здесь.

– Выгнали за плохое поведение, – раскрываюсь для почти родственных обнимашек. – А вы, как я погляжу, нашалили нового родственничка?.. Гриша-молоток.

– Ой, шутник, – льнёт ко мне всем телом, вжимаясь тугим беременным животом. – Надавать бы по твоей смазливой мордашке, да рука не поднимется.

– Мам-Даш, – целую её в кончик носа. – Меня нельзя обижать, потому что… – зло прищуриваюсь, услышав быстрые приближающиеся шаги на лестнице. – Родили вампиршу, которая мою всю кровь высосала.

– Мама, я телефон у тебя забыла, – Лика спокойно вклинивается в разговор.

– А Коля?.. – испуганно отмирает мама. – Он здесь? – уже шёпотом интересуется у неё, поглядывая вниз.

– Не смог подождать, – пожимает плечами, скучающим взглядом мазнув по мне. – Да и мне на работу нужно, а потом… Сама знаешь.

– А тут Маратик… Ко мне приехал, – пропускает меня вперёд с улыбкой на лице. – Прилетел наш… Чемпион.

Мой взгляд скользит по бывшей девушке, тщательно ощупывая её на постороннее воздействие, и спотыкается на драгоценном булыжнике. Ярость, словно пелена, застилает чёткий обзор, а рефлексы вопят, чтобы я содрал его немедленно с её тонкого пальчика и накрутил на болт того, кто посмел надеть!

Лика удостоив меня приветственным кивком головы, тянет руку, чтобы забрать свой телефон. Воспользовавшись ситуацией, перехватываю инициативу, аккуратно и очень нежно заталкивая дамочек в квартиру.

– Мам-Даш, – сняв с крючка лёгкое василькового цвета пальто, накидываю его ей на плечи. Под возмущённый лепет помогаю ей надеть ещё и мягкие туфли на низком каблуке. – В вашем положении нужен свежий воздух. А вот другим особам он категорически противопоказан, потому что отравляют его своим ядом. Надо ликвидировать преступницу, пока она не натворила непоправимого.

– К-какую преступницу, – заикаясь, она переступает порог. – Маратик!.. – уже по ту сторону. – Гриша приедет через час на ужин! А он злой, когда голодный!

– Я тоже, – беру в фокус одну стервочку.

Лика, пренебрежительно фыркнув, отводит взгляд в сторону.

– Поздороваться со мной не хочешь? – как хищник плавно приближаюсь к ней. – Или нам нужен «плюшевый» парламентёр? (Марат часто Кира называет «плюшевым» из-за любви того к Еве)

– Как странно… – склоняет голову набок, шумно вздыхая. – И очень глупо с твоей стороны.

До этого я был паинькой. Хотел поговорить и извиниться за те слова. А потом прижать её к стенке и спросить за «пламенный привет», прозвучавший для меня как приглашение.

– Глупо было обижаться на меня за… То, что не случилось, – тону в изумруде её глаз.

– Глупо было вообще с тобой связываться, зная, что люди не меняются, – выдерживает мой взгляд, не проявляя никаких эмоций.

– Стерва-а-а, – вжимаюсь со всей дури в её тело. – Замуж собралась, а сама… – тяну слова, испытывая кайф от её запаха. – Течёшь с ним? Ммм?..

– Обильно, – толкает ладонями в грудь. – Как и положено в репродуктивном возрасте.

– Сними этот булыжник, – ловлю её кисть и тяну на себя. – Он тебе не идёт.

– А что мне идёт?! – маска отчуждённости, наконец-то, трескается. – Слёзы по ночам в подушку, потому что мой парень – трус?! Чувствовать себя одинокой в тот момент, когда… Рахманов, посторонись, потому что я за себя не ручаюсь.

– «Приветы» через Кира, зачем передаёшь? – шепчу в сурово поджатые губы. Так и хочется пройтись по ним кончиком языка, чтобы распахнулись, чтобы вверяли себя полностью мне, как и прежде.

– Это вежливость, потому что мы знакомы, – чеканит холодно.

– Ах, блять, вот как это называется? – не сдерживаю истерических ноток в смешке. – Давай перефразирую, – встряхиваю за плечи, как куклу. – «Я помню, как стонала под тобой, как сосала тебе, как говорила «люблю», а потом послала «нахуй», потому что не дослушала тебя! Скомпоновала в одно ёмкое слово и передала «его» через твоего дружка, чтобы тот передал тебе!»

– У тебя больная и очень извращённая фантазия, – дёргает уголком губ. – Обратись к психотерапевту, чтобы проработать границы твоих фантазий.

– Границы фантазий, говоришь? – губы расплываются в широкой улыбке. – Кстати, а почему ты не отбиваешься и не угрожаешь своим женишком?.. Придумала его, да?

– Потому что ты для меня не представляешь опасности, – стряхивает мои руки со своего тела. – Твой пульс немного снижен. Брадикардия частое явление у спортсменов. Зрачки не расширены. Значит ты стабилен и оцениваешь ситуацию вполне адекватно, чтобы не делать глупостей. Мне пора на работу, а ты после себя просто хлопни дверью.

Доигралась ведьма.

Шлёпнув её по задницу, не могу сдержать восторженного удовлетворения. Моя бестия вспыхивает очаровательным румянцем на щёчках.

– Когда женщину не дерут в том самом возрасте, она злой становится, прям как ты сейчас, – пожимаю плечами. – Снимай кольцо этого Гремлина-Импотента.

– Вывел на эмоции, признаю, – поправляет на плече лямку сумки. – Хорошего дня, Марат.

Невозможная женщина.

– Ай! – вопит, хлопая ладошками меня по спине. – С ума сошёл?! Поставь меня немедленно на ноги!

– Так это… Зрачки расширены, пульс участился, – ещё раз шлёпаю по упругой заднице. – Пошли трахаться, обильно текущая женщина репродуктивного возраста.

Глава 5

Любимая Анжелика

– Душа моя, – Николай склоняется к моему лицу, чтобы запечатлеть скомканный поцелуй на моей щеке. Его шершавые губы ещё на миг задерживаются на коже, вызывая тошнотворное удушающее послевкусие от неожиданно проявленной ласки. – Тебе нужно срочно освежить макияж.

Растянув губы в понимающей улыбке, слепо ныряю в сумочку, что выудить оттуда зеркальце. Николай одобрительно цокает языком, когда я старательно накладываю третий слой пудры, подкрашиваю ресницы и довожу карандашом для губ идеальную симметрию.

– Вы очень внимательны, – опустив взгляд себе на колени, изображаю из себя робеющую лань. – Спасибо.

– Ну, что ты, девочка, – прижимается к моему бедру своим, проявляя на своём лице самодовольную ухмылку. – И перестань мне «выкать», – дёргает уголком губ, делая знак водителю, чтобы тот опустил между нами перегородку. – Анжелика, я возьму тебя сразу после того, как станешь моей женой. Пойми это. Прими это. Перестань меня бояться, если уж согласилась выйти за меня замуж.

Хочется многое сказать, но лучше вовремя прикусить кончик языка.

– Я не боюсь, – не поднимая глаз, произношу. – Вы… Ты это знаешь.

– Умница, – одобрительно сжимает мою коленку, оттягивая тонкий капрон чулок. – Тебе будет со мной хорошо.

Сдерживать вспышку гнева не так просто, не проявляя никаких внешних раздражителей. Я придумала методику для военных, блокируя проявление любых эмоций. Убрала изъяны в разработанных ранее пособиях, усовершенствовав их.

– Сашенька уже дома? – в голосе не удаётся скрыть дрожь. – Я обещала ему… Прочитать сказку.

– Какую? – сузив глаза, склоняет голову набок.

– Про мальчика, что любит путешествовать по разным странам, – мысленно молюсь, чтобы ему кто-то позвонил, чтобы этот допрос, наконец-то, уже закончился.

Хвала небесам! Сработало!

Николай нехотя отвлекается на вызов, а у меня появилась минутка, чтобы собрать в кучу все веские аргументы, зачем я во всё это ввязалась.

Милания и Сашенька. Всё ради них.

– Телефон остался у мамы, – закусив губы, виновато смотрю на мужчину. Специально его там оставила, чтобы вернуться.