Контакт с ребёнком. История материнства без памперсов

История о доверии, близости и эмоциональном интеллекте.

Научный взгляд и личный опыт клинического психолога, мамы четверых детей.

Это книга о самом важном – о контакте между матерью и ребёнком.

Елена Щепина, клинический психолог и мама четырёх детей, рассказывает о своём опыте материнства без памперсов – без фанатизма, но с вниманием к естественным процессам развития ребёнка.

Здесь нет строгих правил и идеальных схем.

Это история о доверии, наблюдении, интуиции и тепле.

Автор соединяет личный путь и научные основы – идеи Боулби, Эйнсворт, Выготского и современных исследований эмоциональной регуляции.

Книга будет интересна как специалиста по естественному материнству, так и психологам, так и, конечно, подойдет для каждой женщины, которая хочет меньше вины и больше уверенности, тепла и контакта с ребёнком.

ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ

Меня зовут Елена Щепина. Я клинический психолог, психотерапевт и мама четырёх детей.

В своей жизни я выбрала естественное материнство – без фанатизма, а через понимание процессов, которые происходят в развитии ребёнка. Я кормила детей грудью до самоотлучения, носила их в слинге, а не в коляске, и с самого рождения практиковала высаживание.

Когда я впервые услышала про высаживание, это прозвучало для меня как нечто странное, будто из далёкой архаики: «Посадить ребёнка на тазик в младенчестве? Как это вообще возможно?» Но жизнь распорядилась так, что именно этот путь оказался самым естественным и бережным и для меня, и для моих детей. Сегодня, спустя годы, я понимаю: за этим стоит не просто бытовая техника ухода, а целая философия контакта и эмоциональной регуляции.

Я часто говорю своим клиенткам и студенткам: материнство – это не про правильные коляски, бренды одежды или количество игрушек. Это про контакт. Ребёнку не нужны «правильные вещи», ему нужна мама, которая чувствует и понимает его сигналы.

Сейчас, когда мои дети подросли, я могу с уверенностью сказать: это был один из лучших подарков, которые я могла им сделать. И дело не в том, что без памперсов жить якобы проще или дешевле (хотя и это правда). Самое важное – это контакт.

Мы часто думаем о материнстве как о бытовых задачах: покормить, переодеть, уложить спать. Но на самом деле оно куда глубже. Материнство – это основа будущего психического здоровья ребёнка. От того, насколько он чувствует поддержку и эмоциональную стабильность рядом с мамой, зависит, каким он вырастет человеком: устойчивым и уверенным или, наоборот, склонным к зависимостям, тревожности и разрушительным отношениям.

Я вижу это и как мама, и как психолог.

Дети, которые получают телесный контакт и поддержку, учатся понимать свои эмоции, считывать сигналы своего тела, регулировать себя. Это и есть фундамент эмоционального интеллекта. А именно он – по данным множества исследований – становится главным фактором успеха, счастья и устойчивости в жизни.

В этой книге я расскажу историю о том, как пришла к высаживанию, как прожила с ним все этапы материнства, и почему уверена: это не только про гигиену, но прежде всего про близость.

Это книга для мам, которые ищут альтернативу, которые хотят глубже понять своего ребёнка, и которые готовы доверять не столько внешним советам, сколько собственной интуиции.

И именно в этой книге я хочу рассказать историю – мою личную, но опирающуюся на исследования, данные психологии развития и клинической практики. Историю о том, как я пришла к материнству без памперсов, и почему это оказалось не просто удобнее, но и глубже связано с эмоциональным здоровьем ребёнка. Хотя, когда я начинала свой путь, я действовала интуитивно и мне очень не хватало бы тогда такой книги, как эта.

ИСТОРИЯ МОЕГО МАТЕРИНСТВА

Когда я впервые стала мамой, в моей жизни произошло то, что невозможно было заранее спланировать или просчитать.

Я много читала о родах, о воспитании, о психологии ребёнка. Но, признаюсь честно, самые важные знания пришли не из книг, а из собственного тела и сердца.

В 2011 году, когда родилась моя старшая дочь, информации о высаживании почти не было. Интернет был скудным, книги на русском языке – единичные, а старшее поколение чаще удивлялось, чем поддерживало. Но именно тогда я на собственном опыте почувствовала: всё проще, чем кажется. Ребёнок не «непонимающее существо». Он с рождения способен чувствовать и передавать сигналы. И если мама рядом – она учится эти сигналы слышать.

С тех пор я прожила четыре материнства без памперсов, с тремя подгузниками на всех детей – и с бесконечным количеством открытий о том, как работает контакт между мамой и ребёнком.

Это путь, в котором я всё время балансировала: между интуицией и наукой, между личным опытом и исследованиями, между простотой быта и глубиной психологического смысла.

Я пишу эту книгу как мать, которая знает, каково просыпаться ночью и вслушиваться в дыхание ребёнка.

Я пишу её как психолог, который понимает, что эмоциональная регуляция – не абстрактный термин, а жизненно важный процесс, начинающийся в младенчестве.

Я пишу её как исследователь, который опирается на Боулби, Эйнсворт, Выготского и современных нейропсихологов.

И, наконец, я пишу её для вас – мам, которые ищут ответы и поддержку. Пусть эта книга станет для вас компасом: не догмой, а историей, которая вдохновит на собственный путь.

Глава 1. Контакт как основа психического здоровья

Когда я держала на руках своего первого ребёнка, я ещё не знала термина «эмоциональная регуляция». Я просто чувствовала: если я прижимаю её к себе, если я дышу рядом, если слышу её тихий звук – мир становится спокойнее. И для неё, и для меня.

Позже, уже изучая труды Джона Боулби, я увидела научное объяснение тому, что чувствовала сердцем. Боулби писал: «Привязанность – это биологическая необходимость. Она так же важна для ребёнка, как питание и тепло». Это не «мода» и не «прихоть». Это встроенный в нас механизм выживания.

Контакт – это не просто телесная близость.

Контакт – это состояние, когда мама и ребёнок чувствуют друг друга. Когда между ними возникает невидимая нить, по которой идут сигналы: «Я рядом. Ты в безопасности».

Выготский в своё время говорил о «зоне ближайшего развития» – о том, что ребёнок учится через взрослого, который «включает» его в жизнь. Но ведь так же устроено и в эмоциональной сфере. Ребёнок не умеет успокаиваться сам. У него ещё нет нейронных связей, чтобы погасить тревогу. Именно мама становится этим «регулятором». Она своим дыханием, голосом, руками показывает: «Можно выдохнуть. Всё хорошо».

Я вспоминаю, как моя дочка в младенчестве едва заметно вздрагивала во сне. Стоило мне положить ладонь ей на животик – и дыхание выравнивалось. Тогда я не знала термина «кортизол» и не читала исследований о гормонах стресса. Но я видела результат: моё присутствие, особенно в спокойном состоянии – это её покой.

Сегодня, как психолог, я понимаю: именно такие моменты формируют основу будущего эмоционального интеллекта. Дети, которые в младенчестве имели доступ к «регулятору» – маме или другому близкому взрослому – позже лучше справляются со стрессом, реже уходят в зависимости и деструктивные отношения. Потому что внутри у них живёт опыт: «Когда мне трудно, рядом есть поддержка».

Контакт – это не фанатизм. Это не «отказ от цивилизации». Это простая и глубокая практика быть с ребёнком. Слышать его. Доверять своим ощущениям.

И именно отсюда начинается история моего пути в материнство без памперсов.

Глава 2. Эмоциональная регуляция: от младенца к взрослому

Я никогда не забуду одну ночь. Моей старшей дочке было меньше трёх месяцев. Она проснулась, как обычно, среди темноты, тихо всхлипнула – и я почувствовала, как меня пронзает её тревога. Мы были в одной постели, и я сразу приложила её к груди. Через секунды её дыхание стало мягче, а на лице снова появилось то спокойное выражение, будто мир снова в порядке.

Тогда я ещё не знала термина «эмоциональная регуляция». Я просто видела: рядом со мной ребёнок успокаивается быстрее. Без сосок, без колыбелей, без долгих укачиваний. Просто, потому что я была рядом.

Позже, изучая труды Боулби и Эйнсворт, я нашла объяснение тому, что переживала. Ребёнок рождается с незрелой нервной системой. Его кора головного мозга, отвечающая за контроль эмоций, ещё «строится». Поэтому первое время он не способен «успокоить себя». Каждая вспышка эмоции – крик, испуг, слёзы – как огонь без стен: он разгорается, и только взрослый может помочь погасить пламя.

И здесь мама становится «внешним регулятором».

Она словно временно берёт на себя функцию тех нейронных связей, которых у ребёнка ещё нет.

Ты гладишь его по спине – и снижается уровень кортизола.

Ты прижимаешь его к себе – и выделяется окситоцин.

Ты ритмично дышишь рядом – и его дыхание выравнивается в унисон.

Это не «баловство», не «привыкнет к рукам». Это биология.

Джон Боулби писал, что привязанность – такая же базовая потребность, как еда и безопасность. А его ученица Мэри Эйнсворт доказала: дети, которые имели доступ к «надёжному взрослому», вырастают эмоционально устойчивее.

Я помню, как в одну из ночей, когда дочка уже подросла, мы были в гостях, и мне сказали: «Пусть спит отдельно, так привыкнет». Я попробовала. Она лежала в кроватке рядом, и я слышала, как её дыхание всё время сбивалось. Она всхлипывала во сне, дергала ножками. Я не выдержала: взяла её обратно к себе, и буквально через пару минут всё изменилось – дыхание стало ровным, тело расслабилось. В тот момент я поняла: никакая теория про «надо приучать» не работает с моим телом и её сердцем. Я физически ощущала, что рядом со мной ей лучше.

Сегодня я знаю: именно так формируется базовое чувство безопасности.

Еще великий Лев Выготский говорил, что ребёнок развивается «через взрослого», и это касается не только интеллекта, но и эмоций. Пока ребёнок не может регулировать себя, он живёт в зоне эмоциональной со-зависимости. И чем стабильнее там взрослый, тем увереннее потом сам ребёнок.

Эмоциональная регуляция в младенчестве – это словно невидимый фундамент. Его не видно, но на нём потом строится всё: способность выдерживать стресс, умение доверять людям, умение не «глушить» боль алкоголем или зависимостями, а проживать её и находить здоровые способы поддержки.

Я часто думаю: если бы каждая мама знала, что её «просто быть рядом» – это не слабость, а научно доказанный вклад в будущее её ребёнка, то исчезло бы очень много чувства вины. Ведь нас часто приучают: «Не держи на руках», «Не спи вместе», «Дай закалиться». Но правда в том, что чем больше контакта в первые годы – тем больше у ребёнка силы быть самостоятельным потом.

Иногда я смотрю на своих детей, и особенно на старшую, которая уже подросток, и вижу: да, этот фундамент работает. Она умеет чувствовать, когда ей плохо. Она может сказать: «Мне сейчас тяжело». И это невероятно ценно – ведь большинство взрослых даже этого не могут.

И всё началось тогда, в тёмной комнате, где единственным моим инструментом была грудь и моё дыхание.

Глава 3. Телесность и психика

«Кожа к коже»

Мои первые роды были в роддоме в домашней палате в 2011г. Первое, что я сделала, когда мне положили первую дочь на живот в роддоме, – это обняла её так крепко, словно мы боялись потерять друг друга. Она была ещё тёплой от моего тела, влажной, маленькой, но при этом удивительно сильной. Её дыхание сливалось с моим, и мне казалось: мы одно целое.

В тот момент я не думала о терминах «соматический контакт» или «сенсорная интеграция». Я просто чувствовала: так правильно. Не отрывать, не класть в люльку, не «отдавать на обработку». Быть рядом.

Позже я прочитала исследования, которые подтвердили: то, что я делала интуитивно, – это важнейший процесс для мозга ребёнка.

Новорождённый не умеет регулировать температуру тела, его нервная система ещё незрелая. И прикосновение мамы стабилизирует сердечный ритм, снижает уровень гормонов стресса, запускает выработку окситоцина – гормона привязанности.

Я тогда этого не знала, но чувствовала всем телом: если её забрать – это будет разрыв. И приглашаю и вас слушать прежде всего вашу материнскую интуицию.

«Слинг вместо коляски»

Когда дочка подросла, я попробовала выйти с коляской. Все вокруг говорили: «Ну конечно, ты же должна катать ребёнка!». Но я чувствовала себя так, будто между нами выросла стена. Она где-то там, в метре от меня, а я слышу только её крик и не могу сразу откликнуться. А когда малышка заплакала, на улице зима, я просто бегом побежала скорее домой, чтобы покормить и побыть с ней ближе, и это время дороги до дома для меня было будто вечность.

На следующий день я достала слинг. Честно скажу: первые попытки были смешными. Лямки путались, ткань не ложилась, я боялась, что сделаю что-то не так. Но стоило мне посадить её на грудь и почувствовать, как её голова легла на моё сердце – я поняла, что нашла то, что искала. Я брала консультанта, смотрела много роликов, подписана в сообщества, снимала фото намоток, пробовала с игрушками, и вот наконец-то стало получаться. Слинг – не кенгуру. Будьте внимательными, если решите выбрать слинг. В обычных магазинах продаются вредные для детей кенгурушки. Безопасно и полезно применять только слинг в правильной намотке лицом к маме и ножки в позиции М.

Первые попытки еще были сложными, потому что я носила около месяца дома лицом от себя к миру. И при попытках в слинг примотать дочку к себе – она сопротивлялась. Сначала я потихоньку приучила ее быть лицом к маме, ведь и это очень верно с точки зрении психологии. Ребенок изучает мир через маму.

Итак, я уже с первым ребенком стала слингомамой. Мои руки снова стали свободными, а её тело – в безопасности. Она дышала ритмом моего дыхания. Если я ускоряла шаг, она слегка прижималась сильнее, если я замедляла – расслаблялась. Мы двигались как одно существо.

Именно в те моменты я поняла, что телесность – это не «мода на слинги», а особый язык, на котором ребёнок общается с миром. И да, для спины это тоже намного легче, чем когда в одной руке коляска, а в другой ребенок. Ну и открыт весь мир! Хочешь в кафе, хочешь в автобус, хочешь в парк! С коляской ты ограничена районом вокруг дома.

Современные исследования показывают: контакт «кожа к коже» и ношение ребёнка на руках или в слинге помогают формированию нейронных связей в мозге.

Прикосновения стимулируют выработку серотонина и дофамина – гормонов радости.

Регулярный телесный контакт ускоряет миелинизацию нервных волокон, что влияет на скорость передачи сигналов.

Дети, которых часто носят, реже плачут, у них лучше развита система саморегуляции.

Это подтверждает то, что я чувствовала интуитивно: ребёнок не «балуется», когда хочет быть на руках. Он развивает свой мозг.

«Совместный сон»

Многие годы я слышала: «Нельзя спать с ребёнком, приучишь – не оторвёшь».

Я пробовала. Я клала дочку отдельно в кроватку, как советовали.

Но каждая такая ночь превращалась в пытку: она просыпалась, плакала, я подбегала, брала её, успокаивала, снова укладывала.

А потом я сдалась. Я просто взяла её в кровать. И произошло чудо: она начала спать дольше, глубже, а я впервые за месяцы почувствовала, что сплю вместе с ней, а не наполовину.

Сегодня я могу сказать как психолог: совместный сон – это не про «ленивых мам», это про настройку нервных систем.

Когда мама и ребёнок спят рядом, у них синхронизируется сердечный ритм, дыхание, даже фазы сна. Это подтверждено исследованиями: совместный сон укрепляет чувство безопасности и снижает уровень тревожности.

«Телесность = психика»

Когда я родила второго ребёнка, у меня не было сомнений. Ни коляски, ни сосок, ни отдельных кроватей – только грудь, слинг, объятия. И я видела, что это работает: он был спокойнее, улыбчивее, быстрее развивался.

И именно в этот период я впервые увидела, как телесный контакт напрямую связан с психикой.

Ребёнок, которого носишь, быстрее успокаивается в новой обстановке.

Он дольше удерживает внимание.

Он легче устанавливает контакт с другими людьми.

Телесность – это не «мелочь». Это база. Это психика в её первом, самом простом проявлении.

Лев Выготский писал: развитие ребёнка – это всегда совместное действие. Но мы часто думаем только об интеллекте. Между тем, совместность – это и тело тоже.

Каждое кормление грудью, каждое ношение в слинге, каждый совместный сон – это не бытовые детали. Это те кирпичики, из которых складывается внутренняя устойчивость ребёнка.

Исследования показывают: дети, которые росли в телесном контакте, позже обладают более высоким уровнем эмпатии и эмоционального интеллекта.

И это не случайность, а прямая связь: эмоциональная регуляция сначала происходит через тело.

Иногда я думаю: если бы я не доверилась себе тогда, в самом начале, если бы я выбрала коляску вместо слинга, кроватку вместо совместного сна – какими были бы мои дети сейчас?

Но потом я останавливаю себя.

Ведь главный урок моего материнства – не в том, что есть «правильно» или «неправильно».

Главный урок – в том, что контакт работает.

И когда ты доверяешь телу и ребёнку, ты открываешь дверь к его внутренней устойчивости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.