Тайна Хранителя

Молча наблюдаю, как малиновая жидкость растекается по полу, на котором все еще бьется тот несчастный.

— Вали отсюда! Понял? — пыжится он, выставляя волосатую грудь колесом.

— Ну Мась! — вмешивается девушка, за что получает оплеуху и улетает лицом в каменную столешницу.

Ну и я не выдерживаю.

Прикладываю Дадо мордой ко столу и давлю с такой силой, что его мозги вот-вот вытекут. Вовремя останавливаюсь, понимая, что эта тварь нужна мне живой.

Перевожу взгляд на девчонку, которая вполне осознанно пялится на меня, и клянусь, вижу в ее глазах пожелание мне сдохнуть с первой же упавшей звездой.

— Ты как? — протягиваю руку к ее лицу, чтобы снять боль от ушиба. Хотя, кому я вру! Я могу снять боль, не прикасаясь. Меня почему-то как бездна тянет ее белая кожа.

— Да пошел ты! — шипит она и не по-девичьи толкает меня в грудь.

Изнутри прошибает током. Тело плавится, будто стою в середине костра и не могу сдвинуться с места. Вижу перед глазами черный всполох, а потом наблюдаю, как по коже растекаются радужные узоры.

Будто по голове получаю от осознания того, что сейчас происходит. Я встретил свое солнце!

Я! Встретил! Солнце!

— Мутант, чертов! — фыркает абсолютно трезвая девица и быстро исчезает в толпе танцующих.

А я не могу разорваться: то ли на ее удаляющуюся фигурку смотреть, то ли на появившееся сияние. Мне хочется убедиться, что это все не сон. Что то, чего я ждал сотню лет, действительно произошло. И, судя по обстоятельствам, понять, радоваться мне или плакать.

Внезапная прохлада трогает кожу, и я впервые в жизни чувствую панику. Необычное яркое сияние начинает угасать, и через секунду остается только привычный черный блеск, но и он исчезает. Словно не было ничего! Совсем!

Снимаю очки и пытаюсь поймать отражение глаз – вижу свою обычную радужку, черную со стальным ободком. Будто приснилось все. Бездна!

Ноги сами несут за той, что стала моим солнцем, но далеко уйти не успеваю. Дадо очнулся, и подмога в деле. Я вообще за ним сюда пришел. Что ж, моя странная солнечная девочка. Я найду тебя. Не убегай далеко.

Устраиваю сбой в главном распределителе питания. Отсталые люди – до сих пор пользоваться платной энергией, когда ее можно брать буквально из воздуха. Хотя…кто-то делает на этом немалые деньги. Нескольких секунд достаточно, чтобы ввергнуть народ в подобие паники, а самому исчезнуть.

Люди Дадо – примитивные псы, можно не бояться, что меня вычислят. А ему я все же подтер память легким сотрясением мозга. Да вообще, он был не в том состоянии, чтобы анализировать мои внезапные изменения в теле. Да и что говорить о Дадо, если я сам растерялся. Считай, главное событие всей моей жизни, а я…

Иду черным ходом, дальше через морозильные камеры. Запахи несвежего мяса, свернувшейся крови вынуждают задержать дыхание, и злость распирает. Я хочу вдыхать аромат своей женщины, а не вонь мертвечины.

Вышибаю дверь, оказываюсь в темном переулке и тяну носом пыльный воздух. Кажется, что где-то витает ЕЕ запах, но, если я поддамся инстинкту, дело прогорит. Оно и так чуть не сорвалось из-за моей несдержанности. А я не могу допустить еще одной ошибки. Зато теперь ясно, отчего меня так тянуло к девушке.

Обхожу здание, активирую режим невидимки и лезу наверх. Кирпичи еще хранят тепло солнца, а я задумываюсь над тем, что свое солнце могу потерять и тогда…Не станет еще одного хранителя. А сына, даже от названной жены, у меня нет. Силу передать некому. Так что, милая беглянка, хочешь не хочешь, а мир спасти тебе придется, родив мне сына. А лучше двух. А потом и дочек…

Что-то я размечтался.

Замираю у балкона гостиной Дадо. Обиженные появлением наглого землянина парни всасывают ядреное пойло и строят планы мести, сплевывая на проходящих внизу людей. Что ж, если меня приняли за землянина, значит я не зря надевал эту жутко неудобную одежду.

По узкому парапету иду к окну спальни «отца мафии» и чуть не срываюсь. На ткани пуловера вижу маленькое пятнышко крови, и оно как луч надежды заставляет сердце встрепенуться. Сразу думаю о том, что отправлю вещь на Ардос, чтобы Мила изучила кровь. Это значительно упростит поиск моего солнца.

— Найди мне этого щенка! — вопит Дадо, стреляя в ноги одному из своих шакалов. Даже не сомневаюсь, что речь идет обо мне, — а ты, бездарь, пригласи Крака, пусть доложит, что там по нашему делу.

А вот это уже интересно. Наконец-то обиженные мальчики перестали наматывать сопли на кулак и приступают к реальным бандитским делишкам. Решаю подождать с комфортом. Меня все равно не видно, поэтому сажусь на подоконник открытого окна и наблюдаю, как Дадо смывает из-под носа потеки крови. Мало я тебя, тварь, припечатал.

— Пока нечем вас порадовать, господин, — мямлит Крак.

Надо же, эта мразь часом ранее издевалась над службой охраны, отбивая им пальцы, а тут притих, в червя превратился.

— Конкретнее!

— Из старых хранителей остались только трое неотработанных. Сыновей их мы грохнули. А им самим недолго осталось.

— Ну так надо им помочь! Мне тебя учить что ли?

— Сам умею.

— Так приступай. Из-за твоей неспешности столько бабок теряем, — Дадо явно теряет интерес к разговору и прикладывает белоснежный платок к ноздре, чтобы остановить кровь.

— Там это…— мнется Крак, протирая стоптанным каблуком пыльного казака уголок ковра.

Дадо поднимает убийственный взгляд, обещающий долгую мучительную смерть за плохие новости.

— Исчезли они.

Дадо замирает, а меня не покидает ощущение, что за секунды в нем скапливается ядерный заряд, и старый кусок дерьма вот-вот взорвется.

— Что он сейчас сказал? — Дадо обращается к охране, но те не решаются повторить. Стоят, как языки проглотили. — Что. Ты. Сказал.

— Исчезли…— еще более нерешительно говорит Крак, втягивая голову в плечи.

— Значит сейчас, когда мои люди ждут отмашку, чтобы запустить климусы* и начать собирать бабки, ты мне вот так просто сообщаешь, что хранители исчезли?

Последние слова Дадо проливают свет на причины того, что планеты оказались на грани краха. И план дальнейших действий рождается сам собой.

Слушать дальше не имеет смысла. Спускаюсь вниз, чтобы добраться до космопорта и скорее связаться с Валаром – молодым хранителем Астилии, совсем недавно получившим свою силу от отца.

Хоть он и импульсивный, но до смерти преданный и надежный. Как любой из нас. Валар должен был попасть на Хокму, чтобы найти подельников Дадо, которых по случайности задержал патруль, и выведать уже у них все, что те знают по делу хранителей. В том, что выгорит, сомнений не было. Дюжина бирюзовых камней разговорит кого угодно, да и за свободу можно открыть пару тайн сумасшедшего Дадо.

Сажусь в общественный катер, и пока мобус ищет связь, смотрю на пятно, оставленное моим солнцем. Это все, что мне осталось от нее. И почему мое тело отреагировало на солнце так странно? Придется разобраться. Еще никогда я не слышал, чтобы метки исчезали.

— Ир! У меня такие новости! Не поверишь!

Голос Валара, звучащий из динамика, взрывает тишину, заставляя полусонный народ вокруг подпрыгнуть на местах. Жестом прошу прощения, надвигаю шапку до бровей и иду в конец салона, где пассажиры уже спят.

— Нашел банду Дадо? — говорю тихо, хоть и уверен, что манурского здесь никто не знает.

— Нашел свое солнце! — восторгается он, заставляя проснуться хвостовую часть катера.

Не может такого быть…

Или сегодня судьба щедра на подарки и отправила каждому хранителю по женщине, или…мы с Валаром выбрали одно солнце…

Миллиарды лет назад Древнее Солнце, наш праотец и наш Создатель столкнулся в схватке с Великой Тьмой. Она решила, что главнее в этом мире, и стала стягивать силы Вселенной к себе, нарушая первозданную гармонию. Но сила Солнца бесконечна. Оно смогло победить в схватке со злом, и чтобы впредь контролировать Тьму, распалось на многие миллионы атомов и разлетелось во все концы Вселенной. С тех пор каждая душа носит в себе частичку Древнего Добра и Любви и жизнь за жизнью ищет родные атомы, чтобы собраться вместе и зажечься маленьким светилом. Сегодня я нашел свое солнце, вот только светило внутри меня потухло. И теперь мне не терпится поскорее прояснить причины такой необычной реакции моего тела.

Вместе со должностью хранителя планеты Ману-р мне досталась настолько мощная сила, что ее просто необходимо постоянно держать под контролем. Эта концентрация не оставляет места эмоциям, но сегодня я бью свои рекорды. Находясь в баре, я должен был не только держать при себе силу, но и глушить ее, чтобы не оказаться обнаруженным. И даже встретив солнце, я сумел сохранить инкогнито. Так может, поэтому сияющая метка исчезла? Может, я смог управлять силой притяжения солнц? Иных объяснений этой странности у меня нет.

Хотя, есть. Я спятил, и все произошедшее мне просто привиделось.

Ненавижу пассажирские катера, медленнее транспорта во всей Вселенной не найти. Но появись я здесь на своей ладье, меня бы сразу вычислили, а этого допустить нельзя.

Когда катер, наконец, приземляется на одном из транзитных спутников, получаю сообщение от Валара. Он уже зафрахтовал шаттл и ждет меня, чтобы вернуться домой, в родную галактику.

Поднимаюсь на борт, приветствую молодого хранителя и сажусь рядом с креслом пилота. Пока взлетаем, рассматриваю глупую улыбку парня, которому неймется обсудить последние события, но он вынужден ждать, когда приборы связи с центром управления полетов отключатся, и нас не смогут прослушать.

Как только вырываемся за пределы орбиты, Валар переводит шаттл в режим автопилотирования, подрывается с места и срывает с себя кофту.

— Смотри! Смотри! — подставляет мне спину, а сам во-вот свернет шею, заглядывая назад, — где? Какого цвета?

Лицо кривится само собой: брови ползут вверх, а губы скептически поджимаются. Кажется, парнишку ждет тот же облом, что и меня.

— Никакого, — монотонно отвечаю, отодвигая его в сторону. Подальше от моего лица.

— Не понял? Сложно сказать? Здесь зеркала нет!

Снимаю солнцезащитные очки и раздраженно впечатываю их в стальные мышцы спины этого молодого верзилы. Наконец, можно не сдерживать силы, боясь распугать народ.

Тот мгновенно перехватывает очки и пытается заглянуть через плечо, ловя отражение. Пыхтит, злится, но надежды не теряет.

— Нет там ничего! — цежу сквозь зубы.

— Не может быть! — Валар не верит и продолжает раздражать своими безрезультатными попытками.

— Ну-ну.

Отстегиваю ремни и поднимаюсь с места, чтобы выпить воды. Одним глазом наблюдаю, как его надежда испаряется.

Опираюсь на столик, скрещиваю ноги, руки и жду, когда до него, наконец, дойдет.

— Кто она?

Кажется, мой вопрос отвлекает его от бессмысленного занятия, и парень сникает за секунду.

— Землянка.

— Землянка…— повторяю вслед за ним. Моя тоже землянка.

— Красивая такая, боевая девчонка! Знаешь, как всадила мне по челюсти?! — Валар расплывается в восхищенной улыбке, но быстро гаснет.

Моя тоже боевая. По прессу мне заехала совсем не по-девичьи. Я очень удивился.

— Светлые прямые волосы до плеч? Красное платье? Туфли на невообразимой подошве…— описываю наше солнце и наблюдаю за реакцией. С каждой приметой глаза Валара увеличиваются, а рот приоткрывается, — рана на ладони и ушиб справа на скуле.

— Откуда ты…

Срываю с себя пуловер и раскидываю руки в сторону. Оборачиваюсь вокруг, демонстрируя, что на мне тоже ни следа, и останавливаюсь лицом к Валару.

— Я тоже встретил свое солнце, друг мой. Но на мне так же не осталось и следа от этой встречи.

Не дожидаюсь, когда парень отойдет от шока, возвращаюсь в кресло. Тот плетется следом и, наконец, поднимает на меня осмысленный взгляд.

— Так она НАША?

— Наша…— горестно выдыхаю и таращусь на приборную панель.

Валар с минуту сидит и переваривает информацию. Странно. Думал, что он кинется на меня тот час же, но это происходит с задержкой.

Ловлю его кулак у своей челюсти и сжимаю в ладони до хруста.

— Даже не думай!

— Традиции! — усмехается молодой Хранитель, и поединок начинается.

Титановые кресла складываются вдвое. Суперпрочная обшивка сминается, точно тонкий лист фольги. Как мы не пробиваем корпус шаттла и не вылетаем в открытый космос, одному Создателю известно. Но я даю шанс молодому хранителю показать свою силу, не сдерживаю его и не нападаю. Пусть поиграет в старшего самца, все же всегда есть шанс победить того, ко сильнее. Но не сегодня, Валар.

Когда парень изрядно выдыхается, делаю захват и обездвиживаю. В поединке за звание старшего мужа можно бороться, используя только лишь физическую силу, хотя я не прочь был решить этот вопрос более мирным путем. Если бы Валар сразу бы согласился со вторым местом, конечно. Но пришлось отстоять свое право быть первым. Правда, имело ли сие действо смысл, пока не понятно. Нашего солнца рядом нет, а метки, означающие, что солнце нашлось, исчезли.

— Вот мы с тобой набили морды друг другу, брат, выяснили, кто из нас первый муж, а меток-то нет. И солнца нашего нет. Не кажется ли тебе, что мы что-то упустили?

Валар остывает и немного расслабляется.

— Кажется. Но я уверен, что Зима наша!

— Кто?

— Зима! Ты что, даже имени ее не спросил? — ерничает он, — тоже мне, первый муж.

— Так ты признаешь?

— Признаю.

Отпускаю хранителя, ставшего в одночасье моей семьей. Правда, в пору назвать нас мужьями-одиночками – жены-то нет!

Валар вправляет челюсть, встряхивает руками, и глупейшая улыбка освещает тот погром, что мы учинили за несколько минут.

— Зима ее зовут. С подругой на дело прилетали. При мне особо не распространялись, но я понял, что девчонки на службе.

— Как понял?

— Их корабль дипмиссии забрал. А еще…

Эта сволочь скалится, радуясь, что владеет большим количеством информации, чем я. Ну хоть в чем-то меня уделал!

— Так это ты с ними на Хокму попал?

— Ага! — довольно щерится, — на крыше их увидел. Услышал, что на Хокму летят, ну и увязался. И не зря!

— Так вот зачем она с Дадо терлась весь вечер! — понимание приходит мгновенно. А за ним и облегчение: не шлюха.

— Думаешь, разведка?

— Похоже. Видимо, по бирюзе дело раскручивают.

— Да, этот крысеныш контролирует все денежные сферы. Ты, кстати, узнал что-нибудь?

— Узнал.

Делимся информацией по делу хранителей, но сосредоточиться не получается. В голове у обоих только лишь мысли о нашей землянке.

— Ты понимаешь, что мы не имеем права забросить начатое? Жизнь планет в опасности, пока эта тварь претворяет свои планы в жизнь! Сколько миров уже потеряли своих хранителей! И он не собирается останавливаться. Ему нужны еще трое. Слава богам, они вовремя смогли спрятаться.

— Неужели их сил не хватит противостоять?

Валар возмущен, но его гнев справедлив. Хранители обладают немыслимой силой той планеты, которую берегут. Их жизнь – гарант процветания целого мира, миллионов людей, живущих в нем. Старея, хранитель уже не может пропускать через себя ту силу и передает ее сыну, а сам продолжает жить жизнью обычного мирянина.

— Слишком стары. А сыновья убиты. Дадо все просчитал. Пользуясь тем, что хранители разных галактик не поддерживают связь, он решил действовать точечно. Так, чтобы никто не заметил связи в происходящих событиях. Он обрек на смерть миллиарды жизней. Благодаря установке климусов, Дадо собирается взимать дань с жителей планет, оставшихся без хранителя, иначе, им грозит катастрофа.

— Но мы распознали схему! Привлечем других хранителей, уверен, что они помогут!

— Вот этим и займемся!

— Нет! Сначала разыщем ее! Ну подумай, какой с нас будет толк, если мы сдохнем? Нам даже силу передать некому! Мы должны найти нашу женщину и заставить нас полюбить!

Валар был прав. Стать отверженным, считалось самым жутким проклятьем в нашем мире и всегда заканчивалось мучительной смертью. Но заставлять любить…

— Ух ты какой резвый! Мало в челюсть получил от нашей женщины? Заставить! Ха! — поражаюсь его самоуверенности.

— А что такого?

— Нельзя заставить полюбить женщину.

— Но ей придется! Или мы все погибнем.

— Ну, дорогой друг, тут уж снова все зависит от нас.

— Да нет у нас времени на все эти…

Качаю головой, глядя на взбалмошного представителя нового поколения, и чувствую себя стариком.

— Ладно. Кое в чем ты прав, — хвалю Валара, жестом приглашая присесть рядом. Правда, от кресла осталась лишь покореженная груда титановых трубок, — мы должны увидеться с ней как можно быстрее. Во-первых, проверить, что с метками, а во-вторых…

— Влюбить ее в нас!

Подкатываю глаза. Он неисправим.