Лурик – лунный кот

Глава первая. Ночью надо спать!

На свете есть много такого, что обязательно нужно делать. Так думают взрослые, которые всё время твердят детям: «Мой руки! Чисть зубы! Ложись вовремя спать!» А детям меньше всего на свете хочется мыть, чистить и ложиться. И они знают множество способов, как не делать того, что обязательно нужно сделать.

Водой в ванной пошумел – вот и руки вымыты. Колпачок от тюбика зубной пасты на полочке оставил, щётку зубную водой намочил – готово! Зубы почищены! Лёг в постель, с головой накрылся одеялом, и мама с папой думают, что ты спишь.

Но на самом деле ты не спишь, а достаёшь из-под подушки планшет и играешь.

Именно так и делает Даша, ученица пятого «А» класса. Мама не знает, что поломанный планшет снова работает, потому что его починил Пётр, старший брат одноклассника Кирилла.

Даша и Кирилл – давние особенные друзья. Особенные, потому что у них то взаимовыгодное сотрудничество, то война интересов. Последние несколько дней странные друзья объявили перемирие, поэтому и гаджет исправен, и Кирилл может рассчитывать на помощь Даши, если контрольная по математике окажется особенно сложной.

– Ай’м э виннер! – на ужасном английском прошептала Даша и отключила планшет. – Да! Я победила!

Голубовато-сиреневый монитор гаджета медленно погас и стал чёрным, но перед глазами юной геймерши продолжал плыть белый квадрат света.

«Доигралась, – подумала девочка. – Ночью надо спать! Завтра ведь в семь вставать!»

Она зажмурилась так, что стало больно векам; быстро и сильно стала тереть кулаками закрытые глаза. Перед внутренним взглядом поплыли цветные круги, похожие на пятна бензина в луже. Даша помотала головой из стороны в сторону и, наконец, медленно-медленно раскрыла глаза. Противный белый квадрат мутного света стал прямоугольным, пятно переместилось с планшета на стену напротив Дашиной кровати.

Девочка уставилась на него, упрямо шепча: «Исчезнешь, никуда не денешься! Нормальное у меня зрение! Не хочу носить очки. Испаряйся! Быстро!» Шёпот Даши раздавался на всю комнату, если не на квартиру, грозя привлечь внимание родителей.

Пятно, словно испугавшись, стало обретать чёткие очертания и через пару мгновений превратилось в окно, сквозь которое струился мягкий лунный свет.

Даша ещё раз зажмурилась, открыла сначала правый, потом левый глаз. Вот теперь полный порядок! Окно выделялось светлым прямоугольником на фоне тёмной стены, а на подоконнике лежал белый свитер. Несмотря на то, что май заканчивался, сегодняшний день был холодным. Собираясь на прогулку вечером, Даша надела любимую тёплую кофту, а потом забыла повесить её в шкаф.

Даше пришлось встать, чтобы навести порядок, ведь утром мама придёт её будить и увидит свитер. Впрочем, мама – это ещё ничего. А если придёт папа? О, тогда вместо пожеланий доброго утра она услышит: «Даша, сколько раз я тебе говорил, что вещи нужно убирать на место!»

Ярко светила луна. При её свете свитер будто бы испускал бело-голубое сияние. Зевая, Даша, протянула руку и тут же резко отдернула. Свитер был тёплым, он… дышал!

– Ой! – отскочила девочка.

– Луррр! – зашевелился свитер.

Глава вторая. Я – то, чего нет

Белый пушистый свитер ещё раз произнёс мягкое «луррр». Он напоминал Даше какое-то животное. Это непонятное существо лежало неподвижно, потом лениво потянулось, выгнув спину дугой. Кто-то странный был обладателем великолепной мохнатой шубки, которая отливала то голубым, то фиолетовым, то лиловым светом. Зверь, очень сильно напоминающий кота, посмотрел на Дашу янтарными глазами. Чёрные зрачки сузились и стали похожими на два полумесяца.

Даша, не в состоянии вымолвить ни слова, застыла у окна, а ночной гость тем временем спокойно расхаживал по подоконнику, аккуратно переставляя изящные лапки и демонстрируя шикарный мохнатый хвост.

– Лур! – незнакомец посмотрел на девочку.

– Котик, – пролепетала Даша, – откуда ты здесь?

– Разве я похож на кота? – пролурчало животное.

– Похож. Немного. То есть очень. Ты кот, – уверенно сказала девочка, – ты ведь мурчишь.

– Я? Мурчу? Лур, – презрительно фыркнул гость и продолжил свою прогулку по подоконнику. – Я не мурчу. И никогда не мурчал!

Даша смотрела на него во все глаза и ломала голову, как в квартиру на пятом этаже попал кот, который и не кот вовсе. Это было настолько странно, что на умение кота разговаривать девочка не обратила внимания.

– Итак, я – не кот. Я – лунный кот!

– Лунных котов не бывает! На Луне нет жизни! А ты выглядишь, как обычный кот, млекопитающее животное из класса позвоночных! – Даша была почти отличница и при случае всегда демонстрировала свои знания.

Но кот не хотел быть учеником на уроке биологии. Он резко дёрнул хвостом и перебил девочку:

– Я – лунный кот. И запомни: я лурчу, а не мурчу. Я прихожу к тем, кому я нужен. Но, если ты утверждаешь, что лунных котов не бывает, я могу и исчезнуть!

За дверью послышался голос мамы:

– Даша, ты с кем разговариваешь? Посмотри на часы, уже одиннадцатый час, поздновато для телефонных звонков! Ложись спать!

– Да, да! Лиля позвонила, просила ей книгу на литературу захватить! – повернувшись к двери, крикнула Даша первое, что пришло ей в голову.

Мамины шаги в коридоре стихли. Даша обернулась к подоконнику, чтобы продолжить беседу, но увидела лишь пушистый белый свитер.

– Эй! Ты где? Лур? Как тебя? Котик, кис-кис-кис… – девочка протянула руку к подоконнику.

Свитер вспыхнул серебристо-голубым светом. Сначала поднялось одно острое ушко, потом другое, открылись янтарные глаза с хитрым прищуром.

– Лур. Я здесь. И не зови меня «кис-кис». Я не кот. Я – лунный кот! – горделиво выпрямился пушистик.

– Но у тебя должно быть имя! Мурзик? Нет, не то, тебе не подходит. Мурик? Тоже кличка для простого кота. А может, Лурик? Я буду звать тебя Лурик! Лурик – лунный кот!

– Лур. Лурик. Хорошо. По-лунному, – довольно улыбаясь, согласился кот.

– Почему ты исчез? И почему сейчас появился? – спросила Даша.

– Я – то, чего нет. Но ты очень хотела меня увидеть, поэтому я здесь, – Лурик вновь принялся расхаживать по подоконнику, важно и неторопливо бросая слова.

– Я?! Хотела тебя увидеть? Да я спать собиралась! – возразила девочка. – И вообще я встала, чтобы свитер в шкаф убрать!

– Но вместо свитера ты увидела меня! Значит, ты хотела, чтобы я пришёл! – невозмутимо заключил лунный кот. Он посмотрел на луну, безмятежно льющую матовый свет на засыпающий город. – Лур! Лунная ночь. Тебе пора спать.

– Мы только познакомились, ну, пожалуйста, не уходи!

– Лунный кот приходит и уходит, когда захочет. Лур!

Луна скрылась за тучей. Даша еле различила в наступившей темноте лежащий на подоконнике шерстяной свитер.

Глава третья. Школьные будни

Свитер на подоконнике смотрелся бесформенным ворохом белых шерстяных ниток. Он издавал то ли лурчание, то ли мурчание, то ли жужжание. Нудное, противное, комариное. Надоедливый звук становился громче, протяжнее. Повторялись одни и те же ноты, мелодия была знакомой, но назойливой, её хотелось поскорее выключить. Заскрипела дверь, и низкий папин голос ровно и мерно, как мотор работающего агрегата, забасил:

– Даша, подъём! Встаём-встаём, в школу идём!

– Щас, па. Пять минут. Минуточку. Встаю. Уже. Ну, па-а-ап! – сонно бормотала Даша, выключая будильник на телефоне на ощупь, с закрытыми глазами. Девочка откинула с лица длинную прядь чёрных волнистых волос, села, недовольно хмурясь.

– И почему это ты такая кислая, а? Где твоя утренняя бодрость? Где радостная встреча нового прекрасного дня? – Дашин папа, кругленький и низенький, выполнял круговые вращения руками, ходя по комнате.

Утренняя гимнастика – это папина традиция. Он делает её при любых обстоятельствах, в любом настроении. У папы нет ни минутки свободного времени, особенно по утрам, но он ведёт здоровый образ жизни, поэтому, бегая от ванной до кухни, от кухни до своей спальни, папа то крутит головой, то высоко поднимает ноги, то пытается приседать. Это всегда смешно, и Даша, глядя на отца, быстро просыпается и непременно улыбается, даже если, как сегодня, не выспалась.

Папа сегодня похож на самолёт, у которого крутятся пропеллеры на крыльях. Папа-самолёт сделал несколько кругов по комнате, но не взлетел, а приблизился к окну. Даша поспешно закрыла только что открытые глаза и попыталась, как черепаха, втянуть голову в плечи. «Ой-ёй-ёй! Сейчас начнётся», – подумала она. И точно!

– До-о-оча! – басил, гудел и кружил по комнате круглый папа. Он стал похож на сердитый бомбардировщик. – Сколько раз я тебе говорил, что вещи нужно убирать на место!

Даша, не дожидаясь повторения фразы, соскочила с кровати, схватила свитер и быстро повесила его на первую попавшуюся вешалку, а попалась ей школьная форма.

«Он же лохматый! Будет потом форма белая», – запоздало подумала она, убегая в ванную.

Из зеркала на неё смотрела симпатичная кареглазая девчонка двенадцати лет, немного всклокоченная после сна, худенькая и высокая.

– Чего смотришь? Тоже спать хочется? – разговаривала сама с собой Даша. Она подмигнула правым глазом своему отражению – зеркальная Даша лукаво прищурила левый глаз.

– Как там Лурик? – спросил девочку зеркальный двойник, вытираясь пушистым полотенцем.

– Он мне приснился. А жаль, что лунный кот – это мой белый свитер!

Родители уже завтракали на кухне, когда к ним присоединилась Даша. Мама налила её любимое какао в смешную кружку с изображением сонного кота и надписью: «Ночью все коты – лунатики».

– Доброе утро! – поздоровалась Даша с мамой. – Котейка, привет! – улыбнулась кружке.

– Даша, когда уже ты повзрослеешь? То с игрушками, то с кружками разговариваешь, – вздохнула мама.

– Никогда! Взрослым быть скучно. Всё, мне пора, бутерброд я съем в школе, а какао выпил котейка. Мур. Я убежала.

Когда Даша хочет, чтобы утро тянулось подольше, то идёт в школу пешком. А когда она торопится, то проезжает две остановки на автобусе. Сегодня Даша идёт пешком, ей нужно поговорить со своей лучшей подружкой Лилей. Она хорошая девчонка, да вот только трусиха.

Лиля боится дождя, ветра, мороза, солнца, грозы, плохой и хорошей погоды.

Боится уйти далеко от дома, заболеть, не успеть выучить уроки.

Боится, что плохо вымоет посуду и пропылесосит ковёр, и тогда старшая сестра не возьмёт её кататься на машине.

Боится не встретить «того самого». Кого – «того», она пока и сама не знает.

Но больше всего Лиля боится, что её будут звать зубрилкой и ботаником.

С недавнего времени она постоянно смотрит в телефоне приколы и смешные видео. У неё теперь привычка – ходить, уткнувшись в дисплей. Когда девочки встречаются, как сегодня, Лиля говорит Даше: «Привет!» – потом снова утыкается в телефон и на все остальные вопросы механически отвечает: «Норм. Ага».

Встретив Лилю, Даша тут же попыталась рассказать ей про Лурика. Это было нелегко: подруга, по своему обыкновению, собиралась отгородиться от мира телефоном.

– Лиля, подожди, не надевай наушники!

– Почему? Хочешь, вместе музыку послушаем. Держи, – Лиля протянула Даше тонкий белый проводок.

– Нет, не хочу. Мне надо тебе одну странную вещь рассказать.

Лиля нетерпеливо стала теребить проводок в руке: Даша обычно не мешала ей, а просто шла рядом.

– Ну? Что? – скучающе произнесла она.

– У тебя бывали видения? – выпалила Даша.

– Мама говорит, что у меня был однажды бред. В прошлом году, когда я с температурой высокой лежала.

– А у меня были настоящие видения! Мне казалось, что в комнате кто-то есть, я разговаривала с ним, а потом он исчез! – таинственно прошептала Даша.

– А, ерунда! Это ты сон видела, только и всего! – Лиля поскорее надела наушники.

Даша молча шла рядом и посматривала на курносый нос подружки, на котором кое-как примостились круглые очки в синей оправе, и на её толстую косичку, переброшенную через плечо. Она вздохнула: как сказать Лиле, что ей не помогут наушники, модная музыка и смешные видео? Лиля – отличница и правильная девочка, на лице же написано!

Так же молча дошли до школы, поднялись на второй этаж, зашли в кабинет математики. Даша думала о Лурике и не смотрела по сторонам. В раздумье она выкладывала на парту учебник и тетради, когда перед её глазами что-то замельтешило. Это Кирилл усиленно махал рукой перед её лицом. Девочка посмотрела на одноклассника – мальчик красноречиво указывал ей на учебник по математике.

– Да помню я, помню! Помогу тебе с контрольной!

– Как планшет? Хорошо работает? – улыбаясь, спросил Кирилл.

– Даже слишком, – хмуро ответила Даша.

– Это как? – Кирилл перестал улыбаться, его синие глаза стали серьёзными, он подпёр кулаком голову. А это означало одно: рассказывай!

– Понимаешь, я вчера долго играла, потом убрала планшет – смотрю, а на окне свитер лежит. Но оказалось, это не свитер, а лунный кот! Он со мной разговаривал. Утром проснулась – свитер лежит на месте, никакого кота нет!

– Свитер белый, мохнатый такой? – Кирилл снял с плеча Даши несколько длинных белых шерстинок и положил перед ней на тетрадку.

– Да, он. Я его потом случайно на форму повесила, – объясняла Даша.

– Ну… Всё очень просто! – Кирилл не любил сложностей. – Снится то, чего ты очень хочешь. Ты хочешь, чтобы у тебя был кот!

– Да не хочу я кота! Я третий год у мамы собаку прошу!

– Под-соз-на-тель-но! – растягивал слоги Кирилл.

– Да ну тебя!

– А! Понял! Ты ночью играла в котиков? – засмеялся мальчик.

– Да нет, не совсем в котиков, – покраснела Даша. – А вообще какое тебе дело, во что я играю? Я же не допытываюсь, сколько ты вчера в свои танчики рубился! Всё, Татьяна Александровна пришла. Молчи уже!

В кабинет вошла учительница, и все стали готовиться к контрольной работе.

Длинные серебристые шерстинки, снятые с Дашиного плеча, так и лежали на обложке тетради. Девочка тихонько подула на них. Они закружились в маленьком вихре воздуха, на миг обернулись маленьким Луриком, который подмигнул ей янтарным глазом и хитро улыбнулся. Пушинки сложились в слова: «До вечера!» – и растаяли, как первый снег.

Глава четвёртая. Городское море

Серебристые буквы, отливающие фиолетовым, растаяли. «До вечера!» – повторяла про себя Даша на уроках, на занятиях в художественной школе. Вечером она опять увидит Лурика!

В ожидании встречи день пролетел незаметно. Даша домчалась до дома на одном дыхании, не дожидаясь лифта, бегом преодолела лестницу, переступив порог квартиры, скинула в прихожей туфли и понеслась в свою комнату.

– Лурик! – тихо позвала она. – Лурик, ты где?

Тихо тикали настенные часы. Было слышно, как за окном ехали и ехали машины. Иногда они сигналили водителям, слишком долго стоявшим на перекрестке. Где-то лаяла собака. Даша выглянула в окно и увидела какого-то счастливчика, выгуливающего симпатичное лохматое существо. А у Даши нет собаки. И Лурик не пришёл. Вздохнув, девочка села делать уроки. Домашние задания, как назло, были сегодня большими и сложными, поэтому Даша достала телефон, включила свою любимую песню, надела наушники и стала быстро писать в тетради под динамичный ритм.

Только бы мама, придя с работы, не заглянула в комнату дочери! Она не любит, когда Даша в наушниках. Мама считает, что постоянное прослушивание музыки портит слух, что оно отвлекает от выполнения домашней работы, что песни, которые любит слушать Даша, глупые, непонятные или наивные.

Но девочка всё равно слушает музыку, когда мама не видит. И сейчас домашка сделана в два раза быстрее! Правда, кое-где есть исправления и зачёркивания, и в ответе задачи получилось слишком большое число. Наверное, там ошибка. Надо бы потом проверить!

Дашу кто-то звал.

Девочка убрала один наушник и услышала голос мамы, которая, оказывается, уже пришла с работы, приготовила что-то вкусное и приглашала её ужинать.

Даша появилась на пороге кухни, мотая головой и помахивая руками в такт песне. Мама нахмурилась:

– Даша, я тебя прошу: оставляй телефон, наушники, планшет в своей комнате, когда идёшь к столу.

На кухню заглянул папа, только что вернувшийся с работы:

– О! Все уже в сборе! А что у вас тут происходит? – добродушно сказал он сочным басом.

– Дима, она опять в наушниках! – пожаловалась папе мама. – Во-первых, от наушников портится слух, а, во-вторых, надо уметь слышать то, что происходит вокруг тебя!

– Мам, ну что тут можно слушать? Как часы тикают? Как чайник шумит? Как звякает микроволновка? – перечисляла Даша.

– Так, я голодный как волк. Или даже два волка! Если я сейчас не поужинаю, то точно кого-нибудь съем, – стал шутить папа, чтобы сменить тему разговора.

Голодный папа-волк, строгая мама и задумчивая Даша молча ужинали. Потом папа объявил:

– Кстати, про волка! – и начал рассказывать историю создания «Красной Шапочки». Папа знал массу историй, обычаев, легенд. Его рассказы могли длиться и час, и два. У Даши никогда не хватало терпения их слушать, поэтому она начинала думать о своём, как только папа начинал: «Кстати!»

– Даша! Да что ж с тобой такое? Ты совсем папу не слушаешь! – раздраженно сказала мама.

– А? Что? Я задумалась! –Даша оторвалась от созерцания своей пустой тарелки и посмотрела на родителей.

– Доча, может, у тебя что-то в школе случилось? – сочувственно пробасил папа.

– Нет-нет, всё норм. Просто… просто трудная задача по математике была. Я сейчас обдумываю, правильно ли я её решила, – вовремя вспомнила Даша.

Папа одобрительно закивал: ему нравилось, что дочка ответственная и исполнительная. И он стал вспоминать, как учился в школе в своё время. Даша знала, что это надолго, и поднялась из-за стола.

– Я пошла, проверю решение. Вы ко мне в комнату не заходите, я не люблю, когда меня от занятий отвлекают, – Даша нашла подходящий предлог не дослушивать папины школьные мемуары и не мыть посуду.

Мама вздохнула: она рассчитывала на помощь дочери. Но Даша уже выскользнула из кухни и направилась в свою комнату. Тут же наушники оказались у неё в ушах, девочка уселась в кресло возле окна, закрыла глаза и стала слушать. Песня любимой группы то убыстрялась, то замедлялась, а потом из неё и вовсе стали пропадать то слова, то музыка. Странно… Девочка открыла глаза.

На подлокотнике кресла сидел Лурик. Он смотрел на экран телефона и проводил по нему лапой. С дисплея поднимались в воздух серебристые ноты, а кот ловил их лапами, не давая им взлететь вверх. В эти моменты с песней и творилось что-то непонятное.

– Лурик, привет! А почему это ты мне мешаешь слушать музыку? – обрадовалась и одновременно возмутилась Даша.

– Музыку? Лур! Разве это музыка? Это песенка! Она слишком проста, чтобы её слушать, поэтому я с ней играю.

Над телефоном поплыл нотный стан. Лурик резко оттолкнулся от подлокотника, подпрыгнул и заскочил на него. Лунный кот расхаживал по туго натянутой серебристой струне и сбивал хвостом ноты. Они срывались вниз и падали, тонко и протяжно звеня, медленно затухая, как будто кто-то тихо и несмело трогал гитарные струны.

– Ты готова? – спросил он у Даши. И, не дожидаясь ответа, продолжил: – Слушай настоящую музыку!

Лурик уселся на нотном стане. Он стал перебирать лапками натянутые струны, как будто это была арфа. Звуки превращались в голубовато-серебристые полоски света, свитые в волшебный узор. Видимая музыка плыла по комнате, звучала, завораживала. Даша смотрела то на Лурика, то на струны, то на игру света и внимательно вслушивалась в нежную мелодию.

– Это же «Лунная соната»! – вдруг узнала она.

– Лур. Да! Та далекая ночь была лунной, почти такой же, как эта. Я зашёл в гости к маэстро. В тишине была разлита мелодия, и моё присутствие помогло маэстро её записать, – скромно сказал кот, усевшись на подоконнике и глядя на луну.

– Ты был в гостях у композитора?! Но он жил так давно! Не может быть!

– Я ведь не кот. Я – лунный кот. Я являюсь тому, кто хочет, чтобы я был с ним. Я помогаю людям видеть и слышать то, что есть в мире. Бетховен в ту ночь не спал, у него была бессонница. И я навестил его, чтобы вместе помолчать о прекрасном, лур.

– Ты хотел сказать «поговорить о прекрасном», – поправила Даша кота.

– Лур! Как можно о прекрасном говорить? О нём можно только молчать, – сузил свои полумесяцы Лурик. – Но для этого сначала надо научиться слышать. И слушать.

– Ерунда какая! Это же каждый умеет!

– Каждый? Давай проверим! Вот что ты слышишь, когда убираешь наушники? – хвост у Лурика изогнулся знаком вопроса.

– Часы тикают.

– Неправильно. Лур. Плохо слушаешь. А ещё? – кот разгуливал взад-вперёд по подоконнику. – Слушай внимательно!

– Сосед этажом ниже разговаривает. С сыном уроки делает.

– Уже неплохо. Но слушай лучше!

– На кухне папа рассказывает маме бесконечную историю о том, как он учился в школе.

– Слушай! Мир полон прекрасных звуков! – задумчиво сказал кот.

– Машины за окном шумят! – после долгого молчания обрадовалась Даша.

– Лур. Молодец! А как они шумят? – в глазах Лурика отражались две маленькие луны.

– Как шумят? Как машины. Как ещё они могут шуметь?

– А ты смотри на луну. Умей слышать!

Кот и девочка уселись рядом на подоконнике и, запрокинув головы, стали смотреть на полную луну. Бледное сияние расходилось неровными кругами. Облака с серебристой каймой лунного света медленно плыли друг за другом. Даше показалось, что это корабли, старинные и прекрасные. Лунный ветер наполнял их паруса силой, они удалялись к неведомым пределам то ли Луны, то ли Земли… Вокруг шумело море: ровный мягкий рокот нарастал, затихал, рассыпа́лся, затем снова повторялся.

– Я слышу море, – прошептала Даша.

– Лур, лур, – Лурик спрыгнул вниз, подошёл к стене и, прикоснувшись к ней хвостом, начертил ровный прямоугольник. Нарисованная дверь засветилась изнутри.

– Пойдём со мной! – почти беззвучно сказал лунный кот. Серебристая дверь распахнулась, и Даша, согнувшись, чтобы пройти, пошла за Луриком.

Они стояли на берегу летнего моря. Солёные брызги долетали до лица Даши, волны несли с собой запах мечты и свободы, успокаивая и убаюкивая.

Глава пятая. Живой натюрморт

Солёные брызги пахли мечтой и свободой, летнее море шумело, успокаивая и убаюкивая. Даша, качаясь на волнах, плыла к далёким манящим берегам. Шум моря постепенно превратился в низкий голос папы:

– Вставай, Даша, вставай, в школу пора! – он тихо тряс дочку за плечо.

Даша открыла глаза, посмотрела на папу, на стену напротив, на подоконник. Как? Опять свитер? На том же месте?

Она уже готова была снова услышать папино «сколько-раз-можно-повторять!», но он сказал совершенно другое:

– Откуда это у тебя?

Папа вертел в руках какую-то статуэтку, которую взял с подоконника. С того самого места, где только что лежал свитер!

– В художке взяла. Нам дают предметы всякие дома рисовать, если мы в классе не успеваем, –Даша отчаянно сочиняла на ходу, одновременно стараясь рассмотреть статуэтку и понять, чем же она так восхитила папу.

– Потрясающе! Это же произведение искусства Древнего Египта! Вернее, замечательная копия. Это, Даша, Баст – богиня радости, веселья, плодородия и покровительница кошек. Её отец – Солнце, мать – Луна, а сестра – Небо.

Папа продолжал говорить ровным басом, а Даша во все глаза смотрела на изящную серебристую статуэтку. Это была грациозная кошка с длинными тонкими лапами, вытянутой острой мордочкой и небольшими треугольными ушками. На шее кошки-богини красовалось тонкой работы ожерелье, украшенное изображением жука-скарабея. Взгляд изваяния был устремлён в одну точку, а зрачки напоминали два серпа, что остаются в небе, когда Луна входит в убывающую фазу. И вдруг статуэтка подмигнула Даше янтарным глазом.

– Папа, давай я в рюкзак её уберу, а то потом забуду. Что я тогда на уроке живописи делать буду? – Даша обернула Баст-Лурика полотенцем и положила свёрток в рюкзак. Она почувствовала, что он стал мягким и тёплым.

– Даша, быстрей умываться, завтракать – и в школу! – закружил по комнате спортивный папа, на ходу делая наклоны вперёд.

Девочка опаздывала, поэтому поехала в школу на автобусе. А в её рюкзаке раздавалось шуршание, возня и довольное «лур-лур», на которое оглядывались пассажиры утреннего рейса.

Даша не встретила Лилю ни у её дома, ни у входа в школу: она задерживалась. Кирилла тоже в школе не оказалось. Мальчик часто простужался и пропускал день-два, а потом они вместе с Дашей нагоняли пропущенный материал.

На уроках было сплошное повторение: учителя готовили детей к предстоящим контрольным работам – учебный год стремительно заканчивался. Хорошо, что сегодня Дашу не спросили ни по одному предмету: мысли её были далеко – то на Луне, то дома на подоконнике, а то и вовсе в собственном рюкзаке, на самом его дне, в мягком махровом полотенце.