Там, где тает снег

– Белоснежка! – она сразу обернулась, не скрывая удивление. – Отозвалась? Значит прозвище приживется.

– Я что-то забыла? – я откровенно любовался ее растерянным лицом, она была так красива.

– Да, – ответил я, широко улыбнувшись. Где-то в глубине души я ликовал, видя в ее глазах такой интерес к себе.

– Что?

– Меня, – пафосно сказал я, и сам отругал себя за эту глупую фразу. – Можно тебя проводить?

– После этих слов, я помолодела на лет пять и вернулась в школу, – она сказала это, а внутри меня что-то перевернулось, так как я не хотел назад в школу.

– И часто тебя провожали парни в школе? – на самом деле я знал всех парней, кто за ней ухаживал.

– Конечно, – ответила она и так мило поморщилась. – Но не любила это.

– Почему? – я был искренне удивлен, ведь за ней ухаживали самые популярные парни.

– Они лезли целоваться. Я ужасно не любила целоваться и сбегала, – она это произнесла, а я еле сдержал недоумение на своем лице, ведь я представлял как она обнимается с этими поклонниками и жутко им завидовал.

– Значит, целоваться не будем?

Она явно не знала что ответить, несколько раз открыла свой красивый красный ротик, но так и не смогла ничего сказать... Я рассмеялся на ее реакцию, меня это безумно забавляло. Она совсем не умела скрывать свои эмоции, раньше, я этого не замечал. Стеша не сдержалась и тоже так мило, пусть и тихо, рассмеялась, потупив глаза. И я понял, что за весь сегодняшний день, впервые увидел ее настоящую улыбку.

Мы шли молча, я специально создавал интимный момент, удивительно, но именно в тишине, когда вы вдвоем, напряжение нарастает. Как часто я фантазировал в старших классах, что вот так просто буду ее провожать до дома, а потом, конечно, надеялся на поцелуи. И почему она их не любит? Ее губы так прекрасны, они были созданы, чтобы их целовали. Только сейчас я задумался, кто и почему ее прозвали Снежной Королевой? Парни которые за ней ухаживали, потом и присвоили это прозвище. Я был уверен, что это потому, что она вела себя с ними как стерва, никого не ценила.... Но тут явно причина была в другом! Она их не подпускала... Но почему? Это усложняло мне задачу, если она не любит телесный контакт, мне придется обхаживать ее как сопливый пацан, разводя на первый поцелуй.

– Как тебя занесло на Роза-Хутор? – я решил заговорить, поняв, что меня унесло в мыслях куда-то далеко.

– Это все девочки, им показалось, что меня нужно растрясти.

– А что с тобой случилось?

– Потеряла вдохновение, – она так искренне это сказала, с выдохом, что я нахмурился.

– К чему?

– Ко всему, – Стеша на меня посмотрела, ждала реакции на свое откровение. – Мы с тобой разные, ты такой веселый, разносторонний, а я другая.

– Какая? – я взглянул на девушку и увидел тревожный блеск в ее глазах, а еще то, что она мне не врала. Стеша говорила открыто.

– Не могу подобрать слов, может грустная? Унылая? Недовольная? Не знаю! – это звучало как крик души, она совсем сбила меня с толку. Что с ней случилось? Может я обознался, и это не та самая яркая девочка школы, которая просто плевала на всех парней вокруг?

– Тогда ты точно приехала в правильное место, – я не очень любил грусть, и когда я с ней сталкивался, не погружался, а старался ее развеять. Так и поступил сейчас.

– Почему? – она округлила глаза, на ней не было ни грамма макияжа, но она была такая яркая.

– Здесь работает главное агентство по борьбе с унынием, – я растянулся в своей фирменной широкой улыбке, но понял, что безумно хочу увидеть как она улыбается. – Что тебя радует?

– Я люблю рисовать, путешествовать, красивые места и виды, люблю природу, голубой цвет, люблю гулять, люблю свою студию, люблю свою собаку.

– У тебя есть собака? – не знаю почему, спросил именно о собаке, так как на словах о ней, она мимолетно улыбнулась.

– Ага, болонка по имени Гертруда, – улыбка снова тронула ее губы, я попал в цель.

– Ты рисуешь для себя? – прощупывал ее дальше, а она даже не заметила, что говорим мы только о ней. Это я умел, вытаскивать из людей информацию, ничего не давая в замен.

– Нет, это моя работа. У меня есть маленькая студия. И вот скоро моя выставка, а я потеряла вдохновение.

– Ты художница значит, – мне было стыдно признать, я даже не знал в школе, что она рисует и что она мечтает быть художником.

– Ага. Расскажи о себе немного, почему Кэш? Откуда это прозвище? – вот и настал момент, когда она решила вытащить из меня информацию. Я прищурился, пытаясь сообразить, не пудрит ли она мне тут мозги, чтобы узнать обо мне, а я как глупец расчувствовался.

– А это мы узнаем в следующий раз, еще не время, – я остановился и посмотрел на Стешу, которая так жадно изучала мое лицо. Она искала, она не могла перестать думать, так как в подсознании она понимала, что мы встречались, и не раз...

– Почему? – в ее голосе сквозило разочарование.

– Потому что мы подошли к отелю, пора расходиться.

Она не хотела уходить. Я наблюдал за ней, изучал, хотелось ее поцеловать, хотелось почувствовать, что именно мои поцелуи ей понравятся, но нельзя. Я видел, что она бы не отказала, я нравился Стеше. Она уже взрослая девочка и понимала, что ее ко мне тянет. И я был взрослый мальчик, чтобы чувствовать волнение девушки.

Я стоял, давая ей время сориентироваться и понять, что пора уходить. Я наслаждался этим моментом, так как она не могла оставить меня. И я был уверен, что пришла Стеша из-за ревности, зная нрав своей шальной подруги. Именно поэтому я позволил Еве тусить с нами и касаться меня. Когда мы фотографировались, Марк специально поставил Стешу рядом со мной. Я видел, как она вздохнула, когда я положил руку на ее плечи, а потом решил, что будет забавно приобнять и Еву, словно для меня это ничего не значит и я никого не выделяю.

Было приятно коснуться ее в тот момент, но сейчас, я держал руки в карманах, подавляя желание схватить ее охапку, прижать к себе... Я улыбался, уверенный, что тоже чертовски привлекателен в этой предновогодней атмосфере. На курортах, особенно на кануне праздников, все кажется в пять раз романтичнее, накаляется в раз десять больше, чем в обычной жизни. Романы развиваются быстро, стремительно, боясь упустить хоть малейшее мгновение. Ты словно оказываешь в кино, и это все происходит не с тобой.

Пока я думал о курортных романах, девушка сделала шаг на встречу и крепко, даже немного нервозно, схватила меня за куртку. Стеша потянулась, встав на носочки и приникла своими теплыми губами к моим. Я абсолютно растерялся, не сразу осознал, что она сделала. Я боялся пошевелиться, что спугну ее, но во время осознал, что Стеша ждет от меня следующего шага. Я осторожно ответил на поцелуй, почувствовав вкус ее нижней губы. Девушка задрожала и прижалась крепче. Я сжал кулаки в карманах, сдерживая порыв наброситься на нее как зверь. Она явно не понимала с каким огнем играется. Я помнил ее слова о том, что она не любила приставания парней, а значит, она сама должна на это решиться.

Она резко прервала поцелуй и отступила назад. Я видел, как покраснели ее щеки, как безумно блестели голубые глаза, и как припухла нижняя губа. Шапка девушки чуть съехала на бок, что делало ее еще более привлекательной. Она попятилась назад, я не останавливал и не вынимал руки из куртки. Я смотрел Стеше вслед, пока она не скрылась в стеклянных дверях отеля.

– Вот же... Черт! – выдохнул эти слова вместе с напряжением во всем теле, достав руки из карманов.

Я был растерян, взбудоражен и возбужден. На самом деле, я видел, что если бы ее догнал, то мог бы рассчитывать на что-то большее, чем поцелуй. Но я так не хотел, так было просто. Секс не был моей основной целью, иначе было бы очень просто! Я хотел, чтобы она влюбилась в меня, по уши, без памяти. Чтобы она мечтала обо мне! Чтобы чувствовала напряжение до ломки в теле! Чтобы ревновала и страдала от того, как хочет мной обладать.

Я пошел ее провожать, чтобы подогреть к себе интерес, пустить пыль в глаза. Я знал, что в таком случае, она весь оставшийся вечер, пока не уснет, будет думать только обо мне. Но специально или нет, Стеша провернула это и со мной.

Я пнул еще такой белый и нетронутый снег и побрел в сторону бара. Впервые за начало сезона на работу совсем не хотелось, но нужно было проверить как там дела и по необходимости дать указания, когда сворачивать вечеринку. Я беспокоился, что парни потащат кого-то к нам в дом. На общение с девушками я точно не настроен, мне нужно было время уединиться.

Я не мог понять, почему на меня так действует Стеша? Я привык к вниманию красивых женщин, разных. И скромных, и дерзких, и молодых, и опытных. Они все приезжают на отдых в ожидании приключений, и желательно романтических, не зависимо от характера и статуса.

Она сама меня поцеловала! Да, этим она сбила все карты, обозначив свой интерес. Но! Теперь я точно знаю, что я ей нравлюсь и она готова к продолжению. И мне не придется как сопливый парень провожать ее до дома, чтобы добиться поцелуя, эта стадия пройдена. Но что делать дальше?

Я не мог понять Стешу и осознал, что не знал ее и ранее. Она вела себя так неопытно, как школьница, при такой внешности и популярности это странно!? Она думает, что она холодная, но я видел в ней безумный огонь, который сидит внутри. Я видел этот огонь каждый раз, когда она смотрела на меня со встречи в лобби! Если бы она видела себя со стороны, когда ворвалась к нам на веранду! Она метала молнии из глаз! Стеша была дико недовольна, что все развлекались без нее и не названивали с мольбой придти. Для подруг это конечно косяк.

– Кэш, ты быстро, – ко мне на встречу вышел Антон и закурил. – Честно, думал, ты не вернешься.

– Почему?

– Ну, ты ушел со школьной любовью. Отшила?

– Поцеловала, сама, – я почесал затылок сквозь шапку. – Пока шли, вся такая недотрога была, а потом поцеловала.

– Понравилось? – Антон затянулся и посмеялся. – Ну так значит зеленый свет, переспи с ней, да брось.

– Так скучно, хочу чтобы она побегала за мной.

– Согласен, так месть будет слаще. Как думаешь, если бы ты ей сказал кто ты, что-нибудь изменилось?

– Она бы снова видела во мне просто Макса из параллели, а не загадочного классного парня. Я бы получил свое, но добиваться пришлось бы мне ее расположения. Она была бы на позиции выше, что когда-то отшила меня. Так что пусть будет так как есть.

– Кэш! – с веранды крикнула Ева и помахала рукой. – Ты вернулся!

– Она от нас не отстанет, – я натянуто улыбнулся и махнул в ответ.

– Но она горячая, – Антон смотрел на танцующую девушку с явно сделанной грудью, которая была обтянута водолазкой. – А ты используй это в своих интересах.

– В смысле?

– Поиграйся на ревности и наслаждайся, как ругаются две лучшие подруги. Это не честно, что расплачивается только Стеша, она лишь отказала, а эта блонда сделала ее отказ достоянием всей школы.

– Она не отказала, она рассмеялась на мое приглашение. Это хуже.

Я от злости стиснул зубы, когда услышал слова друга. Но он был прав! Я не привык злиться, и это чувство было настолько сильным, что в груди что-то сжалось до боли. Мне это не понравилось. Я повернулся к Антону и сердито на него посмотрел.

– Что? – тот вскинул брови, смотря на меня снизу вверх.

– Все, хватит этой ерундой заниматься, мы отвлеклись от работы.

– Ой, да ладно, мы всегда любили развлекаться. Ведь у нас лучшая работа в мире?

– Да, лучшая работа в мире, – я растянулся в улыбке. Мы произносили эту фразу как девиз. Мы все были фанатами своего дела. Мысли о работе и мире вокруг меня развеяли злость. На душе стало легче. Стало тепло и легко. – Антох?

– Чего?

– И сегодня без тусовок в берлоге, хочу выспаться.

– Это ты Марку скажу, он не отходит от близняшек.

– Я скажу, не переживай.

«Сегодня, никаких вечеринок в доме. Ясно?» – написал я другу, поднимаясь в бар.

«Так нечестно! – тут же пришло сообщение. – Я с близняшками контакт наладил!»

«Не будь таким доступным, ты не какая-то шлюшка!»

«))) ладно!»

Мы пробыли в баре до двух часов ночи, все шло отлично. Я больше не общался с подружками Стеши, на сегодня мне хватило, больше не интересно, да и другие гости желали моего внимания. Я хотел сильно устать, чтобы придя домой, завалиться на кровать и спать! Сегодня я не смогу трезво думать, лучше принять какие-то решения с утра.

– Кэш, – из нашей комнаты вышел Гринч, потирая сонные глаза, – ты куда так рано?

– Мне не спится, – я заварил себе кофе. – Хочу покатать на рассвете, там нетронутый снег.

– У тебя все нормально? – Гриша сел за наш большой деревянный стол. – Вчера без приключений?

– Да, – я улыбнулся, но видел, что друг был насторожен.

– Макс, моя помощь нужна?

– Да, не зови меня по имени. И если что, ты не знаешь где я, хорошо? Я не буду сегодня сильно светиться.

– Почему?

– Стеша меня поцеловала вчера, я не знаю, как на это реагировать, надо подумать.

– Брось ты все это, а? – Гринч фирменно поправил очки. – Она появилась и ты сразу не свой.

– Я не смогу, Гриш, – впервые я честно признался в этом, но только лучшему другу. – Она здесь и я не смогу делать вид, что мне все равно. Я не смогу не провоцировать ее.

– Главное сам не провоцируйся. Послезавтра прилетает Кристина, ты помнишь?

– Твою ж мать, – я глубоко вдохнул.

– Ты сам позвал ее работать с нами. И я думаю, она уверена, что у вас какие никакие отношения.

– Я вообще забыл! – я сел за стол к Гинчу. – Ну, придется нам с ней поговорить о том, что мы только работаем.

– Я бы на твоем месте сделал это неделю назад.

– Я же не знал, что все так выйдет...

– Не знал, что приедет Стеша?

– Не умничай, а! – я почесал бороду. – Крис круто катается, а нам нужны инструкторы. Будет жить с девчонками в комнате. Она адекватная, уверен, все будет ок. И у нас не отношения, просто нам весело вместе.

– Все девушки адекватные, пока это не касается парней, ревности и конкуренции. Весело вместе – это отношения.

– Гриш, короче, я хочу не пересекаться с Белоснежкой сегодня, – я встал из-за стола, утро мне не помогло, я запутался еще больше. – После склона буду работать в прокате. У нас там все только для сноубордистов, она со своими подружками туда не пойдет.

– У нас сувенирка продается, может захотят зимний шар или магнитик?

– Буду в кабинете Антохи.

– Ты думаешь, она будет тебя искать? Может тоже постарается избегать.

– Наша недотрога меня поцеловала! Сама! Я даже повода не давал. Я не знаю, чего от нее ожидать?

– Вот-вот, об этом я и говорю, девушки все адекватные, пока это не касается мужчин.

Я покинул дом и отправился в прокат, все снаряжение мы держали там. На улице было еще темно, лишь тонкая полоса рассвета тронула горизонт. Ночью шел снег, и сейчас склоны были идеальны для катания. Я чувствовал себя хозяином гор, когда скатывался по нетронутому снегу, оставляя на нем следы первым. Да, я любил быть во всем первым! Я любил соревноваться.

Я застегнул ярко-желтую куртку, красные широкие штаны приятно шуршали, пока я шел под подъемника. Подмышкой доска «Burton», привезенная из Штатов, где мы работали в прошлом году.

Подъемники еще не были открыты, но техники каждое утро делали первую прокатку, чтобы убедиться в исправности механизмов. Парни знали мою любовь к утренним катаниям и пускали в кабину. Так я ездил один на самый высокий склон, любуясь просторами гор.

Я часто путешествую, бывал на разных материках и побережьях, но горы моя особая любовь. Я любил Сочи, мне нравилось оставаться на новогодние праздники в России. Здесь я был как дома... Но задумавшись, я понял, что уже давно не понимал где мой дом. Всегда в разъездах, в путешествиях, среди толпы новых людей. Мои ребята и были моим домом. Планета Земля была моим домом.

Я улыбнулся. В груди не было тоски, я по-настоящему счастливый человек. Подъемник вез меня все выше и выше, туда, где казалось можно было прикоснуться к облакам.

Я вышел. На вершине было еще холодно, ветрено, солнце не успело пригреть своими лучами. Голубое утреннее небо практически сливалось с вершинами заснеженных гор, и лишь оранжевая полоса рассвета разрезала их пополам. Я вдохнул полными легкими и наклонившись, щелкнул креплениями ботинок. Теперь я и доска одно целое.

«...красивые места и виды, люблю природу, голубой цвет...» – пронеслось в моей голове, а перед глазами встал образ Стеши и ее алые губы, которые тронула легкая улыбка.

– Тебе бы здесь понравилось, – прошептал я и зажмурился, зато мне не нравилось то, какие чувства она во мне будила. Я не был противником любви, нет... Я был готов влюбиться, вместе путешествовать, узнавать новое, расширять границы, делиться, обниматься... Я не мог быть один, я видел счастье среди людей. Но почему она? Почему она будила во мне чувства? Где понять, что это не желание получить то, что было нужно каких-то пять лет назад!? И да! Меня злило, что она меня не узнавала... Разве такое возможно? Значит, она в принципе не обращала на меня внимание и не старалась запомнить.

Я ехал по склону, без наушников, я любил слышать звук доски и снега. Казалось, я лечу к самому горизонту. Я ощущал себя не просто человеком, а супер-героем, набирая скорость, чувствуя, как забиваются ноги.

«Потеряла вдохновение. Ко всему», – эти слова засели в моей голове и даже утренняя прокатка не могла выместить их из головы. Я сделал слишком резкий поворот и чуть не упал. Остановился. Оглянулся назад, видя свой длинный след уходящий вверх. Становилось совсем светло, скоро склон наполнится людьми.

Она нарисовала мой портрет. Сильно захотелось его увидеть. Я ее вдохновение?

«...просто так вышло, что ты оказался похож на парня с портрета... Вспомнила одного знакомого. У вас очень похожи глаза», – снова ее слова в голове.

Нет! Значит, она помнила меня, а точнее мои глаза, просто не могла поверить, что это я. Но она точно вспомнит, я понимал, что это дело времени. Она так вглядывалась в мои глаза, прям впивалась взглядом!

Вспомнил ее поцелуй и понял, как сильно хочу еще раз почувствовать тепло губ Белоснежки. Только в следующий раз я не буду себя сдерживать! Безумно хотелось с ней встретиться... План спрятаться уже не казался таким классным.

Я подъехал к ресторану, куда все стекались на завтрак. Поставил доску на специальную стойку и стянув шлем, зашел внутрь. Все наши уже сидели за столом, и увидев меня, помахали рукой.

– Голоден как волк, – я положил шлем, рукавицы и шапку, убрал влажные волосы за уши.

– Как покатал? – спросил Марк и сфоткал меня.

– Сегодня крутая погода для каталки.

– Тебя начальник спрашивал, – Диана откусила хрустящий багет. – Просил, чтобы ты зашел к нему после завтрака.

– Что случилось?

– Я не знаю, но он был в хорошем настроении, сомневаюсь, что что-то плохое. Да и вчера все прошло отлично.

– Пойду, возьму поесть.

Я подошел к шведскому столу, набирая привычный набор. Я умел рассчитать соотношение белков/жиров/углеводов закрытыми глазами. За эти пять лет я был на Ты со своим телом и с тем, что ему нравилось, чтобы оставаться сильным.

Я красиво выкладывал на тарелку стоящую на подносе завтрак: яйца, зелень, овощи, цельнозерновой хлеб, сыр, филе мяса курицы. Фрукты на десерт. Горячий чай с чабрецом.

– В здоровом теле здоровый дух? – раздался ее голос совсем рядом. План оставаться незамеченным провалился с крахом.

– Да, – ответил я и поджал губы, не смотря на девушку.

– Доброе утро, – произнесла она, наклонив голову и пытаясь заглянуть мне в глаза. Но я боялся, что она узнает меня быстрее, если часто буду на нее смотреть.

– И тебе, – я делал вид, что выбираю банан пожелтее.

Она подошла? Серьезно? Даже не постеснялась! Я был уверен, что она не заговорит первой... Я понял, что совсем ее не знаю...

– Кэш? – позвала она.

– М?

– Ты на меня не смотришь? Почему? – Стеша коснулась моей руки, отодвинув от бананов, от ее прикосновения снова стало не по себе. – Я вчера была не права, да? Извини. Понимаю, это было неожиданно. Я ничего от тебя не жду, правда. Не хочу, чтобы между нами повисла неловкость. Это было секундное помешательство. Вся эта новогодняя атмосфера, свежий воздух, так на меня повлияли.

Минута молчания. Она не переставала меня удивлять. Я ожидал чего угодно, но никак не вот этой вот бравады. Я думал, что теперь она возомнит, что между нами какие-то отношения. Что будет требовать внимания или наоборот строить из себя надменную стерву. Будет избегать или преследовать! Но она снова так прямолинейна.

– Все нормально, Белоснежка, – я повернулся к ней и столкнулся с синими глазами, такими глубокими и блестящими, на ней был свитер цвета вишни, который так красиво сочетался с ее яркими губами и черными волосами. – Я только со склона и очень голоден, а когда я голоден...

– Можешь не продолжать, – она улыбнулась, так красиво моргнув, словно в замедленной съемке, ее черные ресницы были как крылышки бабочек. – Больше не отвлекаю! Приятного аппетита...

– Кэш! – раздался крик сзади, и я не успел развернуться, когда девушка запрыгнула мне на спину. – Сюрприз! Прокатишь меня на самолете?

– Крис? – я удивленно вскинул брови, повернувшись к плечу, на котором уже лежало ее острое личико, а ноги обхватили меня за талию.

– Кэш, расправь крылья и прокати меня на самолете! Ты чего? – она поерзала, сидя на моей спине. Крис всегда была немного сумасшедшей, это мне в ней и нравилось. Сорви голова в юбке!

– Крис!

– Крис, Крис! Что заладил? Соскучился? – она широко улыбнулась.

– Ты что здесь делаешь? Ты должна завтра приехать.

– А я хотела порадовать тебя, м? Или ты не рад? – она спрыгнула, и игнорируя Стешу, которая внимательно наблюдала за происходящим, обняла меня.

– Стоило предупредить, – я ворчал, я был растерян, я смотрел на Крис и не видел ее. Она стояла так близко, совсем не по-дружески, томно смотрела снизу вверх, а затем, протянула руку к щеке. Я резко отдернулся, словно боялся обжечься.

– Кэш, да что происходит!? – Крис растерялась. – Ты с каких пор стал таким букой?

– Я вас оставлю, – Стеша словно очнулась, и облизав губы, похлопала себя по бедрам. – Хорошего дня. Еще раз извини.

Девушка развернулась и быстрым шагом направилась к столу, где ожидали ее подруги.