Закат эпохи

– А вдруг он станет величайшим злом и уничтожит наш мир? – высказал своё мнение Антион, сложив перед собой руки. – Не стоит ли ему действительно прекратить обучение?

– Мы не умеем смотреть в будущее, мой бывший ученик. Приходится идти на риск в надежде, что он оправдается, – с грустью произнесла Мирейза, но всё же не отказалась от желания подбодрить сомневающегося юнца: – Но я верю в каждого из вас. Придёт время, и вы покажете миру, что ваши усилия оказались не напрасными.

«Она всё ещё не оправилась после того, как Кассиан примкнул к фанатикам Новых Богов», – подумал про себя Антион.

– В любом случае, – чуть повысил голос Авалор, привлекая внимание детей, – основная проблема неспособности обрести должный контроль над магией заключается в нас самих. Но кто мне расскажет, в чём отличие между использованием магии и зачарованного предмета?

– Зачарованный предмет, – подняв руку, ответил один из учеников, – может делать только то, для чего он создан. А магия живого существа ограничена лишь его фантазией.

– Верно. Руку поднимать не обязательно.

– Мастер Авалор! – воскликнул другой. – Но если маг может всё, зачем нужны зачарованные предметы? Просто продавать их тем, кто не владеет магией, чтобы они сравнялись с нами?

Дети загудели, перешёптываясь.

– Сразу понятно, кто может вырасти будущим тираном, – иронично проронил чародей и попросил Мирейзу помочь с показательной демонстрацией.

Тёмная эльфийка отошла на несколько метров, создала несколько стихийных и энергетических снарядов и поочерёдно запускала их в Авалора, но перчатка с новыми защитными чарами выдержала всё.

– Когда разумное существо использует магию, – пояснял чародей, – оно должно представить желаемое и удержать образ благодаря концентрации. Новичку такое даётся с трудом, а для мастера это всего лишь пара пустяков. Казалось бы, ничего сложного, но любая магия истощает внутренние силы. В затяжном бою вы, рано или поздно, устанете. Так в чём же плюс зачарования?

– Использование зачарованных предметов не утомляет пользователя, – озвучила предположение юная светлая эльфийка, пока остальные ученики ломали голову над ответом.

– Умница, – похвалил девочку Авалор. – Зачарованный предмет достаточно просто активировать в нужный момент. Концентрация для поддержания эффекта не требуется. Это снимает нагрузку и позволяет экономить силы, но добиваться нужного результата.

– Значит, зачарование имеет больше плюсов? – прозвучал грубый голос орка-ученика. – Какой тогда смысл нашего обучения прочей магии?

– У всего есть преимущества, как и недостатки. Невозможно уместить все возможности в одном предмете. Более того, каждый предмет способен вмещать определённое количество заряда, а использование чар пожирает какую-то её часть. Рано или поздно энергия иссякнет, и вы останетесь безоружны.

– А ещё на этом можно неплохо заработать, – шутливо отметил Антион.

Глаза детей широко раскрылись от удивления. Казалось, они уже знали, чему хотят обучаться.

– Мёртвые боги… – прошептал Авалор и предупредил учеников: – Но для начала необходимо хорошо освоить науку зачарования.

– А вы можете показать, как зачаровывается предмет? – попросил один из учеников.

– Конечно.

Этнис притянул к себе лежащую рядом гальку, представил нужный эффект и способ активации, а затем начал наполнять её энергией. Дети с любопытством следили за каждым его движением. Когда процесс завершился, чародей задействовал результат работы, и камушек загорелся чудесным пламенем, переливавшимся всеми цветами радуги.

– Теперь он может гореть, но не обжигать использующего его. Возможности применения этих чар ограничены только вашей фантазией. Но, если быть точнее, то именно твоей, – Авалор вручил минерал девочке, ответившей на его вопрос. – Продолжай учиться, и ты сможешь превзойти всех.

– А что произойдёт, если не получится зачаровать предмет? – поинтересовался один из малышей.

Мастер притянул к себе ещё один камень и начал вливать в него энергию. Неожиданно минерал сильно треснул, и из образовавшихся щелей хлынул оранжевый свет, всё ярче и ярче, словно внутри камня зажглось маленькое солнце. Чародей подкинул неудачное творение в воздух, где оно с громким взрывом разлетелось на сотни осколков.

– Ещё вопросы? – спросил Авалор, глядя на ошарашенных учеников.

Некоторое время спустя урок закончился. Ученики остались довольны проведённым временем. Они распрощались с наставниками и ушли отдыхать. Мирейза сияла: результат превзошёл ожидания. Она попросила Авалора заходить почаще, если позволит время. Чародей пообещал ей иногда заглядывать в академию.

– И ещё кое-что... Тебя король сегодня ожидает, – предупредил своего друга Антион. – Это по поводу той убийцы, что пыталась порешить тебя.

Авалор поморщился, бросив на приятеля осуждающий взгляд: не к месту тот заговорил об этом.

– Тебя пытались убить? – забеспокоилась Мирейза. – И когда ты собирался мне рассказать?

– Эээ… – чародей застыл, как истукан, думая над ответом. – Вообще-то я надеялся, что никогда. Но у неё же ничего не вышло, да? Однако, если на то пошло… Антион! Уходим.

– Ты ничуть не изменился. Всё такой же самоуверенный «великий зачарователь».

– Я тоже был рад тебя видеть. До встречи!

– Увидимся завтра, – распрощался Антион с Мирейзой.

Не прошло и получаса, как Авалор и Антион прибыли в городской замок. У самых ворот они увидели Амдера в компании с неизвестным человеком в плаще, на котором без труда разглядывался вышитый золотом герб Атаристама – феникс, сидящий на полумесяце. Не горя желанием вмешиваться, друзья сделали вид, что не заметили его, но генерал подал знак страже, и те преградили им путь.

– Не очень-то вежливо с вашей стороны, – упрекнул их Амдер.

– Ну, тут как посмотреть, – парировал Антион. – Мы не хотели вам докучать. Мало ли какие у вас государственные дела решаются.

– Будь это так, мы бы находились у короля, а не за пределами замка.

Только Антион хотел разразиться сарказмом, как иностранный гость опередил его, обращаясь к этнису с поклоном:

– Для меня честь встретиться с величайшим чародеем нашего времени. Фэйжан очень высокого мнения о вас. Как жаль, что вы не приняли предложение моего повелителя поступить на службу Атаристаму. Но, быть может, мы дождёмся от вас положительного ответа.

Статный блондин с идеальными чертами лица и яркими карими глазами, одетый в превосходную облегчённую кожаную броню – внешний вид атаристамца говорил о том, что данная личность не так проста, как кажется.

От этих слов у Амдера дёрнулась скула; ему и без того известно, что Авалора ждали с распростёртыми объятиями все влиятельные личности континента, но подобные заявления могли навлечь беду, учитывая подозрительность короля Эларии в данном вопросе. Это заметил Антион, но не успел он и слова произнести, как его друг ответил незнакомцу:

– Всё возможно. Однако пока моё решение остаётся неизменным. Не сочтите за грубость, но кто вы?

– Моё имя Веламин. Я тот, кого мой господин отправляет по особым поручениям. Остальное я не вправе вам говорить.

– По особым поручениям? – вклинился Антион, указывая пальцем на друга. – У нас тут одна прибыла с «особым поручением» от Финария; сейчас безвылазно коротает время в казематах за попытку убийства этого знаменитого идиота. Вы тоже за его головой пришли?

Веламин лишь рассмеялся.

– Могу вас заверить, – пояснял он, – мой король не настолько глуп, как Финарий. Да и если бы он действительно желал убить Авалора, то отправил бы не меня, а Фэйжана. Насколько я знаю, в ваших землях ещё не появился тот, кто способен его одолеть.

– Я слышал истории о нём, но мне не довелось лицезреть его боевые навыки, – сказал Антион. – Неужели он настолько великий воин?

– Спросите у своего генерала. Ему довелось сразиться с Фэйжаном.

Светлый эльф посмотрел на Амдера. Тот молча опустил голову, потирая сломанный нос: восемь лет назад схватка с Фэйжаном едва не стоила ему жизни.

– Серьёзный, должно быть, вояка... А есть кто-нибудь, кто равен ему по силам?

– Ещё немного, и я смогу одолеть его без усилий! – браво заявил Амдер и многозначительно посмотрел на Авалора.

Одного его взгляда оказалось достаточно, чтобы чародей понял, каких чар ожидал генерал от новенького доспеха. Этнис молча кивнул в знак понимания.

– Славно, славно! – возбуждённо воскликнул Веламин, потирая руки. – Предупрежу нашего доблестного воина, что его ожидает достойная битва. Уже предвкушаю это зрелище!

Разговор мог бы затянуться до вечера, но Антион напомнил о необходимости увидеться с Дагонелем. Друзья распрощались с Амдером и Веламином и направились в замок. Стражник проводил их в сад, что раскинулся во внутреннем дворе – там король коротал время вдали от государственных забот. Светлый эльф, ступив под сень высоких стен, невольно залюбовался открывшимся видом. Для него, привыкшего к строгим интерьерам академии, замковый сад казался настоящим чудом: в центре журчал фонтан, чьи струи искрились на солнце, словно живое серебро; вокруг, радуя глаз, пестрели аккуратные клумбы и ровные ряды кустарника; по обеим сторонам мощёных дорожек тянулись маленькие цветущие деревья, а между ними, подобно стражам этого покоя, застыли каменные изваяния – крылатые существа и диковинные звери, каких ныне не сыщешь в мире; расставленные тут и там скамьи из тёмного дерева и мрамора манили присесть и забыть о времени.

Возле фонтана на скамье восседал сам лидер Эларии Дагонель: человек среднего роста, с тёмными волосами, козьей бородкой и отвисшими ушами. До пятидесяти ему не хватало всего трёх лет, а в его взгляде чувствовалась тяжёлая усталость правителя. Он не пользовался популярностью у простого народа из-за особого отношения к магам и любви к роскошным праздникам, на которые выделялись немалые средства из казны. Однако многие признавали, что король достойно выполнял свою роль в защите государства, и это, наверное, немаловажная причина, почему народ не взбунтовался.

– Я с пониманием отнёсся к твоему отказу работать на меня, – заговорил Дагонель, не вставая с места, едва Авалор приблизился. – Я даже не заставлял тебя передумать, хотя прекрасно осознаю, на что ты способен. Так назови мне хоть одну причину не приказать им довершить то, что не удалось той остроухой?

Антион оглянулся по сторонам и заметил не меньше двенадцати элитных гвардейцев, подготовивших магию и оружие и ожидающих распоряжения своего повелителя. Он не на шутку испугался.

– Если бы я хотел, – бесстрастно отвечал чародей, – то давно бы ушёл в услужение к любому из ваших потенциальных врагов. Но не это вас сейчас беспокоит, не так ли?

– Вот как раз это меня сейчас и беспокоит, – удручённо промолвил Дагонель, поднимаясь со скамьи. – Раньше никто не пытался тебя убить. Вчера была тихая потасовка на улице, а завтра может явиться хорошо подготовленный отряд, и он сравняет с землёй половину города, лишь бы добраться до твоей головы. Разве это не повод для беспокойства, Авалор?

– А в его словах есть логика, – прошептал Антион, но чародей сделал вид, словно ничего не слышал.

– Вы хотите использовать вчерашнее происшествие, чтобы уговорить меня поступить на службу? – в лоб спросил Авалор.

– Если все властители узнают, что ты под моим крылом, – продолжил Дагонель, – то не рискнут развязывать войну с нами. Мы сможем на время обезопасить границы, пока соседи будут воевать между собой, постепенно истощая силы.

– После чего вы пойдёте на них войной?

– Мир медленно погружается в пучину хаоса, мой друг. До военных действий остались считанные недели, и это при условии, что кто-то вроде Харадона не сорвётся с цепи. Если я ничего не буду предпринимать, то враг наберёт силы и непременно нападёт на нас, с нами ты или нет, – объяснял король, направившись к статуе с изображением одного из божеств. – Я не могу надеяться на то, что к нам явится спаситель или что боги вернутся к жизни и решат наши проблемы. Но с тобой потерь будет намного меньше. Сделай это не ради меня, но ради наших жителей. Твои умения помогут сохранить больше жизней.

– А что будет, если я вам откажу?

Только чародей закончил свою фразу, как гвардейцы подошли на несколько шагов вперёд и направили на него оружие. Антион в панике попытался окружить себя и Авалора барьером, но не смог его сформировать, впустую гоняя магическую энергию по кругу. Король расхохотался и поднял руку, тем самым заставив бойцов утихомириться.

– Ради безопасности Эларии я избавлюсь от любой угрозы, если на то позволит ситуация. Надеюсь, больше ты не дашь мне повода задуматься об этом. Но помни: мне известно, о чём ты говорил с Веламином.

Дагонель кивнул гвардейцам, и все, кроме одного, покинули внутренний двор. Антион ничуть не удивился тому, что король знал о недавнем разговоре с атаристамцем.

– Я поразмыслю над вашими словами. А теперь прошу меня простить. Надо проведать бедняжку в темнице, – Авалор слегка поклонился. – Ваше величество!

Друзья направились к выходу, и как только они скрылись за поворотом, единственный оставшийся воин шагнул вперёд. Лезвие его меча полыхнуло холодным зелёным пламенем, бросая зловещие отблески на каменные плиты.

– Почему вы его пощадили? – возмутился он. – Только отдайте приказ, и я его исполню!

– Сейчас он не хочет подчиниться мне, но всё может измениться, – ответил король, медленно шагая в сторону тронного зала. – Да и твоих сил недостаточно, чтобы одолеть его один на один.

Друзья направились в сторону казематов. Антион до сих пор не мог прийти в себя после разговора с королём; его била мелкая дрожь при мысли о том, что ещё минуту назад их могли запросто убить. Авалор покосился на приятеля и, видя его состояние, решил отвлечь:

– Мы можем зайти выпить. Возможно, это немного успокоит тебя.

– Король говорил весьма убедительно. Почему ты не согласился?

– Он на троне уже шесть лет, но за это время не сделал ничего выдающегося. Дагонель просто хочет прославиться и считает, что со мной это будет проще.

– Я понимаю твою точку зрения. Ты не желаешь, чтобы твои лучшие труды оказались в руках всякого отребья.

– Верно. В руках идиота мои шедевры не будут использоваться и на десятую часть потенциала. Однако даже так они способны причинить много вреда окружающим. Но идиота кто-то да убьёт, но кто? Алчный ублюдок с серьёзной боевой подготовкой? Такой, что устроит хаос в любом поселении?

– Так вот почему ты больше не создаёшь шедевры. Боишься крови на своих руках?

– Я создаю оружие с атакующими чарами, но такие делают или способны сделать любые чародеи. У солдат и авантюристов должен быть шанс выжить в бою. А с одним волшебным щитом на победу рассчитывать трудно.

– Но для Амдера ты согласился зачаровать не просто побрякушку, а демонический доспех. И тем более на эффект по его усмотрению. Думаешь, он у тебя попросит защитные чары?

– Если бы я ему отказал, то через пятнадцать минут у моего магазина собралась бы вся королевская рать. Думаешь, они бы склонились передо мной, уговаривая зачаровать какой-то доспех?

– Понимаю. Жить в клетке или в бегах мне бы тоже не понравилось.

– Или без головы. Тоже паршиво.

– Значит, ты создашь для Амдера один из своих шедевров?

– Придётся. Остаётся надеяться, что через какое-то время эти доспехи не окажутся на каком-нибудь ублюдке.

Пока они увлечённо беседовали, дорогу им преградил человек среднего роста с тёмно-голубыми глазами и короткой острой бородкой. Друзья сразу узнали в нём того, с кем когда-то учились в академии. Он всего на пару лет старше Авалора и тоже являлся чародеем, хоть и не таким первоклассным. От его взгляда веяло самоуверенностью, какая бывает у тех, кто отчаянно желает доказать своё превосходство. Мужчина не состоял на службе у короля, предпочитая жить авантюристом, мечтающим завоевать себе имя в этом мире.

– И кого же мы встретили? – почти насмехаясь, язвил Антион. – Да это же сам Кристиан.

– А ты сможешь говорить со мной в таком тоне, когда останешься со мной один на один? – выдал Кристиан.

– В любое время, горе-чародей!

Они только собрались устроить магическую дуэль, как Авалор встал между ними. Он окинул взглядом коллегу-зачарователя и поинтересовался:

– И с какой целью ты решил завести с нами разговор?

– Решил посмотреть и поговорить с вами в последний раз. Сомневаюсь, что у меня получится сделать это снова…

– Ты уже в могилу собрался? – дерзил Антион. – Я с радостью возложу туда несколько красивых цветочков.

– Куда бы ты там ни собрался, – продолжал Авалор, – нас это не интересует. Если только ты не хочешь устроить напоследок поединок со мной. Может, придумал какие-нибудь достойные чары, чтобы мне было не так стыдно тратить на тебя время?

Кристиана слегка задели эти слова, ведь сколько бы он ни старался, до Авалора ему ещё далеко. Однако он стерпел, прошёл мимо, но на полшага остановился и бросил через плечо:

– Надеюсь, ты доживёшь до того дня, как я превзойду тебя. Будет очень обидно отбирать титул у покойника.

– И почему мне кажется, что он что-то знает? – спросил Антион, когда Кристиан скрылся за поворотом.

– Да кого это волнует? – отмахнулся Авалор. – Ты же знаешь, он только бахвалиться умеет. Идём.

И друзья продолжили путь.

Некогда, ещё в стенах Академии, Кристиан считался перспективным чародеем. Его уверенность и мастерство росли, а уровень владения магией превосходил успехи сверстников. Остальные ученики видели в нём образец для подражания и верили, что он непременно станет легендарным героем. Однако появление Авалора, чей талант к зачарованию превзошёл все ожидания, сломало представления Кристиана о собственном превосходстве. Мысль о том, что кто-то может быть лучше, казалась юноше невозможной. Каждая попытка вернуть утраченную славу заканчивалась неудачей, и это негативно сказалось на его личности.

Авалор и Антион добрались до места назначения. Как и любая другая тюрьма, это заведение не отличалось роскошным видом ни внутри, ни снаружи: обычное грязное каменное сооружение, на которое никто не хочет тратить деньги, чтобы содержать его в чистоте.

Внутри друзья встретили высокого, грузного орка с короткими, выбритыми по бокам чёрными волосами – местного начальника. Он всегда находился в приподнятом настроении и иногда, пусть и безобидно, но всё же издевался над заключёнными. Серокожий здоровяк в запылённой рубахе с закатанными рукавами и в чёрных простых штанах стоял в коридоре, точно ждал их прибытия.

– Я и забыл, каково это – принимать от тебя новых бедолаг, – заговорил начальник, завидев Авалора. – Но сегодня ты превзошёл самого себя. Настоящий изумруд нам подкинул.

– Она уже успела что-то натворить? – спросил Авалор, словно знал ответ.

– Хах… Дважды попыталась сбежать. Троих стражников отправила в лазарет. Бойкая девица! Пришлось канатами к клетке привязать. Теперь-то она не рыпнется.

– Добротой от вас так и веет, Хар-Варон, – усмехнулся Антион.

– Здесь работают только те, у кого хорошее чувство юмора, – рассмеялся орк. – За мной, господа! Хочу послушать её сладкие слова.

Бросив резкий взгляд в сторону подчинённого, спокойно читавшего книгу, он грубо прикрикнул:

– Идём со мной, бестолочь!

Стражник вздрогнул от резкого приказа начальника и последовал за ним.

– А ему нужно слышать то, о чём ты хочешь с ней поговорить? – прошептал Антион другу.

– Идём! – уверенно бросил Авалор.

«Такой спокойный… Как-будто это самый обычный день», – подумал эльф и двинулся вслед за остальными.

В воздухе стоял ощутимый запах пыли и сырости, к которому примешивались нотки плесени, мочи, кислой соломы и ещё чего-то, от чего у Антиона сводило скулы. Факелы горели редко и плохо: коптили больше, чем светили, и в их жёлтом, чадящем пламени тени плясали, как умалишённые. Но для тех, кто нёс здесь службу, такая обстановка давно стала привычной.

– Уж не знаю, чем ты её так расстроил, – громко произнёс Хар-Варон, – что она дважды попыталась тебя прикончить, но на твоём месте я бы отправил её на тот свет, а не ко мне. Хотя, конечно, жаль убивать такую красоту.

– Вы же ничего с ней не сделали? – уточнил Антион, зажимая нос.

– Были, конечно, грязные мыслишки. Не отрицаю. А так… Пару пощёчин, три броска о стену и по животу кулаком, чтобы не дёргалась. Дикая штучка! Такие особенно хороши в постели.

Добравшись до нужной камеры, друзья увидели заключённую, привязанную канатами к клетке от груди до ног. Лицо её испачкано грязью, но выражение оставалось безмятежным, а взгляд никак не изменился: всё такой же безжизненный.

– Готова принимать посетителей? – съязвил Хар-Варон.

Стражник открыл клетку, и Авалор шагнул внутрь.

– Две попытки побега... Целеустремлённая, ничего не скажешь, – с сарказмом произнёс чародей.

– Нашёл время делать комплименты убийце! – громко возмутился Антион.

– А что не так? Она очень соблазнительная особа, – высказался орк и подмигнул пленнице: – Может, я сегодня ночью наведаюсь к тебе?

– Рискни здоровьем, ничтожество! – злобно выдала эльфийка, изменившись в лице.

Начальник расхохотался с таким смаком, будто услышал лучшую шутку в своей жизни.

– Помнится, ты говорила, что тебе неведомы намерения твоего короля, – подметил Авалор. – Если это так, то кто же отдал тебе приказ убить меня?

Девушка ничего не ответила. Лицо её вновь стало безучастным, а веки закрылись.

– Своё задание ты провалила, – продолжил чародей. – Я уже отослал гонца к Финарию с сообщением о твоей неудаче. Зная его нрав, могу с уверенностью сказать, что твоё возвращение в Хализию закончится печально. Либо он накажет тебя в своей постели, либо на плахе. Даже не знаю, что хуже…

Эти слова пронзили эльфийку ужасом. Осознание безысходности накрыло с головой так, что она не слышала последующие слова Авалора. Антион думал, что друг весьма удачно подобрал слова, но на самом деле реакция пленницы вызвана не страхом смерти или возможных посягательств на честь со стороны Финария; его-то молодая дева мечтала покромсать на кусочки с самого детства.

– У тебя две судьбы, девочка, – тон начальника тюрьмы сменился на более грубый. – И обе паршивые. Так что начинай говорить.

– Мне её теперь жалко, – проникся эмпатией к заключённой Антион. – Может, мы отпустим её?

– И вот так, да? Немного грустной мордашки, и жалость проснулась?

Хар-Варон знал Антиона не первый день и никогда не упускал возможности напомнить о его надоедливых резких сменах настроения. Тот, в свою очередь, отвечал весьма нелестными замечаниями об излишнем весе орка; их грызня продолжалась довольно долго. Сопровождавший начальника стражник пытался подключиться, но на него вообще никто не обращал внимания.

Авалор не вмешивался в перепалку. Золотыми глазами он смотрел на пленницу – когда-то смелую воительницу, а теперь жалкую и беззащитную – и размышлял, как с ней поступить. Взвесив всё, он решился. И в тот миг, как смолкли все голоса, из пустоты родились лезвия, тускло мерцающие, словно лёд на рассвете, и беззвучно устремились к невольнице; присутствующие затаили дыхание, ожидая, чем всё кончится.

Глава 4. Начало новой жизни

Хар-Варон плотоядно ухмыльнулся, предвкушая зрелище; стражник и вовсе зажмурился на всякий случай, а Антион открыл рот, чтобы закричать. Но магия, сверкнув в полумраке, лишь разрезала канаты. Эльфийка, потеряв опору, начала заваливаться вперёд и непременно рухнула бы на каменный пол, если бы Авалор не шагнул вперёд и не подхватил её.

– Какого чёрта?! – запаниковал Хар-Варон.

Его возглас стал сигналом для стражи, по которому они рванули к Авалору, но чародей опередил их: взмах руки, и потоки осязаемого света подхватила воинов и Хар-Варона, вздёрнув их в воздух, как кукол на ниточках. Будь у них стрелковое оружие, они могли бы дать отпор, но сейчас оставалось лишь беспомощно болтаться под потолком.

– Какое прекрасное ощущение, – с неожиданной радостью произнёс начальник тюрьмы. – Я очень завидую полуангелам и магам.