Лес древних

Эсвер

Император Эсвер сложил на груди мощные мускулистые руки, он гордо смотрел перед собой. Всё поле до горизонта устилали трупы. В основном, это были ублюдки Элиаса, но то тут, то там были видны красные плащи его легионеров. Император обернулся на звук шагов, его золотой панцирь с изображением солнца на груди блеснул розовым в лучах заходящего солнца, султан на шлеме колыхнулся от резкого движения.

– Мой император, – приветствовал, склонив голову легат Сенеран, – Элиас опять ушел в горы. Просим милости императора, – легат встал на одно колено.

– Ты не виноват, Сенеран. Встань, – Эсвер помог движением своему легату. – Этот Элиас очень хитер, я и не надеялся его взять сегодня. Но мы совершили главное дело, уничтожили его сброд.

– Сотен пять ушли с ним, – сказал Сенеран.

– Это уже ерунда.

– Отход прикрывали горцы.

– До Пелона я тоже когда-нибудь доберусь и снесу ему голову, как когда-то его отцу, – правая рука императора сжалась в кулак, а мышцы на квадратной челюсти напряглись от гнева.

– Нужно прибрать здесь, – император кивнул на поле. – А я поеду в Солу. Гифния ждет.

Сенеран посторонился. Император прошел к коню, оставив сандалиями следы на влажной земле. Его охрана уже сидела верхом. Эсвер вскочил в седло и тут же рванул с места, красный плащ хлопнул складками. Мимо Сенерана проехала охрана императора. Роний, их командир, кивнул легату на прощание. А Сенеран развернулся и начал давать указания по сортировке трупов и сбору раненых в палатки лекарей. Потери были большие. Но император прав, Элиас теперь не скоро оправится.

Эсвер вернулся в столицу глубоко ночью и въехал во двор дворца уже под свет факелов. Бросив рабу поводья, он сразу пошел в бассейн. Скинул пыльную одежду и бросился в воду. Прохлада приятно обволокла уставшее и грязное тело. Император сделал несколько мощных гребков и оказался на другой стороне бассейна, чувствуя что рождается заново.

– Таким ты мне безумно нравишься, – раздался женский голос.

К императору подошли две женские ножки. Он поднял голову, чтобы как раз увидеть, как легкая накидка падает с плеч Гифнии. Через мгновение она была рядом.

 Через час, когда они сидели, утомленные и расслабленные в одной из зал дворца, вкушая лакомства, поданные рабами, она спросила его с грустью.

– Элиас разгромлен,, и ты теперь уйдешь в поход?

– Да.

– Когда?

– Не знаю, но не дольше, чем через месяц, армия готова. Дождусь Тони и тогда решим.

– Он мне не нравится.

– Я знаю, но пока он полезен.

– Он ведет себя слишком фамильярно с тобой!

– Он мне нужен!

– Милый, – Гифния подсела к императору и провела рукой по его щеке,– может быть, ты отложишь поход, зачем тебе это нужно?

– Мы это обсуждали много раз, – он аккуратно отвел руку девушки. – Нам нужно ударить сейчас, пока они не готовы и не знают о наших планах. Я не верю Железному Тони. Он считает, что использует меня. Пусть. На самом деле это я использую его. Скоро жители восточных стран станут рабами рода Солнца. Тогда вернусь уже навсегда.

– Но я не увижу тебя так долго!

– Я постараюсь не задержаться, дорогая.

– А что Малкан, он пойдет с тобой?

– Надеюсь, да. Если не он, то Каварон уж должен понимать, что я не оставлю его царство угрожать Соле в моё отсутствие. Или он идет со мной. Или… Или сначала я приду к нему.

– Он храбрый юноша, он тебе пригодится в походе.

– Я знаю, но у кассинов нет железной дисциплины, такой, как у нас. Насколько они будут управляемы?

– Не волнуйся, ты же сам говоришь, что у Малкана есть Каварон. Он уже стар и мудр. Он поможет тебе.

Император не ответил. Гифния увидела, что голова его упала набок. Он спал. Она поправила ему тюфяк и прилегла рядом. Но заснуть она никак не могла, размышляя о походе. Надо было убить Железного Тони и его людей сразу, как они появились. К сожалению, сейчас было, наверное, поздно. Слухи от апуа дошли до рода Солнца спустя очень большой промежуток времени. Много людей могли знать теперь о их стране. А Тони, хоть и не говорил на их языке, но даже через переводчика апуа сумел увлечь ее мужа идеей похода на восточные страны. Она не сомневалась, что ее Эсвер победит. Род Солнца всегда побеждает врагов, превращая их в рабов. Но война могла быть затяжной, а Эсвера могли и ранить или хуже, он может заболеть неизвестной болезнью в восточных землях. Она посмотрела в окно, начинало светать. Спать не было смысла. Она встала и, кутаясь в накидку, пошла обсудить с управляющим работы по строительству нового крыла дворца.

Утром, когда Эсвер проснулся, его уже ждала темнокожая рабыня апуа с тазиком подогретой воды. Кольцо на ее шее было из золота, признак принадлежности к императорскому дому. Император взял в руки свежезаточенный клинок для бритья и посмотрел в зеркало. Зеркало леранской работы было подарком Тони. До этого сыны Солнца пользовались отполированным серебром.

Император задумался. У них не было много чего, что имелось в восточных землях, и, получив эти новшества, они изменят свою жизнь. Хорошо ли это? Как это скажется на господствующем в мире положении рода Солнца, не ослабит ли его? Нужно поговорить с мудрецами, хранителями древних обычаев, Лесталом или Горием.

А пока придется разбираться в более приземленных делах. Оказалось, что восточные люди любят солнечный металл, который по праву рождения принадлежал его роду. Для них он также ценен. Но совершенно непонятно их детское, недостойное воинов, пристрастие к сверкающим камушкам. С их ценностью надо разобраться, можно будет выменять на них, например, оружие. Оружие на востоке делали разное и хорошего качества, в этом Эсвер убедился собственноручно.

Император одел накидку и, не обращая внимания на рабыню, вышел в сад, где под хорошо ухоженным розовым кустом был приготовлен неприхотливый завтрак. Варенное мясо, фрукты и простая вода. Два раба стояли с растяжками ткани, создавая тень.

Поев, император начал день с поездки на солнечную реку, которая впадала в восточное море. Это море еще называли Ап. Название племени апуа произошло от этого слова, дословно апуа – это дети моря. Хотя, дети и жили сейчас в джунглях, в дельте солнечной реки.

В порту кипела работа. Эсвера приветствовал легат Алвенс, который отвечал за строительство и подготовку флота вторжения. Железный Тони украл чертежи лоттских галер и выкрал двух судостроителей из самого Лоттгарда. Надо было ему отдать должное, – очень предприимчивый человек. До этого момента у рода Солнца не было кораблей. Были рыбачьи лодки у их рабов, и всё. Все мужчины рода были воинами, добывать пропитание должны были рабы, которых бог Солнце создал для служения роду. На материке были покорены все племена, за исключением царства кассинов на западе и горцев на границе с ними. Император не к месту вспомнил про их вождя Пелона, которого лучше бы отловить до отплытия. А галеры были уже готовы. Более двухсот галер, каждая из которых могла нести сто или сто пятьдесят солдат, помимо рабов гребцов. Несколько месяцев назад для строительства были согнаны рабы со всей страны, и, не взирая на жертвы среди них, в кратчайшие сроки был построен этот флот, благо в джунглях апуа оказалось много пригодного леса. С рабами, правда, вышла небольшая заминка. С незапамятных времен предки Эсвера придумали, как контролировать рабское стадо. Они всегда держали провокаторов, которые собирали самых смелых и сильных рабов и поднимали восстание. Потом лидер рабов, провокатор, приводил их в засаду, где ждали войско. Таким образом рабов держали в повиновении. Еще рабы частенько бежали в горы. Если их ловили, то заживо сдирали кожу и развешивали на столбах, чтобы остальным было не повадно. Кое-кто добирался до горцев, которые давали приют беглецам. Приходилось периодически посылать воинов в горы, чтобы гонять горцев и не давать им спокойно жить. Однако, полностью подчинить себе горный край не смог ни один император.

Элиас был лучшим провокатором, и один раз он сделал всё правильно. Завел рабов в засаду. Но когда собралось большое количество рабов на строительство флота, а условия их содержания породили массовое недовольство, Элиас очевидно решил, что пришло его время. Как обычно с согласия рода он поднял восстание. Правда, увел уже не несколько сотен рабов, а тридцать тысяч. Но что такое тридцать тысяч сброда, против закаленных воинов рода? Легион Беррея, пять тысяч воинов, должен был заманить восставших в засаду. Однако хитрый Элиас изменил правила игры. В засаду попал легион. Беррей погиб, а легион был почти истреблен. Около тысячи воинов бежали. В первый раз воины Солнца бежали с поля боя. И император принял трудное решение, он казнил всех бежавших. Он не хотел этого, многих из них он знал лично с детства и умом понимал, что они не выстояли бы: у противника было очень большое численное преимущество. Но главный жрец бога и хранитель обычаев Лестал сказал ему, что род размяк последнее время, и он, император Эсвер, должен возродить железную хватку солнечных. Опозорившие себя приняли наказание безропотно. А Элиас возгордился и пошел на Солу. Но на этот раз встречал его уже сам Эсвер с тремя легионами. Конечно, было жаль такого количества молодых и сильных рабов. Их можно было использовать на галерах в качестве гребцов. Но они были испорчены. Существовал закон, по которому восставших или просто строптивых рабов сразу умерщвляли. И вот теперь один легион был вынужден гоняться в джунглях за племенами апуа, чтобы восполнить нехватку рабочей силы.

Император вздохнул. Но затем он посмотрел, как обучаются командиры галер, как стройными рядом в соответствии с сигналами флагами и трубами, корабли совершают маневры. И его грудь наполнила гордость за род.

У солнечных не было опыта вождения кораблей. Однако, был большой опыт войн. Их войско было дисциплинированно и строго подчинялось системе команд в бою. За счет этого они превращались на поле боя в сплоченный железный кулак, который в любой момент мог ударить в любое место. И им до сих пор не смог противостоять ни один противник, за исключением мужественных кассинов.

И вот теперь система управления флотов строилась на подобии системы управления легионами. Трубачи и сигнальщики отрабатывали взаимодействие.

К императору подошел Алвенс. Он был в легких кожаных доспехах и без шлема.

– Какова готовность? – спросил Эсвер.

– Всё готово, Эсвер, – ответил легат, вытирая вспотевший лоб. – Не хватает только гребцов. Для того, чтобы совершать быстрые переходы и маневры, нужны отборные рабы. Сильные и выносливые мужчины.

– Ну что ж, -сказал император, – будем надеяться, что женщины апуа еще не разучились рожать таких.

– Мы последнее время слишком часто их забираем, успевают ли они восстанавливать численность, – озабоченно сказал Алвенс. – А что с кассинами, они с нами?

– Малкан прибывает завтра в Солу.

Железный Тони

Железный Тони стоял на носу корабля, и ветер растрепал его темные волосы, обычно плавно спадающие на плечи. Лицо у него было непривычного типа: чуть раскосые голубые глаза, узкий подбородок и орлиный нос. Шепотом в тавернах Рассеянных остовов поговаривали, что Тони незаконный сын глондарского короля от нулгской наложницы. Он не опровергал, но и не подтверждал слухи. Все, кто встречались с этим некоронованным королем пиратов, отмечали неординарность этого человека и железную волю в достижении целей. Он сумел организовать и сделать реальной силой самые настоящие отбросы человечества, настоящих разбойников. Теперь уже отходили в прошлое времена морских погонь и абордажей. Купцы просто платили дань за проход по морю. Постоянство притока денег мотивировало пиратские дружины примыкать к эскадре Тони. С ним был гарантирован доход, и было меньше риска погибнуть или оказаться на виселице какого-либо из прибрежных городов.

Сейчас его парусник входил в Зеленую Бухту. Это был опорный пункт пиратов на западном материке. Кто из капитанов первым открыл его, было не понятно, но сейчас на берегу в тени южных деревьев раскинулся поселок из бревенчатых домов. Золотая песчаная линия пляжа радовала глаз контрастом с синевой моря. Поселок уже грозил разрастись в небольшой город. Некоторые пираты осели здесь, женились на апуа и нарожали смуглых ребятишек. Они занимались охотой и снабжением пиратских судов, их ремонтом и оснасткой. Сейчас на рейде стояли три корабля. Тони внимательно оглядел их, чтобы проконтролировать, есть ли незнакомые капитаны. Он очень строго следил за обращением с апуа, на чужой земле они должны стать союзниками в осуществлении его планов, а планы были грандиозные.

Сегодня он даст отдохнуть команде в тавернах Зеленой Бухты, пополнит запасы воды и продовольствия. А потом двинется в дельту Солнечной реки до самой Солы. Со своими помощниками он спустил шлюпку и отплыл к берегу, где уже собрались встречающие. его корабль «Вулкан» был известен во всех морях, а здесь особенно.

Когда он спрыгнул в прибрежную волну, лениво накатывающуюся на песок, чтобы тут же, словно испугавшись, убежать назад в море, оставляя барашки пены, прямо ему на руки прыгнул трехлетний темнокожий мальчуган с тростниковым копьем в руке. Тони засмеялся, приподнял А Гана и посадил себе на плечи. К нему с улыбкой спешила его местная жена апуа А Ла, одетая только в набедренную повязку. Он подхватил стройную девушку на руки, и, смеясь, пошел в свою тростниковую хижину. Сначала Тони взял жену из апуа, чтобы быстрее стать своим для них. Но сейчас его небольшая хижина на берегу тропического моря превратилась в единственное место, где он мог недолго отдохнуть. Он не признавался себе, но последнее время его тянуло сюда не меньше, чем на разные авантюры. А Гана он искренне любил и скучал по нему.

На следующее утро, пока солнце еще не взошло из-за горизонта моря, «Вулкан» поднял якорь и направился в сторону Солнечной реки. Путь до столицы Солнечной Империи занимал почти два дня. Река была поначалу очень широкая, в дельте ее находилось около десятка островов, покрытых тропическим лесом. Затем она постепенно сужалась, но очень плавно до самой Солы, столицы империи, где уже делилась на несколько более мелких речушек, впадавших в Солнечную.

Тони сидел, проверяя набор географических карт, которые ему изготовили на заказ в Леранце, когда по крикам и оживлению он понял, что они прибыли в Солу. Пират вышел на палубу, чтобы еще раз полюбоваться неземной красотой столицы, все здания которой были сделаны из белого мрамора. И не было ни одного повторяющего другое. Искусные рабы украсили, казавшиеся воздушными, здания, узорами, колоннами и статуями воинов и красивых женщин. Особенно красиво смотрелся город на закате, когда солнце раскрашивало стены зданий в розовые тона. В центре города была площадь солнца, на которой стоял огромный храм странной формы. Храм бога Солнца, стоявший на нескольких колоннах, возвышался над остальным городом, жрецы причудливо раскрасили его золотыми узорами, которые, переливаясь, создавали различные зрительные эффекты, в зависимости от угла зрения.

Тони с удовлетворением отметил ряды боевых галер, когда корабль причалил к пирсу. На пирсе его встречал легат Алвенс и двухместный паланкин с восьмью рабами. Пират и командир легиона поприветствовали друг друга и забрались в него. Рабы с мускулистыми бедрами подняли паланкин и трусцой устремились в императорский дворец.

Во дворце их уже ждали другие легаты – Лестал, Горий, сам Эсвер и прибывший накануне Малкан, юноша с румяными щеками и мягкими золотыми вьющимися волосами. Тем не менее, несмотря на женственный вид, о Малкане ходила слава великого воина. Тони уже достаточно бегло говорил на языке солнечных и кассинов. На западном материке, как и на восточном, доминировал один общий язык, за исключением только апуа.

Эсвер собрал совет в пиршественном зале, правда, на блюдах присутствовали сейчас только фрукты, рядом стояли кувшины с водой. Император усадил гостей на мраморные скамьи, покрытые выделанными шкурами, и приказал рабам удалиться. После этого Тони выложил привезенные карты, над которыми склонились остальные присутствующие, и начал доклад.

– Вы видите результат полугодовой работы лучших леранских картографов. Я считаю, чем лучше мы будем готовы, тем больше шансов на быструю победу.

– Тони, расскажи всем еще раз кто нам будет противостоять, – попросил император.

– Для победы нам нужно будет сломить сопротивление четырех стран, остальные не в счет. Я предлагаю вести войну в два этапа. Сначала захват Глондара и Лераны, затем Империя Перекрестия и Тьор.

Самый опасный сегодня противник это Глондар, он не втянут ни в один конфликт и находится на острове. Король Глондара, Пикар, занят любовными утехами. У него уже десятая жена и сотня наложниц, он не опасен. Но у него есть сын, Кирч. Он сейчас гуляет, участвует в пирушках и рыцарских турнирах, но потенциально может стать лидером достаточно сильной армии Глондара. Слабое место Глондара – это народ шелли на северо-востоке острова. Раньше это было отдельное королевство, а сейчас лишь номинально. Я веду переговоры с их корольком Шелтом. Может быть, они нас поддержат.

Вторая страна, которую следует захватить, это Лерана. Это плацдарм для остальной войны. Потенциально эта страна значительно сильнее Глондара. Но народ этой страны постоянно ведет войну со своим королем или наоборот.

– Как такое возможно?! – воскликнул кто-то из легатов.

– Возможно, – ответил пират. – Сейчас столица в руках национальной гвардии, а королевское войско находится за пределами города. Есть там и третья сторона – бароны, которые примыкают то к одной, то к другой стороне, в зависимости от выгоды.

– Я понял, что ты предлагаешь напасть сначала на эти две страны, Тони? – спросил Эсвер.

– Да, – ответил пират. – Лерана станет нашим плацдармом, а Глондар с сильным флотом просто нельзя оставлять за спиной.

– Но как же другие страны, не придут ли они на помощь? – спросил легат Сенеран.

– В том-то и дело, что две остальные страны с сильными армиями заняты войной друг с другом. Это очень благоприятный момент. Пока крестианцы и тьорцы уничтожают друг друга, они помогают нам.

– Какая страна самая сильная? – спросил император.

– Тьор, – после секундного раздумья сказал Тони. – У них очень мощная тяжелая кавалерия, которая не знает поражения на открытых полях.

– Может, тогда начать с Тьора?

– Нет, мы им закончим. Пусть они с Хаубургом измотают друг друга, тогда мы возьмем их голыми руками.

– А что же другие страны? – задал вопрос жрец Солнца.

– Другие страны небольшие. Некоторые неприятности может доставить Лоттленд. Но он не идет в сравнение с Тьором или Лераной.

– Сколько воинов могут выставить эти четыре страны? – снова вступил в разговор император.

Тони задумался, этот вопрос он у себя уже прокручивал в голове. Дело в том, что численность армии напрямую привязана ко времени. Успеют или нет армии набрать новобранцев.

– На данный момент времени общая численность их армий может составлять пятьдесят – шестьдесят тысяч солдат, с возможностью добора, – осторожно ответил он.

– В два раза больше, чем будет у нас? – задал вопрос император.

– Да, – ответил Тони. – Но это одна армия, а не четыре разных.

– Пока не одна, – сказал император, посмотрев на кассина. – Что думаешь, Малкан?

– Думаю, что присоединюсь к тебе, – растягивая слова, ответил царь кассинов. – Но я хочу взять на себя Глондар. А вы берите материк.

Эсвер задумался: «Что за этим может стоять? Скорее всего, желание действовать самостоятельно, отдельно от солнечной армии. Вернуться назад они не смогут, поскольку флот будет под присмотром Алвенса».

– Хорошо, Малкан. Ты отвечаешь за Глондар. Когда твоя армия будет готова?

– Она уже готова, присылай галеры.

– Алвенс? – спросил император.

– Завтра отправимся.

– Помимо карт мне нужен консультант и переводчик, – продолжил Малкан, посмотрев на Тони.

– Я дам тебе своих людей, – успокоил его Тони.

– Что еще нам надо знать? – спросил император.

– Думаю, что мы ничего не оставили без внимания. Нужно быстрее выступать, пока не наступила зима, иначе придется ждать еще около года.

– Это, когда с неба падает замерзшая вода и ложиться белым ковром на землю? – заинтересовался Горий. – Хотелось бы увидеть, что это не сказка.

– Это не сказка, но зимой воевать неудобно. Холодно, и горные перевалы между Лераной, Империей Перекрестия и Лоттлендом закрыты. Двигаться можно только по морю. А на море зимой штормы, – Тони обвел всех колючим взглядом. – Если мы хотим закончить войну в этом году, медлить нельзя.

В зале наступило молчание, император сидел в задумчивости. Его беспокоило то, что он уведет почти всю армию из страны. А Пелон и Элиас не пойманы.

– Роний, – обратился он к командиру охраны, – я оставлю тебе легионеров. Постарайся не рисковать, пока нас нет. С головы Гифнии не должно упасть ни волоска, не надо гонятся в горах за Элиасом. Лучше выманить эго на равнину.

– Можешь положиться на меня, мой император, – ответил Роний.

– Хорошо, Авенс, начинай погрузку и выводи галеры в море. Тони, возвращайся в Зеленую Бухту и готовь своих людей. Малкан, спасибо за поддержку. Горий, нужно принести жертвы, чтобы поход был удачным.

Колле

Колле сидел на городской стене и лениво точил ножи. Теперь он был командиром разведчиков. После их возвращения прошло два десятка дней. Состояние дел значительно ухудшилось. Лестерваль похоронил половину армии в песках, а если бы не песчаная буря, отогнавшая нулгов, то погибнуть могли бы все. Вернувшиеся принесли с собой в город заразу, и теперь весь город болел, многие умирали. Начиналось всё с того, что болел живот, а заканчивалось испражнениями собственной кровью. Нулги осмелели и почти взяли Морок в осаду. Подкрепления из Лераны не было. Там все были заняты разборками короля и парламента. Было непонятно даже у кого просить помощь. В городе начинался разброд, участились грабежи купцов. Улицы наводнили монахи, предвещавшие конец света. Лестерваль молодцевато продолжал ездить на коне, одну ногу у него отрезали, и ходить он мог только с костылем.

Колле точил ножи и думал, что может стоит вернуться и снова заняться контрабандой. На войне он пока не разбогател, а вот расстаться с жизнью у него шансов всё больше и больше. Эх, не была бы Мос герцогиней, жениться бы на ней и растить детей в горах Лераны! Но если что-то произойдет с Йоханом, то она может вернуться назад в своё поместье. А он как был никто, никем и останется. Колле тяжело вздохнул. Правда, подумал он, Мясник живее всех живых, даже тьорскую армию разгромил.

Он начал раздумывать: «Может, все таки ему сделать предложение Мос, но как она это воспримет? Скорее всего, проткнет шпагой», – признался он себе и снова вздохнул. Он посмотрел вниз: разносчики мальчишки продавали солдатам пирожки и воду. С водой опять начались проблемы. Кто-то отравил почти все колодцы в городе. К оставшимся была поставлена стража. Купцы подкупали ее, выкачивали воду и распродавали в городе через мальчишек. А вот быстрым шагом идет леранец. «Уж не по мою ли душу?» – подумал Колле. И точно.

– Эй, Колле, к генералу! Сейчас!

– А зачем?

– Так он мне и сказал!

Колле спрыгнул с невысокой стены и пошел в штаб. Там царила непонятная суматоха. Помимо него вызвали всех командиров и даже мэра города, который чувствовал себя не в своей тарелке, окруженный таким количеством вооруженных головорезов. Лестарваль сидел на улице около входа в штаб на барабане, выставив в бок единственную ногу, в штабе было жарко и душно, поэтому собраться решили на улице.

– Принц Маракан приглашает меня на переговоры, – заявил генерал и обвел усталые лица взглядом. Все молчали, никто не задал вопросов.

– Я решил, – откашлявшись, продолжил Лестерваль, – поехать на них. Принц гарантирует неприкосновенность, дает слово. Я возьму с собой разведчиков.

– Я больше не нужен, у меня дела? – перебил генерала мэр.

– И мэра, – злорадно закончил Лестерваль.

Мэр надулся от злобы, но промолчал.

– Когда? – спросил Колле.

– Прямо сейчас, – ответил генерал, указав на нулга, стоящего в стороне, которого Колле поначалу не заметил.