Как же хочется жить…

“Жизнь – это самый ценный подарок, который получает человек” - именно такой заголовок украшал обложку бесплатного журнала, который Марина обнаружила в спинке впереди стоящего кресла. “Пока она не утрачивает для тебя всякий смысл” – недобро усмехнулась про себя Марина и запихнула журнал как можно дальше, чтобы идиотская надпись не мозолила ей глаза в течение полета.

До взлета оставались считанные минуты, пассажиры суетились: кто-то все никак не мог найти свое место, кто-то старательно пытался уместить свою ручную кладь в багажную полку, которая уже итак была забита до отказа, кто-то делал последние звонки в попытке решить оставшиеся вопросы перед тем, как придется на время полета отключить мобильную сеть (для многих это было страшнее всего, казалось, они даже меньше переживали за то, что с самолетом может что-нибудь случиться, чем за то, что на целых четыре часа останутся без связи). Было всего несколько пассажиров, которые спокойно заняли свои места, ожидая взлета, и Марина была из их числа. Ей переживать было не за что, самое важное решение она уже приняла, звонить ей никому не хотелось, все вопросы были решены еще за месяц до поездки, из вещей – небольшая ручная кладь, только самое необходимое, предметы личной гигиены, документы и деньги (Марина заранее постаралась рассчитать, какая сумма ей понадобится на несколько дней, чтобы не оставалось лишнего. Только наличка – все имеющиеся банковские карты она предусмотрительно закрыла, чтобы потом не было проблем). Все влезло в компактную женскую сумочку, и пока стояла в очереди на регистрацию, ловила неодобрительные взгляды окружающих: по их лицам можно было прочесть: “Ишь какая умная нашлась, в дорогу собралась, и без чемодана, все в маленькой сумочке уместила, конечно, ей не надо стоять и трястись, хоть бы перевеса не было”. Если бы жили в Средневековье, ее бы точно предложили сжечь, как ведьму. Но на дворе, к счастью, 21 век, косые взгляды Марину давно уже не волновали, а брать с собой кучу вещей ей не было необходимости, они ей явно не пригодятся.

Марину радовало, что получилось заранее забронировать место у окна, можно будет во время полета полюбоваться на бескрайнее небо и напоминающие сладкую вату воздушные облака, представить, как будто превращаешься в прекрасную птицу, расправляешь за спиной крылья, с легкостью и грациозностью отрываешься от земли и летишь туда, где ты сможешь позабыть про всю ту боль, что пришлось испытать, где сможешь наконец спокойно выдохнуть после череды проблем, которые буквально друг за другом обрушиваются на твои хрупкие плечи. Интересно, а существует ли вообще такое волшебное место? “Господи, взрослая тетка, а в голову такие глупости лезут…”

Полет фантазии прервал внезапно появившийся из ниоткуда мужчина, который с радостным возгласом маленького ребенка, который получил в подарок долгожданный конструктор, на который давно засматривался в витрине магазина игрушек, плюхнулся на соседнее место:

– Уф, успел, теперь можно и взлетать, самый важный пассажир занял свое место! – и крайне довольный своей шуткой с улыбкой посмотрел на Марину, видимо, ожидая, что та рассмеется в ответ или поаплодирует ему за такую остроумную шутку, но она лишь “угу-кнула” в ответ и отвернулась к окну (совсем невеждой Марина не хотела показаться, но и давать хоть малейший намек на то, что они смогут скоротать время в полете за увлекательной беседой и расстаться после этого чуть ли лучшими друзьями, тоже не стоило, поэтому Марина решила ограничиться универсальным “угу”, которое могло выражать что угодно, пусть он сам решает). Правда, одна деталь во внешности соседа сходу привлекала внимание: из-под джинс выглядывали носки разных цветов: на левой ноге – желтый носок, на правой – красный. Такая яркая деталь гардероба как магнитом притянула взгляд Марины (интересно, сделал ли он это случайно, по своей природной мужской невнимательности, или это намеренно, такой некий способ привлечь к себе внимание?).

– Что, тоже понравились мои носки? Сегодня с утра проснулся и подумал, а было бы прикольно попробовать целый день походить в разных носках, знаете, это такой своеобразный вызов самому себе, своим внутренним комплексам. Пока добирался до аэропорта, столько взглядов на себе ловил. Ну классно же, согласитесь! – сосед опять уставился на Марину, не теряя надежды все-таки услышать от нее комплимент (с шуткой не прокатило, так, может, хоть носки удостоятся такой чести), но Марина опять решила прибегнуть к проверенному “угу” и отвернулась к окну (конечно, все на него пялились, нечасто встретишь взрослого мужчину, который разгуливает по улице в разных носках, думали, наверное, что очередной сумасшедший, которого “не долечили”. Ладно, Марина, тебе то какое дело, у всех свои тараканы в голове, не зря же кто-то сказал: «здоровых людей нет, есть недообследованные». Главное, чтобы не буйный был, а то лететь бок о бок четыре часа, хотелось бы долететь в целости и сохранности).

Самолет начал готовиться ко взлету, по громкой связи капитан объявил всю важную информацию, стюардессы приступили к привычной демонстрации техники безопасности.

– Вот знаете, сколько раз летаю, и каждый раз замечаю любопытную деталь: единицы тех, кто внимательно следит за тем, как себя вести в случае чрезвычайной ситуации, все остальные либо продолжают друг с другом разговаривать, либо сидят в наушниках, совершенно не следя за тем, что необходимо делать, чтобы сохранить жизнь себе и своему ребенку. Неужели большинство так уверены в том, что с ними ничего не случится? Или они настолько не ценят свою жизнь?

Марина глубоко вдохнула – она уже поняла, что с соседом ей “повезло”. Может, все-таки попробовать ответить на его вопрос, он же явно добивается от нее хоть какой-то реакции.

– А вы думаете, что кому-то хочется думать о плохом? Большинство едут в долгожданный отпуск, отдохнуть, расслабиться, хорошо провести время, набраться сил – зачем портить себе настроение негативными мыслями?

– Потому что в любой момент ты можешь оказаться между жизнью и смертью, – и по тому, как это было сказано, Марина поняла, что человек явно знает, о чем говорит. На какой-то момент лицо соседа помрачнело, будто он вспомнил что-то очень для себя неприятное, но через пару секунд на лицо снова вернулась улыбка. – Да ладно, не бойтесь, я не собираюсь вас мучить весь полет своими разговорами, понимаю, что мало кому это нравится. Меня, кстати, Рома зовут! – и он протянул Марине руку в знак приветствия.

– Марина, – протянутая рука в ответ.

Как бы в подтверждение своих слов, Рома достал планшет, надел наушники и включил фильм. Марина спокойно отвернулась к окну, наблюдая за тем, как самолет постепенно набирает высоту, попыталась закрыть глаза и расслабиться, но поняла, что ее опять начали одолевать сомнения в правильности сделанного выбора: ей казалось, что окончательное решение она приняла еще две недели назад, после чего сразу же купила билет на сегодняшний рейс и забронировала номер на две ночи в отеле на берегу моря (да, за эту прихоть пришлось отдать немаленькую сумму, на которую Марина смело бы могла жить месяц, особо себе ни в чем не отказывая, но это было частью ее плана). За это время она ни разу не передумала, не подвергла принятое решение сомнению, но именно сейчас, когда самолет оторвался от земли, ее вдруг начал одолевать страх. Оно и неудивительно: Марина смелостью никогда не отличалась, а чтобы осуществить задуманное, – она то как раз была необходима. Так, не время отступать – надо взять себя в руки, собрать все свои силы в кулак и довести задуманное до конца. Шаг назад невозможен.

Марина бросила взгляд на соседа, тот был погружен в происходящее на экране планшета. Марина пригляделась, – фильм показался ей смутно знакомым. Точно, вспомнила: популярная лет пять назад любовная мелодрама с несчастливым концом, пересматривала этот фильм несколько раз и каждый раз глаза все время были на мокром месте, а над драматичной концовкой, когда главная героиня признавалась своему возлюбленному, что они не могут быть вместе, потому что она неизлечимо больна и ей оставалось жить считаные месяцы, рыдала вместе с актрисой. Марина и не думала, что мужчинам могут нравиться подобные слезливые мелодрамы. Один раз пыталась посмотреть этот фильм вместе со своим бывшим мужем, так они разругались вдрызг, потому что на самых драматичных моментах он начинал громко ржать, видя Маринины слезы. В итоге обозвал фильм “сентиментальным говном” и удалился на кухню, заявив, что больше не может это смотреть. Марина урок усвоила и больше не предпринимала попыток совместного просмотра фильмов, поняв, что не зря все-таки они предназначены исключительно для женской аудитории (а это еще раз подтверждает тот факт, что мужчина и женщина с разных планет). И вот сейчас рядом с ней сидит мужчина и увлеченно смотрит один из таких фильмов. Рома перехватил любопытный Маринин взгляд:

– Знаете этот фильм?

– Да, смотрела несколько раз. Просто мне казалось, что мужчин такие фильмы заинтересовать не могут.

– Ну не все же нам инопланетную фантастику да расчлененку смотреть, иногда надо и о душе своей подумать! – Рома подмигнул Марине. – Каюсь, люблю время от времени посмотреть слезливые мелодрамы. Знаете, какую любопытную деталь я для себя заметил? Людям нравится смотреть на грустные истории любви. Нет, ну правда, режиссеры как будто соревнуются друг с другом, кто из них снимет самый печальный на свете фильм о любви, стараются придать отношениям героев как можно больше драматизма, выстраивают вокруг них препятствия, короче, делают все возможное для того, чтобы выжать из зрителей все слезы. Почему так? Почему любовь обязательно ассоциируется у нас с чем-то печальным? Откуда в нашей голове появляется представление о том, что в любви обязательно нужно страдать? Разве два человека не могут быть просто счастливы друг с другом, не ищя поводов для грусти? Разве нам обязательно проливать слезы над историями любви, где влюбленные в результате хитро закрученного сюжета в итоге расходятся, или же кого-нибудь из них прибирает к своим рукам разлучница-смерть? Или взять музыку: если почитать тексты песен, которые стали уже настоящей классикой, там тоже, в основном, про несчастную любовь.

– Тут я с вами соглашусь, – Марина и сама ни раз задумывалась об этом, но ей не с кем было поделиться своими мыслями, поэтому, несмотря на то что она была не заинтересована в обретении собеседника во время полета, ей захотелось поддержать разговор. – Но ведь скольких эта самая любовь переломила напополам, сожгла дотла, заставила раз и навсегда разочароваться в себе? Поэтому, наверное, и находят отклик в их сердцах именно печальные истории, потому что они оставляют слишком глубокие шрамы, которые могут не затягиваться годами, а некоторые и до конца жизни не проходят…

– Это понятно, что истории у всех могут быть разные, но я все равно считаю, что любовь – это самое прекрасное и вдохновляющее чувство на планете, даже несмотря на всю ту боль, что она может оставлять после себя. Если в твоем сердце живет любовь, то у тебя за спиной вырастают крылья, и ты как будто паришь над всеми невзгодами. Нет, конечно, это не значит, что все беды и несчастья обходят тебя стороной, но любовь облачает тебя в непроницаемую броню, с которой гораздо легче преодолевать их. А еще она вдыхает в тебя такую небывалую веру в себя, кажется, что тебе подвластно абсолютно все, ты способен любые горы свернуть, пройти через огонь и воду, сразиться с самыми страшными чудовищами… Сама по себе она невидима, но какие безграничные возможности она дает человеку. Вы со мной согласны?

– Возможно, я вас разочарую, но мы с любовью не созданы друг для друга. Мы как лед и пламя, нам лучше быть на расстоянии, потому что если мы все-таки встречаемся – то все это обязательно оборачивается трагедией, слишком я изранена этим чувством, чтобы согласиться с вашими словами…

– Но любовь ведь может и исцелять, в буквальном смысле возвращать к жизни. Поверьте, я знаю, о чем говорю, на собственном опыте это испытал. Если бы я обладал творческими задатками, то я бы мог написать самую прекрасную и вдохновляющую историю о любви! – Рома на несколько секунд о чем-то задумался, уставившись с улыбкой в одну точку, а потом снова надел наушники и вернулся к просмотру фильма.

“Боже, куда я лезу со своими откровениями, о таком порой и близким людям признаться тяжело, а тут незнакомый человек… Хорошо хоть не стала дальше развивать эту тему, а то бог весть что могла бы наговорить, все свои планы разболтать, о которых никто не знает и узнать не должен” – Марина теперь упрекала себя за излишнюю болтливость, просто все эти Ромины разговоры про любовь разом обнажили раны, резко всковырнули болячки, вот она и утратила контроль над собой. “Ладно, проехали, впредь буду осторожнее. А все-таки интересно, о ком он с таким трепетом говорил: жена? Кольца на пальце нет. Просто девушка? Почему тогда летит один, а не с ней? Все, Марина, прекращай, тебе то какое до него дело? Любопытство до добра не доводит. Человек летит отдыхать, а ты тут его своим негативом грузишь, что-то там про несчастную любовь разглагольствуешь. Повезло человеку и хорошо, порадуемся за него, а то, что ты сама прошла через самый настоящий Ад, так это твои проблемы, не надо отравлять из-за этого жизнь всем вокруг”.

У Марины на телефоне сработало напоминание – не забыть принять таблетки (два года на седативных и до сих пор приходится прибегать к напоминаниям в телефоне). Марина достала из сумочки упаковку с таблетками (за два года приема стали уже как родные).

– Успокоительные пьете? Неужели так боитесь летать? – Рома отвлекся от просмотра фильма и теперь внимательно следил за тем, как Марина морщится, пытаясь проглотить таблетку (за два года так и не привыкла к этому горьковатому вкусу).

– А вы откуда знаете, что это успокоительные? Вы что, врач?

– Нет, моя профессия далека от медицины. А знаю я потому, что увидел знакомые название и упаковку, сам долгое время сидел на этом препарате… – на этих словах по Ромину лицу пробежала едва заметная гримаса боли, как будто он опять вспомнил что-то явно неприятное для себя.

– Серьезно? Вы тоже принимали эти таблетки? – Марина с недоверием уставилась на Рому. Учитывая, что таблетки были весьма сильнодействующие и достать их можно было строго по рецепту, да и то далеко не в каждой аптеке, было неожиданно услышать от Ромы, что они ему знакомы.

– Ну а чему вы, собственно, так удивляетесь? – Рома успел снова овладеть собой и уже смотрел на Марину со своей прежней обворожительной улыбкой. – Мне кажется, в наше время большее удивление, наоборот, вызывает человек, который ни разу на успокоительных не сидел и не имеет своего личного психотерапевта!

– Извините, просто не похожи вы на человека, который склонен к настолько подавленному состоянию, что без помощи препаратов справиться не может.

– Надо же, какой обманчивой все-таки может быть внешность! И как обманчиво первое впечатление, которое мы складываем о человеке в первые минуты знакомства. Возможно, вы будете удивлены, но помимо светлой стороны жизни, так сказать, мне в свое время пришлось познать и ее темную сторону, и если бы мне кто-нибудь тогда сказал, что я смогу снова обрести смысл жизни, встать на ноги и научиться заново любить эту жизнь и ценить каждый прожитый день – я бы рассмеялся этому человеку в лицо. Но, как видите, я сейчас сижу здесь, перед вами, живой и невредимый! Поистине, внутри каждого из нас заключена безграничная сила, но мы, как правило, о ней даже не догадываемся, и по этой причине не всем удается отыскать путь к ней. Мою силу, которая мне была так необходима, чтобы выжить, пробудила судьбоносная встреча с одной прекрасной девушкой, которая стала моим ангелом-хранителем и героиней самой красивой истории любви, которая, извините, если это прозвучит нескромно, может вдохновить очень много людей!

“Нет, все-таки он чертовски привлекательный, и так красиво говорит, я бы слушала его и слушала. И даже неважно, о чем он рассказывает: про любовь, про жизнь, про жизнь в далекой-далекой галактике или освоение космоса, любая тема из его уст звучала бы увлекательно. Боже, Марина, остановись, опять тебя не в ту степь несет, так соскучилась по нормальным мужикам? Тебя ждут более важные дела, а ты тут уши развесила. Забыла, что ли, что был уже в твоей жизни один такой искусный рассказчик, так красиво умел говорить, мог любого очаровать, и что осталось после него, кроме красивых слов? Огромная рана на сердце. Вот только произносимые им слова из память испарились, как будто их и не было, а рана не заживает и по сей день”.

– Простите за излишнее любопытство, но можно все-таки узнать, что с вами произошло? Из ваших слов можно заключить, что вы однажды оказались на грани жизни и смерти… – Марине стало действительно интересно, какие болезненные воспоминания скрываются за улыбкой этого жизнерадостного на первый взгляд человека. – Хотя понимаю, что это, наверное, слишком личный вопрос и вам не хочется лишний раз ворошить прошлое, поэтому можете не отвечать!

“И правда, с чего я взяла, что кто-то будет раскрывать душу перед незнакомым человеком, пристала тут к человеку со своими дурацкими вопросами”.

– Нет-нет, все нормально, мне стыдиться нечего. Получилось так, что четыре года назад, как раз в свой 30-й день рождения, я после работы поздно вечером ехал за рулем своего нового автомобиля, который приобрел буквально за две недели до этого, на дачу к своим друзьям, чтобы начать отмечать. Была зима, дороги скользкие, время позднее, дорога еле-еле освещена, в итоге не справился с управлением, машину занесло, и я врезался в дерево. Это мне, конечно, потом уже рассказали, как все было на самом деле, потому что из-за полученных травм момент аварии полностью стерся из моей памяти. Хорошо еще, что я как человек законопослушный был пристегнут, а иначе вылетел бы через лобовое стекло, и тогда исход мог бы быть весьма печальным. Как результат – множественные травмы, ушибы и переломы, спасибо водителю, который проезжая мимо заметил произошедшую аварию и, не оставшись равнодушным, вызвал медиков, как мне позже объяснили врачи – медлить в той ситуации было нельзя, каждая секунда была на счету и могла стоить мне жизни. Знаете, самое забавное, до сих пор помню, как пришел в себя в больничном отделении и первой мыслью было даже не то, где я нахожусь и что со мной произошло, а про машину, я же так долго ее выбирал, так долго на нее копил, на тот момент мне почему-то было больше не себя жаль, а угробленную машину. Cледующие два года прошли в травматологическом отделении, больше всего при столкновении пострадали нижние конечности, первое время я лежал полностью обездвиженный, что для меня, как человека, ведущего до этого активный образ жизни и обожающего движение и скорость, было сложнее всего, а потом начался долгий и сложный процесс реабилитации, я практически заново учился ходить, хотя медики до последнего не верили в то, что у меня получится встать на ноги. Конечно, находясь в таком состоянии и каждый день выслушивая неутешительные прогнозы врачей, я совершенно потерял какой-либо интерес к жизни, перспектива провести всю жизнь в инвалидной коляске, как мне прогнозировали, была мне отвратительной: я же привык к постоянному движению, путешествия, походы с друзьями в горы, зимой обязательно лыжи и сноуборд – я всегда представлял себе все это как нечто само собой разумеющееся, то, без чего я не представлял свою жизнь, а потом раз – и ты оказываешься на больничной койке без возможности даже свободно подвигать ногами. Это меня сильно угнетало, хотя мне оказывали и психологическую помощь, пытались вести со мной задушевные беседы, уверяли, что мне нужно взять себя в руки и бороться за свою жизнь, а я только смеялся им всем в ответ: спасибо, но мне такая жизнь не нужна. Казалось бы, я должен быть благодарен судьбе за то, что мне удалось выжить, за то, что мне был дан еще один шанс, но я только проклинал ее за это. И самое смешное, что я даже ничего с собой не мог сделать, не мог добровольно уйти из жизни, потому что был обездвижен. Мне прописывали сильные успокоительные, которые, по их словам, должны были мне помочь снова обрести “вкус к жизни”, но они не помогали, лишь отравляли мой организм.

Я лежал и все время думал, как такое со мной могло произойти, ведь я был опытным водителем, ни раз ездил по тому маршруту в любое время года, никогда не превышал скорость и не отвлекался на посторонние дела во время вождения, почему же я попал в ту аварию? И знаете, однажды я пришел к выводу, что это должно было со мной случиться!

– В каком смысле? – Марине показалось, что она ослышалась.

– В том плане, что это испытание мне было дано не просто так! И как только я это понял, у меня в голове как будто что-то переключилось, я ругал себя самыми последними словами, радоваться надо, что я живой, ведь сколько на свете таких несчастных, которые отчаянно хотят жить, цепляются за нее руками и ногами, но в этой битве терпят поражение.

– Но ведь вы могли тогда и не выжить, какой-то слишком уж жестокий урок, вам так не кажется?

– Но выжил же. Кстати, обычно зимой в сторону дачного поселка, где живут мои друзья и куда я тогда направлялся, никто в такое позднее время не ездит, так как участок дороги довольно опасный из-за отсутствия нормального освещения, на это ни раз жаловались, но фонари так и не установили, поэтому водитель, который проезжал мимо и заметил съехавшую с дороги мою машину, явно оказался там не просто так. Я вообще ему по гроб жизни обязан, если бы он вовремя не подсуетился, то и не сидел бы я сейчас рядом с вами. Мог бы тогда просто мимо проехать, как в наше время поступили бы многие, но мне повезло, и он меня спас. А еще, если бы я не попал тогда в больницу, то так бы и не встретил самую главную Любовь всей своей жизни, которая заменила собой все те таблетки, которыми меня долгое время безрезультатно пичкали, и вдохнула в меня желание жить и бороться, буквально помогла мне обрести себя заново… – Рома хотел сказать что-то еще, но его прервал капитан корабля, который по громкоговорителю объявил, что самолет готов к посадке. Притихшие до этого пассажиры потихоньку начали возвращаться к привычной суете, готовясь к выходу. Марина с грустью осознала, что сейчас они выйдут с самолета, и их с Ромой пути навсегда разойдутся, а она так и не услышит продолжение истории, хотя впереди явно было самое интересное. И дело здесь было вовсе не в праздном любопытстве, а в том, что та часть истории, которую услышала Марина, мгновенно отозвалась внутри нее, потому что была в чем-то похожа на ее собственную. Нет, она, слава богу, не попадала в аварию, ей не приходилось бороться за жизнь, с виду она ничем не отличалась от любого другого среднестатического человека, вот только последние два года она жила с абсолютной пустотой внутри, как будто в один момент глаза просто перестали воспринимать яркие цвета, а окрасили все вокруг только в мрачно-серые тона, и каждый прожитый день отзывался лишь болью, справиться не помогали ни психотерапевты, которых Марина меняла чуть ли не каждый месяц, но все они, казалось, совершенно ее не понимают, а говорят лишь заученными шаблонными фразами, проявляя живой интерес к ней лишь в момент получения за свои услуги немалых денег, которые Марина не жалела, ни выписываемые ими бесчисленные таблетки.

Хотя на что ей сдалась эта Ромина история? В интернете таких пруд пруди, на любой вкус и цвет, но что-то подсказывало Марине, что она должна услышать именно его историю до конца.

– А вы сюда отдохнуть прилетели? Или, может, по работе? – Рома отвлек Марину от активного потока мыслей. “Хм, ни один из предложенных вариантов не подходит, ты себе даже не представляешь, какие у меня наполеоновские планы на эту поездку” – про себя усмехнулась Марина. “Но тебе о них, конечно, знать ни к чему. А даже если и узнаешь, то ни за что не поверишь,”.

– Отдохнуть.

– А где остановитесь?

Марина достала из сумки распечатанный ваучер на проживание в том самом дорогущем отеле на берегу моря и протянула Роме.

– О, вы будете смеяться, но мы с вами, оказывается, не только соседи по самолету, но и по отелю, я тоже там останавливаюсь каждый раз, когда прилетаю сюда, и этот раз не стал исключением! Но еще больше вы удивитесь, когда услышите, что мы с вами в соседних номерах будем жить!

“Ну что, Марина, можешь порадоваться, наконец судьба оказалась к тебе благосклонной и пошла у тебя на поводу, будете жить в соседних номерах. Правда, рано радоваться, не факт, что Рома захочет со мной пересекаться, в конце концов, кто я такая, чтобы он тратил на меня свое время, у него свои планы есть, и развлекать тебя своими историями вряд ли в эти планы входит. Да и у меня важное дело есть, на котором я должна сосредоточиться, и не отвлекаться на все постороннее, не зря же я все так долго планировала”.