- -
- 100%
- +
Моя комната оказалась далеко не такой большой и шикарной, как у Эда (и слава Богу!), зато выглядела намного уютнее и хотя бы отдаленно похожей на жилое помещение, а не парадный зал. Огромная, застеленная голубым покрывалом кровать, белый круглый стол с вазой живых нежно-сиреневых цветов, источающих ненавязчивый свежий аромат, гардероб с зеркальными дверцами (вполне современный на вид), несколько удобных кресел в тон кровати, трельяж с пуфом и… ни камина, ни батарей, ни люстр. Надо будет узнать, как же у них все это работает?
До церемонии официального представления королеве я считалась неофициальным гостем. Выслушав перечень того, что я могу делать в этом качестве (свободно передвигаться по дворцу, например) и чего не могу (обедать в основном зале за одним столом с королевой), я пришла к выводу, что такое положение меня вполне устраивает. Однако, по Эду было видно, что ему не терпится нас познакомить.
Этот мой первый день, проведенный во дворце, прошел словно в дымке, я не успела ровным счетом ничего осмотреть, да и с Эдом провела не так много времени. Обедать, а затем и ужинать мы расходились в разные залы. Гостей подобных мне во дворце больше не обнаружилось, а потому обедала я в гордом одиночестве в окружении слуг. Аппетита это, надо сказать, не прибавляло, и чувствовала я себя весьма неловко. Так что, набравшись ко времени ужина смелости, я нагло утащила оный прямо к себе в комнату, где его и поглощала, глядя в окно на заходящее солнце и предаваясь размышлениям.
Странное место, странный мир. Вот для чего, спрашивается, было выделять мне личную служанку?
– Госпожа, вы, наверное, хотите помыться? – осведомилась Джетта (как стала я называть девушку, убедившись, что она не против. Джеткулин – для меня явный перебор).
– Было бы неплохо, – ответила я, оглядывая комнату в поисках места, где сие можно было бы осуществить.
– Давайте я вам покажу, – услужливо предложила она и открыла малоприметную дверь рядом с гардеробом.
Я зашла внутрь и некоторое время молча стояла, осматривая вполне земную на вид ванну без каких-либо намеков на кран или душ поблизости.
– Эм… Джетта, ты не объяснишь мне, как этим пользоваться?
– Конечно, госпожа.
Если девушка и была удивлена моей просьбой, то ничем этого не выдала, с готовностью продемонстрировав процесс набора и слива воды легкими касаниями панелей на стене. Возможность душа тоже оказалась предусмотрена, только вот струи при этом падали прямо с потолка.
«Система класса люкс», – усмехнулась я про себя.
После того, как я решилась опробовать иномирскую ванну, заботливая девушка принесла мне пару чистых комплектов белья и ночную сорочку (не пижама, конечно, но тоже сойдет). Ну а когда она без труда достала еще и настоящую зубную щетку! Я еле сдержалась, чтобы не расцеловать ее (и девушку, и щетку). Что интересно, щетка напоминала обычную земную: такая же длинная ручка, щетинки, только вот сделана была из плотного и при этом почти невесомого дерева, отшлифованного до идеальной гладкости. Ни пластика, ни резины.
Однако, несмотря на все прелести, понять, для чего мне может понадобиться постоянная служанка, я решительно не могла.
Днем заходил портной. На удивление молодой и приятный мужчина, которого отправил ко мне Эд, велев исполнить любые мои пожелания. Тересий, как его звали, внимательно выслушал сбивчивый рассказ о моих предпочтениях и пообещал в кротчайшие сроки пошить и прогулочные брюки, и сапоги, и куртку, и даже пару платьев, которые я тоже назвала, прислушавшись к его деликатным намекам. Все-таки, находясь во дворце, следует соответствовать. После портного заглянула его помощница Классия, милая светловолосая девушка, которая сняла с меня мерки и передала пару готовых платьев на первое время.
Кроме того, сразу после обеда меня посетил еще и повар, носящий вполне земное французское имя Жан. Он, само собой разумеется, зашел дабы осведомиться о моих вкусах в еде. И это при том, что я вообще не представляла, что у них едят! Тем не менее я мысленно поблагодарила Эда за проявление подобной заботы и память о том, что некоторые блюда с общего стола могут мне не подойти.
Уже поздним вечером ко мне забежал и сам принц и коротко сообщил о том, что завтра меня представят королеве.
«Ну надо, так надо», – подумала я и больше не стала загружать сим фактом свою голову.
Когда вернется наставник, Эданор не знал, а его пес опять куда-то запропастился.
Глава 3. Королева
Аудиенцию с королевой назначили на полдень. Встала я рано и, не зная, чем себя занять, сразу после легкого завтрака отправилась исследовать королевский сад. Вернее, я-то думала, что это парк, но обнаружив в той его части, куда в итоге забрела, цветущие и в то же самое время плодоносящие деревья – поняла, что оказалась в перепутавшем все правила сезонов волшебном саду. На улице было опьяняюще свежо и по-утреннему прохладно, робкие солнечные лучики просвечивали сквозь густую листву, а кучевые, кое-где серые облака напоминали, что на дворе все-таки осень.
Как же мне хотелось расспросить Эда обо всем на свете (точнее, на Эльдорисе), столько неразрешенных пока загадок громоздилось в голове, но Эд, как и полагается принцу, был занят. Заглянув на минутку ранним утром, он сообщил о времени знакомства со своей матушкой и пожаловался, что с момента возвращения ему не дают ни минуты покоя все, кто только возможно, а наставника нет, чтобы от их навязчивой опеки защитить. Ко всему прочему, некие таинственные старейшины повадились по несколько раз на дню пытаться устроить ему допрос, от которого в отсутствие наставника принц упорно открещивался.
«Любопытные у них тут дела», – подумала я тогда.
В результате визит Эда только подбросил в топку вопросов и не дал никаких ответов. А потому я решила начать хотя бы с малого и, обнаружив в саду вполне обыкновенные яблони и груши, отправилась на кухню пытать повара. Тот сперва несколько опешил, но постепенно втянулся и с энтузиазмом, словно играя в викторину, отвечал на мои в высшей степени странные вопросы.
На кухне я бродила почти до половины двенадцатого, пробуя все подряд на вкус и выспрашивая названия, способы выращивания и приготовления незнакомых мне овощных культур, злаков, фруктов и прочих съедобных штук. Из типично земных продуктов мне удалось выискать как минимум куриные и перепелиные яйца (следовательно, кроме обычных лошадей и собак тут имелись куры с перепелками), муку, причем, насколько я смогла понять, именно пшеничную, найденные еще в саду яблоки и груши и мед! Самый настоящий пчелиный. До чего родной, знакомый запах! Им были буквально пропитаны мои детские воспоминания о проведенных в деревне у дедушки-пчеловода каникулах. Отведав маленькой ложечкой полезное лакомство, вдохнув его аромат, я будто перенеслась обратно на Землю, на мгновение забыв, где нахожусь. В общем, занятие настолько меня захватило, что когда прибежала запыхавшаяся Джетта, я даже не сразу поняла, чего она от меня так настойчиво хочет.
– Полчаса, госпожа! Полчаса! Как же нам теперь успеть?! – причитала она.
Упсс, похоже, о самом важном и ожидаемом событии для любого простого подданного я напрочь забыла. Ну да ладно, целых полчаса!
– Не волнуйся, Джетти, успею! И спасибо! – бодро заявила я, помахала повару и бегом вылетела из кухни.
Кухня, кстати сказать, была не маленькая и занимала цокольный этаж почти целиком. Видимо, иногда во дворце устраивают грандиозные приемы.
Два пролета по лестнице, коридор и вот уже дверь моей комнаты. Уф…
Думается мне, такой прыти Джетта от меня не ожидала. Когда она красная как помидор ввалилась в комнату, я уже стояла у большой зеркальной двери гардероба и придирчиво себя осматривала. Взгляды наши встретились и подумали мы, вероятно, об одном и том же: «Никуда не годится».
Нежно-голубое атласное платье смялось, волосы растрепались, щеки красные…
Так. Времени в обрез, значит: другое платье, расческа, пять глубоких вдохов и медленных выдохов и в тронную залу!
Когда Джетта без слов полезла в необъятный гардероб и выудила из него второе и последнее мое платье (сиреневое с ажурной серебристо-черной вышивкой), я задумалась, не берут ли во дворец для удобства слуг-телепатов? Но тут же не без облегчения самой себе возразила: с такими слугами никакие государственные тайны в стенах дворца не удержишь, так что вряд ли.
Умелыми руками Джетты новое платье очень скоро оказалось на мне, сев при этом как влитое. Спасибо Тересию, выбирал ведь просто на глаз!
Распустив мои длинные, до поясницы, черные волосы, мы с Джеттой принялись в четыре руки распутывать непослушные локоны, а я, украдкой глядя на себя в зеркало, отметила, что платье мне очень идет. В обычной жизни такое, конечно, не наденешь, но иногда приятно почувствовать себя принцессой.
Джетта разделила волосы на несколько прядей, скрутила и, уложив сверху, ловко заколола чем-то вроде шпилек с серебристо-сиреневыми искорками на концах.
Ну что ж, пожалуй, я готова.
Дождавшись, когда меня пригласят, я вошла в поражающий размерами ослепительный зал. Вытянутой формы, с невероятно высоким потолком и огромными окнами он весь, казалось, искрился. Окна, не просто прозрачные, а составленные из витражной мозаики светлых тонов, местами не гладкой, а рельефной, отбрасывали причудливые блики. Ковровая дорожка цвета слоновой кости вела мимо массивных белых колон прямиком к возвышающему на пологих ступенях трону. Если это творение рук человеческих можно назвать столь коротко и обыденно, ибо ничего изумительнее мне видеть не доводилось ни в одном из земных дворцов. Спинка трона, уходя далеко вверх и в стороны, преображалась в великолепную раскидистую крону. Цвета какао с молоком в основе, с лучисто переливающимися, отблескивающими так, словно в них застряли искорки света, листочками и веточками. Одним словом, сказочно прекрасную.
По бокам от основного, большего по размерам, трона располагалось еще два, и из них, дополняя основной ствол, исходили две другие, меньшие ветви, сливаясь выше в общую крону. Один для Эданора, а второй? Возможно, его занимала королева до смерти мужа, на трон которого теперь перешла.
Подойдя ближе, наконец смогла рассмотреть ее саму. Королева оказалась довольно высокой, сухопарой женщиной с несколько суровым, узким лицом, плотно сомкнутыми тонкими губами и величественным взглядом серо-голубых глаз. Бордовое бархатное платье в сочетании с каштановым цветом ее волос только усиливали эффект. И приковывали взгляд. Хорошо, что я успела полюбоваться на композицию трона издалека, сейчас уже вряд ли смогла бы оценить его по достоинству.
– Матушка, это та самая девушка Таня, о которой я вам говорил, – начал Эд, взяв инициативу в свои руки.
– Что ж, я рада знакомству. Мое имя Мерадет, – произнесла королева, глядя мне прямо в глаза. – И от лица народа Растании и себя лично я выражаю тебе благодарность за содействие и помощь моему сыну в твоем мире. Ты можешь оставаться во дворце как почетная гостья вплоть до момента принятия решения о твоем отправлении в мир Земли или иного, ежели возвращение окажется невозможным.
Я помрачнела. Даже так? Невозможно отправить обратно?!
– Насколько я понимаю, здесь не обошлось без твоего наставника, – обратилась королева к Эду, скорее утверждая, чем спрашивая. – Вот пусть он и займется этим вопросом. А пока его нет… Полагаю, старейшин весьма заинтересует факт подобного перемещения и они пожелают лично переговорить с представительницей иного мира, не так ли Джозеф?
Она повернулась к стоящему чуть в стороне у самой стены мужчине. Его костюм практически сливался с интерьером зала, и потому я не сразу заметила его.
– Ваше Величество, вы как всегда проницательны и мудры, – поклонился мужчина. – Если вы не возражаете, мы созовем Совет завтра же.
– Не возражаю, – произнесла королева и встала.
Вот так, аудиенция, похоже, окончена. А ведь я не проронила ни единого слова!
– Старейшины это плохо, – тихо сказал Эд, подойдя. – Они меня тут вдвоем допекают, а если соберется Совет… Но еще хуже предстать перед ними в отсутствие наставника. Но деваться теперь некуда. Эх, не думал, что до этого дойдет. Таня, прошу тебя, постарайся не говорить им ничего лишнего! – И он моляще уставился на меня, а я непонимающе на него. – Ну то есть лучше вообще поменьше говори. В Совете почти все чересчур консервативны и вряд ли с радостью воспримут эту историю с перемещениями. И тебя саму.
– Ясно, значит буду включать дурочку, – кивнула я.
Эд благодарно улыбнулся и, попрощавшись, исчез за неприметной дверью в стене за троном, за которой недавно скрылась королева. У него, как всегда, были дела.
У меня же после этого странноватого знакомства с венценосной особой разболелась голова. Сначала едва ощутимо, но постепенно все сильнее, начиная мешать не только думать о судьбах мира, но и элементарно передвигаться. В итоге пришлось всю вторую половину дня просидеть в комнате. А к ночи стало еще и холодно. Морщась от боли, я нашла в гардеробе подаренные Лианорой сарафан с рубахой и, помня об их волшебной ткани, переоделась. Стало теплее, правда, не намного.
Джетту я отослала сразу, как узнала, что никаких лекарств у нее нет. От предложения обратиться к придворному магу-лекарю благоразумно отказалась. Мало ли как их воздействия на меня повлияют! Да и вообще, идти к магу… Это звучало примерно так же безумно, как пойти к экстрасенсу. С головной болью, ага.
Легла я еще засветло в надежде, что сон поможет, но заснуть категорически не получалось, и все мое существо молило лишь о таблетке цитрамона. Когда я уже была готова или взвыть, или позвать Джетту и спросить у нее о гильотине (а потом, посмеявшись над ее смятением, все-таки послать за магом), в дверь поскреблись.
Вставать не было решительно никаких сил, но звук повторился, и пришлось ползти к двери. Гостем оказался Регии, который, стоило только отворить, забежал в комнату и плюхнулся у кровати. Позабыв и о головной боли, и о холоде, я присела рядом и обняла его.
– Я уж думала, ты меня совсем бросил, Регги. А мне тут, знаешь ли, лишние знакомые… кхм… морды не помешают. Вон даже Эд ко мне совсем не заходит, – пожаловалась я псу.
Когда ноги совсем заледенели, я забралась обратно в постель и, свесив руку, чтобы коснуться гладкой, даже в сумерках блестящей шерсти, прошептала:
– Хорошо, что ты пришел.
И только блаженно проваливаясь в сон, вдруг сообразила, что голова больше ничуть не болит.
Глава 4. Совет старейшин
Проснулась, чувствуя себя в целом сносно, но голова опять давала о себе знать. Решив, что если буду валяться в постели, сделаю только хуже, сразу встала и отправилась в душ. Однако, взбодриться прохладные струи не помогли, более того – в висках застучало сильнее.
– Что за напасть? – спросила я Регги, усевшись в кресло. Рука сама собой потянулась погладить необыкновенную шерсть. – Красавец!
Размышляя о том, где мне теперь полагается завтракать и идти ли куда бы то ни было вообще, я продолжала гладить пса и в какой-то момент осознала, что головная боль отступила.
Прислушалась к себе повнимательнее и с подозрением уставилась на Регги.
– Твоих рук дело? Неужели и так умеешь?! – Пес встал и демонстративно подошел к двери. – Ладно-ладно, думаю, ты заслужил отменный, поистине королевский завтрак! – рассмеялась я.
В дверях столкнулась с Джеттой. Девушка напомнила, что мне позволено завтракать с королевской семьей, но я велела ей в случае чего передать, что неважно себя чувствую.
Повар Жан даже не удивился, увидев меня с Регги на кухне, и с готовностью накормил прямо там. А когда сытые и довольные мы вернулись, выяснилось, что посылка от Тересия с первой частью заказанных нарядов уже ждет меня. Вот это скорость! Может, он тоже маг?
Я не поклонница шопинга и новыми вещами всегда обзавожусь с трудом и неохотно, но этот подарок меня обрадовал. В особенности когда я разглядела, что Тересий выполнил мою просьбу и прислал брюки!
Не удержавшись, я тут же примерила обновку. Черные, гладкие, мягко поблескивающие брюки были одновременно плотными и нежными к коже, а еще к ним прилагались фиалковая рубашка и черный жакет. Стоит признать, Тересий – мастер своего дела, сели вещи идеально и выполнены были превосходно. К тому же, что особенно радовало, получилось вполне современно и уж точно куда привычнее пышных атласных платьев в пол. Нет, платья – это, конечно, красиво и иногда заманчиво, но ходить постоянно в таких нарядах – точно не для меня. Я из тех, кто предпочитает в обычной жизни туфлям на каблуке кроссовки…
Джетта, зашедшая спросить, не нужно ли мне чего (как она делала теперь постоянно!), так и замерла у порога, глядя на меня во все глаза.
– Плохо? – спросила я, нахмурившись.
– Нет, ну что вы! Вам очень идет. И цвет глаз подчеркивает, они кажутся совсем сиреневыми. У вас удивительно красивые глаза! Просто у нас девушки так обычно не ходят.
– Спасибо, Джетти, только не «вам», а «тебе», пожалуйста!
Джетта улыбнулась и уже смелее стала рассматривать мой наряд, а затем и оставшиеся на кровати вещи.
– У вас девушки совсем не ходят в брюках? – поинтересовалась я.
– Нет, бывает, ходят, но не часто. Для занятий верховой ездой, например, или дальних поездок.
– Понятно… Джетти, а ты всегда жила во дворце?
Благодаря чудодейственному присутствию Регги, я вновь обрела утерянную любознательность и желание узнать хотя бы те крохи нового, которые возможно. В общем, на этот раз я решила взяться за Джетту. Эта милая девушка успела привыкнуть к странностям своей подопечной (то есть к моим), а значит, достаточно окрепла, чтобы не рухнуть в обморок от моих порой совершенно невообразимых для обычного эльдорийца вопросов.
– Да нет, я тут совсем недавно, – ответила Джетта.
– Да? А как попадают во дворец?
– Ну…
– Мне просто интересно, если не хочешь – не отвечай.
Джетта выдохнула и, очевидно, окончательно смирившись с моими странностями, принялась рассказывать.
– Моя семья живет в деревне, а для деревенского жителя попасть во дворец практически невозможно.
– Почему?
– На места подле самой королевы огромный конкурс, и отбирают обычно только из горожан.
– А тебе не нравилось в деревне?
– Нет, что вы, госпожа. То есть ты, – неуверенно посмотрев на меня, поправилась она. – У нас хорошо, но служить ее величеству – огромная честь и радость, о которых я не смела даже мечтать. Однако милосердная судьба в лице Флорис подарила мне эту возможность.
– Жена Жана?
– Да-да, наша Флорис. Как-то раз я помогала отцу в лавке, в общем-то я довольно часто ему помогала. Он каждый день возил зелень и свежие овощи с наших огородов в город, и я ездила с ним. В тот день в лавку зашла незнакомая дама и обронила брошь. Я заметила только, когда Флорис уже уехала. Распереживалась, взяла у отца телегу и отправилась за ней. Я неплохо управляюсь с телегой, но все равно нагнать ее смогла только у самых стен дворца, где, как оказалось, она работала кухаркой. Флорис была так благодарна, что пригласила меня на чай, а потом вот… помогла попасть сюда на службу.
«Вполне обычная история», – заключила я мысленно.
– А родных ты часто навещаешь?
– Ну… мне удавалось увидеться с отцом два-три раза в неделю, а иногда и съездить домой, а как будет теперь, не знаю.
– Что значит «теперь»?
– Так меня же приставили к… тебе, и у меня вроде как нет повода уезжать. Раньше я помогала с покупками разных мелочей и другими поручениями в городе, уезжала то с кухаркой, то с Классией – помощницей портного.
– Выходит, ты хорошо знаешь город? – спросила я, начиная довольно улыбаться от задуманного.
– Конечно.
– Вот и отлично! Тогда будешь сопровождать и меня. Не могу же я теперь сидеть тут безвылазно!
Глаза Джетты просияли.
«Вот только разобраться бы с этим Советом, чует мое сердце, станется с них организовать мне какой-нибудь подвох. Одно дело, если домой отправят, а если в подземелье запрут?»
Думать о плохом не хотелось, но мрачные мысли упорно лезли в голову, к тому же внезапно прорезавшееся шестое чувство вторило им и не предвещало ничего хорошего.
«Может, зря я Джетту обнадежила?.. С другой стороны, не пленница я все-таки, сама королева высказала мне свою благодарность, не посмеют! Наверное…»
В дверь постучали и тут же просунули голову. Эдик. Я была так ему рада, что даже не стала учить манерам и намекать, что могла быть, например, не одета.
– Привет! – бодро поздоровался принц, заходя. – Ты как?
– Нормально. Новостей нет?
– О наставнике нет, а старейшины почти все уже съехались, не терпится им. Готовься, Таня, скоро за тобой пришлют.
Меня вели длинными путанными коридорами и лестницами куда-то наверх. Ни Эд, ни Джетта пойти со мной не могли, зато Регги трусил рядом, придавая хотя бы немного уверенности. Однако у массивной двери красного дерева пес наставника скосил виновато глаза и сел.
«Значит, дальше ему тоже нельзя», – подумала я удрученно и ступила в неясный полумрак.
Зал, в котором я очутилась, не был слишком большим, но высокий куполообразный потолок придавал ему величия и таинственности. Сделанный из чего-то вроде мутного светло-бежевого стекла он источал бледный, рассеянный свет. Причем так, что стоящие в центре и образующие почти полный круг стулья (на которых, как нетрудно было догадаться, восседали те самые старейшины) оставались в тени. Я смогла разглядеть только приглушенные цвета мантий. Темно-зеленый, синий, красный, голубой. А еще три фигуры, облаченные в золотой. Наверное, главные. Среди порядка тридцати человек они выделялись не только расположением, но и замысловатостью тронов-стульев.
Проводник безмолвно указал на небольшое возвышение, окруженное сидящими старейшинами, и ушел. В итоге, встав на единственный относительно хорошо освещенный пятачок, я оказывалась не в самом выгодном положении: не имея возможности как следует рассмотреть лица сидящих, в то время как они, напротив, видели меня отлично.
В воцарившейся тишине прозвучавший вопрос показался громогласным.
– Как твое имя, женщина?
Я подобралась.
– Татьяна. Или просто Таня. Именно этим именем я была представлена королеве, – добавила я, решив, что упоминание ее величества будет не лишним.
– Каким образом ты прибыла в наш мир, Татьяна? – спросили другим голосом, но не менее сухо.
– Понятия не имею, – ответила я и почувствовала нестерпимую головную боль. Настолько сильную, что в глазах потемнело, и я испугалась, что рухну на пол.
– Наставник Ливолис привел тебя, женщина? – еще более грозно, как мне показалось, спросил кто-то третий. И не только в голосе, в самом словно бы сгустившемся пространстве я явственно ощутила исходящее от старейшин давление.
– Не знаю никакого Ливолиса, – процедила я сквозь зубы.
– Не сама ли королева повелела наставнику принца Эданора озаботиться вопросом возвращения тебя обратно в твой мир? По причине его непосредственного к этому отношения?
«И зачем спрашивать, – вяло и как-то безразлично подумала я, – если все и так очевидно. Чего они добиваются?»
В тот момент, когда я уже почти надумала сдаться и, проявив слабость, свалиться на пол, на меня словно пахнуло волной свежести. А еще через мгновение в зале, судя по всему, появилось новое действующее лицо.
– Ну раз сама королева велела заняться этим вопросом лично мне, – твердо произнесли смутно знакомым голосом, – то я им и займусь. И участие Совета здесь совершенно излишне.
Я повернула голову, отчего в висках гулко застучало, и предательская пелена перед глазами не позволила толком разглядеть лицо вошедшего. Только золотисто-песочный цвет костюма и волос.
Последним, что почувствовала перед тем как провалиться в темноту, была острая вспышка жгучего гнева кого-то из старейшин.
Темнота, правда, рассеялась почти сразу, потому что я прекрасно помню, как заботливые руки подхватили мое оседающее тело и понесли вон из зала, только за пределами которого я, кажется, снова смогла дышать.
Головная боль постепенно отливала, откатывалась, словно волна от берега, а на смену ей приходили облегчение и почти блаженство. Я прикрыла глаза, купаясь в новых ощущениях, и, наверное, заснула бы, если бы не взволнованные импульсы, подбежавшие откуда-то сбоку. Эдик!
– Наставник! – услышала я его облегченное и одновременно встревоженное (скорее всего, от вида моего «бездыханного» тела).
Когда меня отнесли куда-то и аккуратно опустили на кровать, я подумала было протестовать (честно, я предпочла бы еще побыть на руках), но благоразумие, к счастью, пересилило, и я не издала ни звука.
– Что с ней? – взволнованно спросил Эд.
– Не волнуйся, Эданор. Старайся контролировать свои эмоции в любых ситуациях, тем ты сможешь помочь в их разрешении намного больше. Она уже почти в порядке. А через несколько дней, думаю, окончательно адаптируется и будет обходиться без моей помощи.