Последняя сигара. Сборник рассказов

(научно-фантастический рассказ)

****

Майское солнце встает над Москвой. Весна 2051 года выдалась необычайно теплая. Вовсю зеленеет трава и смолистые почки тополей разорваны молодыми листочками. Они как бабочки греют свои блестящие бока. В общем, весна набрала силу и цвет.

Вот уже месяц, как в столице творится небывалый ажиотаж по поводу возможности слетать в космос. Ух-ты! Задаром!

На телевидении проходят нескончаемые конкурсы за право обладания местом в великолепной ракете – «Молния».

– Алле! Это центр подготовки космо-пассажирской ракеты «Молния»?

– Да! Профессор Зеница, слушаю вас!

– Профессор! Я известный человек в Москве, тут, понимаете все странно, все хотят лететь, лезут в ракету, чтобы бесплатно слетать в космос…

– Ну?.. Так, что вы хотите? – с нетерпением спросил Зеница.

– Я, хочу полететь с сыном, хочу по нормальному заплатить деньги и полететь.

– Я понял. Позвоните завтра в это же время, думаю мы что-нибудь придумаем…

Профессор Зеница руководит запуском «Молнии». Это его детище. Голова идет кругом. Пару месяцев назад никто и предположить не мог, что от желающих полететь в космос вокруг «Земли» не будет отбоя.

– Наступает самая горячая пора, через неделю старт ракеты! Кто не хочет лететь в космос, тот уже устарел! Лучшие представители молодежи и взрослые… – объявляет ведущий вечернего шоу на телеканале «Космическая Москва».

Алексей Федорович Синичкин выключил вечерние новости. Как обычно они начались с популярнейшей темы: «Кто они, будущие пассажиры и космонавты «Молнии?» Москва, и, пожалуй, вся страна застыли в ожидании. Сейчас назовут сто космонавтов из числа известных людей города, звезд эстрады и ученых.

Сынишка возится с машинками за креслом. Он тоже отвлекся и внимательно слушает имена и фамилии счастливчиков.

Диктор, красивая женщина и певица Андромеда, сладким ротиком выкрикивает номера:

– Номер «53»! Внимание! Под номером «53» у нас!.. Московский музыкант, саксофонист Алексей Синичкин!

Алексей Федорович вскочил с кресла, словно укушенный дикой пчелой.

– Еж! Кот! Кит! Как же так!

– Папа это ты, что ли?.. – удивился сын.

– Ничего себе! Да я ради шутки позвонил на телестудию неделю назад и вот, такая удача!

– Итак, Алексей Синичкин под номером «53», – продолжила великолепная электронная дама, – и его сын Август, номер «54». Эти два космонавта летят вокруг Земли! Поздравляем! – объявила она.

– Ура! Папа, и я что ли?

– Ну да, там такое условие… то есть кто-то из родителей со своим ребенком.

Дикторша продолжила называть следующих космонавтов. Алексей уже ничего этого не слышал и не понимал.

«Вот, блин, на следующей неделе у меня концерт, а мне лететь? – подумал папа и стал усиленно растирать свои покрасневшие уши. – Хотя, конечно, интересно побывать в космосе. Как Юрий Гагарин! Тем более, когда еще выпадет такая удача посмотреть на нашу Землю из… Даже страшно представить! Билет на «Молнию» для желающих купить стоит дорого, сто тысяч рублей, а для иностранцев 150 тысяч долларов. Вот ведь сюрприз? Значит придется слетать. Интересно и даже немного боязно… Да ладно, у нас уже научились делать надежные ракеты…»

На окраине Москвы на взлетном поле бывшего аэроклуба «Пилот России», кипит новая жизнь.

Отстроены трибуны для зрителей, павильон для космонавтов-пассажиров, купол пресс-центра светится неоновыми огнями. Бригада «космических монтажников» привинчивает последние метры рельс, по которым уже завтра доставят «Молнию» на взлетное поле. Как это все напоминает съемочную площадку «Мосфильма», но это только на первый взгляд.

– Профессор! Профессор! Ну где вы? Подойдите к телефону, скорее!.. – крикнул молодой симпатичный ученый, доктор психологических наук, помощник и ученик профессора.

– Миша! Что за спешка! Что случилось?.. – удивился профессор.

– Президент России на связи! Лично заинтересовался полетом вокруг земли! Держите трубу…

– Алло, товарищ президент! Профессор Зеница у телефона! – по-деловому ответил дедушка.

– Рад, рад слышать. Как здоровье, уважаемый Иван Семенович?

– Спасибо, в порядке, скучать некогда, – продолжил спешно Зеница.

– Профессор, я не отрываясь смотрю по телевидению ваш проект, но, что интересно, в центре наших космических войск все тихо и спокойно. Никто ни к чему не готовится. Ни о каких пассажирах не слышали…

– Да, да, я бы вам все рассказал, но я чрезвычайно занят в эти часы…

– Хорошо. Прошу одну минуту. Скажите, профессор, а этот полет вокруг Земли не опасен? Я понял, что полетит целых сто пассажиров, плюс пять членов экипажа?.. – озабоченно спросил президент.

– Да, все так. Скажу вам прямо, это так же не опасно, как ездить в лифте своего дома.

– Ну все, аж от сердца отлегло. Все-таки дети летят! А экипаж надежный?.. – не унимается президент.

– Самый надежный, товарищ президент. Это же робо…, впрочем, это секретная информация. Никому не говорите об этом.

– Вот как! Хорошо, я нем как рыба. До свидания, успехов вам и звездного неба! – закончил президент и положил трубку.

«Ну вот, отвлекли от работы», – подумал Иван Семенович и умчался в секретные боксы.

****

– Везут, везут, «Молния» едет! – доносились звуки с улицы.

Действительно, на летное поле въезжала «Молния» на новенькой железнодорожной платформе, на которой было написано: «Молния–31». Россия XI век»

Сама ракета была очень красива и величественна. Она напоминала огромный восьмигранный карандаш с многочисленными окнами-иллюминаторами. Поверхность ракеты переливалась в лучах яркого весеннего солнышка. И теперь она уже была похожа на огромный кристалл горного хрусталя или берилла.

На поле мгновенно выкатилось несколько юрких электромобилей телевидения и кинокомпаний. Выскочившие из машин журналисты бросились к платформе. За ними спешили папарацци, юные техники, молодые пацаны с видеокамерами. Одного журналиста сбили с ног так, что к ракете он летел, бормоча что-то по-английски.

Профессор Зеница был вынужден унять пыл журналистов и телекомментаторов:

– Всем представителям СМИ отойти на безопасное расстояние! Внимание! Сейчас ракета будет вставать на свои «ноги», словно родившийся человек.

Полиция была вынуждена вмешаться, так как ажиотаж уже перехлестывал за рамки разумного. В конце концов все зрители разместились на трибунах, в ста метрах от «Молнии».

– А мы даем слово одной очаровательной журналистке из Москвы, – продолжил профессор. – Она так рвется в бой, что микрофон скоро задымится под натиском ее жарких слов.

– Внимание, внимание! Я, Маша Москвичева, канал «ЭЙБИ-РУ», и сейчас веду свой репортаж с аэродрома «Пилот». Сейчас, прямо за мной, поднимается кристально-бирюзовый карандаш! Вы видите его? Это и есть знаменитая «Молния–31»! Посмотрите, сколько окон. А в верху кабина пилотов, похожая на китовую пасть. Вот-вот, и ракета установится в вертикальное положение! Есть! Она стоит! Как! Как… гм… А, как символ побед русских космонавтов. Высота «Молнии» – 51 метр 25 сантиметров. Плюс еще пика или специальная антенна, чтобы дробить мелкие метеориты. Мы видим квадратные иллюминаторы по всей ракете – это кабины пассажиров! Грандиозно! – воскликнула девушка. – Профессор Зеница, а сколько пассажиров примет участие в полете? – осведомилась юная журналистка.

– Уважаемые господа! Наша красавица «Молния» возьмет на борт сто пассажиров и еще пять пилотов, которые будут управлять ею в течении семи часов полета вокруг Земли.

– Здорово! А вы тоже полетите вместе с нашими счастливчиками? – поинтересовалась Маша.

– К сожалению, нет, – посетовал профессор. – Места все расписаны. Летят тридцать пять наших известных граждан с детьми. Остается еще шестьдесят мест, это тридцать мест для российских и тридцать мест для иностранных коммерсантов. Так что, я бы с удовольствием, но мест лишних нет.

– А в чем уникальность вашей «Молнии»?

– О! Это огромный шаг человечества в освоении космического дома. Во-первых, у нее специальный двигатель, который разгоняет ее с малых скоростей и постепенно на высоте двенадцать – двадцать километров она наберет скорость семнадцать – двадцать километров в секунду. Это очень большая скорость для пассажирских перелетов!

– Здорово! Жаль, что я не попала в полет… – огорчилась Маша.

– Я думаю, что у вас еще все впереди. Вы очень молодая и умная девушка, это не последнее космическое путешествие. Я уверен, что будет «Молния–32», итак, дальше…

– А теперь, скажите наконец, когда будет осуществляться полет? Когда же старт?

– Старт назначен на 10 часов 32 минуты в последнюю субботу мая! То есть через три дня. Да, именно через три, итак, дальше…

– А возвращение наших космонавтов? Куда и когда они приземлятся?

– Все вернутся уже… гм… в восемнадцать часов по московскому времени! А может быть и раньше.

– Что значит раньше?.. И где приземлится «Молния»?.. – встревожилась Маша.

– Это секрет. Все, уважаемая Маша, я убегаю, мне необходимо проверить «Молнию» и проинструктировать персонал, итак, дальше…

Профессор Зеница испарился так же внезапно, как и появился.

Ракета во всей своей красе и мощи предстала перед тысячами глаз москвичей, освященная гирляндами подсветок и маяков. К вечеру, когда аэродром опустел, его оцепила охрана – батальон спецназа космических войск России «Сатурн-Русь».

****

Профессор Зеница не спал и не ел. До старта осталось пятьдесят часов, а еще нужно сделать уйму работы. Он давал новые указания своему помощнику:

– Миша, сегодня же проверяем все телекамеры на борту. Я должен видеть и слышать, что творится в каждом кресле. Видеть каждый жест и мимику космонавтов и пассажиров, иначе теряет смысл вся наша затея, итак, дальше…

– Профессор, а как работают двигатели? Система управления ракеты? Система безопасности? Парашюты или средства приводнения есть?

– Ну что вы, Михаил, это все еще проверено в ангарах военными инженерами. Я вообще не знаю, как она летает, и летает ли вообще… Тем более, как приземляется. Мне наплевать, я хочу знать совсем иное, итак, дальше…

– Профессор, что это у вас странная присказка «итак, дальше»?

– Волнуюсь, вот и повторяю все время ее. Как Юрку Гагарина увидел в детстве, так и повторяю!

– Иван Семенович, вот еще что, – вспомнил Михаил, – звонил бизнесмен, тот, позавчерашний, требует место ему и сыну! Сказал, что принесет хоть триста тысяч рублей. Что ему ответить?

– А сколько осталось мест?

– Вроде всего два и одно, на всякий случай, ваше – номер «101» – Бис!

– Хорошо, скажите своему коммерсанту, чтобы приходил на посадку, как раз на места «99» и «100» и закончим с этим.

– А деньги?..

– Какие еще деньги? Не нужно, идите работать, мальчишка! Итак, дальше…

Когда Михаил проверял микрофоны в пресс-центре, к нему сзади подкралась молоденькая девушка с фотоаппаратом.

– Здрасьте, – прошептала она, – что вы тут делаете?..

– Тьфу ты, напугала! А что вы тут…

Михаил обернулся и посмотрел на нее. Милое, почти детское лицо, брови, как крылья орла, миндальные глаза цвета индии. А губы… Их невозможно описать. Что мог вымолвить наш сраженный наповал русский Мишка, только одно:

– Вы богиня!

– Да? Спасибо! Ты тоже симпатичный, только бледный, много сидишь за компьютером? – улыбнулась девушка.

– Да ну его, лучше сейчас побегу на гимнастический городок! Или… А! Пойдем купаться, здесь такое озеро есть чистое, совсем недалеко! Пойдем?

– Ишь ты, какой шустрый, мы даже и не познакомились.

– Михаил, – представился молодой человек. – Ученик Ивана Семеновича и его заместитель в проекте «Молния».

– О! Это класс! Ты что, космонавт?..

– Нет, я доктор психологии и кибернетической биологии.

– А меня зовут Мария, или просто Маша. Я стажер на телеканале.

– Ну что, пойдем на озеро? – улыбнулся Михаил.

– А твоя работа? Я видела, ты был занят…

– Вот еще, работа. Когда я вижу тебя…

– Я поняла, ну ладно, пойдем, искупаемся.

Они пробыли на озере часа полтора. Маша просилась на «Молнию», а Миша думал и говорил, что это невозможно. Но когда грустная девушка разделась и зашла в воду, Миша бросился за ней, и скользя по глиняному берегу, и плюхаясь в озеро, прокричал, что она непременно полетит!

– Или я не рыцарь! – кричал обезумевший от эмоций молодой ученый, понявший в один миг, как безразличны ему теперь ученые звания и блестящая карьера. Звезда блистала перед ним, сверхновая звезда любви…

Тем временем, часы отсчитывали время до старта. Сегодня «Молния» стартует в космос. Сегодня первая супер-ракета-дом, кристалл, покажет простым обывателям, что такое космос и как прекрасна наша Земля.

Раннее утро. В квартире Алексея Федоровича Синичкина переполох.

– Алеша, следи за сыном, пристегни его хорошо. Ой, как я вам завидую… – хлопотала жена.

– Нечему тут завидовать, Женечка, ты же знаешь, когда у меня предложения с неожиданным концертом, почти всегда следует провал!

– Не преувеличивай! Это класс, полет в космос! Конечно, я буду волноваться, но не сильно.

– Присядем на дорожку, – взволнованно сказал папа и усадил сына на колено. – Ну, с Богом! Вечером жди нас мамочка, сделай блинчики с творогом.

Мама расцеловала своих мужчин.

– Удачи, астронавты мои, – жена и мама в одном лице, вдруг заплакала.

Ехали в метро, папа случайно наступил на ногу какому-то рокеру, потом долго извинялся. Рокер был не в настроении, в итоге, папа чуть не избил его.

На аэродром приехали ровно в 10.00.

– Блин, лучше бы я подрался с этим неформалом, и мы опоздали на старт! – ворчал взволнованный Алексей Федорович.

– Папа, быстрее, наша ракета уже давно ждет нас, какая она красивая, – сын трепетно трогает обивку «Молнии». – Супер, как стеклянная!

– Что за хрен, а где двигатели?.. – не унимается отец. – Молодой человек, – спрашивает он у Михаила, – а где командир корабля? Я хочу знать, хватит ли нам топлива, тут очень маленькие баки. И очень хочу знать, как мы будем приземляться? Она, эта ваша «Молния», просто снаряд, небоскреб. Палка в небо!

– Успокойтесь, все внутри ракеты, новейшая разработка, сядем нормально, итак, дальше… – улыбнулся молодой ученый.

– Сядем нормально, – ворчит папа. – А вы вот с нами летите?

– Нет, к сожалению!..

– А почему?

– Мест нет, а так очень хочу. Проходите на борт, ваши места «53» и «54», а космонавты уже давно в ракете.

– Ну, пап, пойдем, – Август явно раздражен поведением отца. – Ты что, боишься, что ли?

– Да! Боюсь за тебя и за маму! А сам я уже давно ничего не боюсь. Но меня напрягает этот карандаш. Что-то здесь не так…

– Так вы отказываетесь от полета? – уточнил Михаил. – Зря, я гарантирую, это вообще не опасно, – с улыбкой добавил он, – И сын ваш уже чуть не плачет.

Отец сдается, и они поднимаются на борт. Серебристый лифт везет их на пятый уровень. Здесь десять кресел, в том числе и их: «53» и «54», у огромного круглого окна.

– Кресла хорошие, как у стоматолога, падать будет не больно, вот влипли… Сынок, если я тебя иногда слишком строго наказывал, ты прости папу… – растрогался отец.

Последняя к старту прибежала Маша.

– Фу-ты, наконец-то, – обрадовался Миша. – Быстрее беги в лифт. У тебя место «101», бронь самого профессора, десятый этаж рядом с кабиной управления, скажешь представитель начальника проекта, итак, дальше! Ладно?

– Ладно, Мишенка, что-то я трушу, вроде и лететь не хочу, мне и так здесь с тобой хорошо.

– Ну-ка, не дрейфь, профессор мне кое-что рассказал, я тебе потом скажу. А сейчас давай в лифт и к себе на место, дорогая…

Они целуются, девушка садится в лифт, «Молния» закрывает дверь.

– Внимание, внимание, до старта «Молнии–31» остается десять минут. Все телекомпании России ведут свои репортажи из Москвы. На борту пять космонавтов космических сил России, майоры: Заревой, Горелов, Зверев, Арсибеков. Командир экипажа полковник космической гвардии Иван Рощин и сто один пассажир в придачу! Удачи нашим космонавтам и мягкой посадки!

Трибуны ликуют. Духовой оркестр играет «Прощание славянки». Профессор Зеница настороженно смотрит с командного мостика на ракету. Он чем-то расстроен и подавлен. Он говорит в микрофон:

– Командир Рощин! Говорит «первый», как понял? Прием!

– Вас понял, «первый», – ответил биоробот.

– К старту готовы?

– Так точно! К старту готовы.

– Максимальная готовность!

– Есть, «первый»!

– Включить двигатели на прогрев!

– Есть, двигатели включены… «Первый», у нас проблемы, отключился второй пилот. Он задымился!

– Ясно, примените пенный огнетушитель. Черт с ним. Продолжайте взлет!

– Есть профессор! Поехали…

В это время в салонах ракеты радостное ликование и разговоры.

– Батя, классно, да? Щас полетим! – радостно кричит толстяк подросток.

– Конечно, сынок, тем более сэкономили двести штук. Пацаны умрут от зависти! – отвечает бизнесмен.

Радуются все: дети, тетушки, мамы и папы, бизнесмены и иностранцы, все переполнено ожиданием взлета.

Алексей Синичкин успокоился, но все же не доволен собой:

– Надо же, черт меня дернул позвонить на телевидение. Это провокация, а от провокации до катастрофы всего один шаг…

Командир корабля командует:

– Внимание! Двигатели прогреты, все системы в норме, экипажу занять места по расписанию. До взлета 30 секунд! Ключ на старт! Маршевый двигатель включить!

– Уже включены давно! Мы оторвались от поверхности! – командир корабля злобно улыбнулся.

Вся конструкция наполнилась гулом и мощью. В этот момент «Молния» содрогнулась, как лошадь, увидевшая льва в трех метрах от себя и двигатели, отключились.

Командир докладывает «первому»:

– Профессор, не работает первый маршевый двигатель!?

– Отлично! Отключить все системы, старт отложить на двадцать минут! Да, не забудьте вынести из ракеты задымившего второго пилота.

– Есть! Экипаж, отключить все системы…

Трибуны замерли. Раздался свист и недовольство:

– Вот как всегда, дальше Москвы не улетят!

Голос профессора раздался в каютах «Молнии»:

– Внимание, всем пассажирам «Молнии»! К сожалению, у нас появились некоторые технические накладки. Не включился первый маршевый двигатель. У нас имеется второй маршевый двигатель, так что через двадцать минут старт состоится. Спасибо за внимание. Елки-палки, итак, дальше!

Больше профессор ничего не сказал, он ждал…

Услышав в наушники сообщение профессора, Алексей Синичкин отцепил ремни, удерживающие его и сына в креслах, взял Августа за руку и направился к выходу.

– Папа, мы что, выходим?

– Да! Лететь никак нельзя. Корабль не исправен. Это путешествие становится не просто глупым, но и категорически опасным! – отец был непреклонен.

– Смотрите, папаша струсил и уводит сына, – заржал пассажир из каюты бизнес класса.

– Эй, сына оставь, он смелее тебя! – кричали ему чужие и глупые, по его мнению, люди.

Маша, сидевшая в своем кресле одна, с ужасом думала, как здесь не уютно: все холодное, совсем маленькое окошко. «Как здорово с Мишкой в траве целоваться и смотреть в глаза друг другу! Как это сказочно быть влюбленной в первый раз…»

Когда объявили о поломке одного из двух двигателей она расцепила ремни и побежала к лифту.

«К чертям собачьим, – подумала она, – видно я не космонавт, родители мои детские врачи, я журналистка. Я не хочу летать в космосе, я хочу бегать по траве босиком и хочу! Хочу? Хочу детей, мальчика и девочку… От него, от этого очкарика и будущего профессора Мишки.»

На выходе из «Молнии» стоял профессор Зеница. Он обнял вышедших из нее Алексея Синичкина и Машу Москвичеву, а маленького Августа взял на руки.

– Друзья мои, пойдемте ко мне на командный мостик, я расскажу вам очень много интересного. Пойдемте, итак, дальше!

Тем временем, на ракете вновь начался запуск двигателей. «Молния» зашумела и затряслась. Старт! Ракета вибрировала, приподнималась и опускалась в специальной сетке. Качалась и тряслась, ее двигатели гремели и стонали под многотонной нагрузкой, но «Молния» так и не взлетала. Через три минуты двигатели отключили, все стихло. Слышно было, как летает овод над ухом коровы в трехстах метрах от «Молнии».

– Господа! Всем спасибо. Говорит профессор Зеница. Наш полет-эксперимент завершен. Благодарим всех зрителей, пилотов, телевидение, особенно пассажиров. К сожалению, руководство космических сил в последний момент не дало разрешение на взлет. Дело в том, что сейчас в космосе очень плохая видимость, итак, дальше… Всем огромное спасибо. Списки всех пассажиров будут напечатаны в завтрашних московских газетах, каждому участнику будет вручена грамота от космических войск России и памятная медаль «Молния» – пассажир и космонавт 2051». Также всем, купившим коммерческие билеты, будут возвращены деньги. Прошу освободить ракету! Спасибо за внимание!

К двенадцати часам, то есть в полдень, аэродром опустел. «Молнию» решено было оставить на один месяц в стоячем состоянии для проведения экскурсий для российских и иностранных туристов.

Алексей Синичкин с сыном, Маша, профессор Зеница и его помощник расположились в командном пункте космодрома.

– Кого ждем, извините? – спросил Синичкин.

– Сейчас все узнаете, – ответил профессор.

За окнами послышался шум, профессор подбежал к окну, и со словами: «Наконец-то!», умчался встречать гостей. Через минуту он вернулся, но не один.

– Александр Багратионович, а это – наши герои, знакомьтесь!

В комнату вошел президент России и лично пожал руку каждому из присутствующих.

Все расселись в кресла. Подали кофе с молоком и домашним печеньем, супруга президента прислала.

– Профессор, я весь во внимании. Хочу услышать из первых уст результаты эксперимента «Молния».

– Да! Я готов, уважаемый президент, господа космонавты. Эксперимент «Молния» полностью состоялся, ракета выполнила свою задачу.

– Как, но она же не взлетела? – почти хором сказали все, кроме Михаила.

– Вот именно, она и не должна была лететь… Эта великолепная модель вообще не может летать, она была приманкой, ловушкой. Здесь, в зале, присутствуют всего лишь три космонавта-пассажира, которые сумели оценить всю опасность и авантюризм данного приключения. Смогли выстроить логическую модель происходящего. Они подключили свою интуицию, знания, жизненный опыт. Шестое чувство.

Маша покраснела и произнесла:

– Я ничего этого не делала! Я просто испугалась, и вообще, мне всего 17 лет, я влюбилась и мне кажется, что я хочу иметь детей…

Она снова покраснела, взглянула мельком на красного Мишу и уставилась на Августа, смотревшего в окно и жующего печенье. Маленькому человеку было наплевать на эти скучные разговоры взрослых.

– Вот! – воскликнул профессор Зеница и поднял указательный палец правой руки высоко над головой. – Вот оно, высшее достижение и спасение человека.

Он подошел к Маше, опустился на одно колено и поцеловал ей руку.

– Эта девочка спасла себя и своих будущих детей, она испугалась, включив в себе старый, добрый инстинкт – самосохранение! Умная, умная женщина. Михаил, учти это. – Профессор взглянул на молодого ученого и продолжил: – Значит, остался всего один человек и это Синичкин – музыкант, саксофонист, простой москвич, сумевший трезво оценить обстановку. Алексей, я предлагаю работать вам со мной в одной команде. Так что, господин президент, вот такая плачевная информация. Наше население потеряло все инстинкты, данные ей природой. Людьми движет самодовольство, искушение стать известными и популярными. Они не пощадили своих детей, взяв их на борт ракеты, которая ни разу не испытывалась ранее. Это простое самоубийство. Некоторых повлекло чувство романтики, но таких единицы, поверьте мне. Люди поставили на одни весы участие в шоу и жизнь себя и своих детей. Смешные, они летят в космос в блестящей игрушечной ракете, без скафандров, питания, они даже не спросили о способе приземления. А на таком снаряде просто невозможно приземлиться. Бред! Нонсенс! Я специально приказал сымитировать поломку маршевого двигателя в надежде, что люди очнутся, встрепенутся, бросятся спасать себя и своих детей. Отнюдь! Как глупые овцы, простите, они продолжали ждать своего конца, успевая при этом называть господина Синичкина трусом. Вот, вкратце, весь мой доклад. Что делать с этим я пока не знаю, по моим расчетам, только половина пассажиров должна была прийти на посадку! Но! Вы все видели сами. Это печально, итак, дальше!..

Попрощавшись со всеми, поблагодарив профессора, президент уехал в Кремлевский дворец. Вскоре и наши герои разъехались по домам.

Миша и Мария побежали к озеру. Они обнажились как юные Адам и Ева, и долго купались в прозрачной воде, счастливые и зацелованные друг другом.