- -
- 100%
- +
Таймер на кухне пронзительно запищал, разрывая тишину. Лилия вздрогнула и улыбнулась:
— Вот и вторая партия пряников. Пойду достану, пока не подгорели.
Она встала, поправила свитер и направилась на кухню. Юкио последовал за ней — ему хотелось быть рядом, помогать, чувствовать эту обыденную близость, которая вдруг стала такой важной.
Лилия открыла духовку, и аромат корицы и имбиря заполнил комнату. Она достала противень, поставила его на подставку и аккуратно переложила пряники на тарелку.
— Помоги разложить, — она кивнула на блюдо. — И расскажи подробнее про план Хасуми. Что именно она собирается делать?
Юкио взял пряник, положил его на тарелку и начал рассказывать:
— Хасуми хочет показать отцу мои достижения здесь: успехи в учёбе, проект по студенческому обмену, отзывы кураторов. Она считает, что если отец увидит, как я развиваюсь, то поймёт: я способен принимать взвешенные решения — в том числе и в личной жизни.
— А компромисс? — Лилия разлила ещё чаю, её движения стали спокойнее, увереннее. — Что за полгода отсрочки?
— Она предложит отцу дать мне полгода, — Юкио взял чашку, согревая ладони. — За это время я закончу проект, укреплю свои позиции в университете. Если за эти полгода наши отношения с тобой станут ещё крепче — а они станут, — Хасуми попробует убедить отца, что союз с семьёй Морикава не обязателен. Если же… — он замялся, — если что‑то пойдёт не так, я сам поговорю с отцом. Честно. Скажу, что выбираю тебя.
Лилия поставила чашку, подошла ближе и положила руку ему на плечо:
— Ты готов пойти против воли отца? Из‑за меня?
— Не из‑за тебя, — он взял её за руку. — Ради нас. Ради нашего будущего. Я не хочу жить по чужим правилам, если они лишают меня самого важного.
Она улыбнулась, на этот раз искренне, без тени тревоги:
— Тогда мы будем бороться вместе. Я помогу тебе с проектом, найду полезные контакты — может, это пригодится. И… — она лукаво прищурилась, — научу тебя печь такие пряники, чтобы даже твой строгий отец растаял от одного запаха.
Юкио рассмеялся:
— Звучит как план. Но сначала — чай с пряниками.
Они вернулись в гостиную, сели на диван, и Лилия включила мягкий свет торшера. Комната наполнилась тёплым золотистым сиянием, а аромат выпечки сделал атмосферу ещё более домашней.
— Знаешь, — Лилия откусила кусочек пряника, задумчиво посмотрела на Юкио и продолжила, — когда ты только приехал, я даже не представляла, что мы станем так близки. Ты мог бы просто учиться, общаться с другими иностранцами, держаться особняком… Но ты погрузился в нашу жизнь, нашёл своё место здесь, строишь что‑то настоящее. И это… восхищает меня.
— Я остался не из‑за учёбы, — Юкио посмотрел ей в глаза. — Я остался, потому что встретил тебя. Потому что понял: моё место — там, где ты.
Она покраснела, но не отвела взгляда:
— Тогда докажи это. Не только отцу. Докажи себе. Покажи, на что ты действительно способен. А я буду рядом — поддерживать, вдохновлять, иногда пинать, если будешь лениться.
— Договорились, — он поднял чашку. — За наш план. За наше будущее.
— За наше будущее, — повторила Лилия, чокаясь с ним чашкой.
В этот момент телефон Юкио завибрировал. Он взглянул на экран — сообщение от Хасуми: «Встреча с отцом назначена на послезавтра. Готовь аргументы. Я с тобой».
Он показал экран Лилии. Та прочитала, улыбнулась и сказала:
— Значит, времени мало. Давай проработаем все тезисы. Я помогу составить презентацию — сделаю красивые слайды с твоими достижениями. И добавлю пару своих работ — пусть твой отец увидит, что русская культура — это не только матрёшки.
— Ты невероятна, — Юкио обнял её. — Как я мог так долго жить без тебя?
— Долго — это сколько? — она шутливо приподняла бровь. — Всего полгода?
— Целую вечность, — серьёзно ответил он. — И следующую вечность я хочу прожить с тобой.
Лилия прижалась к нему, и они сидели так, слушая тиканье часов, шум города за окном и тихое потрескивание обогревателя. В этот момент всё казалось возможным — даже победа над традициями семьи Такано.
— Пойдём, — Лилия встала и потянула его за руку. — Поможешь мне разобрать конспекты. А потом… потом мы придумаем, как сделать так, чтобы твой отец понял: иногда лучший бизнес‑союз — это союз двух любящих сердец.
Юкио встал, обнял её за плечи, и они направились к столу, где лежали раскрытые книги и листы с заметками. Впереди их ждали напряжённые дни подготовки, но теперь они знали главное: они не одни. И пока они вместе, им по силам всё.
Юкио и Лилия подошли к столу, и атмосфера мгновенно сменилась: из уютной и расслаблённой она стала деловой, но не менее тёплой. Лилия разложила листы с заметками, открыла ноутбук, а Юкио достал свои распечатки — схемы проекта, письма кураторов, черновики отчётов.
— Начнём с главного, — Лилия села за стол, щёлкнула мышью и открыла чистый файл презентации. — Что именно ты хочешь донести до отца? Какие три ключевых достижения должны его убедить?
Юкио задумался, пробегая глазами по бумагам:
— Во‑первых, мой проект по студенческому обмену теперь напрямую связан с «Такано Груп» и их флагманским продуктом — беспроводной гарнитурой «Такано Аудио Про». Мы запустили пилотную программу с Токийским университетом и факультетом электроники МГУ: 10 студентов из Москвы поедут в Токио на стажировку в R&D‑отдел компании, столько же японских студентов приедут сюда — работать над совместными проектами с нашими инженерами.
— Отлично, — Лилия начала набирать текст на слайде. — Добавим цифры: сроки стажировок, список задач, которые будут решать студенты. Например, часть группы будет работать над улучшением функции синхронного перевода в «Аудио Про» — сейчас она поддерживает 50 языков, но мы можем добавить диалекты и редкие языки, востребованные на российском рынке.
— Точно! — Юкио оживился. — Профессор Смирнов поддержал идею: студенты‑лингвисты, в том числе ты, помогут с тестированием перевода и составлением языковых баз, экономисты проанализируют рыночный потенциал в России, инженеры доработают алгоритмы шумоподавления. Это не просто обмен — это мини‑лаборатория для «Такано Груп» прямо в университете.
— Супер! — Лилия быстро скопировала отрывок письма куратора, оформила его как цитату и добавила диаграмму с прогнозом роста продаж после локализации. — Визуализация сработает. А ещё сделаем слайд с отзывами бета‑тестеров — я подключу своих однокурсников, они протестируют демо‑версию и напишут фидбэк на японском и русском. Особенно отметим, как функция перевода помогает в учёбе: например, студенты могут слушать лекции на иностранном языке с мгновенным переводом.
— Во‑вторых, — Юкио достал распечатки, — я разработал экономическую модель финансирования программы. Мы нашли спонсоров среди дистрибьюторов «Такано» в Москве: они покроют 40 % расходов на стажировки в обмен на приоритетное право внедрять доработки студентов в своих розничных сетях. Плюс предложим им пакет продвижения: в магазинах будут стоять стенды с информацией о студенческом проекте и преимуществах «Аудио Про».
— Идеально, — Лилия добавила слайд с логотипами компаний и схемой партнёрства. — Покажем отцу, что проект не требует больших вложений со стороны «Такано Груп», но даёт прямой выхлоп: свежие идеи от молодёжи, тестирование на новом рынке, пиар как социально ответственной компании, которая инвестирует в образование.
— И в‑третьих… — Юкио улыбнулся. — Наш блог о японской культуре теперь стал платформой для продвижения технологий «Такано». Мы делаем обзоры «Аудио Про», показываем, как встроенный ассистент помогает студентам в учёбе — напоминает о дедлайнах, переводит термины, синхронизируется с календарём. У канала уже 15 тысяч подписчиков, 70 % — целевая аудитория 18–25 лет.
Лилия замерла, потом повернулась к нему с восхищённой улыбкой:
— Это же полный цикл! Мы покажем отцу, что наш союз — это синергия навыков на службе его бизнеса. Я — переводчик и лингвист: занимаюсь тестированием функции перевода, создаю контент для японской аудитории, анализирую языковые барьеры в маркетинге. Ты — экономист: строишь модели, находишь партнёров, считаешь ROI. Вместе мы превращаем студенческий обмен в стратегический актив «Такано Груп».
— Думаешь, отец это оценит?
— Обязательно, — она уверенно кивнула. — Особенно если добавить раздел о перспективах. Например: создать студенческое сообщество амбассадоров «Такано» в вузах России и Японии — они будут тестировать новые функции и делиться опытом; запустить конкурс студенческих стартапов с призовым фондом от компании — лучшие идеи по улучшению «Аудио Про» получат финансирование; разработать образовательную версию гарнитуры — с упрощённым интерфейсом для школьников и студентов, изучающих языки.
Она быстро добавила новый слайд, украсив его скриншотами из блога, графиками роста аудитории и коллажем из фото студентов за работой с гарнитурой.
— А теперь… — Лилия откинулась на спинку стула и хитро прищурилась, — добавим академический вес.
Она открыла папку с документами и достала свои грамоты за успехи в изучении японского, распечатки научных работ, сертификаты участия в лингвистических конференциях.
— Смотри, — она развернула экран к Юкио. — Я предложу отцу идею совместного исследования: «Влияние технологий на преодоление языковых барьеров в образовании». Я проанализирую, как функция синхронного перевода «Аудио Про» помогает студентам из разных стран учиться вместе, какие языковые сложности она решает. Ты сделаешь экономический прогноз: сколько новых клиентов компания получит, если масштабирует наш проект на другие вузы и школы. Это покажет, что наши отношения помогают бизнесу расти — и делают это научно обоснованно.
Юкио смотрел на материалы, и его глаза загорались:
— Лилия, это… потрясающе. Ты думаешь, это сработает?
— По крайней мере, это заставит его задуматься. И даст нам время. К тому же, если проект получит поддержку МГУ и официальное письмо от ректора, это будет весомый аргумент — университет выступает гарантом нашей серьёзности.
Они продолжили работать: обсуждали формулировки, подбирали аргументы, продумывали возможные возражения отца Юкио и ответы на них. Лилия добавляла анимацию к слайдам, Юкио вносил правки в текст, иногда спорили, смеялись над неудачными фразами, снова брались за дело.
Через два часа презентация была готова. Лилия сохранила файл, закрыла ноутбук и потянулась:
— Ну что, господин Такано, — она шутливо поклонилась воображаемому собеседнику, — готовы ли вы к встрече с будущим наследником и его талантливой партнёршей? Мы не просто пара — мы команда, которая может принести реальную пользу вашей компании. Наш проект — это инвестиция в будущее «Такано Груп»: свежие кадры, новые рынки, сильный бренд и технология, которая стирает языковые границы.
Юкио рассмеялся, встал и обнял её сзади за плечи:
— Без тебя я бы никогда не собрал всё это воедино. Ты — мой главный стратег, лингвист и вдохновитель.
— И твой главный болельщик, — она повернулась, взяла его за руку. — Завтра мы отрепетируем выступление. Ты расскажешь всё это так, чтобы даже самый строгий отец почувствовал: его сын вырос, а его будущая невестка — ценный актив для семьи и бизнеса.
В этот момент в духовке снова что‑то тихонько зашипело. Лилия вздрогнула:
— О нет! Я же поставила тесто для сырников на расстойку…
Она бросилась на кухню, Юкио последовал за ней. Лилия открыла духовку, достала форму — и облегчённо вздохнула:
— Фух, не подгорели. Поможешь накрыть на стол? У нас ещё осталось немного чая, а сырники будут идеальным завершением рабочего вечера.
— С удовольствием, — Юкио закатал рукава. — Что нужно делать?
— Возьми тарелки, — она кивнула на шкаф. — И давай договоримся: пока едим, ни слова о презентациях и аргументах. Только о том, куда мы поедем в первый отпуск, когда всё это закончится.
— Согласен, — Юкио достал тарелки, поставил их на стол. — Я голосую за Камчатку. Вулканы, океан, дикие места… Там можно будет наконец отдохнуть от всех отцов и их требований.
— Камчатка? — Лилия задумчиво помешала сырники на сковороде. — Звучит романтично. Но сначала — Москва. И завтрашний день.
— Да, — Юкио подошёл к ней, обнял за талию и тихо сказал. — Завтрашний день. И наш план. Мы справимся.
— Конечно, справимся, — она повернулась в его объятиях, улыбнулась и поцеловала в щёку. — Потому что мы — команда. Два студента МГУ: экономист и переводчик. И вместе мы не просто строим отношения — мы создаём будущее для «Такано Груп» и для себя.
Они поужинали сырниками с мёдом и чаем, смеясь над забавными случаями из студенческой жизни, вспоминая первые дни знакомства, строя планы на будущее. Но в глубине души оба понимали: завтра начнётся настоящая битва. И от того, как они выступят, зависит не просто карьера Юкио — их общая судьба.
Однако сейчас, в этот тёплый вечер, с ароматом выпечки, светом торшера и близостью друг друга, им казалось, что любые преграды преодолимы. Потому что они были не одни. И потому что любовь, подкреплённая общими целями, профессиональными навыками и пользой для семейного бизнеса, способна на настоящие чудеса.
На следующий день после пар Юкио и Лилия нашли укромный уголок в библиотеке МГУ — место, где тишина и сосредоточенность становились союзниками в их важном деле. В просторном зале царил особый декабрьский полумрак, разбавленный тёплым светом настольных ламп. Пахло старой бумагой, полированным деревом и едва уловимым морозным сквозняком, пробивавшимся сквозь старинные рамы.
На массивном деревянном столе перед ними раскинулась вся их работа: открытый ноутбук с презентацией, стопка распечаток, блокнот Лилии с аккуратными пометками. Экран отбрасывал мягкий свет на их лица, создавая контраст с сумрачным декабрьским днём за окном. Лилия внимательно перелистала слайды, сделала несколько пометок в блокноте и подняла взгляд на Юкио. В её глазах читалась твёрдая уверенность.
— Ты хорошо подготовился, — произнесла она негромко, но весомо. — Главное — говори уверенно. Опирайся на цифры, сразу показывай выгоду для компании. Отец должен увидеть стратегию, а не мечту.
Юкио кивнул, выпрямился и начал репетировать. Его голос звучал ровно и чётко, когда он излагал суть проекта — программы студенческого обмена между МГУ и Токийским университетом. Цель была ясна: усовершенствовать флагманскую разработку «Такано Груп» — гарнитуру «Такано Аудио Про». Он приводил конкретные данные: двадцать участников программы, по десять от каждого вуза; сорок процентов покрытия расходов за счёт спонсоров‑дистрибьюторов; прогноз роста продаж на пятнадцать‑двадцать процентов после внедрения доработок. Каждое число звучало как кирпичик в фундаменте их общего дела.
Лилия время от времени вставляла короткие замечания:
— Подчеркни, что студенты видят продукт изнутри, как настоящие пользователи…
— Акцентируй долгосрочную выгоду — мы выращиваем лояльных клиентов и будущих специалистов…
— Добавь про социальный аспект — программа укрепляет имидж компании как инвестора в образование…
Юкио вслушивался, вносил правки, перестраивал фразы, отрабатывал переходы между слайдами. Он рассказал о планах создать сообщество амбассадоров «Такано» в вузах России и Японии, запустить конкурс студенческих стартапов с призовым фондом, разработать образовательную версию гарнитуры для изучающих языки.
Постепенно его голос наполнялся уверенностью, жесты становились естественнее, а взгляд — твёрже. Когда он завершил выступление, Лилия закрыла ноутбук и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты отлично справился, — сказала она. — Говоришь по делу, приводишь аргументы, показываешь ценность проекта. Отец увидит, что ты не просто мечтаешь — ты строишь стратегию.
Юкио улыбнулся и сжал её руку:
— Без тебя я бы не смог так чётко всё сформулировать. Ты превратила мои идеи в план.
— Мы сделали это вместе, — она слегка сжала его пальцы в ответ. — И вместе пройдём завтрашнюю встречу.
Они собрали вещи и направились к выходу. В холле библиотеки Юкио остановился у большого окна. За стеклом раскинулся заснеженный двор: деревья в белых шапках, дорожки, замещённые свежим снегом, и редкие прохожие в тёплых шарфах, спешащие укрыться от декабрьского холода.
— Это хороший знак, — тихо сказала Лилия, глядя на плавно падающие снежинки. — Всё получится.
Юкио кивнул. В этот момент он чувствовал не страх, а решимость — твёрдую, как морозный воздух вокруг. У него был план, поддержка и человек, который верил в него больше, чем он сам. Завтра он докажет отцу, что достоин не только наследства, но и своего собственного пути. Выйдя из библиотеки, они с Лилией ненадолго остановились у крыльца. Снег продолжал идти — крупными, неторопливыми хлопьями, оседая на волосах, плечах, ресницах. Юкио достал телефон, слегка сдувая снежинки с экрана. Пальцы немного озябли, но внутри горело тёплое, уверенное пламя.
— Я позвоню Хасуми, — сказал он, поворачиваясь к Лилии. Его голос звучал ровно, но в глазах читалось волнение. — Хочу рассказать ей о презентации. Она должна знать, что мы готовы.
Лилия подняла взгляд, улыбнулась — мягко, ободряюще. Протянула руку, стряхнула снежинку с его воротника.
— Передай ей, что я верю в наш план. И в тебя.
Юкио кивнул, сделал шаг в сторону, под навес, чтобы снег не попадал на экран. Нажал на вызов, прижал телефон к уху. Через пару гудков раздался бодрый, чуть запыхавшийся голос Хасуми:
— Юкио! Как раз думала тебе звонить. У тебя всё в порядке? — Она говорила быстро, но в интонации слышалась забота.
Юкио невольно улыбнулся, опустил взгляд, будто сестра могла увидеть его через телефон.
— Более чем. Мы только что закончили репетицию. Презентация готова. Я уверен, отец оценит масштаб проекта.
— Отлично! — Её голос зазвенел, как колокольчик. Юкио представил, как она сейчас сидит за столом, нервно постукивает ручкой по блокноту — привычка со школьных лет. — Я тоже не сидела без дела. Собрала все отчёты по последним сделкам, подготовила анализ роста продаж «Аудио Про» в Юго‑Восточной Азии. И, что важнее, — нашла несколько примеров, когда молодые руководители в других компаниях добились успеха именно благодаря внедрению студенческих программ.
Юкио выпрямился, расправил плечи. Внутри разгоралось тепло — не от куртки, а от осознания, что сестра рядом, что она вложила в это столько же сил, сколько и он.
— Ты невероятна. Это точно сработает.
— Ещё нет, — её голос стал тише, осторожнее. Юкио напрягся. — Есть нюанс. Отец сейчас в Сеуле. Встречается с Ким Джунхо по поводу нового контракта. Вернётся только завтра вечером.
Юкио замер на мгновение. Снег падал на его ладонь, медленно таял. Он сжал пальцы, ощущая холодную влагу.
— Значит, у нас есть ещё день на финальные правки, — произнёс он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Именно, — согласилась Хасуми. — И ещё… я хочу поговорить с ним первой.
Юкио нахмурился, провёл ладонью по волосам, сбивая снежинки.
— Зачем?
— Чтобы подготовить. — Она сделала паузу, и Юкио услышал, как она глубоко вдохнула. — Он сейчас сосредоточен на сделке с Ким, ему нужно переключиться. Я напомню, что ты уже не мальчик, что за тобой — реальные результаты. А потом ты покажешь презентацию. Так он будет открыт к диалогу.
Юкио закрыл глаза, представил отца — строгого, собранного, с холодным взглядом за очками. Потом — Хасуми, которая всегда умела найти нужные слова, смягчить его тон, повернуть разговор в нужное русло.
Он выдохнул, кивнул самому себе.
— Хорошо. Но обещай: если он начнёт давить, я сразу вступаю в разговор.
— Конечно, — её голос потеплел. — Мы команда, Юкио. Один за всех.
На заднем фоне раздался чей‑то голос, и Хасуми на секунду отвлеклась. Юкио слышал, как она что‑то коротко отвечает, потом снова вернулась к разговору.
— Прости, это помощник. Мне нужно идти. Но знай: я на твоей стороне. И на стороне Лилии. Вы оба заслуживаете этого шанса.
Юкио почувствовал, как в груди что‑то сжалось — то ли от благодарности, то ли от волнения. Он сглотнул, сжал телефон крепче.
— Спасибо. Без тебя я бы не справился.
— Справишься. Потому что ты не один. До завтра, брат.
Звонок завершился. Юкио опустил телефон, провёл ладонью по лицу, смахивая остатки напряжения. Снег всё так же кружился вокруг, но теперь он казался не холодным, а каким‑то торжественным, будто природа сама готовилась к завтрашнему дню.
Он обернулся к Лилии. Она стояла, обхватив себя руками, но улыбалась — спокойно, уверенно. Её глаза светились, отражая тусклый свет фонаря.
— Хасуми всё подготовила. Она поговорит с отцом первой, чтобы он был настроен на диалог, — сказал Юкио, делая шаг к ней.
Лилия кивнула, подняла руку, поправила ему шарф, заботливо затянув узел.
— Умный ход. Значит, у нас ещё есть время. Пойдём? Нужно успеть до закрытия кафе — я хочу горячий шоколад перед тем, как снова засесть за правки.
Они пошли по заснеженной дорожке, оставляя за собой цепочку следов. Ветер играл с концами её шарфа, а Юкио инстинктивно придвинулся ближе, прикрывая её от порывов холода. Его рука невольно коснулась её ладони — на миг, просто чтобы почувствовать тепло. В этот момент он понял: неважно, где находится отец и какие у него планы. У него есть то, чего не отнять — чёткая цель, продуманный план и люди, которые в него верят. Завтра всё изменится. Но сегодня они ещё могут насладиться тишиной, снегом и теплом друг друга — тем, что делает борьбу не просто возможной, а осмысленной.
Хасуми положила телефон на стол и замерла, словно время вокруг неё на мгновение остановилось. Она находилась в своём офисе — просторном, строгом, выдержанном в лаконичных тонах: стекло, хром, приглушённый свет. На стенах — дипломы, сертификаты, пара минималистичных постеров с видами Токио. За окном простирался городской пейзаж: небоскрёбы, переливающиеся огнями, потоки машин, едва заметная дымка над заливом. Перед ней лежали распечатки отчётов, графики роста продаж и заметки к предстоящему разговору с отцом. Но сейчас всё это расплывалось перед глазами — она мысленно прокручивала диалог с Юкио, взвешивала каждое слово, вновь и вновь слышала его голос: «Без тебя я бы не справился».
«Он готов, — подумала она, медленно проводя пальцем по краю стопки бумаг. — По‑настоящему готов. Не как сын, который просит разрешения, а как будущий руководитель».
Она встала, отошла от стола, подошла к окну. Прислонилась лбом к прохладному стеклу, ощущая, как внутренний жар контрастирует с внешней прохладой. Город жил своей жизнью, а её мысли были уже в кабинете отца, где предстояло изменить ход событий. Хасуми обхватила себя руками, словно пытаясь удержать внутри ту решимость, что постепенно крепла в груди, согревая изнутри.
Вернувшись к столу, она собрала разложенные бумаги в аккуратную стопку, перелистала их ещё раз. Пальцы слегка дрожали — не от страха, а от сосредоточенности. Она знала: чтобы подготовить отца к разговору с Юкио, нужно действовать по чёткому плану.
Сначала она выписала на отдельный лист ключевые успехи Юкио за последний год: участие в программе студенческого обмена, привлечение спонсоров‑дистрибьюторов, рост аудитории блога, посвящённого технологиям «Такано». Затем подпёрла подбородок кулаком, прищурилась, будто видя перед собой не бумагу, а лицо отца.
«Это не просто хобби, — мысленно аргументировала она. — Это вклад в бренд. Он создаёт новые каналы коммуникации, тестирует продукт, привлекает молодую аудиторию. Это не расходы — это инвестиции в будущее компании».
Затем она открыла файл с анализом продаж «Аудио Про» в Юго‑Восточной Азии. На экране появились графики: рост на 12 % за последний квартал, увеличение числа предзаказов в студенческой среде. Хасуми проследила линию графика кончиком ручки, представляя, как отец внимательно изучает цифры, слегка приподняв бровь.
«Если мы масштабируем программу обмена, — размышляла она, — это не только укрепит позиции на рынке, но и создаст кадровый резерв. Молодые специалисты, выросшие внутри экосистемы „Такано“, будут лояльны компании. Это долгосрочная игра — и Юкио уже делает первые ходы».
Она сделала пометку: «Подчеркнуть: проект не отнимает ресурсы, а создаёт новые возможности».
Отец не любил резких перемен. Он ценил последовательность, факты, взвешенные решения. Хасуми знала: если вывалить на него все аргументы сразу, он замкнётся. Нужно было подвести его к мысли постепенно, мягко, но уверенно.
Она взяла ручку и начала писать черновик вступительной фразы. Несколько раз перечитывала, переписывала, подбирая слова с ювелирной точностью. Наконец, на бумаге появилось то, что она искала:
«Отец, я хотела обсудить с тобой один проект. Он связан с Юкио, но это не просто его инициатива — это возможность для „Такано“. Я проанализировала цифры, и они впечатляют. Понимаю, что ты сейчас сосредоточен на сделке с Ким Джунхо в Сеуле, но мне кажется, это тоже важно для будущего компании. Давай поговорим?»