- -
- 100%
- +
«Поверните направо», «поверните направо и развернитесь при первой возможности» - уже в который раз говорит мне бездушный компьютерный голос.
- Доберусь до этого, - замерзающими пальчиками разблокирую смартфон, - Макара Анатольевича и отключу тебя, дура тупая!
«Развернитесь при первой возможности».
- Где? – почти кричу со злости. – Где ты тут видишь разворот? А поворот?
Вокруг одна сплошная черная пустота. Дорогу не видно ни впереди, ни позади машины.
Ветер бросает в лобовое стекло пригоршнями крупные хлопья снега. А где-то там, за метелью лишь черная стена.
Половина седьмого вечера, тридцать первое декабря, пятьдесят третий километр от города. Ох, не так я собиралась встретить новый год!
«Развернитесь при первой возможности».
- Где? Где мне развернуться? – в лучших традициях мистических триллеров я кричу на навигатор.
«При первой возможности» - отвечает она очень в тему.
Мороз проходится по коже. Печка не справляется.
Разблокирую телефон и еще раз пытаюсь загрузить карту. Но упрямое колечко загрузки, сделав половину оборота, замирает намертво. Интернета нет. Связи тоже. Совсем нет.
В этот момент машину заносит.
Телефон летит в сторону. Как безумная цепляюсь за руль и жму на тормоз. Надо остановиться и все будет хорошо.
Но вопреки моим ожиданиям, машина не торопится останавливаться.
Вместо этого морду тянет в сторону, а задница начинает нестись вперед. Меня разворачивает, бросает из стороны в сторону.
Взвизгиваю и еще крепче впиваюсь в руль руками. Сообразить в такой ситуации, в какую сторону его крутить – выше моих сил.
Сделав пару оборотов вокруг своей оси, со скрежетом и хрустом машина тормозит о сугроб на обочине.
Сердце бешено колотится в груди. С трудом отрываю руки от руля и растираю онемевшие от страха ладошки.
Так. Это уже совсем не смешно. Надо выйти подышать свежим, морозным воздухом около машины.
В буран!
В лесу.
Почти ночью…
Надеюсь, здесь хотя бы волки не водятся.
Додумать я не успеваю. Яркий свет встречных фар ослепляет меня. Все происходит слишком быстро.
Машину резко дергает назад. Механический голос навигатора тонет в скрежете сминаемого металла.
Меня словно тряпичную куклу вжимает в сиденье, а потом почти вырывает из кресла. Дыхание перехватывает. Ремни безопасности до боли врезаются в тело.
- Черт! – морщусь и, наконец, отстегиваюсь. Дергаю ручку открывания дверей и практически вываливаюсь из машины.
Яркий свет фар и противотуманок чужой огромной машины слепит меня.
Выдыхаю. В ярком луче вперемежку с танцующими крупными хлопьями снега вьется пар моего дыхания.
Огромный внедорожник въехал прям в мою рабочую весту и смял добрую половину капота. Бампер в клочья. Переднее правое крыло, арка и колесо практически снесены.
- Твою мать, - почти плачу я.
Таисия Павловна за порчу корпоративного имущества меня по голове не погладит.
Выдыхаю обреченно. Теперь, чтобы сохранить работу мне просто необходимо привести ее сына на вечер.
Дай бог, если премии мне хватит на восстановление машины. Про подарки родным я молчу.
Еще раз с тоской осматриваю повреждения.
Я и раньше слабо себе представляла, как смогу привезти сына генеральной на новогодний вечер, если он против. Теперь вопрос «как» заиграл новыми красками!
Истерично хмыкаю.
Сердце как безумное бьется в груди.
- Эй! С тобой все хорошо? – перекрывая завывания ветра, раздается глубокий голос.
Под тонким пальто вдоль позвоночника пробегает мелкая дрожь.
Резко разворачиваюсь на голос. Моментально намокшие волосы липнут к щекам и замерзают сосульками.
Свет фар продолжает слепить. Поднимаю руку к глазам.
- Хорошо? Это по-вашему хорошо? – взвизгиваю я. – Вы врезались в меня…
- Врезался, - не отрицает голос. Не знаю почему, но дыхание сбивается. Наверное, от ледяного ветра в лицо.
Сквозь слепящие лучи света угадываю мощный силуэт, захлопывающий водительскую дверцу внедорожника.
- Вы разбили мою машину! Черт, - тру ладошки друг об друга, пытаясь согреться, но с ужасом понимаю, что перестаю чувствовать пальчики.
Сейчас душу бы продала за варежки. А еще за теплую шапку. И за нормальные сапоги, а не модельные ботильоны, что на мне сейчас. Топчусь на месте и совсем по-детски подпрыгиваю.
До кучи и куртку бы мне нормальную. Но работа обязывала соответствовать: поверх делового костюма строгое пальто. Зимним его можно было назвать очень условно. И только во влажных мечтах его дизайнера.
- Это даже не моя машина!
- Ты угнала ее? – не вижу владельца этого глубокого волнующего голоса. Но отчетливо слышу в его голосе веселье.
- Конечно, нет! Что вы несете? – моему раздражению и злости нет предела.
- Делаю выводы, строю догадки…
- Перестаньте, - обрываю его. – У вас сеть ловит?
Пытаюсь нашарить в кармане смартфон. Но он не находится. Ни в одном кармане, ни в другом. С ужасом понимаю, что потеряла телефон.
Хлопаю себя по карманам. Сначала на бедрах, затем и на груди.
Телефона нет.
Паника острыми ноготками впивается во внутренности.
- Здесь и в хорошую погоду ловит фигово, а в такой буран… - голос приближается, становится глубже, проникновеннее.
Он ласкает слух, вызывает волну торопливых мурашек, заставляет сердце биться чаще.
Размытый темный силуэт огибает свою машину и замирает на фоне яркого света фар.
Лишь черный силуэт. Ни одной черточки не видно. Но сердце почему-то начинает биться еще быстрее.
Высокий рост, огромная, безразмерная куртка скрывает фигуру, но подчеркивает широкие плечи.
- Да, - тянет он обреченно, осматривая мою машину.
- Это все вы, - паника накатывает на меня. – Вы виноваты!
- Возможно, - отвечает он задумчиво. - А ты знаешь, что припарковалась на противоположной обочине. Это запрещено правилами дорожного движения, - он говорит скорее поучительно, чем зло.
Но меня сейчас раздражает абсолютно все. А еще разбитая в хлам машина. И сын генеральной, который бог знает где, когда должен быть уже в отеле…
- Я не парковалась, - выдыхаю раздраженно, - меня занесло. Я влетела в этот сугроб!
Почти кричу, поднимаясь на цыпочки. Мужчина слишком высокий. Пытаюсь быть наравне, ну или хотя бы чуть выше, чем его плечо.
- А аварийку включить не догадалась? – глубокий баритон продолжает допрос.
«Не догадалась» - отвечает мозг.
- А вы не соблюдали скоростной режим, - что-то еще помню из курсов по вождению, которые, к слову закончила, два месяца назад. – Ехали бы медленнее, не врезались!
Мороз пробирается под тонкое пальто, пальчики на ногах уже окоченели. Зябко передергиваю плечами и пытаюсь оторвать застывшие пряди волос от лица.
- Значит, виноватой себя не признаешь? – глубокий игривый баритон становится напряженным, колючим.
Не вижу, но чувствую на себя тяжелый взгляд внимательных глаз.
Мужчина в пару шагов преодолевает разделяющее нас расстояние.
Замирает прямо передо мной огромной, подавляющей глыбой.
Озноб усиливается. Дыхание сбивается.
По инерции продолжаю тереть ладошки друг об друга.
Мужчина наклоняется. В нос ударяет глубокий древесный аромат с цитрусовыми нотками.
Как завороженная наблюдаю, как поднимается огромная ладонь, стягивает перчатку и ложится на мои замерзшие пальчики.
Не чувствую ни холода, ни стужи. Больше не чувствую.
Но это прикосновение чувствую.
Дрожь проходится по всему телу. Заставляет каждую клеточку тела напрячься, задрожать.
- Марш в машину! – рычит виновник аварии.
Неожиданно от его приказа подгибаются ноги. А сердце в груди частит так, что, кажется, выпрыгнет из груди.
- В какую? – выдыхаю тихо, продолжая заворожено следить за мужским силуэтом.
- Уж конечно не в твою, - ехидно замечает мужчина.
- Я не…
- Сегодня тридцать первое декабря, вечер. Погода ни к черту. Менты раньше восьмого января сюда не доберутся. Уж, поверь. Твоя машина разбита. До города почти шестьдесят километров. До моей деревни меньше пяти.
Молчу, стараясь справится с внезапным волнением.
- К тому же, выбор у тебя не велик! Кроме меня здесь нет никого, - мужчина подталкивает меня в сторону своего внедорожника. - И я в город сегодня точно не собираюсь!
Даже через тонкое шерстяное сукно и дорогую ткань пиджака чувствую его обжигающее прикосновение. Или мне это только кажется?
В любом случае по спине медленно разбегаются мурашки и растекается тепло.
- Мне нужно в деревню Мережки, - говорю упрямо.
- Отлично, - слишком быстро соглашается мой собеседник. – Мне как раз по пути.
- А вы уверены, что ваша машина… хм… поедет? – обхожу свою искореженную машину и критично разглядываю огромный силовой бампер внедорожника, глубоко засевший в капоте весты. Все-таки удар был не слабый.
- Конечно поедет. И не в таких передрягах бывала, - мужчина похлопывает по капоту своего монстра на колесах и разворачивается. Свет фар обливает его.
У меня в очередной раз перехватывает дыхание. Удивительно открытое, мужественное лицо. Проникновенный взгляд цвета морской волны, вперемежку с яркими солнечными бликами.
Трех-четырех дневная щетина не кажется небрежной. Наоборот, ее аккуратно подравнивали только сегодня.
Ладошки зудят от желания прикоснуться к мужской щеке, ощутить тонкой кожей покалывания жестких волосков.
Так! Встряхиваю головой. Так можно много до чего додуматься…
Мужчина хмурится.
- Залезай! – он распахивает передо мной дверцу.
- Вы уверены, что вам по пути? – задним числом приходит осознание того, что я сажусь в машину к абсолютно незнакомому мужчине. На трассе. В буран. Ночью. В новогоднюю ночь, если быть точной.
- Боишься меня? – он делает плавный и вместе с тем очень быстрый рывок. Замирает всего в нескольких сантиметрах от моего дрожащего тела. Его лицо оказывается слишком близко. Горячее дыхание обжигает.
Длинные горячие пальцы убирают замерзший локон с моего лица. Внутри все дрожит от непонятного предвкушения. Словно дальше должно последовать нечто большее.
Стремительно темнеющий взгляд не отпускает. Держит. Настойчивый, пытливый, разгорающийся с каждой секундой все ярче.
Мягкие подушечки его пальцев задерживаются на моей скуле, нежно поглаживают.
От этого прикосновения на щеках вспыхивает румянец.
Облизываю пересохшие губы.
Его взгляд опускается к моим губам. Синюю гладь радужки заволакивает пелена интереса и удивления.
- Зря, - говорит он, продолжая изучать мои губы. – Я бы на твоем месте боялся волков.
- Волков? – выдыхаю испуганно и дергаюсь. Очарование момента исчезает.
- Ага, - кивает он. Моментально проникновенный, пугающий до дрожи своим интересом и желанием взгляд становится светлым и насмешливым.
Ныряю в манящее тепло и уют салона.
Мужчина захлопывает за мной дверцу. И у меня такое чувство, что он захлопнул дверцу не машины, а клетки. Но почему-то меня это сейчас не волнует.
Незнакомец обходит машину, садится за руль и включает заднюю. Давит на газ. Внедорожник рычит, но с места не трогается.
- Ну вот, - выдыхаю я. Так хочется сказать «я же говорила».
Мужчина оборачивается ко мне. Но вместо досады и раздражения, его мужественные черты лица неожиданно преображает по-юношески игривая и лукавая ухмылка.
Удивленно вскидываю брови. А в ответ получаю совсем уж хулиганское подмигивание.
Мужчина врубает раздатку, жмет на газ и со скрежетом машина рывком вылетает из стального плена.
С сожалением наблюдаю, как еще совсем недавно блестящий белоснежный бампер новенькой весты битым пластиком падает на снег. Черное подкапотное нутро раскурочено. Около вдавленного искалеченного колеса по рыхлому снегу растекается голубое пятно омывайки. Но практически сразу пушистый снег покрывает его.
Внедорожник разворачивается. И я всего несколько секунд могу наблюдать сиротливо оставленную машину в зеркале заднего вида. Крупные хлопья снега быстро отрезают мчащийся через буран внедорожник от реальности.
Глава 2
Таисия Павловна меня убьет. Точно. Сначала уволит, потом убьет. Может быть, наоборот.
Мне дали «простое» задание – съездить за сыном начальницы, которого какая-то блажь загнала жить к черту на рога…
- Чего тебя в такую погоду понесло в лес? – тишину нарушает волнующий голос.
Странная, незнакомая комбинация тепла и холода пульсирует в теле: пальцы рук и ног онемели, но туловище, по крайней спина, к которой прикасался незнакомец, горело огнем.
- Работа, - отвечаю уклончиво. – И не в лес, а в деревню.
- Ага, в Мережки. И что за работа у тебя в Мережках?
- Простите, но это не ваше дело, - откидываю со лба непослушную рыжую прядь.
- Значит, не скажешь? – вместо обиды опять лукавая улыбка.
- Не скажу, - киваю упрямо.
- Не очень то и хотелось, - почти равнодушно пожимает плечами он. – Так куда именно тебя завести в Мережки?
- Сейчас, - одеревеневшими пальчиками лезу в карман, достаю смятый клочок листа из своего рабочего блокнота.
В самом низу страницы красуется водяная печать в виде герба главного отеля империи Меркульевых. Выше в несколько строк моей торопливой рукой накарябан адрес.
- Вот, улица Лесная, дом один, - произношу и внимательно смотрю на попутчика.
Темные брови ползут вверх, улыбка из озорной становится больше похожей на оскал. Быстрый взгляд удивительно синих глаз обливает не то раздражением, не то презрением.
- Еще одна охотница за богатством? – выдыхает он почти жестко.
- Что? – непонимающе хмурюсь. Да за кого он меня принимает?
В воздухе повисает напряженная тишина.
- Решила соблазнить нашего безумного богача?
- Вот уж не думала! – складываю руки на груди и раздраженно фыркаю. – Мне поручили схватить «вашего» богача за задницу, посадить в машину и привезти к мамочке на блюдечке с голубой каемочкой! Точно к двенадцатому удару курантов.
Выдаю свою злобную тираду и замираю. Возможно, не стоило говорить так откровенно, но настроение и так на нуле, я замерзла, устала, разбила машину, а тут он. С допросом!
Снова фыркаю, стараясь отогнать от лица непослушный локон.
Тишину автомобильного салона разрывает громкий раскатистый смех.
- Ого-го! А тебе палец в рот не клади, кудряшка! – синие глаза сверкают.
- Кудряшка? – хмурюсь.
- Ну да, - водитель бросает на меня еще один быстрый волнующий взгляд. – Был еще вариант Рыжуля. Но Кудряшка тебе идет больше.
Без разрешения отгибаю козырек и с раздражением разглядываю себя в зеркальце.
Мои длинные, с таким трудом выпрямленные ярко рыжие пряди после встречи с мокрым снегом превратились обратно в упрямые пружинки. Черт, черт, черт! Прямо на меня из зеркала глядит растрепанная растерянная Рыжуля. Незнакомец очень точно подметил…
Да эти волосы мне минус десять лет дают! Как я буду убеждать сына Таисии Павловны поехать со мной, когда у меня нет машины, а выгляжу я на неполные пятнадцать?!
- Н-да, - оттягиваю упрямый локон, отпускаю и наблюдаю, как он пружинит обратно. - У вас есть телефон?
- Собралась вызывать сюда стилистов? – издевается он.
- Нет, - с глухим стуком захлопываю козырек. – Такси!
- Такси? – незнакомец присвистывает. Кажется, даже становится серьезнее и собраннее. – В Мережки?
Киваю.
- Ночью? – продолжает он, словно видел мой кивок.
- Да, - отвечаю с готовностью.
- Тридцать первого декабря? – продолжает сыпать вопросами незнакомец.
- Угу!
- Да ты, Кудряшка, отчаянный миллионер! Хотя о чем я? – он отпускает руль и разводит руки в стороны.
- Сдурел?!! – кричу с испугу и хватаюсь за руль мертвой хваткой.
- Все хорошо, - из его голоса пропадает веселость, остается только мягкая теплота. Горячие ладони ложатся поверх моих судорожно сжатых пальчиков. – Кудряшка, уже можно отпустить. Я держу.
Говорит, а сам все сильнее сжимает мои пальчики, прижимает их к кожаной оплетке руля.
Дергаюсь. Секунду еще он держит мои ладони в своем обжигающем плену, а потом словно нехотя выпускает.
- Какой у тебя стаж?
- Что? – озадаченно моргаю.
- Стаж вождения? – поясняет он.
- Два месяца, – опускаю взгляд вниз.
- Два месяца, - произносит он задумчиво. – И ты поехала в буран по трассе на чужой машине искать того, кого даже никогда не видела?
Он не обвиняет, не кричит, но его голос звучит так уверенно, изобличающее. Хочется свернуться калачиком и спрятаться куда-нибудь. Очень проницательный человек. До дрожи.
- Почему не видела? – возмущаюсь я запоздало. – Может, мы лучшие друзья?
Стыдно признаваться даже себе, что реально не знаю человека, за которым ехала. Я так торопилась исполнить наказ начальницы, что не погуглила его фотку. Я логично предположила, что в Мережках по улице Лесной дом номер один в единственном экземпляре и хозяин у него тоже один.
Хотя, кому я вру? Ничего я не думала. Сорвалась, радостно виляя хвостом и все.
- Ага, и он спокойно ждет тебя в тепле, позволив молодой девушке сражаться с бураном в одиночестве. Отличный друг! – а вот теперь пахнет сарказмом.
- Он просто занят! – пытаюсь обелить того, кто вообще не в курсе моего существования.
- Ага, я так и подумал, - бросает раздраженно незнакомец. – Приехали!
Машина замирает. Вглядываюсь в беснующуюся непогоду за окном и не вижу ничего.
- Где? – пытаюсь рассмотреть уютный огонек где-нибудь поблизости.
- Вон там! – длинный палец указывает мне куда-то в сторону.
Перевожу взгляд с этого самого пальца на лобовое стекло и на то, что может быть за ним.
В сгустившихся сумерках в ярком свете фар виднеются запертые ворота. За ними еще метрах в ста тонет в темноте и падающем снеге огромная махина. Скорее всего дом, но это не точно.
Мороз пробегает по коже. Необъяснимое волнение стягивает грудь.
- Здесь?
- Да, – незнакомец оборачивается ко мне. Ярко-синие глаза пытливо всматриваются в мое лицо. – Но если хочешь…
- Нет, нет! – выдыхаю слишком быстро. – Здесь, значит здесь. Пока, спасибо, что подвезли…
Пытаюсь отстегнуть ремень безопасности, но все время промахиваюсь.
Незнакомец наклоняется, ловко отстегивает мой ремень, словно случайно задевает мою ладонь. Электрический разряд бьет по нервам. Остро, мощно.
Низ живота моментально вспыхивает.
- Подумай, Кудряшка, - незнакомец ловит мою ладонь. – Может, передумаешь гоняться за миллионером? Бросай все, переезжай ко мне в Мережки...
Мои глаза расширяются от удивления.
А вот в глазах цвета морской волны пляшут смешинки. Шутник, блин!
- Отличное предложение! Правда. Но как-нибудь в другой раз, - киваю и дергаю ручку открывания двери.
Ледяной ветер ударяет в лицо, треплет волосы.
Не успеваю оказаться на улице, как тут же промерзаю до костей. Ветер с каждой минутой становится яростнее, а мороз все крепче.
- Что за?... – резко разворачиваюсь, почувствовав на своем запястье обжигающе горячее прикосновение.
Оборачиваюсь и практически падаю в теплые объятия незнакомца.
Он словно малого ребенка кутает меня в свою безразмерную куртку, пеленает, прижимает в себе.
Полной грудью вдыхаю волнительный древесно-цитрусовый аромат.
Кожа моментально вспыхивает от его прикосновений, жар растекается по телу, страх отступает.
Мне так хорошо, надежно.
Словно я не стою в демисезонных ботильонах в глубоких сугробах, словно не меня от прожигающего мороза и пронизывающего ветра спасает чужая куртка…
- Как же вы? – резко отталкиваю своего неожиданного попутчика.
Высокий мужчина замирает напротив меня. Хлопья снега покрыли его волосы, местами превратившись в капли ледяной воды.
Каким бы теплым не был его свитер противостоять непогоде он в силах.
Мужчина лукаво подмигивает мне.
- Я уже почти дома – не пропаду. Может, передумаешь, Кудряшка?
- Ни за что, - отмахиваюсь и шагаю вперед. – Спасибо, что подвезли!
Ноги вязнут в рыхлом снеге, но я упрямо шагаю к своей цели. К темному, мрачному дому.
Мороз покусывает мои ноги, заставляет съежится. Ледяной ветер не дает поднять голову. Хорошо, что у меня теперь есть капюшон.
Но с каждым шагом в груди растет напряжение и ожидание чего-то…
Вот сейчас, прямо сейчас незнакомец подбежит и потащит меня обратно в машину.
Сейчас. Схватит и прижмет в широкой горячей груди.
Сердце тревожно бьется в груди.
Я ведь даже не знаю его имени…
Позади раздается урчание мотора. Свет фар плавно скользит по снегу, оставляя меня в кромешной темноте.
Шелест шин по звонкому свежему снегу отдаляется.
Разочарование разливает по груди и горчит на губах.
Он уехал. Он бросил меня здесь!
Загребая промерзшими ногами снег, добираюсь до дома. Огромный добротный сруб с широкой темной терассой. Ни единого огонька.
Страх робко скребется в груди.
Может, хозяин уже спит?
Ага! Точно! – почти без сарказма отвечаю сама себе. – Решил выспаться перед новогодней ночью. Ему еще хоровод с зайчика и белочками в лесу водить!
Отставить панику!
Я уже здесь! Мне все равно больше идти некуда. И даже телефона нет. Почему же я не попросила у незнакомца телефон? Надо было позвонить Таисии Павловне.
Вроде хотела, но отвлеклась на что-то…
Кожа покрылась мурашками, но на этот раз не от мороза. Воспоминания о ярко-синем пылающем взгляде заставляют сердце быстрее биться в груди. Встряхиваю головой.
Поднимаюсь по занесенным снегом ступенькам, поднимаю руку…
Позади отчетливо слышится шум мотора. Сердце радостно подпрыгивает в груди. Вернулся!
Оборачиваюсь. Ни света фар, ни силуэта машины. Пусто, темно и снежно. И страшно.
Со злости и с отчаяньем молочу в дверь. Один, два, десять раз. Луплю так, словно от этого зависит моя жизнь. Хотя, может и зависит.
Останавливаюсь и прислушиваюсь. Мое шумное дыхание заглушает даже завывание ветра за спиной.
Испуганно оборачиваюсь.
Тишина и темнота. А где собственно деревня? Вокруг лишь лес. Ни одного огонька. Не могут же все спать или разъехаться? Да?
На открытой терассе замечаю припорошенные снегом садовые качели.
Видимо, на них я и буду встречать новый год.
Внутри дома раздается грохот. Над моей головой радостно и празднично загорается лампочка.
Страх отступает. Нет, качели, не сегодня…
Из-за двери раздаются тяжелые торопливые шаги. Щелкает замок и дверь распахивается.
Огромная горячая ладонь без предисловий хватает меня за рукав и втягивает в уютное тепло.
- Что-то ты долго, Кудряшка! – раздается над самым моим ухом.
Горячие ладони стягивают с меня куртку и отбрасывают ее в сторону. Следом на пол летит мое дизайнерское пальто.
Длинные пальцы легко скользят по лацканам пиджака, расстегивают пуговицы…
- Ты?– смотрю в озабоченные ярко-синие глаза и тону в безбрежной нежности.
Он кивает.
- Ты! Ты!!! – пережитые минуты страха и разочарования проносятся в памяти. Ярость вспыхивает моментально.