Мечта городской ведьмы

Глава 1

Как выглядит жилище сельской ведьмы? Деревянный сруб в глуши, обомшелый колодец, да отощавший фамильяр на печи. Травки-корешки-зелья, наводящие порчу и привлекающие женихов. Рутина, скука… Разве что явятся обнаглевшие селяне, попытаются сжечь за то, что не остановила коровий мор или случился третий выкидыш у второй жены пьяного старосты.

Иначе выглядит дом городской ведьмы, если она, конечно, с отличием закончила Академию магических искусств и сумела накопить на первый взнос за особнячок в приличном торговом районе. Внизу – лавка, сверкающая стеклом и разноцветными пузырьками, наверху – несколько жилых комнат скромной квартирки.

Итак, позвольте представиться: Тавита Арто. Молодая городская ведьма, смуглая и черноглазая, заставляющая склочных старух плевать себе вслед с криком «ведьма»! А еще – недавняя выпускница, успевшая, по мнению сокурсников, вытащить счастливый билет, ведь на выпускном курсе мне повезло выкупить лавку у престарелого преподавателя травоведения, уезжающего к морю вместе с дочерью и внучками. Да не просто выкупить, а с лицензией на право деятельности, то есть, получить его место в реестре городских магов, лекарей и ведьм.

Что только не рассказывали об этом однокурсники! Самым мягким предположением была моя любовная связь с престарелым магистром, разменявшим вторую сотню лет. Самым экзотическим – применение зелья подчинения. Кое-кто особо умный даже накатал донос в магполицию, и сразу после покупки ко мне приходил мрачный следователь с вышитым на мантии алым язычком пламени напротив сердца, чтобы провести допрос.

Скрывать мне было нечего, в лавке все еще шел косметический ремонт, так что я уделила милейшему риссу-дознавателю пару часов своего времени. Рассказала, как работала с первого курса, откладывая деньги в банк, и даже показала ежегодные отчеты, аккуратно подшитые в папку. К третьему курсу у меня скопилось всего полсотни золотых, но я вложила их, купив акцию корабля, отправляющегося за редкими ингредиентами на южные острова.

Мне повезло. Корабль, потрепанный и с течью, вернулся за два дня до осенних штормов. Свою прибыль я забрала травами, и владелец корабля насыпал мне сверху щедрую жменю коры хинны. Зима была суровая, так что привезенные ингредиенты для снадобий окупились почти в шесть раз, при том, что торговала я не в лавке, а внутри своей же Академии. Удивительно, но не все студенты способны сварить зелье от простуды!

На пятом курсе трюк повторить не удалось, и я даже потеряла пять золотых в попытке вложить деньги в аптеку или лавочку. Но зато я привлекла внимание преподавателя по травоведению и получила постоянную работу в его лавке. Конечно, господин следователь проверял мои слова, расспрашивая соседей, и получил подтверждение тому, что рисс Урий давно искал себе помощницу, да и мой аттестат и отличные отзывы преподавателей имели значение. Но беседа получилась длинной:

– Все же объясните, риисса Арто, почему ваш наставник решил продать лавку именно вам? – вновь вернулся к теме рисс Дарий, подозрительно меня разглядывая.

Глаза у дознавателя были темно-карие, но плескался в них порой легкий золотистый отблеск. Похоже, он не зря носил язычок огня напротив сердца: в любой момент мог поджечь и меня, и мою лавку. Бояться не хотелось, но по коже пробежали едва заметные мурашки. Огневики славятся быстротой принятия решений и неотвратимостью наказания.

Я вздохнула и постаралась объяснить:

– Мой учитель очень любил свое дело. Он считал, что приносить пользу людям – это призвание. Его лавка стоит на этом месте около ста лет. Когда-то он получил ее от другого травника и мечтал передать членам своей семьи, но дочери не переняли его талант, а зятьям травничество и вовсе не интересно. Учителю же хотелось, чтобы это место просто было, – тут я пожала плечами и пристально посмотрела на мужчину – понимает ли?

Дознаватель только пошевелил пальцами, поторапливая, и я продолжила:

– Он долго присматривался ко мне. Обратите внимание, в бумагах на собственность указано, что я не могу менять назначение помещения, а также название. Поверьте, льготный кредит в эльфийском банке мне не дали бы, несмотря на мои заслуги в Академии, если бы рисс Урий не поручился за меня.

– Понятно, – следователь потер переносицу и вынул из кармана небольшой мягко сияющий шарик.

– Сфера правды? – я понимающе кивнула, шар был чист, ни одно темное пятно не уродовало его нежную поверхность. – Надеюсь, больше вопросов ко мне не будет?

– К вам нет, – строго сжатые губы мужчины на миг украсила легчайшая и пренеприятная улыбка. – Благодарю за гостеприимство, риисса Арто, позвольте откланяться!

Следователь ушел, а я, вздохнув с облегчением, поправила передник и отправилась в лабораторию, примыкающую к лавке. Большую часть зелий для продажи я изготавливала сама, покупая у других магов только амулеты, ингредиенты или что-то редкое, требующее вливание магии стихий.

Глава 2

Ремонт подходил к концу. Рабочие заглянули ко мне поздним вечером, со словами:

– Хозяйка, принимай работу!

Я негромко фыркнула, перед отъездом рисс Урий надавал мне советов, в том числе и про такую уловку ремонтников. Сдадут ремонт вечером, сразу заберут оплату и напьются. Утром, когда солнечный свет четко обрисует все их косяки и недоделки, они уже неспособны к работе. Так что день, отведенный законом на принятие претензий, пропадает зря.

– Очень хорошо, – я слегка улыбнулась, снимая плотный тканевый фильтр, закрывающий нос и рот от испарений. – Жду вас завтра к девяти утра, для принятия работы и расчета.

– Риииссса, – протянул плутоватый мужичок, командующий бригадой, – пятница же… Нам бы расчет. Жен да детей побаловать!

– Ничего не знаю, рисс Умрат, – покачала я головой. – Принимать работу буду днем. А расчет только после приемки. Так написано в нашем договоре.

Рабочий сник, он уже знал, что спорить со мной на счет бумаг и законов бесполезно. После нескольких попыток надуть меня еще зеленую первокурсницу, я записалась на дополнительные занятия по магическому праву и теперь могла «придавить» любого нахала, даже не обращаясь к мировой судье.

Проводив работяг и заперев за ними двери, я пошла в лавку. Здесь все было устроено удобно и красиво: высокая мраморная стойка с широкой столешницей и вплетенной магзащитой делила помещение пополам.

В одной части располагалась входная дверь с колокольчиком, далее – два окна, два керамических вазона с апельсиновыми деревьями, маленький камин, столик, кресла и диванчик. Сейчас вся мебель, пережидая ремонт, стояла укутанной в серые полотняные чехлы, а деревца ждали своего часа на заднем дворе. Но контуры помещения все равно радовали глаз, и я даже зажмурилась, представляя, как тут будет хорошо после окончания ремонта.

Эту часть аптеки я специально придумала оформить как гостиную, чтобы местные дамы могли, заглянув сюда, испить чашечку ромашкового чая и вспомнить, что давно не покупали мазь от ревматизма дорогому супругу. К баночке мази я предусмотрительно прикладывала рекламный образец в виде травяной таблетки для усиления мужских сил, или модные в этом сезоне мушки, исцеляющие угревую сыпь.

Вторая часть, за стойкой, была хранилищем готовых зелий. На полках стояли ряды пузырьков и флакончиков, в длинных ящичках прятались амулеты, коробочки с порошками и пакетики с травами. В особых шкафчиках, закрытых магическими замками, я держала опасные ингредиенты и дорогие пряности. Тут же располагалась отдельная стойка с разными ведьмовскими штучками.

Вообще, травоведение у меня было второй дисциплиной. Первой у ведьм и ведьмаков всегда идет та самая особая магия, которая отличает нас от магов. Ведьма редко может ударить чистой силой, или просто влить ее в пострадавшее тело, ускоряя регенерацию, но зато способна заговорить меч или кинжал, увеличивая их прочность, силу или точность удара. Ведьмы-травницы умеют сварить зелье или наложить чары на кусок мела, превращая его в лекарство. Были ведьмы, специализирующиеся на любовной магии, были обережницы, а были, как я, лекарки широкого профиля.

Помимо прочной связи с материальным миром, магия ведьм имела еще несколько ограничений. Не всегда приятных. Например, я до сих пор не могла пользоваться своей силой в полном объеме, потому что не встретила своего мужчину.

Вздохнув я толкнула часть тяжелого мраморного прилавка и вышла в «гостевую» часть лавки. Здесь рабочие белили потолок, красили рамы двери и пол. Краска с особой магической присадкой «обновления» могла сама восстанавливаться в течение десяти лет. Если маг имел талант и не жалел сил, то и всех двадцати, но все когда-то надо менять.

Прежде стены были прохладно-голубые, рисс Урий считал, что такой оттенок добавляет аптеке стерильности. Я же захотела добавить теплоты и заказала краску мягкого розового оттенка, купила новые занавески и обивку для диванчика и кресел. Прошлась, всматриваясь в потолок и стены, погладила приятно гладкий край подоконника… На первый взгляд, все кажется опрятным, но утром все точно будет иначе.

Где-то звякнуло стекло. Я прислушалась – неужели в лаборатории? Похолодела: спиртовка! Загасила или нет? Быстро забежала за прилавок, жалея, что не могу над ним пролететь – экранирующая магия тут самая сильная, даже телепорт в аптеку не пробьешь в попытке выкрасть ценные зелья.

В лаборатории царили тишина и полумрак. Парочка магических светляков билась в банке, готовое зелье, которое, как и положено, остывало в глиняной чашке. Пожав плечами (послышалось?), я накрыла миску салфеткой, еще раз проверила спиртовку и окно, а потом двинулась к лестнице. Пора ложиться спать. Завтра расчет с рабочими, устранение недоделок, а послезавтра уже открытие.

Светляк в баночке слабо мерцал, намекая на то, что пора было бы ему сахару подкинуть, так что до спальни я добиралась в полутьме. Вошла в комнату, поставила огонек на тумбочку, со вздохом облегчения скинула туфельки на каблучках, стянула платье и бросила его на пол – утром риисса Айта унесет его в прачечную.

Вместе с домом и лавкой мне досталась и прислуга: почтенная экономка – дама необъятного размера, но шустрая и ловкая. Ее семья работала здесь же. Муж, мрачный неразговорчивый ветеран пограничной службы, выполняющий тяжелые работы, и дочка, миловидная девица восемнадцати лет, стоящая иногда в лавке. Платить, как прежний хозяин, я им не могла, поэтому они приходили два, иногда, три раза в седьмицу, чтобы навести порядок, приготовить сладости для посетителей и перемыть посуду на кухне.

Радуясь окончанию длинного дня, я немного постояла в полумраке, наслаждаясь наготой. Днем я всегда надевала строгие платья приглушенных тонов, застегивая белоснежный воротничок под горлом, стягивала черные волосы в тугой пучок, строго приглаживая буйные кудри, и даже смуглую кожу высветляла пудрой и зельями. Это помогало привлекать клиентов и, несомненно, укрепляло репутацию, но тщательно созданный мною образ отличницы и травницы-аккуратистки, порою, жал. Для развития своей магии ведьмы должны иногда сбрасывать налет цивилизации, купаться в озерах по ночам, летать на метле или падать с любимым в душистые травы… В груди кольнуло, и я закрыла глаза. Не хочу вспоминать. Это больно.

Глава 3

Моя сила спала очень долго, так что мама и тетя были уверены – я не унаследовала ведьмовский дар. Поэтому они не рассказывали мне правил, а просто учили собирать и сушить травы, варить простые зелья без наговоров, готовить мази и отвары. Работать в аптеке или заготавливать сырье для них – тоже работа, вполне подходящая для женщины. Все изменилось, когда я влюбилась. Будущие маги приехали в наш городок на практику. Гоняли упырей, лечили недужных, усмиряли кладбище, а еще шатались по кабакам, тискали девчонок на танцах, крутили скоротечные романы.

Рисс Шаарх, смуглый красавец благородных кровей вскружил немало голов. Влажные черные глаза, легкая улыбка красиво очерченных губ и богато расшитые шелковые наряды выделяли его среди товарищей, облаченных в серые ученические мантии.

Он приметил меня днем, когда я собирала чертополох для обережных венков, которые хорошо делала моя сестра. Скромно подошел, спросил улицу, завёл вежливый разговор, назначил встречу, вечером сводил на представление, подарил букетик и яблоки в карамели, наговорил комплиментов и даже поцеловал у дверей дома. Я летала. У меня еще никогда не было такого поклонника. Хорошо бабушка обратила внимание на золотистую ниточку, появившуюся на воротнике. Уцепила, дернула и, ахнув, закричала:

– Илейна! Сюда!

Мать прибежала и тоже ахнула. Я стояла, растеряно глядя на невесомую нить, и ничего не понимала. Потом она мне объяснила:

– Тавита, у тебя проявился наш родовой дар! Эта ниточка показывает, что ты можешь стать настоящей ведьмой!

Я засмеялась от счастья, а бабуля нахмурилась:

– А я гляжу, ты вся светишься уже третий день! Неужто кавалера завела? Кто он?

Пришлось признаваться. Услышав, что мой возлюбленный маг, мама потемнела лицом и рассказала кое-что об обретении ведьмовской силы. Я не поверила. Мама повторила. Я же не хотела верить, что красавцу-магу от меня нужна только сила. Мама вздохнула, дала амулет и с тревожным взглядом отпустила на свидание, опутав своими защитными чарами.

В заброшенный яблоневый сад маг завел меня словно бы случайно. Начиналось все хорошо: поцелуи, скамейка, легкий звон маминых охранок, и темные глаза мага, маскирующего заклинания под случайные жесты, душистый стог, мягкая трава под босыми ногами. Когда руки Шаарха очутились в моём декольте, я взглянула ему в глаза и неуверенно спросила:

– Шаари, ты правда хочешь стать моим проводником?

Парень дернулся, переменился в лице, попытался сползти с меня, но амулет его надежно зафиксировал. Я встала, отряхнула сено и вызвала магполицию. Где-то внутри поселился холод. Маги появились сразу, видимо, в связи с наплывом студентов в городке появился постоянный пост.

– Риисса? – старший внимательно на меня посмотрел.

– Этот маг хотел воспользоваться моей силой, – дрожащим голосом произнесла я. – Вы можете просмотреть мои воспоминания, я до вчерашнего вечера не знала, что являюсь неинициированной ведьмой.

Мужчина поджал губы, поднес к моему виску амулет. Процедура считывания неприятная, но я старалась думать, как можно четче именно о встрече с Шаархом, потом о приглашении на свидание и его испуге, когда я спросила про проводника.

Дело было в том, что ведьма, не знающая о своем даре, могла подарить его тому, с кем впервые проведет ночь. Ритуальные слова, снимающие запрет, просты, и вплетаются в обычную любовную беседу. Забор силы – наказуемое деяние, но многие маги, тем более знатные, отделываются штрафом, а девушки, ставшие их жертвами, становятся обычными и всю короткую человеческую жизнь чувствуют отсутствие части себя, некоторые даже умирают.

Шаарха, связанного амулетом, тоже проверили, хоть он и гримасничал, явно пытаясь думать о чем-то другом. Потом старший полицейский кивнул, и парня унесли в портал. А я пошла домой, радуясь появлению моей силы, но чувствуя острый холодок предательства в дюйме от сжимающегося от страха сердца. Больше я ни с кем из магов дел не имела. Ведьмаки, страдающие от той же проблемы, меня стороной обходили, а от людей я сама шарахалась еще больше, опасаясь сплетен.

Глава 4

Вынырнув из воспоминаний, я поежилась и упала в постель обнаженная. Рубашки и пижамы надоели мне в общежитии. Ощущая прохладу простыней всей кожей, я медленно начала погружаться в дрему. Но не успела я уснуть, как за окнами раздался шум. Затем началось мигание огней, послышались крики, топот коней и свист поисковых заклятий.

Вскочив, я натянула платье и, забыв про туфли и чулки, сбежала вниз. Проверила черный ход, потом вошла в лавку и выглянула в окно. По улице бегали люди в синей форме квартальных полицейских. Из соседних домов начали выглядывать жители в ночных колпаках, чепцах и даже в старинных рыцарских шлемах. Шум и гам стоял невероятный. Кажется, кого-то ловили, обшаривая чердаки и подвалы. Заметив зажженный мною свет, в дверь решительно постучали:

– Откройте, полиция!

Я неторопливо подошла к двери, открыла и уставилась на взъерошенного, мокрого от дождя служаку.

– Что случилось, рисс?

Высокий мужчина, укрытый с ног до головы непромокаемым плащом, поднес к свету жетон в виде язычка пламени:

– Старший городовой Замид! Ищем опасных преступников! Осматриваем все дома! Вы здесь одна? – он попытался заглянуть мне за спину, благо рост позволял.

Пришлось немного посторониться, открывая обзор:

– Как видите. Лавка закрыта на ремонт, и я уже спала, когда услышала шум.

Грохот на улице, и впрямь, стоял знатный. Его отголоски врывались в незапертую дверь, заставляя дребезжать флакончики на полках.

– Тем не менее, я должен осмотреть помещение! – полицейский был непреклонен и явно давил на меня своими размерами.

Я решила, что проще будет пустить его внутрь. Быстрее осмотрит, быстрее уйдёт, и я, наконец-то, лягу спать.

– Прошу вас, – я отступила в сторону, погладив обрамляющую дверь гирлянду из чертополоха, крапивы и веток сосны.

Оберег мне рисовала талантливая ведьма, умеющая сочетать эстетику гостиной и сильный защитный круг. В эту дверь не мог проникнуть никто, желающий мне зла. Городовой мельком взглянул на оберег и прошел в лавку.

Я подняла светильник, но полицейский достал свой, гораздо более яркий, и в резком свете сразу трех светляков я легко рассмотрела полуночного визитера. Он выглядел как деревенский увалень: грубоватое лицо с крупными чертами, светлые коротко постриженные волосы, пшеничные усы и мощные руки с широкими лопатообразными ладонями. Даже форма сидела на этом мужчине с уютной небрежностью одежды, которую не снимают никогда, или почти никогда.

Но первое впечатление было обманчиво. На правой стороне мундира горел значок магполиции, а туда, как известно, деревенских олухов не брали – ловля магов дело непростое. Плюс значки за меткую стрельбу, «лучший следопыт» и «серебряное крыло». Хм, похоже, ловят кого-то очень важного, если такой успешный сыщик сам обходит дома!

– Я вам все покажу, рисс, – пообещала я, убеждаясь в своей правоте. Мужчина осматривал все очень внимательно и даже уронил монету, чтобы заглянуть под мебельные чехлы. – Только прошу вас не касаться магических вещей. Вокруг много защитной магии, мне не хочется нести убытки, – настойчиво попросила я, сдергивая чехол с дивана.

Полицейский что-то проворчал себе в усы, но явно успокоился и на мебель больше не покушался. Мы пошли к стойке. Идя к двери, я не закрыла прилавок, так что теперь аккуратно прошла в дверцу, и уточнила:

– Лаборатория или кухня?

– Кухня! – решил страж порядка, покручивая в пальцах медальон-маяк.

В аптеке эта безделушка была бесполезна, все мои снадобья содержали хоть каплю магии, да и я сама воспринималась слабеньким амулетом как источник магического излучения.

– А что натворили те, кого вы ищите с таким усердием? – спросила я, открывая тяжелую, не пропускающую запахов дверь.

– Убийство, риисса, – сухо ответил мужчина, оглядывая царство кастрюль, сковородок и ножей.

Я покачала головой:

– На улице Медников каждый день происходит насилие или убийство, но никто не бежит в наш район с обыском.

– Убит член совета магов, рисс Лумпель, – нехотя проговорил городовой, очевидно понимая, что утром потревоженные соседи все равно разнесут по домам свежие сплетни.

– Магическая дуэль?! – ахнула я.

Королевский Совет магов состоял из опытных магистров не ниже десятого разряда. Убить такого – это надо было постараться!

– Банальный нож, заговоренный опытной ведьмой, – сверкнул очами страж.

Я только усмехнулась в ответ, моя золотая ниточка так и не сложилась в узор, так что заговаривать оружие я не могла. Умела, но не могла. Полицейский ниточку видел, и хвала магии, глупых предположений строить не стал.

Осмотрев весьма скромное помещение и два прилегающих к нему чулана, он пожелал увидеть лабораторию. Туда я провела его с законной гордостью: огромный зал, магическое освещение, несколько рабочих столов, самое современное оборудование и максимальная защита. Кроме того, здесь царили идеальные порядок и чистота: приготовление лекарств и косметики требовало стерильности, поэтому специальные амулеты были встроены в стены, в пол и даже в каждый стол! Наполнение их магией влетало мне в копеечку, ведь сама я не могла влить в них силу, но теперь не надо было намывать полы и стены каждый день.

Полицейскому хватило одного взгляда, чтобы оценить мое сокровище и перевести взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж.

– Там личные комнаты, – ответила я на не заданный вопрос, – но если вас не смутит моя постель, прошу!

Не смутила. Мужчина быстро осмотрел углы, пошевелил шторы, заглянул в шкафы и кладовую для ценных зелий. Похоже, дело свое он знал, и действительно, искал преступников.

Глава 5

Когда магполицейский ушел, я с облегчением закрыла за ним входную дверь. Такой крупный мужчина, да еще и себе на уме, напрягал соседством. Еще раз выглянув на улицу через стекло, я опустила шторы и, зевая, двинулась в спальню. Остановил меня нож, прижатый к моей лодыжке и шепот:

– Двинешься, перережу сухожилие!

Страх накатил волной, руки задрожали, я едва не упала, и меня тут же жестко обхватили за плечи:

– Тише Ниррим, не пугай девушку.

Голос стоящего за спиной был хриплым и усталым, но таким сильным, что у меня по коже побежали мурашки. Сильный, очень сильный маг, моя ниточка для такого – капля в море. Из тумбы выбрался другой мужчина, сухой, гибкий, прямые светлые волосы до плеч, ремешком прижаты ко лбу, в руках тот самый кинжал, которым он мне угрожал. От страха я не могла отвести от него взгляд. Маг выпрямился, глянул светлыми глазами, наводящими ужас, а через стук сердца до меня дошло: ведьмак. Вот уж кто все знает про ведьм! Шансов не осталось совсем. В душе поселилось отчаяние.

Я зажмурила глаза почему-то размышляя о том, что свежая волшебная краска сможет впитать всю мою кровь, и я буду лежать на полу очень бледная и чистая, без капли магии. Посмертный выплеск можно погасить или спрятать в артефакт, а в способностях неведомого мага я не сомневалась, от него веяло силой.

Легкий хлопок по щеке привел меня в чувство:

– Эй, Крид, она совсем отключиться собралась! – недовольно произнес ведьмак, встряхивая меня за плечи.

Мое сердце сразу бешено застучало, а во рту появился привкус горечи. Наверняка, меня тоже убьют, как лишнего свидетеля, но ведь теперь я знаю имена преступников, а это все же связь, пусть легкая и незаметная. Я могу попытаться с ними поговорить, предложить им что-то нужное.

Маг, стоящий за моей спиной, поднял меня как пушинку, легко перенес и прислонил к стене. Я с трудом сглотнула, преодолевая шок, таких силачей я прежде не встречала. Он тоже излучал силу, но иную, более теплую. Я бы предположила, что его стихия огонь, или земля, а вот ведьмак, наверняка, водник, или воздушник, – таким холодом от него веяло.

Меня поставили за прилавок. Хорошенькое дело! Я и не знала, что боковые тумбы полые внутри, причем настолько, что в них может спрятаться взрослый мужчина! Но как они пробрались в дом?

Великан хмыкнул, привлекая мое внимание, и я перевела взгляд на него: красивый мужчина. Крупный, но подтянутый, и двигается плавно, как опытный боец. Он обратился ко мне:

– Риисса, мы не причиним вам вреда. Нам всего лишь нужно убежище на эту ночь, а утром мы постараемся уйти до того, как нас заметят.

Мы с ведьмаком фыркнули одновременно и оооочень недоверчиво.

Пока маг оценивал обстановку аптеки, я смогла его разглядеть. Странно, он совсем не походил на городских магов – ухоженных и лощеных. Высокий, широкоплечий, с довольно короткими волосами на голове, но заросший рыжей курчавой бородой. Глаза показались зелеными, но, возможно, это был отсвет моего слабеющего светляка. Одежда мага, как и ведьмака, была грязной, заляпанной нечистотами, а еще потертая, хотя и довольно дорогая. Огромный кинжал на поясе, широкие серебряные браслеты с рунами и пряжки на плечах выдавали в нем боевого мага. Такие редко живут в столице, им платят хорошие деньги за охрану границ и сопровождение караванов.

Оба нечаянных гостя производили самое пугающее впечатление. Я могла поверить в то, что они убили члена совета магов простым ножом. Этому великану и вовсе достаточно было пальцем ткнуть! И все же, я не чуяла на их аурах следов смерти.

Когда человек или маг отнимает чью-то жизнь, в его ауре моментально появляется черный разрыв, напоминающий формой руну «смерть». Замаскировать этот знак в первые сутки после убийства не способен даже архимаг. Значит? Значит, они не убивали члена совета магов, их просто подставили, но почему они отказываются предъявить чистую ауру? Скорее всего, потому, что их никто не собирается ловить, – внезапно поняла я. Их собираются убить! Дышать стало сразу и легко, и сложно: мужчины, стоящие передо мной не убийцы. А вот те, кто их ищут? Остановит ли их мое присутствие?