Витязь в волчьей шкуре

Глава 9

Андрея мучила боль, а еще больше мучила растерянность девчонки. Он хотел бы обнять ее, утешить, заставить смеяться, но кости срастались медленно, и даже его короткий оборот существенно удлинил время лечения.

Она ушла в комнату, легла и он снова подумал о том, что она еще маленькая, ему уже двадцать три, ей шестнадцать, в этом возрасте это просто пропасть. Может он сможет относится к ней, как к сестре? Тут Аленка пошевелилась, встряхнула одеяло и в кухню пришла волна ее теплого манящего запаха. Хвост сам застучал по полу. Несмотря на чуть приглушенную лекарством боль. Значит не сестра. И что делать? Если она постоянно будет рядом, он может и не выдержать!

Из-за ночных треволнений девушка проспала почти до обеда. Медленно просыпаясь, она улыбалась. Ей снился какой-то очень хороший сон, но она не помнила какой именно. Аленка от души потянулась, встала, удивляясь почему это она легла в одежде? И тут все вспомнила! Закусила губу и с опаской выглянула в кухню. Волк по-прежнему лежал у печки и на ее появление отреагировал лишь бешеным биением хвоста и струйкой слюны, стекающей на пол.

– Верный, ты в порядке? – осторожно спросила девушка. Она тут же поняла, как глупо прозвучал ее вопрос и уточнила: – тебе, наверное, выйти надо? Тебя вынести?

Пес странно фыркнул, и Аленка, пожав плечами, не стала настаивать. Ей самой кое-куда было надо. Девушка быстро откинула крючок, распахнула дверь, босиком пробежалась по прохладным доскам сеней, выскочила на крыльцо и остановилась. На крылечке сидел парень. Симпатичный, темноволосый, в простой синей футболке и джинсах. У его ног стоял пакет.

– Доброе утро! – автоматически поздоровалась Аленка, несмотря на то, что время было ближе к полудню, и моментально спряталась в сенях, захлопнув крючок.

– Доброе, – парень спокойно воспринял ее опасение, – я собачке мяса принес. Здесь оставлю и уйду, хорошо?

– Хорошо.

Аленка подглядывала в щелочку, как парень переставил обычный черный пакет повыше и ушел, сунув руки в карманы и посвистывая.

Девушка подождала, пока незнакомец уйдет за калитку, потом приоткрыла дверь, взяла пакет, заглянула – сырое мясо кусками, свежее. Занесла подарочек в кухню, поставила перед оборотнем:

– Тебе завтрак передали, – а потом быстрее побежала умываться.

Водные процедуры затянулись. После умывания Аленка решила сразу набрать зелени для салата, прошлась вдоль грядок, выбирая укроп и петрушку, выдернула пучок салата, редиску, отыскала первые маленькие огурчики, и довольная вернулась к дому.

На крыльце опять сидел незнакомый парень. Рядом с ним лежал волк, глотая мясо.

– Еще раз доброе утро! – слегка улыбнулся незваный гость, стараясь не спугнуть диковатую хозяюшку. – Меня зовут Никита! Я вам пиццу принес!

На крыльце действительно стояла коробка. Аленка похлопала глазами, посмотрела на завтракающего волка, на непринужденную улыбку взрослого по ее понятиям человека и кое-как сумела выговорить:

– Спасибо, я сейчас чайник поставлю.

Никита похлопал Андрея по загривку:

– Повезло тебе, брат, Милана Ярика чуть не застрелила, когда узнала.

Волк презрительно фыркнул и снова полез в пакет за мясом. Тело требовало скорейшего восстановления, но где-то в глубине души Андрею было приятно, что Аленка, несмотря на юный возраст, держится так хорошо. Хотя дверь закрыла и крючок набросила.

Подождав немного, Никита стукнул в дверь:

– Алена, мне чашка нужна, лекарство развести.

Девушка молча вышла и подала пластиковую тарелку, из которой поила волка ночью. Никита поймал себя на том, что залюбовался ее тонкими запястьями. Принужденно улыбнувшись, он насыпал порошок из пакетика, залил водой, поставил перед другом. Посмотрел, как жадно волк вылизывает крошки лекарства, и предложил:

– Давайте возьмем чай и перекусим на крыльце, Андрею одному скучно.

– Андрею? – Аленка покосилась на волка.

– Да, в человеческом облике его зовут так, – сказал Никита и снова почему-то обрадовался, видя, как девчонка прикусила губу, задержала дыхание и решительно вошла в дом. Через минуту она появилась уже с чашками.

Они сидели на крыльце, ели пиццу, пили чай и любовались видом. Когда девушка насытилась, парень отодвинул в сторону пустую коробку и кружки, оценивающе посмотрел на нее и заговорил. Коротко рассказал о клане, об оборотнях, об отщепенцах.

– Этот драный кот хотел убить Андрея, но мы подоспели вовремя.

Аленка сидела, опустив голову на колени, рассматривала потертые доски и думала, думала. Это было неожиданно тяжело. Совсем недавно она была выбита из привычного мира смертью бабушки и переездом. Стремительно закручивающийся вокруг нее вихрь событий новых лиц и решений оглушал.

– А зачем я коту? – негромко спросила она, разглядывая извилину, похожую на кошачьи уши. – Дедушка был волком, вы волки, причем здесь кот?

Никита почесал затылок:

– Я сначала думал, что он просто из банды этих отщепенцев, компаньон так сказать, но док сказал, что ты… Никита замялся, подбирая слова, – в общем если ты будешь жить в нашем клане, хорошо питаться и общаться с нами, ты сможешь обернуться, станешь такой же как мы, проснется родовая память или что-то такое. А если тебя плохо кормить, обижать и держать подальше от волков, то ты не обернешься, но сможешь рожать детей любому оборотню. Механизм выживаемости сработает.

Аленка поперхнулась воздухом.

Никита продолжал:

– Видишь, они и сюда добрались, отщепенцы, ищут таких как ты по всей стране, ведь оборотницы неохотно идут за них, а от обычных человеческих женщин дети рождаются слабые, – парень помолчал и предупредил: – Они не остановятся, придут снова.

Девушку передернуло. Она конечно не видела незваных гостей, но помнила мужчину в черной коже и то жуткое ощущение, которое накрыло ее под дверью. Стараясь сдержать волнение, Аленка подняла веточку, покрутила в пальцах, разглядывая сухие нераскрывшиеся почки и спросила:

– А если я буду жить в вашем клане, что со мной будет?

– Будешь жить, учиться, захочешь – получишь профессию, – Никита устал сидеть неподвижно и потянулся, демонстрируя рельефные бицепсы и белоснежный оскал.

Андрей зарычал, низко и вибрирующе, словно предупреждая.

– А деньги? – Аленка не могла не задать такой вопрос.

Слишком часто она слышала это слово и при ссорах матери с отчимом, и при обсуждении чужих жизней и дел. Да и вечные проблемы что поесть, что надеть, были ей хорошо знакомы.

– У клана есть фонд для сирот, да и ты же пенсию получаешь, – вслух удивился Никита.

– Пенсию получает мама, – Аленка снова уставилась в землю. – А как же моя работа и дом?

– Работу придется отложить, дом можно и закрыть, но, наверное, глава клана здесь поселит кого-нибудь, как ловушку.

– Как поселит? – удивилась девушка.

– Ну ты же в клане будешь жить, – в свою очередь удивился Никита, – какая тебе разница, что здесь будет. Может глава у тебя этот домишко выкупит, – добавил он.

Вот это Аленке совсем не понравилось. Последнее время в ее жизни было так мало личного! А здесь в домике она только-только начала чувствовать себя если не хозяйкой, то хотя бы не приживалкой!

– Ладно, я обдумаю, – сказала она, вставая и стряхивая с колен крошки, – мне на работу пора.

– Да зачем? – заикнулся было Никита и тут же наткнулся на тяжелый взгляд.

Он и не думал, что у малолеток такой бывает. Аленка зашла в дом, ополоснула и убрала кружки, утверждая свое хозяйское право, переоделась, причесалась, прихватила свежую косынку из бабушкиных запасов, вышла на крыльцо и демонстративно закрыла домик на замок, положила ключ в карман и двинулась к калитке. Никита собрался ее провожать, но девушка остановила его:

– Сама дойду, за другом лучше присмотри! – и, упрямо тряхнув головой, ушла.

– Чего это она? – Никита непонимающе смотрел на друга.

Волк вздохнул, уложил голову на лапы и притворился спящим. Весь его вид как бы говорил: «ох и дурак ты, друг мой, заварил кашу, а хлебать кто будет»?

Никита тоже вздохнул, ушел под навес, перекинулся и бросился догонять девчонку – случись с ней что, глава хвост вырвет!

Аленка сердито топала по пыльной улочке. Умом она понимала опасность одинокой жизни и необходимость переезда, но характер, над которым в свое время посмеивался отец, вылезал как шило из мешка. Да и мысли в голове бродили невеселые. Чумазых визгливых детей, целыми днями болтающихся на улице и кидающихся камнями в кошек, девушка насмотрелась, так что выскакивать замуж и рожать она не торопилась. Напротив, Алена старалась учиться так, чтобы получить шанс поступить на бюджет, хотя бы в колледж.

Когда ее догнал запыхавшийся от волнения и жары волк, Аленка в суровом настроении добралась уже до вокзала и гремела ведрами, собираясь начинать работу. Волк тихонько ходил за ней, стараясь не мешать и не попадать под тяжелую деревянную палку с мокрой тряпкой на конце.

От раздирающей душу ярости Аленка так отдраила зал, кабинеты и туалеты, что начальник крякнул и сказал, что платить ей будет ежедневно, ибо Варвара ему подсказала, что девчонке сахару не на что купить. Девушка зарделась и благодарно кивнула, принимая купюры.

Гнев ушел, а вместе с ясностью появились и конструктивные мысли. Вернувшись домой, она принялась готовить ужин, оставив обоих волков на улице. Андрей все еще лежал в волчьем обличье с пакетом свежего мяса у носа, а Никита сидел рядом, изучающе поглядывая на девчонку, снующую по огороду с деловым видом.

Сварив суп и сделав салат из зелени, Аленка поела и уже на закате пошла поливать огород. Одна возилась бы до самой ночи, но Никита, фыркнув, перехватил тяжелые ведра:

– Совсем с ума сошла? Тебе тяжести поднимать нельзя!

Аленка пожала плечами и села на скамеечку – поглаживать Верного и думать. Тяжелое занятие и неблагодарное, но необходимое.

После полива девушка предложила работнику ужин. Никита согласился, но сперва занес волка в дом, уложил на прежнее место и сам затопил печь, пояснив:

– Ему тепло нужно.

Аленка только кивнула, налила суп, чай и ушла в комнату, читать бабулин дневник и перебирать завалявшиеся в шкафу конверты. Пожив в домике, внучка кое-что поняла про бабушку – Зинаида Васильевна всегда выполняла все, что планировала.

В конвертах обнаружилась переписка с родичами из соседней области, а в последнем, незапечатанном – билеты с открытой датой. Аленка осмотрела бабулину библиотеку, выбрала старый растрепанный том «Графа Монте-Кристо» и сунула вместо закладки билет и вырезанный из конверта адрес родственников. Если ей не понравится в клане, у нее будет выбор.

Глава 10

Утром, когда Никита вынес волка на травку, к домику подъехала тяжелая блестящая машина. Из нее вышел крупный мужчина, выглядящий очень молодо. Поздоровался, представился:

– Владимир Александрович!

Аленка вежливо кивнула:

– Алена.

– Поговорим?

Девушка хозяйским жестом пригласила гостя в дом, оставляя изнывающих от любопытства парней на улице. Впрочем, для волчьего слуха тонкие двери и деревянные стены не помеха. Сжимаясь внутри от страха и дурных предчувствий, Аленка заварила чай, предложила гостю печенье, но он ограничился черным от крепости чаем, даже без сахара.

– Никита доложил, что ты про нас уже знаешь.

– Кое-что, – уклончиво ответила Аленка.

Если мужчина и удивился ее закрытости, то вида не подал.

– Ситуация критическая. Вчера кота и волка, которые к тебе приходили, мои бойцы в километре от станции отловили и потрепали, но через день-два они вернутся.

– Я поняла, что спокойно жить здесь мне не дадут, – признала девушка. – Но рядом с мамой достать меня еще легче. Там никто защищать не будет. Денег у меня нет, – Аленка не выпрашивала, просто констатировала очевидный факт, – а здесь я могу учится и подрабатывать.

– Эти вопросы мы решим, – веско заявил глава клана, – но ты сама понимаешь, что держать тут круглосуточную охрану очень неудобно. У нашего клана есть свой поселок, закрытая территория, там есть школа и охрана там постоянная. Туда вчерашние гости даже не сунутся, собери самое нужное, документы – поживешь, посмотришь…

Аленка уловила тон, с которым разговаривал мужчина – точно с неразумным ребенком – и это ей не понравилось. Она конечно сохраняла наивность и романтичность, насколько ей позволял возраст и школьная библиотека, но на деле уже несколько лет жила очень закрыто. Сама боролась со своими страхами, сама выживала, когда в доме не оставалось ни куска хлеба, ни пачки макарон. Но спорить с мужчиной раза в три тяжелее тебя еще более неразумно. Так что она скромно опустила голову, просчитывая варианты:

– Хорошо, тогда я соседку предупрежу, чтобы огород поливала и за домом присматривала, тогда и поеду.

Вожак слегка насупил брови, вероятно ожидая женской истерики или нелогичных заявлений, но Аленка моментально его успокоила:

– Скажу ей, что бабушкины родственники нашлись.

Вожак был доволен такой сговорчивостью, и сам проводил девушку к соседке, выслушал восторженные охи, потом стремительно отвез Варвару в школу, чтобы забрать Аленкины бумаги. Вещи девчонка уложила быстро в ту же самую потрепанную спортивную сумку, попросила соседку поливать огород, отдала ключи и села в машину. Волка погрузили в просторный салон, и он сразу уложил лобастую башку на колени девушки, игнорируя фырканье Никиты и усмешку отца. Поехали!

Аленка грустным взглядом проводила поселок и станцию, потом закрыла глаза и откинулась на удобную кожаную спинку сидения. Тяжелая голова волка ей не мешала, гораздо труднее было взять под контроль мысли. Паника, тревога, раздражение на тех, кто так легко управился с ее жизнью – все требовало выхода, но девушка плотнее сжала веки и приказала себе уснуть. Сейчас это единственный выход.

Машину качнуло, мотор загудел громче – значит выбрались на трассу, под его мерное гудение девушка задремала и проснулась от хлопка тяжелой двери. Ей помогли выбраться, вынесли волка и, не дав оглядеться, повели в дом.

Прохладный холл, широкая удобная лестница на второй этаж и наконец просторная комната в светлых тонах. Стандартная и безликая, кровать-стол-стул-встроенный шкаф, все кремово-золотистое, ни цветов, ни мелочей.

– Располагайся, отдыхай, попозже Светлана зайдет покажет тебе все, – распорядился вожак.

Наверное, гостья должна была затрепетать от того, что такой важный человек сам провожает ее в комнату, но она ощутила лишь неловкость.

– Спасибо! – Аленка поблагодарила и поморщилась.

Ее потрепанная сумка, органично смотревшаяся в бабулином домике, здесь выглядела куском другого мира. Неопрятного, чуждого светлому паркету и полированному дереву. Подумав, девушка открыла встроенный шкаф и закинула сумку на дно, ничего не доставая.

Несмотря на кондиционер в машине, здесь она чувствовала себя пропотевшей и пахнущей деревней. Вздохнув, обвела взглядом комнату. Задержала взгляд на компьютере, скромно притаившемся в углу, и все же пошла в ванную. Душ с ароматным фруктовым гелем, шампунь, новенькая зубная щетка, вынутая из упаковки, огромные мягкие полотенца и уютный бежевый халат. Да, такого удовольствия от купания она давно не получала.

Однако, когда Аленка вышла в комнату, там уже болталась какая-то стриженная девчонка в модных мини-шортах и короткой маечке. И не просто болталась, дверца шкафа была слегка приоткрыта. Выходит, эта особа шарилась в Аленкиных вещах? Девушка сдержала раздражение и уставилась на желтоглазую гостью:

– Ты Светлана.

– Да, вожак велел показать тебе поселок.

Сказано было как-то с подтекстом и даже слегка презрительно. Да и взгляд, которым Светлана окинула свое «задание», был чересчур оценивающим и наглым. Аленка насторожилась. Женских разборок она не любила, в классе «страхолюдину-заучку» часто дразнили и даже били, заставив девушку выработать свой комплекс защитных мер. Гостья сделала вид, что не заметила ни взглядов, ни презрительного изгиба губ, достала сумку, убедилась, что ее действительно открывали, вынула расческу и принялась неторопливо подсушивать волосы полотенцем:

– Извини, с мокрой головой я никуда не пойду, боюсь простудится, – «обрадовала» она переминающуюся девчонку.

Светлана фыркнула:

– Ты похоже совсем темнота, в ванной есть фен!

– Это ты темнота, – парировала Аленка, – если бы я пользовалась феном, никогда бы не отрастила такую косу, – и она демонстративно перекинула вперед тяжелую блестящую массу волос.

Светлана снова презрительно фыркнула, но ее рука невольно потянулась взъерошить короткие светлые волосы на макушке.

Аленка же, сохраняя спокойное выражение лица, начала разбирать кончики, уделяя столько внимания каждой пряди, что процесс грозил затянуться до самой ночи.

– Ну и сиди здесь одна! – Светлане надоело притворяться любезной, и она ушла, хлопнув дверью.

Тут уж Аленка не растерялась – быстро расчесала волосы, заплела влажную косу и села за комп. У нее не было даже самого дешевого телефона, не было компьютера, зато был добрый учитель информатики и ленивая уборщица, оставляющая ключи от интернет-класса на вахте.

Так что теперь Аленка включила компьютер, убедилась, что все нужные ей программы в нем есть, потом запустила геолокацию, изучила карту, маршруты общественного транспорта и даже посмотрела на бабулин домик через гугл-карту. Потом быстро удалила историю браузера и принялась искать в сети магазины с платьями, книгами и обувью. Открыла пяток вкладок, действительно некоторое время рассматривала разные модели, а потом с чистой совестью натянула юбку с топиком и пошла вниз. Уже обед, стоило поискать еду и познакомится с обитателями дома.

Внизу на подоконнике сидела рыжая девчонка, выглядящая чуть постарше самой Аленки. Она болтала ногами и грызла яблоко. Увидев Аленку, рыжая приветливо кивнула:

– Здарова! Яблоко хочешь?

– Давай! – завтрак был давно, а время явно перевалило за полдень.

Они посидели рядом, хрумтя яблоками, потом девчонка соскочила, одернув джинсики и футболку:

– Пошли, погуляем? – предложила она, озорно блестя зелеными глазами.

– Пошли! – согласилась Аленка, но потом все же осторожно уточнила: – а можно?

– Ты же не в клетке, – удивилась рыжая, встряхивая кудрями. – Меня кстати Нюйва зовут, – вспомнила церемонии девчонка, – тут Нюшкой или Нюркой называют, – хихикнула девчонка.

– Я Алена, – вздохнула в ответ гостья.

Гулять хотелось. А еще хотелось узнать, как дела у Верного, куда подевался парень в синей футболке и чем занимаются оборотни, когда не лопают сырое мясо в потрясающих количествах.

– А ты бойкая, тем лучше, – рыжая опять засмеялась, но не злобно, а просто веселясь.

Она потянула новую подружку на улицу. Аленка вышла на просторное крыльцо-веранду и оторопела: вокруг был лес. Бетонная дорожка вела к дому, была и площадка-стоянка для машин, но в остальном – вокруг стояли высоченные сосны, рядом с дорожкой торчали кустики костянки, робко выглядывали резные земляничные листья.

Девушки обошли поселок по дуге, посмотрели на самые разные, порой очень странные дома. Сбегали к ручью, половили руками мальков у плотинки, обобрали поспевающую малину возле легкой проволочной ограды.

– Ночью по ней ток пускают, но… – Нюйва показала Аленке глазами на широколапую сосну, чьи ветки протянулись над проволочным забором.

Девушки засмеялись, и Аленка почувствовала себя легче, обнаружив, что в клетке есть дыры. Потом они залезли в овражек, в котором нашлась землянка, прочная и надежная, чисто убранная, даже с постелью и умывальником. Складывалось впечатление, что тут жили. Новая знакомая показала девушке красивую посуду, теплые лоскутные одеяла, а затем вынула из сундука, пахнущего благовониями, прекрасно изготовленные тряпичные куклы. Все они были красиво одеты, некоторые даже в пальто или шубы, украшенные бусинками и кусочками меха.

– Выбирай, какая понравится, – сказала Нюйва, – подарю!

Аленка начала раскладывать кукол на сундуке, разглядывая искусно вышитые или нарисованные лица. Некоторых сразу откладывала в сторону, некоторых долго рассматривала, прежде чем отложить. Очень уж хороша была якутка в парке, в бисерной головной повязке с красными, как клюква, бусинками!

Наконец Аленка сделала выбор – невысокая кукла-девочка с двумя длинными косами немножко походила на нее саму. Полосатый сарафан, вышитая рубашка, передник с оленями и длинный плетенный пояс. Не то крестьянка, не то молочница.

– А почему не принцесса? – Нюйва ткнула пальцем в бледную красавицу в зеленом платье, усыпанном огромными зелеными стразами.

– Эта теплее, – улыбнулась в ответ Аленка. – Так можно взять?

– Можно, можно, – отмахнулась рыжая, словно узнала что-то важное для себя. – Потом вдруг спохватилась:

– Ой, солнце садится! Ужин прогуляли!

Девушки выбрались из овражка и, взявшись за руки, понеслись к дому вожака.

Глава 11

Андрей был рад вновь очутиться в клане, но невозможность двигаться невероятно раздражала. А еще этот непрестанный зуд! Восстанавливались ткани, нервные волокна, кости, все требовало «строительного материала» и сна. Но еще в домике парень не мог сомкнуть глаз, зная, что Никита и Данил кружат рядом. И Никите нравится Аленка. Вон как одобрительно он посматривает на ее домашние хлопоты!

Когда все наконец сели в машину, стало легче – он просто придавил ее своей мордой и млел, купаясь в девичьем тепле и запахе. Потом его занесли в дом, в его собственную комнату, пришел доктор, осмотрел, хрустнул парой позвонков, распорядился подать ему еще мяса и на прощание сказал, сказал, что к ужину волк сможет перекинуться и встать! Андрей был счастлив!

В половине седьмого он перекинулся и медленно, проверяя свое тело, встал. Мышцы тянуло, кожа чесалась и страшно хотелось в душ. Горячая вода обняла его, смывая накопившуюся усталость и боль. После купания Андрей подошел к шкафу, выбрал рубашку-поло и свежие брюки, хотелось произвести на Аленку хорошее впечатление. Закончив одеваться, парень коротко глянул в зеркало, пригладил влажные волосы и помчался вниз – опоздания к общему столу мама не любила.

Внизу, в просторной столовой за овальным столом, собралась уже вся семья: отец, мама, дед с бабушкой, прадед, братья и сестра. Не было только Аленки и… Андрей остановился в дверях и хмуро спросил отца:

– А где наша гостья?

Вожак недоуменно оглядел комнату, потом спросил у домработницы, подающей на стол:

– Стефания, вы не видели нашу гостью в обед?

– Не видела, – покачала головой женщина, – на кухню никто не заходил с самого завтрака.

– Настя, ты у нас тут новенькую девочку не видела? – спросил у супруги вожак.

Жена молча продемонстрировала ему черный напульсник, что означало, что она только что вернулась из зала и села за стол, не заходя в комнаты.

– Папа? Дети? – все пожали плечами.

Тогда Андрей побежал в гостевую комнату, в которую поселили Аленку. Комната была пуста. Был запах девушки и еще Светки, кузины-прилипалы, как называл ее про себя парень. Сильнее пахло из шкафа, там лежала сумка с вещами, и больше ничего. Комп включен, но там что-то девчачье – платьица-юбочки.

Ладно, где ее искать? Он попытался взять след, но на лестнице след пропал. Встревоженные родственники в момент оббежали дом, но следов новенько не обнаружили. Вернулись в столовую, взволнованно обсуждая, откуда начинать поиски. Аппетит у всех пропал, только мать и прадед Андрея как ни в чем не бывало аппетитом ели густой мясной суп со свежими овощами и вели светскую беседу.

– Мама! – наконец возмущенно воскликнул Андрей, – как ты можешь есть? Моя невеста пропала!!!

– На счет невесты пока вилами по воде писано, – меланхолично отозвалась волчица, зевая во все роскошные зубы, – а если я сейчас не поем, то кого-нибудь загрызу. Ты же не хочешь, чтобы моим ужином стала она? Хозяйка клана подмигнула сыну и вернулась к трапезе.

Через час все убедились, что территорию девушка не покидала и утомленные оборотни все же сели за стол. Светлана раздраженно фыркала, пытаясь продемонстрировать Андрею загорелую ногу в коротеньких шортах. Младшие братья Бронислав и Веромир перешептывались и хихикали, поглядывая на Андрея. Сестра Галка с самым серьезным видом доедала суп. Отец был мрачен, дед и бабушка о чем-то думали и только прадед толкнул правнука в бок:

– Эй, внучек, а чем там на лестнице пахло, что ты след взять не смог?

– Дымом… – Андрей все понял и готов был провалиться под землю от стыда!