Витязь в волчьей шкуре
- -
- 100%
- +
– Не переживай, – хмыкнул прадед, – сто сорок лет с ней живу, а все к фокусам не привыкну.
И тут как по заказу на пороге показались две запыхавшиеся, растрепанные девчонки. Глаза горят, на щеках румянец и обе довольные-предовольные.
– А вот и мы! – громко объявила Нюйва, – есть хотим!
– Бабушка! – зловеще протянул Андрей.
Аленка вздрогнула и удивленно посмотрела на новую подружку. Та, не обращая внимание на тишину, потащила Аленку к столу и усадила на стул рядом с матерью Андрея:
– Не стесняйся, ешь! Настя девочка добрая, сейчас супчику тебе нальет!
Настя, не поведя бровью, действительно налила тарелку супа и поставила перед Аленкой, дала ложку и хлеб:
– Ешь, бабуля у нас любого волка загоняет, – ровно сказала она и улыбнулась Андрею. – Сын, сам себе нальешь?
– Сам, – буркнул сердитый оборотень, берясь за половник.
– Не бабуля, а прабабушка, – весело поправила рыжая, – принимая тарелку из рук красивого крупного мужчины, – спасибо дорогой! – она чмокнула мужчину в щеку и подмигнула: – сразу догадался?
– Конечно, – улыбнулся он в ответ, – кто еще запах дымом заметать будет, только ты, моя лисичка!
Аленка медленно ела суп, ничего не понимая. Между тем разговор за столом набирал обороты. Андрей ел суп и возмущался между ложками:
– Бабушка, как ты могла, мы вас потеряли!
– Сомневаюсь, что ты бегал с высунутым языком, чтобы отыскать меня, правнучек, – подкалывала его в ответ Нюйва, – да и чего ты так волнуешься? Мы отлично погуляли, поели малины, пробежались. Нам было весело. – Девчонка подмигнула Аленке и добавила: – не тушуйся, детка, этот зубастик конечно страшный зануда, но, если его расшевелить, вполне способен посмеяться.
Андрей возвел глаза к потолку и перестал спорить с прабабушкой. Все равно это бесполезно. Кицуне, они такие – верткие, лукавые и больше всего на свете любят посмеяться над толстокожими оборотнями! Как только прадед ее столько лет терпит?
Догадавшись о его мыслях, дед сгреб свою рыжую в охапку и засмеялся еще громче:
– Щенок ты еще Андрейка, я ее не терплю, я ее люблю!
И бабуля тотчас отложила ложку и чмокнула его в нос.
– А глаза зачем отвела? – буркнул вожак, – поужинать спокойно не получилось.
– Зато повеселились, побегали, жирок растрясли, тебе внучек особенно полезно! – фыркнула Нюйва, уписывая суп.
Вожак нахмурился – его впечатляющая фигура вовсе не была толстой, скорее он напоминал борца-тяжеловеса, но бабуля умела бить не в бровь, а в глаз. Рядом с изящной супругой он выглядел очень массивно.
После ужина Андрей хотел показать Аленке дом, возможно познакомить с друзьями, но девушка поблагодарила за еду и ушла к себе, прижимая к боку куклу. Разглядев подарок в руках девчонки, Андрей струхнул:
– Бабушка! Ты что, открывала сундук судьбы? Зачем?
Кицуне только фыркнула:
– Надо было!
– Мама! – дед покачал головой, – опять секреты разводишь!
– И когда это мои секреты вам во вред были? – фыркнула рыжая девчонка, поглядывая на невестку.
Дед сразу поднял руки, сдаваясь, а вожак хмыкнул и посмотрел на свою жену. Все они доставали куколку работы девятихвостой кицуне и каждая жила теперь так, как предсказала ей судьба.
Недовольный Андрей вышел из-за стола, коротко поблагодарил за ужин и отправился к друзьям. Но беседка, в которой обычно собиралась компания, была пуста. Ярик скорее всего миловался с женой, а где же остальные? Обернувшись Андрей прислушался, принюхался и зарычал, приподнимая губу над клыками: они все были возле дома вожака! С той стороны, куда выходили окна Аленкиной комнаты!
Он помчался туда, но, услышав визгливый голос Светки, задержался за густой полосой кустарника и насторожил уши.
– Боже, где только вожак подобрал такое убожество! – манерно выговаривала Светка, помахивая стройными ножками перед носом парней. – Ни кожи, ни рожи, воняет деревней, а в каком мешке из-под картошки она притащила свои вонючие тряпки! – презрительное фырканье далеко разнеслось по поселку.
Но Андрей расслышал не только ядовитую речь Светки, но и легчайший вздох на втором этаже, а потом слабый скрип рамы – Аленка закрыла окно, чтобы не слушать больше неприятных высказываний в свой адрес.
Сын вожака тотчас перекинулся и ломанулся к столику под вишнями:
– А ну повтори, что ты сейчас сказала, – хмуро потребовал он.
– Андрей, привет, – кузина расцвела приветливой улыбкой, но, заметив недовольство парня, капризно надула губки: – а что такого? Я сказала чистую правду! Притащили деревенщину, воняющую как потная лошадь и носитесь с ней, как дурачки!
– Эта девочка шесть лет прожила без отца, – сквозь зубы произнес Андрей, – неделю назад потеряла бабушку, а несколько лет существовала с пьющей матерью и таким же отчимом. То, что она сохранила светлый разум и совесть просто удивительно, а ты, растущая в полной семье и на полном обеспечении, совсем стыд потеряла. Вали отсюда!
Светка попыталась возражать, но, услышав предупредительный рык, убралась, причитая о парнях-идиотах. Тогда Андрей мрачно взглянул на друзей:
– А вы чего эту клушу слушаете? И Аленку обижаете? Не чуяли, что она все слышит?
Парни дружно отвели глаза. Сын вожака потянул носом и все понял:
– Ясно. Светка феромонами набрызгалась, – раскусив в чем дело, фыркнул оборотень.
Упрекать друзей во взыгравших инстинктах было глупо. Андрей предпочел уйти, чтобы не устраивать драку под окнами родного дома. Отец не одобрит, а мама может отвесить всем участникам пару оплеух, от которых долго будет стоять звон в ушах. Надо будет поговорить с девчонкой, а друзьям он попозже хвосты накрутит, на тренировке!
* * *Ужин в странном и многочисленном семействе оборотней вызвал у Аленки жгучую зависть. Вот так просто сидеть за одним столом с бабушками и дедушками, с мамой и папой, есть восхитительную еду, перебрасываться шутками, обсуждать день… Ее последнее светлое воспоминание было связано с отцом. Они гуляли в парке, играли с мячом, ели мороженое, она прыгала на батуте, крича папе, чтобы он смотрел на нее, а потом сразу заплаканные глаза мамы, черный атласный платок на ее голове и незнакомые тетки в коротких черных платьях…
На некоторое время выделенная ей комната показалась подходящим убежищем от грустных воспоминаний и сравнений. Аленка умылась, посадила куклу на стол рядом с компьютером и собралась поискать дополнительную информацию о том городе, в котором жили родственники бабушки, но через приоткрытое окно донеслись голоса.
Сначала девушка не прислушивалась, но слова «деревенщина», «притащили» резанули слух. Она неслышно подошла к окну и посмотрела на группу парней, заглядывающих в рот Светлане. Стало обидно, ведь среди них был и тот, в синей футболке, который позаботился купить пиццу и выносил тяжеленного волка во двор. Аленка осторожно прикрыла окно и вернулась к монитору.
Ей стало больно. Те тучи, которые разогнала своим появлением рыжая прабабушка, нависли над ее головой снова. Встряхнувшись, Аленка признала, что уровень жизни в этой семье совсем другой: ее самый лучший комплект из юбки и топика, найденный в шкафу у бабушки, выглядел за этим семейным столом очень скромно. И все равно было обидно. Ей дали понять, что она здесь приживалка, ресурс, который прибрали к рукам, опередив соперников.
Но это Светлана, она хотя бы открыто презирает ее и не скрывает своего отношения, а вот другие члены семьи? Пока они все относятся к ее появлению спокойно. Но насколько они готовы терпеть нового человека на своей территории? Возможно это добродушие простирается ровно до той поры, пока она не заденет кого-либо.
Пока Аленка никому не мешает, сидит в отведенном углу и моргает по команде. А вот если ее желания пойдут вразрез с планами вожака? Или она захочет учится в городе и жить в общежитии, чтобы не мотаться на учебу по два с половиной часа? Что с ней сделают? Запрут? Лишат еды? Или просто запретят все, оставив болтаться по территории, рассматривая сосны?
Мрачные мысли помогли ей сосредоточится и быстро выполнить задуманное. Вновь почистив историю браузера и отключив комп, Аленка взяла в руки куколку, подаренную Нюйвой, и легла в кровать, рассматривая удивительную девочку.
Игрушка явно была сделана вручную, плотно набитые руки и ноги имели проволочный каркас, а на проборе виднелись крохотные аккуратные стежки. Детали этой игрушки пленяли – вышитые ленты в косах, бусы из мелких ровных камушков и даже башмачки с завязками из темной кожи.
Обняв игрушку, Аленка уснула и во сне продолжала продумывать свой план. Она не слышала, как скрипнула дверь, как вошла рыжая девчонка и осторожно накрыла спящую девушку одеялом, взмахнула над ней своими хвостами, согревая волшебным огнем, отгоняя дурные мысли. Не слышала, как заглядывал Андрей, порываясь поговорить, ее усталая душа парила где-то там, куда нет доступа простым смертным и это было благом. Шестнадцать лет слишком юный возраст, чтобы взваливать свою судьбу на собственные плечи, но иногда эта коварная старушка не спрашивает.
Глава 12
Утро началось рано. Под окном раздались шаги, выдохи, кряхтение, голоса. Сонная Аленка, плохо соображая, что это и где она, подошла к приоткрытому окну, открыла его шире и выглянула. Оказалось, что практически рядом с домом расположена тренировочная площадка. Крепкие парни и несколько девушек в простой спортивной одежде дружно бежали по дорожке, перепрыгивая барьеры. Аленка узнала всех молодых членов семьи Андрея, даже Светалана бежала вместе со всеми, покачивая великолепной попой, обтянутой черно-розовыми эластичными брючками. После пробежки оборотни вышли на истоптанную траву в центре площадки и принялись делать разминку. Резкие сильные движения, невероятная скорость – Аленка невольно залюбовалась и задвигала плечами в такт.
После разминки началась работа на полосе препятствий. Если кто-то срывался с досок или рукоходов, тут же следовал недовольный рык из дальнего угла и провинившийся возвращался на снаряд. Ямы, заборы, узкие тоннели, канаты и прочие сооружения, призванные затруднить передвижение по местности даже для сильных, ловких и быстрых.
Любуясь нечаянным зрелищем, Аленка не сразу заметила, что с ее организмом творится неладное: кровь быстрее побежала в жилах, резко стало жарко, покраснели щеки, налились цветом губы, и в какой-то момент абсолютно все мужчины на площадке повернулись в ее сторону. Смутившись, девушка закрыла окно и ринулась в ванную.
Прохладный душ не сразу восстановил ее душевное равновесие, а потом выяснилось, что у нее нет чистого белья, да и вообще чистой одежды. Как быть? Стирать в ванной и развешивать на трубах, или в доме есть стиральная машинка? У кого бы спросить? Плотно затянув пояс купального халата, Аленка выглянула на лестницу. Рыжая бабуля опять сидела на подоконнике и хрупала яблоко.
– Привет! – поздоровалась она, – проблемы?
– Постирать надо, – закусив губу, призналась девушка.
– Ясно, – бабуля продолжала болтать ногами, – возле кухни есть прачечная, собери все в пакет, помогу.
Аленка быстро собрала все свои немудреные вещички и спустилась вниз, постоянно косясь по сторонам.
– Не волнуйся, – раскусила ее прабабушка, – мужики еще минут тридцать бегать будут, потом душ, завтрак, работа… Успеешь все постирать и одеться.
Кицуне без шуток показала девушке прачечную с парой машинок, гладильной доской и сушилкой. Выбрав самые легкие вещи, они закинули их на бережную стирку, а джинсы и теплую кофту во вторую машинку на более капитальный вариант. Потом сели на подоконник и принялись грызть яблоки, болтая о книгах, цветах и модных тряпочках.
Вообще-то Аленка разбиралась только в книгах. Школьная библиотека, хоть и считалась атавизмом, до сих пор не утратила своей актуальности. Классика, дополнительное чтение, толстенные старые хрестоматии и сборники лирики. Компьютер домой не возьмешь, а пара тройка потрепанных книг, пестрящих штампами, подозрений у матери и отчима не вызывали.
Цветы она любила в теории. Их захламленный поселок мог похвастаться разве что сиренью да черемухой. А одежда выбиралась по принципу: дешево, не марко и на вырост.
Когда закончила стирать первая машинка, Аленка обнаружила, что тонкую юбку и топ вполне можно надеть сразу. Ткань лишь слегка холодила тело, что в жаркий июльский день было даже приятно.
– Остальное потом заберешь! – махнула рукой озорная прабабушка, – Стефания – вот сюда все чистое складывает, потом каждый свои тряпочки забирает. Пошли гулять!
Аленка закинула белье в комнату и с радостью сбежала из дома вместе с кицуне. Рядом с этой рыжей проказницей она чувствовала себя на свой возраст – могла смеяться, бегать до потери дыхания или петь и болтать ногами, обкусывая позднюю землянику прямо с веточек.
* * *Андрей бесился. Утром его вместе с другими молодыми волками отец выгнал на разминку. Все понимали важность регулярных тренировок и не спорили, но в какой-то момент ветер вынес на поле аромат юной расцветающей самочки и все, включая немолодых женатых оборотней, повернули головы в сторону дома. Аленка стояла в окне, кутаясь в халат. Ее запах бил в ноздри, обволакивал, будил в молодом оборотне дикие инстинкты и желание зарычать «моя»!
Вообще у чистокровных волков всегда был инстинкт поиска одной единственной пары, но поскольку их клан давно брал в жены человеческих женщин, а прабабушка была и вовсе кицуне, то этот инстинкт ослаб, позволяя мужчинам меньше терять голову. С одной стороны, это позволяло избежать всевозможных похищений, изнасилований и просто неадекватных действий, а с другой, как ворчала бабуля: «не те стали мужики, огонек растеряли»!
Тетки-кицуне только посмеивались. Они сами были замужем за волками и ничуть не сомневались, что их мужья порвут за них любого соперника. Как обычно, рыжие бестии рожали сыновей-волков и дочерей-лисиц, но сохраняли до смерти девчоночий вид и не уставали крутить тремя или пятью хвостами, дразня волков со всей округи.
Увидев, как отреагировали на Аленку другие волки, Андрей не удержался. Его рык вышел таким мощным и вибрирующим, что остальные вернулись в строй без традиционного окрика вожака, а Галка восхищенно прошептала ему в спину:
– Ну ты, братец, даешь!
Закончив упражнения, Андрей поспешил в дом, желая увидеть Аленку, вдохнуть ее аромат, но в доме было пусто! Нет, конечно на кухне гремела кастрюлями Стефания, где-то в мастерской возился хромой волк Глеб, мама уже напевала в душе, поджидая отца, но в доме не было Аленки! Только облако тяжелого ароматного дыма окутывало ее след, обрывая его у двери.
– Дед! – Андрей едва не рычал от злости, – Нюйва опять Аленку увела!
– Ну и что? – прадед пожал плечами, – погуляют и вернутся. Ты лучше понюхай, чем они в доме занимались.
Оборотень проследил волну запахов и пожал плечами:
– Стирали?
– Ох, правнук, – покачал головой дед, – сообразить не можешь? Девочка вчера приехала, а сегодня уже стирает. Много ли вещей с собой привезла? А теплые есть ли? Через пару дней дожди зарядят, а у нее кроме сланцев никакой обуви нет!
Волку стало стыдно.
– Прости дед, правда не подумал!
– Сам не связывайся, попроси мать помочь, все равно ты в женских тряпках ни в зуб ногой. А так и девочкам развлечение и тебе польза.
Андрей поблагодарил прадеда, дождался, пока наверху стихнет журчание воды и треск разорванных когтями полотенец, подождал еще полчасика для надежности и постучал в комнаты родителей.
– Заходи! – отозвалась мать.
Она уже сидела перед зеркалом, накладывая макияж перед отъездом на работу.
– Мам, – Андрей помялся, – Аленке носить нечего, а денег она не возьмет, помоги?
Кисточка аккуратно оббежала идеальный контур губ:
– Ладно, сын, придумаю что-нибудь. Сколько денег выделишь на свою красотку?
Андрей давно зарабатывал сам, и родители поощряли его начинания, периодически спрашивая некие суммы на вложение в семейный бизнес или улучшение условий жизни семьи.
– Хватит? – парень положил на столик пачечку красных купюр.
– На скромно и без претензий хватит, – решила мать, оценив толщину.
– Светка вчера Аленку грязью поливала, я в женских тряпках не разбираюсь, но надо так, чтобы эта клуша заткнулась, – мрачно сказал Андрей, добавляя еще несколько купюр.
– Ладно, сделаю! – Светку мама тоже не любила, но и выгнать из дома нахальную родственницу рука не поднималась. – Все, пока, мне пора! – волчица стремительно подхватила сумку, деньги, телефон и одним прыжком очутилась на лестнице.
Парень только завистливо вздохнул. Почему-то женщинам-волчицам легче давалась частичная трансформация. Они умудрялись балансировать на грани, сохраняя хрупкий человеческий облик, но свободно используя волчью силу. Мужчинам такое удавалось редко. Бабуля смеялась и утверждала, что в этом виновато отсутствие воображения:
– Простые вы, как кирпичи, вот и падаете: либо волки, либо люди, а мы женщины всегда немного волшебницы, – хихикала она, наблюдая попытку очередного правнука сохранить в человеческом облике звериную силу или в волчьем виде человеческий разум, не подавленный инстинктами.
Переговорив с матерью, Андрей решил все же разыскать Аленку. Он как-то не подумал, что в клане у нее не было подруг, поговорить было просто не с кем. А единственный, с кем она общалась на станции – Никита – вчера молча слушал про нее гадости. Поиски не удались, вся территория клана слегка благоухала дымом и отыскать в перемешанных девятью хвостами потоках воздуха след двух активных девушек не получалось.
* * *Первым делом Нюйва потащила Аленку завтракать, да не куда-нибудь, а в роскошное кафе за пределами территории клана. На выезде стояла охрана, впуская и выпуская жителей только по пропускам или личному разрешению главы клана, но шустрая бабуля показала Аленке подкоп, похожий на лисью нору. С некоторой сноровкой они выбрались за пределы проволочного забора, и, пробежавшись по лесу, набрели на сказочную избушку. Вокруг шумел лес, на небольшой площадке громоздились кузовами массивные «внедорожники», а внутри потрясающе пахло варениками, теплым молоком и медом.
Прабабушка лихо плюхнулась за столик у окна и поморщилась, глядя на высокомерную девицу в белой наколке, подплывающую к их столу:
– Здаааавствуйте, – пропела девица, окидывая гостий презрительным взглядом.
Аленка тут же спрятала свои потертые сланцы под стол, а вот прабабушка вернула девице взгляд и насмешливо хихикнула:
– Деточка, Марка позови, и быстро!
Официантка дрогнула. Видимо прозвучавшее имя много здесь значило. Она ушла красиво, виляя попой и стройными бедрами, а через несколько минут в зале появился мужчина. Именно появился. Возник, словно сгустившийся воздух и уже целовал небрежно протянутую маленькую ручку:
– Нюйва-сама, рад видеть вас.
– Льстишь Марк, но умеючи! – довольно оценила его старания кицуне. – Покорми нас и не подпускай больше ту цепкую щучку, что подошла к нам в начале.
Невысокий сухощавый мужчина в строгом сером костюме еще раз поклонился и уточнил:
– Что желаете отведать?
– Мне как обычно, только замаскируй, а девочке, – тут прабабушка уставилась на Аленку лукавыми лисьими глазами: – вареники? Блинчики? Пирожки?
Девушка осторожно пожала плечами.
– Ясно, неси всего по чуть-чуть и сметаны побольше! – постановила бабуля и откинулась в кресле, оглядывая зал прищуренными лисьими глазами. – Скучненько у тебя тут, – хихикнула она, прицеливаясь из пальца в толстого дядьку, мерно уплетающего борщ.
Марк тут же молитвенно сложил руки:
– Нюйва-сама, чем я вас прогневал?
– Пока ничем, – отмахнулась рыжая бестия, – поторопись, а то заскучаю! – добавила она, чинно усаживаясь в кресле, как барышня из хорошей семьи.
Мужчина моментально испарился, а через несколько минут к столу подошел худощавый паренек, вежливо предложил напитки, затем принес множество накрытых тарелок для Аленки. Там действительно было все – ажурные блинчики, вареники нескольких видов, малюсенькие пирожки тоже нескольких видов. Аленка выбрала чай и на столе появился уютный пузатый чайник, благоухающий прогретой глиной и травами.
Девушка попробовала всего понемногу, сдабривая каждое блюдо сметаной, вареньем или медом и в итоге уже через пять минут ощутила себя объевшимся колобком. А вот рыжая прабабушка выглядела как самая настоящая лисица. Перед ней поставили огромное блюдо с блинами, в середине стояла солидная миска сметаны, Нюйва выбирала блинчик, макала в сметану и съедала в два укуса.
Аленка уже попивала чаек, любовалась видом, а лиса все ела и ела. И только в последнем блине девушка заподозрила неладное – тонкий пласт сырого мяса подмигнул ей из ажурного золотистого треугольника. Выходит, эта девчонка и впрямь лиса? Ест сырое мясо, живет в овраге и крутит хвостом так, что ее побаивается даже вожак? Аленка тихонько вздохнула. Все происходящее напоминало сказку, и кажется ей пора просыпаться.
После плотной трапезы бабуля оставила в папке купюры и потащила девушку в лес:
– Пошли скорее, а то скоро нас всем кагалом искать будут!
Они опять пролезли через «лисью нору», отыскали на берегу ручья маленький солнечный пятачок и разлеглись на травке, слушая пение птиц. Там их и обнаружил хмурый Андрей:
– Алена, бабуля, вы обедать пойдете?
Рыжая подмигнула Аленке, поглаживая набитый живот:
– И чего ты Андрей такой медленный? – риторически вопросила она верхушки сосен, – завтраком девочку не накормил, поговорить не решился, а теперь явился, как медведь из спячки, про обед вспомнил! Я вот собиралась нашу гостью к Витковским сводить, с Майклом и Ромкой познакомить. Парни бойкие, интересные, заскучать Аленушке не дадут…
Правнук рыкнул:
– Бабушка! Я понял! – он с трудом сдержался, но увидев, как сжалась девчонка под его разъяренным взглядом, быстро сбавил обороты: – Ален, не бойся, пойдем вот на дереве посидим, поговорить надо. А бабушка нас подслушивать не будет! – жестко добавил он, стараясь не обращать внимание на хихиканье рыжей бестии.
У кицуне слух был, пожалуй, еще и тоньше, чем у волков. Так что вполне вероятно, что прабабушка сейчас слышит, как прадед перелистывает страницы бумажной книги на веранде их дома.
– Ален, – парень отвел девушку к сухому поваленному дереву, усадил, присел рядом, чтобы не давить на нее, – ты вчера много глупостей услышала, не обращай внимания. Светка болтает потому что завидует!
Девушка отвела глаза, и оборотень понял, что не убедил. Он тяжело вздохнул. Все эти женские штучки всегда его напрягали. Насколько проще было раньше! Взвалил девицу на плечо, уволок в свое логово, укусил – и она твоя! – мысленно возмутился парень. Правда разум тут же подправил картинку – твоя, если за ней не прибежало все село с кольями наперевес, твоя, если выжила в родах, твоя, если твое логов не разорили охотники или просто жадные до чужого добра типы.
– Ладно, это неважно, – скрипнул он зубами, – потом сама убедишься. Бабуля меня задорит, потому что я объявил всей семье, что ты моя невеста.
– Что? – лицо девчонки вытянулось от удивления, граничащего с шоком.
– Да, у нас есть такое понятие, как предназначенные пары. Оно не такое безусловное, как пишут в фентези, но ты моя пара.
Аленка опустила голову, теребя косу. Андрей снова тяжело вздохнул. Все-таки эти книги, вбивающие в головы девушек стереотип – нюхнул, влюбился и позволил вытирать о себя ноги изрядно навредили его поколению оборотней.
С одной стороны, романтически настроенные девицы больше не пугаются человека-волка и готовы с восторгом запрыгнуть на шею, а с другой ждут той самой безусловной привязки, не понимая, что даже человек способен держать свои чувства и инстинкты в узде, а оборотень, по сути человек, укротивший волка, и делать глупости, подчиняясь волне гормонов, не станет.
– Я твоя пара или ты моя? – вдруг спросила Аленка, поднимая на него серьезные серые глаза.
– А в чем разница? – не понял Андрей. – Ты все равно еще маленькая, поживешь в клане несколько лет, получишь образование, а там видно будет, может и поженимся.
– Значит эти ваши пары – это не навсегда? – уточнила девушка совсем детским ломким голосом.
Андрей почувствовал раздражение. Говорить «навсегда» не хотелось. Девчонка быстро почует свою власть, начнутся капризы, хотелки и всевозможные истерики. Сказать «не навсегда» – значит соврать и получить проблемы с родственниками.
– У всех по-разному, – выкрутился он и расслышал недовольный фырк прабабушки.
– Тогда зачем я тебе? – по-взрослому спросила его Аленка. – Я серая, деревенская, глупая и маленькая. У вас тут полно ярких красивых девчонок, умных, веселых, и наверняка почти все они волчицы.
Андрею сделалось нехорошо. Мог бы и сам сообразить, что девчонка, вынужденная выживать, просчитает его за две минуты.
– Гормоны, – нехотя соврал он, – мой организм считает, что с тобой получатся более крепкие и сильные щенки.